Текст книги "Счастье?"

Автор книги: Арсений Никитин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Дружище, – покачал я головой, – ты совсем не веришь женщинам! Почему? Они что, так часто тебя обманывали?

– В том-то и дело, что никогда! – радостно рассмеялся Денис. – А знаешь, почему? Потому что я им не верю!

Я с сомнением покачал головой:

– Так, а твое предложение… по какому же критерию надо их выбирать?

– Короче, мой диагноз – тебе нужна домашняя скромница. Чтобы была попроще, эдакая Крошечка Хаврошечка, понял?

– Но мне не нужна скромница домашняя! Это же тоска!

– Тоска? Да ты только об этом и мечтаешь, просто то ли понять, то ли признаться себе в этом не можешь! Ведь домашние скромницы тоже вполне симпатичные бывают.

– Не знаю, – пожал я плечами.

– Стоп! – хлопнул меня Денис по коленке. – А ты хоть сам-то знаешь, чего хочешь?

– Знаю, – ответил я быстро, но как-то неуверенно.

– Дай-ка догадаюсь! – издевательки сочувствующим тоном продолжил Денис. – Красавицу с журнальной внешностью, с высоким айкью, чтобы она тебя любила, занималась с тобой зажигательным сексом и не трахала тебе мозг?

– В общем, да, – вынужден был я согласиться с таким точным определением моих разрозненных мыслей.

– Расслабься! Хрень полная, – махнул рукой Денис. – Нереально! Ты что, серьезно думаешь, что бывают красивые, умные девушки и при этом с хорошим характером?

– Хотелось бы верить, – протянул я.

– Другими словами, тебе нужны три качества: красота, ум и хороший характер?

Я кивнул, не успев сказать ни слова, а Денис продолжил:

– Помнишь детскую задачку, когда надо перевезти на лодке через речку капусту, козу и волка, но при этом нельзя на берегу оставлять козу и капусту либо волка и козу? Так вот с этими тремя качествами та же хрень – нельзя оставлять вместе красоту и хороший характер: красота вмиг сожрет хороший характер, а ум при определенных условиях может сожрать красоту…

– Так что получается, или красивая и умная, или умная с хорошим характером?

– Обычно, брателло, бывает умная стерва или дура, но добрая и не очень симпатичная… Короче, выбирай сам. Но помни главное – чтобы ты был круче, а не она! Тогда ты будешь главным и будешь управлять ситуацией, врубаешься? Я кивнул, уже представив новый пост в моем ЖЖ:

ne_romantick

Страшные девушки просто не имеют права быть стервами. С технической точки зрения. Стервозность может компенсироваться только безупречными внешними данными, а если фасад вызывает уныние, то никакая готовка, идеальность в быту или даже сексуальные техники не могут оправдать этот, основной, с мужской точки зрения, женский недостаток. А смазливая мордашка и привлекательные формы являются прекрасным оправданием любым капризам и недовольству.

Хотя у некоторых мужчин бытует мнение – она с другими стерва, а со мной-то она плюшевая няша! Этот аргумент разбивается при первом же столкновении интересов, когда латентная стерва проявляется в полной своей красе, до невозможности удивляя своего еще ничего не подозревающего спутника.

Конечно, всегда есть отходные варианты: «Милая, мы не можем быть вместе. Я тебя недостоин!» А если уже проставлены все печати и штампы, заведено общее хозяйство и крошечный пупсик? Есть ли силы и средства, чтобы вырваться из этой ловушки, или остается только себя убеждать, что, несмотря ни на что, ты любишь свою избранницу такой, какая она есть? Так ведь проще…

– Как у тебя с Татьяной? – с легким оттенком зависти спросил я.

– Вроде того, – как-то сразу скис Денис, – только счастья это вряд ли тебе принесет. Давай-ка лучше чего покрепче накатим! – И, опрокинув рюмку текилы, он продолжил свой мастер-класс: – И вот еще: главное, ты должен четко понимать, почему ты девушке нравишься. Так сказать, причину!

– А разве это важно?!

