355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Анна Устинова » Тайна заброшенной часовни » Текст книги (страница 4)
Тайна заброшенной часовни
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 23:42

Текст книги "Тайна заброшенной часовни"


Автор книги: Анна Устинова


Соавторы: Антон Иванов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

– Вот, значит, как, – с недоверием посмотрела на внука Анна Константиновна. – А Петру зачем понадобилась подобная ахинея?

Тут на Диму накатило настоящее вдохновение, и он скороговоркой выпалил:

– Петька говорит, что это совсем не ахинея. Он же занимается восточными боевыми искусствами. А это напрямую связано с мистикой. Вот тренер ему и велел обязательно прочитать именно эту книгу Аполлона Парнасского. Тренер говорит, что без нее Петька не сможет духовно усовершенствоваться.

– В жизни не слышала большей чуши! – возмутилась бабушка. – Все вокруг помешались на этой мистике. Павел Потапович прибежал ко мне чуть не плача. Мол, вы у него перед носом увели книгу, без которой он в чем-то там не может продвинуться.

– Пусть возьмет другую книгу Парнасского, – ответил Дима. – Тогда, может, продвинется. У Ковровой-Водкиной их еще много осталось.

– Не дерзи! – прикрикнула на внука Анна Константиновна. – Придется предупредить родителей Петра. Пусть обратят внимание, какой ерундой их сын забивает себе голову. Ладно, – сбавила она тон. – Идите ужинать.

Едва поев, Дима повернулся к Маше:

– Надо сказать Петьке, что наша бабушка собралась разговаривать с его предками. Пусть подготовится.

– Заложил друга и рад, – покачала головой Маша.

– У меня не было выхода, – отбил выпад Дима. – А позвонить Петьке все равно надо. Мы на завтра так ни о чем и не договорились. Да еще от Люськи надо как-то отделаться.

Однако у Командора было непробудно занято. Дима даже хотел к нему сбегать, но Маша отговорила:

– Он сейчас наверняка расшифровывает Аполлона Парнасского. Не отрывай его от дела.

Ровно в одиннадцать Петька позвонил сам. Голос у него дрожал от волнения.

– Выход есть, – объявил он Диме. – Будем вызывать призрака.

ГЛАВА IV МЕТОД ВЕЛИКОГО МИСТИКА

– Зачем? – спросил Дима.

– Что зачем? – не понял Петька.

– Зачем его вызывать?

– Побеседовать с ним хочу, – внёс ясность Командор.

– И как, интересно, ты собираешься это делать? – не доходило до Димы.

– Я что, по-твоему, зря целый вечер угрохал на Аполлона Парнасского? – устало вздохнул Петька.

– Только не ври, будто ты в нём разобрался, – скептически изрёк Дима.

– Ну, не совсем во всём, – честно ответил ему Командор. – Но суть схватить удалось.

Маша прижалась к трубке с другой стороны и тоже внимательно слушала. Правда, Дима все время ее отпихивал, но сестра не сдавалась.

– И какая же там, Петька, суть? – крикнула она в трубку.

– Весьма богатая, – был краток Командор.

– Подробней, – потребовал Дима.

– Подробности завтра, – откликнулся Петька. – Мне надо еще кое-что дочитать у Парнасского.

– Много ты завтра нам скажешь, – проворчал Дима. – Ты ведь Люську с утра пригласил. И она, конечно, припрется. Не понимаю, зачем она тебе понадобилась?

– Я тоже не понимаю, – сочла своим долгом вы сказать возмущение Маша. – И Настя жутко недовольна, – многозначительно добавила она.

– А я, между прочим, специально пригласил Люську, – усмехнулся Командор. – Вы что, забыли? Мы же утром встречаемся возле пруда с Вовкой и Сашкой.

– Правильно, ровно в десять, – вспомнил Дима. Во время каникул он любил подольше поспать.

Однако сейчас встреча, назначенная на относительно раннее утро, обрадовала его. Члены тайного «Братства» знали, что Люська дрыхнет чуть ли не до двенадцати. А потому, явившись в шалаш где-то в первом часу, она никого там не застанет.

– И впрямь, Петька, пускай приходит. Милости просим, – злорадно захохотал Терминатор.

– Только ты в шалаше ничего важного не оставляй, – предупредила Командора Маша.

