332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Анна Устинова » Клятва московской принцессы » Текст книги (страница 9)
Клятва московской принцессы
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 02:14

Текст книги "Клятва московской принцессы"


Автор книги: Анна Устинова


Соавторы: Антон Иванов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

– Ох, Ли-Ли Павловна, и потрясли вы меня! Мулата, значит, рекомендуете! У меня сроду таких помощников не было.

– Не было, значит, будет, – спокойно отреагировала она.

– Согласен, – весело продолжил трансмагистр. – Оригинальнейшее решение.

– Дык, я б на вашем месте, господин трансмагистр, слишком не торопился, – подал голос Кирей Фомич. – Оно ж, для нашей работы внешность не главное, не в телевизоре, чай, сидим. Это там они пущай мордами всех цветов красуются. В нашей работе главное – данные мозга. А у этого… – презрительно ткнул он заскорузлым пальцем в Егора. – У них в Океании все, считай, почти обезьяны.

Амадеус с большим удивлением поглядел на своего старшего помощника:

– А ты, Кирей Фомич, я гляжу, расист. Мне казалось, у нас это явление еще в межвековье искоренили. Конституцию нарушаешь. Смотри, Оресту на перековку тебя отдам.

У Фомича даже нос побледнел:

– Ваше… господин трансмагистр… не извольте Оресту. Мы люди простые, сами многое не понимаем, повторяем, что другие говорят.

– Ну-ка, ну-ка, какие там другие такое говорят? – встрепенулся Амадеус.

Лаборант совсем скис:

– Дык мало ли глупостей по кабакам-то болтают.

– А я давно тебе говорю: меньше по кабакам таскайся, во всех отношениях здоровее будешь. Иди работай, не трать мое время зря.

Фомич, загрохотав телегой с грязным лабораторным инвентарем, отправился в моечную. Амадеус переключил внимание на кандидата в младшие помощники.

– Ну, и как тебя зовут?

– Фураха Я Мойо Карибуни, – бодро отрапортовал Егор.

– Язык сломаешь, – опечалился трансмагистр. – Ладно. Для простоты буду тебя называть мальчик Фу.

– Это уже не по-океански, а по-китайски получается, – зачем-то ляпнул Егор.

Брови у Амадеуса взлетели чуть ли не до коней волос.

– По-китайски? – ошеломленно переспросил он. – Какая у вас в Океании молодежь пошла образованная! Никто такого языка и не помнит, кроме специалистов. Тысячу лет по-китайски уже в этом мире не говорят. Народ в других этносах растворился, страна их ушла на дно мирового моря. Откуда же ты про нее знаешь?

Ли-Ли Павловна все еще находилась рядом и действовать как суфлер не могла. Пришлось Егору выкручиваться самостоятельно:

– Точно не помню, но вроде в какой-то книжке прочел.

– О-о, мы и книжки читаем! – сильнее прежнего восхитился трансмагистр. – Ну-ка скажи, что ты последний раз прочел интересное?

Про ведьм рассказывать не захотелось, и он вспомнил занятия с Христофором Павловичем прошлым летом.

– Мне очень понравилась книга про Эллипсоидные войны, – выпалил он.

– Понятно. Значит, увлекаешься историей Океании, – с возрастающим интересом изучал юного мулата Амадеус.

– Так ведь там мой папа родился, – Егор почувствовал, что попал в нужную струю.

– Чрезвычайно похвально, юноша, интересоваться родиной своих предков, – одобрил Амадеус. – Хотя я бы, конечно, предпочел, чтобы ты интересовался химией.

– Она меня тоже очень интересует, – заверил соискатель.

Лицо трансмагистра просияло. Ли-Ли Павловна заторопилась:

– Ну, дальше вы справитесь без меня, а то ноги не держат. Когда закончите, отошлите мальчика обратно ко мне.

– Да что ж ему вам лишнее беспокойство доставлять. Кирей Фомич определит его в людской зоне. Там ему койку выделят и в столовую определят. Будет на полном казенном довольствии.

– Значит, берете? – обрадовалась старушка.

– Ну, мы, конечно, еще побеседуем. Насчет зарплаты поторгуемся. – Амадеус хищно ухмыльнулся. Он явно шутил.

– Я к вам зайду за своими вещами, – скороговоркой произнес Егор.

– В любое время буду тебя ждать, – с этими словами няня удалилась.