– А как же! Чертовски важно, как говорил классик! Вот если ты нравишься из-за того, что у тебя куча денег, то я даже это рассматривать не буду! Если ты нравишься, потому что ты крут – например, катаешься на доске или на сёрфе…

– Но я не катаюсь ни на доске, ни на сёрфе!

– Да какая разница, это же я для примера, ты можешь быть пловцом, культуристом, художником или поэтом – не важно! Так вот, это тоже вариант хреновый!

– Почему?

– Потому что появится кто-то круче, и ты моментально окажешься на свалке! Дальше, – продолжил Денис, не обращая внимания на мои протесты, – есть также вариант, когда ты нравишься, потому что она тебе нравится и ты за ней ухаживаешь, есть даже такое понятие «красиво ухаживать».

Я с пониманием кивнул, мне всегда нравился такой тип ухаживания, но в юности на него не всегда хватало денег, а сейчас собственно предмета ухаживания.

– Так вот, – с видом гуру продолжил свое наставление Денис, – ни в коем случае так делать нельзя! Ты так ее приучишь к такому обращению, и, как только твой «конфетный период» закончится, она сразу станет кривить недовольные физиономии, а я тебе на этот счет уже сообщал, как надо в таком случае поступать.

– А что же остается? – недоуменно спросил я.

– А остается, брателло, только единственный вариант: когда нравишься лично ты, причем безо всяких там «почему»! Вот тогда с этой девушкой можно на что-то рассчитывать!

– А где ж такую взять?

– Ищи! – пожал плечами Денис. – Я, конечно, не говорю, что ты не должен встречаться с другими девушками, которые этому критерию не соответствуют, но никогда, я говорю, НИ-КОГ-ДА не планируй с ними ничего серьезного! Так, легкая имитация романтических отношений, дружеский секс, врубаешься?!

Я кивнул, но не стал признаваться, что не совсем понимаю, как это секс может быть дружеским, лично у меня такого никогда не было.

– Но ты же сам говорил, что я забил себе романтическими бреднями голову и от этого надо избавляться?

– Не отрицаю, говорил, а разве сейчас говорю, чтобы ты в эту романтику сам окунался? Конечно нет! Просто дай немного этой романтики девушке – они это любят, как только это увидят, то начнут таять, и все будет в порядке. Понял?

– Прямо-таки начнут таять?

– Если не начнут, то из этого можно сделать два вывода: либо это холодная, расчетливая стерва, либо ты ее не заводишь. В том и в другом случае не рекомендую терять с такими время – больше провозишься, а результата – ноль. Ясно?

– Ясно, – в очередной раз кивнул я и подумал, что мне, наверное, уже пора начать обращаться к Денису «учитель».

По пути домой я рассуждал о романтических чувствах и в своем очередном посте изложил историю о том, как я встречался с Ариной и что из этого вышло. Надеюсь, что получилось смешно, а потом не удержался и написал еще:

ne_romantick

При всех своих недостатках романтический настрой, если им не слишком увлекаться, является довольно неплохим психотерапевтическим средством. Он позволяет держаться в рамках этики и не пускаться во все тяжкие, поддерживая надежду, что вот-вот все наладится.

Взгляните на тех, кто любит смотреть романтические фильмы, – эти люди, как правило, думают, что несчастливы в реальной жизни, и инстинктивно выискивают в придуманной киношниками истории надежду на собственное счастье, которое обязательно случится, надо просто немного подождать, ведь вон какие лузеры на экране вдруг встречают своего Ромео (или Джульетту), когда уже и надежды никакой не осталось, а ведь я-то еще хоть куда.

Я считаю, что романтические фильмы, оставляя у наивных людей надежду на личное счастье, тем не менее порождают слишком большое количество нереальных иллюзий – вот сегодня я пойду на день рождения, как в том фильме, и там встречу его (ее), вот сегодня на свадьбе подруги я познакомлюсь с двоюродным братом жениха, случайно оказавшимся в Питере, а так он живет в Лондоне, и мы будем жить с ним долго и счастливо.