– Учи ученого, – ответил ей тот. – Я после ужина специально все в шалаше проверил. Наша тетрадь с записями и другие документы «Братства» лежат в тайнике. Пусть Люська попробует найти.

В этот момент Maшa, изловчившись, вырвала из рук брата трубку и быстро произнесла:

– Важная информация. В наше отсутствие прибегал Павел Потапович и настучал нашей бабушке, что мы у него из-под носа увели книгу Парнасского. Она сказала, что Потапыч едва не плакал. А мой дорогой братец все свалил на тебя.

– Ничего не свалил! – проорал в трубку Дима. – Просто надо было выходить из положения.

– Ну и вот, – отпихнув брата, продолжала Маша. – После того как он вышел из положения, бабушка собралась разговаривать с твоим предком. Мол, Валерий Петрович должен знать, что ты подпал под пагубное влияние своего тренера и увлекся мистикой.

– А при чем тут мой тренер? – Командор, уже несколько лет с большим успехом занимающийся боевым тай-цзи-цюанем, был совершенно ошеломлен.

– Потому что мой братец и тренера твоего оболгал, – с обличительным пафосом изрекла Маша.

– Никого я не оболгал! – принялся защищаться Дима.

– А кто сказал, что тренер велел Петьке обязательно прочитать книгу Аполлона Парнасского? – спросила Маша пронзительным голосом Люськи Кузнецовой. – Мол, без этого ты, Петр Миронов, не сможешь духовно усовершенствоваться, а значит, и не продвинешься в боевых искусствах.

Дима пробовал что-то сказать в свое оправдание, но сестра, ловко маневрируя с телефонным аппаратом в руках, не подпускала брата к трубке.

– Спасибочки вам большое, – откликнулся Командор. – Хорошо хоть предупредили. По крайней мере, я теперь буду знать, как реагировать, если ваша бабушка вздумает поговорить с моим предком.

– Да уж, ты подготовься, – порекомендовала Маша.

– В общем-то ничего страшного, – успокоил ее Петька. – У предка широкие взгляды.

– Неизвестно, распространит ли он их широту на твое воспитание, – усмехнулась Maшa.

– Вот заодно и проверим, – ответил Петька. – Ладно, – вдруг зевнул он. – Пойду еще почитаю, пока меня окончательно не сморил сон.

Маша уже хотела повесить трубку, когда Командор вдруг крикнул:

– Нет, погодите! Нам нужно завтра ненавязчиво выведать у Вовки как можно больше сведений о его родителях и других ближайших родственниках.

– Дальние родственники, между прочим, нам тоже не повредят, – вырвав наконец у Маши трубку, заявил Терминатор. – Кто его разберет, этого Вовку, с какой стороны ему грозит опасность.

– А уж с пейзанкой тем более дело темное, – вклинилась Маша.

– Значит, будем выяснять и про дальних, и про близких родственников, – согласился Командор.

– Как про живых, так и про покойных, – заунывно произнес Дима.

– Пожалуй, и в этом ты прав, – ответил Петька. – Ладно. До завтра. Без пятнадцати десять встреча емся возле шлагбаума.

На следующее утро, едва позавтракав, близнецы поспешили к Насте. Но не успели они еще дойти до ворот дачи Адамовых, как с участка Кузнецовых послышался капризный Люськин голос:

– Ничего я не заболела! Просто не хочется больше спать! И вообще, бабушка, давай мне скорее завтракать!

– Подожди, пожалуйста, Люсенька, – засюсюкала в ответ бабушка. – Сейчас чайничек включу. А ты все же температурку померяй. От смены-то климата можешь и заболеть.

– Какая смена! – завопила Люська. – Здесь жарче, чем в Италии! А мать говорит, даже чем в Африке. Не заболела я! Просто спать не хочу! Давай завтракать! У меня дела!

– Сейчас, сейчас, Люсенька. Ты только не рас страивайся, – успокаивала ее бабушка.

Близнецы в ужасе уставились друг на друга.

– Скорее за Настей! – скомандовал Дима.

Брат и сестра кинулись к даче Адамовых. Десять минут спустя они уже втроем подбежали к шлагбауму. Петька дожидался их на самом солнцепеке. Под мышкой у него был зажат том Аполлона Парнасского.

– Ты что, теперь с этой книгой не расстаешься? – фыркнула Маша.

– Почем ты знаешь, – с лукавым видом ответил Петька, – может, я скоро стану крупнейшим специалистом по творчеству великого и несчастного Аполлинария.

– По-моему, это не Аполлинарий несчастный, а мы, – возразил Дима. – Дожили! – воздел он руки к небу. – Такой бред приходится читать.

– Да уж, – с иронией откликнулась Маша. – Ты, конечно, Димочка, больше всех читал Аполлинария.

– Отстань, – злобно зыркнул на нее брат. – Мне, может, за Петьку обидно. Не расслабляйтесь, – поторопил он остальных, – надо отсюда уматывать, пока Люська не явилась.

– Да она наверняка еще спит, – отмахнулся Петька.

– А вот и нет! Она так торопится к тебе, что даже раньше времени потребовала у своей бабушки завтрак, – проинформировала Командора Маша.

– Это меняет дело, – всполошился тот. – Пошли скорее.

Тут дверь сторожки Степаныча распахнулась. На улицу вышли доблестный сторож и Павел Потапович.

– Значит, мой догогой, мы обо всем усвовивись и вы мне поможете, – услышали ребята голос почтенного академика.

От Петькиного внимания не укрылись два интересных момента. Во-первых, Павел Потапович прижимал к груди другой том сочинений Аполлона Парнасского. А во-вторых, по каким-то неясным причинам он взирал на Степаныча с крайним подобострастием. Лицо доблестного сторожа поселка Красные Горы, наоборот, было преисполнено достоинства и важности.

– Я, Павел Потапович, человек крепкого честного слова, – ответил он академику. – Сказал помогу, значит, так тому и быть. Только дело, конечно…

Внезапно Степаныч увидел четверых друзей и осекся.

– Вам что тут надо? – сухо осведомился он.

– Просто мимо проходим, – как можно равно душнее ответил Петька.

– Доброе утро, Иван Степанович! – воскликнули остальные.

– А со мной, выходит, уже и здоговаться не надо? – обиделся Павел Потапович.

В это время его пытливый взгляд упал на книгу, торчавшую под мышкой у Петьки. Академик вмиг подобрался. Ни дать ни взять – хищник, почуявший близкую добычу.

– Делаем ноги, – тихо и быстро скомандовал Петька. – Иначе у нас сейчас Аполлончика отнимут.

Ребята бросились бегом по дороге.

– Куда вы?! Куда вы?! – кричал им вслед Павел Потапович. – Пгедвагаю вгеменный обмен!

– Размечтался, – пропыхтел Дима. – Будет тебе обмен после дождичка в четверг.

Павел Потапович устремился вслед за ребятами. Надо отдать ему должное, для своего возраста он развил хорошую скорость и даже умудрился размахивать на бегу томиком Аполлона Парнасского. Однако молодость все же взяла верх. Пробежав метров триста по солнцепеку, академик выдохся и безнадежно отстал.

– Кажется, оторвались, – оглянувшись, с облегчением констатировал Петька.

– По-моему, я скоро сдохну, – жалобно произнес Дима. – И почему нас с утра все преследуют?

– Жизнь тяжелая и карма такая, – усмехнулась Маша.

– Квадрат судьбы, – подхватил Петька.

– Какой еще квадрат? – тяжело переводя дух, посмотрел на него Дима.

– Почитай Парнасского, тогда узнаешь, – язвительно отозвался Командор. – Кстати, книга-то интересная, – продолжал он. – В ней как бы суммированы все самые знаменитые наблюдения над призраками, начиная со средневековых книг и кончая началом двадцатого века. А квадрат судьбы – это те основные тенденции, которые возникают на нашем пути познания истины.

– Что-что? – раскрыл рот Дима.

Настя и Маша тоже с изумлением уставились на Петьку.

– Ну, в нашем случае квадрат судьбы почти совсем не играет никакой роли. – Командор и сам не особенно разобрался в этом термине. – Ой, Вовка и Сашка идут, – с удовольствием отвлек он внимание друзей.

Мальчики из Борков и впрямь спешили им навстречу. Едва завидев членов тайного «Братства», Вова затараторил:

– Опять, ребята! Опять было такое… такое…

И он, словно захлебнувшись от бурных эмоций, умолк. А Саша солидно добавил:

– Точно, братцы, странный какой-то случай.

– Пожалуйста, чуть подробнее, – потребовал Петька.

– Да уж, будьте любезны, – проворчал Дима. – А то мы такие тупые. И мысли на расстоянии читать не умеем.

– Расскажем им, Вовка, все по порядку, – толкнул друга Саша.

Тот, набрав в легкие солидную порцию воздуха, затараторил быстрее прежнего:

– Василий, значит, с утра прибегает к матери и, значит, говорит: «Я тоже…»

– Стоп, – перебил его Командор. – Кто такой Василий?

– Наш сосед, – удивляясь, что Петька может не знать таких элементарных вещей, продолжал Вова. – У него вчера был выходной.

– Ну и что? – вклинился Дима. – Подумаешь, выходной.

– Это тебе подумаешь, – возмущенно возразил Вова. – А Василий с мужиками засиделся допоздна в Задорах.

– Зачем? – снова вмешался Дима.

– Сперва в баню ходили. Потом пиво пили, – объяснил Вова. – Ну а потом поздно вечером Василий засобирался домой. Потому что жена, Марина, его ругает, когда он слишком поздно задерживается. В общем, Василий заторопился. Но по дороге устал.

– Понятно, – фыркнула Маша. – И сильно он устал?

– Ну, – на полном серьезе подтвердил Вова. – Так сильно, что ему даже отдохнуть потребовалось. А дело было возле усадьбы. Василий нашел удобное место возле стены и думает: «Отдохну немного, подышу воздухом, а после можно и домой». Сел он и незаметно заснул. А проснулся от того, что кто-то рядом ходит. Глянул – у него волосы дыбом и встали… Это сам Василий так рассказывает, – внес уточнение Вова, – потому что на самом деле он лысый. Значит, открыл Василий глаза, а прямо на него прет черный, обгорелый, как головешка, мужик, и из башки у него в небо дым поднимается. Василий от страха хотел заорать, а голоса как не бывало. Только рот разевает. А руки и ноги словно к земле приросли. В общем, лежит наш Василий и смотрит, что будет дальше. Мужик потоптался возле развалин, подымился и в стену ушел. Тогда-то до Василия и дошло, кто ему явился. Говорит, вылитый князь Борский. Прямо копия с портрета в краеведческом музее.

– Неужели князь изображен на портрете обгорелым? – удивилась Настя.

– Нет, – помотал головой Вова. – На том портрете князь еще целенький. Как при жизни. Мы от школы много раз в этот музей ходили. У нас даже предмет такой есть: история родного края.

– Погоди-ка, – остановил его дотошный Дима. – Если ты говоришь, что на портрете в музее князь изображен, как при жизни, а твоему соседу явился черный обгорелый мужик, то почему он решил, что это Борский?

– Чего не знаю, того не знаю, – развел руками Вова, – но раз говорит, значит, так и есть. Василий никогда не врет. Но вы дальше послушайте.

– Дальше, – попробовал угадать Дима, – Василий добрался до дому и лег спать.

– А вот и нет, – выкрикнул Вова. – То есть, конечно, домой он как пуля дунул. Да только возле часовни ему стало еще хуже.

– Опять, что ли, устал? – сочувственно всплеснула руками Маша.

– Да нет, – с досадой отмахнулся Вова. – В часовне вдруг как ахнет! В окнах свет вспыхнул! И еще хор голосов раздался, а потом послышались громкие стоны. Но ведь часовня-то давно заброшена. Все двери там наглухо заперты. Кому в ней по ночам баловать? Понял Василий, что дело нечисто, и у него опять душа в пятки ушла. Ноги снова к земле приросли. Сколько так длилось, он теперь и не помнит. А когда в Борках петух прокричал, свет в часовне разом погас. Голоса смолкли. И у Василия ноги задвигались. Ну, он домой и двинул. В общем, натерпелся страха на всю оставшуюся жизнь.

– Ничего себе! – задумчиво проговорил Петька.

– Может, Василию все пригрезилось от его усталости? – с подковыркой спросил Дима.

– Нет, – решительно возразил Вова. – Василию никогда ничего не грезится. Уж я его знаю.

– И потом, если бы что-нибудь одно, – подхватила Настя. – А тут сразу два разных случая.

– Что-то за этим явно кроется, – поддержала подругу Маша.

– А что за часовня такая? – спросила Настя.

– Да бывшая князей Борских! – Вова махнул рукой в сторону рощи. – Пошли покажу.

– Мы же ее сто раз видели, – заявил Дима.

– А я, например, не видела, – напомнила Настя.

– И ничего интересного не увидишь, – стоял на своем Терминатор. – Обыкновенная заброшенная и очень запущенная часовня.

– Там раньше был склад, – пояснил Петька.

– А теперь, наверное, поселились какие-нибудь бомжи. Вот твой Василий их голоса и слышал. – Дима никак не хотел верить, что в дело вмешались потусторонние силы.

– Сам ты бомж, – фыркнул Вова. – Говорю же, ни одному человеку в эту часовню не пролезть.

– Точно, – подтвердил Саша. – Мы с Вовкой уже бегали проверять. На двери огромный амбарный замок. А на окнах решетки.

– Еще от склада остались, – внес ясность Вова.

– Слушайте! – Петьке уже не терпелось увидеть все собственными глазами. – Давайте и мы посмотрим.

Ребята прошли берегом пруда к развалинам. Черная неподвижная вода сейчас казалась им особенно мрачной. А плакучие ивы, насаженные по берегам в честь утонувшей княжны, словно скорбели не только о Вере Борской, но и обо всем семействе, стертом временем с лика Земли. Старый заросший парк тоже выглядел неуютным и даже пугающим. За деревьями будто прятались тени бывших владельцев.

Друзья невольно ускорили шаг. Часовня стояла сразу за парком. Вид у нее был и впрямь крайне запущенный. Когда-то нарядная штукатурка с лепниной почти сплошь осыпалась, обнажив кирпичную кладку. Старинная дубовая дверь почернела. На месте иконы над входом зияла прямоугольная впадина. А обломок давно снесенного креста облюбовал одинокий ворон.

– Ну и местечко, – невольно поежилась Настя. Ворон, словно откликнувшись на ее слова, каркнул и лениво полетел прочь.

– Видали? – проводил птицу задумчивым взглядом Вова.

– Да здесь их полно, – откликнулся Дима.

– Полно-то полно, – серьезно проговорил Саша, – но не все на старых церквях сидят.

– И смотрел он на нас как-то странно, – добавила Настя.

– Ладно, – деловито произнес Петька. – Давай те все-таки проверим, нельзя ли как-нибудь пробраться внутрь.

Ребята подошли к двери. Дима зачем-то с размаху пнул ее ногой и немедленно взвыл от боли.

– Вот крепкая, чертова кукла!

– Ты бы лучше не выражался, – назидательно порекомендовал ему Вова. – Какая-никакая, а все же церковь.

– Много ты понимаешь, – огрызнулся Дима, но от дальнейших комментариев по поводу зловредной двери воздержался.

– И зачем тебе, Дима, было тратить лишние силы? – указал на огромный амбарный замок Командор. – Тут хоть разбейся, все равно не откроешь.

Ребята все же подергали дверь. Она даже не качалась.

– Одно из двух, – сказал Петька. – Либо вчера в часовне были бомжи, у которых есть ключ от замка. Либо залез кто-то другой.

– А почему тогда с первыми петухами голоса стихли, и свет погас? – немедленно спросил Вова.

– Пока не понимаю, – честно признался Командор.

– Может, им как раз в это время захотелось спать? – предположил Дима.

– Ага, – хмыкнул Вова. – Им спать захотелось, а у Василия сразу задвигались ноги.

– Чем понапрасну гадать, давайте заглянем в окна, – предложил Петька.

– Заглянешь туда, как бы не так, – задрал голову Дима.

Узкие оконца и впрямь располагались довольно высоко от земли.

– Димка, вставай мне на плечи, – скомандовал Петька. – Ты длинный, дотянешься.

– А ты меня уронишь! – Терминатор не хотел рисковать собой понапрасну.

– Держись, Димочка, за стеночку, – ехидно произнесла Маша. – Тогда, может, и не упадешь.

– Пусть лучше тебе на плечи Вовка встанет, – вкрадчиво проговорил Дима. – Он из нас самый легкий. И тебе держать его будет не так тяжело, как меня.

– С каких это пор ты стал таким заботливым? – фыркнула Маша.

– Я всегда, между прочим, о людях думаю, – с жаром возразил Дима.

– Ну естественно, – не оставила брата в покое Маша. – Ты же ведь, Димочка, тоже человек. Вот о себе и думаешь.

Терминатор вздохнул и нехотя вскарабкался Петьке на плечи. Командор начал плавно распрямляться.

– Пожалуйста, не так быстро, – ворчал сверху Дима. – Не кирпичи поднимаешь.

Несколько раз качнувшись, Терминатор все же удержался и не упал. Вскоре, однако, выяснилось, что до окна часовни он дотягивается лишь носом и заглянуть внутрь не может.

– Ты подтянись, – распоряжался с земли Командор, – а я руки вытяну. На них и встанешь.

– На чем мне прикажешь подтягиваться? – спросил Дима.

– Сам, что ли, не понимаешь? – пропыхтел снизу Командор. – За решетку хватайся. На ней и подтянешься.

– Да она вся ржавая, – брезгливо поковырял пальцем решетку Дима. – Вдруг развалится.

– А ты подергай, – посоветовал Командор.

Дима с силой потряс решетку.

– Держится, – не слишком уверенно констатировал он. – Сейчас еще раз проверю.

– Слушай! – не выдержал Петька. – Я тебе не подъемный кран! Шевелись быстрее.

Дима подчинился. Решетка выдержала.

– Ну? – спросил Петька. – Что там внутри?

– Сперва руки подставь, а потом спрашивай, – сердитым голосом отозвался Дима. – Я долго висеть на руках не могу.

Командор подставил ему ладони. Однако Дима и после этого с информацией не торопился.

– Долго ты еще будешь молчать? – не выдержала Маша.

– Стекло пыльное, – проворчал брат. – Плохо видно.

– Димочке неудобно! – не замедлила с очередной колкостью Маша. – Нет чтобы кто-нибудь стеклышко вымыл перед тем, как он через него посмотрит.

– Просунь руку и протри, – посоветовал Петька.

– У меня, между прочим, не три руки, а две, – огрызнулся Дима. – И обеими я сейчас держусь за решетку, чтобы не упасть.

Петька уже жалел, что не полез к окну сам. Но менять что-либо было поздно.

– Ты, Димка, попробуй ухватиться за решетку одной рукой, – порекомендовал Командор. – Думаю, не упадешь. Я же все-таки тебя держу.

Димка последовал совету друга. С грехом пополам протерев стекло, он, наконец, сообщил:

– Там совершенно пусто. Грязно. И явно давно никого не было.

– Тогда слезай. – Петька уже порядком устал. Дима, держась за стальную решетку, опустился ему на плечи. Внезапно наверху что-то затрещало, и всего в каком-нибудь сантиметре от виска Терминатора пролетел огромный кусок кирпича. Дима, взвыв, кубарем полетел вниз. Для Саши, рассеянно глазевшего на окно часовни, Димкино падение явилось совершеннейшей неожиданностью. И когда тот придавил его всей тяжестью своего тела, ему почудилось, будто на него упал купол. Саша заорал.

– Чего зря разоряешься? – недовольно спросил Дима. – Можно подумать, тебя убили.

– Ты бы хоть с меня слез, – уже разобрался, в чем дело, Саша. – А то расселся, как на стуле.

– Могу и слезть, – подчинился Дима. – Но, между прочим, я об тебя тоже ударился.

– И вообще, – фыркнула Маша, – зря ты, Сашка, расстраиваешься. Терминатор и есть Терминатор. Хорошо еще, что вся часовня целиком на тебя не свалилась.

– Главное, мы установили, что внутри никого нет, – поспешил перейти к делу Дима.

– Похоже, что так, – откликнулся Командор.

– А между прочим, – поглядел на него Дима, – ты вчера нам все твердил: «Вовка в опасности, Вовка в опасности…»

Петька сделал вид, будто поперхнулся, и громко закашлял. Но было поздно. Терминатора уже несло.

– Тогда, может, ты мне ответишь, – с самым что ни на есть победоносным видом продолжал он, – зачем Борский явился Василию, если ему надо предупредить Вовку и его маму?

– Кому явился? Кого предупредить? – побледнел Вова. – Какая опасность?

– Да Димка сам не знает, что говорит! – воскликнула Маша.

– Ты из меня идиота не делай, – обиделся брат.

– Чего же тут делать, когда все признаки налицо? – скорбно откликнулась Маша.

– А кто вчера говорил, что Вовке и его матери грозит опасность? – вновь завел свое Дима. – А может, и отцу тоже.

Петька, Маша и Настя растерянно переглянулись. Саша с изумлением захлопал глазами. Вова сделался еще бледнее прежнего.

– Вы, ребята, не темните, – севшим от волнения голосом произнес он. – Если что знаете, выкладывайте сразу.

Петька понял: держать Вову и дальше в неведении совершенно бессмысленно.

– Знаешь, мы не хотели тебя пугать раньше времени. Но дело в том, что такие призраки чаще всего являются людям, когда хотят предупредить их об опасности. А так как князь Юрий Борский явился вам с матерью, то скорее всего опасность вам и угрожает. Или кому-то другому из твоей семьи.

– Вова, раскрыв рот, обалдело воззрился на Петьку и с усилием выдавил из себя:

– К-как же так?

– Обыкновенно, – отмахнулся Дима. – Вот только Василий в Петькину версию не влезает.

– Как раз очень даже влезает, – возразил Вова. – Василий – друг моего отца. И дом у нас с ним напополам.

– Ого! – Глаза у Насти широко раскрылись. – Значит, князь Борский скорее всего намекал, что Василий должен не спускать глаз с Вовкиной семьи.

– Вот и сказал бы тогда о своих намерениях человеческим языком, – с осуждением произнес Саша. – А то только зря людей пугает.

– С призраками все не так просто, – принялся объяснять Петька. – Их надо уметь понимать.

– Ну и как же мы поймем князя Борского? – спросил Вова.

– Мы его вызовем, – ответил Петька. – И, если нам это удастся, спросим напрямик, зачем он явился.

– Вызовем? – остолбенели Вова и Саша.

– Здесь все написано. – Петька легонько похлопал ладонью по книге Парнасского. – Аполлинарий уверяет, что сам проводил такие сеансы.

– Мало ли что он там уверяет, – не покидали сомнения Диму.

– Во-первых, попытка не пытка, – ничуть не смутился Командор. – В худшем случае нам просто-напросто грозит неудача.

– Которую мы уж как-нибудь переживем, – подхватила Настя.

– Зато, если все получится, – продолжал Командор, – мы узнаем, зачем он тут появляется, и, воз можно, предотвратим большую беду.

Вова опять вздрогнул и с грустью сказал:

– Не нравится мне все это.

– Нравится не нравится, но ничего не поделаешь, – мрачно изрек Дима. – Как говорит Петька, квадрат судьбы.

– Какой еще квадрат? – поинтересовался Вова.

Дима кинул ехидный взгляд на Петьку. Но тот очень ловко выкрутился:

– Вот, например, ситуация, в которой ты сейчас, Вовка, оказался, и есть квадрат судьбы.

– Ежу понятно, – кивнул Саша. – Обстоятельства жизни обложили Вову квадратом со всех сторон.

– Мне бы, братцы, быстрее выйти из этого квадрата! – взмолился тот.

– Вот мы и хотим тебе помочь. – Терминатор произнес это с таким видом, будто не Петька, а он просидел полночи над книгой Парнасского.

– А как же мы вызовем призрака? – вновь начал допытываться Вова.

– Сейчас объясню, – с важностью ответил Командор.

– Кстати, мы тоже пока ничего об этом не знаем, – напомнила Настя.

– И правильно, – кивнул Петька. – Мне было нужно, чтобы сперва все собрались. Не повторять же одно и то же по десять раз.

– Но теперь-то ты можешь сказать? – спросил Вова.

– Думаю, лучше не здесь, – с опаской покосился на заброшенную часовню Петька.

– И не возле развалин, – прошептала Настя.

– Может, к вам пойдем? – предложил Сашка.

– Нельзя, – решительно возразила Маша. – Там наверняка сейчас Люська бродит.

– Какая Люська? – полюбопытствовал Вова.

– Есть там у нас одна, – поморщился Дима. – Постоянно к нам лезет.

– Вова и Саша понимающе кивнули.

– Давайте устроимся где-нибудь на берегу, – предложила Настя.

– Где вчера! – Вова первым побежал к мосту. Вскоре все шестеро уже уселись на траве под сенью старого дерева. Петька положил на колени книгу Парнасского, Друзья заметили, что в ней полно закладок.

– Ну ты и поработал! – вырвалось изумленное восклицание у Димы.

– Старался. – Петька начал листать книгу. – Ага! – наконец нашел он нужную страницу. – Здесь.

– Ты что, снова решил нам вслух почитать? – не на шутку перепугался Дима.

– Нет, – улыбнулся Командор. – Просто в памяти кое-что освежаю. Короче, Парнасский, похоже, долгое время наблюдал за различными видами призраков. И даже ездил в начале века к разным знаменитым магам, колдунам и ясновидцам, а потом обобщил их опыт общения с параллельными мирами. Однажды Аполлинарий даже добрался до какого-то индейского племени, которое жило в горах Перу.

– Вот вам и старикашка, – сказала Маша.

– Да он тогда был еще молодым, – внес ясность Петька. – В общем, вождь индейского перуанского племени знал древний способ вызова призраков. И Аполлинарию удалось какими-то хитростями этот секрет выведать. Вернувшись домой, Парнасский начал экспериментировать. И, как он пишет в книге, способ перуанских индейцев ни разу его не подвел.

– Ну, а способ-то! Способ! – выкрикнул Вова.

– Способ как раз описан очень подробно, – продолжал Командор. – Поэтому я столько времени и промучился. У Парнасского очень запутанная терминология.

– Это он специально, – усмехнулась Маша. – Чтобы способом перуанских индейцев никто воспользоваться не смог.

– Но я, тем не менее, разобрался, – с гордостью сказал Петька. – И даже законспектировал.

С этими словами он извлек из кармана сложенный вчетверо лист бумаги и начал читать:

«Пункт первый: взять настоящий череп. Пункт второй: надеть длинное черное пончо до пят. При желании пончо допустимо заменить длинным черным плащом. Пункт третий: обмазать лицо белой глиной. Если белая глина в данной местности отсутствует, можно воспользоваться театральным гримом или белой краской. Пункт четвертый: в центре лба нарисовать ярко-красную точку размером с пятак. Эта точка будет символизировать третий глаз. Пункт пятый…»

– Погоди-ка, – перебил его Дима. – Парнасский писал эту книгу до революции?

– Ну да, – подтвердил Командор. – Она издана в тысяча девятьсот тринадцатом году.

– А тебе, Димочка, какая разница, когда книга написана? – не поняла Маша.

– Между прочим, очень большая, – ответил брат. – Если Аполлинарий требует, чтобы точка была размером с пятак, значит, надо определить, какие в то время были пятаки.

– Кто их знает, какие, – растерялся Петька.

Остальные молчали. Размер пятаков образца тысяча девятьсот тринадцатого года для всех шестерых оставался совершеннейшей тайной.

– Вот видите, – торжествующе изрек Дима. – Придется нам искать какого-нибудь нумизмата.

– А, по-моему, можно поступить гораздо проще, – вдруг сообразила Настя. – Парнасский ведь пишет, что красная точка на лбу символизирует третий глаз. Понимаете? Глаз! Вот вам и точка отсчета.

– Глаза тоже бывают разные, – заспорил Дима.

– Это как раз не проблема, – ответил Петька. – Надо просто скопировать размер собственного глаза, и все дела. Ладно, слушайте дальше: – «Пункт пятый: прийти на место, где предположительно обитает привидение. Очертить вокруг себя мелом окружность. Пункт шестой: взять в левую руку череп. А в правую – зажженный факел или свечу. Пункт седьмой: за четверть часа до начала эксперимента съесть орешек кола».

– Это еще что такое? – вновь перебил друга Дима.

– Орех со слабым наркотическим действием, – пояснил тот.

– А он у тебя есть? – не отставал Терминатор.

– Я что, по-твоему, наркоделец? – покрутил пальцем возле виска Командор.

– Как же нам быть? – растерянно поглядела на него Настя.

– Способ знаем! – хранил полную невозмутимость Петька. – Я считаю, что этот орешек нам вполне может заменить стакан пепси-колы или кока-колы. В оба напитка входят микроскопические дозы орешка кола.

– Ну ты даешь! – не мог скрыть восхищения Дима.

Командор вновь уткнулся в конспект:

«Эксперимент можно проводить в период с двенадцати до трех часов ночи. Есть перед этим с утра ничего нельзя. Иначе, как пишет Парнасский, мы утяжелим свою материальную субстанцию, и контакт с параллельным миром не состоится».

– Как? Снова не есть? – ужаснулся Дима.

– Почему снова? – Вову и Сашу охватило любопытство.

– Да это он так, – отмахнулся Петька.

Дима едва не выдал секрет членов тайного «Братства». Месяц назад, проходя обряд посвящения, все четверо, по настоянию Петьки, целые сутки не притрагивались к еде и питью.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю