Текст книги "Поймай меня! Или моя полиция меня бережет (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

И, ловко орудуя названным инструментом, он в два счета открыл сундук.

Кажется, дыхание затаили все…

Мердок помедлил – и откинул крышку.

– Что это?! – неожиданно тонким для ее комплекции голоском выпалила Петрова.

– Цепь из серебристого металла, – сообщил Мердок, то ли отвечая, то ли продолжая диктовать протокол, – визуально похожего на…

– Алюминий? – недоверчиво перебил его понятой и ткнул пальцем в «клад». – Это что же, правда, алюминиевое все?!

– Вероятно, – недовольно подтвердил Мердок. – Руками не трогать! И да будет вам известно, что некоторое время алюминий был чрезвычайно дорог. К слову, куда дороже золота и платины. Следовательно, содержимое этого ларца было вполне сопоставимо с годовым бюджетом какой-нибудь весьма небедной страны. Однако после открытия промышленного способа его производства стоимость алюминия резко упала и украшения из него практически обесценились.

– Так это что – не сокровище? – разочарованно протянула Петрова.

Я даже на мгновение почувствовала себя виноватой. С другой стороны, я же не эксперт-товаровед, справки об оценочной рыночной стоимости не даю. А этот сундучок был спрятан именно как клад.

– Почему же? Сокровище, – не согласился Мердок. – Однако на данный момент оно представляет скорее культурную и историческую ценность…

Поучительную лекцию прервал господин Немо.

Зомби так тихонько стоял в уголке, у сейфа, что о нем все забыли. Как оказалось, опрометчиво.

Мертвяк потихоньку подобрался совсем близко… а потом цапнул из сундука полную горсть «сокровищ». И, взвыв, отшвырнул, тряся обожженной рукой и подвывая.

Похоже, в груде побрякушек оказались кое-какие амулеты… Или на умертвия действует не только серебро? Хорошая тема для научного исследования!

Далекие от науки понятые, чуть не сбив друг друга с ног, укрылись за столом, а Мердок шагнул к господину Немо.

– Тихо! – рявкнул он так, что зомби сразу умолк, только глаза округлил обиженно. – Зачем ты взял эти вещи?

– Сокровище! – как само собой разумеющееся, объяснил господин Немо. – Приказ! Взять сокровище!

– Как тебе передали приказ? – вмешалась я быстро. – Сюда кто-то заходил?

Зомби смотрел непонимающе, выпучив глаза, красные от полопавшихся сосудов.

– Новый приказ? – уточнил Мердок. – Чей?

Мертвяк замотал головой.

– Хозяин приказал. Сокровище! Я не выполнил. Я плохой зомби!

И совсем по-человечески закрыл лицо руками.

Мердок устало потер лоб.

Господин Немо вдруг опустился на колени и бухнулся головой о пол, да так, что паркет затрещал.

– Плохой зомби! Плохой! Убей зомби!

Мы с Мердоком переглянулись. Понятые таращились из-под стола, как очень испуганные, но очень любопытные мышки.

– Зачем убивать зомби? – серьезно спросил Мердок, присев возле него на корточки.

Тот вдруг отнял ладони от лица и посмотрел на следователя на удивление осмысленно.

– Плохой зомби не смог взять сокровище, – объяснил он отчетливо. – У плохого зомби теперь нет сил. Скоро совсем-совсем не будет!

И вновь завыл, обратив лицо к безмолвному потолку.

Хозяин велел добыть ценности, а я с помощью троллей помешала бедному-несчастному умертвию. Зомби терзала невозможность выполнить хозяйский приказ, и он ухватился за возможность загладить вину.

Мердок до белизны сжал губы и оглянулся на меня. Мы оба знали, что бывает, когда поднятые мертвецы лишаются притока силы от мага. Инстинкт самосохранения вколочен во всех живых так глубоко, что остается в памяти тела даже после смерти. И не-мертвые пытаются спастись, тянутся к любым источникам силы… Только умеют черпать ее лишь из чужих мучений.

Господина Немо надо было упокоить раньше, чем он начнет бросаться на посторонних граждан. Это наш долг, как полицейских.

Мердок поднялся, подошел к сейфу, отпер дверцу и взял с полки табельное оружие. Молча зарядил серебряными пулями и повернулся к зомби.

Тот умолк и смиренно опустил плечи.

Ничего себе «безмозглый мертвяк». Похоже, Кукольник как-то умудрился привязать душу к мертвому телу.

Но как же филигранно господин Немо играл идиота! Во всяком случае, лично я раскусить (и расколоть!) его не смогла. Да и Мердок при первом допросе ничего не заметил.

Жаль теперь так глупо лишаться законной добычи и единственной оставшейся ниточки.

– Не надо! – возразила я торопливо, вытянув вперед руку. – Не убивайте его!

– Отойдите, Стравински! – сквозь зубы велел Мердок, не переставая целиться. – Я вполне понимаю вашу жалость, однако…

– К Неназываемому жалость! – рыкнула я, подражая бабушке (жалкая пародия, признаю). – Давайте я отведу Немо к Ульву. Думаю, эльф сможет его подпитать.

– Вы не справитесь с зомби, Стравински, – заметил Мердок сухо. – При всем моем уважении к вам.

– Вот еще, – отмахнулась я. – Во мне достаточно бабулиной крови, чтобы суметь приказать. Хотя надеюсь, это не понадобится. Если не тянуть.

И с намеком кивнула на понурого зомби.

Долгий взгляд глаза в глаза – и Мердок отвернулся.

– Отвечаете за него! – бросил он.

– Головой? – усмехнулась я, протягивая руку господину Немо.

Сейчас для него и такая малость, как тепло кожи, будет очень кстати.

– Погонами, Стравински, погонами, – вздохнул Мердок. И добавил совсем тихо: – А вашу очаровательную головку я сам откручу, если не справитесь.

Я фыркнула – очень милый комплимент, ничего не скажешь! – и напомнила:

– Только как же протокол?

– Не вижу никаких сложностей, – пожал плечами он. – Поспешите, домовой. Обещаю, мы вас дождемся.

– Ждите, – разрешила я, поднимая с пола зомби.

«Жди меня, и я вернусь», да-да.

А потом, дорогой старший следователь, вы ответите мне на добрую сотню вопросов. Слишком уж все это подозрительно выглядит…

* * *

Морг встретил нас музыкой (к счастью, негромкой) и запахом кофе.

Я повела носом и улыбнулась. Похоже, Ульв уже оклемался.

– Можно? – спросила я, символически постучав костяшками пальцев о дверной косяк, и заглянула внутрь.

Ульв поднял голову и светло улыбнулся.

– Входи, Ани.

Я улыбнулась ему в ответ и потянула за руку оробевшего зомби.

Господин Немо заметно дрожал, но вырваться не пытался.

– Зачем ты привела его с собой? – поинтересовался Ульв равнодушно и подвинулся, освобождая мне лучшее место на заветной полянке. – Упокоить?

– Нет-нет! – поспешно возразила я. – Он и так пострадал при… хм, следственных действиях.

Обтекаемая формулировка, что называется, на любой случай.

– Тот следователь? – чуть нахмурился эльф. – По-моему, этот не-мертвый почти израсходовал запас сил.

Я кивнула, подошла ближе и попросила:

– Ты не мог бы его немного подпитать?

– Нет, Ани, – Ульв покачал головой, даже не дослушав, и поднял руку, останавливая уговоры. – Мне нужно время, чтобы восстановиться, и пока я при всем желании не могу поделиться силой. Прости.

Я нехотя кивнула, понимая его резоны.

Зомби замер в сторонке безмолвной статуей.

– Может, что-нибудь посоветуешь? – безнадежно спросила я. – Или можно как-то сделать, чтобы ты скорее… оклемался?

Ульв жестом предложил мне присаживаться. Выглядел он не очень: лицо слегка помято, как после банального запоя, длинные светлые волосы слиплись на висках, а взгляд мутный.

Ничего не скажешь, светлый эльф – волшебное существо!

– Не нравлюсь? – с иронией поинтересовался он, извлекая откуда-то термос и кружки.

– Кхм, – смутилась я и усилием воли заставила себя не отвести взгляд. – Прости, я ужасно бестактна. Я пришла узнать, как ты тут. Ну и заодно… Прости.

Он улыбнулся понимающе, и я немедленно почувствовала себя последней свиньей.

– Не расстраивайся, Ани, – Ульв легко коснулся моего запястья. – Ты просто нетерпелива, как и все люди.

– Но я же не человек, – напомнила я со вздохом.

– Ты выросла среди людей, – пожал плечами он. – Так что переняла от них слишком многое. Что же касается твоего вопроса, увы. Я живу не под сенью великого Леса, а только он может наполнить меня силой. Или придется ждать, собирая силу по капле.

Он ловко разлил нам кофе. По оранжерее поплыл запах меда, шоколада, мускатного ореха и карамели, и я сглотнула слюну.

– Зачем тогда ты это делаешь? – не удержалась я от вопроса, принимая из его рук горячую кружку. – Я имею в виду, если ты после своих музыкальных запоев совсем без сил, то…

– Я понял, о чем ты, – отмахнулся эльф, осторожно пригубив свой кофе. – Я отщепенец, Ани. Мне некуда приложить свою силу. Приходится ее выплескивать, пока она не свела меня с ума. Я легче всего реагирую на музыку… или на любовь. Кстати, они же помогают накапливать энергию.

И посмотрел на меня с ироничной улыбкой.

– Понятно, – кивнула я, сделав вид, что не заметила намека. Хотя Ульв наверняка всего лишь дразнит меня. Лучше сменить тему: – Слушай, а зачем ты тогда вообще уехал из своего Леса, раз тебе без него так тяжело? Если не секрет, конечно.

Догадки на этот счет у меня были, но напрямик мы об этом никогда не говорили.

Ульв допил кофе и выплеснул гущу прямо под корни ближайшего цветка.

– Я не смог там жить, – пожал плечами он. – Все бело-розово-зеленое, сплошные разговоры о высоком и отрицание всего остального. Мои сородичи наотрез отказались понимать, что жизнь и смерть – две стороны одной монеты.

– Принцессы не какают, – понимающе кивнула я.

– Что? – ярко-зеленые глаза эльфа округлились, а потом он усмехнулся. – Скорее «единороги не умирают», но в целом ты права. Ну а мой дар… Словом, мне просто не повезло со способностями. Я не стал дожидаться, пока меня изгонят, и ушел сам.

Мы помолчали. Ульв задумчиво наблюдал за порхающими с цветка на цветок бабочками и чему-то улыбался, а я просто мелкими глотками пила кофе и думала о том, как, в сущности, мало о нем знаю.

Наша дружба началась с курса патанатомии, который он читал нашему потоку. А после пары он попросил меня остаться, чтобы поговорить о… бабуле.

Эх, как же глупо я тогда себя чувствовала! Мне завидовали все девчонки с курса, а мы с прекрасным эльфом обсуждали магию и тонкости обращения с умертвиями…

Я ностальгически улыбнулась и поймала взгляд Ульва.

– Прости, Ани, что не смог тебе помочь, – он осторожно забрал у меня чашку и накрыл ладонью мою руку. – Но, думаю, с этим справится любая ведьма.

– Хм, – я встряхнулась, отбрасывая воспоминания. – А может, Роза сумеет?

Он лишь пожал плечами.

– Спасибо! – искренне сказала я. – Прости, мне нужно бежать!

– Можешь не торопиться, – покачал головой эльф. – До завтра у него сил хватит.

Я вздохнула с облегчением. Уф, все же я как-то даже привязалась к этому зомби. Так что пусть «живет».

Найти бы этого Кукольника и оторвать ему лишние части тела! Тоже мне, придумал идеальных исполнителей.

Я торопливо попрощалась и потянула за собой притихшего зомби…

* * *

По дороге обратно я прикидывала, стоит позвонить Розочке сразу или лучше поговорить дома? Лучше сразу, а то сестренка может прогулять до полуночи, завтра же суббота.

Додумать я не успела. Дернула дверь райотдела – и нос к носу столкнулась со Стэллой.

При виде меня она расплылась в довольной улыбке.

– Вы-то мне и нужны! – звонко сообщила она. – Я забираю этого зомби!

И хищно протянула к нему руки с длиннющими ногтями.

Господин Немо, не будь дурак, шустро спрятался за моей спиной. Только Стэллочка кое в чем просчиталась: стояли мы прямо в дверях, так что обойти меня не так-то просто, а отодвинуть – еще сложнее.

Честно говоря, меня и саму подмывало сбежать подальше. Фу, разве можно так сильно душиться?! В густом аромате кокоса и ванили можно было увязнуть, как муха в янтаре.

– Отойдите, домовой! – возмущенно пропыхтела госпожа следователь, тщетно пытаясь протиснуться мимо.

Интересно, что ж ей так припекло? И похоже, она специально в засаде ждала.

– Разрешите войти? – я не шевельнулась. И прозрачно намекнула: – Нас следователь Мердок ждет.

Напоминание о Мердоке ожидаемо ее отрезвило, и в круглых, тщательно подкрашенных глазах Стэллы даже мелькнуло что-то похожее на мысль.

Жаль, что ненадолго.

– Я изымаю этого зомби! – она гордо выпрямилась.

– На каком основании? – повысила голос я.

Надеюсь, дежурный или кто-нибудь из скучающих на крыльце полицейских сообразит связаться с Мердоком.

– Он проходит как вещдок по моему делу! Да отойдите же, домовой!

– Не могу, – я развела руками и соврала: – Господин старший следователь передал мне этого зомби под роспись.

Стэллочка залилась краской – еще бы, она просто следователь уже не первый год, а тут какой-то приезжий с бухты-барахты стал старшим. Хотя наверняка не раз устраивала папочке из-за этого истерики. Но в этом вопросе Чандлер – кремень.

– С Мердоком я сама разберусь! – фыркнула она, хотя особо уверенной не выглядела.

Я с трудом подавила ухмылку. Ну-ну, разбирайтесь.

– Мне бы бумаги… – напомнила я просительно.

А интересно, кстати, по какому такому делу господин Немо может у нее проходить? Она же ведет только следствие о пропаже мадам Цацуевой, а тут-то зомби каким боком?

Стэлла вздернула острый носик.

– Вот! – и сунула мне извлеченный из кармана канцелярский файл, сложенный во много раз.

Кто же так с бумагами обращается? Я тщательно разгладила сгибы и принялась неторопливо изучать.

Зомби за моей спиной дрожал. Надеюсь, он не додумается на нее броситься? Тогда ему точно хана – уничтожат как потенциально опасный объект. До того, конечно, возьмут всякие пробы и образцы тканей, но кому от этого будет легче?

Эх, жалко, что официально он считается всего-то орудием преступления. Ему даже адвокат не положен! А хорошо бы сюда сейчас Плевалку…

Стэлла наблюдала за мной с растущим раздражением.

– Вы что, по слогам читаете? – наконец не выдержала она. – Давайте быстрее!

«Куда уж нам, простым домовым», – с иронией подумала я, а вслух заметила:

– Но это ведь только постановление о приобщении вещдока к делу. А как насчет оснований для его изъятия у следователя Мердока?

Стэлла залилась краской.

– Да вы! Да я! Что вы о себе возомнили? Да вы знаете, кто за мной стоит?

Я молча покачала головой. Интересно, что она теперь будет делать? Побежит жаловаться?

Мое любопытство, увы, осталось неудовлетворенным.

Стэлла только-только набрала воздуха, чтобы обрушить на меня шквал ругани и…

– Боюсь, мне это тоже неизвестно, – раздался за ее спиной приятный мягкий баритон. – Надеюсь, вы меня просветите?

Стэллочка присмирела: похоже, связываться с Мердоком она опасалась. Или, скорее, ей велели с ним не ругаться.

Кстати, интересно, а кто этот ее покровитель? Не похоже, чтобы речь шла о папе…

– Вот, – через силу произнесла она, вынимая из другого кармана так же варварски сложенный лист. – Ознакомьтесь!

– Хм, – Мердок вежливо склонил голову и предложил: – Нам следует пройти внутрь. Не слишком удобно беседовать о таких вещах на пороге.

Стэллочка снова покраснела, понимая, в чей огород этот камень, и отрывисто кивнула.

Я цапнула зомби за руку и скоренько потянула его к Мердоку. Господин Немо отмер – и ринулся к старшему следователю, как цыпленок к маме-курице.

Вот уж точно – хороший и плохой полицейский. Беспроигрышная тактика!

Как ни странно, в кабинете не обнаружилось ни понятых, ни сундучка с кладом. Интересно, куда он их подевал?

– Присаживайтесь, прошу вас, – Мердок повел рукой, указывая на кресла, и устроился за своим столом.

Само воплощение компетентности и невозмутимости… Если не помнить о русалках, как он брал приступом забор и о прочих наших приключениях.

Впрочем, Стэлла ни о чем таком не подозревала.

– Читайте! – потребовала она напряженно, замерев так, словно на сидение ей подложили что-то похуже горошины. – Я не собираюсь вас до вечера ждать!

Мердок приподнял бровь и бросил на коллегу взгляд, далекий от доброжелательности.

Внимательно (и неторопливо!) изучил бумаги, после чего протянул их мне.

– Ознакомьтесь, Стравински!

Стэллочка дернулась.

– Да хватит уже тянуть! – взорвалась она. Голосок ее срывался от негодования. – Отдавайте мне этого зомби и я пойду!

Бедный господин Немо сжался у сейфа, но Мердок даже не шевельнулся.

Повинуясь приказу, я вчиталась в документы.

Надо же, как интересно!

Оказывается, возле калитки мадам Цацуевой обнаружились следы зомби! И теперь приказом замначальника, Басюна, старшему следователю Мердоку предписывалось передать вещественное доказательство «зомби, инвентарный номер 18.1998-18, принадлежность тела неизвестна» Стэлле для производства необходимых следственных действий.

И ведь момент подобрали! Чандлер с самого утра уехал в область, и ему на зама не нажалуешься…

– Погодите, – возмутилась я, поднимая взгляд. – Какие еще следственные действия?

Стэлла сжала губы и обожгла меня гневным взором.

– Вот именно, – согласился Мердок. – Мне тоже чрезвычайно хочется узнать, почему означенные действия не могу произвести я?

– Вы не ведете дело Цацуевой! – взвилась Стэллочка. – А тут надо назначать экспертизу и сличать следы зомби!

– Вы полагаете, что… мой экземпляр лично похитил мадам Цацуеву? – осведомился Мердок сухо. – Осмелюсь напомнить, что в это время он уже находился в моем ведении. Вы ведь не подозреваете, что я выпускал зомби… хм, на прогулку?

Судя по гневно раздувающимся ноздрям остренького носика Стэллы, она как раз подозревала, да еще и как! Наверняка уже и версию выстроила, в которой фигурировали мы с господином Немо, а может и лично Мердок.

А что? Я позвонила в дверь, затем свистнула зомби, перевязала мадам Цацуеву ленточкой с бантиком и отнесла Мердоку… Не хочу даже думать, с какой целью!

Хорошо хоть вслух заявить о своих подозрениях Стэллочка не посмела. Уж слишком безмятежно и доброжелательно улыбался ей господин старший следователь.

– Нет! – она кое-как справилась с собой. – Но надо выяснить, не причастны к этому другие зомби Кукольника. А образец у нас один. Вот этот!

И ткнула пальчиком, увенчанным длинным когтем, в сторону Немо.

Признаю, вполне логично. У каждого мага есть собственный почерк. Если хотите, что-то вроде отпечатков пальцев.

Увы, следы Кукольник оставлял очень размытые (похоже, как-то их затирал), но может и получится установить, что двух разных зомби поднял именно он…

Или, если предположить, что Стэллочка не просто так подсуетилась, то это удобный случай оборвать ниточки. Мало ли, вещдоки нечаянно пришли в негодность. Бывает. Конечно, следователь схлопочет выговор, но вряд ли Стэллочку это всерьез волнует.

Я привстала и вернула Мердоку документы. Мы обменялись короткими понимающими взглядами, и он чуть заметно кивнул.

– Разумеется, вы правы, – заметил Мердок, аккуратно складывая бумаги, и спрятал их в ящик стола. – Необходимо произвести соответствующую экспертизу. Я сегодня же ее назначу, и обещаю известить вас о результатах.

– Но… но… – Стэллочка хватала воздух тщательно накрашенным ртом и хлопала длинными ресничками. – Вы не можете! Не можете! Вам ведь приказали!

Мердок пожал плечами.

– Можете на меня пожаловаться, – предложил он равнодушно. – Однако считаю необходимым сообщить, что я подчиняюсь лично полковнику Чандлеру. А теперь не смею больше вас задерживать.

И недвусмысленно указал ей на дверь.

– Да вы! Да вы еще пожалеете! – Стэллочка вскочила и гневно сжала кулаки.

Мердок смотрел на нее с доброжелательной улыбкой.

И Стэллочке не оставалось ничего иного, как выскочить в коридор, на прощание громко хлопнув дверью.

– М-да, – произнес Мердок неодобрительно, проводив ее взглядом, а затем повернулся ко мне: – Стравински, берите ручку и бумагу. Пишите расписку, что принимаете господина Немо на ответственное хранение. К сожалению, к себе я забрать его не могу, у моего камердинера аллергия на некромантию.

– Думаете, она полезет к вам в кабинет ночью? – с сомнением спросила я, послушно вынимая из сумки чистый лист.

Надо же, камердинер у него! И это следователь обычного райотдела полиции?!

– Вполне возможно, – пожал плечами Мердок. – Дури у нее хватит, так что не стоит рисковать.

Хм, если уж он стал так выражаться, то дело серьезнее некуда.

– Кстати, – вспомнила я, – Ульв подзарядить зомби не смог, но по идее Роза справится.

Мердок чуть заметно передернул плечами.

– Превосходно, – заметил он сухо. – Лучше повода, чтобы забрать господина Немо, не придумаешь.

– Как скажете, – я послушно набросала расписку, пока Мердок занимался собственными бумагами.

– Превосходно, – повторил он, пробежав глазами мое сочинение, и встал. – Я вас провожу.

Отлично, заодно и задам ему пару десятков вопросов… с пристрастием!

* * *

Если Стэллочка и нажаловалась, то остановить нас не успели или не захотели.

Уже немного спала дневная жара, хотя темнеть начнет еще нескоро. Изнуренные солнцем улицы только-только начинали оживать.

Мердок молча шагал рядом, предоставляя мне мучительно прикидывать, о чем надо его спросить. Хоть список пиши по примеру некоторых!

Тьфу, к Неназываемому!

– Думаете, Стэлла к этому причастна? – спросила я о том, что крутилось на языке.

– Сомнительно, – пожал плечами следователь. – Едва ли разумный человек доверит ей что-либо мало-мальски тайное.

Я вздохнула, соглашаясь, и покосилась на Мердока, который даже в футболке и джинсах умудрялся выглядеть строгим и застегнутым на все пуговицы.

Он скупо усмехнулся.

– Полагаю, в действительности вы хотели узнать не об этом, – заметил он, бросив на меня короткий взгляд. – Оглашайте весь список ваших вопросов, Стравински, не стесняйтесь!

Ладно, сам нарвался.

Он выше по званию, но промолчать я не могу.

Я приостановилась и спросила напрямик:

– Кто вы такой?

– Логично, – признал Мердок, сунув руки в карманы, и неожиданно весело улыбнулся. – А вы как полагаете, Стравински?

Раскидистый орех, под которым мы стояли, бросал на его лицо густую тень.

– Проверяете? – хмыкнула я.

– Любопытствую, – признал он и отступил в сторону, к зарослям белой и нежно-фиолетовой сирени, – сумеете ли вы сделать верные выводы.

– Давайте попробуем, – я дернула плечом. – Итак, подозрительные факты. Во-первых, вы появились в Ёжинске чуть ли не одновременно с Кукольником. Во-вторых, ваша выучка явно лучше, чем у обычного следователя райотдела. Привычный для вас уровень жизни тоже несравним с бытом простого полицейского. К тому же вы сами сказали Стэлле, что подчиняетесь напрямую полковнику Чандлеру. Все вместе выглядит очень подозрительно, согласитесь.

– Ваши выводы? – коротко осведомился Мердок, невозмутимый, как соседний забор.

– Два варианта, – пожала плечами я и сложила руки на груди, пытаясь унять нервозность.

Если я ошиблась, то сильно рискую. И господин Немо замер прямо за спиной, а способностей у меня кот наплакал… Ладно, двум смертям не бывать.

– Я внимательно вас слушаю, Стравински! – заверил Мердок, покачиваясь с носков на пятки и обратно.

Я перевела дыхание и выговорила:

– Или вы давно охотитесь на Кукольника, или вы и есть Кукольник.

Мгновение – а затем Мердок отвернулся и сорвал несколько благоухающих веток сирени.

– Браво, Стравински! – произнес он серьезно, вручая мне импровизированный букет. – Определенно, вы весьма умная и смелая девушка.

– Спасибо, – сухо ответила я, нехотя принимая цветы. Люблю сирень, вот только руки теперь заняты, что наводит на размышления. – Итак, что скажете?

– А вы к какому выводу склоняетесь? – осведомился он негромко. Мягкий голос Мердока звучал почти вкрадчиво.

Зря я пыталась его расспросить. Самонадеянно.

Отчаянно хотелось курить, но сигареты внепланового купания не перенесли, а купить новую пачку за всей этой беготней я не успела.

Мердок улыбался, и я вдруг рассердилась. Да к Неназываемому его! Видно же, что надо мной потешаются.

– Думаю, вы ищейка, – отозвалась я уверенно. – Иначе почему Чандлер вас прикрывает?

– Возможно, у меня имеются высокие покровители, – предположил Мердок легко.

– Настолько высокие? – не поверила я, крутя в руках подаренный букет. – Если у Кукольника крыша в самых верхах полиции, зачем ему воровать? В смысле, он бы не разменивался на уличные кражи.

– Я понял вашу мысль, – серьезно кивнул Мердок. – Прошу вас, Стравински, успокойтесь.

– А? – удивилась я.

Он выразительно показал глазами на букет.

Кхм, оказывается, я машинально похлопывала сиренью по ладони.

А Мердок неожиданно шагнул вперед и взял меня за руку. Смело, учитывая риск получить по физиономии.

– Вы молодец, – сказал он без малейшего следа насмешки. – Абсолютно верные выводы из самого минимума информации. Уважаю.

И осторожно пожал мои пальцы.

– Значит, следователь, – вздохнула я.

А что, было бы забавно вот так, нахрапом, взять Кукольника!

Хотя кто бы еще кого взял…

– Следователь по особо важным из столичного управления, – поправил он и склонил темноволосую голову. – К вашим услугам. К слову, столь заинтересовавшая вас недавно татуировка, – он коснулся левого плеча, – знак допуска к государственной тайне. Она сама по себе может служить подтверждением моих полномочий. А удостоверение, с вашего разрешения, продемонстрирую чуть позже.

Камердинера и прочие аристократические замашки Мердока это не объясняло, но я решила не допытываться. Он имеет право на свои тайны, раз уж они не касаются дела.

Хотя столичных сыщиков я до сих пор в глаза не видела, так что откуда могу знать об их образе жизни?

А, кстати!

– Так как вы оказались в Ёжинске? – напомнила я. – Откуда вы знали, что здесь появится Кукольник? Только не надо рассказывать о предчувствиях!

– И не собирался, – пожал плечами он. – Дальнейший разговор мы можем продолжить по дороге.

Я нехотя кивнула. Торчать под окнами, надеясь на свидетелей в случае чего, больше необходимости не было.

– Итак, на самом деле все просто, – сообщил Мердок негромко, вышагивая рядом. – Достоверно известно, что Кукольник охотится на некие магические предметы, один из которых хранится именно тут. Поэтому рано или поздно Кукольник объявился бы в Ёжинске.

– Постойте! – опешила я. – А зачем тогда все эти кражи банкоматов и драгоценностей?!

– Полагаю, Кукольнику требуются крупные суммы денег, – пожал плечами Мердок. – Скажем, на подкуп или для приготовления к ритуалу. Только, по всей видимости, он сбывает краденое за пределами Ёжинска.

– К какому еще ритуалу? – процедила я сквозь зубы.

Вот же гад! Морочил мне голову рассуждениями, а сам скрывал такую информацию!

– Откуда мне знать? – красивое лицо Мердока было непроницаемо. – Однако точно известно, что искомые предметы не представляют особой ценности для непосвященных, посему…

– Алый цветок? – перебила я торопливо.

Он кивнул, и я стиснула зубы. Значит, Ярый тоже о многом недоговаривал…

– Это не подлежало разглашению, – продолжил Мердок так ровно, что желание залепить ему по физиономии букетом стало почти нестерпимым.

Не люблю, когда меня держат за дуру!

Я с трудом заставила себя не повышать голос:

– Что Кукольнику нужно в Ёжинске? В смысле, что за вещь? Тоже что-нибудь ботаническое?

Прозвучало довольно резко.

– Вам лучше знать, Стравински, – вздохнул Мердок и почесал бровь.

И это ударение на фамилии…

– Бабуля? – догадалась я, уже понимая, что всерьез влипла.

Мердок кивнул, и я крепко выругалась.

– Стравински, – голос Мердока был исполнен укоризны, – вы же девушка, как вы можете так выражаться?

– Я могу еще и не так, – выговорила я, мечтая о двух-трех затяжках. Стоило понервничать, и желание курить становилось невыносимым. – Так какого же… вы мне голову морочили? Почему сразу не завели дело о пропаже бабули? Вдруг ее похитили из-за этой… штуки?

– Стравински, – перебил Мердок с укоризной, подумал и поправился: – Анна. Вы ведь не знаете, какого рода ценность хранит госпожа Марцелина?

Я нехотя кивнула, а он продолжил:

– Следовательно, просто проверить, на месте ли означенное имущество, вы не можете. Ведь так?

Я сжала несчастную сирень так, что хрустнули ветки, и снова через силу кивнула.

– При таких обстоятельствах приходится рассчитывать лишь на официальный обыск, а для него пока нет оснований.

– Почему? – возмутилась я. – Бабуля же пропала!

– Однако нельзя утверждать, что ее именно похитили, – возразил он. – А до официального возбуждения дела о санкции на обыск и речи быть не может. Тем более… хм, в данном случае.

Признаю, срезал. Бабуля известна как дурным нравом, так и мстительностью. И к своим «сокровищам» относится очень трепетно.

– Все равно, – буркнула я, отводя взгляд. – Зачем вы тогда потащили меня на реку, зная, что за обычные драгоценности Кукольник особо переживать не будет?

Мердок чуть слышно хмыкнул.

– Однако он переживает из-за вас, – напомнил он мягко, и я проглотила очередное ругательство.

– Ловля на живца, да? – едко осведомилась я.

Он не пытался отрицать.

– Признаю, идея подтолкнуть Кукольника к необдуманным действиям показалась мне заслуживающей внимания… Надо думать, мы добрались до пункта назначения?

И кивнул на калитку, полускрытую уже отцветающими сливами.

Очнувшись, я обвела взглядом дома вокруг. Надо же, он прав! За животрепещущими разговорами я даже не заметила, что мы пришли.

– Зайдете? – предложила я нехотя.

Голова гудела от новых фактов, догадок и эмоций.

– Боюсь, я вынужден отказаться от этой чести, – церемонно ответствовал Мердок. – Следует вернуться к делам, которых уже накопилось немало.

– Струсили? – ляпнула я и прикусила язык.

Однако Мердок и не подумал обижаться.

Посмотрел на меня, как на несмышленого ребенка, и засунул руки в карманы.

– Я обычный человек и мало что могу противопоставить вашей сестре. Однако это вовсе не означает, что я должен этому радоваться, а уж тем паче, поддаваться. Признаю, я не терплю посторонние воздействия на разум.

– Хм, – я смущенно кашлянула. – Извините.

– Ничего страшного, – ответил он ровно. – Радует, что вы владеете собой значительно лучше вашей сестры, иначе совместная работа стала бы тяжелым испытанием. А теперь прошу меня извинить, спешу. Завтра в восемь я за вами заеду.

Я кивнула. Голова кругом…

Только когда Мердок скрылся за поворотом, я сообразила, что он имел в виду.

И расхохоталась, несмотря на всю серьезность ситуации.

Бедняга Мердок! Надо будет ему объяснить, что Розочка унаследовала способности от своего отца, а не от нашей общей матери.

А то будет и дальше от меня шарахаться…

Я с улыбкой позвонила в дверь, но перестала улыбаться, увидев выражение лица Дис.

– Вы вовремя, – буркнула она, отступая, и спрятала за спину окровавленный тесак.

– Что случилось? Новости от бабули?

– Гости, – осуждающе сообщила она, разглаживая передник. – Нехорошие гости! Кстати, я приготовлю на ужин ваши любимые котлеты по-киевски.

Знай я Дис чуть хуже, могла бы предположить, что на котлеты она пустила незваных гостей, очень уж кровожадное у нее было лицо.

Я лихорадочно перебирала в уме, кто к нам мог заявиться. Стэнли так рано не приедет – он панически боится летать, а землей или морем так скоро не доберешься. Мама? Кто-то из бабулиных «мальчиков»?

Тьфу, я совсем зарапортовалась! Можно ведь просто спросить.

– И кого еще принесло? – осведомилась я, вручая гномке потрепанный букет. – Поставь, пожалуйста, в вазу. Да, и чуть не забыла! Господин Немо, сюда!