Наедине с мальчиком трансмагистр сразу сделался суше и деловитее:

– Биографию не трудись рассказывать, я тебя и так насквозь вижу.

По телу Егора пробежала дрожь. Неужели трансмагистр все же узнал его с помощью своих магических сил? Разглядел под личиной Фу его настоящее «я»?

– Трясешься? – хмыкнул тот. – И правильно. Начальство надо бояться. Тем более ты у нас будешь тут самой мелкой сошкой. Тебе даже Кирея Фомича бояться положено. Есть у киндийцев хорошая поговорка: «Чем больше страха, тем меньше брака».

– А по-моему, как раз наоборот, – поняв, что его все-таки не узнали, осмелел Егор. – От страха у человека руки трясутся, и он запросто может что-нибудь пролить или разбить.

– Ну ты философ! Я, дорогой мой, имею в виду не страх на пять минут, а такой, который постоянно сидит в голове и в душе. Каждый день. Где бы ты ни был и что бы ни делал. Только подобный страх не дает распуститься. Убери его, и человек мигом станет свиньей.

«А если не уберешь, он станет рабом», – про себя отметил Егор, однако озвучивать это соображение поостерегся, и так наговорил уже много лишнего.

– Что-то нас занесло в чересчур глубокие дебри, – спохватился трансмагистр. – Вернемся к нашему мелкому и частному. Биографию твою канцелярия Ореста проверит, пока дам тебе испытательный срок. Не мне ж твоих мумбо-юмбо-родственников проверять.

«Кто-то здесь осуждал недавно расизм, – подумал Егор. – Ну да Амадеус ведь приближенный Константина, Конституция не для него писана».

– А я тебя сейчас проверю на те качества, которые требуются мне, – продолжил трансмагистр.

Подойдя к лабораторному столу, он зажег горелку, отпустил пламя до максимума, затем бросил к него щепотку какого-то порошка, после чего оно вспыхнуло зеленым, и скомандовал:

– Суй туда руку.

Мальчик в испуге попятился.

– Но ведь я обожгусь.

– А я приказываю тебе: руку в огонь.

«Если я не послушаюсь, трансмагистр меня выгонит, и поиски Зои растянутся неизвестно насколько», – это соображение придало ему решимости, и он, зажмурившись, сунул руку в пламя. Странно, но никакой боли. Даже легкого тепла рука не ощутила.

– Ну очень тебя, бедный, обожгло? – ехидно осведомился Амадеус.

– Совсем нет, – продолжал удивляться Егор.

– И замечательно. Вытаскивай!

Едва Егор отдернул руку, трансмагистр облил ее холодящей жидкостью.

– Зачем? – удивился Егор.

– Чтобы не было волдырей, – объяснил Амадеус. – Мне помощник-инвалид не нужен.

– То есть огонь все-таки жег?

– Естественно. Но зато ты справился с испытанием.

– В чем же оно состояло?

– А вот это уже мой секрет, – заявил трансмагистр и, порывшись в шкафу, вытащил большой стеклянный шар. – Садись, – указал он Егору на табуретку. – Направь взгляд на шар. И смотри не мигая. Что ты там видишь?

– Ничего, – отвечал Егор.

– Приглядись повнимательней.

– Какой-то дымок появился, – рассмотрел наконец мальчик.

– Ну, а теперь на что дымок похож? – последовал новый вопрос.

– По-моему, на лошадь, – продолжал вглядываться Егор. – Белую. Хотя нет, – спохватился он, – у нее какая-то штуковина на лбу. Да это ж единорог!

– Единорог? – озадаченно повторил трансмагистр. – Первый раз… Никогда никто…

– Вы не знаете, кто такой единорог? – Егору была не слишком ясна причина его недоумения.

– Помолчи. Не о том речь.

Амадеус бросился к книжному шкафу и, выхватив с полки огромный кожаный фолиант, начал быстро его листать.

– Вот оно! – наконец раздалось его восклицание. – Белый единорог. Символ чистоты и… – он осекся. – Ну, это тебе знать ни к чему. Однако все равно странно. Даже не верится, – он сам глянул в шар.

Какое видение ему там предстало, для Егора так и осталось тайной, однако он понял, что и этот этап испытания окончился его победой.

Не успел он опомниться, как Амадеус кинул в него горсть монет и крикнул:

– Лови!

Реакции Егора хватило только на то, чтобы вытянуть в их направлении руки. Монетки, все до единой, просыпались сквозь пальцы на пол. Наниматель остался вполне доволен.

– Не вор. Обычно хоть несколько прилипает.

Егор, совсем осмелев, выпалил:

– А к Кирею Фомичу небось все прилипли.

Амадеус хмыкнул, однако, немедленно поджав губы, строго изрек:

– Один недостаток у тебя все-таки есть. Язык за зубами держать не умеешь. Пожалуйста, научись. Иначе уволю. А Кирей Фомич, чтобы ты знал, у меня уже двадцать лет работает. Можешь на его место губы не раскатывать, долго ждать придется.

– Да я и не претендую, – вполне искренне заверил Егор.

– А вот это плохо, – не понравился его ответ трансмагистру. – Здоровые амбиции еще никогда никому не вредили.

– Вроде плох тот солдат, который не хочет стать генералом, – неожиданно для самого себя процитировал Егор совершенно неизвестного в этом мире Суворова.

Трансмагистру слова полководца пришлись по душе.

– Интересная интерпретация. Сам придумал?

– Да не совсем. Это сказал один древний военачальник.

Амадеус кинул на него странный взгляд:

– Забавный ты парень. Историю любишь. Честный. И мозги есть. Разве что язык не по возрасту бойковат. Почтения к старшим маловато. Но это, видимо, дефект воспитания. А так далеко можешь пойти, хоть и папа из Океании.

– А я и хочу пойти!

Амадеус отреагировал неоднозначно:

– Теперь понятно, почему тебя не интересует место Кирея Фомича. Вынашиваешь далеко идущие планы? Может, на мое метишь?

– Что вы! До вас мне как до звезды.

Это Амадеусу понравилось:

– Правильно рассуждаешь. Чтобы занять мое место, тебе бы не в Океании надо было родиться, а с дофиной вместе учиться. Только ведь она, бедняжка, одна учится и друзей у нее никаких нет. А как трон удержишь, если свои люди плечи не подставят? Что-то вновь я с тобой не о том заболтался. В общем, считай, я тебя беру и назначаю тебе испытательный срок.

– И на сколько же испытательный срок? – поинтересовался Егор.

– А вот этого тебе знать не надо. Выдержишь, сообщу. Получишь тогда документ постоянного работника. А не справишься, выгоню, никакая протекция Ли-Ли Павловны не поможет.

– А жалованье? – Егор понял, что обязательно должен задать этот вопрос.

– Слушай, тебе бы пойти по торговой части. Я уж надеялся, ты забыл. Шучу, шучу, – очень довольный собой расхохотался трансмагистр. – Кладу тебе три гульдена в месяц. Надеюсь, доволен?

«Вопрос на засыпку, – подумал Егор. – Кто его знает, чему у них тут равны эти гульдены?» Ситуация, однако, подсказывала, что стоит поторговаться. Какой же мальчик с папой из Океании, приехавший покорять имперскую столицу, по-другому поступит! И, смущенно кашлянув, он объявил:

– Вообще-то я рассчитывал на пять.

– Молодец, – послышался в наушнике одобрительный голос Ли-Ли Павловны. – Совершенно правильная сумма.

– Ну, ты, я гляжу, деньги любишь, – покачал головой трансмагистр. – Ладно, пройдет испытательный срок, поговорим о возможном повышении твоего жалованья. А пока три, и точка.

– Поблагодари его, – велела через наушник Ли-Ли Павловна.

Егор отвесил трансмагистру неумелый поклон.

– Спасибо вам. Вы не пожалеете, что взяли меня.

– Н-надеюсь, – надменно бросил Амадеус и гаркнул: – Кирей Фомич!

– Дык иду уже, – донеслось из моечной. – Берете? – брезгливо косясь на Егора, спросил он прямо с порога и вытер мокрые руки о розовый фартук в мелкий желтый горошек.

Амадеус поморщился:

– Кирей Фомич, ты зачем такую пошлятину на себя нацепил?

– Дык супругино, – развел короткими руками лаборант. – Я ей к празднику новый приобрел, а старый еще сгодится, не выкидывать же. Какая разница, что вашей химией поливать. Так хоть не жалко, душа за испорченное не болит.

– А кому недавно на партикулярное обмундирование сумму выдали? – пристально посмотрел на него трансмагистр.

– Так оно ж и целее будет, – не смутился Кирей Фомич. – Могу показать. В шкафчике свеженькое висит. Когда еще новую сумму выделят.

– А я тебе повторяю: моя лаборатория – серьезное научное учреждение государственного значения, а не кухня, – с нажимом проговорил великий ученый, маг и астролог.

– Дык я ж только в моечной его эксплуатирую, – нашел новый аргумент Кирей Фомич. – А насчет кухни, смею заметить, там обмундирование раз в квартал всему персоналу меняют. Со мной не сравнить. От вас-то по году не дождешься.

– Тебя не переспоришь, – поиграл в воздухе длинными узловатыми пальцами Амадеус. – Ты лучше вот что: бери мальчишку и записку, которую я сейчас черкну. Обустроишь его как следует. Проследи, чтобы комнату с приличными людьми дали.

Кирей Фомич выразительно потер большой и указательный пальцы. За все хорошее здесь явно следовало приплачивать.

– Потраченное возмещу, – пообещал Амадеус.

– Дык мой кошель-то сегодня не при параде, – шмыгнул носом бородач.

Амадеус со вздохом полез в карман, ворча:

– В Башне полный бардак. Куда Орест только смотрит? Сплошные поборы! Шагу без взятки не ступишь!

– Дык мы, господин трансмагистр, люди маленькие, а его высокоблагородие господин маршал все больше по государственным заботам. Как говорится, с облака песчинку не разглядишь, оттуда внизу одна лишь пустыня и видится.

– Вот скоро Башня в пустыню и превратится, – отсчитывая монетки, пробурчал трансмагистр и, словно спохватившись, громоподобно грянул: – А тебя, дурака, вообще не спрашивают! Идите оба! И так половину утра из-за вас потерял!

– Документ с собой? – строго осведомился Кирей Фомич у Егора.

Тот продемонстрировал паспорт и только что выписанное трансмагистром свидетельство.

– Разевай рот, когда спрашивают, – одернул его Фомич. – У нас производство опасное, недосуг друг на друга оглядываться. Спрошено – озвучь ответ.

– Обязательно, – с ходу принял игру в начальника и покорного подчиненного начинающий младший лаборант.

Они спустились в лифте на несколько десятков этажей, затем прошли по длинному разветвляющемуся коридору до толстой металлической решетки, преградившей им путь. По обе стороны решетки стояли гвардейцы. Сбоку была металлическая дверь.

– Документы! – недобро оглядывая мальчика, потребовал офицер с золотыми имперскими лилиями на погонах.

Егор предъявил паспорт и выданную трансмагистром записку. Офицер долго и очень внимательно изучал то и другое, постоянно при этом косясь на Егора. Наконец, скользнув взглядом по пропуску Кирея Фомича, он процедил сквозь зубы:

– Проходите.

Лязгнул засов. Они прошли. Дверь с грохотом затворилась. И процедура проверки документов началась с другой стороны. Наконец и второй пост отпустил их.

– Кажись, миновали, – облегченно проговорил Фомич. – На тебя дивились. Таких, как ты, в имперскую зону редко допущают. У нас-то, в людской, твоих много, но они большей частью внизу трудятся, на подхвате, или на совсем уж зряшных работах, куда наш брат даже в Башне не очень идет. А у тебя, считай, привилегия. Уважили не по чину. Теперь, парень, доверие отрабатывай, чтоб Ли-Ли Павловну не посрамить.

– Буду стараться, – заверил Егор. «И еще как, – добавил он про себя, только совсем по другому поводу, чем ты думаешь».

Они спустились еще ниже в другом лифте. Этот был погрязней и поплоше и тревожно скрипел. Еще один марш-бросок по длинному запруженному людьми коридору, и их вывело в закуток с письменным столом, новехоньким компьютером на нем, доисторической конторкой рядом и высокими стопками амбарных книг вдоль всех стен.

За конторкой стояла весьма колоритная личность неопределенного пола с длинными пего-седыми волосами и морщинистыми щечками, в пучине которых почти утонул маленький носик-кнопочка. Ввалившийся ротик что-то непрерывно жевал. Существо было одето в бесформенную старую фуфайку, несколько пуговиц на которой давно утратились, и синие сатиновые нарукавники. Нижнюю часть его тела скрывала конторка.

