Текст книги "Тайная фаворитка ректора Хаоса, серия 4. Финал (СИ)"
Автор книги: Ашира Хаан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)
Глава суетная
Стоило мне вложить пальцы в руку Рига, как я почувствовала покалывание в теле, волнами расходившееся по коже, захватывая все больше и больше пространства, пока не окутало меня целиком.
А когда оно развеялось, я ахнула.
Потому что у меня никогда не было такого облика – но теперь был.
Пальцы были затянуты в тонкие красные перчатки до самых плеч.
На ногах – алые сапоги до середины бедер с черной шнуровкой.
До неприличия обтягивающая черная рубашка с распахнутым декольте и пышная короткая юбка из невесомой ткани. Из множества слоев невесомой ткани – полупрозрачной черной, стоящей дыбом.
И непривычно тяжелая копна серебристых волос на голове, затянутая в две толстые косы, спускающиеся почти до колена.
Оглядев себя, насколько получилось без зеркала, я уставилась на Рига.
– Это что за… – я поискала слово. – Карнавал? Мы нам бал идем или в самое опасное место города Серебряных Башен?
– Конечно, второе, – звезды в лиловых глазах неузнаваемого Рига вспыхнули ярче. – Поэтому мы не должны выделяться. А местный народ очень любит праздновать жизнь.
– Что же до опасного места… – ко мне подошел Зарринг и провел кончиками пальцев по лбу. Я не успела удивиться, как почувствовала, как несколько точек на коже начало жечь. – Зачет по боевой магии будешь сдавать в полевых условиях. Если что – помогу, но справляйся сама.
– Я сам ей помогу, – Риг сделал шаг вперед, аккуратно оттесняя декана в сторонку. – Жених я или кто?
– Ты ее ректор, – напомнил Зарринг. – И экзамены она тебе еще не сдала.
– Поставлю автоматом, – оскалился Риг.
– Чтобы о твоей невесте сплетничал весь город?
– Ну и отлично, не придется приглашения на свадьбу рассылать, сами придут.
– Мальчики, не ссорьтесь! – не выдержала я.
И только когда оба «мальчика» – древний дракон, декан боевого факультета и высший демон, младший брат императора, ректор Академии – обернулись ко мне, одинаково подняв брови и сложив руки на груди, я поняла, что ляпнула.
Что я вообще-то не во дворе замка Варта играю в захват крепости с другими горными лордами. И что я не пацанов из ближайшей деревни за шкирку растаскиваю, когда они в очередной раз петушатся и напрыгивают друг на друга.
– Ой… – сказала я, складывая руки и опуская глаза. – Извините…
– Крепись! – сказал Зарринг, хлопнув Рига по плечу. – Вот теперь ты по-настоящему нарвался. Еще заскучаешь по Аире.
Прежде, чем я успела как-то прокомментировать это и нарваться тоже, Риг открыл портал и затащил меня в него.
– Что… – я не успела договорить, потому что в лицо мне кинулось что-то очень пушистое, громогласно орущее и воняющее старой подушкой. – Тьфу!
В рот мне набились белые перья, от которых я безуспешно отплевывалась.
В какую сторону отмахиваться от атакующей меня подушки, я понимала с трудом, но кое-как справилась, поймав нечто орущее за условный хвост.
Подняв его повыше, я разглядывала странную помесь гуся с попугаем. Очень жирную белоснежную птицу с маленьким красным клювом. Кругленькую и всю облепленную белым пухом.
– Ты кто? – спросила я ее.
– Птица счастья, – ответил мне Риг, стоявший все это время и нагло ржущий. – Выпусти животное, пока оно не принесло тебе еще счастья.
– А что будет?
– Просто поверь… – сказал он проникновенно, и я решила поверить.
И отбросила птицу подальше от себя.
Вовремя.
Потому что она подпрыгнула на брусчатке и выпустила ядовито-желтую струю, расплескавшуюся по тротуару и завонявшую так, что я непроизвольно отпрыгнула на несколько шагов в сторону.
И наконец огляделась.
Мы стояли в очень узком переулке, в котором между домами было едва ли полтора шага. Двое гуляк, зашедших в него с разных концов, не сумели бы разойтись в середине. Окон в стенах домов, возвышавшихся как скалы, почему-то не было. Зато было много-много насестов – железных костылей, вколоченных между камнями домов, на которых сидело не меньше сотни таких же белых «птиц счастья».
– Почему она так называется? – я отступала все дальше и дальше, зажимая нос. – Никогда бы не назвала так эту вонючку!
– А зря! – Риг как будто бы не замечал омерзительного запаха. – Их так называют, потому что все, абсолютно все, что производят эти птички, продается за бешеные деньги. Их пух самый мягкий и упругий, поэтому им набивают подушки и матрасы для самых богатых. Их мясо – изысканный деликатес. Их кости лучше всего подходят для даньго – клавишно-ударного музыкального инструмента, изобретенного композиторами этого города. Их кровь – лекарство от чумы алого моря.
– Скажи еще, что их дерьмо… – я сделала еще пару шажочков назад.
– … уникальная субстанция, используемая в дорогих духах, чтобы позволять аромату раскрываться точно по времени, задуманному мастером… – кивнул Риг. – А если украсть яйцо птицы счастья из гнезда, дождаться, пока новый птенец будет готов вылупиться и обмазать его клеем, чтобы тот навсегда остался внутри – получится могущественный талисман, спасающий от драконьего огня, хищного песка, всех известных ядов и даже, говорят, живого хаоса.
– Правда? – распахнула я глаза и покосилась на беленьких птичек. Мне почему-то резко захотелось с ними подружиться.
– Насчет последнего – врут, – отрезал Риг. – Вообще разводить птиц счастья запрещено, но на Ржавом Рынке свои законы.
– А мы уже там? То есть, тут?
Я завертела головой, пытаясь рассмотреть что-нибудь, кроме узкого переулка и сотни белых вонючих птиц.
– Мы уже тут, – улыбнулся Риг и снова протянул мне руку. – Пойдем. Нам нужно найти человека, который считает себя местным королем. А заодно купить кое-что к свадьбе…
Глава рыночная
Ржавый Рынок одновременно очень отличался от остального города Серебряных Башен, и все же был плотью от плоти его. Город выглядел древним, но легким, строгим, но доброжелательным, ярким, но стильным.
Ржавый Рынок был пародией.
На широкие каналы и каменные набережные с лестницами – здесь посреди узких улочек были проложены канавы, в которых текли бойкие ручьи. Наверное, предполагалось, что это будут сточные воды, но местный народ умудрился приспособить под них очень узкие лодки. Помещались туда только дети и совсем худые взрослые, зато это давало немалое преимущество в торговле.
В руках лодочники держали короткий шест, которым и управляли, а на голове у них были устроены прилавки, где выставлялось все, что только можно купить в этом мире.
Фрукты, мясо, хлеб, украшения, обувь, одежда, посуда, ткани, мебель, детали для повозок, мелкие зверюшки, лекарства, метлы, шляпы, осколки зеркал, напитки, травы, цветы, драконья чешуя, краски, книги, части тел в мутных банках…
Я еще сдуру присмотрелась к мутной зеленоватой воде, заполнявшей банку и оттуда на меня глянул чей-то глаз. Огромный, желтый, с черным узким зрачком на совсем маленьком черепе. Демон ли, человек? Понятия не имею.
Я отшатнулась и закрыла глаза, пережидая приступ тошноты.
Торговали тут не только с лодок. Со всех сторон громоздились повозки, лотки, переносные столики, короба, подвешенные на грудь или спину бродячих торговцев, богато раскрашенные лавки и просторные шатры-магазины.
Никакого порядка или сортировки не было и в помине.
Рядом могли продавать пышные сладкие булочки и кипяченую ежиную желчь на разлив.
Никого не смущало соседство разложенных в открытом виде древних фолиантов и летающих над ними птиц счастья. Как-то они умудрялись гадить мимо драгоценных страниц.
Под навесом от солнца худой загорелый демон с десятком рогов варил в огромном котле болотно-зеленый суп, который брызгался жиром во все стороны – и под тем же навесом торговали платьями из молочного шелка, от которых сходили с ума все придворные красавицы в этом сезоне.
На платья я загляделась – не могла не заглядеться.
Они только казались одинаково белыми.
Если остановиться и вглядеться в туманную ткань – в их белизне открывались переливы таких ярких и неземных цветов, которые не увидишь даже в живой природе.
И хотя Риг проталкивался через толпу в очень шустром темпе, волоча меня за запястье за собой, я все равно задержалась у этого магазинчика, не в силах оторваться от такой красоты.
И тайком вздохнула, когда все-таки пришлось идти дальше.
Мы с Ригом и вправду почти не выделялись из толпы в своих пестрых нарядах.
Здесь абсолютно все были яркие и странные.
Больше всего тут было младших демонов.
С желтыми, зелеными и красными глазами, с рогами и хвостами, с щупальцами, крыльями и шерстью. Шестирукие и мохнолапые, двухголовые и двадцатиглазые – такого разнообразия я не видела за всю свою жизнь.
У одного была даже дыра в груди.
Он сидел на высокой подушке и сквозь него было видно лестницу на второй этаж рынка.
Мы обогнули его – теперь через дыру было видно вывеску с рекламой чая из горных трав – и поднялись по лестнице. Второй этаж был устроен поверх нижнего слоя, и там, на втором, было ничуть не меньше чудес.
– Верхний рынок – это товары из пустых миров, – пояснил Риг. – Тех, где нет магии, но вместо нее местные жители придумывают свои способы справляться с реальностью.
Первым делом я прилипла к лотку, на котором продавали… солнце. Настоящее солнце – яркое, искрящееся, плюющееся протуберанцами. Только очень маленькое.
Оно по-настоящему грело и светило, и продавец тут же принялся расхваливать его и обещать, что оно проживет не меньше двухсот миллионов лет.
Только если кормить его разумными существами раз в год.
Я отпрыгнула так далеко, что чуть не снесла парящую над землей платформу, на которой ничего не было, потому что продавалась сама платформа. Она тихонько гудела и покачивалась. Но, к сожалению, ее надо было заряжать и делать это можно только у продавца. Я сразу представила, сколько он захочет за зарядку.
Еще там был огромный жестяной короб с лампочками, внутри которого гонялись друг за другом две повозки на колесах и без лошадей. Нужно было вертеть штурвал, похожий на корабельный, чтобы маленькая повозка объезжала препятствия и обгоняла другую, которой управлял кто-то еще за вторым штурвалом.
Интересно, но, как оказалось, бессмысленно. Просто развлечение, трата времени.
Следующей нам попалась девушка в форме пламени, запертая в клетке.
Я долго смотрела на нее и не могла никак понять – это тоже игрушка или она живая?
– Живая, – ответил на мой вопрос Риг.
– Значит, тут торгуют рабами? Но императрица запретила!
– Фактически она не жительница Хаоса, значит нельзя доказать ее разумность, – пожал он плечами.
– Риг! – дернула я его за руку.
– Не лезь, у нас тут другая цель.
– Риг!
– Мне все равно, – сказал он, отворачиваясь и уводя меня оттуда.
Пришлось послушаться и последовать за ним, украдкой вытирая слезы н глазах.
Пройдясь по Верхнему рынку, мы снова спустились по лестнице вниз, повернули в очередной узкий переулок, и тут из какой-то щели в стене перед нами вынырнули пять высоких и худых парней в обносках.
Они просто перекрыли нам путь вперед, выстроившись плечом к плечу.
Я обернулась – сзади стояло еще двое.
– Эй, богатый красавчик! – сплюнул сквозь зубы самый старший. – Раскошеливайся. Или девицу отдавай на выкуп!
Двое его друзей отделились от толпы и подошли к нам, поигрывая большими ножами, выкрашенными в черный, чтобы не отсвечивать.
Риг почему-то опустил голову, засунул руки в карманы и сгорбился.
Мальчишки заухмылялись и двинулись ко мне с куда более наглым видом.
У меня даже точки, оставленные на лбу Заррингом зачесались, а пальцы сами стали складываться в фигуру для огненного шара, но тут господин ректор медленно поднял голову.
Синие волосы на глазах линяли в черный, лиловые глаза выцветали до красного, а кожа бледнела. И бледнела до тех пор, пока не стали видны проступившие на ней татуировки.
На лицах парней появилось замешательство, но подумать они уже не успели.
Все татуировки Рига рванули с его кожи одновременно, разом связывая всех семерых с ног до головы. Затягивая черными путами и складывая в одну кучу.
Риг только сделал шаг вперед и поднял один из выпавших ножей.
Разочарованно цокнул языком:
– Кто на высших демонов с такой игрушкой ходит? – спросил он главного, которого татуировки сложили в верхний ряд.
А потом резко развернулся и метнул его за спину, туда, откуда мы пришли.
Попав в единственный глаз низенького младшего демона, который в эту секунду проявился посреди переулка, став видимым.
– Он за нами уже полчаса следит, – пояснил он мне. А демона утешил: – Глазик отрастет, не плачь.
И повел меня прочь, оставив всех участников так и валяться на брусчатке, будто вообще не заботясь об их дальнейшей судьбе.
Однако когда мы вышли из переулка к очередному узкому каналу, Риг вздохнул:
– Что-то я устал… Красотка, одолжи помаду?
Пухленькая и ярко накрашенная девица, которая в компании своих подружек сидела на краю канала с явным намерением привлечь клиента, почему-то послушалась и протянула ему тюбик.
Риг взял его, выкрутил на полную и размашисто нарисовал на ближайшей стене несколько пересекающихся линий. Закрыл колпачок и поклоном вернул помаду обратно.
– И-и-и-и-и что? – не поняла я.
– И теперь просто идем гулять, – сказал он, подхватывая меня под руку.
А вот до сих пор мы тогда что делали?
Но послушалась.
И, как ни удивительно, стоило нам завернуть за угол, как навстречу нам шагнул обычный человек. Не высший, не младший демон.
Просто человек в белом костюме и шляпе.
И с тростью.
Только я почему-то сразу поняла, кто он такой.
– Ты меня звал, ты меня дозвался, – сказал он, молниеносно вытаскивая из трости шпагу и вонзая ее Ригу прямо в грудь.
Глава нервная
Риг посмотрел на торчащую из груди шпагу с легким презрением.
Перехватил ее рукой в кожаной перчатке, вновь неуловимо быстро преображаясь в синеволосого красавца, вынул из себя и отбросил в сторону.
– Спасибо, что не пытался пронзить Джи, – спокойно сказал он.
– Я же не самоубийца, – хмыкнул человек в белом и снял шляпу, склоняясь передо мной: – Лир, король Ржавого Рынка, к вашим услугам. Не желаете пройти в кофейню? Там будет удобнее разговаривать.
– Пожалуй, – кивнула я, стараясь не коситься на окровавленную шпагу на мостовой.
Все-таки путешествие в Старую Академию изрядно закалило мои нервы.
Все живы, все здоровы – ну, значит, можно и чаю выпить. Пока не началось что-нибудь еще веселое.
Когда мы с Лиром вошли в кофейню, всех прочих посетителей оттуда как ветром сдуло. А хозяйка прикрыла дверь и повесила на нее табличку «Закрыто».
Впрочем, двери на веранду остались открыты, и ветер города Серебряных Башен продувал кофейню насквозь, распахивая кружевные занавески, словно паруса. Даже морем пахло. Чуть-чуть – благодаря тинистым каналам, окружавшим это местечко.
– Ты умнее, чем казался, – заявил Лир Ригу, когда мы разместились за столом и нам подали напитки.
Мне – чай с горными травами, господину ректору – крепчайший кофе, а перед королем Ржавого Рынка поставили высокий стакан с зеленоватым напитком. Того же самого цвета, что и мутная вода в каналах вокруг.
Риг проигнорировал странный комплимент.
Сделав крошечный глоток кофе – чисто символически – он закинул руку на спинку стула и смерил предводителя местного преступного мира критическим взглядом.
Сверху вниз, словно не был ниже его.
Впрочем, когда они сидели за столом, этого заметно не было.
– Так в чем интрига твоего плана? – непринужденно спросил Риг, поставив чашку с кофе на стол. – Поведай нам. Ждать новых покушений на Джи? Налета драконов на Академию? Прорывов хаоса в самых неожиданных местах? Что там у вас еще припасено?
– Раз вы в курсе существования плана, значит, в нем больше нет смысла, – спокойно отозвался Лир, открывая крышечку фарфоровой сахарницы и насыпая пять чайных ложек сахара в свой стакан. – Госпожа, – кивнул он мне. – Не беспокойтесь, вас более не потревожат.
Я некоторое время завороженно смотрела на то, как он медленно и аккуратно, чтобы не зазвенеть ложечкой о стенки стакана, размешивает сахар. А потом у меня задрожали руки.
Потому что до меня наконец дошло.
– То есть, – спросила я сдавленным голосом. – Это вы убили всю мою семью?
Лир промолчал, продолжая тщательно размешивать давно растворившийся сахар.
– Братьев?
Он опять промолчал.
– Папу?..
И снова ноль реакции.
– Маму.
– Твоя мама умерла сама, – мгновенно поправил меня Лир.
– Но если бы она пережила магическое истощение, вы бы убили и ее.
Он медленно наклонил голову.
– У всех своя работа.
В его тоне не было ни единой ноты раскаяния.
Я сухо сглотнула. Пробовать здешний чай не хотелось.
– Ты говорил, что императрица справедливая и добрая! – на этот раз я повернулась к Ригу. – Что она не любит насилие! Как же тогда все это стало возможным?
– Вот поженимся – обсудишь это с ней и вместе придумаете, что делать, – тон у него был нежный, почти убаюкивающий. Но когда он повернулся к Лиру, стало понятно, к чему он: – Так что тебе лучше понравиться моей невесте, если хочешь, чтобы в новом мире тебе нашелся уголок.
– Теням место найдется в любом мире, – загадочно отозвался тот. – Но с удовольствием окажу твоей невесте услугу. Чем я могу помочь?
Обычно эта фраза звучит дежурно и предполагает ответ «ничем», но Лир умудрился сказать ее так, что я начала ерзать на стуле, пытаясь выбрать из миллиона возможностей самую главную.
– Не показывай так явно, что ты заинтересована, – посоветовал мне Лир. – А то цена может повыситься.
– Пффф… – я закатила глаза. – Тогда я расскажу про вас Раде – и Ржавый Рынок превратится в большой музей вместо притона.
– Молодец! – Риг просиял так, будто лично учил меня шантажировать бандитских королей.
Лир разрешил себе всего одну тонкую лисью улыбку, тут же спрятанную в глотке болотного переслащенного напитка.
– Расскажите, что такое чалис. И зачем вам понадобилось убивать мою семью, – решилась я наконец.
Да, я заметила, что это два вопроса, а не один. Но ведь меня никто не ограничивал?
Хотя это явно подразумевалось.
Лир поднял бокал своей болотной жижи, качнул его в руке, отпил глоток.
Он даже не сморщился, хотя должен был хотя бы от немыслимой сладости, растворенной в этой субстанции. Я не верила в его пантомиму. Он не размышлял о том, что мне рассказать, а что скрыть – он давно это решил. Сейчас он просто доигрывал свою роль. Лениво, расслабленно, даже не пытаясь убедить публику в своей искренности.
– Чалис… – Лир наклонил голову, пряча лицо в тени шляпы.
Я поняла, что до сих пор так толком его и не рассмотрела.
Все, что я запомню о нем – белый костюм, шляпа, трость-шпага и красное пятно крови Рига на мостовой.
Но чем внимательней я вглядывалась в резкие тени под полами шляпы, тем хуже у меня получалось сложить из них человеческое лицо. Словно там его и не было – лишь игра света.
– Чалис – это источник силы для императорского рода, – на секунду в тенях сложилась улыбка и тут же распалась обратно. – В былые времена у императоров не было выбора, кого брать в жены. Какой дурак откажется от настолько невероятной силы? Поэтому браки между императорской семьей и родом чалис были запланированы еще до рождения не только детей, но и внуков.
– А как же… – начала я.
– Любовь? Для любви у императора были наложницы, – усмехнулся Лир, на мгновение позволив мне ухватить его облик. Который я тут же забыла. – Для разбавления крови существовали еще и младшие роды чалис, но их старались отдавать за младших сыновей. Император должен быть сильным. Все это длилось много поколений, пока дед нынешнего императора не влюбился по уши и совсем не в ту, на которой должен был жениться. Но это совсем другая история. Твоя, Джираира, начинается там, где одна высшая демоница…
– Аира, – уронил одно слово Риг.
– Да, – кивнул Лир. – Там, где Аира решила вернуться в Хаос. Строго говоря, первоначальным ее планом было дождаться, пока живой хаос под Академией вырвется на свободу, разрушив изрядную часть нашего мира и сквозь эту прореху прорваться обратно. Но она недооценила силу своего бывшего мужа…
Я бросила быстрый взгляд на Рига.
Лицо его выражало скорее брезгливость, нежели гордость за свою силу, благодаря которой этот план не удался.
– Так что второй план пришлось разрабатывать более аккуратно. Его основой стали забытые ныне дары чалис. Дело в том, что у чалис есть одно свойство – к ним неудержимо тянет членов императорского рода. Поэтому много-много поколений никто из заранее сосватанных не возражал против своей участи. Стоило будущему императору и девушке-чалис увидеть друг друга – и они уже не представляли себе иной судьбы, кроме как быть вместе.
В этот раз Лиру не пришлось прятать от меня лицо. От его слов меня бросило в жар, и я опустила глаза в стол. Мне было стыдно – так, будто я обманом окольцевала Рига.
Сердце забилось где-то в горле, и я поспешно сделала глоток чая, которого еще недавно так опасалась.
