![](/files/books/160/oblozhka-knigi-elemental.-tropa-lisheniy-384013.jpg)
Текст книги "Элементаль. Тропа Лишений"
Автор книги: Артем Коузов
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
Глава четвертая
Банши
Скрип проржавевших элементов пола. Топот множества когтистых лапок. Слабый огонек подрагивал в такт искрящимся проводам, отступая перед непроглядной тьмой. Шаги раздавались гулким эхом.
Артас старался не выдавать себя несвоевременными репликами… Он сдерживался из последних сил. Дуновение воздуха качнуло беззащитный огонек.
«Плохой знак… Черт!»
Ну… он старался как мог. Элементаль приближался к заветной лестнице первого уровня.
«Интересно, какой гений инженерной мысли решил расположить лестницы по краям бункера в шахматном порядке. Нет, ну вы подумайте, кто-то же это все проектировал». – Окончательно забыв об осторожности элементаль брюзжал, как старый дед. Эта иллюзия общения успокаивала измученные нервы.
За поворотом показались аккуратно заправленные койки. Удивительно, но в казармах северного крыла мало что изменилось. Если бы не слой пыли, то помещение вполне можно было назвать жилым. Фотографии в рамках стояли тут и там. Одинокая темная лампа, будто ожидая кого-то, согнулась на своей тонкой ножке. Что-то было не так. Элементаль осторожно осмотрелся. Глазки-бусинки сверкали из-под матрасов.
«Не то…» – Артас достал автомат из-за спины и прицелился во тьму северного коридора. Со стороны лестницы донесся скрип стальных плит. Огонек тревожно вздрогнул. Странный звон, казалось, исходил отовсюду, врезался в мозг, спутывал мысли. В звоне можно было различить голоса.
«Помогите!»
«Мы здесь, скорее!» – Слабые женские голоса отчетливо слышались со стороны лестницы.
«Не верю! Попробуй еще раз». – Голоса перешли на раздраженный шепот, становясь все тише и тише.
Крысы в ужасе бежали из комнаты. Мгновение тишины… Оглушительный вопль прибил элементаля к земле. Каждая клетка тела билась в агонии. Усилием воли элементаль поднялся на ноги и прицелился в северный проход. Вой стих так же неожиданно, как и появился. Скрежет металла. Банши выпрыгнула из тьмы с противоположной двери. Мгновенная реакция. С взмахом руки обмороженный монстр ударился об стену. Секунда на прицеливание. Вой ударил с ужасной силой, чуть не лишив элементаля сознания. Артас пал на колени, выронив оружие. Блаженная тишина…
Банши неторопливо подбиралась к юноше, размеренно покачивая хвостом. Артас схватился за автомат, мощным ударом когтей монстр располосовал руку элементаля, откинув оружие в конец зала. Банши опрокинула юношу, нацелившись в незащищенную шею. Из последних сил он сдерживал клокочущую пасть монстра, со смыкающимися у его лица бритвенно-острыми клыками. Слюна банши, попадая на кожу, жгла ее каленым железом.
Чудище взвыло от боли. Прочный хитиновый панцирь крошился от прикосновений ледяного элементаля. Пробирающая до костей стужа приморозила к земле лапы банши. Ветер выл. Ледяное копье, отражая мертвое сияние глаз демона, медленно формировалось из воздуха. Банши, жалобно подвывая, отчаянно старалась вырваться из морозного плена. Хрусталь сверкал, отражая слабый синий огонек. Со взмахом руки копье пролетело тело банши насквозь, увязнув в хладном металле бункера. Зверь испустил последний стон, безвольно повиснув на ледяном острие.
В глазах потемнело. Артас упал на колени, стараясь удержать ускользающее сознание. Эта немая борьба длилась всего пару минут, но в воспаленном разуме элементаля прошли часы. Понемногу выходя из транса, Артас постарался встать. Безуспешно. Ослабевшее тело не слушалось юношу.
