Текст книги "Неотразимый"

Автор книги: Аннетт Бродрик (Бродерик)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

Глава четвертая

Остатки сна Куина растаяли, как только он ощутил Дженифер в своих объятиях. Она лежала перед ним полуобнаженная, прикрытая лишь простыней, такая теплая, нежная, и губы казались такими же. Она не отталкивала его, вовсе нет.

Ей было хорошо с ним. Когда она провела пальцами по его груди, Куин подумал, что сердце его вот-вот вырвется наружу. Он вытащил руку из-за ее спины и пальцами легонько провел от пояса до груди. Пальцы Куина затрепетали, когда ее грудь легла ему в ладонь.

Кончиками пальцев Куин нежно погладил сосок.

Дженифер вздрогнула. Нехотя Куин поднял голову и открыл глаза.

– Доброе утро, – шепнул он, продолжая держать в ладони ее грудь.

– Да, доброе.

– Очень рад, что вы выздоровели.

– Неужели? – спросила она, улыбаясь.

Он ухмыльнулся. Конечно же, она не боится его, во всяком случае, сейчас.

– Да, я ведь испугался, что могу заразиться от вас.

– В таком случае, Куин, мне пришлось бы купать вас в холодной воде.

– А вы все помните, не так ли?

– Боюсь, что не все.

– Мне сказали, что таким образом можно сбить температуру. И это помогло. Но я боялся, что заморозил вас, вот почему я лежу с вами.

– Понимаю. Вы поступили очень разумно.

– Вы так считаете?

Они лежали обнявшись, разглядывая друг друга. Наконец ее губы дрогнули, расплылись в улыбке. И оба они расхохотались.

– Мой спаситель, – сказала Дженифер, отдышавшись.

– Я хотел как лучше, – робко объяснил Куин.

– А как насчет сегодняшнего утра? – спросила Дженифер, глядя на руку Куина. Он нехотя убрал ее.

– Просто дружеское утреннее приветствие.

– Гм. Можно, конечно, и так посмотреть, если очень постараться.

Его ухмылка растаяла.

– На большее я не претендую.

Она кивнула.

– Очень мило с вашей стороны.

– Вы смеетесь надо мной?

– Вовсе нет. Просто я никогда не оказывалась в подобной ситуации. Не уверена, что знаю, как правильно себя вести.

– Что вы имеете в виду?

– Я не привыкла быть раздетой в присутствии посторонних, особенно мужчин.

– Вот как?

– Да.

– При сложившихся обстоятельствах не стоит стесняться. Считайте, что я ваш домашний врач.

– Не получится. Мой врач – женщина.

– О-о!

– Кроме того, приветствие было не очень похоже на докторское, знаете ли.

– Но мне ведь надо было убедиться, что лихорадка у вас прошла.

– Видимо, вам хотелось проверить, не можете ли вы вновь поднять у меня температуру?

– Ну и как? Я преуспел?

Она толкнула Куина в грудь, да так, что тот чуть не свалился с кровати.

– Эй! Негоже так обращаться с человеком, который забыл об отдыхе, ухаживая за вами, – произнес Куин шутливо. Он сел. Затем потянулся за рубашкой.

– А мне показалось, что вы неплохо отдохнули, когда, проснувшись, я увидела, как вы сладко спите.

– Еще не то увидите, – пробормотал Куин, застегивая рубашку.

– Где моя одежда? – спросила Дженифер, тщательно прикрываясь простыней.

– Где-то здесь, – кивком указал он. – Я спущусь вниз и раздобуду нам чего-нибудь поесть перед дорогой, если вы считаете, что достаточно окрепли.

– Прекрасно себя чувствую, – сказала она с улыбкой, глядя ему вслед.

Так ли на самом деле? Вот в чем вопрос! Дженифер точно знала, что, когда проснулась в объятиях Куина, ей вновь захотелось вкусить сладость его поцелуя, чтобы еще раз испытать те новые для нее чувства, которые он в ней пробудил.

Одно было ей ясно. Чувства эти не приснились ей. Они возникли, как только его губы коснулись ее. Как ему это удалось? – гадала она.

Дженифер встала и быстро натянула джеллабах. Она чувствовала себя не так хорошо, как подумалось ей раньше. У нее кружилась голова. Держась рукой за стену, она спустилась вниз в ванную комнату, пытаясь разобраться в себе самой и в том, что происходит.

