Текст книги "Невозможная (СИ)"

Автор книги: Анна Шнайдер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)

10

Эн

Испытания на подтверждение звания архимагистра были назначены на середину августа. К этому времени Берт уже очень хорошо умел управляться с амулетами и колдовал так, что мне даже было немного завидно – у меня подобной лёгкости никогда не получится. И дело не только в родовой магии, на которой была завязана неиссякаемость амулетов – по сути, проделывать подобный трюк могли лишь представители родовой магии Дома, в том числе Арманиусы, так как сила вытягивалась из университета. Дело в отношении к магии – для меня она всегда была чем-то грандиозным, невероятным достижением, как восхождение на высокую гору в жуткий холод, ещё и в полном одиночестве. Для Берта же магия была самой жизнью – увлекательным танцем, ласковой водой, обжигающим огнём… Глядя на то, как он создаёт огненные шары, довольно жмурясь, как сытый волк, я испытывала небывалый душевный подъём.

Берт оставался архимагистром, несмотря на изменившийся резерв. Нам нужно было только подтвердить это официально…

Испытания проводились в столице, в здании Центрального управления охранителей. Вообще для того, чтобы стать архимагистром, совершенно не обязательно было быть охранителем – просто так повелось. Нечто вроде доброй традиции. Или не очень доброй.

Я понимала, что на то, как Бертран Арманиус будет подтверждать звание, захотят поглазеть многие – ничуть не меньше, чем потаращиться на нетитулованную жену ректора-аристократа. Вот только на меня пришли смотреть обычные студенты и преподаватели, а на Берта…

Через пару минут после того, как мы с мужем вошли в зал для испытаний, который представлял собой овальной формы амфитеатр – внизу арена, и места для зрителей рядами уходили вверх, – я пробормотала, приподнимаясь на носочки, чтобы достать до уха Берта:

– По-моему, здесь присутствует половина столичной аристократии.

– Ну не половина, – усмехнулся супруг, сжимая мою ладонь в своей руке. – И не только столичной. Но большинство здесь – мои бывшие коллеги. Пойдём, нам нужно спуститься ниже.

Мы подобрались к проходу и принялись спускаться, через каждую секунду с кем-нибудь здороваясь. Я почти никого не знала, но тем не менее любезно кивала, нацепив на лицо вежливую улыбку, хотя мне очень хотелось поинтересоваться – какого демона они все сюда притащились? Я совершенно не верила, что из-за переживаний за Берта. Человек десять – возможно, действительно желают моему мужу победы. Ну ладно, двадцать. А остальным чего по городу в такой чудесный день не гулялось? Погода прекрасная!

Берт подвёл меня к пятому ряду. Четыре ряда тёмно-синих кресел перед ним пустовали, и ещё один ряд после – тоже. И я поняла, отчего, как только увидела, что неподалёку от прохода в гордом одиночестве стоит император.

– Это по его приказу всех смыло подальше? – спросила я у Берта. – Или?..

– По приказу. Энни, далеко не всем его величество неприятен так же, как тебе.

– Тогда зачем? Из соображений безопасности?

– Не знаю, – проворчал Берт. – Сейчас я тебя с ним оставлю, сама спросишь.

Я только кивнула. Мы изначально договаривались, что во время испытаний я буду находиться рядом с Ареном, но я уже не видела в этом ничего страшного. Что-то во мне здорово изменилось и после того случая с Софией, и после нашей с Роном работы над тайной родовой магии. Я по-прежнему была уверена в том, что император – страшный человек и манипулятор, каких ещё поискать, но больше не испытывала по этому поводу негодования.

– Доброе утро, ваше величество, – поздоровался Берт, подходя ближе. Он никогда не называл Арена по имени на людях и сейчас не изменял своей привычке – хотя люди были далеко, да и не уверена я, что они могли слышать наш разговор. – Вы заняли лучшие места, как я посмотрю.

– Я старался, – ответил император абсолютно серьёзно, но в его насыщенно-чёрных глазах почти без белков я увидела насмешливый блеск. – Жаль, что здесь не разносят напитки и мороженое, как в цирке. Я не успел позавтракать. Доброе утро, Эн.

– Доброе, – я постаралась улыбнуться, хотя всё сильнее нервничала. – Берт, а сколько осталось до испытания?

– Три минуты. – Муж поднял мою ладонь, поднёс её к губам и поцеловал, заглядывая в глаза с нежностью и улыбаясь. – Я пойду вниз, пора. Не переживай, всё будет хорошо. Это не смертельно.

– Для тебя – да, – лениво заметил император. – Но другие об этом не знают, поэтому не смотри на мир настолько безмятежно, иначе меня заподозрят в том, что я тебе помогаю.

Я не выдержала и фыркнула, да и Берт непроизвольно улыбнулся.

Да, всё так – огонь, сквозь который моему мужу предстояло пройти в финале испытания, порой убивавший соискателей на звание архимагистра, в любом случае не мог ему навредить. Но до этого момента тоже ещё нужно было добраться…

Впрочем, забавность комментария Арена была не только в этом. Он ведь и правда помогал – его кровь наполняла каждый из трёх амулетов Берта. Да, правилами это было не запрещено, но всё же…

– Иди, Берт, – сказала я тихо и поцеловала мужа в щёку. – Я буду ждать тебя. И без победы не возвращайся!

– Так точно, – засмеялся муж, развернулся и пошёл вниз по лестнице, уже не оглядываясь. Я проводила его взглядом, вздохнула и подошла ближе к императору.

Я не видела Арена пару месяцев – с тех пор, как мы с Роном завершили свою работу, дальнейшие исследования уже не были нашим делом. Точнее – моим делом. Друг, насколько я помнила, согласился остаться в комиссии по изучению родовой магии в качестве консультанта.

– Когда я видела вас в последний раз, вы выглядели гораздо хуже, – честно объявила я Арену, и уголки его губ приподнялись в ироничной усмешке. – Как поживает София?

– Ты вполне можешь зайти в гости во дворец и спросить у неё сама, – ответил император мне в тон. – Она будет рада. И Агата с Алексом тоже.

– Как только Берт вновь станет архимагистром, я обязательно воспользуюсь этим приглашением. По правде говоря, я была во дворце, но…

– Но в библиотеке. Я в курсе. Кстати, поздравляю тебя с защитой, магистр Эн Арманиус.

– Спасибо, – поблагодарила я искренне и, поколебавшись, совсем тихо добавила: – Арен.

Он на мгновение удивлённо вскинул брови, но сказать ничего не успел – раздался звон гонга, и это значило, что испытание началось.

11

Берт

Страха не было совсем. Только лёгкое волнение. Какой уж тут страх, если за последние девять месяцев случилось столько всего по-настоящему страшного… А тут – всего лишь испытания на звание архимагистра. Даже не смертельные. Будет сложно, но по сравнению с тем, что Берт пережил в День Альганны, снимая с Арена Венец – ерунда.

Арманиус бросил краткий взгляд на Эн и улыбнулся. Один её вид – нежно-бежевое платье, чуть наметившийся живот, аккуратно уложенные волосы, блеск серебряной заколки в виде дубового листка – умиротворял и приносил в его душу столько счастья, что остальное казалось нелепым. Ведь главное он уже получил – так зачем ему ещё и это звание архимагистра?..

Но нет. Нужно. Обязательно нужно!

Распорядитель состязания наконец ударил в гонг, и Берт сразу подобрался.

Что произойдёт дальше, было ему хорошо известно. Он уже проходил эти испытания, правда, так давно, что сам не мог вспомнить, в каком это было году. Но точно ещё до рождения Эн… Или нет?

По всему периметру арены начали расходиться другие маги – конечно, исключительно архимагистры. Аристократов среди них не было, и Берт не смог не хмыкнуть, осознав этот факт. Всё-таки Арен неисправим – несмотря на то, что всех до последнего заговорщика заперли в тюрьме, он решил подстраховаться и не рисковать жизнью Арманиуса. Убить мага во время испытаний – что может быть проще?

Шестнадцать магов, став по краям арены, кивнули Берту, и он ответил им таким же кратким кивком.

– Начинаем на счёт «три»! – объявил распорядитель испытания. – Раз, два… три!

Берта тут же со всех сторон окружила огненная стена, похожая на пламя Геенны. Только эта стена была гораздо меньше и замыкалась везде, даже сверху, помещая Арманиуса в своеобразную закрытую комнату для испытаний.

Да, архимагистры так и называли эту огненную ловушку – комната испытаний. Выйти из этой комнаты – значило, победить и получить звание.

Берт мог бы сделать это сразу, но знал, что подобное вызовет слишком много вопросов. Испытания обычно длились около пяти минут – именно столько времени он планировал провести в огненной комнате.

Но просто отдыхать здесь ни у кого бы не получилось, потому что стены из пламени были только финальной частью испытания. Задачей собравшихся по периметру арены магов было измотать того, кто находился в огненной ловушке, истощить резерв его магического контура, заставить потратить силу почти до последней капли. Такими были правила: только почувствовав, что сила растрачена, можно было выходить из комнаты. Шагать в огонь. Удивительно, но магов с полным резервом он всегда убивал, сжигая мгновенно и дотла. А тех, кто шагал вперёд, будучи пустым… не всегда. Хотя смертельные исходы случались. Но обычно тех, кто не прерывал испытание и доходил до конца, ждал успех. И – иммунитет к огню.

Да, только после прохождения этого испытания у магов появлялись способности архимагистров сжигать до пепла что угодно и не бояться никакого огня, в том числе огня Геенны. У Берта и сейчас были эти способности, поэтому финальный шаг не мог обернуться фатальной катастрофой. Куда большие неприятности доставит то, что придётся пройти перед этим.

Маги начали посылать в сторону огненной ловушки заклинание за заклинанием, каждое из которых огненные стены с охотой пропускали внутрь, но не выпускали обратно – Берту следовало превращать всё в огонь, чтобы отправить огонь к огню и заставить его впитаться в пламенные стены, раз уж нет возможности запульнуть ответным ударом по собравшимся магам. А так как заклинания были совмещёнными, то есть, сотворёнными сразу всеми участниками испытания, сделать это было непросто.

Первой в Берта полетела сеть, и Арманиус хмыкнул – видимо, среди собравшихся магов всё-таки оказались те, которые совсем не желали ему победы. Даже наоборот – хотели опозорить. Связать сетью соискателя на звание архимагистра – неслыханное унижение!

Берт, скрипнув зубами и поморщившись от досады, всё-таки превратил сеть в огонь и заставил его стать частью стены. Он знал, что смог бы и отправить сеть обратно, связав нахалов – вот был бы сюрприз! Но император за подобные шутки по голове не погладит.

Ещё одна сеть, и ещё. А потом громкий голос Арена:

– Напоминаю вам, дорогие архимагистры, что не стоит злоупотреблять моим терпением.

Император замолчал, но слов и не требовалось – Берт, как и все присутствующие на испытаниях, помнил, что нельзя использовать одно и то же заклинание больше трёх раз. Даже два раза были редкостью, а уж три! «Дорогие архимагистры» совсем обнаглели.

Несколько секунд передышки – и Берта попытались залить водой, но как-то не в полную силу. Арманиус сразу насторожился, и не зря – водный поток сотворили только восемь магов, остальные восемь создали огненный.

– У вас плохо с теорией, дорогие архимагистры, – насмешливо сказал Берт, зная, что его услышат, и уничтожил оба заклинания. – Иначе вы помнили бы, что противоположная энергия стихий, совмещённая в один поток, самоуничтожается.

Среди зрителей кто-то расхохотался, и Арманиус с неожиданным весельем узнал голос – это был Гровер Грэдаар, один из преподавателей боевой магии в его университете.

– Так их, Берт! – крикнул Гровер следом. – Чтобы не задирали свои длинные носы!..

Грэдаар архимагистров, судя по всему, разозлил – потому что после этого замечания они начали швыряться заклинаниями без передышки, явно стараясь сломить Арманиуса если не силой, то скоростью. Но вот уж чем нельзя было сломить охранителя, хоть и бывшего, так это скоростью.

И Берт всё отбил – хотя это было сложно, даже вспотел весь. Пот тёк и по лбу, и по щекам, и по подбородку, и Арманиус ощущал, что рубашка прилипла к мокрой спине.

Ему становилось жарко – он ощущал, что энергетический контур в семь магоктав, оставленный Берту в наследство после посещения Геенны, на пределе. И несмотря на то, что сила из амулетов, горячих, как пепел на плато во время активации огненной стены, текла в энергетический контур Арманиуса непрерывным потоком, он чувствовал, что тот всё равно на грани слома.

Слишком высока была нагрузка. Что ж, значит, Берт прав – охранителем ему больше никогда не быть.

– Пять минут! – завопил распорядитель, и Арманиус, сдержав стон облегчения, отбил последнее заклинание – поток жаркого воздуха отправился в огонь, заставив его вспыхнуть, – а затем шагнул вперёд.

Яркий, даже почти ослепительный свет.

Полнейшие молчание зрителей.

А затем…

– А-а-а-а! – заревело человеческое море – то ли разочарованно, то ли восторженно, – но даже в этом невыносимом гуле, от которого хотелось зажать уши, Берт явственно услышал счастливый визг Эн и насмешливый голос императора:

– Звание архимагистра подтверждено.

12

Берт

Дальнейшее смешалось в его сознании в одну разноцветную, громкую и воодушевлённую кучу событий. Поздравления, рукопожатия, объятия, улыбки, искренние и не очень, радостные глаза Эн, её мокрые от слёз щёки, и горячий шёпот на ухо:

– Ты – самый лучший!

Арманиус от слабости с трудом на ногах стоял, но изо всех сил старался держаться – нельзя было показывать, насколько его вымотало это испытание и как он мечтает просто рухнуть на какую-нибудь горизонтальную поверхность – да хоть бы и на пол! – и вздремнуть.

Они ушли из управления только через час – точнее, вырвались оттуда, – и сразу, как только добрались до дома, Эн повела Берта в спальню.

– Быстро умывайся и ложись, – бурчала Эн строго, как никогда напоминая сейчас себя в те дни, когда пришла лечить его. – Ты едва на ногах стоишь. И амулеты сними, от них только лишняя тяжесть.

– Не ворчи, – усмехнулся Берт и крепче приобнял жену. – И не уходи никуда. Я хочу спать с тобой.

– У тебя остались на что-то силы? – Эн смешливо округлила глаза, уже не краснея – за полгода брака привыкла к его пошлостям.

– Просто спать, – Арманиус ласково погладил её по спине. – Пока ничего больше.

– А жаль… – лукаво изогнула брови Эн, и Берт расхохотался.

.

Арманиус проснулся через несколько часов оттого, что Эклер – котёнок-тигрилла, его подарок Эн на день перемены года, – ходил по одеялу и, меняя цвет шкурки, забавно пританцовывал.

Снизу слышались чьи-то голоса, и Берт, вскочив с кровати, быстро надел халат и поспешил встречать гостей, даже не побеспокоившись о своём внешнем виде – гости-то незваные.

Точнее, гость.

В прихожей обнаружился его высочество Арчибальд. Они с Эн улыбались друг другу, мирно беседуя, и Берта на мгновение накрыло ревностью – как раньше, когда Эн ещё не была его женой.

Но всё прошло, как только она подняла голову и, заметив Берта, ликующе воскликнула:

– О, ты проснулся! А я думала, что ты проспишь ещё несколько часов, говорила его высочеству, чтобы он зашёл позже.

– Я сегодня иду в театр, – спокойно ответил принц, глядя на Арманиуса с такой благодушностью, что Берт даже засомневался – уж Арчибальд ли это? Двоюродный брат императора раньше его терпеть не мог и всегда смотрел на Берта с лёгкой холодностью. – Не хотите со мной? В Императорском театре сегодня премьера. В главной роли Айрин Вилиус.

– А кто такая Айрин Вилиус? – поинтересовалась Эн со своим обычным детским любопытством и слегка смутилась, когда и Берт, и Арчибальд расхохотались. – Эм… я спросила что-то не то?

– Всё то, – ответил его высочество, отсмеявшись. – Просто сразу заметно, что ты не читаешь светскую хронику. Айрин – прима Императорского театра. Мы с ней встречаемся, и я собираюсь сделать ей предложение этой осенью.

Лицо Эн озарилось радостью.

– Как замечательно! Я так рада за тебя! – сказала она с пылкой сердечностью и вновь посмотрела на Берта. – Пойдём на спектакль? У тебя есть силы?

– Для того, чтобы смотреть спектакли, много сил не нужно, – ответил Арманиус, улыбнувшись жене, и обратился к Арчибальду: – Извини, что встречаю тебя в халате.

– Ничего страшного, я и не ожидал увидеть тебя при параде, – хмыкнул его высочество. – Просто хотел поздравить. Я не был на испытаниях. Думаю, вы заметили. Час назад вернулся с севера. У Айрин сейчас всё равно репетиция, поэтому решил сначала зайти к вам.

– Спасибо за поздравление, – кивнул Берт искренне. Он не ожидал подобного поведения от Арчибальда, и за это отчего-то сейчас было стыдно. – Большая честь для меня.

Его высочество кивнул в ответ и, уточнив, что будет ждать их обоих в своей ложе к семи часам вечера, удалился.

– С ума сойти! – тут же выпалила Эн, как только Арчибальд ушёл, и даже подпрыгнула от возбуждения. – Актриса! И он хочет жениться! Интересно, какая она?

– Красивая, наверное. Актрисы обычно красивые.

– Ну, этим Арчибальда не впечатлить, – фыркнула Эн. – Так! – Она вдруг нахмурилась. – А у меня вообще есть платье, подходящее для антуража Императорского театра?..

– Сегодняшнее, в котором ты была на испытаниях, вполне подойдёт.

– Да? – Она оживилась. – А то мне не хочется идти за покупками. Кроме того, я очень голодна. Будешь обедать?

Берт кивнул и, сойдя с лестницы, заключил Эн в объятия, уткнувшись лицом ей в шею и закрывая глаза.

– Ты сильно волновалась за меня сегодня? – спросил он, чувствуя, как она нежно гладит его рукой по затылку.

– Ещё спрашиваешь… Смотри!

Берт приподнял голову и уставился на ладонь, которую показывала ему Эн.

Вся кожа была в мелких царапинах – словно в следах от ногтей.

– Постоянно щипала саму себя, чтобы отвлечься и не побежать бить этих чванливых архимагистров по головам! – выпалила она возмущённо. – Специально завалить тебя хотели. Если бы не император, может, и побежала бы, кстати. Но он периодически хватал меня за шиворот, как котёнка.

Арманиус представил эту картину и рассмеялся.

– Он теперь назначит тебя главой Совета архимагистров, – сказала Эн, вновь посерьёзнев, и вздохнула.

– Даже не сомневаюсь, что назначит. Не могу сказать, что я в восторге, но… мне не хочется отказывать Арену, хотя формально я имею на это право.

– Не надо отказывать. Этой, с позволения сказать, гнилой структуре, давно нужен хороший руководитель!

– Вот и император так же рассуждает, – признал Берт. – И знаешь, несмотря на то, что я не в восторге, это всё равно льстит.

– Понимаю, – серьёзно кивнула Эн. – Даже когда я ненавидела его величество, мне льстило, что он выделяет меня из других. Совсем немного, но льстило.

– Это хорошо. Значит, ты не лишена человеческого тщеславия. У моей невозможной Эн есть недостатки!

Она засмеялась и ткнула его локтем в бок.

13

Эн

Впоследствии много всего случилось. Разумеется, не настолько увлекательного, как в месяц, предшествующий покушению на императора в День Альганны, но я не жаловалась – мне гораздо больше нравилось жить, не ощущая себя героиней сказки, хоть и со счастливым финалом. Я ведь никогда не любила сказки.

На базе нашего с Байроном открытия в Императорском госпитале было создано целое отделение с исследовательской лабораторией. Валлиус назвал его просто «вторым терапевтическим отделением», но все знали, в чём особенность пациентов, которые лечатся там. Все они были экспериментальными пациентами, на которых мы изучали влияние родовой силы на различные повреждения. Туда же переместили всех моих «безнадёжных» больных из числа охранителей. Заведующим отделением главврач назначил меня, а Байрон стал моим заместителем. Но к тому времени, как это всё случилось, подобное уже не являлось сильным ударом для его самолюбия.

Как мы с Бертом и предполагали, его величество отдал моему мужу должность главы Совета архимагистров. С учётом того, что Берт вернулся к активному преподаванию в университете и вёл тренировки в штабе охранителей на севере, дел у него после этого оказалось ничуть не меньше, чем у меня, а то и больше. Он всегда и везде был востребован, а в университете популярен настолько, что я не могла сдержать улыбки каждый раз, когда видела направленные на Берта восхищённые взгляды. Я понимала их, как никто другой, восхищаясь своим мужем даже сильнее, чем все вместе взятые студенты.

С Айрин Вилиус я подружилась в первый же вечер после первого же увиденного спектакля, где она играла главную роль. Айрин стала женой его высочества Арчибальда в начале октября, в разгар яркой и тёплой осени, и свадьба эта была одной из самых роскошных в империи. Я тоже была на ней, несмотря на то, что мой живот к этому времени перешёл в активный рост и уже пытался наползти на нос. Но отказать Арчибальду и Айрин у нас с Бертом не получилось – мы слишком уважали их обоих, поэтому честно отсидели всё торжество за столом рядом с новобрачными в качестве почётных гостей.

Наш сын родился ровно через два месяца, в начале декабря. В этот день затянувшаяся осень наконец сменилась снежной зимой, солнечной и морозно-свежей, и я, отмучавшись после тяжёлых родов, с удовольствием смотрела на вечернюю Граагу, утопающую в снегу. Город был похож на пряничный домик и сказочно красив в свете фонарей.

Пару недель назад Арен утвердил первое дополнение к закону о титулах, по которому детям, рождённым в браке между аристократом и нетитулованной, разрешалось давать имена на любую букву алфавита. Фамилии, к сожалению, должны были оставаться унифицированными, храня в себе часть формулы с Венца Альго. Но строгость с именами была отменена.

Таким образом в Альганне появился первый аристократ с именем Эдвард.

Эдвард Арманиус.

У нашего сына была родовая магия, а его резерв составлял девяносто пять магоктав. Совсем как у Берта до его визита в Геенну.

Не знаю, что будет с Эдвардом дальше, но пока он – просто сладкий маленький мальчик с тёмно-карими глазами. Точь-в-точь как у его отца, да.

Хотя Берт утверждает, что упрямый до невозможности взгляд, каким порой награждает нас Эдвард, сын унаследовал от меня.

октябрь 2023 г.