![](/files/books/160/oblozhka-knigi-reshenie-pervokursnicy-382818.jpg)
Текст книги "Решение первокурсницы"
Автор книги: Аня Сокол
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
– Расскажите нам, как отравили того мага земли, – попросила подругу степнячка.
Гэли поймала мой взгляд, потом посмотрела на Дженнет и отвела глаза. Думаю, герцогиня это заметила, такое смущение невозможно не заметить.
– После того, как… – Она снова посмотрела на меня, словно прося разрешения, и я кивнула, так как мой рот тоже был занять сдобой. – После того, как ты… как вы ушли из Висячих садов, мы с Мэрдоком вернулись на Остров. – По тому, как она покраснела, я поняла, что все было далеко не так «просто». Интересно, мне следует оскорбиться? Или, наоборот, порадоваться? – Он проводил меня до корпуса и выразил надежду, что мы увидимся за ужином… – Герцогиня фыркнула, быстро доела вторую сдобу и стала надевать чистое платье. Гэли покраснела еще больше. – А потом я искала тебя, Иви, три раза бегала к воздушной гавани, но даже на последнем дирижабле тебя не было. Я так испугалась, ты ушла неизвестно куда неизвестно с кем, а я даже не могла попросить ни у кого помощи…
– Дай угадаю. – Дженнет застегнула поверх чистого платья пояс с ингредиентами. – И ты обратилась именно к нашему холодному графу. Ну, к кому же еще…
– Да, – повысила голос подруга, а я вытащила из корзинки очередную булку и вонзила в нее зубы. Девы, это была самая быстрая и самая вкусная трапеза в моей жизни. Судя по всему, целительница была со мной полностью солидарна и без всякого стеснения облизала обсыпанные сахарной пудрой пальцы. – Иви, я просто сказала ему, что ты не вернулась из города. И все, даю слово. И потом, Мердок будет молчать.
– Как и его предки. – Герцогиня стала собирать волосы в пучок. Я торопливо доела, вытерла руки и стала натягивать юбку. И почему у меня такое чувство, что мы куда-то опаздываем? Что времени остается все меньше и меньше, а мы заняты какой-то ерундой? Почему мне кажется, что нам нужно быть совсем в другом месте? Но в каком?
– Так что Хоторн? – поторопила я подругу и извиняющее улыбнулась, возможно, она поймет, что сейчас не время обижаться на герцогиню, времени на это, собственно, вообще нет, ни у меня, ни у нее.
– Он сказал, что попробует все выяснить, и направился в… – Она замолчала, и мы все выжидающе уставились на подругу. – В Орден, – с запинкой заметила она. – А спустя час его нашли возле оружейной без сознания. Это все, что я знаю, клянусь.
– А что говорит сам молодой человек? – уточнила степнячка, натягивая платье, что принесла Гэли.
– Не знаю, – чуть не плача ответила подруга. – Меня к нему не пускают. Никого не пускают. Иви, скажи мне, что происходит и где ты была?
Вместо ответа я совершенно непристойнейшим образом задрала юбку, спустила чулок, оголив часть бедра и продемонстрировав рисунок на коже. И уже неважно было, дрожат только мои руки или весь Остров целиком. Для меня неважно.
– Нет! – тоненьким голосом воскликнула она. – Да что же это такое? Почему это происходит? Сперва Крис, потом Альвон, Ты, Иви, теперь Хоторн, почему…
Она вдруг бросилась ко мне, продолжая задавать вопросы, и стиснула в объятиях. Я судорожно охнула. Это было больно, но я думала не о боли, а том, как мне не хватало Гэли. Не хватало ее непосредственности и ее готовности помочь в любой ситуации. Мне не хватало подруги, от которой нет надобности что-то скрывать.
Но еще я охнула потому, что вновь услышала названия родов и поняла, что меня беспокоило с того самого момента, как мы ступили на землю Академикума
– Оуэн, Альвон, Астер, Хоторн, – повторила я. Милорд Виттерн уже спрашивал меня, что объединяет эти фамилии. И теперь я знала, или, во всяком случае, так казалось. – Все мы, попавшие в облаву тех железных тварей и оставшиеся в Первом форте на ночь, заражены коростой. Все кроме…
– Этьена Корта, – сказала герцогиня.
– Получается, он следующий, – добавила я, расчесывая волосы.
– Идем, – скомандовала Дженнет, а я схватила свой пояс с ингредиентами и застегнула на талии.
Цецилия выглянула в коридор. Но прежде чем выйти вслед за девушками, я оглядела комнату, гадая, доведется ли когда-нибудь вернуться сюда.
– Иви, – закричала Гэли, выскакивая следом, – ты никуда без меня не пойдешь! И ты вообще никуда не пойдешь, пока не расскажешь, что стряслось.
– Да, – лаконично ответила я, спускаясь по лестнице, догнать герцогиню удалось с трудом, дышать снова стало тяжело.
– Что «да»?
– Я все тебе расскажу, только не останавливайся, ладно?
Задача 2. Если пушка отлита, она обязательно выстрелит
Я была права, одна из групп рыцарей уже начала тренировку на плаце. Мы вызвали нездоровый ажиотаж, подбежав к ограждению и несколько минут вглядываясь в молодых людей, стараясь понять, есть ли среди них Этьен.
– Это не он? – спросила я, указывая на парня, который как раз снимал рубашку.
Еще пару месяцев назад это ввергло бы меня в смущение, а сейчас же оставило совершенно равнодушной.
– Нет, кажется не он, – тихо ответила Гэли. Она вообще стала очень тиха и задумчива после моего торопливого рассказа. Хотя я была готова поспорить, что она испугается и снова потащит меня к магистрам, предлагая переложить проблемы на их многомудрые головы. Но подруга не сделала ни того, ни другого, чем вызвала легкое беспокойство. Могла бы вызвать, если бы мы не были так заняты поисками.
– А этот? – снова спросила я.
– Его здесь нет, – отрезала Дженнет. – Думаю, это вообще не его группа.
– А где его? – спросила степняка.
– Не имею ни малейшего понятия.
– И как прикажете его искать? – Цецилия нахмурилась.
– Не знаю… – начала я, оглянулась и заметила широкоплечего парня в рубашке, перетянутой ремнями, к которым крепились охотничьи ножи.
А ведь это тот самый варвар, что вечно болтался вместе с Этьеном и поддерживал его желание подраться с Крисом. Сейчас парень стоял у одного из корпусов и понуро смотрел себе под ноги, словно там было что-то интересное.
– Эмери! – позвала я.
Молодой человек вздрогнул и медленно, даже неуклюже, повернулся. Казалось, он едва не упал, когда Остров в очередной раз зашатало. Но я знала, что вся эта неловкость может слететь с парня вмиг, видела, как он управляется с метательными ножами.
– Эмери, – повторила я, подбегая к рыцарю. Светловолосый варвар прищурился, но ничего не сказал. – Эмери, ты не знаешь, где я могу найти Этьена? То есть мистера Корта?
А он продолжал смотреть. Я слышала шаги за спиной и поняла, ко мне присоединились остальные девушки, знала, что с минуты на минуту герцогиня откроет рот и просто потребует, чтобы рыцарь ответил. И знала, что приказами тут ничего не решить. Южане они упертые. Но заговорила совсем не Дженнет. Заговорила Цецилия, на напевном, незнакомом мне языке, так напоминающем плеск волн, что накатывают на речные камни.
Эмери даже вздрогнул, а потом в его голубых глазах появились искорки любопытства. Я не понимала, о чем говорит целительница, но отчетливо различала в ее голосе просительные нотки с небольшой долей кокетства. Не раз слышала, как дочери бургомистра Сиоли так же разговаривали с Ильбертом, всем своим видом показывая, что они всего лишь слабые женщины, а он сильный мужчина, и его долг им помочь, в чем бы эта помощь не заключалась.
Прозвучало имя Этьена, за которым последовала выжидательная пауза. И Эмери ее заполнил. Он перевел взгляд на меня и ответил уже на языке севера Аэры.
– В последний раз я видел мистера Корта на западной оконечности Острова, сразу за прачечной. И не спрашивайте, зачем его туда демоны понесли, не знаю.
Я вздрогнула, услышав эти слова.
– Давно вы его там видели? – все-таки не выдержала Дженнет.
– С час назад.
– Смотрите! – выкрикнула вдруг Гэли и указала рукой куда-то вверх.
Я задрала голову и увидела сквозь серые облака очертания воздушного судна.
– Это дирижабль! – констатировала степнячка.
– А там еще один, – проговорила я, увидев чуть правее второе судно, на этот раз шире и грузнее первого.
– Носорог «Миэр компани», – проговорила подруга. – Я узнаю его где угодно.
– А вот там еще два, – задумчиво констатировала герцогиня. – Что происходит? Кто объявил общий слет?
Да картина была странная, Академикум трясло, как в лихорадке, а воздушные суда казались незыблемыми на сероватом небе.
– Так или иначе, скоро мы все узнаем. А сейчас поторопимся. – Цецилия пошла вдоль ограждения, за которым продолжали упражняться рыцари, скинутых рубашек прибавилось.
– Идем, – скомандовала Дженнет и последовала за молодой женщиной.
– Эмери, – позвала я, прежде чем уйти, и рыцарь, который тоже задумчиво смотрел на небо, опустил голову. – А почему ты не с ним? Вы же всегда были… дружны? – подобрала я, наконец, нужное слово. Не спрашивать же, почему Эмери перестал таскаться за Этьеном, как дворовый пес.
– Видимо, у него теперь другие друзья. – Парень скривил губы то ли в оскале, то ли в улыбке и вперевалочку пошел к главному зданию Ордена, продолжая посматривать на небо. Один из дирижаблей повернулся боком, и я разглядела на его борту лежащие песочные часы. Гэли не ошиблась, это было судно «Миэр Компани».
Появление воздушных судов оказалось нам на руку, все, кого мы встречали, смотрели только на небо, не обращая ни малейшего внимания на четверку спешащих куда-то девушек. Они не останавливали нас, не заглядывали герцогине в лицо и не отшатывались в ужасе.
– Где же эта прачечная? – с досадой проговорила Дженнет, останавливаясь у одноэтажного строения, которое при ближайшем рассмотрении оказалось каким-то складом. – Эта западная оконечность…
Слова герцогини прервал крик. На самом деле выкриков было много, каждый, кто замечал нависшие над Островом суда, считал своим долгом выразить свое отношение к происходящему. Но этот отличался от удивленных возгласов. Во-первых, он был мужским. Низким и почти рычащим. Во-вторых, он был каким угодно, но только не удивленным. Он был злым, яростным.
– Там! – крикнула Дженнет, первой бросаясь между двумя постройками, за которыми начинался пустырь, а еще дальше терялась в тумане сетка.
– Зачем мы туда бежим? – успела выкрикнуть Гэли, прежде чем я последовала за сокурсницей.
Ответа у меня не было, только тревожное предчувствие. Я знала, даже ожидала этого. Время уходило, как вода в песок, и пусть остальные пока не замечали этого, я знала. Это было мое время.
Далеко бежать не пришлось. Стоило обогнуть склад, как за полосой чахлого кустарника мы увидели две фигурки, то ли слившиеся в страстном объятии, то ли вцепившиеся друг в друга мертвой хваткой. Разыскиваемый нами Этьен Корт и… Я даже остановилась от неожиданности, потому что вторым оказался учитель – магистр Ансельм Игри.
– Девы, что же это делается? – ошарашено спросила Гэли.
Я бы тоже не отказалась услышать ответ на этот вопрос. Потому как на моих глазах учитель убивал ученика. Преподаватель по воздушной механике держал Этьена за шею и не просто сжимал, а в удушающем захвате. Молодой рыцарь сучил ногами, взрывая мокрую грязь. Буквально в шаге от его сапог валялись недосягаемая сейчас рапира и нож. Этьен хрипел, пытаясь отодрать руку учителя от своего горла, даже, кажется, пытался ударить его головой… Или это начались конвульсии, я не знала. Не знала, что делать, не знала, должна ли спросить, что происходит или пожелать им приятного дня.
Но меня опередила Гэли. Зерна изменений сорвались с ее пальцев, мгновенно отдавая энергию воздуху. Невидимый кулак врезался в мужчин, опрокинув их на землю. По-моему, досталось обоим. Во всяком случае, ругались они вдохновенно, магистр громко, а Этьен хрипло.
– Кто посмел…– начал учитель, первым вскакивая на ноги и находя взглядом нас, может быть, не таких грязных, но все равно взъерошенных и напуганных происходящим.
Этьен смог встать на четвереньки и поднять голову.
– Спасибо, – одними губами произнес он, а потом…
Потом его глаза налились тьмой разлома. Я вскрикнула, Дженнет выругалась и выхватила рапиру, но было поздно. С проворством, которого вряд ли можно было ожидать от полузадушенного, молодой человек вскочил на ноги, держа в руке клинок, еще недавно валявшийся в грязи. Клинок, который спустя один удар сердца вошел в спину учителя по самую рукоять.
Мой огонь заставил рукав куртки молодого рыцаря вспыхнуть, но и только. Тьма не чувствовала боли, она не боялась сгореть. Оставив оружие в пошатнувшемся магистре, Этьен отпрыгнул, оскалился, как дикий волк, и бросился бежать вдоль линии невысокого кустарника.
– Надо же, – растеряно проговорил учитель.
Остров вздрогнул, и мужчина упал в грязь. Завалился на спину и закричал от боли, когда лезвие вошло еще глубже.
Первой к магистру подбежала Цецилия. Она ухватила Ансельма Игри за плечи и попыталась перевернуть.
– Помогите мне, он тяжелый! – выкрикнула она, как раз когда я опустилась на колени рядом с раненым. – Давайте, раз, два, три!
Мы вместе с Дженнет перевернули раненого на бок.
– Девы, все это неправильно, – вырвалось у меня, когда я увидела пузырящуюся кровь на губах учителя.
– Конечно, неправильно, – согласилась герцогиня. – Мы шли сюда спасать этого Этьена, а оказалось уже поздно.
– Или рано, – вставила я, как раз когда учитель распахнул глаза.
– Магистр Игри, я не хотела, – тут же сказала Гэли, слезы потекли по ее щекам. – П-п-правда, не хотела… я думала… простите меня…
– Если бы не ударила ты, ударила бы я, – призналась я, посмотрев на подругу, но утешение вышло слабым. А я снова ощутила это неприятное чувство неправильности и беспомощности, но не могла понять, к чему оно относится. К раненому магистру? К убежавшему демону? К чему-то иному? Это больше всего походило на картину, с которой частично съехал закрывавший полотно холст. Ты видишь нарисованную тропу между деревьев, но не видишь, куда она ведет. И это злит.
– Не пытайтесь говорить, у вас пробито легкое, – четко проговорила степнячка. – Мы доставим вас в дом целителей как можно скорее.
Но он, казалось, не слышал ее. Не хотел слышать. Учитель неожиданно схватил меня за руку. Схватил так сильно, что я вскрикнула.
– Не дайте им… – прохрипел Ансельм Игри.
– Если мы немедленно не доставим раненого в дом целителей, он умрет в течение часа, – отрезала Цецилия.
– А разве вы не должны говорить, что все будет хорошо? – со слезами на глазах спросила Гэли степнячку. – Все целители так делают, я знаю.
Я подняла голову, потому что чувство неправильности усилилось. Но рядом с нами никого не было. Никого и ничего кроме редкого кустарника и полосы тумана, что всегда скапливался на краю качающегося от воздушных потоков Академикума. На краю? Догадка была мгновенной, как молния, и такой же ослепительной.
– Не дайте им…
– А почему не слышно, как гудит сетка? – спросила Дженнет на миг раньше меня.
Все ее внимание было приковано к краю Острова. А я уже поняла, что меня беспокоило. Тишина. Не было слышно ставшего привычным гудения.
Она встала и даже успела сделать несколько шагов к тому месту, где раньше находилось невидимое ограждение. Гэли успела два раза всхлипнуть, а магистр Игри сжал ладонь на моем запястье и на этот раз нашел в себе силы закончить фразу:
– Не дайте им завершить начатое. Не дайте!
– Сетки больше нет! – крикнула Дженнет и для надежности повторила: – Не-е-е-ет!
Но вместо отрицания мы услышали лишь отрывистый крик. И не только услышали, мы закричали вместе с герцогиней, потому что Остров вдруг стал падать. И провалился вниз, как слетевшая с вешалки шляпа.
В животе появилось сосущее чувство пустоты, в голове не осталось разумных мыслей. Там вообще никаких мыслей не осталось. Это было бесконечное мгновение, за которое ты успеешь вспомнить все грехи в преддверии грядущей встречи с Девами. А потом Академикум натужно загудел и выровнялся. Я чувствовала его дрожь всем телом, а еще я чувствовала, что сама вцепилась в раненого магистра так, что наверняка причинила боль.
– Что происходит? – спросила Гэли, упавшая магистру прямо на ноги. Тот от свалившегося на него счастья потерял сознание.
– Что-то очень нехорошее, – прошептала я.
В нескольких шагах от нас медленно поднималась Дженнет, отряхивая воскресное платье от грязи.
– Будет очень нехорошо, если ваш учитель умрет, – зло сказала Цецилия.
Я разжала руку, которой вцепилась в магистра, и тут… Остров снова вздрогнул. В этом не было ничего необычного, он все время дрожал, пока находился над Чирийскими горами, но на этот раз он этим не ограничился. На этот раз он стал наклоняться, словно плошка, из которого кто-то решил выплеснуть остатки супа. Одна его оконечность пошла вверх, другая – вниз. Западная сторона стала опускаться. Нас снова не повело, хотя говорить о везении в нашем случае значит кощунствовать.
Дженнет бросилась к нам, но не удержала равновесия и снова упала в грязь. Гэли взвизгнула. Линия горизонта стала медленно наклоняться. Медленно, но так неотвратимо. Остров дрожал и гудел.
– Быстрее, – скомандовала Цецилия, приподнялась и, схватив магистра за руки, попыталась сдвинуть с места. – Нужно укрытие, какая-то постройка, опора, неважно что, иначе нас сдует отсюда, как пыль со старой коробки.
– Склад! – выкрикнула Гэли, и мы, схватив магистра за руки, потащили его к домику.
Ноги скользили, земля продолжала наклоняться, словно мы внезапно оказались на покатой крыше. Слава Девам, это происходило не так быстро. Остров не собирался стряхивать нас, как вымокший пес воду с шерсти. Гэли упала всего в трех шагах от постройки, к моему изумлению, к девушке подскочила Дженнет и помогла подняться. Мы со степнячкой смогли втащить учителя на крыльцо. Герцогиня толкнула дверь, та оказалась заперта. Гэли начала стучать, но никто не спешил открывать.
– Быстрее, – скомандовала Цецилия. – Нужно вытащить лезвие.
Магистр был слишком высок, и ноги его лежали на ступенях, а ботинки на земле – Она перевернула магистра на живот, кажется, собираясь начать лечение прямо здесь, на широком складском крыльце.
– А разве это не спровоцирует кровотечение? – спросила я, вспоминая кусок железа, что торчал из тела Криса.
– Спровоцирует, – отрезала степнячка, одной рукой хватаясь за деревянный столбик, а другую сжала на рукояти.
– Но тогда…
Остров вздрогнул, прерывая меня, в его железном брюхе что-то заскрежетало.
– Кровотечение и так есть, пока мы его тащили, лезвие сдвинулось. – Цецилия замолчала. Я видела, как она напряжена, как собираются морщины на лбу, как она в волнении закусывает губу. – И если мы в ближайшем времени не свалимся в Запретный город, то его легкое спадется. Это убьет его намного быстрее. Придержи плечи, – приказала она.
– Но… – снова начала я. – То, что вы делаете, тоже.
– Верно, но я выиграю несколько минут. Всего несколько минут… – Она кивнула, и когда я схватила магистра за плечи, резко выдернула клинок.
Ансельм Игри захрипел и выгнулся, скидывая мои руки. На губах снова запузырилась кровь, ботинки ударились о землю, оставляя вмятины, потом еще раз и еще.
– Молитесь, – прошептала степнячка. – Молитесь вашим богиням или демонам.
Гэли перестала стучать в дверь и оглянулась, герцогиня замерла на краю крыльца.
Остров продолжал дрожать и наклоняться. Медленно и неизбежно. Где-то вдали слышались крики и какой-то звон, словно разбивались стекла. Я почувствовала тошноту и схватилась за перила крыльца. Всего несколько секунд, и все будет кончено.
В который раз я смотрела на смерть? В который раз не могу ее разглядеть?
Неважно. Не могу и все.
Я знала, что нужно делать. Но не знала, смогу ли повторить то непонятное, что удалось мне под обломками библиотечной башни, то, что удалось с Крисом. И все же не могла не попытаться срастить ткани. Направить в рану эти странные зерна изменений с вывернутым центром, которые способны изменять живую ткань. Применить запрещенную магию!
– Что ты делаешь? – спросила Гэли.
– То, что могу! – отрезала я, чувствуя, как зерна изменений скользят в рану, как пытаются соединить ткани, словно на обычном бурдюке с вином.
– Это же запрещенная магия!
– Она самая, – удовлетворенно ответила Дженнет и вдруг добавила: – Научишь меня?
– Нужно просто…
– Ничего не хочу слышать! – Гэли вдруг зажала уши руками. – Это рабский ошейник!
– Его бессмысленно надевать на труп, – парировала герцогиня.
И в этот момент Ансельм Игри выгнулся в последний раз и затих.
– Ох, нет. – Гэли облокотилась на дверь. Мои зерна изменений истаяли. Рана все еще оставалась на месте. Цецилия положила руку на шею магистра и с немалым удивлением констатировала:
– Он жив! И он дышит!
– А с коростой так сможешь? – прищурившись, спросила сокурсница.
– Нет, – с немалым сожалением ответила я. – Короста – это не прореху на ткани заделать. Я до сих пор не уверена, что все сделала правильно, потому что не имею ни малейшего понятия, что нужно…
И в этот момент Остров вздрогнул так сильно, что я едва не ударилась о перила, а Цецилия едва не завалилась прямо на магистра, второго падения девушки к своим ногам тот мог и не пережить.
– Что это? – спросила Гэли, в голосе слышались панические нотки. – Это было похоже на…
– На выстрел пушки, – закончила я.
– Но этого не может быть! Кто-то атаковал Академикум? – спросила подруга.
Ответом ей был второй зал, на этот раз куда более мощный. Остров задрожал, заскрежетал, как сломанная музыкальная шкатулка. Я увидела поднимающийся к небу столб черного дыма.
– Это в Ордене, – напряженно сказала герцогиня. – Это что, война? Но с кем мы воюем?
– А ты угадай, – тихо ответила Цецилия. – Одно хорошо, эта тарелка передумала опрокидываться.
Я осторожно отпустила опорный столбик перил. Целительница была права, Академикум замер, не торопясь ни возвращаться в исходное положение, ни вставать на ребро. На нас упала тень, и мы задрали головы, чтобы полюбоваться днищем проплывающего мимо нас носорога.
– Что он тут делает? – спросила Гэли, вскакивая и сбегая с крыльца. Запретная магия была забыта. – Что задумал отец?
К домику выбежала Мэри Коэн, огляделась, увидела нас, вскрикнула и бросилась к крыльцу, торопливо задавая вопросы:
– Что происходит? Война? Восстание? Пришествие Дев?
– Не знаю, – ответила я.
– Это какой-то кошмар! – выпалила дочь травника. – Дирижабль Эрнестальского золотого банка обстрелял башню ордена!
– Дирижабль банка? – переспросила я.
Эрнестальский золотой банк теперь принадлежал Крису. Кажется, принадлежал.
Снова грянул далекий залп.
Мы ощутили глухой удар, который отозвался во всем теле. Ветер швырнул в лицо запах гари, а еще машинного масла. А еще он швырнул нам в уши крик.
– Где дом целителей? – напряженно спросила Цецилия.
– Там, – Мэри махнула рукой вслед дирижаблю и жалобно добавила: – за воздушным пирсом.
– То есть именно там, где палят пушки, – констатировала герцогиня. – Только не говори, что потащишь его сейчас туда?
Вопрос прозвучал вызывающе, особенно после того, как, вопреки собственным словам, Дженнет стала помогать степнячке приподнять магистра. По сравнению с хрупкими девочками Ансельм Игри выглядел как великан. И все же мы его подняли, даже всхлипывающая Гэли ухватила учителя за ногу.
Дирижабль Эрнестальского золотого банка стрелял еще два раза, прежде чем нам удалось добраться до гавани. И каждый раз мы вздрагивали, один раз Мэри даже отпустила руку учителя, и тот ударился головой о землю. Впрочем, по виду хуже ему не стало, во всяком случае, он не умер.
– Словно ничего и не было, – сказала герцогиня, тяжело дыша и разглядывая каменные стены целительского пункта.
Мы подошли к двухэтажному зданию, где оказывали помощь ученикам Академикума. Я не была там ни разу, лишь несколько раз пробегала мимо и знала совершенно точно, что крыльцо у него располагается с другой стороны. С той, откуда несло гарью. С той, откуда шел дым и виднелась часть кормы дирижабля.
– Во всяком случае, его пушки направлены не в нашу сторону, – оптимистично резюмировала Мэри, выглядывая из-за угла.
– Сможешь соорудить воздушный щит, Миэр? – спросила герцогиня.
– Да, – ответила Гэли. – Но вряд ли он выдержит выстрел пушки.
– Вряд ли они будут стрелять по нам, – вставила я, понятия не имея, на чем основывается эта уверенность. Может, на том, что дирижабль – это вам не мобиль и просто не успеет развернуться? А может, на чем-то ином?
– Все равно поставь, – сказала Дженнет, когда мы все же обогнули здание. – Нас хоть не так позорно размажет по стенке.
– Ага, а покрасивее, – добавила я, отдуваясь и гадая, хватит ли у меня сил дотащить мужчину до крыльца, казавшегося таким далеким.
Гэли подняла руку, с пальцев сорвались зерна изменений, воздух вокруг нас тут же уплотнился, став похожим на вуаль. Сердце колотилось как сумасшедшее, степнячка споткнулась, едва не завалившись в грязь всего в трех шагах от двери. Мы были похожи на муравьев, которые тащат гигантскую личинку в муравейник. Я позволила себе один взгляд вперед. Позволила и едва не замерла на месте, мне не дала этого сделать толкнувшая в спину Дженнет и не к месту застонавший магистр, руку которого я едва не отпустила.
Смотреть было… не на что. Я ожидала увидеть разруху, горелые остовы судов, даже людей. Да и вообще в голове появлялись картинки равнины павших, как ее изображали на старых гобеленах и картинах. Мертвое поле, покрытое костями. А увидела то, что воздушный пирс практически не изменился. Даже дирижабль, на котором должен был улететь магистр Виттерн, покачивался у пирса. Даже почтовая станция, даже скамейка у стены и те были на месте. Три рыцаря, одна жрица и пилот, что до сих пор был в одном исподнем, – все они стояли и смотрели на небо. Все они были живы, а столб дыма, что поднимался в небо, находился чуть дальше, кажется, горела одна из башен Ордена.
Дирижабль, украшенный золоченой головой волка, продолжал снижаться. Носорог «Миэр компании» пошел на второй круг. Воздушный щит Гэли распался, показавшись вдруг неуместным.
– Давай, Астер, немного осталось, – прошептала герцогиня, и мы все же притащили раненого магистра к двери.
– Наверняка раненых столько, что они не откажутся от еще одного целите… – начала Цецилия, толкая дверь. На этот раз створка распахнулась, и мы все-таки занесли раненого внутрь. Степнячка замолкла на полуслове, потому что дом целителей был пуст.
– Леди! – Долговязый мужчина, что секундой назад с тревогой выглядывал в окно, бросился к нам. На рубашке висел значок Академикума на белом фоне. Служба целителей Острова. – Что с ним? Попал под обстрел? Или снова короста? – Мужчина бросил опасливый взгляд куда-то вглубь комнаты.
– Клинок под ребра, – просветила его Дженнет.
– Сюда, – скомандовал он, указывая на ближайшую койку, заправленную белоснежным бельем, а потом с тревогой спросил: – Что там происходит?
– Вышел бы и посмотрел. – Избавившись от тяжелой ноши, Дженнет выдохнула.
– Не имею права оставлять больного одного, – сказал мужчина и снова бросил быстрый взгляд куда-то вглубь комнаты, а потом склонился над раненым учителем.
Цецилия что-то тихо ему объясняла, но я уже не слушала, шагая вдоль стены. Почти все койки были пустыми за исключением одной, последней, стоящей у белой стены. На ней сидел Хоторн. В первый момент мне показалось, что он мертв, настолько неподвижно сидел молодой человек, словно деревянный болванчик в витрине кукольника. А потом он моргнул и повернул голову. Наши взгляды встретились, в его я увидела… Нет, не обреченность. Я увидела в них решимость. Решимость с налетом обреченности. Так выглядел Илберт, когда говорил о предстоящей женитьбе, желания нет, но есть вещи, которых не избежать.
– Мэрдок, – едва слышно позвала я. Но он услышал не меня.
– Мэр… – одновременно со мной выкрикнула Гэли. – Как ты?
– На удивление, неплохо, – ответил он подруге, и у той заалели щеки. Девы, неужели я выгляжу так же, когда Крис рядом?
– Как это произошло? – спросила я, чувствуя себя немного лишней, хотя в комнате было полно народа.
Звук выстрела не дал сокурснику ответить. Но на этот раз Остров вздрогнул по-другому. Я ощутила слабость в ногах, совсем как во время отдачи, которая накрывает, если перестараешься с магическим коэффициентом. На этот раз стреляли не по нам, на этот раз огнем отвечал Академикум.
– Кажется, попали, – напряженно прокомментировала стоящая у окна Дженнет.
– Куда? – переспросила я, Мэрдок поднялся с кровати и успокаивающе положил руку подруге на плечо. Интимный жест. Но я буду последней, кто их осудит.
– Дирижабль Золотого банка подбили, – ответила герцогиня, когда я подбежала к двери, а потом выскочила на крыльцо. – И правильно, не думали же они, что Академикум совсем без зубов…
«Они? – мысленно переспросила я и сбежала со ступеней. Их было всего три штуки, а потом ноги утонули в грязи. – Как же мне надоели эти мифические «они».
Но, так или иначе, сокурсница оказалась права, не успела я оказаться на земле, как раздался еще один залп.
– Пушки Ордена, – услышала я дрожащий голос Мэри.
На наших глазах дирижабль Эрнестальского золотого банка замер, словно налетел на стену, а потом накренился на один бок. По правому борту зияла пробоина, из которой повалил сизый дым.
– Что они делают? – жалобно спросила Гэли, я обернулась, подруга стояла на крыльце, за ней возвышался Хоторн. – Что вообще происходит?
– Ничего хорошего, – ответила ей Дженнет, спускаясь с крыльца, не дойдя до меня два шага, она вдруг замерла на месте и проговорила: – Ах, вот ты где.
Я проследила за ее взглядом, но успела лишь мельком заметить мужчину в кителе пилота, что торопливо миновал пирс и нырнул за паровую разгрузочную лапу, что еще недавно была задействована на развалинах первой библиотечной башни, а ныне, видимо, возвращена в воздушный порт. Мужчина в кителе, который недавно надел Альберт.
Дженнет, не задумываясь, бросилась туда, я побежала следом. Сердце колотилось как сумасшедшее, легкие горели огнем, взгляд то и дело возвращался к дирижаблю банка, так похожему на раненого кита.
Пушки Ордена рявкнули в очередной раз. От прямого попадания в корму воздушное судно развернуло.
– Он сейчас грохнется! – закричала одна из жриц, что до этого момента стояла около почтовой станции и как завороженная смотрела на разворачивающееся воздушное сражение. И ее слова стали сигналом. Два рыцарей с ругательствами поспешили отбежать к деревьям. Пилот в неглиже бросился куда-то в кусты. Незнакомый маг поднял руку, собирая в ладонь зерна воздуха.
Я нашла глазами Дженнет, которая уже добежала до первого пирса. Пузатый и неповоротливый дирижабль «Миэр компании» снизился настолько, что зацепил днищем флюгер на крыше почтовой станции, а потом едва не застрял в кроне вяза, что рос с южной стороны здания.
– Не так быстро, – выкрикнула Дженнет, и я снова увидела Альберта, который подскочил к тому самому вязу, как раз когда герцогиня спрыгнула с каменного парапета пирса. Честно говоря, мы единственные, кто отметил появление нового действующего лица.