– Доброго вам здоровьица, Верлей Ксенофонтович, – почтительно приветствовал замшелую личность Кирей Фомич. – Поздоровайся, – ткнул он в бок Егора.

– Здравствуйте, – не замедлил выполнить просьбу тот.

Личность выжидательно воззрилась на них тусклыми подслеповатыми глазками.

– Мы вот тут к вам с прошеньицем, – продолжил Фомич. – От самого господина трансмагистра.

Личность хрумкнула. Мол, видали мы тут трансмагистров!

– Мальца на житье бы надо определить, – продолжил бородач-лаборант и словно невзначай извлек из кармана горсть монет.

Личико существа оживилось, губы зажевали быстрее, с некоторым даже причмокиваньем. Сухая морщинистая лапка взяла направление в сторону позвякивающих монет.

– С местами плохо, – прошелестел он, – но приложим силы найти.

Монетки быстрым и ненавязчивым жестом передислоцировались в недра конторки, где и исчезли с такою бесповоротностью, будто их никогда и в помине не было.

– Дык нам бы мальца пристроить к хорошим людям, – решился конкретизировать задачу Фомич.

– У нас плохих не бывает, все органами безопасности проверенные, – прошуршало существо, шебурша страницами толстой амбарной книги.

– Проверенные – это само собой, – солидно покивал Фомич и запустил пятерню себе в бороду, которую, судя по клочковатости, исключительно таким образом и расчесывал. – Но нам бы мальцу подобрать компанию в соответствии с возрастом и… – он запнулся. – Воспитанием.

Верлей Ксенофонтович наконец удосужился поглядеть на Егора:

– А-а, океанских кровей. Это можно. Сейчас подберем.

– Только чтобы не обижали, – пытался, словно тапки впотьмах, нащупать нужную формулировку Кирей Фомич.

– У нас народ тихий, – заверило существо и вновь углубилось в амбарную книгу. – Нашел вам местечко. На этом же этаже. Сто двадцать пятый кубрик, четвертая койка. Давай документы.

Потом он долго сопел, вздыхал, писал, скреб в затылке и наконец, вернув Егору паспорт, выдал временный пропуск для передвижения по Башне, ордер на заселение в кубрик и тридцать тройных талонов в столовую.

– Потеряешь, пеняй на себя, никто тебя до конца месяца бесплатно кормить не будет, – произнес в заключение управляющий.

– Лучше всего в банке ячейку заведи и все ценное положь туды, – напутствовал Кирей Фомич, – а то сопрут.

– У нас воровство давно искоренено, в соответствии с указом Его Высокопревосходительства Константина Шестого, – обиделся управляющий.

– Дык, оно, конечно, указ есть указ, но лучше от греха подальше. Чтобы людей понапрасну в соблазн не вводить, – придерживался своего мнения на сей счет Фомич.

Такая формулировка полностью удовлетворила Верлея Ксенофонтовича:

– От греха подальше, от греха подальше, – повторил он. – Верный совет. Занимай койко-место.

Когда они вышли из закутка, Егор подивился:

– Вот чудеса. Зачем ему столько амбарных книг при таком-то компьютере? Занес бы туда все данные, и найти быстрее, и писанины меньше.

– Рукописные документы не в пример надежнее. Техника оно, конечно, дело хорошее, но надежность не та. Мигушка электрическая случится, и погорел компьютер со всеми важными данными. А на бумаге писанное при тебе останется, – лаборант явно не доверял высоким технологиям.

Он проводил Егора до кубрика:

– У меня тут дела. Устраивайся сам. А через час забегу отвести тебя в столовую. Ты не робей, здесь этак вообще ничего, – и он зашаркал по коридору.

Егор не без некоторого волнения отворил дверь кубрика и тут же наткнулся на тяжелые недоуменные взгляды трех пар черных глаз. Рожи одна страшней другой. Гориллы в шрамах. И с этими типами ему предстояло жить!

Глава IX

Не успел он произнести хоть слово, как тяжелые взгляды сменились широкими ослепительно-белозубыми улыбками, и все трое что-то залопотали наперебой на непонятном ему языке. Егор стоял и хлопал глазами. Видимо, они говорили на океанском наречии, а ему-то теперь что делать? По счастью, он тут же вспомнил, что согласно биографии вырос в Руссии и языка своего отца не знает. Значит, у него есть право не понимать их, иначе бы крупно влип.

Широкие улыбки потухли, сменившись недоумением.

– Надюа Кибахарини? – задал вопрос самый крупный из них.

– Я вас не понимаю, – ответил Егор, на всякий пожарный широко улыбнувшись.

– Откуда ж ты, мальчик? – с сильным акцентом поинтересовался все тот же мужчина.

– Отсюда, – потыкал пальцем в направлении пола мальчик.

– Такие здесь не живут, – уверенно произнес второй, чуть поменьше и похудее, но зато с крупными оттопыренными ушами, в одном из которых блестело золотое кольцо. – Кто-то из твоей родни наших кровей.

– Отец, – внес ясность Егор.

Все трое радостно закивали.

– Тогда понятно. Только вот не годится, парень, что ты родного языка не знаешь.

– Мама была против, чтобы я учил, – импровизировал на ходу Егор.

Все трое понятливо закивали.

– Жаль, конечно, но волю матери уважать надо. Ты хороший сын, – нестройным хором проговорили они.

– Давай знакомиться, – протянул ему огромную темную лапищу первый. – Млиме Я Захабу.

– Ег… – он вовремя осекся. Какой он теперь Егор! Забыть до лучших времен и выкинуть из памяти! – Ик! – прикинулся он, будто просто два раза икнул. И, крепко пожав протянутую руку, бойко представился: – Фураха Я Мойо Карибуни.

– Хорошее имя, – одобрительно покивал головой в длинных темных дредах новый знакомый.

– А меня звать Пете Я Сикио, – назвался тот, что с кольцом, и, усмехнувшись, добавил: – Здесь меня Петей зовут, а его, – перевел он взгляд на старшего, – Мишей.

– Нгучиро Зайфу Куу, – потянулась к Егору рука третьего. Этот был ниже всех и коротконогий, зато самый широкий в плечах. – А здесь меня зовут Чириком, – пояснил он.

Егор хихикнул. Нгучиро понимающе кивнул.

– Дурацкое имя. Но как бы ни звали, главное, чтобы не съели.

Атмосфера в кубрике заметно потеплела.

– Тебя, малый, для каких работ наняли? – полюбопытствовал Миша. – А дай-ка сам догадаюсь. В подвалах красить, да?

Егор помотал головой.

– Мимо.

– Неужели в людской туалеты мыть? – продолжил игру в угадайку Миша, и в тоне его Егор теперь улавливал уважительность: видимо, подобное занятие считалось у обитателей людской зоны престижным.

– Снова не угадали, – ответил он.

– Грузчик из тебя никакой, – начал перечислять другие варианты Миша. – В прачечную здесь только женщин берут. К кухне нашего брата близко не подпускают. Ходы копать? Для этого мелок ты слишком, там сила большая требуется. Нет, не пойму, к чему тебя приспособили. Таких молодых в Башне раз-два и обчелся. Раскалывайся.

– Помощник лаборанта у господина трансмагистра.

Новые знакомые разом ахнули.

– У самого трансмагистра? Чтобы черного мальчишку так высоко назначили… Мама, наверное, образованная? Или кто из родственников здесь работает? – Версии сменяли одна другую.

– Одна очень дальняя родственница, – решил Егор прекратить их мучения. – Няня дофины – подруга детства моей бабушки с материнской стороны. Вот место мне и нашла. – Столь невинная ложь звучала вполне правдоподобно, и Ли-Ли Павловна от нее не откажется.

С равным успехом Егор мог сказать им, будто спустился с небес. Все трое трепетно выдохнули:

– Няня самой дофины!

Миша вдруг с подозрением сощурился:

– А ты не врешь? Что ж тебя при такой поддержке к нам запихнули?

Егор, пожав плечами, сказал правду:

– Не знаю. Видимо, полагают, что с земляками мне будет лучше. Да я очень рад, мне у вас вполне нравится.

– Ну, нравиться здесь особенно нечему, – обвел взглядом голые грязно-зеленые стены Чирик. – Но с нами тебе действительно будет лучше. В обиду не дадим. А то попадается тут такой народ… – он помрачнел. – Считают, раз они белые, значит, главные.

– Ну, среди наших тоже всякие встречаются, – заметил Петя с серьгой. Разинув рот, он продемонстрировал дырку вместо недостающего переднего зуба. – Неделю назад выбили. Свои, между прочим, из соседней деревни. А я-то им ничего плохого не делал. Просто выслужиться одному из них захотелось. Работаю я, мол, медленно.

«Суровые у них тут нравы. – Егору стало неуютно. – Лучше бы мне было у Ли-Ли Павловны поселиться». С другой стороны, теперь у него появились новые друзья. Во-первых, интересно, многое про Башню можно узнать, а во-вторых, помощь, вполне вероятно, понадобится, когда он начнет активные поиски Зои. Правда, придворная часть здания для них закрыта, но сплетни оттуда наверняка доходят, а даже в досужих домыслах почти всегда содержится толика истины.

В дверь постучали. Лица его соседей по кубрику сделались напряженными. Петя, успевший улечься, спрыгнул с кровати на втором ярусе (всего в кубрике их было четыре: две с одной стороны, две – с другой, а в пространстве между ними – стол с четырьмя стульями и два стенных шкафа по углам. Не комната, а тюремная камера).

– Вам кого? – отворив дверь, строго осведомился он.

Егор, заглянув ему за плечо, заметил Кирея Фомича. Тот, вытаращив глаза в красных прожилках, остолбенело взирал на громоздкого Петю.

– Познакомьтесь, пожалуйста, это мой начальник Кирей Фомич, – поспешил разрядить обстановку мальчик. – Главный лаборант господина трансмагистра Амадеуса. А это мои соседи по комнате: Миша, Петя и Чирик. – Настоящих их имен Егор с ходу запомнить не смог. Да и для уха Кирея Фомича было комфортнее услышать звуки родные, привычные и понятные.

Тот и впрямь немного оттаял:

– Дык, здравствуйте, мое вам, честная компания. Надеюсь, мальца обижать не будете.

– Как можно! Земляк! – воскликнул Миша.

– Ну, хорошо, – Кирей Фомич пошарил взглядом по комнате, и осмотр явно его не вдохновил. – Может, потом прописочку отметим, – неуверенно, но с надеждой продолжил он. – Вроде как положено.

– Вечером, – поддержал предложение Миша.

– Ну, тогда забегу, – повеселел Фомич. – А сейчас, извините, дела. Мальца в банк сопроводить надо, иначе до обеда не поспеем. Слушай, а где твои вещи? Уже в шкаф положил?

– Так они же еще у Ли-Ли Павловны, – нашелся Егор, у которого вовсе не было никакой поклажи, но не докладывать же, что все его вещи остались в другом мире.

– После обеда забери, – велел Кирей Фомич. – Дорогу-то самостоятельно найдешь? Они тебе в провожатые не годятся, – перевел он взгляд на соседей мальчика. – Им в ту зону не положено. Воспрещается. Ладно, пообедаем, доведу тебя до Ли-Ли Павловны, а уж обратно сам добирайся.

Егор кивнул. Такое решение вполне соответствовало его собственным планам. Теперь, когда у него есть документы, можно спокойно побродить по Башне. А остановят, скажет, что заблудился. Только сейчас ему окончательно стала ясна дальновидность Зоиной няни. С такой внешностью он весьма скоро запомнится страже на той и другой части здания. А так как с документами у него полный порядок, то скоро охранники их и спрашивать поленятся. Ходи куда хочешь и сколько хочешь, никто и внимания не обратит. Работает какой-то черный мальчишка у Амадеуса, вот и мотается взад-вперед.

Банк оказался каморкой с несколькими окошками в пуленепробиваемом стекле. Егору пришлось заполнить гору бумаг с текстом, набранным таким мелким шрифтом, что и не разберешь, что написано. Кирей Фомич объяснил, что на чтение время переводить – только париться. Условия, мол, сносные, а другого банка в людской зоне все равно нет. Мальчик послушно подмахнул договор. Лаборант кинул в окошко две монеты.

– С получки вернешь, – строго сказал он Егору.

Тот получил в обмен нечитаемую копию договора и ключик с номером ячейки, после чего его провели в огромное хранилище с бесконечными рядами металлических шкафчиков. Талоны на питание на ближайшие дни он убрал в карман, а остальные запер в ячейке. Другого нуждающегося в тщательном хранении имущества у него пока не было.

– Ты ключик-то лучше на шею повесь, – протянул ему засаленную тесемочку бородач. – Оно с такими-то соседями спокойнее. Вот управляющий прощелыга! Деньгу-то взял, а общества тебе хорошего не обеспечил.

– Да нормальные дядьки, приняли, как родного, – вступился за новых знакомых Егор.

– Дык оно-то, конечно, понятно, – почесал бороду лаборант. – Может, в этих смыслах резон и есть. Но я бы лично с такими совместно жить остерегся. Правда, ежели не боишься, надеюсь, сойдет. А на случай чего кричи погромче, авось, кто на помощь и прибежит.

– Спасибо за совет, Кирей Фомич, так и поступлю, – не стал спорить Егор.

Лаборант остался вполне доволен:

– Ты, малый, умных людей почаще слушай, глядишь, сам поумнеешь.

«Ну да, как вы», – подумал Егор.

Резко, громко и сипло задребезжал звонок. Кирей Фомич встрепенулся.

– Столовая открылась. Пошли скорее очередь занимать.

По коридору, обгоняя их, с топотом неслись группки людей. «Прямо как в школе на большой перемене», – подивился мальчик. Впрочем, и сама столовая очень напоминала их школьную. Такая же, самообслуживания, только раз в десять больше. К моменту их прибытия вдоль прилавков с едой выстроилось уже человек сто.

– Фураха Я Мойо! – выкрикнули из самого начала очереди. – Мы здесь!

– Молодцы у тебя соседи! – первым отреагировал Кирей Фомич. – Очередь и нам заняли. Хватай поднос, айда вперед.

В хвосте послышался ропот, но громко высказывать недовольство и тем более применять силу никто не стал. Вскоре Егор и Кирей Фомич уже ставили на поднос тарелки с едой.

– На кассе отдашь талон, но только за обед, – продолжал наставлять Егора лаборант. – А тот, что на завтрак, оторви и убери, иначе кассирша себе заграбастает. Ты сегодня не завтракал, вот утречком двойную порцию и возьмешь. Как говорится, лучше в себя, чем от себя.

Они впятером уселись за столик. Кирей Фомич от непривычного соседства несколько ежился, но этикет соблюдал. Не дистанцироваться же демонстративно от тех, кто проявил к тебе любезность. Без соседей Егора им еще долго бы мариноваться в очереди. Беседы за столом не завязалось, все сосредоточенно ели. Егор вяло ковырял вилкой казенную еду. Вот ведь, иной мир, а кормят в точности, как у них в школе. Те же жидко-жирные щи, бледные чахоточные котлеты, серые склизкие макароны, безвкусный сероватый хлеб и бурда цвета марганцовки в стакане, гордо именующаяся витаминно-клюквенным напитком. Впрочем, его товарищи по столу недовольства не выражали, наоборот, наворачивали с аппетитом. «Отъемся у няни», – подумал Егор и решился нарушить молчание:

– Кирей Фомич, а что тут, кроме банка и столовой, еще есть?

Лаборант вытер ладонью свою густую бороду и, опустив вилку с куском котлеты в тарелку, сообщил:

– Магазины имеются. Ну да ты все одно пока без денег. А потом и харчей прикупить сможешь, и приодеться. У нас тут дешевле, чем в городе, так что пользуйся. Еще развлечения всякие. По возрасту, – многозначительно конкретизировал он. – Тебе, к примеру, кино годится, а в казино не пустят, мал еще. По питейной части есть заведения, для культурного отдыха, – он скорбно вздохнул. – Вот это как раз здесь дороже, чем в городе. В футбол погонять можно, у меня-то уж годы не те, а тебе самое оно.

– Примем в свою команду, – вмешался Петя, – у нас как раз полузащитника уволили.

– Да вы, Кирей Фомич, не волнуйтесь, мы ему все покажем, – пообещал Миша.

– Про его возраст только не забывайте, – вдруг назидательно произнес Кирей Фомич. Егор едва сдержал смех.

– Да за кого же вы нас принимаете, у самих дети! – возмутился Чирик.

К их столу подбежал крупный мужчина в перемазанной спецовке.

– Петя, срочно на объект.

– С какого перепугу! – нахмурился тот. – У меня выходной. Двое суток подряд отдежурил.

– Не спорь, – продолжал подошедший. – Аврал. Полная мобилизация. Уже в четырех местах заливает, никак справиться не можем. Приказано всех слесарей поднимать.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю