Текст книги "Чёрт из Чертаново. Том 3 (СИ)"
Автор книги: Антон Панарин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)
– Давай в Магнит заскочим. Возьмём чего-нибудь попить. – Предложил Саня.
Сглотнув вязкую слюну я ощупал рёбра и понял что они хоть и болят, но раны как минимум не кровоточат. Так на меня повлияла живучесть от олимпийки? Если да, то я дико доволен!
– Да, я бы тоже попил. – Кивнул я и мы двинули в сторону яркой вывески.
Внутри было холодно! Кондёр молотил так, будто пытался вернуть ледниковый период. На кассе зевала одинокая продавщица, залипая в телефон. Мы прошли через торговый зал и я взял из холодильника колу, а Саня бутылку минералки.
– Кола на ночь?, – покачал он головой, пока полусонная кассирша пробивала покупки. – Не боишься жирком обрасти, спортсмен?
– Сахар лечит душевные раны. А у меня сегодня открылась новая, когда узнал что нужно качать силу и живучесть.
Продавщица посмотрела на нас презрительно, видать решила что мы геймеры. Ну и ладно. Расплатившись за напитки, мы вышли из магазина и услышали:
– Вот эти сучары!
Из-за угла высыпала целая делегация орков, среди которых были сбежавшие от Сани бедолаги. Как и обещали, они привели с собой десяток зеленомордых одетых по спортивке. Восприятие услужливо подтвердило: пополнение тоже сплошь одержимые.
Я сделал глоток колы и почувствовал, что настроение ползёт вверх.
– Ну чё, Сань? Помнится ты жалел, что предметы у них не отнял? Сейчас заберём всё без остатка. За мной! – Рявкнул я и побежал на парковку за магазином.
Во время бега колено предательски хрустело, но выдерживало нагрузку, так как я бежал задействуя от силы треть от своих возможностей. Орки, тяжело топоча, устремились следом, и через полминуты мы замерли на парковке окруженные толпой.
– Ну всё ублюдки. Допрыгались, – оскалился широченный детина с клыками едва не до подбородка и шагнул вперёд.
– Ага, вы точно допрыгались, – улыбнулся я и активировал морозную поступь.
За секунду лёд сковал орков по самые лодыжки, увы досталось и Сане.
– Димон блин! А меня-то за що⁈ – заорал он пытаясь освободиться от ледяного плена, но ничего не вышло.
Тогда я сосредоточился и представил что замораживаю не всё в радиусе пяти метров, а только те места где стоят орки. Лёд быстро начал таять позволив Саня выдернуть ноги из наледи.
– Прости, забыл что кастую по площади. – улыбнулся я другу.
Орки тут же загалдели: одни раскачивались, пробуя лёд на излом, другие обещали прикончить нас. Громче всех горланили те которых Саня уже отлупил. Они поняли что будет дальше и мечтали вернуться домой, но было поздно. Я уселся на корточки посреди этого хора и отхлебнул колы из бутылки.
– Ну что, товарищи бандерлоги, – улыбнулся я. – Сейчас я буду возвращать вам человеческий облик. Правда процедура вам не понравится.
Пока орки голосили, я откачивал из них скверну. Зелень сходила с кожи бедолаг, клыки втягивались обратно, и вскоре передо мной стояла обалдевшая пара работяг лет сорока. Да с помятыми мордами и фингалами, но уже без звериного напыления.
Пока шло лечение Саня заходил пациентам за спину и коротким тычком в затылок, гасил сознание бывших гопников. После этого я размораживал исцелившихся, а мой друг оттаскивал их в сторону и обыскивал карманы.
– Пусти сука! Мы же тебя найдём и… – сыпались угрозы одна краше другой.
Но кто бы их слушал? Клиника имени Караваева жалоб не принимала и спустя полчаса двенадцать гопников мирно лежали на парковке. Со стороны сразу даже не поймёшь, пьяные они или мёртвые. Впрочем, на улице ни души, не кому переживать за их состояние. Зато поутру эти твари очнутся людьми, а там пусть сами решают, как дальше жить эту жизнь.
