Текст книги "Загадка салона "Магия""

Автор книги: Анна Устинова

Соавторы: Антон Иванов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

По темному пространству между огней прямо на мальчика шел человек. Голова его была опущена.

– Кто это? – прошептал Олег. Человек поднял голову. Это был дядя Витя.

– Ну, как дела, племянничек? – засмеялся он.

Олег сидел, раскрыв рот. Ему отчетливо вспомнилось: именно так покойный родственник обращался к нему при встречах.

– Дядя В-витя… в-вы живы? – выдавил из себя с трудом мальчик.

– Сам знаешь: уже два года как нет! – беззаботно расхохотался тот. – Я теперь в другом мире. Там хорошо и спокойно. И я здоров. Идем со мной.

Надвинувшись на Олега вплотную, он протянул к нему руки.

– Не надо! Я не хочу! – попытался тот увернуться.

– Ничего у тебя не выйдет! – схватил его за плечо дядя Витя.

В глазах у Олега помутнело. Он лишился чувств.

Глава V
ПОДВИГ ТЕМЫЧА

Олег очнулся. Кто-то резко тряс его за плечо. «Дядя Витя!» – немедленно вспомнилось мальчику.

– Не надо! Отстаньте! – заорал он, не открывая глаз.

– Ну, слава Богу, – раздался в ответ женский голос. – Давай, давай. Поднимайся.

– А дяди Вити тут уже нет? – все еще не решался Олег открыть глаза.

– Ты о чем? – с удивлением отозвалась госпожа Гликерия. – Тут только мы с тобой.

Олег резко сел. Огляделся. Над ним склонилась хозяйка салона. Комнату заливал мягкий свет люстры.

– Нервы у тебя слабые, – покачала она головой. – Хотя, может… – она помолчала. – Возможно, ты энергетику чутко отлавливаешь.

– Чего тут отлавливать? – посмотрел на нее с укором Олег. – Сами ведь призрака дяди Вити вызвали. Хоть бы предупредили сперва.

– Призрака? Дяди Вити? – с удивлением переспросила хозяйка салона.

– Естественно, – поднявшись с пола, перебрался в кресло Олег. Голова у него кружилась. Чувствовал он себя из рук вон плохо.

– Хочешь верь, хочешь нет, но я даже и не думала твоего родственника вызывать, – вновь устроилась за столом госпожа Гликерия. – Я с призраками вообще редко дело имею. На них энергетики слишком много уходит да и хлопот после не оберешься.

– Каких хлопот? – не понял Олег.

– Из-под контроля они часто выходят, – многозначительно изрекла госпожа Гликерия. – А что касается твоего дяди Вити, то я просто с духом по его поводу проконсультировалась.

– И все? – не поверил Олег.

– А ты что хотел? – усмехнулась толстая женщина.

– Да я ничего не хотел, – совершенно сбили Олега с толка ее объяснения. – Просто мне показалось, что дядя Витя возник прямо в этой комнате.

– Что тебе там могло показаться, когда ты почти сразу же упал в обморок, – ответила госпожа Гликерия. – Мне даже время общения с духом пришлось сократить. Надо же было тебя привести в чувство.

– Понятно, – пробормотал мальчик. «Неужели мне это и впрямь пригрезилось, пока я был без сознания?» – добавил он про себя.

– В общем так, – деловито проговорила колдунья. – Скончался твой дальний родственник два года назад. В автомобильную катастрофу попал.

– Ужас какой! – постарался Олег как можно более искренне разыграть изумление.

– Да ты не особенно горюй, – кажется, не ощутила на этот раз ничего подозрительного госпожа Гликерия. – Во-первых, он все равно бы умер. У него организм был разрушен наркотиками и пьянством.

Она кинула весьма выразительный взгляд на Олега.

– С тебя даже со скидкой сорок тысяч. Работа повышенной сложности.

Олег полез в карман за деньгами.

– У меня пятьдесят, – протянул он купюру госпоже Гликерии.

Та быстро спрятала ее в ящик письменного стола. Затем вытащила из кармана платья десять тысяч.

– Возьми сдачу. Вообще-то, если интересуешься, мы могли бы с твоей энергетикой поработать, – продолжала она. – Я чувствую, у тебя способности есть.

– Так я, в общем, для этого и пришел, – ответил мальчик. – Когда мне к вам можно в следующий раз?

– Надо подумать, – не торопилась с ответом женщина. – Если хочешь индивидуально заниматься, то приходи хоть завтра. Но вообще-то у меня, кроме тебя, еще есть желающие. Очень способные люди. Вот я и собираюсь через пару недель открыть курсы. Может быть, так тебе интереснее будет?

– Да, да, – поспешно согласился Олег. – Так действительно лучше всего.

– Тогда позвони мне в начале октября, – протянула ему госпожа Гликерия визитную карточку.

– Спасибо. Я обязательно позвоню, – поднялся Олег на ноги.

Головную боль как рукой сняло. И вообще он снова чувствовал себя вполне бодро.

– Пойдем, провожу, – в свою очередь встала из-за письменного стола хозяйка салона.

Вскоре Олег уже скорым шагом спускался по лестнице. Теперь ничего вокруг не казалось ему ни странным, ни пугающим. Обычный подъезд старинного дома. Таких в центре Москвы полно. Разве что тут и впрямь сейчас нет других обитателей, кроме хозяйки салона «Магия». Но и это легко объяснимо. Дом, видимо, ждет капитального ремонта, и аренда помещения госпоже Гликерии обходится в сущую ерунду. Олег слышал, что многие фирмы временно пользуются такими домами.

Едва мальчик вышел из арки, к нему подбежали ребята и Вульф. Пес тут же принялся радостно прыгать на хозяина. Вид и у Темы, и у Женьки был встревоженный.

– Мы уж не знали, что и подумать, – выдохнул Женька.

– Ас твоим псом что творилось! – подхватил Тема. – Через минуту после того, как ты скрылся в арке, он нас туда потянул.

– Мы его в сторону, – замахал руками Женька. – А он рычит, скулит. Потом лаять начал. Едва с ним справился.

– Молодец, Вульф, – погладил пса Олег.

– С тобой действительно что-нибудь там… – начал Женька.

– Пошли, – двинулся Олег по направлению к Сретенке.

– Сказать уж не может, – поспешили за ним Женька с Темычем.

Друзья не останавливались до самой Сухаревской площади. Там Олег свернул с тротуара в скверик. Обычно жители близлежащих домов здесь выгуливали собак. Но сейчас в скверике никого не было. Лишь на одной из лавочек дремали, обнявшись, два престарелых бомжа.

– Ну, теперь-то, может, расскажешь? – не сводил с Олега глаз долговязый Женька.

– Теперь расскажу, – опустился на лавочку тот.

Друзья уселись по бокам от него.

– Не тяни! – ткнул Олега несколько раз в бок Женька.

– Потише нельзя? – ответил ему сердитым взглядом тот. – Я, между прочим, и так весь травмированный.

– Она что, тебя била? – побледнел Те-мыч.

– Уж лучше бы била, – невесело усмехнулся Олег.

– Почему? – не понял Женька.

– Потому что у меня ум за разум заходит, – и Олег начал рассказывать обо всем, что с ним произошло.

Друзья внимательно слушали. Даже Женька его ни разу не перебил. Лишь от волнения изрядно взрыхлил мыском ботинка землю под лавочкой.

– Вот приблизительно так все и было, – Олег умолк и, сняв очки, начал задумчиво их разглядывать.

Тема и Женька тоже молчали. Когда про салон «Магия» рассказывали девчонки, друзьям казалось, что они многое преувеличивают. Но, похоже, с Олегом эта колдунья сыграла шутку почище.

– Даже если отбросить крайности, все равно удивительно, снова заговорил Олег. – Диагноз дяде Вите она поставила совершенно точный. И просекла, что он два года назад погиб в автокатастрофе. Ну, предположим, я действительно в обморок брякнулся, и никакого дяди Вити у нее в салоне не появлялось. Но остальное-то…

Олег опять умолк.

– Самое главное, как ты к ней поднимался, – произвел именно этот момент самое сильное впечатление на Женьку. – На такое только настоящие колдуны способны.

При одном лишь воспоминании о невидимой клетке Олега передернуло. Темыч пристально посмотрел на него исподлобья.

– Выходит, она посетителей может видеть сквозь стены и дверь.

– Полагаю, что именно так, – отозвался Олег. – Погодите… – поглядел он куда-то вдаль. – Попробую вспомнить. Арку и двор я прошел спокойно. Потом… Ну, да, – перевел он взгляд на друзей. – Госпожа Гликерия взяла меня в оборот уже на лестничной клетке.

– Значит, сквозь стены видит! – в полном восторге вскочил с лавочки Женька. – Тогда мы точно ее использовать можем!

– Вроде мы с ней расстались друзьями, – отозвался Олег.

– Друзьями там или нет, но я бы лучше не рисковал, – изрек всегда осторожный Темыч.

– Вот псих! – возмутился Женька. – Нам такой случай предоставляется. Мы с этой колдуньей сможем еще быстрее преступления раскрывать.

– Или сами на тот свет отправимся, – гнул свое Тема. – К какому-нибудь очередному дяде Вите.

– Да она вроде добрая, – беззаботно махнул рукой Женька.

– Если ей верить, то да, – не слишком уверенно произнес Олег.

– Самое жуткое, что она вроде мысли читает, – поежился Тема.

– Это сложный вопрос, – медленно проговорил Олег.

– Вас обоих послушать, так в жизни одни только сложности, – с укором уставился на друзей Женька. – Она про дядю Витю все точно сказала, а ты еще сомневаешься.

– Пока да, – ответил Олег. – Окончательные выводы делать рано. А теперь пошли к девчонкам. Они нас, наверное, заждались.

Девочки уже давно сидели в Таниной квартире. Время от времени то одна, то другая украдкой поглядывала на часы. Ребята явно задерживались. Впрочем, особенного беспокойства это не вызывало. Если даже с Олегом что-то случилось, Женька и Темыч немедленно поднимут панику. И уж, конечно, дадут обо всем знать Кате и Тане. Кроме того, скучать девочкам не приходилось. Дело в том, что, отдав сразу же после отбытия мальчиков дань щедрых восторгов запаху, который исходил после еврохимчистки от замшевой куртки Школьниковой, Катя и Таня сумели ее заманить к себе. Теперь она, смоля сигарету за сигаретой, делилась с двумя подругами ближайшими планами. В них, как выяснилось, входили завтрашний поход с матерью по магазинам, затем визит к какому-то парикмахеру и, наконец, к маникюрше. Катя и Таня изображали, что очень внимательно слушают. Им было важно поймать момент, когда представится возможность ненавязчиво перевести разговор на Андрея.

– Ой! – Потянувшись за очередной сигаретой, картинно схватилась за голову Моя Длина. – Кофе, Танька, не сделаешь?

Таня покорно ушла на кухню и поставила чайник.

– Совершенно без кофе жить не могу, – дождавшись ее возвращения, посетовала Моя Длина. – Никакого тонуса нет. Поэтому и в школе мучаюсь.

Катя и Таня украдкой переглянулись. По их мнению, тонуса у Школьниковой было с избытком.

– Наверное, у тебя давление низкое, – тем не менее изобразила сочувствие Катя.

– Или давление, – со вздохом отозвалась Моя Длина, – или жизнь слишком уж напряженная.

Она загасила в пепельнице сигарету и немедленно вытащила из пачки новую.

– Кстати, очень советую вам курево покупать только в валютах, – назидательно посмотрела она на девочек. – Качество совершенно другое.

«Лучше бы ты дымила поменьше», – оглядела Таня подернутую сизым дымом комнату. Родители ее не курили. И терпеть не могли запаха табачного дыма. Хорошо еще, что они сегодня только к восьми домой вернутся. Есть возможность проветрить как следует.

– Я раньше курила всегда «Собрание», – продолжала делиться своими табачными пристрастиями Школьникова. – Но теперь это уже не круто. Поэтому мой сорт «Парламент», – ткнула она указательным пальцем в сине-белую пачку.

«Может, тебя теперь из Моей Длины переименовать в Мой Сорт?» – пронеслось в голове у Кати. Однако вслух она с воодушевлением произнесла:

– Да, Машка, говорят, это отличные сигареты!

– Говорят! – покровительственно отозвалась Школьникова. – Какие-то вы обе отсталые. Давно уж курить пора. Вот. Попробуйте, – подтолкнула она к ним пачку.

– У меня от этого голова болит, – поморщилась Таня.

Кате тоже курить не очень-то нравилось. Но она в интересах дела сочла за лучшее предложение Моей Длины не отвергать.

– Давай, – потянулась она к пачке.

«Теперь и эта еще», – удрученно подумала Таня. У нее и впрямь уже начинала болеть голова.

Из кухни послышался свист чайника. Таня побежала на кухню. Вскоре они уже пили кофе.

– Вообще-то я предпочитаю не растворимый, а из кофеварки, – тут же высказала недовольство Моя Длина. – Но ничего. И так сойдет, – смилостивилась она.

Потом взяла чашку и, оттопырив мизинец, поднесла ее ко рту.

– Прямо чувствую, как ко мне возвращаются силы, – сообщила она после нескольких солидных глотков.

– Отличные у тебя сигареты, – решила похвалить Катя.

– Надо Андрею блок купить, – неожиданно перевела беседу в нужное русло Моя Длина. – А то он какие-то дрянные «Лаки Страйк» курит. Никто о нем не заботится.

– Да уж, – кивнула Таня. – Теперь вроде никто.

– Можно подумать, Светлана раньше слитком о нем пеклась, – фыркнула Моя Длина. – Она вечно в своих проблемах. Кстати, видали сегодня? – глаза у Школьниковой радостно заблестели. – Идет по школе Андрей, а навстречу ему Светлана. Так они еле кивнули друг другу.

– Значит, действительно все у них плохо! – вырвалось горестное восклицание у Тани.

Катя ей показала украдкой кулак. Однако

Моя Длина истинного настроения Тани не ощутила.

– Плохо! – торжествующе усмехнулась она. – Точнее сказать – хуже некуда. Ну, ничего, – потерла она руки. – Скоро мы это исправим.

– Уже сегодня исправили бы. Жаль, Пашков помешал, – хорошо разыграла Катя сочувствие замыслам Моей Длины.

– Дебил он, этот Пашков! – заскрипела зубами Школьникова. – Зря только порошок на него истратила. Хотя, – победоносно усмехнулась она, – проверочка неплохая вышла. Видали, как он на меня запал?

– Пашков на тебя всегда западает, – вспомнила Таня, что Олег просил по возможности разуверить Школьникову в чудодейственных свойствах порошка.

– Вообще-то да, – согласилась Школьникова. – Но сегодня он как с катушек съехал. Эх, – мечтательно закатила глаза она. – Если бы так Андрюша себя повел.

«Вот этого мы больше всего и боимся», – подумала Катя.

– Ничего, Машка, – бодренько выкрикнула она. – Думаю, у тебя все получится!

– Очень было бы хорошо, – подхватила Таня. – А то Андрей сейчас такой одинокий…

– Ты только времени не теряй, – вклинилась Катя. – Тут надо брать быка за рога. А то вдруг потом Андрей со Светланой помирятся. У них так уже много раз бывало.

Моя Длина побледнела.

– Какие же вы молодцы, девчонки! – с благодарностью посмотрела она на Катю и Таню.

Тем сделалось очень неловко. Вспомнив, однако, какая опасность нависла над любимым классным руководителем, они решительно отогнали угрызения совести,

– Мы же все-таки тебя с первого класса знаем, – проникновенно шепнула Таня.

– И вообще, лучше уж ты, чем эти временные кандидатки, – добавила Катя.

Моя Длина презрительно хмыкнула. Под «кандидатками» подразумевались молодые незамужние учительницы, в основном из начальной школы. Едва отношения Светланы и Андрея давали трещину, какая-нибудь из этих девиц пыталась занять вакантное место. Иных Андрей сразу же отвергал. С другими завязывались краткосрочные романы. Однако стоило Светлане сменить гнев на милость, как очередная претендентка на руку и сердце классного руководителя девятого «В» терпела сокрушительное поражение. Моя Длина в таких случаях торжествовала. Если со Светланой она еще более или менее мирилась как с неизбежным злом, то претензии прочих особ женского пола представлялись ей совершенно недопустимыми.

– При мне кандидатки не сунутся, – потрясла грозно в воздухе кулаком Школьникова.

«Бедный Андрей!» – подумала Таня.

– Вот и отлично! – затараторила Катя. – Тебе обязательно завтра нужно все с порошком проделать. Тем более что Андрей болен. Ему забота нужна. И уход.

– Ой, Катька! – Моя Длина нервно затянулась и внесла новый щедрый вклад в и без того плотную дымовую завесу. – Как бы мне наверняка ему порошок подсыпать?

Она явно ждала совета. Катя и Таня задумались. Такой возможности могло больше не представиться. Поэтому им надо тоже действовать наверняка. Правда вот цели у них со Школьниковой прямо противоположные, но…

– Знаешь, в чем была твоя главная ошибка? – исподволь начала Катя.

– В чем? – уставилась на нее выжидающе Моя Длина.

– Зря ты с этим домашним напитком связалась, – ответила черноволосая девочка.

– Очень внимание привлекает, – разгадала замысел подруги Таня. – К тому же, если на уроке питье достанешь, кто-нибудь обязательно захочет попить.

– Это уж точно, – поддержала Катя. – Не Пашков, так другой кто-то начнет просить.

– А как же тогда? – растерялась Школьникова. – Не могу же я в бутылку пива или «пепси» порошок засунуть. Там же пробкой закрыто наглухо.

– И не надо, – ответила Катя. – Андрей всегда в буфете на четвертой перемене пьет чай с булочками или с пирожками.

– Точно! – треснула от избытка эмоций кулаком по столу Моя Длина. Чашки со звоном подпрыгнули. – Как же я, дура, сама не сообразила.

– Всего сразу не сообразишь, – тихо сказала Таня. «Ну и везет нам всегда с Катькой, – едва удавалось ей скрыть ликование. – Я-то думала, нам с Моей Длиной трудно придется. А она вроде как сама в наши сети плывет».

– Удачно, что я вас сегодня встретила, – не закрадывалось у Школьниковой даже тени сомнений. – Мне кажется, это судьба.

– Нам тоже так кажется, – на сей раз вполне искренне согласилась Катя.

– Пойду с ним в буфет, и чай ему подам прямо на столик, – ликовала Школьникова. – Только, – она кинула умоляющий взгляд на девочек, – вы меня подстрахуйте? Чтобы уж больше никаких случайностей.

– Вообще-то мы на большой перемене обычно едим, – прикинулась Катя, будто ей неохота менять привычки.

– Ну, это же только завтра, – заволновалась Моя Длина.

– Давай, Катька, поможем, – очень вовремя подала голос Таня.

– Ладно уж, – вздохнула черноволосая девочка.

– Тогда я ему весь оставшийся порошок насыплю, – просияла Моя Длина. – Чтобы уж точно подействовало.

– Валяй, – словно бы не придали девочки никакого значения ее словам.

В это время зазвонил телефон. Таня схватила трубку.

– Как вы там? – послышался голос Олега.

– Нормально, – ответила Таня. – У нас Маша Школьникова в гостях.

– Успехи есть? – полюбопытствовал мальчик.

– Отлично сидим! Очень весело! – крикнула Таня.

– Ясно, – хмыкнул Олег. – Как только сможете, сразу ко мне. У меня важные новости.

– Если нужно, мы мигом. Жди. Таня повесила трубку.

– Нам идти нужно, Машка, – повернулась она к Моей Длине.

– Ясненько, ясненько, – подмигнула та. – У всех свои дела. Сыпьте, девчонки. Мне тоже пора. А насчет завтра договорились,

– Конечно, – подтвердила Катя. Девочки быстро выбежали на улицу.

– Я к трем вокзалам, а оттуда на метро, – сообщила Моя Длина.

– Тогда пока, – побежали вверх по улице Катя и Таня. Им не терпелось сообщить об успехах ребятам. Конечно, загадывать пока рано. Но если завтра все пройдет, как задумано, Моя Длина почти наверняка разочаруется в приворотном порошке.

Олег и впрямь такого успеха не ожидал. И остался очень доволен. Девочек же, в свою очередь, совершенно ошеломил его рассказ про колдунью. Тем более что во многом подтверждались их собственные чувства и наблюдения.

– Вот бы и впрямь ее приручить, – мечтательно проговорила Таня.

– Смотрите, как бы она всех нас не приручила, – тоном старой и мудрой бабушки возразил Темыч. – Чует мое сердце: эта старая госпожа Гликерия не такая добренькая, какой хочет казаться.

– Ну, и зануда же ты! – вздохнула Катя.

– Это уж каждому свое, – с укором воззрился на нее Темыч. – Одним развлекаться на дискотеках, а другим об их безопасности думать.

– Темик! Спаситель наш ненаглядный! – пропела Катя. – Мальчик-сыночка!

«Сыночка» сжал кулаки. Он терпеть не мог, когда его называли Темиком.

– А ну прекратите! – быстро вмешался Олег. – Между прочим, Темка совершенно прав. Я тоже в Гликерии особенной доброты не почувствовал.

– По-моему, эти приколы над посетителями ей удовольствие доставляют, – вспомнила Таня, как улыбалась госпожа Гликерия.

– По-моему, тоже, – кивнул Олег. – Кроме того, ни с кем из нас пока ничего страшного не случилось.

– И деньги она в конце сеанса исправно берет, – внесла еще один штрих в картину Катя.

– Это меня, между прочим, больше всего и обнадеживает, – блеснули из-под очков глаза у Олега.

– Ничего себе обнадеживает, – покачал головой хозяйственный Темыч. – Сорок тысяч выкинул ни за что. А если еще раз пойдем, опять придется платить.

– Правильно мать Моей Длины говорит, – ехидно сощурилась Катя. – На дело никогда денег жалеть не надо.

– Дела пока никакого не видно, – гнул свое Темыч, – а деньги тю-тю.

– Ничего подобного, – возразил Олег. – Во-первых, я выяснил, что у нее и впрямь есть мистический дар. А во-вторых, если она о деньгах так заботится, а мы научимся правильно с ней обращаться, то, наверное, сможем ее использовать в своих целях.

– А может, Олег, ты за те же деньги к ней походишь, научишься, а потом мы с помощью твоей энергетики будем преступников находить – посоветовал Тема.

– Даже и не надейтесь, – с ходу отверг его предложение мальчик в очках. – Такой дар, как у нее, – редкость. Будь он у меня, я безо всякого обучения уже бы это почувствовал.

– Жаль, – вздохнул Темыч. Ему казалось куда предпочтительнее иметь дело с Олегом, нежели с какой-то таинственной и непредсказуемой пожилой теткой.

– Наоборот, интересно! – с пылом возразил Женька. – Мы еще никогда с настоящими колдунами не сталкивались.

– Так, – посмотрел на часы Олег. – Закругляться дало. А то сейчас предки вернутся. Я думаю, мы дальнейшие действия с госпожой Гликерией отложим до послезавтра. Завтра все равно некогда. В школе Мою Длину надо вывести из игры. А вечером – дискотека. Вот после этого и посмотрим.

– Естественно, раньше не надо! – оживился Женька. – Если мы сами выйдем на этих гадов с наркотиками, на фиг нам госпожа Гликерия?

– Мыслишь правильно, – одобрил его Олег. – Теперь о Моей Длине, – перешел он к ближайшей задаче. – В буфет отправляемся всем скопом. С Моей Длины глаз не спускать. Как только она в стакан с чаем свое зелье подсыпет, кто-нибудь из нас быстро его подменит.

– А тот выливать? – спросил Тема.

– Обалдел? – крикнул Олег. – Хочешь, чтобы Школьникова нас раскусила?

– Да она тут же в салон «Магия» побежит, – не было никаких сомнений у Тани.

– И чего доброго весь пакет порошка госпожи Ольги купит, – подхватила Катя. – Вот тогда держись.

– Тогда вообще ужас! – ероша руками длинные волосы, стал мерить шагами гостиную Женька. – Она же этим порошком может все продукты в буфете посыпать. Ну, чтобы Андрей уж наверняка его в чем-нибудь слопал.

– И тогда нашей школе конец, – стала корчиться вдруг от смеха Катя. Ей живо представилось, во что может обратиться родная две тысяча первая после коллективного приема приворотного порошка.

– Во что бы ни превратилась, переименовывать точно придется, – заметил Олег. – Школой она после этого быть перестанет.

– Во всяком случае общеобразовательной, – добавила Таня.

– Смотря что понимать под общим образованием, – давясь от смеха, произнес Темыч.

– В общем, риск большой, – подождал Олег, пока все успокоятся. – Стакан с порошком надо во что бы то ни стало ликвидировать. Заранее тут, естественно, ничего не решишь. Все зависит от обстановки в буфете. Друзья разошлись по домам. К моменту прибытия родителей Олег сосредоточенно занимался у себя в комнате. Даже навстречу им вышел, держа раскрытый учебник.

– Уроков много? – обратился к нему сочувственно Беляев-старший.

– Кое-что есть, – подтвердил сын.

– Ты хоть перекусил после школы? – заботливо посмотрела на него мама.

– Ой, нет. Заработался, – вспомнил Олег, что и впрямь забыл поесть. – Задачу Светлана по алгебре интересную задала.

– Ну, ничего. Сейчас быстро все будет готово, – заторопилась на кухню Нина Ивановна.

– А я пока математику доделаю, – пошел снова к себе Олег.

При упоминании о еде голод и впрямь дал о себе знать. А уроки были действительно уже почти сделаны. Олег вообще всегда с ними быстро справлялся. Борис Олегович прошел следом за женой на кухню.

– Радует меня сын, – обратился он тихо к жене, которая колдовала возле плиты. – Посмотри, как занимается. Прежде раз-два, уроки быстренько сделал и гулять со своей компанией до самого вечера. А теперь…

– Вырос. Ответственность появляется, – ласково улыбнулась мужу Нина Ивановна.

– Если бы еще не эта их страсть к расследованиям, – поморщился Борис Олегович.

– Это, я думаю, уже в прошлом, – ответила мама Олега.

– Я тоже надеюсь, – согласился Борис Олегович. – Все-таки девятый класс. Он, по-моему, о будущем много думает.

– Задумаешься, – подхватила Нина Ивановна. – В институт теперь поступить очень трудно. А ему до конца школы меньше трех лет осталось.

– Но вообще-то отдыхать тоже иногда нужно, – заволновался вдруг Беляев-старший. – Сынок! – крикнул он. – Ты хоть сегодня гулял?

Ответом было дипломатичное молчание.

– Тогда после обеда с друзьями пройдитесь! – вновь громко проговорил папа Олега.

– Не пойду – отозвался из своей комнаты сын. – Устал.

– А ты говоришь, расследование, – посмотрела Нина Ивановна на мужа.

– Главное, что мы на него с самого раннего детства старались лишний раз не давить, – всегда очень гордился Борис Олегович собственным методом воспитания. – Потому Олежка наш до всего доходит сам. Ну, разве что моя работоспособность ненавязчиво служит ему живым примером.

– В общем-то, и моя тоже, – сочла нужным добавить Нина Ивановна. Они уже пятый год работали в одной фирме, благополучие которой было во многом обусловлено их усилиями.

– Ну, разумеется, на тебя Олежка тоже смотрит, – благородно согласился супруг, считавший, что он все-таки главный в семье.

– Готово! Садитесь! – начала Нина Ивановна накрывать на стол.

За едой отец вновь завел разговор об отдыхе.

– Занятия занятиями, а разрядка все же нужна.

Олег едва сумел скрыть ликование. Перед обедом он напряженно обдумывал, как сказать предкам о предстоящем походе на дискотеку. Тем более что, вполне вероятно, они с ребятами там задержатся допоздна. А родители очень не любят походов в подобные заведения.

– Сегодня я никуда не пойду, – быстро проговорил он. – Мне еще кое-что почитать надо. А вот завтра вечером мы, пожалуй, с ребятами сходим на дискотеку.

Услышав о дискотеке, Борис Олегович досадливо крякнул. Отступать, однако, было уже неудобно.

– На какую еще дискотеку? – решил уточнить он.

– Да ты не волнуйся. Тут рядом. У «Перекопа». В семь начало. Часов в десять уже дома будем, – усилил напор Олег.

Борис Олегович что-то пробормотал про «хорошенькое местечко» и про соседство дискотеки с тремя вокзалами, где «публика соответствующая». Сын тут же принялся уверять, что, напротив, дискотека очень спокойная и в нее просто так, с улицы, не войдешь. В результате родители сдались. Только потребовали, чтобы он вернулся домой не позже половины десятого.

Примерно такие же трудности в это же время преодолевали со своими родителями Темыч, Катя и Таня. Но у них все кончилось хорошо. А Женька пошел по пути наименьшего сопротивления, сочтя за лучшее вообще ни о чем домашних в известность не ставить. Впрочем, Васильевы-старшие были в этом плане людьми закаленными. Женька сызмальства имел привычку на целый день закатиться к кому-нибудь из друзей, совершенно при этом забыв предупредить отца с матерью. Поначалу те впадали в жуткую панику и в поисках сына обзванивали чуть ли не полрайона. Затем у них выработался иммунитет. Теперь они поднимали тревогу лишь после одиннадцати. А к этому времени друзья все равно собирались вернуться…

На другой день первые два урока прошли спокойно. Третьим была геометрия. Тут возникла некоторая напряженка. Моя Длина то и дело принималась буравить пронзительными взглядами хорошенькую математичку Светлану Сергеевну. Первое время та не обращала внимания. Затем начала нервно себя оглядывать со всех сторон.

– Школьникова! – наконец не выдержала она. – Со мной что-нибудь не так? Тогда прямо и скажи.

Моя Длина несколько раз томно вздохнула и с тоской ответила:

– Нет, нет, Светлана Сергеевна, наоборот. Вы сегодня ошеломительно хороши!

– Тогда не мешай урок проводить, – пожала плечами Светлана. Она всегда очень ревностно относилась к своему предмету.

Повернувшись к доске, она начала объяснять доказательство теоремы. Девятый «В» сосредоточенно следил за ней.

– Поняли? – прекратив писать, повернулась Светлана к ученикам. – Школьникова! – поймала она на себе новый пристальный взгляд. – Что тебе не ясно?

– Ах, нет, Светлана Сергеевна, я все поняла, – с прежней тоской проговорила Моя Длина. – Обалденно вы объясняете.

– Я тоже, по-моему, все поняла, – шепнула Катя на ухо Тане. – Мою Длину угрызения совести мучают.

– Ты серьезно? – с удивлением посмотрела на нее подруга.

– А ты сама подумай, – склонилась опять к самому ее уху Катя. – Моя Длина уверена: после следующей перемены Андрей будет ее. Вот и жалеет соперницу.

– Может, поговорите потом? – подошла к их парте Светлана Сергеевна.

Девочки умолкли. Моя Длина время от времени продолжала вздыхать. Только теперь старалась делать это украдкой. Она и впрямь никак не могла справиться со своими чувствами. А чувства были неоднозначны. С одной стороны Школьникова предвкушала радость победы. С другой – жалела соперницу, которая даже и не подозревала, сколь сокрушительный удар для нее готовится на ближайшей перемене.

Когда раздался звонок и математичка, подхватив журнал, уже выходила легкой походкой из класса, Моя Длина, не сдержавшись, крикнула:

– Простите, Светлана Сергеевна!

– Ты о чем? – задержалась в дверях та.

– Может, после когда поймете, – туманно ответила Школьникова.

Светлана задерживаться больше не собиралась. «Странная все-таки девочка, – думала по дороге в учительскую она. – Сперва Андрея терроризировала. Теперь, кажется, за меня взялась».

Девятый «В», тесня друг друга в дверях, устремился в коридор.

– Пошли, Машка, курить, – подлетел Пашков к Школьниковой. – Вот. Специально твои любимые сигареты «Собрание» приобрел, – с гордостью извлек он из кармана черную плоскую коробку, украшенную золотым двуглавым орлом.

– Старо, – небрежно бросила в ответ Моя Длина. – Сам кури. И вообще у меня дела.

Поманив заговорщицки девочек, она прошла к лестнице. Лешка провожал ее горестным взглядом. Секунду спустя ему на глаза попался Темыч.

– Эй! – хотел отвести хоть с ним душу Пашков.

– Извини, Лешка. Мы в буфет. Пожрать охота, – даже не остановился тот.

– Чего это вы не вовремя… – начал было Пашков, но компании с Большой Спасской уже не было видно.

Удивился Пашков не случайно. По негласному правилу две тысячи первой школы ученики пользовались буфетом на третьей, большой, перемене. Четвертая отводилась преподавательскому составу, чтобы те могли перекусить без суеты, толкотни и гама. То есть вообще-то, конечно, школьникам не запрещалось зайти в буфет и на четвертой перемене. Но так как присутствие учителей их сковывало, никто из питомцев две тысячи первой в это время туда не совался. Если не возникало крайней нужды.

– «Все смешалось в доме Облонских», – пробормотал Пашков. С момента приема приворотного порошка он почему-то частенько прибегал к цитатам из классической литературы. – Ладно. Что тут поделаешь.

И несчастный влюбленный одиноко поплелся курить в туалет для мальчиков.