Дженифер ничего не знала о Куине Макнамаре. Хотя ей казалось, что она знает о нем больше, чем можно предположить. Он сильный, столько всего умеет. Но может быть также и нежным, и заботливым. Это уже о многом говорит.

Но она ничего не знала о жизни Куина. Знала только, что он не может жить без опасностей, подстерегающих его на каждом шагу. Иначе он не был бы здесь, не занимался бы тем, чем занимается. Что это такое, правда, неясно.

Когда она вернулась, Куин мерял шагами комнату. Повернувшись на каблуках, спросил:

– Где, черт возьми, вы были?

– В ванной.

– Вот как!

– Вы думали, я сбежала?

– Я не знал, что и подумать. Вы все еще очень бледны.

– Знаю. Загар ко мне не пристает.

– Я не об этом. Вы уверены, что хорошо себя чувствуете?

– Не волнуйтесь, хорошо. Только легкая слабость.

Куин жестом показал на поднос, стоящий на столе.

– Здесь есть кое-что перекусить, если хотите.

– Вы поели?

– Досыта.

– Что мы сейчас будем делать?

– Это зависит от вас.

– Что вы имеете в виду?

– Мы должны были отправиться в дорогу прошлой ночью, но, поскольку это не вышло, поедем сегодня утром. Если, конечно, вы поправились после болезни.

Она кивнула.

– Это же важно, чтобы мы ехали как можно быстрее.

– Да. Но я не хочу, чтобы вам стало хуже.

– Уверена, все будет хорошо.

Она взяла козий сыр, хлеб, пригоршню фиников, которые принес Куин, и завернула в салфетку, лежащую рядом.

– Я готова.

– Вы уверены?

Дженифер кивнула. Она может поесть и в джипе.

Когда ее обожгли солнечные лучи, она уже не была так уверена в том, что приняла правильное решение. Но сжала зубы и последовала за Куином к стоявшему неподалеку джипу. Солнце уже палило вовсю, хотя вышло из-за горизонта лишь пару часов назад.

Время шло, и жара становилась все невыносимее. В конце концов Куин решил, что придется сделать привал и переждать самые жаркие часы. Он стал присматривать хоть какую-нибудь растительность или ущелье, где можно было бы укрыться. Очередной подъем дал возможность оглядеть окрестность, и он увидел вдали зеленый островок, где, похоже, удалось бы спрятаться в тени. Спустившись с холма, он постарался не терять направление, и через каких-нибудь полчаса они были на месте. Несколько деревьев и густые заросли травы.

Зная, что поблизости должна быть и вода, он остановился. Затем посмотрел на Дженифер. Она все еще держалась за ремень, но он видел, что она спит.

В груди его защемило. Девушка никогда не жаловалась, не выражала недовольства, как ни мучилась от зноя. Он коснулся ее лба. Лоб был влажен и прохладен.

– Где мы? – спросила она, открыв глаза.

– Точно не знаю. Знаю только, что по-прежнему держим путь на север, – ответил он, осматриваясь вокруг.

– Почему мы остановились?

– Я увидел прохладное местечко и подумал, что нам здесь понравится.

– Заманчиво, – отозвалась Дженифер, неловко вылезая из машины.

Он также вышел из машины и подошел к ней. Взяв ее за руку, Куин повел девушку в тень деревьев.

– Ой, посмотрите! Там, кажется, родник? – сказала Дженифер.

– Похоже.

Куин направился к роднику, который, казалось, бил прямо из скалы, образуя небольшой водоем глубиной приблизительно по щиколотку. Надо попробовать воду на вкус. Но даже если она окажется непригодной для питья, все равно они сделают здесь привал. Лучшего места не найти: кругом тень и влага.

Внезапный ветерок зашелестел верхушками деревьев. Он поднял голову. Обычно в это время дня воздух в пустыне неподвижен.

– Вы заметили? Солнце уже не светит так ярко, как прежде. Или нам только кажется из-за того, что мы в тени? – произнесла Дженифер.

Куин бросился к джипу.

– Что стряслось? – крикнула Дженифер.

Дурное предчувствие не обмануло Куина. Такое он видел только раз в своей жизни, но и одного раза было достаточно, чтобы понять, какая им грозит опасность.

