Текст книги "Пленница его желаний (СИ)"

Автор книги: Анна Леманн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 22

– А где другие люди? – спрашиваю Германа, входя в самолёт.

Этот самолёт отличался от предыдущих, на которых я летала раньше. Он был слегка меньше и с нами, кроме охраны, не было ни одного человека. Салон самолёта тоже был иной всего парочка кресел и столик. Здесь всё было как в самых роскошных фильмах о миллионерах. Нет, вы не думайте, я жила небедно, но просто на частном самолёте я не летала и даже не думала, что когда-либо увижу своими глазами.

Охрана тут же расположилась на кресла с правой стороны, где не было столика, оставив нам с господином Айдаровым, левые сидения, отделанные белой кожей.

– Это частный самолёт, и мы здесь единственные пассажиры, – спокойно подтвердил мои предположения Герман, который уже успел успокоиться. Он около часа ходил по аэропорту и рычал на всех, потому что люди, которые должны были привезти мне новые документы, опаздывали. Мужчина чуть ли не на месте их собирался казнить, когда они всё же явились и лишь охрана напомнила о рейсе.

Но меня впервые не волновали чужие проблемы. Я всё никак не могла осознать тот факт, что уезжаю. Вдобавок без моего ведома я стала чужой женой. Всё это казалось нереальным. Глубоко в душе я верила, что стоит закрыть глаза и этот кошмарный сон закончится. Я дома, просыпаюсь в комнате, где проводила большую часть времени. Счастливая, радостная и, главное, со своей семьёй.

Но всё, к сожалению, было реально. Я в самолёте, увозящем меня от родных. Лара в руках Айдарова, а папа с мамой, наверное, места себе не находят.

– Где я могу сесть? – спрашиваю Германа, наблюдая за тем как мужчина садится в одной из кресел по левую сторону.

– Где захочешь, – равнодушно кидает. – Но предпочтительнее рядом со мной, – добавляет, показав рукой на соседнее место.

– Я сяду здесь! – оповещаю, садясь напротив мужчины.

– Как хочешь. В хвосте самолёта есть комната. Когда устанешь, можешь отдохнуть там.

– Спасибо, – на автомате произношу и отворачиваюсь к окну.

Герман какое-то время внимательно изучает меня, пока я стараюсь смотреть в окно и не плакать. Поняв, что я не собираюсь сдаваться и как-либо с ним говорить, он встаёт и уходит, но затем возвращается с книгой, сев на своё предыдущее место. Последний раз взглянув на меня, открыл её и принялся читать.

– Что дальше? – не выдержав, спросила, обернувшись к Герману.

– В смысле? – отвлёкшись от книги, переспросил мужчина, нахмурив брови.

– Ну… мы приземлимся в Испании. Вы отпустите Лару. А дальше?

Да, это не сон. Это моя новая жизнь… Нужно хоть примерно понимать, куда и зачем я еду. Ибо я не знаю, что будет через минуту. Может быть, Айдаров старший продаст меня на органы или приведёт в какой-нибудь бордель своего брата. А может, и вовсе решит овладеть мной прямо сейчас… Что если он решил сделать меня пешкой в игре против моего отца? Папа отдаст всё, лишь бы он вернул меня и Герман это понимает.

Мне страшно от этой неизвестности и непонимания того, что происходит. Во что меня втянули? И ещё страшнее оттого, что так будет и дальше. Ведь Айдаров точно не собирается меня посвящать в свой план.

– Дальше ты продолжить жить в нашем доме в качестве моей супруги. Поступишь в академию искусства и будешь учиться. Ты ведь этого хочешь – мило улыбнувшись, интересуется мужчина, отложив книгу в сторону.

– Вы забрали меня из России, чтобы я училась в Испании? – нахмурив брови, интересуюсь.

– Я забрал тебя, потому что ты мне понравилась, ангелочек.

– И всё?! Я для вас зверушка в зоопарке? Вы увозите меня, чтобы наблюдать за тем, как ангелочек будет жить, учиться и расти?!

– Нет, не зверушка, – выдохнув, говорит Герман. – Мила, я не монстр, который украл тебя у родителей и планирует держать в подвале. Ты свободна в своих мыслях, желаниях, действиях, но связана отныне со мной браком. Я постараюсь исполнить все твои желания, а ты в ответ выполнишь лишь два моих: быть рядом и подарить мне наследников. Всё довольно просто.

– Дети?! – удивлённо восклицаю.

– Да, – кивает он, подтвердив свои слова. – Я хочу сына или даже двоих. И обязательно дочь.

– Это неправильно! Ребёнок должен рождаться в семье, где мужчина и женщина любят друг друга. Иначе это станет погибелью как для родителей, так и для ребёнка, – протестую, заметив, как охрана покосилась на нас.

Махнув рукой, Айдаров указал им на ширму, за которой они тут же скрылись.

– Это не так, Мила, – заговорил Герман. – Детей можно и без любви делать и воспитывать. Ребёнку важна любовь родителей, а не то, что происходит между матерью и отцом. Я умею заботиться о тех, кто мне дорог и о тебе буду. Поэтому наши дети ничего плохого между нами и не увидят.

– Здесь я с вами частично несогласна, но продолжать этот разговор не хочу, – уверенно заявляю. – Мне вас не переубедить, ведь мнение маленькой, глупой девочки вас не волнует. Вы вбили себе в голову, что хотите заполучить меня и добились этого. Только даже не представляете, сколько боли вы причиняете всем вокруг. А вы хотя бы задумывались, чего хочу я? Да вы даже не допустили мысли, что, возможно, я уже люблю кого-то! Вы украли мою жизнь и сейчас говорите, что я свободна. Нет, – махаю головой. – Я ваша пленница, Герман. Пленница ваших эгоистических желаний.

– Это не так, Мила!

– А со стороны это выглядит именно так, – произношу, встав с кресла. – Но я уже согласилась на это всё и у меня нет выбора. Я уже не сбегу из этого самолёта. Отпустите Лару, – говорю напоследок и делаю шаг в сторону хвоста самолёта.

– Мила… – начинает мужчина и хватает меня за руку.

– Я отдохну в комнате. Я устала, – прерываю его, выдёргивая руку, которую Герман не так сильно уж и держал.

– Постой! – крикнул он, но я бежала вперёд не оглядываясь. Мне нужно было побыть одной, успокоится и смирится со своим нынешним положением.

«– Мам, а как Белль полюбила чудовище? Он же рычал на неё и пленницей вместо отца сделал, – спрашиваю маму. – Милая, она же не знала, что он заколдованный принц и хороший, добрый внутри человек.

– Послушай, в каждом чудовище живёт ранимый человек, и Белль об этом знала, – отвечает мама, срезая розы.

– Она доверилась своей интуиции? – задаю вопрос, принимая очередной цветок, который тут же шипом вонзается мне в палец.

– Она доверилась своему сердцу. Оно никогда не обманывает. Человек может притворяться чудовищем, а внутри он побитый жизнью мужчина. Порой люди не хотят ранить других, но делают это инстинктивно как розы. Чудовище привыкло отпугивать от себя всех, поэтому и поступило как с Белль. Но она научила его любить и быть любимым.

– Это так сложно, мам, – произношу, вытирая кровь с пальца. – Но так романтично. Вот бы и мне такое чудовище попалось. Я научила бы его любить!»

Мечты сбываются…

Поэтому мечтайте осторожно… Иначе попадёте в капкан, как и я.

Глава 23

Мила

Зайдя в комнату, тут же начинаю искать замок, чтобы запереться, но не найдя ничего такого, расстроенно сажусь на огромную кровать, застеленную мягким белоснежным пледом. Вокруг всё тоже было белым: диван, столик, библиотека с книгами и даже прикроватные тумбы. И лишь серые шкафы, встроенные в стены, выделялись в этой белой, как в психушке комнате.

Я люблю этот цвет, но здесь он мёртвый какой-то. Необжитый. Холодный. Чужой.

– Попалась, – говорю сама себе. – И как теперь будем выбираться? – падаю на кровать, смотря в потолок. – Никак – скидываю туфли лодочки со своих ног и полностью заползаю на кровать. – Подождём папу. Он должен помочь. Он ведь не отдаст меня Герману…

А пока я как-то должна спасти Лару. Но как? Ведь я высоко в небе. У меня нет телефона, интернета и даже людей, готовых мне помочь. Я совершенно одна со своей бедой.

Интересно, как там мама с папой, ведь у них одновременно пропали два человека…

– Мила? – постучав в дверь, спрашивает Герман и тут же открывает дверь. – Я принёс тебе перекусить, – оповещает меня мужчина, войдя в комнату с бумажным фирменным пакетом «РокиБуми», где мы с папой закупаем мармелад.

– Я не хочу. Спасибо, – благодарю и, поправив футболку, меняю свою позу на сидячую.

Айдаров пару секунд задумчиво смотрит, а затем закрывает дверь и проходит в комнату, направляясь ко мне. В этот момент я резко пожалела о том, что сказала в кабине самолёта. Что если он сейчас накричит на меня, ударит или ещё хуже, убьёт? Захочет меня как женщину?

Нет, к такому я не готова. И наверно никогда не смогу быть готовой, а он наследников хочет… Он пришёл взять своё. Точно!

– Через час будем ужинать. Составишь мне компанию? – неожиданно спрашивает он, присев рядом. – Никаких изысков не обещаю, но десерт будет, – добавляет, ослепив меня доброй улыбкой.

– Это ваше желание или предложение? – робко интересуюсь, не в силах поверить, что он даёт мне выбор.

Да, он говорил о свободе, но ведь… говорить и давать её разные вещи. А это именно предложение, потому что иначе бы он так счастливо и слегка взволновано не спрашивал.

– Приглашение, – отвечает, внимательно изучая меня.

– Я не хочу есть, – честно признаюсь. – Правда, спасибо, но у меня нет настроения.

Улыбка тут же спадает с его лица. Я только что осознала, какую ошибку совершила, отказав мужчине отужинать. В голову так и лезли разные мысли того, что он со мной сделает.

Надо было соглашаться, Дурёха! Тогда, возможно, всё бы обошлось. Стоило засунуть свою гордость в мешок и не высовывать её. Но я готова… почти готова… принять свою судьбу.

Да! Я трусиха! И боюсь того, что этот человек может со мной сделать.

– А если я пообещаю после ужина дать тебе поговорить с сестрой? – усмехнувшись, предлагает Герман, заставляя меня усомниться в том, что я вижу и слышу.

– Правда? – восторженно переспрашиваю, готовая от счастья обнять и сжать мужчину в объятиях со всей силы.

– Да, – широко улыбнувшись, соглашается Айдаров. – Я могу дать тебе поговорить с ней несколько минут сейчас и чуть дольше после ужина.

– Хорошо. Я согласна! – тут же подскакиваю на коленки и, кажется, парочку раз подпрыгиваю, что явно веселит Айдарова. Но затем я вспоминаю главное и расстроенно успокаиваюсь. – Но в самолёте не работает связь.

– Работает, – отрицает мои слова господин Айдаров. – Мы снижаемся для дозаправки. Через пару минут будем на земле, и ты сможешь позвонить.

– Спасибо! – искренне благодарю и в знак благодарности, касаюсь его руки, легко сжав и подарив ему улыбку.

А, может быть, он не так уж и плох? Хочет, чтобы я поела, даст позвонить Ларе… Ему явно не наплевать на меня!

– Вот телефон, – говорит он и, достав новенькую модель айфона из своего кармана, предлагает мне. – Можешь её набрать. Она записана как «Элара Сарчевски»

Выхватив телефон, тут же нахожу нужный мне контакт и нажимаю кнопку звонка. Приложив трубку к уху, считаю гудки до того момента, как сестра возьмёт телефон и порадует меня своим голоском.

Герман в то время, раскрыв пачку с мармеладом, берёт один в рот и внимательно смотрит на меня, подмигнув в какой-то момент и предложив мне вкуснятину. Отрицательно махаю головой и жду ответа сёстры.

– Алло? – отвечает сестра.

– Лара! – кричу в трубку.

– Мила? Всё в порядке? – тут же спрашивает она.

– Да, – восклицаю и тут же задаю вопрос, который беспокоит меня. – С тобой всё хорошо?

Глава 24

Мила

– Алло? – отвечает сестра.

– Лара! – кричу в трубку.

– Мила? Всё в порядке? – тут же спрашивает она.

– Да! – восклицаю и тут же задаю вопрос, который беспокоит меня. – С тобой всё хорошо?

– Да, вот с девчонками гуляем, – беззаботно рассказывает. – Опять с другими девочками подрались.

– Ты дома? – недоверчиво задаю вопрос, нахмурено, посмотрев на Германа, который спокойно ест мармелад и смотрит на меня.

– Нет, мы на улице. – подозрительно спокойно, отвечает сестра.

То есть Айдаров старший не похищал и не трогал Лару, потому что она дома, цела и невредима, Но откуда у него тогда браслет, который сестра точно не отдала бы.

– Лар, а помнишь браслетик, что я тебе подарила? – задаю вопрос сестре, наблюдая за реакцией Германа.

Я думала, что он сейчас выхватит телефон и не даст поговорить с сестрой и узнать всего, но он был совершенно расслаблен и, кажется, и не думал мне мешать.

– Да… Мил, я где-то его потеряла, но обещаю, что найду, – слёзно обещает.

– Потеряла… – скорее не спрашиваю, а констатирую факт.

– Да, извини, – говорит Лара, а мне хочется улыбаться.

Сестра в безопасности, с девочками на улице гуляет, как обычно. Все целы и здоровы, кроме меня, конечно. Но это ничто по сравнению с тем, что мои родные счастливы.

– Мама с папой тебе не звонили? – интересуюсь у неё, так как мы в воздухе уже примерно три часа и за это время меня должны были хватиться.

– Мил, я позже позвоню. Девочки опять дерутся. И в кого они такие! – возмущается сестра и отключает звонок, так и не ответив на вопрос.

Наверно мамы с папой ещё нет дома и они не увидели записку. Они должны меня уже искать. И Лара не стала бы так спокойно со мной говорить, если всё всем было ясно.

– Пока… – шепчу в трубку и, печально вздохнув, отдаю её Герману. – Спасибо… Вы не трогали Лару.

– Нет, – подтверждает он, пряча телефон в карман.

– Откуда тогда браслет?

– Тигран снял его с руки твоей сестры в тот день, в кафе. Хотел потом приехать к ней и познакомится поближе. Понравилась она брату, – рассказывает мужчина, взяв меня за руку и покрутив браслет Лары на запястье.

– То есть ей ничего не угрожало?

– Нет, конечно, – говорит, подняв на меня глаза. – Я не монстр, чтобы отнимать мать у детей, пусть и на несколько часов.

– Но меня убедили в обратном.

– Извини. Мне нужно было, чтобы ты уехала со мной.

– И у вас это получилось… – печально признаюсь, опустив голову вниз.

Попалась на такой простой развод. Надо было позвонить Ларе, перед тем как соглашаться уехать. О боже… Оказаться в ловушке, которую могла избежать. Кто так может? Я так могу! Мила Сарчески!

– Мила, я не отпущу тебя, – произносит Герман, взяв меня за подбородок, приподнимая моё лицо и повернув его к себе. – Ты моя. Моя жена!

– Я не соглашалась ею стать, – тихо напоминаю, смотря ему прямо в глаза.

– Но это ничего не меняет, ангелочек, – также шёпотом говорит он и я слышу в его голосе настоящую печаль и сожаление. – Ты не можешь уйти.

– К своему сожалению, я это понимаю, – отвечаю, чувствуя, как мужчина с каждой секундой оказывается всё ближе и ближе. – А что у вас там? Мармелад? – испугавшись, спрашиваю, надеясь, что это спасёт меня от попытки мужчины поцеловать меня.

– Да, – кивает Герман и отстраняется от меня. – Твой отец как-то рассказывал, что ты его любишь.

Когда-то рассказывал и Герман запомнил… Хорошая память!

– Люблю, – с улыбкой признаюсь. – Можно?

– Конечно, – кивает он и, взяв бумажный пакетик, разворачивает передо мной. – А ещё твой отец рассказывал, что ты можешь угадать мармелад с закрытыми глазами.

– Да, – жуя, подтверждая слова отца, аккуратно прикрыв рот рукой. – Мой маленький талант.

– Предлагаю сыграть в игру, пока ужин ещё не готов.

– Игру? Какую? – насторожённо интересуюсь.

– Да. Проверим твой талант, – проговаривает мужчина и, встав с кровати, идёт к прикроватной тумбе. – Где-то у меня была маска для сна, – порывшись в ящиках, находит чёрный лоскуток ткани. – Надевай, – командует он и протягивает маску, а после садится обратно рядом со мной. – За каждый правильный ответ – ты будешь получать… чего ты хочешь?

– К родителям.

– Нет, не подходит, – недовольно качает головой. – Каждый правильный ответ – одно желание, которое я выполню. Но они не должны быть связаны с родителями.

– Почему?

– Пока рано. Позже если будешь себя хорошо вести, я дам тебе с ними поговорить и даже увидеться. Но это будет потом. Мы в Испании вернёмся к этому вопросу, а пока давай сыграем. Надевай повязку!

Вздохнув, всё же выполнила команду мужчины, чувствуя, что где-то кроется подвох, но я оттеснила эти мысли в самый дальний уголок. А, может быть, я хотела сыграть в эту игру, потому что интерес взыграл во мне с огромной силой? Да, мне было интересно, зачем взрослому мужчине играть в детские игры со мной. В чём его выгода?

– Хорошо. Готово! – отчитываюсь, доверившись обонянию и слуху.

Передо мной зашелестела бумага, свидетельствующая о том, что Герман достаёт первый кубик мармелада. Аккуратными движениями подносит его к моим губам и заставляет раскрыть рот, после чего также нежно погружает внутрь, пальцем погладив нижнюю губу, вызывая какие-то жаркие спазмы внизу живота.

– Вишня… – произношу, распробовав кусочек.

Действия повторяются, но вместо нижней губы, Герман обводит верхнюю, задержавшись на середине и слегка приподнял её вверх и продолжил путь дальше по контуру. Жар нарастает с каждой секундой, заставляя дыхание участиться, а голос охрипнуть.

– Малина… – отгадываю вкус лакомства.

Следующий кусочек вызывает не меньшего удовольствия и внутреннего пожара. Пожара, который, кажется, охватил теперь всё моё тело, выжидая, томя и окатывая каждый миллиметр. Погрузив лакомство, Герман вместе с ним погружает в мой рот и палец, пройдясь им по внутренней стороне губ.

– Что за вкус? – напоминает мужчина, после того как я несколько минут сижу неподвижно, шокированная всем тем какие эмоции и ощущения вызвала эта игра.

– Дыня… – шепчу.

– Верно, а это? – спрашивает Герман. Я открываю рот, чтобы принять следующий кусочек, но вместо этого мои губы накрывает что-то тёплое, влажное и приятное.

Это поцелуй… догадываюсь я, когда губы Германа начинают сминать мои губы, посасывать и слегка прикусывать. Его действия оказываются тем, что именно и требовало моё разгорячённое тело. Они как глоток воды утоляют мою жажду, заставляя хотеть большего.

Руки мужчины начинают лихорадочно бродить по моему телу, а я не могу сопротивляться, потому что боюсь… Боюсь лишиться того наслаждения, что дарят его губы.

Ненормальная! Как можно одновременно бояться, ненавидеть и мечтать об одном и том же человеке?

Это всё стресс! Да! Он самый! Я читала о таком в книгах!

– Герман… – выдыхаю, когда его губы отпускают меня.

Я тут же стягиваю повязку, испуганными глазами, глядя на улыбающегося мужчину.

– Правильный ответ. Жду тебя на ужине, – проговаривает он, оставив мармелад на кровати. Подмигнув мне, встаёт и уходит ни разу, не оборачиваясь, пока я шокировано смотрю ему в спину, пытаясь понять, что только что произошло.

Глава 25

Герман

– Господин Айдаров, – слышу с краю чей-то голос, зовущий меня и отвлекаюсь от размышлений. – Господин Айдаров!

– Да? – спрашиваю, обернувшись на голос.

– Телефон, – произносит один из бывших охранников Милы, указав глазами на светящийся экран телефона, который я положил на стол. – Уже около минуты непрерывно звонит.

– Спасибо, – благодарю, недовольно посмотрев на источник шума.

Ненавижу говорить с кем-то, когда мысли заняты совершенно другим. Я в сотый раз прокручиваю в голове то, как поцеловал своего ангелочка. На губах до сих пор ещё ощущается вкус её невероятно мягких, упругих губ, от которых мне с трудом удалось оторваться. И пусть девушка не отвечала мне взаимностью, но и не оттолкнула, а это значило, что хоть капля симпатии ко мне у неё есть.

Ещё раз взглянув на телефон, сморщился. Брат. Сейчас напомнит о проблемах и испортит настроение. Лучше сейчас в комнате Милы сидел и ел мармелад хоть и не люблю его, но готов делать всё что угодно, лишь бы с ней.

– Алло, – проговариваю в трубку. – Есть новости? – посерьёзнев, интересуюсь.

– Глеб ищет вас! – отвечает брат. – Герман, ты понимаешь, что он сделает, когда найдёт вас?

– Он не найдёт нас, – обещаю, сжав кулаки, готовый сражаться за своё счастье.

Возможно, мои попытки покорить Милу окажется провальными и девушка никогда меня не полюбит, но не попробовать было выше моих сил.

– Ты чересчур самоуверен! – хмыкнув, говорит Тигран. – Всем вокруг известно, где ты живёшь, а ему тем более!

– У меня есть план, – выдохнув, сообщаю, откинувшись на спинку кресла.

– Расскажешь?

– Нет! – произношу и махаю головой. – Не сейчас.

– Будь осторожен, – говорит Тигр, спустя минуту молчания. Брат явно обиделся, что вновь остался в неведении моих планов и идей, но почему-то сдержавшийся и не пославший меня куда подальше со своей скрытностью. – Похитив Милу, ты навлёк на себя большие неприятности. Но я с тобой в любом случае. Помирать, так вместе! Звони, если что.

– Спасибо, брат!

– И Мила… Будь с ней помягче, – просит брат, вовсе не шокировав меня своей просьбой.

Он привязался к Миле и даже сказал, что любит ангелочка, так же сильно, как и я. Только вот Тигран видит в ангелочке не женщину/девушку, а скорее ребёнка, сестру, милую зверушку, о которой хочется заботиться. Как он сказал мне, Мила для него «окно в другой мир, где нет грязи вокруг». И несмотря ни на что он хочет сохранить это любой ценой.

– Переживаешь за неё? – спрашиваю брата улыбнувшись.

– Да, чёрт возьми! Я боюсь, чтобы ты не убил её!

– Всё будет в порядке. Ты можешь ей звонить и если она захочет, то можете болтать, как прежде. Я же знаю, что ты будешь скучать по ней и её наивным советам в делах, которых она не соображает.

– Дурак, ты Герман, – выдыхает Тигран. – Советы никогда не бывают глупыми, а её тем более. Ведь она тебе подсказывает, что нужно делать, а ты не слышишь, зациклившись на своём.

– Тигран, не учи меня, – недовольно ворчу.

– Искренне, надеюсь, ты понимаешь, что творишь, – произносит брат и, не дождавшись ответа, отключает звонок или, возможно, он сам отключился, ибо самолёт начал набирать высоту.

Понимаю ли я, что делаю? Нет… Ещё вчера у меня были иные планы, мысли и другие хода, рассчитанные заранее. Хода, которые я знаю к чему приведут. Сегодня же всё иначе. Я действую по совсем непродуманному плану, совершаю ходы, которые могут оттолкнуть Милу. И я это понимаю, но не могу поступить по-другому. Сейчас не могу.

Мила кажется слабой, нежной и беззащитной, но она сильная. Храбрый боец, готовый потерять себя, но спасти всем вокруг. Она выдержит всё то, что я натворил и ещё буду творить, вопреки собственным желаниям. Однажды ангелочек поймёт, что это всё ей во благо и, возможно, поблагодарит… или полюбит. Да, полюбит, я не оставлю ей иного выхода.

Да, я ей сказал, что любовь не важна и от неё мне нужны всего лишь наследники, только вот всё изменилось. Изначально и правда, она была нужна мне как женщина, что достойна будет выносить моего ребёнка, но сейчас… Что именно изменилось? Не знаю… чувства и мысли о ней. Теперь я не хочу использовать её и просто держать рядом. Отныне я хочу, чтобы она была рядом со мной по собственному желанию. По своей воли улыбалась мне. Шутила. Говорила. Делилась переживаниями… Каждый день ощущать вкус её сладких губ и смотреть в её огромные глаза, которыми она смотрит на меня.

А как известно, если хочешь удержать человека, привяжи его любовью к себе. Полюбить меня очень сложно. Такой, как я недостоин её любви, но уверен, что всё задуманное осуществится. Ведь у меня для этого есть целых два помощника.

Потерпи, ангелочек! Скоро всё будет иначе. Я обещаю, что ты будешь счастлива со мной. Постараюсь сделать для этого всё! Убью любого… задушу собственными руками… устраню каждого на нашем пути… подарю тебе всё, о чём ты будешь мечтать… потому что ты… моя! Мое единственное желание.