Просидев так пару минут, элементаль, собравшись с силами, смог подняться. В голове до сих пор была полная каша. Усилием воли юноша старался навести в ней порядок. Что нужно сделать в первую очередь? Рука! Что с ней? Из-за шока он до сих пор не чувствовал боли, но теперь рана дала о себе знать. Аккуратно отогнув разорванный рукав, Артас увидел четыре глубоких симметричных пореза с внешней стороны руки. Элементаль, не тратя зря времени, снял рюкзак и, покопавшись минуту, достал оттуда ватку, бинт и антисептик. В его состоянии он вполне мог отключиться от болевого шока. Смочив ватку, он медленно провел ею по первому порезу. В глазах потемнело. Эта адская боль…
Повторив процесс еще три раза и оставшись в сознании не иначе как чудом, элементаль туго забинтовал руку и одернул рукав. Что дальше? Автомат. Где он? Оружие вмерзло в стену.
«Ладно… Пистолету не хватит огневой силы пробить панцирь банши, я слишком истощен для магии, а автомат вмерз в стену, и вытаскивать его нет никакого смысла, ведь патроны отсырели… Шах и мат?»
Несмотря на довольно категоричные заявления, Артас и не думал сдаваться. Напротив, эта ситуация наполнила его холодной решимостью во что бы то ни стало выбраться из этого проклятого места. Элементаль достал из рюкзака старую булку и, откусив часть, продолжил путь и монолог.
«Ну… предположим, на одно простое заклинание мне сил хватит, может, даже на ногах останусь. Попадание пистолетной пули не навредит банши, но даст какую-никакую фору. Из этого следует, что я должен сбежать из комплекса, используя свои ресурсы, во избежание битвы… Звучит как план».
Артас доел булку, проверил магазин пистолета и взвел курок. Он осторожно поднимался вверх – на первый уровень.
Во всем бункере воздух был затхлым, спертым и отравленным, но здесь, пускай запах разлагающейся плоти никуда не делся, дышалось свободней. Поверхность уже близка. Элементаль шел тихо и осторожно, пускай против этих телепатов это малоэффективно.
«Так, по крайней мере, я их услышу первым».
Элементаль прошел мимо аккумуляторной. Осталось совсем немного. Коридор через лабораторию – и вот долгожданная свобода. Из-за угла свои побеги расстилала шипастая лоза. Там же в ее объятиях лежали тела охранников. Артас стал воспринимать смерть как данность. Ему не было разницы – лежит там труп или просто мешок с картошкой. Элементаль осторожно подкрался к телу и подобрал пыльный автомат. Тихий звон в голове путал мысли.
Артас прицелился во тьму. Душераздирающий вой. Элементаль уже успел адаптироваться к крику и не опустил оружие. Банши вынырнула из тьмы и в два прыжка оказалась перед элементалем, но он был готов. Автомат взревел оглушающей очередью, и расстрелянный монстр испустил дух… но звон никуда не делся.
Стараясь не запнуться о заросли лозы, элементаль пробежал поворот, дверь вентиляционной, осталась только лаборатория. Артас бежал меж рабочих столов, переступая через тела. Банши выпрыгнула без предупреждения, но элементаль успел среагировать. Обмороженное тело с силой ударилось об стену, и в ту же секунду было расстреляно автоматной очередью. Щелчок. Обойма пуста.
Элементаль отбросил ствол в сторону и побежал к выходу. Вот она, отрытая дверь бункера, а за ней поверхность. Одинокие лучи проходили сквозь зеленую завесу, освещая стальную лестницу. Артас выбежал наружу и приморозил дверь. С обратной стороны чувствовались тяжелые удары.
Элементаль ушел из зоны поражения крика и увидел прекрасное звездное небо. Звезды – миллионы беззащитных небесных огоньков.
«Подумать только… как я раньше не замечал этого великолепия».
Глава пятая
Скрытое лесом
Один прекрасный пейзаж сменялся другим, но безупречный калейдоскоп осенних листьев уже совсем не вызывал эмоций у циничного элементаля. И здесь нет ничего удивительного – уверен, после трех суток нескончаемого леса вы бы тоже потеряли всякий интерес к этой невероятно живописной местности. Ближайшим лагерем был Элемдрам, но он находился в противоположной стороне от его цели. По расчетам, путь до следующего лагеря займет еще пару суток. Артас не был уверен, что в принципе доживет до этого момента.
«Так и найдут мое иссохшее тело какие-нибудь охотники и будут ржать, как вооруженный до зубов курьер загнулся тупо от голода… Да я бы сам посмеялся…»
Сутки без еды также давали о себе знать: каждый последующий шаг давался труднее предыдущего, а шныряющие туда-сюда белки казались все более и более аппетитными. В запасах бункера не было ни спичек, ни соли, тем не менее, Артас уже не раз ловил себя на мысли о бельчатине. Грязные помыслы оголодавшего элементаля прервали пронзительный крик и гул выстрелов.
Пистолет вмиг сверкнул в руке, Артас осторожно приблизился к источнику шума. Нарушителей спокойствия безмятежного леса оказалось четверо: раненая девушка с заклинившим пистолетом в руке, враждебно настроенный медведь и две половинки неудачливого охотника. Рациональная оценка ситуации подсказывала немедленно ретироваться на безопасное расстояние, пока мишка занят подготовкой обеда, но, к сожалению или к счастью, не только рациональная сторона руководила Артасом.
Грохот выстрелов смешался с ревом зверя. Раны лишь разгорячили и так разъярённое чудище, но, как и было просчитано, внимание зверя теперь было приковано к нему. Дикая ярость и холодный расчет… Дистанция сократилась мгновенно, одним прыжком. Момент был пойман, выстрел промеж глаз. Ледяной демон, играючи, увернулся от летящей на него туши. Вот только какой табельный пистолет способен пробить череп медведя?
Поднявшись, зверь кардинально поменял свое поведение – движения стали плавны и осторожны, прерывистый рев сменился на монотонное рычание. Монстр пошел полукругом к своей жертве, осторожно сокращая разделявшие их шаги. Артас постепенно отходил в чащу леса, вынуждая неповоротливого противника маневрировать меж зарослей, сам не понимая, какую ошибку совершает. Элементаль был на краю оврага, больше ему некуда было отступать.
Их взгляды встретились, скоро все кончится. Дикий рев. Эхо выстрелов. Падение тел. Окровавленные, противники встали, превозмогая боль. Никто не узнает, что произошло под землей, в скрытом лесом овраге. Свист. Всплеск. Крик…
Ветер беззаботно покачивал ветви лесных гигантов, разукрашенные осенью листья грациозно опускались на землю и поднимались вновь, гонимые неутомимыми воздушными потоками. В лесу кипела жизнь, которая и не заметила падения великой расы. Лучи багряного солнца отражались в глазах многочисленных обитателей леса. Белки куда-то спешили, прыгая с ветки на ветку, птицы пели кому-то свои прекрасные серенады…
Ещё недавно обеспокоенный шумом битвы, лес продолжал свое размеренное существование, где у каждого есть своя роль. И лишь одна персона во всем этом утопичном царстве не находила себе места. Этой персоной была раненая, оставшаяся совсем одна девушка. Вид у неё был, конечно, потрепанный, но даже так её красота привлекала внимание: каштановые, собранные в хвост волосы, чистые светло-карие глаза, крепкое, не от легкой жизни, тело… Если не принимать во внимание грозный, совершенно недетский взгляд, то на вид ей было лет восемнадцать. Походная куртка мужского покроя, некогда цвета хаки, приобретала алый оттенок. Разорванное зверем плечо приносило ей невыносимую боль, но не затмевало сознания.
И минуты не прошло, как странный незнакомец с жуткими глазами, от которых как будто исходило голубое сияние, скрылся вместе с чудищем в чаще леса. Ошарашенная девушка пыталась привести мысли в порядок. «Медведь убил Кенни, сволочь! Что я скажу его брату?! Нет, не о том думаешь. Тот жуткий «спаситель» увел медведя, но со своим «подобием оружия» зверя ему не завалить, да его в минуту разорвут! А мне-то какое дело? Нужно бежать в деревню, пока возможность есть», – примерно с такими мыслями она выхватила винтовку из остывающих рук Кенни и ринулась в сторону своего незадачливого спасителя… Хорошо, что никто не внимает голосу разума…
Послышалась еще одна отчаянная серия выстрелов и звук разрывающейся плоти.
«Неужели я опоздала? Медлительная дура!» – И так задыхающаяся от бега, девушка ускорилась из последних сил.
«Зачем я это делаю?! Он мне никто!» – причитала она про себя, не снижая при этом темп.
Она уже подбегала к этому злополучному оврагу, как вдруг остановилась. Из-за деревьев вышла темная фигура в багровой куртке, с капюшона которой равномерно падали капли алой крови, а где-то во тьме светились два синих огонька.
Испуганная девушка отшатнулась, поначалу и не признав того напавшего на медведя кретина.
«Признаться, уже и не надеялась встретить тебя живым», – отдышавшись, с улыбкой сказала вымотанная девушка.
«У тебя есть чем перевязать раны?» – холодно спросил незнакомец.
«Эм… Да, в сумке оставались бинты. Но как ты справился с медведем?» – спросила она, ошарашенная его спокойствием.
«Он упал в овраг и напоролся на острый камень. Идем, тебе тоже стоит обработать порезы».
«Невероятная удача… (думаешь, я поверю в этот бред?!) Позволишь посмо…»
«Идем… Не стоит терять время зря». – Тон не просто намекал, он приказывал немедленно отойти от оврага. Его жуткий нечеловеческий взгляд, горящий синим огнем, говорил – это было последнее предупреждение.
«Раз ты настаиваешь…» – девушка была уверена, что страшней надвигающегося медведя она уже ничего не увидит, но тут же поняла, что ошибалась. Вмиг побледневшая, она повела своего жуткого спасителя на поляну, где все началось.
Бедного Кенни клевали вороны, но никого это уже не волновало. Спутница достала из походной сумки навряд ли стерильные бинты и поделилась ими с незнакомцем. Он закатал рукава, и девушка с истерзанным плечом обнаружила глубокие рваные раны, покрывавшие одну руку её спасителя, и тугие багровые бинты на другой. Он быстро терял кровь.
«Перебинтовать будет недостаточно, возможно, задеты сухожилия. В моем лагере тебе окажут помощь». – Осматривая рану своего спутника, она даже, кажется, позабыла о своей собственной. Произнесенное не было предложением, скорее приказом, а подтвердила она своё намерение взглядом, ничем не уступавшим взгляду своего жуткого спутника.
«О себе бы лучше беспокоилась…» – путник слегка удивился смене роли ведущего и ведомого, но у него не было причин отказываться, ведь он с самого начала искал поселение.
Путь их был без особых происшествий, но силы стремительно покидали их тела. После пары болезненных падений и неожиданных объятий с деревьями они все же решили идти, поддерживая друг друга за плечи. Эта позиция смущала обоих, потому весь путь они шли, не проронив ни слова.
К моменту, когда эта парочка калек, один другого краше, заметили вдалеке огни поселения, была уже глубокая ночь. Знаете, когда в глазах начинает двоиться, а взгляд замыливаться, огонь переливающихся разноцветных ламп и яркие сгустки звезд выглядят действительно волшебно. Жаль, что такая красота осталась ими незамеченной.
До стен лагеря оставалась всего пара минут их совместного ковыляния, и темноволосая нахалка решилась-таки прервать преследующую их гробовую тишину.
«Слушай, отставший в развитии, часто вступаешь в бой, который заведомо проиграешь?» – ехидная улыбка сочеталась у неё с проницательным взглядом, создавая впечатление, что она и так знает все его секреты и просто подыгрывает в качестве развлечения.
«Вступал бы часто, не дожил бы до этого разговора», – дал свой расплывчатый ответ путник, стараясь не попасться на её явную провокацию.
«Всё же как удачно для тебя и трагично для мишки подвернулся этот «чрезвычайно» острый камень, согласись?» – слова девушки были полны сарказма, дополненного её неизменно ехидной улыбкой. Все эти факторы сильно раздражали путника, но даже так провокация не сработала.
«Самому не верится, но, похоже, сегодня удача была на моей стороне», – совершенно спокойным, даже добродушным тоном ответил допрашиваемый.
Полное отсутствие реакции разочаровало девушку. От самодовольной ухмылки не осталось и следа, и спутнику открылось так тщательно скрываемое ею изнеможение от ран и долгой дороги.
«Эх…если это секрет, то ладно. Кто я такая, чтобы тебя допрашивать? Так или иначе, ты меня спас, и какая, черт возьми, разница, как именно? Я теперь тебе по гроб жизни обязана и в долгу не останусь».
На минуту воцарилась тишина, и даже «сцепленная» позиция уже не казалась такой уж обременяющей…Но лишь на минуту. Дьявольская ухмылка вновь искривила лицо «благодарной» спутницы.
«А знаешь, мы тут с тобой уже пару часов идем в обнимку…»
От этой ехидной девушки веяло опасностью.
«Придерживаем друг друга, чтобы не встретить лицом землю!» – Путник заметно занервничал.
«Невольно тремся тут друг об друга…» – злорадство спутницы теперь было не унять, ехидные смешки то и дело проскакивали, а от хладнокровия путника не осталось и следа.
«Перестань вести себя как ребёнок».
Покрасневшее то ли от раздражения, то ли от смущения лицо рушило образ безэмоционального, таинственного странника.
«Да, ты ведь с самого начала все продумал, извращенец».
Искренний хохот нарушил спокойствие леса. Картина открывалась воистину сюрреалистичная: двое хромающих в окровавленных бинтах идут в обнимку, при этом от одного прямо-таки веет негодованием, а вторая залилась в диком хохоте от возмущенного вида первого… Картина странная, но по-своему прекрасная.
«Ну, всё! Ковыляй, как хочешь!» – Даже как-то позабыв о своих ранах, до глубины души оскорбленный путник сделал пару неловких шагов от своей спутницы. Долго его одинокий путь не продлился, в глазах потемнело, колени подкосились, и странник обнял близ стоящее дерево.
«Острый приступ любви к природе?» – спросила продолжавшая хихикать спутница. Она, кстати, обнимала соседнее дерево, но это никак ей не мешало продолжать издеваться над бедным юношей.
«Кто теперь меня порочную замуж возьмёт?» – наигранным тоном она обратилась с этим вопросом к небесам, но рассмеялась, так и не дождавшись ответа.
Путник сделал глубокий вдох и ответил не менее издевательским тоном: «Так говоришь, будто раньше от святых мучеников, готовых тебя терпеть, отбоя не было».
Он подозвал движением эту ехидную и «чрезвычайно опасную» девушку.
«Вы только посмотрите, у кого это клыки прорезались!» – отвечала она привычным саркастичным тоном, но с каким-то другим выражением лица (счастливым?).
Не без труда они заняли прежнюю смущающую обоих позицию и двинулись к огням лагеря.
«Я это все к чему говорила, ну, кроме как поиздеваться чуток, хе-хе. Весь из себя такой серьёзный, таинственный и пугающий хе-хе…»
Серьёзный, таинственный и пугающий не скрывал своего раздражения.
«Мы уже столько вместе прошли, а имен друг друга так и не узнали». Спутница улыбнулась, но на этот раз не злорадно, а как-то тепло. На мгновение даже смущение промелькнуло на вечно ехидном лице. Странник удивился столь внезапному преображению своей спутницы, но всё же ответил: «Артас».
«Хе… Глупое имя. Мое – Элис, будем знако…» – С чувством выполненного долга Элис потеряла сознание, заставив Артаса тащить ее на себе. Благо от ворот к ним уже приближалась помощь.
Глава шестая
Поселение Вудран
Смеркалось. Солнце, заходя за горизонт, не торопилось уступать место звездному небу. Прожектора с криво сваренных металлических башен слепили глаза. Артаса куда-то несли. Голоса отдалялись. Последовав примеру Элис, элементаль отдался на волю Морфея.
Артас открыл глаза и осмотрелся, приподнявшись на койке. Ртутные лампы ярко освещали чистую, даже стерильную комнату. На столах лежали многочисленные склянки, в шкафу с прозрачными дверцами можно было разглядеть различные препараты, о назначении которых мальчик мог только догадываться. Путем нехитрых умозаключений Артас предположил, что находится в медицинском кабинете. Элис рядом не было, что странно. Осмотрев руки, Артас увидел, что они были умело перебинтованы. Помедлив минуту, он встал с койки. Дверь со скрипом отворилась.
«Арти! Очнулся!» – Элис, с миской супа в руках, радостно направилась к спутнику.
«Сдай назад», – повелительным тоном сказала девушка.
Артас был слишком удивлен, чтобы препираться. Они сели на кушетку полубоком друг к другу.
«Скажи – ааа…» – с бесконечно самодовольным выражением лица нахалка протянула Артасу ложку супа…
Видя, что его рот не открывается, она стала тыкать ложкой ему в щеку: «Ну же, ну же».
«Ты дура или да?» – Элементаль старался держать себя в руках…
«Да!» – Воспользовавшись моментом, Элис ловко запихнула ему в рот ложку.
*Невнятное возмущенное бормотание*.
«Уж извини, я уже вторые сутки тебя так кормлю, привычка выработалась». – В ее голосе не было ни грамма раскаяния.
Потеряв самообладание, элементаль отобрал ложку. Он собирался высказать ей все, что он думает об этой ситуации, но не мог подобрать нужных слов.
«Тише, тише. Ты только очнулся, тебе нельзя волноваться».
«Да как ты..!»
«Я? А что – я?» – Девушка залилась искренним хохотом.
«Элис, отстань от пациента!» – Мужчина в очках стоял в дверях и грозно глядел на темноволосую нахалку.
«Ладно, ладно…» – ответив нарочито безразличным тоном, девушка направилась к выходу.
«Не скучай». – Встав в дверном проеме вполоборота, Элис одарила Артаса одной из своих самодовольных улыбок. Она вышла из кабинета, и ее шаги незаметно растворились в глубине коридора.
«Прошу простить ее неподобающее поведение». – Мужчина прикрыл дверь и неловко зашагал по направлению к креслу. – «Обычно она ведет себя куда сдержанней».
Отогнув подол своего белоснежного халата, неизвестный присел напротив мальчика: «Как твои руки?»
Артас пару раз сжал кулаки, будто проверяя, все ли работает как надо. «Кажется, проблем с подвижностью нет. Боли почти не чувствую».
«Отлично». – Профессор улыбнулся тепло и искренне. – «Эмм… Прости, что сразу перехожу к делу, но что привело тебя к нам?»
«Я курьер, должен доставить вещь в город, но мои карты устарели. Если бы вы позволили свериться с вашими, я был бы очень признателен», – юноша улыбнулся, последовав примеру собеседника.
«Раз послали элементаля – дело и впрямь серьезное».
В кабинете повисла гробовая тишина. Доктор совсем не изменился в лице. В комнате стало прохладней.
«Как вы узнали?» – абсолютно отрешенно спросил юноша.
«На свете не так много седых мальчиков…» – Профессор спокойно поправил очки.
«И что дальше?» – даже каким-то скучающим голосом поинтересовался элементаль.
«…Накормим, напоим, поделимся картами и, вероятно, попрощаемся».
«…»
«Ты спас члена нашей общины. Ты всегда желанный гость в нашей деревушке, несмотря на преступления твоего рода. До недавних пор элементали были залогом порядка и справедливости. Многие помнят эти времена… Но лучше не снимай капюшон на людях».
«Как я понял – поселение захвачено повстанцами?» – Артас не скрывал своего презрения.
Радушная маска профессора дала трещину.
«Как и две трети павшей цивилизации. Похоже, ты не в курсе последних новостей. Наша деревня зависит от ближайшего торгового полиса – Элемдрама. Тебе ведь знаком этот город? В нем, из пробирки, и появился твой род». – На лице профессора до сих пор оставалась улыбка, но какая-то неправильная, искусственная и злая. Изумрудные глаза ничего не выражали.
«Тогда задам закономерный вопрос, почему я еще жив?» – Отсутствующий взгляд элементаля намекал, что спросил он, скорее, для поддержания беседы, чем из личного интереса.
«Вопрос хороший… Пускай формально наше поселение и зависит от полиса, но у нас есть собственный совет, и мы не обязаны в таких делах просить разрешения свыше. Совет решил, что, если пропустит тебя через свои земли, сможет получить нейтралитет, к которому так стремится. К тому же Элис поручилась за тебя и, даже после того, как узнала, кто ты, не изменила своего мнения. Хорошая все-таки девочка».
«Просто глупая». – Артас воспринял похвалу этой нахалке как личное оскорбление и, похоже, даже обиделся на этого дурака, который называет дуру хорошей… Понемногу напряжение между этими двоими спадало. Мгновение спустя они даже искренне смеялись.
«Очень может быть… может быть…»
Профессор грустно улыбнулся.
«Совет разрешил тебе оставаться, сколько захочешь. Когда решишь уходить, мы тебя снарядим. И прошу, ответь на вопрос личного характера… Ты бы убил незнакомого ребенка, если бы твое правительство тебе приказало?»
«…»
«Почему ты молчишь?»
«Я… я не знаю».
«Чего не знаешь?»
«Не знаю, смог ли бы выполнить приказ».
«Но, когда придет твой черед выбирать, времени на размышления у тебя не будет».
Тишина повисла в комнате.
«Прости за глупый вопрос… Элис ждет тебя на выходе, она поможет тебе освоиться».
Более не сказав ни слова, так и неназвавшийся профессор вышел из комнаты.
Мрачные мысли обуревали Артаса: «И правда, что бы я сделал? Что же? Что же? Что же? Что же?..»
*Нет! Больше не могу думать об этом! Больно. Больно!..*. – Мысли сменяли друг друга, соединялись и множились.
Калейдоскоп бреда полностью захватил юношу.
«Что же делать? Они придут за мной?! Нет!»
Механизм запущен, и его не остановить.
«К чему мораль?! Серийные обходятся и без нее. Лишь новый приказ…»
«Тык-тык».
*Что? Какие-то ощущения из реального мира. Что-то зовет меня. Кто-то зовет…*. – Сознание понемногу возвращалось.
«Тык-тык».
«Ты там живой вообще?»
Артас обнаружил себя на койке, держащимся за колени, размеренно качавшимся в такт учащенному дыханию. Элис продолжала тыкать обледеневшей палкой в плечо элементаля.
«…»
«Тык-тык».
Девушка невозмутимо продолжала свои монотонные действия.
«Я в порядке. Ты можешь прекра…»
«Тык-тык».
«Я сказал, что ты можешь пре…»
«Тык-тык».
«Ты дура, или да?!»
«Да!» – Элис ловко подкинула ледяной посох в воздух… И, совсем неловко и не с первой попытки, поймала. Она была в своей обычной походной куртке цвета хаки, темных джинсах и кожаных сапогах. Винтовка покойного Кенни висела у нее за спиной. «Эх, ностальгия. Помню этот разговор, как будто он был вчера… Но это было сегодня».
«…»
«Ты как? В порядке?» – Элис резко поменялась в тоне, она спрашивала с искренним сочувствием.
«Эмм… да… спасибо».
Артас вновь смутился от внезапной смены образа. Как в этой девушке сочетались черты, казалось бы, несовместимые. И, самое главное, что в ней первично? Размышляя над этими, несомненно, важными вопросами, элементаль попытался встать с промерзшей койки… Не вышло.
«Давай вставай, истерик, у нас есть работа». – Элис протянула руку застывшему элементалю.
«Я не могу».
«Ну, что опять? Не беспокойся. Я рядом, видишь?»
«Да не в этом дело! Я… я примерз».
«Кхе…»
«…»
Девушка из последних сил сдерживала смех. Спустя пару секунд она прекратила бессмысленное сопротивление и залилась звонким хохотом.
«Ты… Хи-хи… Да я даже не знаю, как пошутить… Хи-хи…»
«Тебя никто и не просит!»
Пунцовый ледяной элементаль, зрелище крайне редкое, с этой нахальной девушкой стало нести постоянный характер. Смех не унимался, Элис, задыхаясь, пыталась говорить поверх него… Получалось у нее так себе.
«Ну… Хе-хе… И как на вкус?»
«Что?»
«Твой собственный яд! Аха-ха-ха-ха!»
«…»
«Ахах хах… фух». – Девушка перевела дыхание. – «Ну… хи-хи… и что будем с тобой делать?». – Элис уперла руки в боки, глядя на элементаля взглядом эксперта.
«Дай мне рюкзак».
Понемногу юноша приходил в себя, нацепив серьезную маску, которую, как мы знаем, так легко разрушить.
Девушка осмотрелась: «Он в том углу».
Элементаль, не без труда, указал на угол у двери. Элис без лишних вопросов положила рюкзак ему на колени.
«Теперь выйди».
«Как грубо…» – Изобразив оскорбленную невинность, она сложила руки на груди в знак протеста.
«Вон!» – возмущенный элементаль не желал продолжать разговор.
Элис одарила его одной из своих лисьих улыбок и вышла за дверь. В коридоре было пустовато. Одинокое неизвестное растение было ее единственной компанией. Из открытого нараспашку окна дул ветер. Из-за двери послышались удары лезвия об лед. Неловкий смешок потонул в глубине коридора.
«Слушай… – Элис облокотилась спиной о дверь. – Ты часто попадаешь в такие ситуации с одеждой?»
«Нет. Обычно я могу это контролировать». – Треск льда, на мгновение затихший, раздался с новой силой. – «Сейчас с этим возникли некоторые трудности».
«Ну, предположим… А твоя куртка… она не похожа на обычную куртку. Что это?»
«С чего тебя это так заинтересовало? В куртке есть металлические нити – из мифрила. Это какой-то сплав, какой точно не скажу, не помню, он термостойкий, потому его используют для создания одежды для элементалей».
Элис усмехнулась: «Ты не замечал, что в последние годы в нашем мире стало слишком много всякой фэнтезийной фигни?»
«Поясни».
«Без проблем. Начнем с форм лозы паразита. Мертвецы, вурдалаки, банши, виверны, слышала даже о драконах… Драконах, Артас! А все эти зверолюди, вервольфы и наги с вампирами?!» – Экспрессивные жестикуляции девушки не делали ее доводы более убедительными… потому что ее не видели.
Звуки ударов об промерзшую одежду затихли.
«Не думаю, что в их именах есть что-то необычное. Сама подумай, люди всегда называют новые вещи именами уже знакомыми. Например, меткого человека зовут Соколиным Глазом, но не потому же, что у него глаза птицы, а потому, что провели ассоциацию с его нечеловеческой точностью. С чем человек знаком, с тем он и будет сравнивать. Мне так кажется… Отойди от двери». – Артас безуспешно старался открыть дверь с навалившейся на нее девушкой. По лицу Элис пробежала лисья ухмылка.
«Красиво стелешь, вот только по твоей логике… – Девушка уперлась ногами в пол, не давая двери открыться. …люди сами находят себе ассоциации с прошлым, независимо от задумки автора. Отсюда и появляются такие имена, как дракон или виверна. Так?»
Артас прекратил безуспешные попытки пробиться сквозь дверь. В коридоре стало прохладно.
«Ай!» – Элис отпрыгнула от прохода. – «Ты специально по булкам целил, изврат?!»
Девушка потёрла отмороженное место, злобно поглядывая на Артаса. Он стоял в проходе в полном снаряжении. После починки зашитая синяя куртка приобрела более грозный вид. Черные ремни вместительного рюкзака оттягивали одежду, заставляя ее идти складками. Капюшон скрывал волосы элементаля, оттеняя его неестественные голубые глаза. Походные брюки были заправлены в темные потрепанные берцы.
«Да, специально».
Похоже, юноша перенял особенности общения своей спутницы.
«А про имена ты поняла меня не совсем так. Конечно, люди называют вещи знакомыми именами, но и ученые, создатели этих монстров, не придумывали их с нуля, они обращались к фольклору».
Они прошли пустой коридор с одиноким неизвестным растением (это же камыш!) и стали спускаться по бетонной лестнице пролет за пролетом. Некогда белая краска крошилась, открывая серый бетон. Свет проходил сквозь пустые окна, мягко ложась на стены.
«Я слышала, что лоза была выведена искусственно. Ты что-то знаешь об этом?» – Девушка, похоже, давно забыла про грубую выходку элементаля и была полностью поглощена разговором.
«Да, знаю. Лоза-паразит была выведена фракцией Биоконсерваторов в качестве ответа на саморегулирующиеся заводы Механистов».
«Кого? Чего?» – Элис недоуменно сощурила свои светло-карие глаза.
«Механо и БИОС – основные партии павшей цивилизации. Прошло уже больше восьми лет с момента эпидемии, так что вполне естественно, что в восемь лет ты не интересовалась политикой».