Лично я уже давно понял, что надеяться на это не стоит, но совсем не отчаялся – в конце концов, ведь всегда остается вариант с проститутками (что касается мастурбации, то я не до такой степени интроверт, чтобы считать подобный метод долгосрочным решением проблемы отсутствия сексуально-романтического партнера).

Домой я приехал совсем не поздно, где-то в половине одиннадцатого. Аня сидела на кухне и вызывала четкую ассоциацию с офортом Дюрера «Меланхолия». Видимо, воспитательный процесс надо было углублять – его долгосрочные результаты пока отсутствовали.

– Ты где был?

– С Денисом, где же еще?

– Что-то ты к нему зачастил! Подозрительно даже, – произнесла она мрачно.

– А в чем это ты меня подозреваешь?

– Ты совсем дурак, что ли?! Не понимаешь?!

– Знаешь, Аня, я не привык врать, и если иду к Денису – значит, иду к Денису, а если пойду куда еще, то проинформирую тебя соответствующим образом!

– Ты совсем охренел?! – в голос закричала Аня. – Какая ты свинья! Как только язык поворачивается такое говорить? Я тут загибаюсь, как на каторге! Что ты вообще делаешь, кроме как на работе сидишь? А еще мне такие вещи заявляешь! Сволочь ты последняя!

Я почувствовал, как кровь приливает к лицу. Сознание того, что в эту минуту мне больше всего на свете захотелось ударить Аню чем-то тяжелым, было одновременно и неожиданным, и невыносимым. Я почувствовал стыд и отвращение. Вот, оказывается, как происходят семейные трагедии! Надо отдать должное моему самообладанию: за мгновение нарисовав в голове разнообразные сцены кровожадной расправы с Аней, я даже не шевельнулся, а просто спокойно произнес:

– Аня, я вот тут что подумал: давай, может, разведемся?

У Ани по лицу за доли секунды пробежала целая гамма чувств. От удивления до оторопи, от испуга до крайнего раздражения, через мгновение сменившегося бешенством. Я и не подозревал, что за такой сжатый период времени человек может столько испытать.

– Ты совсем спятил? – взмахнула она руками. – С какой это стати?

– Мне кажется, что у нас что-то разладилось. Любви нет, одна бытовуха какая-то!

– Не знаю, что там тебе кажется, но я не собираюсь одна ребенка воспитывать! Не дождешься! Хочешь, чтобы я одна на себе сына тянула? – Тут она покраснела. – Ты что, завел себе кого-то? – выпалила она.

Я отрицательно покачал головой. Это была чистая правда, Оля в данном случае была не в счет.

– Так, а что тебя не устраивает?

– Жизнь наша такая! Вот скажи мне, ты счастлива?

– Какая такая жизнь? Какое счастье? Ты все какими-то мечтами живешь! Ты лучше подумай о Кирюше, у тебя сын растет! О его будущем надо думать, образование ему дать, от армии отмазать! А ты о жизни своей какой-то не такой!

– А ты что, довольна нашей жизнью?

– Ты сам-то что сделал, чтобы я довольна была? Совсем меня загнал, как лошадь! Я тебе что, железная? Хамишь мне на каждом слове, шляешься вечно неизвестно где! И еще он заявляет, что несчастлив!

– Подожди, подожди, я сейчас тебе помогаю – и Кирюшу в садик, и в магазины, и готовлю…

– Готовит он! – побагровев, бросила Аня. – Да это ты себе готовишь! Ты меня спросил, нравится мне твоя готовка? Ты нормальное что-нибудь хоть бы раз приготовил! А то все хрень разную! А мне потом срач за тобой убирать! А в магазин… что, я должна ездить? Я тебе лошадь, что ли? Кирюшу он в садик отвозит! А кто же его возить должен? А то, что ты стал неизвестно где шляться? Это как? И я еще все терплю, как рабыня, дома сижу – полы мою и стираю! А он еще и недоволен! Счастья у него нет! Все у тебя нормально, ты Бога не гневи, ты еще не знаешь, какие проблемы у людей бывают! – выпалила Аня на одном дыхании. Можно было подумать, что эта речь была у нее давно заготовлена, тщательно выучена и многократно отрепетирована.

Я всегда настолько поражался ее способности моментально выдавать емкие и глобальные формулировки на любые темы, что аргументированно их опровергнуть у меня никогда не получалось. Говорить больше ничего уже не хотелось. Продолжать беседу в этом ключе было настолько же продуктивно, как объяснять слепому, какое небо голубое. Я обреченно прикрыл глаза рукой и поплелся в ванную.

В душе я пребывал в полном одиночестве, и снова стал раздумывать на довольно животрепещущую тему: и что же теперь делать? Наверное, все же развод был бы наиболее правильным выходом. Но как? Видимо, Ане необходима железобетонная причина, которая бы ее убедила. Мои пространные рассуждения таковыми ей не казались. Так что же делать? Что, если подговорить Сашу изобразить любовницу, чтобы такой железобетонный повод возник? Саша согласится влегкую!

Есть другой вариант: исчезнуть, как будто я умер! Например, имитировать свою гибель в автокатастрофе. Я уже было начал в голове разрабатывать план – главный вопрос, где взять тело в сгоревшей машине. Может, труп бомжа найти? А как ему зубы мои вставить? Нет, точно не подходит. В передаче по Discovery про Байкал я слышал, что если в Байкале труп не находят за три дня, то потом уже не ищут – очень насыщенная агрессивная биосреда. Так может, отправиться на Байкал и там, типа, утонуть? Классная идея! Осталось только придумать повод для поездки на Байкал. Например, чтобы изучить возможности расширения бизнеса на востоке страны. Это возможно. А как потом? Что делать-то я буду, когда вот так «умру»? Бомжевать? И Кирюша как без меня? Я где-то читал, что до четырех лет ребенок вообще не запоминает никого, кроме матери, и если отец до этого возраста куда-то девается, то его уже и не вспомнят. Нет, так не пойдет!

Или по-другому – нанять жиголо, чтобы соблазнить жену. Она потеряет голову и сама первая побежит разводиться. Неплохая идея! Но слишком киношная, тянет в лучшем случае на сценарий для приторной до нереалистичности голливудской комедии. Уставший до смерти от своей супруги муж нанимает красавца жиголо, который якобы случайно знакомится в кафе с его женой и начинает за ней красиво ухаживать. Жена, естественно, расцветает, а муж заново влюбляется в нее. Чтобы было смешно, надо, конечно, вставить несколько забавных сцен с неудавшимся сексом, жиголо, висящим на карнизе в одних очках, и так далее. Но мне такой сценарий абсолютно не подходит: нет ни жиголо, ни денег, чтобы его нанять, ни даже отдаленной вероятности, что Аня вдруг расцветет. А даже если и расцветет, то вряд ли меня это уже возбудит!

А может, как в кино «Развод по-итальянски»? Убийство в состоянии аффекта? Где-то я слышал, что это обстоятельство считается смягчающим и за лишение жизни того, кто довел тебя до этого самого аффекта, дают всего лет пять… На этом размышления прервал мой внутренний цензор. Так можно докатиться и до мыслей по поводу твари дрожащей. Может, я уже стал психом? Приехали. Сразу вспомнилась школьная дразнилка: «На Максима лезут мыши, у него съезжает крыша!»

ne_romantick

Я поймал себя на мысли, что мне всегда кто-то или что-то мешает быть счастливым.

Когда-то учитель по химии, потом отбивший у меня девушку однокурсник, потом босс на работе, сейчас вот жена, а есть ли гарантия, что, освободившись от нее, я обрету это самое искомое состояние? А разве не мой друг, всего-то полгода назад называвший жену малышкой, теперь иначе, как «эта сука», ее не именует? Что изменилось? Не может быть, чтобы она вдруг превратилась в монстра! Я ведь не считаю, что за пять лет жизни превратился в монстра, превратилась именно она! Не может быть так! Наверное, истина где-то рядом, но как ее ухватить? Или надо не заморачиваться, а делать то, что, кажется, принесет если не счастье, то хотя бы временное облегчение… А что, если мое облегчение станет страданием для других? Что правильно? Где правда?

Пост этот размещать я не стал, удалив все до последней буквы, – слишком уж сумбурно получилось. Размышления эти не принесли никакого удовлетворения, но наполнили пониманием, что жить так дальше просто нельзя.

Клин клином

По пути в офис, переключая радиостанции в поисках спасения от рекламы, я наткнулся на одну из самых трогательно-романтических песен Here, There and Everywhere[16]16
  Here, There and Everywhere – (англ.) «Здесь, там и везде», песня The Beatles.


[Закрыть]. На этот раз, кроме разрывающей на части тоски, никаких эмоций она не пробудила. Я вдруг совершенно отчетливо понял, что не хочу быть с Аней. Совершенно. То есть ни здесь, ни там – и нигде! Только как ей это объяснить? Ей ведь кажется, что у нас все хорошо, а я мучаюсь дурью и еще ей нервы треплю. Может, она просто не хочет замечать или она искренне так думает? Искренне так думать, конечно, гораздо проще.

ne_romantick

Вся наша жизнь состоит из череды ошибок или их последствий. Ошибки, день за днем и год за годом, громоздятся одна на другую, постепенно формируя почти отвесные стены и отвалы, из которых затем образуются замысловатые лабиринты, и мы вдруг, опомнившись где-то в середине жизни, обнаруживаем себя в этой практически безвыходной ловушке, выбраться из которой удается, думаю, только единицам. Я, кстати, знаком только с одним таким героем.

При этом признать, что вся их жизнь лишь одна огромная чудовищная ошибка, под силу далеко не всем – ощущение собственной важности и исключительности заставляет нас отыскивать некоторые факты, которые под определенным углом и в некоторой степени становятся привлекательными, а вы в их свете хотя бы в некоторой степени успешным. Например, опостылевшая жена в свои тридцать два выглядит не больше чем на тридцать один или во время трехнедельной командировки в Костомукшу можно полюбоваться северным сиянием. И так все продолжают притворяться и врать о своей успешности всем вокруг, а главное – себе.

С утра я был явно не в духе. Выплеснув в ЖЖ свои нерадостные мысли, родившиеся в утренней пробке, быстро разобрался с двумя совещаниями, отправил с десяток разнообразных и ни о чем не говорящих писем (так я успешно имитировал кипучую деятельность – во всех них Вера числилась одним из получателей) и пошел на обед, на этот раз с Сашей вдвоем. Больше никто не смог. После воцарения в офисе Бешеной все работали не поднимая головы. Саша была не исключением, ей пришлось в полной мере погрузиться в свои непосредственные обязанности, то есть в маркетинг, что, очевидно, было ей в тягость. Но Саша совсем не унывала. Правда, при каждой удачной возможности сообщала всем, что ненавидит свою работу, проклинала Веру, желая ей разнообразные виды напастей (чтоб ее муж триппером заразил и чтоб у нее месячные никогда не кончались) и замысловатые варианты смертей (особенно мне запомнились мечты закатать ее в асфальт катком и скормить бродячим собакам), награждая замысловатыми эпитетами, самыми простыми из которых были «жаба», «обезьяна» и «сука в ботах», а также обещала, что скоро найдет жениха и свалит с этой каторги в декрет. Ту же пластинку она завела, как только мы вышли за порог офиса.

– Подожди, – перебил я ее, – у тебя же есть кто-то вроде жениха!

– Так разве это жених? – сморщила девушка недовольную гримаску. – Не пойми что! Были у меня на него планы пару лет назад, но смотрю, с ним каши не сваришь!

– А музыкант этот, который приезжал?

– Антон, что ли? Да у него таких, как я, пруд пруди! Секс с ним, конечно, отличный, только ему одной мало! У него ВКонтакте френдов тысяч шесть, и почти все – девки! Он их трахает, а они ему – перепосты на песни и лайки на фотки! А в мужья кто-то надежный нужен, вроде тебя! Только такие, как ты, давно разобраны все! Получается, что мужики как унитазы – либо заняты, либо все в говне!

– А где ты собралась жениха искать, если вечно на работе теперь торчишь?

Саша и правда теперь проводила на работе столько времени, что могла по этому показателю выиграть соцсоревнование у любого трудоголика из «четверки». Но другого выхода у нее не было. Душили стоимость съемной квартиры, кредит на машину и любовь к красивой одежде. Саша насупилась:

– Конечно, с этой каторгой кого тут найдешь? Вот Вичке повезло – как уволили, так она сразу себе личную жизнь устроила! С тем, помнишь, с которым она никак решиться не могла – спать на первом свидании или нет? Так на первом и не переспала – он даже пальцем не пошевелил, прикинь, и так ее этим заинтриговал… Счастлива теперь невероятно. Говорит, спасибо Бешеной, если бы в конторе нашей торчала, на любовь бы времени совсем не оставалось. – Тут Саша совсем помрачнела. – Вот, теперь все настроение мне испортил! Опять про эту работу вспомнил! Вот будешь меня еще этой хренью грузить, не пойду больше с тобой обедать!

– Не знаю, у меня работа эта чертова из головы не идет, только я человеком себя почувствовал, только для настоящей жизни пространство освободил, как эта Бешеная сюда заявилась! Что тут будешь делать? Видно, судьба у меня – погибать в офисе! Может, ты чего веселое расскажешь?

– Веселое? – вдруг прыснула Саша. – Помнишь, я тебе про подругу свою говорила, ну? Которая меня еще приглашала вписаться в групповуху со своим новым любовником-богатеем?

Я кивнул.

– Ну вот, я тут еще раз с ними обедала.

– И как? – спросил я, правда, сейчас уже безо всякой зависти: регулярные сцены с Олей вполне успешно компенсировали всевозможные фантазии на подобные темы.

– Да никак, – вздохнула Саша, – богатей этот у нее такой противный! И как она с ним, ну, сексом занимается, – брезгливо передернула она плечами, – понять не могу!

– А потом? – больше из вежливости поинтересовался я.

– Потом богатей к жене поехал, а мы к Машке пошли смотреть ее новую квартиру, которую Вовчик, ну, тот богатей, ей снял.

– И? – Я никак не мог понять, что же в этом может быть такого интересного.

– Квартира у нее – класс! А еще на новоселье ей Вовчик ящик шампанского подогнал, ну вот мы на него и налегли! Напились, конечно, потом валялись на диване кожаном и мечтали: вот бы сейчас нам волшебную палочку, мы бы сразу принца вызвали и его бы… ну, ты понял! Потом мы открыли еще одну бутылку, выпили на брудершафт, а после стали с Машкой целоваться.

С этого момента я стал слушать с гораздо большим интересом, но тут Саша вздохнула и сказала, что после поцелуя больше ничего не помнит, но с утра они с Машкой оказались в одной постели и совсем без одежды. Пустых бутылок они насчитали пять, что для нее (даже при делении на два) является почти смертельной дозой. Про потерю памяти я, конечно, не поверил, но допытываться было лень, захочет – сама расскажет. У Саши язык за зубами катастрофически не держался. Когда мы почти уже дошли до офиса, Саша вдруг ни с того ни с сего брякнула:

– А что ты до Альбины докопался?

– В каком смысле? – Я сделал вид, что не понял.

– То в кино ее зовешь, то в ресторан!

– А что такого? – Я почувствовал, как на меня нахлынула странная смесь смущения, раздражения и горечи.

– Меня бы лучше пригласил, она все равно с тобой никуда не пойдет!

– Это почему? – В моем коктейле ощущений на первый план вышел вкус обиды.

– Так она вроде со Славолюбом дружит, – хитро подмигнула мне Саша. – Не знаешь, что ли?

– Нет, не знаю, – пожал я плечами, чувствуя, как по телу пробегает волна разочарования, как в детстве от раскрытого пустого фантика, ловко имитирующего настоящую конфету. – А этот факт является обстоятельством непреодолимой силы? – Мне все же удалось взять себя в руки.

– Ну, постучись, постучись головой об стену, может, чего и получится, – ехидно прищурившись, сказала Саша.

Оказавшись в своем кабинете, я первым делом принялся колотить пальцами по клавиатуре, чтобы немного сбавить накал все никак не отступавших тоскливого разочарования и мутного раздражения.

ne_romantick

Жизнь не всегда оказывается приятной штукой. Особенно когда неприятные мгновения задевают непосредственно твою персону. Когда вдруг понимаешь, что этот мир, как будто вращающийся только вокруг одного тебя, на самом деле имеет и другие оси притяжения, зачастую гораздо более мощные. Этот факт становится наиболее очевиден, когда оказывается, что понравившаяся тебе девушка выбирает не тебя. Немного поразмыслив, приходишь к еще более неутешительному умозаключению: девушки почти поголовно вешаются на каких-то смазливых придурков. Этот вывод не очень обнадеживает.

И все же в жизни разочаровывает не то, что девушки обычно выбирают этих псевдокрасавцев плейбоев, а то, что они в любой момент готовы бросить тебя и подорваться, только чтобы оказаться с этим плейбоем рядом. Даже не надеясь ни на что большее, чем примитивный разовый перепихон.

И обычно им невдомек, что эти самые красавцы – просто самовлюбленные имбецилы, способные только размещать в соцсетях фото с собой на кайтах, на сцене с гитарой или просто задумчиво смотрящими вдаль. Хотя нет, они еще способны упиваться сознанием, что могут одним этим задумчивым взглядом охмурить любую проходящую мимо девушку, а если же это не удается моментально, то охмурение на какое-то время становится смыслом их бесполезной жизни. Правда, смысл этот надолго не задерживается, только до момента овладения непокорной.

Немного справившись с эмоциями, я позвонил в салон. Теперь уже можно было себя утешить – да и признаться честно, – ажитация, возникшая от Сашиного рассказа, все никак не шла из головы – соблазнительная сцена с двумя совершенно раздетыми девушками в кровати так и стояла перед глазами. Надо было срочно сменить ее на картинку с Олей, и желательно вживую. Я снова почувствовал уже привычные ощущения, возникающие при одной только мысли о ней. Эти ощущения даже стали меня немного пугать, вся эта история с Олей постепенно превращалась в какое-то наваждение с налетом романтики. А вдобавок вчера по радио я услышал Nothing compares 2U[17]17
  Nothing compares 2U – (англ.) «Ничто не сравнится с тобой».


[Закрыть], и теперь эта песня везде меня преследует. Как и мысли об Оле. Но позволить себе даже на секунду допустить, что я в нее влюбился, я никак не мог, чтобы ни случилось. Все равно шансы на нечто большее, чем встречи в салоне, были скорее гипотетическими, да и я довольно слабо представлял, как бы могли развиваться наши даже самые призрачные отношения. Мысль о том, что, позвонив с вопросом вроде «Оль, может, сходим куда-нибудь вечерком, посидим?», я нарвусь на ответ: «Ой, милый, я сегодня работаю до утра, давай лучше завтра!», особого оптимизма не внушала. Я встряхнул головой и набрал номер салона.

Администратор сразу узнала меня по голосу. Мне этот факт почему-то совершенно не польстил.

– Кто сегодня у вас, так сказать, на боевом дежурстве? – бодрым голосом начал я.

– Катя только что пришла, не хотите ее навестить? – В их корпоративной культуре внимательное отношение к предпочтениям клиентов, видимо, занимало не последнее место.

– А Оли нет?

– Нет, и сегодня не будет.

– А завтра? – спросил я с надеждой.

– Не знаю, вот завтра и позвоните.

Я помолчал. Надежда увидеть Олю внезапно оказалась в состоянии клинической смерти. Ноющее чувство постепенно перебиралось в район висков, превращаясь в головную боль.

– Давайте к Кате, через полчасика, – наконец выдавил я. Чувства по этому поводу были и правда противоречивые.

Я не отношу себя к сторонникам компромиссов. Немного поразмыслив перед тем, как направиться в салон, я выложил в ЖЖ очередной пост:

ne_romantick

Мир абсолютно несовершенен. Не говоря уже об его обитателях – всякий раз, когда я вижу девушку, не говоря уже о ситуациях, когда я вступаю с ней в некий процесс общения, я прежде всего замечаю в ней недостатки: у одной маленькая грудь, вот эта брови хмурит – значит, злюка и скандалистка, вот у этой нос, как у ведьмы, у этой ноги короткие, эта маме звонит через каждую минуту, эта слишком озабочена своей внешностью, вот эта закомплексована – кажется ей, что все над ней смеются, вот эта при каждой возможности нажирается и начинает приставать ко всем мужикам вокруг. Другими словами, найти девушку, которая бы во всем меня устраивала, по моему мнению, которое сложилось у меня где-то годам к двадцати пяти, оказывается невозможно, и я, отчаявшись, начал идти на компромиссы, обнадеживая себя тем, что на какие-то недостатки можно просто не обращать внимания.

Не просто так ведь вокруг столько совершенно неидеальных пар. Более того, люди прекрасно осознают недостатки друг друга и мирятся с ними, компенсируя их наличие, наверное, чем-то более важным – сексом, удобством, деньгами, надеждой (часто призрачной), что хоть кому-то нужен. Ведь человечество очень давно придумало замечательное оправдание этим компромиссам, прекрасный предлог, чтобы закрыть глаза на все недостатки своего далеко не идеального партнера и объяснить всем вокруг причины своего странного и непоследовательного выбора. Если кто еще не понял – это любовь.

Я тоже решил пойти по этому пути. Все же так делают, и ничего! Не тут-то было. Компромиссы оказались для меня губительными, как яд касторового дерева. Все недостатки, которые были крошечными, как горчичное зерно, при первой встрече, через пару лет выросли до размера слона, а после пяти лет совместной жизни превратились в вулкан, обрушивающий на меня потоки лавы и груды черного пепла, заслоняющего весь белый свет. И я понимаю, что дальше будет только хуже. Ведь сквозь эту черную мглу уже не видно не то чтобы солнца любви, но даже редких лучиков симпатии.

Дверь в салон вместо дежурного администратора открыла Катя, что было уже необычно, но на этом сюрпризы не окончились. С ходу, прямо с порога, она поцеловала меня в губы, одновременно ухватив чуть пониже поясницы. Почти два часа пролетели так же динамично, по крайней мере, удивляться я не переставал. После двух сессий головокружительного секса Катя принесла мне чаю и улеглась на кровати, подперев голову рукой. Видимо, настало время поговорить. В отличие от физических данных, интеллектуальными она совсем не блистала, поэтому наша беседа ограничивалась темами, стандартно составляющими основу любой биографии: родился, учился, работал, женился. Чтобы как-то разбавить эту тоскливую картину, я решил поинтересоваться насчет посещаемости этого заведения в дневное время, не сидят ли девушки без дела.

– Что ты! – хлопнула меня по животу Катя. – Еще как не сидим!

Я удивленно на нее покосился.

– А ты что думал? Из офисов народ толпой валит, в основном женатые, такие самые приличные, а вечерами начинается: пьяные компании, придурки разные.

– А в выходные? – решил я продолжить свое мини-исследование.

– Да в выходные похожая история – вечером пьянь всякая, а днем женатики прут, чего только не насмотришься! Кто в спортивной форме, типа, на пробежку, с собаками идут, хорошо, если с маленькой, та может на кухне посидеть, а один заявился с доберманом, пришлось на улице ее привязывать, а был еще один перец, так тот даже с коляской приперся – со спящим ребенком! Снял двух девчонок, одну на улицу отправил с коляской гулять, а со второй кувыркался.

Я покачал головой. Получается, на этом фоне я являю настоящий образчик приличного поведения.

В своей любимой кофейне по пути домой я снова проанализировал свой список, который совсем не увеличился, а, наоборот, стремился к нулю. Мне пришлось вычеркнуть оттуда всех кандидаток, с указанием причины исключения, для понимания и дальнейшего анализа статистики.

• Вика (бывшая секретарша в офисе) – обзавелась бойфрендом.