– Это пыльная буря. Она движется в нашу сторону. – Куин схватил палатку, котелки и весь их скромный дневной рацион. – Пошли скорее! Надо срочно найти какое-нибудь укрытие! – что есть мочи прокричал он, пытаясь заглушить шум ветра, налетевшего неизвестно откуда.

Около родника торчал выступ скалы. Куин поспешно встал на колени и расправил палатку так, чтобы в нее можно было завернуться. Сев спиной к большой скале, он выкрикнул:

– Быстрее сюда!

Дженифер добралась до него. Куин поплотнее укутал ее в широкие одежды, а капюшон надвинул на самые глаза. Затем освободил салфетку, в которой была еда, и смочил ее водой.

– Приложите к лицу. Быстрее!

Потом он тщательно завернул во что-то еду и убрал за спину.

Укутав ее и себя палаткой, он тщательно подвернул края, чтобы не осталось ни одной щелочки.

– Нам нечем будет дышать.

– Это все-таки лучше, чем снаружи. Там песок мгновенно задушил бы вас. Будем надеяться, что скалы защитят нас. Нам еще повезло. Буря застала нас в этом оазисе. Если бы мы были в джипе, нам пришлось бы не сладко.

Ему приходилось почти кричать, чтобы быть услышанным.

Как неожиданно началась буря! В Сирокко Дженифер приходилось попадать в бурю, но смерч в пустыне совсем другое дело. Сидя в тесном укрытии, она слышала каждый удар своего сердца.

Куин усадил ее к себе на колени, прижав ее голову к груди.

– Приложите к лицу влажную салфетку, – проговорил он.

– Но ведь у вас ее нет.

– Нет, – согласился Куин. Дженифер поняла, что он смеется.

Она повернула голову, но лица его не увидела.

– Я с вами поделюсь, – спокойно предложила она.

Наступило молчание. Затем он крепче обнял ее.

– Какая же вы прелесть, – сказал он почти неслышно. Но она услышала, несмотря на страшный шум ветра. А может быть, просто потому, что ее ухо прижималось к его груди.

– Почему вы меня так назвали?

Он наклонил голову и произнес прямо в ее другое ухо:

– Другая женщина на вашем месте давно бы уже закатила истерику.

– Ну и что в этом хорошего?

– Ничего, Дженифер. Поверьте мне.

– Кстати, вам, кажется, совсем не страшно.

– Вы смеетесь? Я окаменел от страха.

Не успела Дженифер ответить, как ужасный гул и грохот, словно несся гигантский поезд, или торнадо, или тысяча ревущих демонов, заполнил все вокруг.

У Дженифер перехватило дыхание. Казалось, слой пыли облепил, окутал их в том замкнутом пространстве, где они сидели, прижавшись друг к другу. Она потянулась за влажной салфеткой и дрожащими руками поднесла ее к лицу.

Никогда раньше она не видела такого. Ветер сметал все на своем пути, оставляя за собой голую пустошь. Он кружился вокруг скал, старался сорвать жалкую защиту из одежды и брезента, словно смеясь над их попытками вдохнуть воздух и не погибнуть.

Куин предусмотрел размеры опасности и тщательно закрепил брезент.

Дженифер потеряла счет времени. Казалось, на свете не осталось ничего, кроме чудовищного гула, которому не было конца, который набрасывался на них, проникая в каждую щель.

Куин чувствовал, как она дрожит у него в руках, и понимал, каково ей сейчас. Первый раз за всю жизнь ему довелось встретиться с ураганом в пустыне. Он молил Бога, чтобы это был и последний раз. Ему приходилось слышать об исчезновении людей, не вернувшихся из пустыни. Нет сомнения, что они заживо погребены в сыпучих песках. Тем немногим счастливчикам, которым удалось спастись, просто-напросто повезло. Своим друзьям и близким они поведали тайну своего спасения. Поэтому Куин знал, как себя вести в подобных случаях. Как сделать то немногое, что еще можно сделать. Спасение зависит от того, как долго продолжается ураган. Если он затянется, они могут задохнуться в своем укрытии из брезента. Если же раскроют его раньше времени, песок тут же забьет им рот и нос.

У него было много времени на размышление, пока он сидел здесь в ожидании. Куин всегда считал, что погибнет, выполняя свой долг. Никогда даже не предполагал возможности умереть, обнимая прекрасную, отважную молодую женщину.

Он думал о прошлом, спрашивая себя: что он изменил бы в своей жизни, если бы пришлось начать все сначала? Выбрал бы другую профессию? Научился бы играть в теннис? Играл бы в гольф по выходным? Возвращался бы каждый вечер в лоно семьи, к жене и детям?

Как он ни старался, все равно не мог представить себя в роли мужа. Ему казалось, что он не способен жить бок о бок с женщиной. Тогда почему же он находил совершенно естественным держать в объятиях Дженифер? За те несколько дней, которые они провели вместе, он привык к ее присутствию. И он знал, что, если удастся им пережить все это, он никогда не забудет ее. Никогда не забудет, как она сидела, прижавшись к нему. Никогда не забудет, как красиво было нагое тело Дженифер, когда он окунал ее в ванну.

Должно быть, Куин здорово отвлекся, так как не заметил, что шум внезапно прекратился. Он поднял голову, прислушиваясь, но ничего не услышал.

Продолжая сжимать Дженифер в объятиях, он попытался откинуть полог. Не тут-то было. На них будто обрушилась скала. Однако, собравшись с силами, он отодвинул брезент – на них рекой хлынул песок вперемешку с гравием.

– Дженифер! Дорогая, с вами все в порядке?

Влажная салфетка давно уже высохла и упала с ее лица. Темный крем стерся. Лицо было бело как мел. Сердце его учащенно забилось. Он опустился на колени. Затем встал, поднял девушку на руки.

Он спешил к водоему, едва заметному в море песка.

Тщательно стряхнув пыль с салфетки, он намочил ее и стал обтирать лицо Дженифер.

О Боже! Неужели он опоздал? Куин поискал пульсирующую жилку на ее шее. Рука его дрожала так сильно, что ему не сразу удалось найти ее. Он затаил дыхание.

Едва ощутимый сначала пульс стал отчетливее. У Куина гора упала с плеч. Жива! Слава Богу! Он продолжал смачивать ей лицо и запястья, с волнением наблюдая за ней.

Его старания не пропали даром. Ресницы Дженифер дрогнули. Затем он увидел и ее прекрасные ясные глаза.

– Это становится традицией, вы не находите? – хриплым шепотом произнесла девушка.

– Вы о чем? – спросил Куин в недоумении.

– Что вы меня постоянно моете.

Он попытался улыбнуться.

– Ничего другого я не мог придумать.

Она посмотрела на него.

– У вас борода и волосы поседели, – удивилась она.

Куин ухмыльнулся.

– Неудивительно. За эти несколько часов я постарел лет на тридцать.

Она дотронулась до его бороды. В воздухе закружились песчинки. Дженифер улыбнулась.

– Вам бы и самому не мешало умыться, – засмеялась она.

Он поднялся на ноги и посмотрел на нее. Затем покачал головой. Ей и в голову не приходит, как сильно он переволновался из-за нее. Может, это к лучшему. Куин огляделся вокруг. Трава стала серой от пыли. Вокруг источника в беспорядке валялись ветки деревьев и камни.

Хоть родник остался невредимым. Он по-прежнему журчал, выбегая из скал. Да и они остались живы. Иногда все-таки стоит поблагодарить Господа за жизненно необходимые блага. За воздух и воду, например!

Куин встал и начал собирать хворост.

– Не знаю, как вы, но я лично не готов отправляться в дорогу. Почему бы нам не остаться здесь на несколько часов и не отдохнуть перед тем, как вновь тронуться в путь?

– Как скажете. Вы же за старшего. Ваше слово.

– Спасибо, что напомнили, а то я забыл.

Он направился к джипу. Машина была вся засыпана песком. Черт возьми! Пока не стемнело, надо ее откопать. Затем он разведет костер, соорудит некое подобие постели и немного передохнет.

Позже Куин пришел к выводу, что, похоже, ни один из его планов не сработал, как было задумано. План на сегодняшний вечер не был исключением.

А сейчас он откопал джип, убедился, что тот в порядке. Он также разжег костерок, очень приятный в ночную пору.

Пыль все еще вздымалась временами мелкими вихрями, прихватывая и золу от костра, отчего оба они задыхались и кашляли.

– Наверно, зря мы разожгли костер, – произнес Куин, откашливаясь.

– Пыль так и кружится в воздухе, – сказала Дженифер, вытирая слезящиеся глаза.

Они поели. Куину даже удалось смыть пыль с лица, волос и бороды. Однако на зубах еще хрустел песок.

– Не уверен, что здесь нам удастся как следует отдохнуть, – сказал он раздраженно, засыпая костер песком.

Дженифер встала и накинула капюшон, оглядываясь вокруг, не забыли ли чего, когда Куин внезапно схватил ее за руку и оттащил за валун.

Она хотела было спросить его, в чем дело, но замерла на полуслове, так как увидела в руке у него пистолет. Он смотрел в сторону джипа.

– Оставайтесь здесь, – произнес он таким голосом, какого она у него еще не слышала. Затем бесшумно исчез в темноте.

Что случилось? Минуту назад они так мило разговаривали и вдруг…

И вдруг Куин превратился в незнакомца, очень опасного и вооруженного. Дженифер стало страшно. Она даже не знала, что страшнее – то, что там случилось, или этот новый, незнакомый Куин.

Видно, она не знает человека, с которым путешествует.

Раздался выстрел. Затем еще два, один за другим. Может, Куин ранен? Что же ей делать? Она стояла, съежившись от страха, забившись в расщелину между скалами и томясь в неизвестности.

Девушка чуть не вскрикнула, когда из темноты возникла чья-то фигура.

– Пошли отсюда, – резко бросил Куин.

– Куин! С вами все в порядке?

– Пошли. Поторапливайтесь.

Он взял Дженифер за руку. Она едва поспевала за ним. Когда они подошли к джипу, она заметила столб пыли вдалеке позади них.

Куин почти втолкнул ее в джип. Затем обежал машину, сел за руль и помчал с бешеной скоростью.

– Что случилось? Кого вы видели?

– Кто-то крутился возле джипа, надеясь воспользоваться более современным средством передвижения. – Надеюсь, только это им и было нужно, добавил он про себя.

– Кто стрелял?

– Они первые начали, – произнес он, смеясь в душе над таким детским объяснением своего поступка.

– Они? А сколько их было?

– Трое.

– Трое! Боже мой! Куин, они же могли убить вас!

– Спасибо, Дженифер, что объяснили мне. Хорошо, что взял вас с собой в эту маленькую экспедицию. Что бы я без вас делал? Кто бы меня учил развивать логику мышления?

– Теперь вы издеваетесь надо мной.

– Примите мои поздравления. Вы выиграли приз за еще один правильный ответ.

– Почему вы сердитесь?

– Вы еще спрашиваете? Представляете, что было бы с нами, если бы мы остались без джипа? У нас не было бы ни малейшего шанса выбраться отсюда. К слову, если вы не заметили, что это вовсе не одна из американских авеню, то объясняю: магазинов здесь нет, телефона тоже. Так что позвонить и вызвать кэб невозможно!

– Хорошо-хорошо. Не злитесь. Господь Бог ведь не спрашивал у меня совета, когда создавал Ширан с его чертовыми пустынями!

Куин не следил за дорогой. Прыгая по кочкам и ухабам, он гнал машину со скоростью более чем допустимой. Чтобы не вылететь из джипа, Дженифер пришлось воспользоваться ремнем безопасности. Но иначе Куин, видимо, сейчас не мог.

Итак, он зол. Но при чем же здесь она? – спрашивал он себя. Скверно, что он убил двоих. Как им только удалось так тихо подкрасться! Да еще верхом! Наверняка они промышляли тем, что грабили беспечных путников, останавливающихся на привал у источника. А он ко всему еще разжег костер, уведомляя таким образом о своем местонахождении.

Черт! Надо же быть таким идиотом.

Проехав несколько миль, Куин вновь стал думать о недавнем происшествии. Как трогаешь языком дырку в зубе – все еще болит?

Неужели он убил их? Узнать это невозможно. Когда первый из грабителей выстрелил в него, сработал защитный рефлекс, и он бабахнул в ответ два раза, не успев подумать, что делает. Двое упали, а третий, что держал поводья, вскочил в седло и пустился прочь, уводя лошадей и оставив сообщников.

Наверняка сбежавший вернется за своими собратьями. Может быть, Куин только ранил их. Может быть.

Какая, впрочем, разница? Дело уже сделано. Он очень устал, все тело ныло. Особенно левая рука. Куин рассеянно потер руку и вздрогнул. Боль пронзила до кончиков пальцев. А пальцы, которыми он дотронулся до поврежденной руки, были в крови.

Так плачевно закончился этот сумасшедший день. Его подстрелили.

Глава пятая

Куин потерял счет времени. Следил только за тем, чтобы не сбиться с дороги. Он должен ехать на север и не думать о все усиливающейся боли в руке.

Адреналин, вырабатываемый в организме, отвлекал его от резкой боли. Такое с ним приключилось не впервые. Однажды Куина пырнули ножом. Реакция была такая же.

Но сейчас у него было достаточно времени, чтобы подумать о том, как, черт возьми, он может выпутаться из этой истории.

Они уже проехали наиболее засушливый регион страны и приближались к населенному пункту. Осталось проехать совсем немного. Селения будут встречаться все чаще и чаще. Возможно, в одном из них ему удастся пристроить Дженифер на время в ожидании кого-нибудь из членов ее организации. С ними бы она смогла вернуться в Сирокко.

Он больше не хотел подвергать Дженифер опасности. Ей и так досталось. Кому он может доверить заботу о ней? Он больше ни в чем не уверен. Трудно думать, когда боль не утихает. Ему казалось, что если бы он сумел сформулировать свои ощущения, то мог бы обуздать боль, заставить ее уйти.

У-ух! Боль такая, будто каждый удар его сердца посылает раскаленные докрасна толчки до самого плеча… Проклятие! Ухабы на дороге, черт бы их побрал! Значит, так – из-за ухабов заныло плечо…

Нет, не помогает. Может, разговор поможет отвлечься.

– Поговорите со мной, – сказал он, даже не подозревая о том, как мрачно и хрипло прозвучал его голос.

Поскольку они молчали вот уже несколько часов подряд, Дженифер нисколько не удивилась его просьбе.

– О чем?

– О чем-нибудь. Хотя бы о своей семье.

– Я уже рассказывала вам о своей семье, теперь ваша очередь.

– Что вас интересует? – спросил Куин, чувствуя песок на зубах. Он сбавил скорость, чтобы не угодить в рытвину, и едва не вскрикнул, когда они со всего размаха попали в одну из них.

– У вас есть сестры?

– Нет.

– А братья?

– Нет.

– А отец? Мать?

– Как остроумно с вашей стороны! Я ведь рассказывал вам об отце и матери.

– О, вы правы. Вы жили с ними?

– У меня не было возможности жить с отцом. Он служил военным летчиком в Корее. Его убили, когда я был совсем еще ребенком.

– О, мне так жаль.

– Человек не может тосковать о том, чего он никогда не имел.

– В это я не верю.

– Были случаи, когда я тоже сомневался. Но ведь иначе было бы еще хуже.

– А с матерью вы были в хороших отношениях?

– Еще бы! Она всячески старалась заменить мне отца. Болела за меня на всех играх, ну и так далее.

– Она не вышла замуж после смерти мужа?

– Нет. Сказала, что другой мужчина ей не нужен. – Он ухмыльнулся. Затем добавил: – Насколько я помню, многие мужчины ухаживали за ней. У нее были прекрасные черные глаза, нежная кожа и длинные шелковистые волосы, иссиня-черные. Она рассказывала, что отцу очень нравились ее длинные волосы. Вот почему на моей памяти она ни разу не подстригала их.

– Должно быть, она очень сильно любила отца.

Он нахмурил брови.

– Она не могла смириться с его смертью. Не представляла, как будет жить без него. Она готова была умереть и быть похороненной вместе с ним.

– Но все же она вырастила вас.

– Да. Только все время сетовала, что я не похож на мужчину, которого она любила.

– Печально. Но вы ведь очень привлекательный мужчина. Неужели она никогда не замечала этого?

Он посмотрел на нее и ухмыльнулся.

– Спасибо за лесть, милочка. Я тронут.

– Я говорю правду. У меня нет привычки расточать комплименты. – Она немного помолчала, затем хихикнула: – Заметьте, Куин, я и словом не упомянула о вашем характере. Только о внешности.

Он рассмеялся и тут же судорожно глотнул воздух.

– Что случилось?

– Ничего. Просто я устал. Вы ведь, наверное, не умеете водить машину, да?

Она брезгливо посмотрела на педали.

– Полагаю, что смогла бы, если б нужда заставила. Просто я никогда не испытывала влечения к этому делу. Я не разбираюсь, не понимаю разные там сцепления, они не понимают меня. А вы очень устали, да? – Она тоже посмотрела на него.

– Немного. Но пока еще могу вести. Я решил остановиться в ближайшем селении, которое встретится на нашем пути. И там на месте решим, как переправить вас в Сирокко. До побережья день или два пути. Если бы мне только удалось найти надежного человека…

– А я-то думала, что вы довезете меня до Сирокко.

– В этом нет надобности. Между нами и теми, кто напал на вас, большая часть пустыни. Никто не осмелится отправиться так далеко на север искать вас. Возможно, нам удастся связаться с вашей группой, и тогда они бы вас доставили в Сирокко. Идея неплохая. В создавшейся ситуации наиболее подходящий вариант.

Слова Куина вонзились в грудь Дженифер словно острый нож. Ему не терпится распрощаться с ней, словно несколько дней, проведенных вместе, ничего для него не значат.

А впрочем, на что еще она надеялась? На клятву в вечной любви или что-то в этом духе? Ведь они совсем чужие люди. Незнакомцы, которые спали в одной постели, которые пережили страшный смерч, которые поддерживали друг друга как могли…

Она уже совсем забыла о цели своего приезда в Ширан. Но во всяком случае, не для того, чтобы потерять голову из-за такого несдержанного, грубого… очаровательного… привлекательного…

– Одобряю ваше решение, – сухо произнесла она.

Больше говорить было не о чем.

Утром они подъехали к селению Хидадж. Дженифер вздохнула с облегчением. Она бывала здесь не один раз и была знакома с несколькими женщинами, мамами малышей.

Долгая дорога была для нее своего рода испытанием на выносливость. Сейчас, когда она знала, что Куин ждет не дождется, как избавиться от нее, ей захотелось испариться, исчезнуть. После первых, не очень приятных часов, проведенных вместе, он, казалось, смирился с необходимостью терпеть ее несколько дней. Эти несколько дней прошли, и ему явно невтерпеж избавиться от нее. Она старалась не смотреть на него. Солнце искрилось в лучах рассвета. Теперь Дженифер знала, каков он на самом деле. Она не хотела навязываться ему. Она сделает все, что в ее силах, чтобы как можно скорее забыть этого человека.

Еще издали заметив приближающийся Хидадж, она повернулась к нему и сказала:

– Это Хидадж! Я знаю это селение. Вы можете… – Она с тревогой посмотрела на него. Его загорелая кожа была серой, а на лбу выступила испарина. – Что с вами?

– Ничего страшного, – ответил он, стараясь не смотреть на нее. – Значит, вы знакомы с этим селением; это прекрасно. Где прикажете вас высадить?

Дженифер придвинулась ближе к нему.

– Куин, вы плохо выглядите. Вы заболели?

Она коснулась его лба, но он отпрянул в сторону.

– Будьте так любезны, оставьте меня в покое. Я не маленький мальчик. Могу и сам позаботиться о себе. Вы поняли?

– Прекрасно.

– Итак, где вас высадить?

– Высадите прямо сейчас. Я в состоянии сама найти дорогу.

– Очень остроумно, – невнятно пробормотал он, тормозя перед проезжающими мимо машинами.

– Послушайте! Я не знаю, что я такого сделала или сказала, но, что бы ни было, прошу у вас прощения. Хорошо? – Дженифер смотрела прямо перед собой на дорожные указатели. – Я думала, мы стали друзьями за эти несколько дней. Если я чем-нибудь обидела вас или…

– Вы не обидели меня, леди. Поверьте мне. Ничем не оскорбили. Послушайте, я тоже очень рад нашему знакомству. Однако я здесь не для светских бесед. Мне необходимо продолжать работу, а для этого я должен вернуться, проехав обратно несколько сотен миль, поэтому, если вы не возражаете, я подыщу для вас безопасное место и оставлю вас там. Сам же вернусь и займусь своими делами.

– Ладно. Только вам следует избегать ни в чем не повинных туристов во избежание желания подстрелить их или же захватить в плен.

Не проронив ни слова, Куин мрачно оглядел женщину с ног до головы. Затем сосредоточил внимание на дороге.

Дженифер расплакалась.

– Извините! Не слушайте меня! Сама не знаю, что на меня нашло. Прежде я никогда никому не грубила. Ни с кем никогда не вела себя так, как с вами. Не могу ничего объяснить, но я ужасно сожалею.

– Забудьте. Просто вы попали в переделку, но держались молодцом. Честное слово, молодцом. И нечего разводить сырость, – сказал он, упорно не глядя на нее.

– Мне будет не хватать вас, – сказала она тоненьким голосом.

Он невесело усмехнулся.

– Охотно верю. Вам будет не хватать меня, как зубной боли.

Дженифер выглянула из машины и увидела знакомую улицу.

– Поверните направо. Через четыре или пять домов отсюда живет семья, которая помогала мне распределять питание. Они-то и узнают, когда намечается следующая раздача. Тогда я смогу отправиться в Сирокко.

Не говоря ни слова, он повернул баранку и поехал по указанной улице. Каждое движение давалось ему с большим трудом.

– Почему бы вам не отдохнуть немного перед обратной дорогой?

– Сначала мне нужно сделать кое-что другое. Может быть, позже.

– Я уверена, Хайда будет рада пустить вас на постой. У них есть несколько свободных комнат, где мы обычно останавливаемся.

Он только качнул головой в ответ.

Черт возьми! Ну почему он такой упрямый?

– А вот и их дом, – сказала она.

Куин остановился под оливой. Мотор он не выключил и, сидя в машине, ждал, когда Дженифер выйдет.

– Вы даже не зайдете в дом?

– Я не собираюсь провожать вас до самого крыльца. Вы уже большая девочка. Кроме того, вы знаете этих людей. А я нет.

Дженифер не верила ему. Она смотрела на него, потрясенная его видом. На нем лица не было. Куин болен. Он очень болен. А еще настаивает на том, чтобы как ни в чем не бывало отправиться обратно.

Должно быть, она заразила его лихорадкой. Вот в чем дело! И он не желает, чтобы она об этом знала, поэтому и хочет уехать как можно скорее, уйти из ее жизни, чтобы она никогда об этом не узнала.

Дженифер нагнулась и быстрым движением выключила зажигание. Джип затих.

– Какого черта вы это сделали? – вспылил он.

Дженифер спокойно вышла из машины и подошла к дверце со стороны водителя.

– Выходите.

– Послушайте…

– Нет, это вы послушайте, – сказала она. – Мне надоело ваше упрямство.

Она дотронулась до руки Куина.

И как бы для того, чтобы доказать, что она переоценила его силу и мужество, первый раз в жизни Куин потерял сознание.

Кто-то возился с его рукой. Куину казалось, что ее зажали в тисках, закручивая все сильнее и сильнее. Он готов был закричать от боли и пытался вырваться, но его держали крепко.

К его руке прикладывали раскаленную кочергу.

Вот все, что он запомнил.

Чуть позже Куин услышал голоса. Затем почувствовал прикосновение мягкой прохладной ткани, успокоившей его разгоряченное тело.

Рука болела. Черт бы ее побрал! Что они сделали с ней? Если отрезали, тогда почему же он все еще чувствует ее? Он, правда, слышал кое-что на этот счет. После ампутации люди некоторое время ощущают утраченные конечности. Какой-то зуд в них или что-то в этом роде. Черт! Зуда как раз он не испытывал. Рука горела, будто ее черти жарили.

Что они с ним делают?

– Куин, лежите, не шевелитесь! Все будет хорошо. Доктор извлек пулю. Он никак не может поверить, что вы в таком состоянии умудрились доехать сюда. Какой же вы молодец! Молодчина, правда, дорогой вы мой!

Кто с ним разговаривает? Кто назвал его «дорогой»? У него ведь никого дорогого нет и никогда не будет. Он никогда не будет таким мужчиной, какого любила его мать. Но все же Куин старался походить на отца. Правда старался. Он так хотел, чтобы мать гордилась им, чтобы она сказала: «Ты так похож на своего отца». Но она не сказала. Ни разу. Вместо этого его мать умерла. Наверное, она хотела умереть, чтобы быть вместе с отцом.