Текст книги "(Не)нужная жена дракона, или Хозяйка дома с неприятностями (СИ)"

Автор книги: Ардана Шатз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

28

– Фекла, а ты могла бы снова показать мне портрет твоей бабушки?

Я сама не верила в ту невероятную теорию, что возникла в моей голове. Но ведь все сходилось одно к одному. Бабушка исчезла из поселка пять лет назад. А спустя два года появилась в доме, сделала небольшую пометку, касающуюся большого зеркала, и снова пропала. А еще через три года умирает бабушка Федьки, и она попадает в мой мир через то самое зеркало.

Девочка откликнулась сразу же. Отдала мне телефон, на котором было изображение пожилой женщины с короткой стрижкой и пепельно-фиолетовыми волосами. Я прищурилась, всматриваясь в каждый миллиметр портрета и пытаясь найти фамильное сходство. Потом ушла в спальню, где стала сверяться с семейным портретом. Нет. Это точно не моя бабушка. Если только она не изменила свою внешность…

Голова начала гудеть от этих домыслов.

– А ты хорошо помнишь свою бабушку? Долго с ней жила?

– Всю жизнь. – Федька пожала плечами. – Она меня забрала, когда я была совсем маленькая.

Не сходится. Значит, это не Эрин Маклин воспитывала Федору в другом мире.

Я почувствовала легкое сожаление. Я была бы рада обрести младшую сестру. Но нет, нас связала всего лишь случайность.

На остаток дня я предоставила Федьке свободу действий, а сама засела в мастерской в окружении записей бабушки и книг по магии. Раз уж жители Уайтфилда не соврали, а я пообещала вернуть бабушкины долги, нужно было заниматься делом. Федора же, как я могла видеть из окна, решила поискать съедобные травки, годные для добавления в чай, и сейчас усердно вырывала пучки сорняков, выискивая вероятные грядки возле дома.

Информации было столько, что мне пришлось найти пустые листы и начать делать собственные записи. Что, кому и когда обещала Эрин, в каком состоянии вещи, над чем уже начата работа, а что еще ждет своего часа.

Казалось бы, овладеть магией за два дня просто невозможно. Но то ли надо мной не висела необходимость угождать сестре и опасаться мачехи, то ли действовал сам дом, сверху донизу пропитанный магическим мастерством Эрин Маклин, но я буквально кожей начала ощущать магию в предметах.

Конечно же, это была капля в море, но мне казалось, что я сделала огромный шаг вперед в постижении собственной силы. Ведь за долгие годы я не могла добиться и этого.

– Эрин, Эрин, что же ты скрываешь? И куда пропала? – Приговаривала я, приводя бумаги в порядок.

К сожалению, ответить мне никто не мог. Но у меня еще была надежда разговорить Анику, чтобы разузнать насчет моей мамы и драконов, от которых меня нужно было спрятать.

Именно этим я и занялась на следующий день.

Федоре удалось обнаружить среди высокой травы несколько грядок, а на одной из них нашлась фиолетовая мята и мелисса. Мяту Федора сначала забраковала за необычный цвет, но потом решила дать мне на проверку. Так что на завтрак у нас был душистый чай. А заодно и небольшой гостинец для Аники.

Мы собрали еще немного трав и положили их в пустую жестяную коробочку. Возможно, у Аники и своих травок хватало в огороде, но идти в гости с пустыми руками было бы неприлично.

Как я ни надеялась разговорить и без того словоохотливую соседку, она упорно игнорировала сначала мои намеки, а потом и прямые вопросы. Зато активно ахала и охала, когда я раскрыла ей, кто такая Федора. Мы решили оставить в тайне то, что девочка попала в наш мир через зеркало. Немного исказили действительность и сказали, что Федора просто заплутала в лесу в своем мире и вышла прямиком к моему дому.

– Лучше никому не говори, что ты родная внучка Эрин. – Напутствовала меня Аника, когда мы уже стояли на пороге. – Скажись дальней родственницей. Не кровной. Так будет лучше.

– Но ведь все в поселке уже знают, что я внучка.

– А ты слух пусти, что дом тебя не сразу принял. Вы же на рынок идете? Вот там и пожалуйся, что с трудом вошла в дом. И мимоходом упомяни, что Эрин – сестра твоей бабки. Мол, ты ее внучкой сказалась, чтобы проще было.

– Аника, зачем все это? Кого мне нужно опасаться? – Я посмотрела старушке в глаза и положила руку на дверь, не давая ее закрыть, если Анике вдруг захочется щелкнуть меня дверью по носу.

– Не знаю я, деточка. – Вздохнула Аника. – Только Эрин очень надеялась, что ты однажды сюда вернешься вместе с матерью. Но, видно, она так и не решилась бежать.

Аника замолчала и сразу как-то поникла, сгорбилась и стала еще меньше ростом, чем была. Не дожидаясь, пока я отпущу дверь, она развернулась и скрылась в глубине дома.

Идя с Федорой по пыльной дороге туда, откуда доносились звуки бойкой торговли, я прокручивала в памяти слова соседки. И то, как она выделила слова “с матерью”. Не “с родителями”. Не “с семьей”.

И от кого тогда должна была бежать моя мама?

29

Советов магов закончился, как и предполагал дэйн Хартли, только через неделю. Из этого времени два дня он пытался убедить Владыку Юго-Восточного Предела, что дополнительное пожертвование магии в королевское хранилище не нанесет ущерба его супруге. Но дэйн Мортон продолжал стоять на своем, утверждая, что Эвелин, его драгоценная жена, и без того отдает достаточно магии.

– Может, обратишься к своей супруге, Хартли? – В итоге вспылил дэйн Мортон и вскочил с места. Но под суровым взглядом главы совета сел обратно, но не упустил возможности съязвить. – Кстати, поздравляю со свадьбой.

– Владей моя супруга такой мощью, как Эвелин, я не стал бы транжирить ее магию на домашние дела.

– Это не тебе решать.

– Не мне. – Согласился Хартли. – Но позволь напомнить, что пока от меня требуют наводить порядки на границах, я буду настаивать на пополнении хранилища всеми доступными способами.

– Забыл, чем это обернулось для тебя в прошлый раз? – Мортон неодобрительно посмотрел на Нэтана. Тот лишь вздохнул. Все давно разошлись, и только поэтому Мортону позволил себе затронуть эту тему без последствий для себя.

– Это было необходимо. – Ответил Хартли.

– А в итоге ты чуть не потерял контроль.

– Я помню! – Прорычал Нэтан. Этот разговор его бесил. А еще больше бесило, что Мортон был прав. После потери того объема магии, которую он влил в хранилище, он едва совладал со своим драконом и только силой воли сумел удержать контроль над зверем.

Неудивительно, что домой Хартли возвращался в отвратительном настроении. Совет его вымотал, а разговор со старым другом хоть и закончился на вполне приемлемой ноте, напомнил о том, что Хартли до сих пор не знает, где его супруга.

Элеонора встретила его на пороге кабинета. Хартли прошел мимо, не удостоив ее приветствием. Направился к кожаному дивану и рухнул на него.

– Где Виола?

– Дэйн, наши люди ее ищут. – Элеонора неслышно подошла к дивану и грациозно опустилась на изгиб подлокотника. – Говорят, Виолу видели где-то недалеко от Северного Предела. Вам не о чем беспокоиться, они скоро вернут ее.

Она коснулась руки Хартли.

– Вы так напряжены. Как насчет чего-нибудь расслабляющего?

Голос Элеоноры был мелодичным, тягучим, еще сильнее раздражая дракона. Он дернул рукой, сбрасывая пальцы помощницы. Эта идиотка позволила Виоле сбежать, а теперь еще и не торопиться дать полный отчет, где и когда видели его супругу.

– Сколько людей ты послала? Где отчеты? Где информация? – Хартли говорит тихо, спокойно, но Элеонора прекрасно знала, что это означает. Она вскочила и быстро процокала на высоких каблуках к столу. Взяла бумаги и стала вслух читать донесения.

– Два дня назад на почтовой станции Розуэра видели рыжую девушку, похожую на Виолу. Она заказала экипаж до Блайндфорта, но в нем не появилась. Сейчас обыскивают соседние поселения.

– Ее мачеха? – Так же тихо спросил Хартли.

– Что? – Элеонор растерянно посмотрела на дракона.

– Вы проверили ее мачеху? Что она сказала? – Прорычал Хартли, теряя терпение. Он поднялся и двинулся к помощнице, которая попятилась, мотая головой.

– Нет, дэйн Хартли. Вы ведь не отдали приказ…

– Мне любопытно, Нора, если я вскрою твою прекрасную головку, в ней окажется хоть капля мозгов? – Хартли поднял руку и провел перед глазами Элеоноры пальцем, на конце которого появился острый драконий коготь.

– Я все исправлю, дэйн. – Она нервно сглотнула и облизнула губы. Потом коснулась ладони Хартли поглаживающим движением. – Обещаю, я сделаю все, чтобы вернуть беглянку.

Дэйн смотрел на помощницу с любопытством. В ее глазах залег страх, но прикосновения так и сочились желанием. Заметив, что коготь исчез, Нора приблизилась на полшага.

– А пока вы можете взять мою магию. Сколько пожелаете, дэйн.

Она сказала это с таким придыханием, что Хартли брезгливо скривился. Нора не была идеальной помощницей, но по крайней мере, раньше отличалась холодным расчетом и трезвым умом. А теперь она решила уподобиться тем девицам, которыми Хартли пользовался раньше, чтобы хоть немного наполнить себя магией.

Нет, он предпочтет дождаться свою маленькую беглянку. И уже тогда насытится вдоволь.

30

Все тревоги и переживания забываются, когда занят делом. После похода на рынок я и думать забыла о семейных тайнах и странных недомолвках Аники. Слишком уж кипела жизнь на небольшом пятачке в торговом районе Уайтфилда. Из ближайшего крупного города сюда приехали торговцы всем, что можно было представить. И я только и занималась тем, что оттаскивала Федьку от прилавков, пытаясь купить только необходимое. Но, как скоро выяснилось, нам было необходимо множество вещей. Например, блокноты с красивыми обложками и самописными перьями для записей с пушистыми кончиками, похожими на хвост мифической птицы. Два люминариса, меняющих цвет в зависимости от погоды, красивый кофейник и мешочек зерен к нему – мода, пришедшая к нам из столицы. Штаны для Федоры, пошитые по последней моде – с кучей карманов по всей штанине, пара рубашек и запасные туфли на мягкой подошве. С алхимического прилавка смели еще и целый набор миниатюрных брусочков мыла с разными ароматами. А из продуктов набрали припасов на месяц вперед. Целая коробка тыквенных сладостей – побаловать себя с чаем, крупы, специи, овощи, мясо, яйца. Мы истратили раза в полтора больше, чем я рассчитывала. Но домой шли довольные донельзя. А Федька все спрашивала, когда мы снова пойдем на рынок – кажется, присмотрела что-то, о чем постеснялась попросить в этот раз.

Теперь дом встречал нас не пугающими скрипами и дырами в полу, а тишиной и уютом, даже если мы возвращались после целого дня, проведенного в поселке. А я все меньше беспокоилась о Федоре, когда она часами пропадала в огороде.

Правда, огорода как такового не было, но Федька проявила похвальное рвение к облагораживанию тех грядок, которые она сумела отыскать. И пока она орудовала найденными в подвале инструментами, я оттачивала собственное мастерство.

Обрадованная первыми успехами в овладении магией, я решила, что и дальше все будет так же легко. Но нет. Каждый новый крохотный шажок давался мне с таким трудом, что я уже начинала сомневаться, что всего несколько дней назад я смогла зарядить люминарисы и Федькин телефон без какой-либо практики.

– Эми, телефон садится. Зарядишь? – Федора протянула мне свое сокровище, с которым не расставалась ни на миг. Я уже смирилась с тем, что из него временами раздаются странные песни без нормальной мелодии и с набором слов вместо складных стихов. Зато Федора очень любила подпевать, а в один из дней я проснулась с застрявшими в голове словами: “Сигма герл слаще зефира. Да, я – босс этого мира”. И долго пыталась понять, откуда это взялось, пока не вспомнила, что накануне вечером Федька раз двадцать прослушала эту, с позволения сказать, песню.

– Заряжу, конечно. – Я вздохнула. Наверное, стоит составить какое-то расписание для этой странной музыки, чтобы я потом тоже не начала распевать песни с непонятными словами.

– Ты просто чудо! – Федора повисла у меня на шее, чуть не повалив на грядку, возле которой и шел разговор. Я спустилась на улицу проверить как дела у моей подопечной, да так и осталась, увлеченная возможностью немного разгрузить голову и поработать руками.

Каменная роза, которую Федора разыскала в густой траве, не погибла за пять лет без ухода. Да, темно-красные цветы были куда мельче, чем им полагалось быть при должном присмотре, но она продолжала цвести. Федора выхаживала маленький кустик и наполняла телефон все новыми и новыми изображениями алых лепестков.

– Бабушка рассказывала, что из роз иногда варят варенье. – Поделилась Федора, выкладывая вокруг кустика ограждение из белых камней, которые она набрала на берегу реки.

– Вряд ли из каменной розы получится что-то съедобное. У нас считают, что она слышит все, что говорят рядом с ней и может исполнить заветное желание. Но это неправда. – Я грустно улыбнулась, вспомнив, сколько раз в детстве шептала розовым кустам под моим окном о своих мечтах.

– Если бы это было правдой, здесь уже был бы интернет. – Вздохнула Федора.

– Может быть, это и к лучшему. – Я отвернулась, чтобы скрыть улыбку. Федька уже рассказала мне, что с помощью этого интернета она могла бы наполнить свой телефон новыми песнями и даже визуальными историями. Но мне хватало и того, что уже было в этом телефоне.

– Но я все-таки попробую!

Я подумала, что нужно будет потом шепнуть розе, чтобы не слушала девочку. Мало ли, вдруг именно эта роза решит выполнить желание.

– А зачем твоя бабушка выращивала эти каменные розы? Если их нельзя есть, а других цветов здесь нет?

– Ты же видела бабушкины книги. Там чего только нет. Не удивлюсь, если в одной из них найдется рецепт приворотного зелья, где используются шипы каменных роз.

– А такое существует? Приворотное зелье? – Федька даже рот забыла закрыть от удивления. Кажется, ее всерьез заинтересовал этот вопрос. И мне стало любопытно, чем вызван этот интерес. Ровесников девочки в поселке я не видела, правда, на рынке мы наткнулись на компанию ребят постарше. Неужели ей успел приглянуться какой-то мальчишка?

– Кто же его знает. – Я пожала плечами и подумала, что я бы с удовольствием воспользовалась каким-нибудь отворотным зельем. Чтобы, если один дракон меня вдруг найдет, он решил, что я ему не нужна, и убрался подальше.

Оставив Федору и дальше возиться с грядками, на которых росли уже более привычные для огорода дикий чеснок и чахлая морковка, я вернулась в мастерскую.

Старый горшок для еды ждал своего часа. А я все не знала, как к нему подступиться и сделать так, чтобы заставить его сохранять еду в целости, даже если его забудут в горячей печи на целый день.

Сверилась с бабушкиными записями, перелистала обе книги по магии, в которых торчало столько закладок, что теперь казалось, что их больше, чем самих страниц. И, наконец, принялась за дело.

После небольшого перерыва магия больше не казалась густой и неподатливой, а вновь превратилась в послушные потоки, текущие сквозь мои пальцы прямо в чистый горшок с чуть потрескавшейся глазурью. Я представила, как на внутренней поверхности образуется прозрачное, почти невидимое покрытие с особыми свойствами не пропускать слишком много жара внутрь.

На лбу и висках выступили капельки пота, а я все держала руки над горшком, “визуализируя”, как выразилась Федька, нужный мне эффект. Закрыв глаза, прокручивала перед мысленным взором, как в горшке булькает ароматное жаркое, оставаясь теплым, но не пригорая, даже когда горшок охватывает пламя.

А потом без сил опустилась на стул. Не касаясь горшка, постаралась заглянуть внутрь и увидела, что стенки и правда сделались чуть более глянцевыми, чем были изначально. Теперь оставалось испытать горшок в деле.

31

Мы с Федорой испортили три горшка, прежде чем мои попытки принесли нужный результат. Первый горшок ничем не отличался от обычного, и еда в нем пригорела уже спустя полчаса лишнего пребывания в печке. Второй горшок взорвался в печи, и я потом долго выгребала осколки. А третий и вовсе окрасил еду в ядовито-зеленый цвет.

– Я вчера видела лягушку такого же цвета. – Поделилась Федора, с любопытством разглядывая получившуюся кашу.

Я взглянула на нее, но поняла, что она не издевается. Просто посчитала нужным упомянуть этот любопытный факт. Что же… Лягушка так лягушка.

– Не расстраивайся! – Федора и сама поняла, что я переживаю, и погладила меня по руке. – У тебя обязательно получится!

И она была права. У меня получилось уже на четвертый раз. Три дня мы готовили исключительно в этом горшке и практически не вынимали его из печи, но ни разу в доме не раздался запах горелой пищи.

– Я же говорила! – Федора на радостях исполнила какой-то короткий танец. – Сработала роза!

Я только улыбнулась. Не знаю насчет розы, но любая помощь оказалась полезной. Может, и правда, стоит попробовать шепнуть кустику с алыми цветами свои желания?

– Ну что, пора отдавать заказ? – Я покусала губу, переводя взгляд с горшка на Федору и обратно.

– А тебе заплатят?

– Вряд ли. Бабушка уже получила деньги. Но заказы так и не выполнила. – Я и сама уже начинала размышлять о том, что пройдет не так много времени, и мне придется искать способ заработать. Потому что хоть запас денег у нас еще оставался, но даже его не хватит надолго. Но, если этот горшок окажется удачным, весьма велика вероятность, что скоро все хозяйки Уайтфилда потянутся ко мне за подобными чарами. Ведь кому не захочется иметь в хозяйстве подобную утварь, чтобы можно было просто сунуть ее в печь, да и забыть там до тех пор, пока не придет время накрывать на стол.

Торжественное вручение горшка мы оставили на следующий день, чтобы с самого утра застать хозяйку этого чуда дома. К тому же мне нужно было повторить наложение чар на горшок, принадлежавшей самой заказчице, Мэрион Кейли. Пока я практиковалась на нашей собственной посуде. И после первого же провала убедилась, что приняла правильное решение.

Утром мы завернули горшок в плотную ткань и отправились в Уайтфилд. Всю дорогу я переживала, что мои чары не сработают, и уже завтра разъяренные жители поселка пожалуют к нашему дому, чтобы выгнать нас прочь. Или чего доброго, устроят нам такие неприятности, что нам ничего не останется, как сбежать самим. А ведь мы с Федорой уже начали обживаться и уже чувствовали себя здесь, как в родном доме. Во всяком случае, я себя так чувствовала. И очень хотела верить, что Федоре здесь тоже уютно. По крайней мере, она теперь не плакала по ночам в подушку, думая, что я уже сплю.

– Мэрион! – Позвала я, когда мы остановились у калитки в потрепанном жизнью заборе. – Мэрион Кейли!

Забор был гораздо выше, чем у Аники, так что я не видела, что происходит по ту сторону, но слышала, как заскрипела дверь, а потом по камням зашуршали медленные шаги.

– Рыжая! – Встретил меня удивленный голос, когда калитка открылась. В проеме появилась седая женщина, которая выглядела на десяток лет моложе Аники. – Ты, должно быть, внучка Маклин?

– Двоюродная. – Поправила я ее, помня наказ Аники представляться не кровной родней моей бабушки.

– Да хоть пятиюродная. Все равно рыжая. – Отмахнулась Мэрион и опустила взгляд на мои руки. – Никак горшок мой принесла?

– Именно его. С чарами против пригорания и искренними извинениями, что Эрин Маклин не успела выполнить ваш заказ.

Я кивнула Федьке, и она помогла развернуть ткань, высвобождая горшок.

– А ты, значит, выполнила?

– Будет лучше, если вы сами убедитесь, Мэрион. – Я вежливо улыбнулась женщине, чувствуя желание немедленно убраться домой, пока меня не назвали самозванкой и не прогнали взашей. Да, у меня вышло с моим горшком. Да, люминарисы в доме светились без перебоев, а телефон Федоры исправно оглашал весь дом своими завываниями. Но вот что касалось чужого заказа – тут мне хотелось признаться, что магией я почти не владею, и все это одна большая ошибка.

– Уж я-то убедюсь. – Мэрион взяла горшок, сняла крышку и одной рукой повертела его, разглядывая в солнечных лучах. Я украдкой стиснула руки, думая о том, что если сейчас горшок случайно упадет на камни и разлетится на десяток осколков, никто точно уже не сможет проверить, правильно ли действуют мои чары. Но Мэрион уверенно держала горшок. А потом ухмыльнулась. – Давайте-ка, заходите.

Она посторонилась, пропуская нас во двор, а потом провела в дом, прямиком на кухню, где уже топилась печь. На столе лежали нарезанные крупными кусками овощи.

– Вот сейчас мы все вместе и проверим, так ли ты хороша, как твоя бабушка.

Мэрион споро побросала овощи в горшок, засыпала все специями, добавила масла, кинула пучок ароматных трав и сунула горшок в огонь. А пока мы ждали в напряженной тишине, не сводила с меня глаз. Я чувствовала себя, будто это меня сунули в печь. Кожу покалывало от волнения, а щеки горели. Но я напустила на себя расслабленный вид, будто нисколечко не сомневалась в успехе. Федька же вообще не волновалась. Она снова уткнулась в телефон и перестала обращать на нас с хозяйкой дома внимание.

Вскоре из печи поплыл аромат печеных овощей. Пряный и очень аппетитный. Я улыбнулась, но Мэрион оставалась суровой. Бросила на меня строгий взгляд, будто я собиралась поторопить ее достать горшок из печи. Я дернула плечом, показывая, что мне, в общем-то, все равно, и снова замерла.

Мэрион понадобилось еще около получаса, чтобы убедиться в том, что я справилась с заказом. В обычном горшке при таком огне в печи овощи давно превратились бы в угли. Но теперь это был особый горшок!

– Ну, рыжая! – Восхищенно протянула Мэрион, выкладывая овощи на тарелку и снова оглядывая внутренности горшка. – Ну, можешь же!

– Странно, что вы сомневались. – Я тронула Федору за плечо и поднялась со стула. – Еще раз приношу извинения за Эрин. А нам пора.

– Постой! – Женщина посмотрела на меня, потом на полку над плитой, на которой теснился ряд маленьких порционных горшочков. – А эти сможешь зачаровать? Ну, чтобы так же… Не пригорало.

– За отдельную плату. – Ответила за меня Федора и почесала переносицу. Мэрион усмехнулась.

– Конечно же. По полсотни мистардов за каждый.

– Приносите все завтра, я поставлю вас в очередь. – Кивнула я, сохраняя внешнюю невозмутимость, хотя внутри все так и пело от восторга. “Да, я – босс этого мира!”. Вот ведь привязчивая песня! Но сейчас как нельзя кстати.

Домой мы не шли, а летели. Я уже подсчитывала, сколько денег заработаю с этого заказа, Федора же считала дома и пыталась прикинуть, сколько жителей обратятся ко мне с подобной просьбой.

– Надо Анике такой же горшок сделать. – Сказала Федора, когда мы приблизились к дому соседки. – Она же старая, ей пригодится.

– Это ты правильно придумала. Зайдем прямо сейчас?

– А можно я сама? – Федора отвела взгляд, и я вспомнила, что в последний наш визит они с Аникой о чем-то шушукались. Не о тех ли мальчишках, что мы видели на рынке?

– Только возвращайся до темноты.

– Ты лучшая! – Федора порывисто меня обняла и без спроса открыла калитку во двор Аники. А я пошла к дому, продолжая смаковать свою маленькую победу.

На поляне, где стоял дом, гулял ветер, ласково обдувая разгоряченную кожу. Я с наслаждением втянула воздух с ароматом трав и открыла дверь, радуясь возможности немного побыть в одиночестве. Но когда прошла в гостиную, сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

Еще до того, как я его увидела, я узнала его запах. Запах горячей смолы и кожи, запах опасности и силы. Он наполнил дом, врываясь в ноздри.

Хартли стоял у окна, небрежно оперевшись на подоконник. Так, будто это был его дом. Янтарные глаза вспыхнули огнем при виде меня, лишая воли, а моя магия предательски закипела внутри, чувствуя безмолвный приказ дракона.

Я не могла пошевелиться. Мозг отказывался принять происходящее. Он не мог быть здесь!

Но он был.

Его лицо оставалось таким же, каким я его запомнила: резкие черты, высокие скулы, плотно сжатые губы. Но теперь на них играла едва заметная улыбка – холодная, победная.

Сердце застучало в висках, ладони вспотели. Я обернулась к двери в жалкой надежде, что успею убежать. Но в коридоре выросли две безмолвные тени: двое высоких, крепких мужчин стояли без движения, перегораживая путь на свободу.

Шорох шагов заставил снова повернуться к дракону. Он не торопился. Остановился в полушаге от меня, медленно провел по мне взглядом, заставляя сердце заледенеть от страха, а потом мягко, почти ласково произнес:

– Хорошо провела время, Эмили?