Текст книги "Песочница, или Как-то встретились в корчме… (СИ)"

Автор книги: Анна Серченя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Так ты самородок[1]?

– Как и ты, не правда ли?

– Типа того, – усмехнулась преступница. – Но я неофициально.

– Почему? – удивился парень. – Это ведь обычно торжественно признается, грамоту тебе выписывают, на доску почета вешают и так далее.

– Магия подчинения у меня была сильная, но все же стандартная. А играть я начала только с магией уничтожения.

– И как с ней можно играть?

– Ну, например, какого цвета кучка пепла останется или какая часть тела превратится в пыль первой.

– Брр, – передернуло парня. – Не хочу это слышать. Приготовишь что-нибудь другое?

– Обойдешься, – зевнула падшая.

– Но что же мне тогда есть?

– Можешь подобрать с пола.

Диего страдальчески вздохнул, развернулся, вышел из кладовки и пошел второй раз обшаривать кухню. Падшая вышла за ним и устроилась за столом, походя метнув тесак в висевшую на стене большую деревянную доску так, что он застрял в ней намертво.

Вернувшись минут через десять, парень бухнул на стол перед Лексаной банку с кофе и какие-то черствые булочки и слегка умиленно взглянул на преступницу: девушка спала, положив голову на руки.

– Эй, – он слегка потряс ее за плечо и тут же взвыл: Лекса заломила ему руку и только после этого открыла глаза. Сфокусировавшись на лице Диего, она рассмотрела его сжатые зубы и неестественную бледность, затем перевела взгляд на его захваченную руку и, наконец, отпустила. Диего принялся трясти освобожденной рукой и фукать на нее.

– Не делай так больше, слышишь? Я обычно у таких непрошенных будильников руку с корнем из сустава вырываю. Но сейчас я крайне не в форме, – Лексана устало прикрыла глаза и вытерла пот со лба. Выглядела она и правда неважно.

– Я сварю кофе.

Ангел пошел хозяйничать, и вскоре на столе дымились две чашки со свежесваренным напитком. Развернутая кастрюля так и осталась лежать немым укором двум непрошеным гостям. Преступница взяла чашку, отхлебнула, довольно улыбнулась и взяла булочку. Разговор, который, казалось бы, должен был сам проклюнуться, никак не завязывался – беглецы сильно устали и проголодались. И только утолив голод и сидя уже со второй чашкой в руках, Лексана посмотрела на Диего:

– Давай, рассказывай все, что я пропустила. Где мы вообще?

Попивая кофе и сладко щурясь от удовольствия, Диего начал:

– Мы в богатом районе города, между гостиницей и переходом. У меня было не так много времени, чтобы найти место, где мы могли бы спрятаться, а тут как раз уезжал хозяин. Поэтому я сразу после его отъезда вскочил в дом, заморозил всех и тогда уже начал тебя лечить, – падшая одобрительно кивнула, пожевывая булочку. – Кстати, после того, как ты пошла собираться, я заскочил в лавку сувенирную! Кое-что нашел для тебя.

Парень жестом открыл пространственный карман и извлек оттуда кулон на серебряной цепочке в виде свернувшейся змеи. Глазки-изумруды блеснули в свете лампы.

– Достань все оставшиеся у тебя трансформаторы, – попросил он.

Падшая достала из своего пространственного кармана шесть меняющих цвет рун из непонятного материала: твердого, но хрупкого, готового сломаться при необходимости и превратить сломавшего во что угодно. Она устало смотрела, как истинный «втер» все руны в этот кулон, а потом что-то колдовал над ним.

– Вот, – протянул ей слегка заискрившееся украшение Диего. – Теперь это оборотный амулет. Когда он начнет заметно искрить – это значит, что его осталось на превращений десять. После этого надо будет его подпитать. Ты наверняка слышала, как обращаться с такими.

Падшая приняла кулон и недоверчиво посмотрела на Диего:

– И ты хочешь сказать, что только что на коленке собрал такую дорогую вещь и просто мне ее … даришь? А ты точно оборотник сделал? – она подозрительно посмотрела на подарок.

Оборотные кулоны были очень сложны в создании и из-за этого стоили неимоверно дорого, но были гораздо более удобными и долговременными. Встретить искажателя такого уровня, чтобы он смог сконструировать оборотник за несколько минут, да еще и получить его задаром, было невероятной удачей! И в то же время Диего мог зачаровать амулет так, что при попытке трансформации активируется какое-нибудь неприятное заклятие, которое убьет ее, искалечит или изуродует – да мало ли гадостей в мире! И все они сейчас могли находиться у нее в руке. Лексана слишком много натыкалась на грабли, чтобы так просто купиться.

– Попробуй первый, – и требовательно протянула амулет ему.

Диего со вздохом взял его, поставил чашку на место и на мгновение задумался, в кого бы превратиться.

– Ого! Так незаметно прошло. А с одноразовыми трансформаторами с этим накладки – искрят сильно. Хех, ну что ж, «Дей», – усмехнулась краем губ падшая, – вроде бы не обманул, верю. Разоборачивайся.

«Дей» криво улыбнулся в ответ, из его рта вытекла струйка крови – и он упал.

Внутри была пустота. Настолько глубокая и пронзительная, что она начала всасывать в себя то, что было снаружи. Боль заставляла тело корчиться, но мышцы не слушались – тело лежало неподвижно, разрываясь на куски изнутри. Это была пытка без начала и без конца. Но однажды тело разрушится, понимал измученный разум, и тогда придет покой. Вечный. Боль потихоньку стала затихать, становиться тупой и ноющей. От тела осталось так мало, что оно было уже не способно чувствовать все оттенки боли. Покой близок. Вот, конец уже почти тут, он золотистый, теплый, расплывается по измученной оболочке, даря покой. Я так устал…

Открыв глаза, Диего сначала не сориентировался, где он. Потом вспомнил и удивился: неужели он остался жив? Он ведь помнит, как его тело умирало, помнит тот золотистый теплый свет, что провожал его в мир иной. Так почему он до сих пор жив? В том, что это не мир иной, парень понял по спокойно спящей рядом Лексане – они снова были в той комнате, которую Диего занял, вторгнувшись в особняк.

– Лексана, – прошептал он и тихонько потряс девушку за плечо, готовый тут же убрать руку. Ее глаза тут же открылись.

– Диего? – голос был чуть хрипловат, с нотками беспокойства. – Как ты себя чувствуешь?

– Неплохо, – с удивлением отметил истинный. И растерянно посмотрел на преступницу: – А почему я не умер?

– Я сначала решила, что ты все-таки хотел меня убить этим кулоном, но не ожидал, что я попрошу тебя первым его проверить, и решил принять смерть с высоко поднятой головой. Но потом сообразила, что ты всего лишь потратил очень много сил и вспомнила твои слова об ауре. Я выпила капсулу кертала[2] и увидела, что у тебя внешних сил[3] не осталось вовсе, а аура вся в каких-то дырах. Ты дурак? Ни за что нельзя доводить себя до такого состояния, ты чудом не умер. Повезло, что у меня была бутылочка снадобья, восстанавливающего ауру. Две трети было, и все на тебя извела.

Диего смотрел на нее, широко открыв глаза. Снадобье, восстанавливающее ауру, было сложно купить, если только ты не работал в области, требующей большого и не всегда прогнозируемого расхода магии (как ангелы-каратели, например). Оно было не во всех лавках и стоило очень дорого, а все потому, что на его создание у мастеров-зельеваров уходило по пять-семь лет и очень много труда. Из-за этого тратить его только на себя не считалось дурным тоном даже среди ангелов. Так почему она потратила почти все на него?! Она ведь... падшая! Она не знает ни жалости, ни сострадания, ни благодарности. Напарник в усекновении Кисаро ей не особо нужен, при необходимости она и сама отлично справится, в этом ангел был уверен. И все же она сделала это, а сейчас сидела и смотрела на него уставшими глазами. Судя по рассвету за окном, прошло не менее шести-семи часов. И почти все это время она присматривала за ним. Это Диего знал из собственного опыта: ему приходилось точно так же выхаживать соратников после повреждения ими ауры. Стоило отвлечься хоть ненадолго – и они пытались всячески навредить себе, покончить с собой, чтобы только прекратить мучительную боль. Они подолгу лежали без движения, накапливая силы, а потом делали резкий рывок, непонятно как на чистой земле находили единственный камень и пытались поймать его виском. И при этом они находились без сознания! Успокоиться и оставить их наедине с собой можно было только после того, как снадобье до конца залечивало ауру и организм переставал терпеть пожирающую боль.

– Ну, ты скажешь наконец хоть что-нибудь? Или еще не до конца в себя пришел?

– Я… – попытался сказать парень, но раздался только невнятный хрип. Прокашлявшись, он попробовал еще раз: – Я хочу попросить у тебя прощения.

Лексана недоуменно сдвинула брови.

– Я был уверен, что в тебе практически не осталось никаких добрых чувств. Хоть я и судил не только по тому, что ты падшая, но и по твоим поступкам, я все же знал тебя слишком мало. Ты спасла меня, хотя могла просто уйти с амулетом, убедившись, что он работает как надо.

– Я ведь сказала, что не забуду, – твердо сказала девушка. На большее ее не хватило, и она устало упала на подушки. – Правда, не ожидала, что ответно помогать придется настолько скоро.

– Лексана?

– Ммм?

– А какие отношения связывали вас с Нирхором? Вы ведь точно встречались раньше и расстались явно не приятелями.

– Это долгая история. Но мы, я так понимаю, никуда не торопимся, – разрушительница легла на бок лицом к истинному, подложив под голову пару подушек, чтобы быть повыше. – Помнишь, я рассказала про мое последнее задание? Когда после суда мне вкололи сыворотку и отправили в камеру? – дождавшись кивка, девушка продолжила: – Вот в тюрьме я и познакомилась с Нирхором…

Лексана сидела на холодном полу и куталась в белые крылья. За тюремным окошком занимался рассвет.

– Я выдержу, осталось чуть-чуть, я выдержу, – как заведенная, качалась и бормотала она.

Скрипнула открывшаяся дверь, и в камеру скользнул инкуб. Лексана знала его, потому что сама не так давно участвовала в операции по его поимке. Выглядел он неважно, но самоуверенный вид по-прежнему был при нем.

– Приветик! – расплылся он в гаденькой улыбочке.

– Нирхор! Как ты тут оказался?! – насторожилась и подобралась истинная.

– Ну как тебе сказать… Понимаешь, мне тут предложили свободу в обмен на чистоту твоих крыльев.

– Кисаро?

– Ну а кто же? – усмехнулся инкуб. – Кому еще нужны твои крылья? Поэтому не сопротивляйся, и тогда я достану твою душу гораздо быстрее и безболезненнее! – и с этими словами он погрузил ей в грудь ставшую бесплотной руку. Девушка охнула и перестала дышать, когда его рука схватила ее душу – будто поток вдыхаемого воздуха стал осязаемой тросточкой внутри нее, и Нирхор ухватился прямо за нее. Лексана подняла на инкуба взгляд. Тот посмотрел на нее с некоторой долей сочувствия: он видел, что она понимает, что сейчас будет. В ее глазах было намешано столько всего: и мольба, и неверие, и отчаяние, и в то же время желание бороться.

– Не волнуйся, я всего лишь подправлю ее цвет и верну на место, крошка! – и демон начал медленно вытягивать ее душу наружу. Карательница страшно завопила, забила крыльями, начала вырываться, драться, кусаться, но инкуб не собирался упускать свою жертву. Краем глаза Лексана видела, как медленно сереют ее крылья. От боли и обиды на глаза навернулись слезы, и она потеряла сознание.

– Когда я очнулась, надо мной стоял довольный Кисаро, а рядом сидел тюремный врач. А я лежала и не могла пошевелиться, как сломанная кукла. А крылья у меня стали чернее черных, вот так вот.

– Я знаю, что демон прикосновением может поменять цвет души ангела на черный, – медленно произнес Диего, – но я также слышал, что и ангелы могут прикосновением поменять цвет души на белый. А могу я, как ангел, поменять цвет твоей души, как считаешь?

– Я знаю, что нет. Не любые ангелы и демоны меняют души. До души надо добраться, ее надо достать, а это могут только ангел-лекарь и демон-искуситель, инкуб. И даже твое прокачанное донельзя искажение тут спасует. Но, – усмехнулась девушка, – спасибо за предложение, очень мило с твоей стороны.

– Жаль, – грустно опустил глаза истинный.

– В любом случае, это не исправило бы всего, что я сделала. Поэтому и обеление было бы нечестным, – пожала плечами преступница. – Ангел-лекарь был мне нужен тогда, в самом начале. Но я не нашла никого вне Феары, поэтому все вышло так, как вышло.

– Это так, – вздохнул Диего. – А вообще, как интересно получается: как только мы решили свести счеты с Кисаро, так сразу и Нирхор нарисовался, правда?

– Да. Но тем лучше. Сразу минус две проблемы. У меня их и так слишком много.

После этого воцарилось тягостное молчание. Преступнице нечего было добавить, а Диего ответить. За окном светлело. В особняке спали двое беглецов.

Парочка ангелов средних лет подошла к пограничному пункту у перехода на Феару. Проверяющий тщательно изучил их документы, не нашел, к чему придраться, и пропустил к сканеру, а сам в это время принялся проверять следующих ангелов. Точнее, ангела. Улыбчивый беловолосый юноша был на фотографии серьезным, но однозначно настоящим. В подлинности документов, а тем более жетона, светящегося зеленым в руках ангела-карателя Диего Аруа можно было не сомневаться.

– Добро пожаловать домой, – и пограничник указал на как раз освободившийся сканер личности.

– Благодарю Вас, – улыбнулся парень и проследовал вперед.

– Господин, приветствую вас! Ставьте ваш рюкзак сюда, пожалуйста, вот так, а сами становитесь вот на эту платформу, отлично. Это займет совсем немного времени.

Пока его сканировали, Диего с интересом осматривал пункт перехода.

– Сканирование завершено, нарушений не найдено, – бодро отрапортовал молоденький пограничник. – Счастливого пути, вам туда!

Улыбнувшись в ответ, Диего подошел к мерцающему переходу и расправил крылья, но тут взвыла сирена. Он обернулся и увидел, как испуганно замерла женщина у прохода. К ней устремились пограничники.

– Пожалуйста, – вежливо и убедительно попросил ее проверяющий, – пройдите через сканирующую рамку снова. Возможно, просто произошла ошибка.

Остальные проверяющие в это время усиленно сканировали территорию пограничного пункта.

– Господин, – окликнул Диего паренек, который сканировал его и его вещи, – проходите, не волнуйтесь.

– Да-да, – кивнул тот, – уже иду.

Он взмахнул крыльями и взлетел, ринувшись с потоками перехода вверх с невообразимой скоростью. Никто и не заметил, как перед взлетом ему на плечо присела бабочка. Небольшая алая бабочка.

– Не думала, что ты способен на настолько качественную трансформацию, что меня никто и не заподозрил при сканировании, – восхищенно произнесла Лексана, но тут же добавила: – Хотя, когда я влетела на территорию погранпункта, меня засекли.

– Если бы не засекли, я бы разочаровался в нашей системе безопасности, – пожал плечами истинный. – А вообще я во время обучения в Академии получал дополнительные уроки у одного из лучших искажателей-трансформаторов и достиг немалых высот, – с гордостью сообщил падшей Диего.

Они шли по главной улице Родоса, столицы Феары, в сторону Карательной башни. Преступница, на этот раз в виде не бабочки, а темноволосой крупноватой истинной, только фыркнула в ответ на его бахвалу и перевела разговор на насущные проблемы:

– Сейчас нам надо пробраться в Судебную башню и добыть сыворотку истины, раз уж мы решили попробовать показать сущность Кисаро карателям.

– Мне страшно смотреть на твое лицо, оно скривилось в жуткой гримасе. Еще чуть-чуть, и на нас начнут обращать внимание, успокойся.

Недовольная, падшая все-таки взяла себя в руки.

– Значит так, план у меня такой. Мы наводим шума, туда сбегаются сотрудники Судебки, пусть не все, но многие. Дальше я пробираюсь в хранилище, а ты продолжаешь отвлекать от меня внимание. Когда я появлюсь, мы с тобой идем в Карательную башню как бы на прием к Кисаро. Как его дальние родственники, или друзья, или кто угодно…

– Как существа, желающие заключить с ним сделку. Только в этом случае он нас примет.

– Маловероятно, что он заключает сделки на территории башни. Можно легко проколоться.

– Можно. Но, насколько мне известно, у него идеальная репутация и он занимает очень высокий пост. Его никто не рискнет проверять, а наглость – второе счастье. И тем более смотри, зато у него нет никаких порочащих его встреч в злачных и недостойных его ранга местах.

– Хм, – задумалась Лексана, – может ты и прав. Хорошо, тогда под видом потенциальных клиентов. А там будем действовать по обстоятельствам. Нам надо проткнуть его мечом близко к сердцу, надо быть очень аккуратными. Ты понял меня?

– Понял. Только говори потише об этом, пожалуйста, – шикнул на нее истинный, настороженно оглядываясь, но на парочку никто не обращал внимания: город жил своей жизнью и не знал, что замышляется у него на глазах. – План ясен, приступаем.

Даже в Судебной башне есть обед. Был теплый день, и почти все сотрудники собрались наверху, на террасе, примыкающей к небольшой кафешке, чтобы перекусить и насладиться отдыхом. Охранники в дежурной комнате сменили друг друга. Отработавший ушел, радостно насвистывая, а его сменщик сел с чашкой чая у шаров-трансляторов[4], взял в руки книгу и тоже приготовился немного отдохнуть. Он взял в руки бутерброд, хлебнул из чашки и углубился в детектив, не заметив, как моргнуло и замерло изображение нескольких шаров, а звук стал какой-то повторяющийся.

– Ты точно все шары исказил?

– Да, все те, что могут нас засечь. Готова? Пошли.

Ангел-администратор на первом этаже Судебной башни подняла голову и приветливо улыбнулась вошедшей паре молодых ангелов. Девушка улыбнулась ей в ответ, но как-то криво, а парень незаметно оказался рядом с работницей за стойкой, дотронулся до нее, и ее время остановилось. Диего подхватил упавшую девушку и аккуратно усадил ее под стол, поставив табличку «Не беспокоить. Технический перерыв». На скептический взгляд Лексаны парень только пожал плечами: «Ну а вдруг прокатит?» Та не стала спорить и направилась к входу в основное здание башни.

Войдя во внутренние помещения, Лексана закрутила головой и довольно быстро отыскала неприметную дверку, ведущую в подземелье, к хранилищу сыворотки истины. Первоначальный план по созданию отвлекающего шума пришлось изменить, потому что истинный сообразил, что время обеденное, а значит, в башне будет мало ангелов, а потому можно все провернуть по-тихому.

Они быстро двигались вперед, и минут пятнадцать спустя наконец нашли, что искали. На двери хранилища были наложены чары, сходные с теми, что устанавливал Нирхор, – самовосстанавливающиеся.

– Дай-ка в этот раз я попробую, – отодвинула истинного в сторону Лексана.

Сконцентрировав в руках сферу разрушения, она отошла чуть назад и с ноги вынесла дверь. Сфера за время ее замаха и удара молниеносно перетекла на ногу, так что сеть защитных заклинаний разрушилась в считанные секунды. Протяжно завыла сирена.

– Оставайся здесь, – кинула Лексана и ринулась внутрь.

Запаниковавший Диего не смог ослушаться. Внутри тоже бухнуло, повалил черный дым, из которого выпала кашляющая падшая, что-то поспешно засовывающая в пространственный карман. Она схватила Диего и затянула внутрь.

– Теле.. кха.. телепортируй нас отсюда, кха-кха-кха!

Охранники, подбежавшие к вскрытому хранилищу, не рискнули войти внутрь. Часть из них отправилась прочесывать близлежащие помещения, а остальные сгрузились вокруг места преступления: вероятнее всего преступники все еще были там, и никуда им не деться, ведь в хранилище невозможна телепортация, а разрушить стены хранилища получится разве что у Старшего Архангела – защитные заклинания вплетались в них во время постройки самой башни. Осталось только дождаться, пока выветрится ядовитый черный дым – и преступление раскрыто! Белая вспышка ослепила их и тут же погасла. Моргая в попытках избавиться от пятен в глазах, ангелы загомонили и образовали плотную стену с мечами наголо, направленными в сторону камеры, – никак это обманный маневр, чтобы беглецы успели скрыться! Но на мечи никто не выскочил. Первым неладное почувствовал из наконец прибежавший командир. Он начал сканировать внутреннюю защитную сеть хранилища и обреченно застонал: она была вся в дырах, телепортироваться можно было без помех, что преступники несомненно и сделали.

– Фух, успели, – устало прислонился к дереву Диего. Рядом пыталась отдышаться Лексана. Они оказались в глубине городского парка, в месте, где Диего в юности прятался с друзьями от родителей. Ангелов тут ходило мало, так что можно было не опасаться лишних глаз.

– Я в какой-то момент думала, что так там и задохнусь. Открой-ка карман, – резко сменила тему падшая.

Парень послушно открыл свой пространственный карман. Девушка приоткрыла свой, воровато огляделась и быстро передала ему два меча:

– Чтобы не только я могла его пронзить. Один меч про запас, если с другим что-то случиться.

Диего сглотнул и кивнул.

– Пошли посмотрим, как там обстановка.

Принять новые личины было делом пары минут, но сегодня не все шло так гладко, как хотелось бы.

– Лексана, – обеспокоенно прошептал Диего, когда они шли по улице, – слишком много шума. Мы не сможем так же беспрепятственно все провернуть с Кисаро прямо сейчас. Надо переждать.

Девушка зло стиснула зубы.

– И где же ты планируешь пережидать? – ядовито спросила она, понимая, что напарник прав. – Может, у тебя тут тайное убежище припрятано? Или по барам пересидим, а?

– У меня есть квартира. Правда, я не знаю, что с ней стало после моей якобы смерти, но проверить стоит.

Лексана раздраженно обернулась, проводя глазами пробежавший мимо очередной отряд стражи, спешащий в Министерский район. Да, сегодня однозначно не стоило даже мечтать об удачной мести. Но если и правда немного переждать, то это может сыграть им на руку: похитителей сыворотки в башне Карателей точно искать не будут.

– Ладно, – решила она наконец, – веди.

Жилые кварталы тоже были оживлены. Ангелы высовывались из окон, переговаривались на улице, кто-то спешил в сторону центра. Диего тихо провел их к одному из домов, приложил к замку руку, но ничего не произошло.

– Они стерли мой след, разумеется! Зачем нужен доступ мертвому? Придется ждать ночи и пробираться втихаря, ничего не поделаешь.

Лексана дернула его за рукав, отвлекая от двери:

– Пойдем, пока нас не заметили.

2 часа ночи

– Лексана, давай сюда! Только тихо!

Падшая возникла рядом из темноты:

– Ну что там?

– В квартире все тихо. Окно закрыто.

– Сможешь открыть?

– Там стоит сигналка на распознавание чар.

– Щас.

Черный дымчатый ручеек невидимо пробирается сквозь оконную щель, добирается до скрытой от чужих глаз сигнализации – и уничтожает со слабым хлопком.

– Будет неловко, если квартиру продали, – с сожалением вздохнул Диего.

– Ой, хорош ныть! Это будет наименьшей из наших проблем. Настолько наименьшей, что вообще не считающейся!

– Понял-понял, не кипятись, тшш!

Ангелы затекли в комнату.

– Так, тут никого. Сколько тут комнат? – прошептала Лексана.

– Две.

– Тогда ты проверь вторую, а я остальную часть квартиры, – и падшая выскользнула в коридор.

Диего тихонько пошел из зала, куда они влезли, в спальню. Еле слышно скрипнула открывшаяся дверь – пусто. Предметы, такие родные, стоящие на привычных местах, порадовали – значит, вероятность того, что тут живет кто-то новый, очень мала.

Истинный повернулся, чтобы выйти в коридор, и столкнулся с Лексаной.

– Нашла кого?

– Не-а.

– Значит, мы тут одни. В спальне тоже пусто, – перешел с шепота на нормальный голос Диего. – Минутку, дай поставлю заслон, чтобы снаружи не было видно, что в квартире кто-то есть.

Вспыхнул белым защитный контур по периметру квартиры, и падшая щелкнула выключателем. Вспыхнул свет.

– Вот это да… – потрясенно проговорил Диего.

– А ты весьма хорош на этом портрете, – оценивающе изучив картину, сказала девушка. – Но черная ленточка тебе явно не идет.

На стене спальни висел огромный портрет Диего с траурной ленточкой в уголке.

– Дай-ка я ее уберу, – ангел решительно подошел к картине и сорвал приклеенную к раме ленту.

– Гораздо лучше, – кивнула падшая и огляделась. – А пыли-то нет. Значит, квартира не пустует. Это может быть проблемой.

– Сейчас два часа ночи. Если бы тут кто-то жил, он был бы дома, – возразил Диего.

– А если тут сейчас живет какой-нибудь молодой разгильдяй, который ночами предпочитает гулять?

– У нас нет в семье разгильдяев!

– А вдруг квартиру сдают?

– Тогда в спальне не висел бы мой траурный портрет!!

– Разумно, – вынуждена была признать Лекса. – Тут и родственнику стремно с таким соседством спать, не то что чужому. Хотя если задешево сдают…

– Лексана!

– Хорошо, хорошо! Пойдем проверим холодильник. Если еда есть, особенно начатая, тогда тут точно кто-то обитает.

– Пойдем проверим, – согласился Диего. – Но все равно запах в квартире какой-то застоявшийся, что ли, нежилой. Может, просто мама приходит убирать время от времени? – голос парня наполнился грустью.

– Скорее всего, – ответила с кухни Лексана. – Холодильник пустой, а значит, одной проблемой меньше. Ты спать хочешь?

– Да не особо, – повел плечами Диего. – Вообще чая бы выпил.

– А я бы кофе. Пошли на кухню.

Лексана достала из рюкзака купленные заранее продукты, а Диего тем временем поставил кипятиться воду и достал кружки. Всыпав в них кофе и заварку, Лексана села и посмотрела в окно.

– Так спокойно.

– Угу, я любил эту квартиру в том числе за тихий двор, – кивнул Диего, наливая в кружки кипяток. – Держи, – он поставил напиток перед ней, а сам с чаем сел напротив, откинулся на спинку стула и с удовольствием отхлебнул. – Красота, тепло.

– Ты замерз? А чего не говорил?

– Не замерз, просто прохладно стало к ночи.

– Ну да, немного, – согласилась падшая и тоже отпила кофе.

– О, погоди, сейчас вернусь! – подскочил Диего и устремился куда-то в комнату. Вскоре он вернулся с двумя махровыми халатами.

– Я так понимаю, один из них принадлежал твоей драной кошке, – подозрительно присмотрелась к ним девушка.

– Они чистые! – возмутился парень. – Но только ради твоего спокойствия… – парень встряхнул халатами, по ним пробежали белые искорки, и они стали выглядеть на порядок лучше.

– Теперь-то они точно чистые, а вот до этого я очень сомневалась! – Лексана приняла один из халатов и с удовольствием в него закуталась.

Некоторое время они молчали.

– Лексана?

– Чего? – лениво отозвалась та.

– А я правильно запомнил тогда, когда мы убегали, что стражники назвали тебя Каэл-Тир?

– Правильно.

– А почему? Откуда такое прозвище?

– Тот трусишка же объяснил: как убью, так сразу волос краснеет, – хохотнула преступница.

– Не смешно, – так угрюмо ответил парень, что Лексана поперхнулась смешком. – Тебе выделили персональную доску «Разыскивается» в управлении. Сверху твоя кличка огромными буквами, а под ней множество образов, в которых тебя успевали запечатлеть. Но ни на одном не было твоей настоящей внешности, иначе я бы тебя узнал, само собой.

– Во-первых, клички у собачек, а у меня прозвище, – прорычала девушка. – А во-вторых, уж не намекаешь ли ты на то, что придешь в управление и нарисуешь им мой портрет?

– Не нарисую.

– Что так? Рисуешь плохо? – издевательским голоском осведомилась разрушительница.

– Нет, просто это было бы предательством после того, как ты спасла мне жизнь, – убежденно ответил ангел. Лексана поджала губы и промолчала.

– Каэл-Тир переводится с древне-эроганского как Кровавый Волос, – наконец ответила она.

– Так это прозвище действительно связано с волосами и кровью? – удивился Диего. – Как интересно. У тебя с рождения такие пряди?

– Нет, конечно, – хмыкнула девушка.

– Значит, ты их красишь? Не краснеют же пряди после убийств.

– Нет, конечно. Только никому не говори, – хихикнула падшая. – А то легенду мне испортишь. Я не крашу их, нет. Они и правда сами краснеют потихоньку. Видимо, влияние частых перевоплощений. Учат же, что перевоплощаться можно не чаще пары раз в месяц не дольше, чем на пару суток подряд, иначе произойдут необратимые и непредсказуемые изменения во внешности. А у меня нет такой возможности – ходить постоянно в своей родной шкурке. Но ничего, мое изменение мне очень сыграло на руку, – довольно улыбнулась она.

– Ого, – оторопело ответил ангел. – Я, конечно, знал об этом ограничении, но никто ведь не воспринимает его всерьез!

– Да, потому что кто-то может эксперимента ради начать часто и надолго перевоплощаться, но чаще всего им достаточно быстро надоедает, и организм потихоньку восстанавливается. Или изменение мизерное происходит, новая родинка, например.

– Да. Мне жаль, что тебе приходится все время скрываться, – тихо произнес Диего.

– Вот только жалости мне не надо! Диего, это был мой выбор, твоя жалость его дискредитирует.

– И правильно делает, – пробурчал истинный.

– С твоей точки зрения – да. А с моей – не особо. Все-таки ты не был в моей ситуации и судишь поверхностно.

– В этом ты права. Но все равно я не могу принять такой выбор.

– А я тебя и не прошу, не беспокойся, – заверила его преступница.

Они снова отпили из кружек и похрустели сухариками. Посидели еще немного. Диего счастливо смотрел в окно. Лексана немного понаблюдала за ним и спросила:

– Рад, что вернулся домой?

– Очень! И очень хочу вернуться обратно к работе. Весь этот месяц я работал на гильдии, и все задания были разные и интересные, но я очень соскучился по работе карателя, – тряхнул он волосами.

– Я сначала тоже скучала, – задумчиво сказала падшая. – А потом поняла, что самым интересным было вместе с командой придумывать план действия и затем воплощать его в жизнь. А это все у меня было и с Руром. А вот всякой бумажной работы и бюрократии не было, – довольно улыбнулась воспоминаниям девушка.

– Бумажки я тоже не особо люблю, – признал Диего, – но иногда их заполнение – это приятное разнообразие.

– Ну как скажешь, мне это никогда не нравилось, – усмехнулась бывшая карательница.

Допив кофе и помыв кружку, Лексана предложила:

– Ну что, пошли тогда спать, что ли?

– Да, сейчас, – у Диего еще оставалось немного чая. – Я так понимаю, ты будешь спать на кровати?

– Да щас, сам со своим портретом спи, а я с тобой наспалась уже, спасибо. Я там в зале диван видела, вот на нем отлично и устроюсь, только подушку и одеяло дай.

– Да, конечно, – Диего поспешно допил чай и подошел к мойке.

– Я помою, иди ищи, – она забрала у него кружку. Диего кивнул, поблагодарил и пошел искать постельные принадлежности.

На следующее утро они уже заканчивали завтракать, когда на улице раздались голоса:

– Милая, тебе понравится квартира. Диего так ее любил, – в женском голосе зазвучали слезы. – Двор тихий, спокойный.

Ангелы переглянулись.

– Диего, это звучит так, будто твоей квартире сейчас будут устраивать смотрины, – произнесла падшая.

– Поэтому тут и была вся пыль вылизана. Лексана, быстро, убираем следы присутствия!