С дюжины пациентов мы наскребли сорок одну монету, и поделили их пополам, зашвырнув в ночь спорную монетку. А после осмотрели предметы собранные с гоп компании и Саня заявил:
– Барахло. Столько возни, и всё что нашли, так это обычное колечко обычное на плюс один к силе, да необычный амулет плюс два к восприятию. Самое ценное вон, восьмиклинку. – Буркнул Саня и указал носком кроссовка на лежащую на асфальте кепку, она давала плюс четыре к духу. – Тебе из этого хлама что-то нужно?
– Кольцо и кепку возьму, остальное мне без надобности.
– Решил стать королём гопарей? – усмехнулся Саня передавая мне добытое.
– Да, всю жизнь мечтал за районом смотреть, – усмехнулся я примеряя обновку.
– Носи с гордостью, но только так, чтобы никто не видел. А то позора не оберёшься.
Едва кепка перекочевала ко мне, Мир выкатил описание:
Кепка-восьмиклинка «Пацанская».
Редкость: Редкая.
Прочность: 80/80.
Описание: Восемь клиньев уличной мудрости в одном головном уборе. Надень, сплюнь через губу, и крикни «Сюда ёпта!». Если повезёт то призовёшь удачу, а если нет, то ментов.
Дополнительный эффект: Дух +4.
Прочитав это я засмеялся. Всё же у Мира замечательное чувство юмора. За один вечер я собрал пацанский набор. Кепка, штаны и олимпийка Абибас, шлёпанцы, не хватает только семечек и чёток. С ними бы я стал самым блатным пацаном на районе, причём не важно на каком именно районе. Мир будто услышал мои мысли и сообщил:
Получен титул «Смотрящий»! Ещё немного, и ты превратишься в алкаша со стажем. Начнёшь докапываться до молодёжи с рассказами о своей крутости, а после робко попросишь сотку на опохмел. Горжусь тобой!
– Смотрящий, значит, – рассмеялся я, представив как мы вместе с Валерой держим район.
Рука сама собой потянулась отправить восьмиклинку в инвентарь, но появилось новое сообщение заставившее меня присвистнуть:
Вы совершили благое дело и изменили судьбу целого микрорайона. Начислено 67 ОК.
На радостях я поперхнулся и закашлялся.
– Сань, похоже, эти гопари и правда перевоспитаются. – Прохрипел я стуча себя в грудь. – Мне Мир только что премию за них выписал.
– Ага, и мне тоже капнуло, – похвастался Саня.
– А тебе-то за какие заслуги? Ты же их просто обворовал.
– Но-но! – Саня назидательно поднял палец. – Изначально я привлёк внимание этой публики. Так что первопричиной очистки района являюсь тоже я. Ты лишь помощник великого героя спасшего Машмет от засилья гопников.
Саня засмеялся, а я кивнул.
– Убедил, герой, – хмыкнул я. – Вызывай такси, а то снова биться с гопотой у меня нет никакого желания.
– Ты прав, хватит на сегодня приключений.
Мы вызвали по машине и разъехались в разные стороны. Саня на Домостроителей, я в военный городок. Такси шуршало по пустому городу, а из головы не шёл рассказ Романа.
Стадо в сорок упырей шастает в районе санатория. Если там гнездо первородного, то велик шанс что за эту информацию мне отсыпят тысячу монет. Правда соваться на Лысую гору не вкачав живучесть и силу до двадцати, я не собираюсь. Лучше воспользуюсь имеющимися ресурсами в виде Линды.
Я достал телефон и настрочил СМС: «На Лысой горе видели упырей. Проверь, пожалуйста».
Ответ пришёл почти сразу: «ОК», и всё, она даже плату за свои услуги не попросила. Весьма необычно для Линды.
Дома я оказался в начале четвёртого. В квартире было тихо, только Борр в своём кресле оглушительно похрапывал. Стянув порванную олимпийку, я принял душ, обработал раны, а после прокрался в спальню и осторожно вытянулся рядом с Дашей моля всех богов чтобы она не полезла обниматься, так как раны начало подёргивать. Боюсь вскрикну от боли и она проснётся, а нам ещё по утру с Резо встречаться.
Глава 11
Проснулся я от ощущения, что на мне лежит кто-то увесистый. Открыв левый глаз я увидел Дашу. Она разлеглась на мне, пристроив голову на плече, и тихонько сопела, а я валялся, не шевелясь для того чтобы её не разбудить, а ещё не потревожить вчерашние ранения.
Кстати о ранах. Они почему-то не болят. Да и вообще я чувствую себя на удивление замечательно. Стоп, а это что? Я посмотрел на свой живот и обнаружил там две руки, правую и левую. Вот только руки принадлежали разным девушкам и цвет кожи у них был разный…
Я повернул голову влево и обнаружил, что с другой стороны, спит Линда. Её ночнушка из перьев обтянула пышную грудь, будто пыталась вытолкнуть её наружу. Улыбнувшись я представил какая сцена меня ждёт если Даша проснётся и перевёл взгляд на окно. Оно разумеется было распахнуто настежь, так как на улице была жарища, а у меня в квартире кондиционера отродясь не было.
Я легонько толкнул Линду локтем и так уж вышло, что локоть уткнулся в её грудь. Девушка что-то промурлыкала во сне и улыбнулась. Тогда я толкнул её ещё раз, наконец Линда приоткрыла один угольно-чёрный глаз и вместо объяснений прикусила нижнюю губу и медленно повела ладонь по направлению моего паха.
Я молча выругался используя всю доступную мимику чтобы спросить «какого хрена она делает?». Линда закатила глаза и одними губами выговорила:
– Лечу.
Что ж, теперь понятно почему раны у меня не болят. Ворона подлечила меня, а ещё подъела излишки энергии которых в последнее время у меня накопилось чертовски много. Занятно что и Линда восстановилась, так как раны которые я видел у неё когда мы ездили в детский дом, исчезли. Возможно для этого я ей и нужен. Исцеляет меня отжирая излишки энергии, чтобы после использовать их для собственного исцеления. Симбиоз так сказать!
– Спасибо, – одними губами произнёс я.
Линда кивнула и бесшумно выскользнула из-под одеяла, а через секунду на подоконнике уже сидела крупная чёрная птица. Она громко каркнула, и вылетела в окно. Вот же зараза! Готов спорить что она специально каркнула и разбудила Дашку. Даша пошевелилась, и одновременно с этим в прихожей коротко тренькнул дверной звонок.
– Ты с кем-то разговаривал или мне показалось? – сонно пробормотала она, не открывая глаз.
Врать девушке с детектором лжи занятие бессмысленное и вредное для здоровья, поэтому я выдал всё как есть, и лишь обрубил не нужные подробности:
– Линда прилетала. Только что улетела.
– Опять она, – буркнула Даша заворачиваясь в одеяло. – Я вообще-то ревную.
– Не переживай. Между нами ничего не было. – ответил я натягивая штаны.
– Надеюсь, что и не будет.
Звонок затрещал повторно и он не собирался затыкаться. Судя по всему Резо потерял терпение и просто зажал кнопку.
– Да идём мы, идём! – крикнула Даша в сторону прихожей и села на кровати, нашаривая ногой тапки. Краем глаза она заметила у меня на боку окровавленные бинты и с тревогой в голосе спросила, – Ты ранен?
– Уже нет. Линда подлатала. – Улыбнулся я.
– Надо и мне найти навык лечения, чтоб эта извращенка на тебя не пялилась, – Даша привалилась на моё плечо и тут в дверь начали стучать. – Да идём мы уже!
Улыбнувшись я наспех оделся и открыл дверь обнаружив на пороге Резо в рубашке с закатанными рукавами и двух загорелых молодчиков.
– Гамарджоба, вы что там спите что ли? День в самом разгаре! Пора делать деньги, ха-ха-ха! – пропел он и, не дожидаясь приглашения, шагнул внутрь.
– И тебе гамарджоба, – зевнул я. – Грибы как всегда на кухне.
Загорелые грузины, которых с лёгкостью приняли бы за итальянцев те кто никогда не видел итальянцев в живую ринулись на кухню и стали выносить оттуда подготовленные Дашей коробки. Резо по-хозяйски клацал по калькулятору, что-то прибавлял, убавлял, умножал и наверное даже вычислял интегралы. Одним словом вид у него был невероятно важный. И эта важность вела только к одному. К попытке сбить цену.
– Грибы мелковаты, – покачав головой произнёс он заглянув в один из ящик.
– Резо, в прошлый раз были точно такие же, – отозвалась Даша из-за моей спины.
Она успела переодеться и собрать волосы в хвост, превратившись из сонной девушки в коммерческого директора нашего мини предприятия.
– В прошлый раз был другой рынок! – всплеснул руками Резо. – Сейчас грибы везут из Липецка по семьсот в закупке, мамой клянусь!
– А ваша мама знает что вы всегда ею клянетесь? – со скучающим видом спросил я.
– Э-э-э! Обижаешь! Если я говорю что беру грибы по семьсот, значит так и есть.
– Готова спорить что вы врёте. – сложив руки на груди заявила Даша.
Грузин замер с калькулятором в руке и уставился на неё.
– Ты меня лжецом назвала? – Нахмурился он.
– Именно так, – с вызовом глядя в глаза произнесла Даша.
Про зелёные и красные огоньки её детектора Резо конечно же не знал, а я уже прикидывал, придётся ли мне драться с нашим деловым партнёром или всё закончится мирно.
– Ха-ха-ха! Какая проницательная женщина, – восхитился Резо и повернулся ко мне. – Я не обманывал, а просто пошутил. Вы что шуток не понимаете? – широко улыбнулся грузин, но улыбок от нас не дождался и тут же перешел к делу. – Ладно, всё забираю. Шиитаке по девятьсот, как и белые, маслята, лисички и… – Он стал перечислять наш широкий ассортимент и закончил минуты через две показав нам цифру на калькуляторе. – За всё девяносто девять тысяч шестьсот рублей. Но я дам вам ровно сто тысяч, в знак нашей дружбы.
Услышав эту чушь я невольно засмеялся. Аж четыреста рублей стоит наша дружба. Восторг!
Мы получили наличку, а через десять минут закрыли дверь избавившись от партии грибов и пошли делить наличку. Деньги разложили прямо на кухонном столе, в три стопки. Сорок тысяч Борру, тридцать мне и тридцать Даше.
– Где моя капуста? – донёсся голос боровичка с кресла.
– В огороде. Иди собирай, – ответил я забирая свою долю.
Борр зашлёпал по линолеуму босыми ступнями, схватил бумажки и снова вернулся на кресло открыв приложение доставки еды. Подумав немного он подошел к столу и положил деньги обратно.
– Саныч, закинь на карту пожалуйста. Эта макулатура мне ни к чему.
– Договорились, – кивнул я забирая себе наличку Борра.
Я открыл приложение банка и перевёл сорок тысяч боровичку, а после задумался. А на кой-чёрт мне наличка? И вообще, почему мы выращиваем грибы на кухне? Для этого стоит подыскать отдельное помещение. У Борра пиликнула СМСска о зачислении средств и он радостно взвизгнув побежал заказывать еду. Даша посмотрела ему вслед и рассмеялась.
– Знаешь, это, пожалуй, лучшая работа из всех, что у меня были, – призналась она, усаживаясь на табуретку. – Начальник не лапает, – она улыбнулась поймав мой взгляд, – хорошо, начальник лапает, но по обоюдному согласию. К тому же здесь я не обслуга, а совладелица перспективного бизнеса. Жаль на кухне однушки особо не разгуляешься. Наш предел производительности это партия грибов на сто или двести тысяч рублей в двое суток.
– Вижу у нас мысли сходятся, – улыбнулся я и протянул её семьдесят тысяч рублей наличкой. – Арендуй гараж и давай перенесём производство туда. Там будет на порядок большая площадь, к тому же сможешь нанять сотрудников для фасовки грибов. Сама же займёшься исключительно продажами.
– Ты серьёзно? – Даша уставилась на пачку мятых купюр.
– А почему нет? Так мы сможем больше зарабатывать и Борр наконец то обзаведётся четвёртым подбородком.
– В гараж не поеду! – глухо донеслось из кресла.
– А если там будет холодильник до отказа забитый колбасой и сыром? – хитро прищурившись спросил я.
В квартире стало тихо, а через полминуты Борр сдался.
– Ты хотел сказать двухкамерный холодильник.
– Само собой.
– Так и быть, но мне ещё понадобится мягкое кресло чтобы отдыхать от работы.
– Он хотел сказать отлынивать от работы? – Прошептала Даша давясь от смеха.
– Что вы там шепчетесь⁈ Опять против меня что-то замышляете⁈ – Возмутился Борр, вскочил с кресла и уставился на нас.
– Да, решили посадить тебя на колбасную диету. – Отмахнулся я.
– Звучит неплохо, – миролюбиво произнёс Борр и плюхнулся обратно в кресло.
– Тогда я займусь этим прямо сейчас! – Даша чмокнула меня в щёку и уже на ходу открывала на телефоне объявления об аренде гаражей.
Даша уехала, а я нарезал бутербродов, треть из которых захапал Борр. Заварил чая, и лениво жевал смотря в окно за которым на подоконнике сидел голубь с человеческими зубами и пялился на меня.
– Что надо? – Спросил я и голубь дёрнул головой вперёд, а потом назад. – Хочешь бутер? – Голубь кивнул.
Мои слова услышал Борр, влетел в кухню и со всего размаха швырнул в стекло материализовавшуюся в руке поганку. Голубь испуганно спрыгнул с подоконника и улетел, а может разбился об асфальт, не знаю.
– Пошел отсюда нахлебник! – Заорал он, вырвал у меня из руки бутерброд и убежал на кресло жуя на ходу. – Буфет он ефё буфербфодами рафкидыфатьфя. Фамим мало.
Поразившись в очередной раз жадности Жировичка, я отхлебнул чая и увидел что на экране телефона высветилось имя «Оля».
– Дим, привет. Слушай, неловко тебя просить, но ты не мог бы взять Светку и съездить с ней к педиатру? – без предисловий выпалила сестра.
– А что случилось? Ей стало хуже? – с тревогой произнёс я.
– Да нет, наоборот, выздоровела. Носится по двору как бешеная. Но на секции, тьфу, на танцах короче справку требуют что она здорова. Боятся что перезаражает всю группу. Поможешь?
– Да без проблем, съезжу. – Улыбнулся я и облегчённо выдохнул, помогли всё-таки часики.
– Спасибо, Дим. А то я целый день с мамой и Лёшкой кручусь. Маме, кстати, полегче стало. Уже сама ходит, точнее с палочкой, но всё равно, это прогресс!
Услышав это, я почувствовал как по сердцу разливается тепло. Всё же не зря я создал сгусток. Кстати, давненько я не подбрасывал в него монет. Скорее всего его ёмкость сильно просела, а это не порядок! Нужно исправляться.
– Это отличные новости, Оль. Собирай Светку, через час буду у вас.
Я повесил трубку и бодро побежал вниз седлать свой чертолёт. Выгнал его из подъезда и увидел на ступеньках соседнего подъезда Валерку. Судя по всему он был трезв и возвращался из магазина с продуктами. Заметив меня, он коротко кивнул и закрыл за собой стальную дверь. Занятно, даже мелочи не стрельнул. И всё же интересно кто он такой?
Спустив скутер по ступеням, я сел на седушку и вылетел на Московский проспект. Жарища была несусветная, горячий воздух обжигал лицо, а я всё ехал и ехал, жалея о том что у меня навык ледяная поступь, а не ледяной покров. Так бы мчал себе с комфортом, но нет, только ступни в прохладе, а остальное тело медленно прожаривается.
Достойно пройдя испытание огнём, спустя сорок минут я прибыл в Чертовицы. Загнал чертолёт во двор и увидел маму. Она медленно брела по саду вдоль грядок с палочкой в руке. Каждые пару шагов она наклонялась чтобы что-нибудь сделать. Тут сорняк выдернет, там помидорный куст подвяжет.
– Мам, ты чего без конвоя? – окликнул я её от калитки.
– Димка! – Она обернулась, и помахала мне палочкой. – А ты чего без невесты?
– Сперва решил сам проверить правда ли ты в полумарафонцы записалась, а уже потом тебя Дашке показывать. Вот, вижу Оля не наврала.
– Хи-хи. – засмеялась она и мамино лицо наполнилось запредельным счастьем. Такой я её видел в последний раз до побега отца. – Как видишь хожу потихоньку, – с гордостью подтвердила мама и для наглядности прошла пару метров до яблони. – Раньше у меня был бег лёжа, теперь ходьба, полу Скандинавская.
– Это как?
– Там с двумя палками ходят, а у меня одна. Вот и полу Скандинавская, – пошутила мама.
На радостях я подскочил к маме, крепко обнял и оторвал от земли.
– Умница. Скоро совсем поправишься. – произнёс я и поцеловал её в щеку.
– Ясное дело поправлюсь, куда ж я денусь? Ну всё, иди. А то Оля там с ума сходит. Светка каждые пять минут спрашивает не приехал ли ты. И кстати, она твои часики даже в ванной не снимает. Говорит они удачу приносят.
– Конечно приносят, часики то с единорогом! – Заявил я ткнув пальцем в небо и пошел спасать от допроса сестру.
Едва я поднялся на крыльцо, дверь распахнулась, и в меня врезалась семилетняя ракета в сарафане. На запястье у неё розовели часики с единорогом.
– Дядя Дима! Мы к врачу поедем? А мороженое купим? А где Даша? А когда поженитесь? А вы меня крёстной сделаете когда лялька родится?
От обилия вопросов у меня моментально закипела голова.
– Если сократим количество вопросов до одного, то мороженое купим.
– Эммм… Хорошо… – задумчиво проговорила Светка. – Мы на скутере поедем?
– Нет. На такси. На чертолёте жарко и долго.
Из-за Светкиной спины выглянул Лёшка и, сверкнув щербатой улыбкой, потребовал взять его тоже, но был перехвачен Олей за шиворот.
– Стоять! Дядя Дима уже уезжает! – Сестра схватила на руки Лёшку, а мне сунула папку с медкартой. – Толик в музее, а у меня вон, видишь какой дурдом. Но завтра я готова выйти на работу.
– Договорились, напишу клиентам и отправишься зарабатывать миллионы, – я подмигнул сестре и вышел за двор, где нас уже ждал таксист на ладе баклажанового цвета.
Я усадил Светку в детское кресло, пристегнул ремнями, а после разместился рядом и с ходу заявил таксисту:
– Если включите «Лада седан, баклажан», я выпрыгну из машины.
– Чего? Вы о чём вообще? – Опешив уставился на меня дед с переднего сиденья.
– Не обращайте внимания. Чувство юмора сегодня дало сбой, – улыбнулся я и мы поехали в поликлинику.
Всю дорогу Светка рассказывала водителю про единорогов, а водитель кивал и прибавлял громкость радио до тех пор, пока Светка не начала кричать. После он обречённо вырубил громкость и стал слушать о том чем единороги отличаются от лошадей. Вы бы видели его счастливую физиономию когда мы выходили из машины. Дед просто сиял от радости.
Оказавшись на солнцепёке я увидел приличное здание. Свежая плитка, фасад обит то ли пластиком, то ли металлом, у крыльца две огромные клумбы с цветами. Вот только стоило нам войти внутрь, как тут же попали в филиал ада.
В холле стояла духота, пахло лекарствами и потом. Восприятие выхватывало из толпы такое, отчего тянуло развернуться и увезти Светку домой.
Каждый третий ребёнок оказался одержимым: пацан с ушами хорька грыз поручень, а подросток с клыками до нижней губы скалился на всех, кто проходил мимо. На шеях у родителей висели паразиты, сизые пиявки и студенистые медузы. У старухи в плече торчал чёрный гвоздь, и ругалась она на девушку из регистратуры так, будто это она его туда вбила.
Я застыл в дверях, вспоминая областную больницу, где с месяц назад всё выглядело примерно так же, но тогда я списывал это на сотрясение. Сейчас списывать было не на что: поликлиника не просто производила негатив, она была пропитана им насквозь. По стенам бежали чёрные смолянистые нити, похожие на паутину, плитка и вовсе дышала. Наступаешь на плитку, а из её швов вытекает чёрная жижа.
– Дядя Дима, ты чего встал? – дёрнула меня за руку Светка. – Нам в регистратуру, вон туда, где все стоят.
Там и правда стояли все. Все кто живут в Чертовицах по меньшей мере. Хвост очереди начинался у гардероба и, обогнув колонну, упирался в окошко, за которым виднелась макушка регистраторши. Мы пристроились в конец, и я принялся изучать соседей.
Прямо перед нами стояла женщина лет тридцати с серым лицом и сыном лет пяти. Из-под чёлки у мальчишки торчали два бугорка-рожка, а зрачки горели красными точками. Ухмылка же у него была такая гадкая, что хоть крестись. Вёл он себя соответственно: то дёргал мать за подол, то принимался орать на весь холл без всякой причины. А когда она наклонялась его успокоить, лупил её кулаком по лицу и довольно хихикал.
Женщина была так измучена, что даже не ругалась, только вздрагивала и извинялась перед очередью. На шее у неё, под самым ухом, раздувалась сизая пиявка размером с палец, причём скверна собираемая пиявкой через тонкую нить перетекала к сыну женщины.
– Раз, два, три, четыре, пять, начинаю исцелять, – прошептал я и сосредоточившись на пацане запустил навык переливания.
Скверна разом хлынула в мою ладонь и из мальчишки и из пиявки, которая быстро стала скукоживаться. Пацан же моментально законючил прося мать поскорее уйти домой. Минуты через три парень перестал дёргать мать и просто стоял, хлопая глазами, а пиявка лопнула. Ещё через пять бугорки под чёлкой паренька втянулись, а красные точки в зрачках погасли.
К тому моменту, когда до окошка оставалось человек пять, он забрался матери на руки и уснул, уткнувшись ей в плечо. Женщина замерла, боясь пошевелиться, а потом осторожно погладила его по спине и тихо заплакала, не вытирая слёз.
Вы очистили одержимого. Получено 9 ОК.
«Кокон» получил 2 ОК.
Паразит уничтожен. Получено 3 ОК.
Вы значительно повлияли на судьбу человека. Получено 12 ОК.
Следом о плитку звякнули монеты, три штуки, и закатились под ноги женщине впереди. Никто, кроме меня, звона не услышал, зато все увидели, как я нагибаюсь и выуживаю что-то из-под чужих кроссовок, делая вид, что поправляю обувь.
Пока мы доползли до окошка, я успел очистить ещё одного одержимого и взорвал целых пять паразитов. За каждого убиенного Мир платил монетами, и каждый раз они падали не в ладонь, а на пол. Мир будто издевался заставляя гнуть меня спину, а тут ещё Светка не выдержала и спросила:
– Дядя Дима, у тебя что, снова шнурки развязались? – громким шёпотом поинтересовалась она. – Хочешь, научу тебя их завязывать? – По глазам было видно что она шутит.
– Да, было бы неплохо, – кивнул я. – Но только после того, как получим справку у врача.
Когда мы наконец то добрались до регистратуры, то девушка не поднимая головы, выдала нам талон и буркнула, что педиатр принимает в двадцать третьем кабинете на втором этаже. С радостью мы покинули одну очередь, чтобы встать в другую. Ещё большую очередь…
В этот момент я почувствовал что сам скоро стану одержимым и начну сквернословить. Хммм, кстати насколько точное выражение. СКВЕРНОсловие. Говоришь плохие слова и создаёшь скверну. Предки оставили нам кучу подсказок о существовании которых додумается только одарённый или видящий.
Впрочем это открытие никак не приблизило нас к кабинету двадцать три, у которого в бескрайней очереди томились двадцать человек.
Светка продержалась с четверть часа, потом повисла у меня на руке и заныла:
– Дядя Ди-и-им, я домой хочу. Тут скучно и воняет.
Над её макушкой собиралось тёмное облачко размером с кулак. С другого конца коридора, от дремавшего на подоконнике мужика с медузой на загривке, к Светкиному плечу тянулось полупрозрачное щупальце. Тварь почуяла свежий негатив и решила переехать на новое место.
Я сгрёб Светку в охапку и переставил на два метра в правее, подальше от подоконника.
– Так, боец. Предлагаю сделку. Собираешь волю в кулак и ждёшь пока нас примет врач, а после я расскажу тебе один секрет.
– А что за секрет? – У Светки загорелись глаза, а я понятия не имел что за секрет расскажу, главное утихомирить племянницу, а там разберёмся.
– После приёма узнаешь.
– Договорились, я собрала её, ну в смысле волю, – Светка показала мне два сжатых кулачка и улыбнулась.
В этот момент щупальце паразита изменило направление и снова потянулось к Светке, но зря он это сделал. Скверна в ту же секунду хлынула из паразита ко мне и он начал усыхать на глазах. Спустя минуту эта пакость взорвалась золотистыми искрами.
Спустя два часа я упокоил десяток энергетических паразитов и шестерым одержимым вернул человеческое обличье. От потери энергии меня покачивало, зато душа пела! И Миру моё пение понравилось:
Поздравляем, вы получили новый уровень! Доступно 2 свободных очка характеристик.
Минздрав предупреждает: очистка одержимых в очередях вызывает привыкание:)
Два очка с прошлого уровня так и висели нераспределёнными, теперь к ним добавились ещё два, и я без колебаний вложил все четыре в живучесть. После вчерашних кошаков и Саниной лекции про разогрев спорить с собственными коленями я больше не собирался. По телу прокатилась волна жара и усталость как рукой сняло.
Ещё через двадцать минут очередь рассосалась и мы пулей рванули в кабинет. За столом сидела женщина в белом халате с таким усталым лицом, что хотелось открыть ей рот и влить туда всё кофе мира.
– Фамилия? Жалобы есть? – не поднимая глаз от бумаг, пробубнила она.
– Нет, – честно ответила Светка.
– Температура?
– Нет.
– Кашель, сопли?
– Не-а.
– Здорова, – заключила врач и вывела на бланке несколько строк.
Ни фонендоскопа, ни взгляда в горло, зато печать она шлёпнула с таким размахом, что подпрыгнул стакан с ручками, и выдохнула:
– Следующий.
Весь приём занял полторы минуты, и с тем же успехом нас мог принять автомат по продаже справок. Одержимой врач не была, её просто выжал досуха бесконечный поток пациентов, и я её понимал. За три часа принять двадцать пять пациентов невозможно чисто физически и уж тем более уделить каждому время. По уму здесь должно сидеть втрое больше врачей, но то по уму, а в реальности оно как-то так.
Мы со Светкой вывалились на улицу и вздохнули полной грудью жаркий и пыльный воздух. После больничных ароматов он казался весьма освежающим.
– Ты обещал мороженку и секрет! – Напомнила Светка.
– Да, идём, – кивнул я и потащил её к ларьку с мороженым, который стоял через дорогу.
Светка выбрала эскимо в шоколаде. А я плодово ягодное. Не ел его со школы. Мы уселись на скамейку в тени и стали наслаждаться прохладой.
– Дядя Дима, а мне очень нравятся часики, – сообщила Светка, слизывая шоколад и поворачивая запястье так, чтобы единорог ловил солнечные блики. – Как ты и сказал, я с ними мигом выздоровела!
– Я же говорил, часики волшебные!
Светка вдруг прыснула со смеху и ткнула пальцем куда-то мне за спину:
– Дядя Дима, посмотри, какой чудик!
Я обернулся и увидел, что по тротуару мимо крыльца шли мамаша с коляской и мужик с пакетом из аптеки. Смеялась Светка явно не с них, так как чуть правее парочки топал дух. Ростом он был как Борр, а борода такая длиннющая что тащилась позади него подметая асфальт. Дух шлёпал по асфальту в резиновых сапогах и на ходу подбирал бахилы которые, что посетители поликлиники бросили мимо урны.
– Эм… Ты о ком? – уточнил я насторожившись.
– Ну вот же! Дяденька с бородой, и бахилы ворует! – Светка зашлась от смеха.
Твою мать… Неужели системные вещи сделали Светку видящей? Или она всегда была видящей, а часики только пробудили этот дар? Хотя какой к чёрту дар? Выходит она видела всё что происходило в поликлинике? Одержимых, паразитов, то как я откачиваю скверну и собираю монеты?
– А что ещё необычного ты видела? Ну, кроме чудика в сапогах. – Спросил я делая вид, будто в бородаче нет ничего удивительного.
– Много чего, – пожала плечами Светка и с удовольствием откусила эскимо. – У нас дома домовой живёт. Он… – Она замерла с набитым ртом и в ужасе округлила глаза. – Ой. Я же обещала ему, что никому не расскажу.
– Не переживай, – успокоил я. – Мне можно. Это я Кузьмича в наш дом привёл.
– Правда⁈ – Восхищённо воскликнула Светка. – Так это ты? А он говорил, что его барин прислал! Кузьмич самый лучший домовой на свете! Он меня учит гвозди забивать, когда никто не видит. У меня уже почти получается. – Гордо заявила Светка и смущённо добавила. – Только один раз Кузьмичу по пальцу попала…
Услышав это я представил картину и прыснул со смеху. Домовой держит гвоздь, а Светка со всего размаху фигачит молотком ему по пальцу. Надо Кузьмичу премию в размере пары монет выдать что ли.
