Текст книги "Новогоднее рандеву, или Гады всегда рядом (СИ)"

Автор книги: Анна Ковалева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)

Глава 10

– Кондрашов, мать твою! – от неожиданности я вскочила с кровати, куда только что улеглась. Сон как рукой сняло. – Какого черта ты здесь делаешь?

О том, что хорошие девочки не ругаются, сразу же из головы вылетело. Как тут можно не выражаться, когда этот гад с какого-то перепуга заперся в мой номер.

Мужчина тем временем помотал головой, посмотрел на меня, протер глаза. А потом…. Просто выматерился, махнул рукой и начал раздеваться…

Не, ну вот кто он после такого?

В полной прострации я стояла и наблюдала, как он стягивает с себя пиджак, галстук рубашку.

Как колдовство какое-то, честное слово. Даже пальцем пошевелить не могла, просто стояла и оторопело пялилась на сеанс незапланированного стриптиза.

Только когда звякнул ремень, я очнулась. Не-не-не, против стриптизеров ничего против не имею, но Кондрашова я и в одетом виде видеть не желаю, а уж в раздетом тем более.

Брр! Гадость-то какая… Как это потом развидеть будет?

– Кондрашов, немедленно убирайся из моего номера! – завопила я. Но никакой реакции не последовало. – Ренат!

Не выдержав такой наглости, я подошла к нему, развернула к себе лицом и буквально застыла. Мужчина был пьян, практически мертвецки.

Не знаю, по какому поводу он так наклюкался, но было видно, что он не соображал ровным счетом ничего. Мазнул по мне мутным взглядом, задержавшись почему-то на груди, которую почти не скрывал вырез ночной сорочки. Ухмыльнулся так странно, отчего у меня волоски на теле искриться начали, а пальцы на ногах поджались.

– Ренат, – я не привыкла иметь дело с невменяемыми мужчинами, но чисто интуитивно понимала, что злить пьяного мужика в неадеквате не стоит. Поэтом мигом смягчила тон, отдернула руку и сделала шаг назад. – Иди в свой номер, пожалуйста. Он находится слева.

Кондрашов замер, снова поморгал а потом взял и… рывком впечатал меня в стену, прижав своим телом.

Причем так сильно прижал, что я прекрасно почувствовала его стояк, начавший давить мне на живот. Это еще с какого перепугу?

– Ренат, отпусти, – попыталась дернуться, но меня лишь сильнее распластали по стене. Я растерянно замерла, полностью оторопев от происходящего. Что делать с таким Кондрашовым мне было непонятно.

– Как же ты меня заебала… – прохрипел он, обхватил мое лицо руками и набросился на губы.

Буквально смял их, не давая мне шанса ни опомниться, ни возразить. Даже пискнуть не успела, как он властно протолкнул язык внутрь, заставив меня буквально захлебнуться ощущениями.

– Ммм, – я попыталась замычать и вывернуться, но этого гада было уже не остановить. Он продолжал меня целовать так остервенело, что губы начали гореть огнем, а тело дрожать.

И ведь мне должно быть противно и мерзко, но нет! С какого то ляда мне нравится твердость его губ и их вкус. И прикосновения его рук тоже.

От этих ощущений меня так шандарахнуло, что я на миг забыла, что целует меня Кондрашов. Человек, который разбил мою жизнь и которого ненавижу больше всего на свете.

И единственное, чего он заслужил, так это того, чтобы я отбила ему яйца за такое поведение….

– Сука, – оторвавшись от губ, Ренат начал лихорадочно зацеловывать мою шею. А наглые руки начали блуждать по моему телу. Один рывок – и моя ночнушка разорвалась напополам. – Что же в тебе такого, а,? Какого черта ты ко мне привязалась? Покоя даже во сне от тебя нет.

От этих слов я опешила еще больше. Я привязалась? Он заперся ко мне в номер и распустил руки, а виновата я? Сволочь!

– Пусти, – яростно прошипела, но в ответ получила только рычание. А в следующее мгновение Ренат меня кинул на постель, наваливаясь сверху…

– Мерзавец, – застонала я, почувствовав укус в шею и жадные руки на обнажённой груди.

И если бы мне было больно, но нет же! От этого укуса возбуждение захлестнуло с головой и тело начало трясти как в припадке.

Я начала извиваться, пытаясь выползти из-под тяжелого тела мужчины. Металась, отталкивала, царапала его спину и плечи.

Но этим, кажется, еще больше возбудила не только его, но и себя. Потому что он только сильнее начинал меня атаковать. Гладил, тискал, щупал.

– Ренат, Ренат, остановись, пожалуйста, – несвязно бормотала я, отчаянно борясь с накатывающими волнами наслаждения. Разрядка была уже близка, еще немного, совсем чуть-чуть и…

А я была против! По крайней мере, моя разумная часть была против. Вот именно она и протестовала, пытаясь гасить животные инстинкты тела… Но явно проигрывала.

– Ренат, – делаю последнюю попытку его остановить, в то время как сама уже задыхаюсь от обжигающей страсти, терзающей тело.

И … на этот раз он действительно прекращает. Просто падает на меня, утыкается лицом в грудь и … начинает храпеть.

А я чувствую облегчение и жуткое разочарование одновременно. Неудовлетворенное тело буквально зудит и крутит, вызывая желание убивать.

Мерзавец. Гад. Сволочь. Ненавижу.!!!

Из чувства мести вонзаю ему зубы в плечо, но он даже не реагирует. Бревно бесчувственное. Теперь не только в переносном, но и в прямом смысле…

Немного попыхтев, все-таки совладала с приступом возбуждения, свалила этого борова в сторону и выбралась из кровати.

Застонала, оценив открывшуюся картину: спящего в моей кровати пьяного мужика, которого мало того, что фиг теперь из номера вытуришь, так даже на сантиметр не сдвинешь.

Оценила собственный растерзанный вид и разорванную ночную сорочку. А судя по ощущениям, к утру еще и засосы появятся.

Умереть не встать, что называется. Что это вообще было? Ладно, допустим, Кондрашов перепутал номер с перепоя, бывает. Но зачем он ко мне в трусы полез? Тоже с кем-то перепутал? Только вроде он один приехал. Или уже успел снять девку на ночь?

И ведь как лез настырно, а. Как будто сто лет никого не трахал.

А я? Сама хороша. Позволила ему себя лапать, поддалась. А если бы он не отрубился, то что было бы?

Тело на пошлые мысли отозвалось сладкой истомой, и я тут же заскрипела зубами. Как же бесит…

С большим трудом мне удалось взять себя руки и перестать изводиться, списав произошедшее на простую физиологию.

В конце концов, я молодая женщина, у которой полтора года не было секса. Вот и сорвало малость планки от ласк красивого мужика. Не, Кондрашов, конечно, сволочь, но в плане внешности природа его не обделила. Увы и ах.

Вот и поплыла я. Плюс факт неожиданности и полусонное состояние роль сыграли. И да, пусть в меня кинет камень тот, кто без греха. Тем более, что больше такого не повторится…

Кое-как успокоившись, я наконец сосредоточилась на самом главном. На том, что с этим безобразием делать? Под безобразием я имела в виду сладко храпящего Рената в моей постели.

Идти на ресепшен и жаловаться на постороннего мужика в номере? Просить перенести его в другие апартаменты и освободить мне кровать?

Ага. Так и представляю лица сотрудников. Потом над нами весь отель ржать будет. А учитывая, что Кондрашов личность известная, то его ночное приключение вполне может просочиться в прессу. Он то выкрутится, а вот меня прополощут до самых костей.

А оно мне надо? Оно мне не надо. Так что костеря Рената последними словами, я все же накрыла его простыней, а затем полезла в шкаф и достала новую пижаму. Хлопковую, удобную, с аппликацией из розовых сов.

Ну а что? Второй изысканной сорочки у меня нет, придется спать в этом. Еще раз фыркнув в сторону этого новоявленного алкоголика, прихватила одеяло, простынь и подушку с собой, и пошла в гостиную.

Хорошо хоть диван там был шикарный, получилось соорудить себе спальное место. Потому что спать с Кондрашовым я не собиралась. Как в прямом смысле, так и в переносном.

Впрочем, это все лирика. Думаю, одну ночь я переживу. А утром вытурю этого наглого интервента и пойду пытать администрацию. Почему чужая ключ карта открыла дверь моего номера?

Беспредел какой-то.

Поворчав таким макаром еще минут пятнадцать, я забралась на диван и попыталась уснуть.

***

Увы, но мои надежды выспаться не оправдались. При всей своей красоте диван оказался жутко неудобным. Так что я долго ворочалась, не в силах уснуть, а когда всё-таки уснула, то спала крайне беспокойно и проснулась около шести утра.

Ничего удивительного, что такая ночь настроения мне не добавила. Пару часов я просидела перед телевизором, пыхча как недовольный ёжик, а потом заказала себе завтрак в номер.

И именно в тот момент, когда я допивала свой кофе в гостиную, выполз Кондрашов. В одних трусах и похожий на медведя-шатуна, которого злые люди вырвали из законной спячки.

– Кондрашов, оденься, а? – проворчала я, отводя глаза. Хотя они так и тянулись рассмотреть подтянутую спортивную фигуру Рената.

Ночью-то не до разглядываний было. Только пощупать удалось. И покусать. Тьфу, блин. О чем я думаю вообще?

– Кристина? – он замер посреди комнаты, потер глаза. Проморгался. – Так ты мне не привиделась? Ты действительно пришла ко мне?

Я даже подвисла. Во-первых, от того, что Ренат выглядел растерянным, чего за ним раньше не замечала. Ничего, кроме наглости и самоуверенности я не видела в нем.

А во-вторых, от того, что он решил, что это я заперлась к нему. Супер.

– Я не знаю, как часто тебя посещают видения, – фыркнула, поднявшись с места. – Но это ты вчера заявился ко мне! Практически на бровях вломился. В номере-то осмотрись.

Ренат хмыкнул, озадаченно почесал затылок и побрёл в спальню. Вернулся он оттуда еще более озадаченным, но уже хотя бы в брюках. Смятая рубашка, пиджак и галстук висели на локте правой руки.

– Да, куча блузок и платья явно не из моего гардероба. – пробормотал, как-то странно на меня косясь.

– Вот именно, – ткнула я пальцем. – А теперь, будь добр, иди к себе.

– Кристина, – Кондрашов проигнорировал мою просьбу и бросил одежду на стул. А в его глазах зажегся привычный властный огонек. – Скажи-ка мне, а что вчера было?

– Я же только что сказала.

– Я не об этом, – отмахнулся он, продолжая сверлить меня взглядом. – Что было между нами? Мы переспали? Я же ни хера не помню.

– Расслабься, Кондрашов, – я мигом оценила расклад и сделала лицо кирпичом. Алкогольная амнезия Рената была мне только на руку. Не нужно ему знать, что от его ласк я чуть не кончила. А то возомнит Бог весть что. – Ничего не было. Ты завалился в спальню, занял мою кровать. Выгнать тебя возможности не было, поэтому я спала на диване всю ночь. Очень неудобном, между прочим, диване.

Я демонстративно одной рукой указываю на кучу белья на диване, а второй потираю поясницу.

Спина и правда жутко ныла. Взяла на заметку, что надо бы обязательно записаться на массаж. Вот выгоню этого гада – и сразу же запишусь.

– Ага, понятно, – Кондрашов испускает непонятный вздох, а я в нетерпении жду, когда же он уберется восвояси.

– Что ж, тогда прошу на выход, – прямым текстом посылаю его по нужному адресу и иду забирать белье с дивана, как вдруг горячие ладони ложатся мне на плечи, а над ухом раздается хриплый голос, пробравший до самого нутра.

– А почему тогда у меня все плечо в укусах, м? И царапины на плечах? Ветром надуло, да?

Глава 11

– Не понимаю, что ты имеешь в виду, – непроизвольно вздрогнула от его прикосновений и попыталась съехать с темы, но не получилось.

– Кристина, – Кондрашов подпустил в голос властных и одновременно сексуальных ноток, – Не прикидывайся дурочкой. Я же не слепой, и прекрасно вижу здоровенный укус на моём плече.

– И вовсе он не здоровенный, – возмутилась я. – У меня не настолько большой рот и массивные челюсти.

– Ага, попалась, – пророкотал он, а я застонала и тут же сделала пару шагов вперед. Развернулась и прямо посмотрела на Кондрашова. Черт с ним, догадался и ладно. Главное, чтобы знал по минимуму.

– И что? Укус и укус. Это ничего не значит. Говорю же, к счастью, ничего между нами не было.

– К счастью? – то ли растерянно, то ли возмущённо переспросил Ренат, а я с трудом замаскировала усмешку покашливанием.

Нет, ну вы посмотрите на него. Сейчас еще и обидится. Видимо, привык, что все женщины раздвигают перед ним ноги при одном упоминании его фамилии.

Ренат, похоже, и правда считает, что секс с ним – это предел мечтаний для любой. Нет, я, конечно, тоже поплыла, но это, что называется: бес попутал, а бог отвел.

Так что не считается.

– Кондрашов, – скрестив руки на груди, попыталась придать недовольный вид. Ренат даже заподозрить не должен, что мне понравились его ласки. Незачем подпитывать и без того непомерное эго. – Знаешь ли, далеко не каждой женщине нравится, когда в ее номер вваливается в дупель пьяный посторонний мужик, раздевается, а потом набрасывается на нее с поцелуями. Грозящими перейти в полный разврат. Так что не обольщайся, мой укус это всего лишь способ самозащиты.

– Самозащиты? – судя по тому, как округлились глаза и высоко взлетели вверх брови мужчины, у него, кажется, порвался шаблон. Совсем порвался. На британский флаг.

– Именно. Надо же было мне как-то защищаться. Честно говоря, я уже раздумывала, чем таким тяжелым тебя по голове огреть. Но ты просто отрубился, а я перебралась на диван. Так что да. Между нами ничего не было. К счастью. – упорно подчеркнула я.

В комнате воцарилось молчание. Ренат усиленно переваривал услышанное, а я ждала, когда же он уйдёт к себе. Потому что не знала насколько хватит моей выдержки.

Актриса, повторюсь, из меня не очень. А выдать себя не хотелось.

Было ли мне стыдно? С чего бы это? Стыдно должно быть пьяным вламываться в чужие номера и склонять незамужних девушек к интиму.

А я… я просто защищаю свое душевное равновесие. Вот. Имею полное право.

А молчание между тем затягивается. Я искоса посматриваю на Рената, намекая всем своим видом, что пора освободить мой номер.

Он же стоит и задумчиво так меня разглядывает. И разглядывания эти мне совсем не нравятся. Потому что от них у меня по коже начинают бегать нервные мурашки.

Наконец мужик отмирает, натягивает на себя рубашку и говорит то, что я меньше всего на свете ожидала услышать от Кондрашова.

– Кристина, за свое поведение я приношу извинения. Это было недостойно. Но кто мог знать, что ключ-карта откроет чужой номер.

Я аж обмерла и уставилась на него как удав на пачку дуста. Чтобы Кондрашов со своего Олимпа снизошёл до извинений перед «девкой без имени»? Да завтра же в горах весь снег должен растаять.

– На кой черт вообще нужно было так напиваться? – пробурчала, скрывая свое замешательство.

– Была одна причина, – хмыкнул Кондрашов, подхватывая оставшиеся вещи и с кресла. – Очень злопамятная причина. Хорошего дня, Кристина.

– И тебе того же, – выдохнула с облегчением и пошла закрывать дверь.

– А Данька все-таки идиота кусок, – уже в самом коридоре бросил Ренат, – я всегда это знал.

– Почему это? – не могла не спросить я.

– Потому что променял тебя на дочку Зосимова. Теперь вот пожимает плоды. – бросил он, уже заходя в свой номер.

Интересно мыши пляшут… Это что же там такое у Кондрашовых творится, что Ренат такое сказанул? Или это у него с похмелья мозг с памятью плохо работают? Загадка…

***

После ухода Кондрашова я спустилась вниз, на ресепшен. Чтобы разобраться с проблемой ключа. Конечно, полностью обрисовывать ситуацию я не стала, просто спросила о возможности открыть картой чужой номер.

В итоге выяснилось, что карта все же с индивидуальным доступом, привязанным к фамилии постояльца. Но из-за какого-то бага в программе случилась двойная идентификация. То есть карта Кондрашова может открыть мой номер, а моя карта – его. Прелестно.

Девочки долго извинялись, но в итоге, спустя полчаса, баг все же убрали. Но я все же решила провести эксперимент.

Поднявшись наверх, попыталась открыть номер Кондрашова. Не вышло. Ура! Жаль только, что за этими манипуляциями меня застал хозяин номера.

– Кристина? А ты что тут делаешь?

– Экспериментирую, блин, – проворчала я, усиленно краснея. – Теперь давай ты.

– Не понял? – выгнул он бровь.

– Ключ-карту дай. Там баг был в программе с доступами.

– Сейчас.

Второй опыт тоже прошел успешно. Теперь карта Кондрашова мой номер открыть не могла.

Аллилуйя! Можно спать спокойно.

– Кристина, – остановил меня Кондрашов, когда я уже заходила в номер. – Какие у тебя планы на вечер?

– Обычные. – дернула я плечом. – Ужин, отдых, сон.

– Тогда я приглашаю тебя на ужин. —абсолютно невозмутимо заявил он.

– Зачем? – такой поворот событий мне был непонятен.

– Хочу загладить вину за сегодняшнюю ночь. Да и поговорить нам нужно. В общем, жду тебя в семь в вип-кабинете номер 2.

Огорошил он меня, и тут же закрылся в своем номере. Даже не стал ждать, когда я пошлю его в хмм… весьма интересное путешествие.

Ну не гад разве? Гад. Окончательный, нахальный и невыносимый. Понятно зато, почему до сих пор не женат.

Видимо, даже большие деньги не помогают терпеть его гадский характер

Глава 12

Наглое заявление Кондрашова, как ни прискорбно в этом признаваться, выбило меня из колеи. Вот что он привязался, а? Ужин ему, видите ли, понадобился, поговорить со мной хочет.

Да о чем нам говорить вообще? О том, как Даня трахался в отеле со своей Адель, пока я стояла у плиты и готовила ужин?

Да ни за что! Я не извращенка и не мазохистка.

Около получаса я металась по номеру, пытаясь остыть, а потом плюнула на всё и отправилась на массаж. Спина действительно побаливала.

Кто бы мог подумать, что дорогущий по всем меркам диван может быть таким неудобным?

Пока умелые руки массажистки разминали мои косточки и мышцы, я невольно вновь вернулась к событиям ночи и минувшего утра.

Раз за разом проматывала в памяти приятные и одновременно постыдные воспоминания. И в итоге твердо решила – на ужин не приду. И пусть Кондрашов сидит в гордом одиночестве хоть до посинения.

Вот! Решила – и сразу как-то легче стало на душе. И даже настроение подскочило. Ну а массаж вообще отправил в нирвану.

После обеда я отправилась к местному торговому центру. Нужно было выбрать платье на завтра. Часть пути проделала пешком, дыша свежим воздухом, часть на местном микро-автобусе.

Торговый центр, кстати, оказался просторнее, чем я ожидала. Тут было все: и фудкорт, и детский парк, и семейный ресторан. А также кинотеатр и куча бутиков с ювелиркой, бижутерией и одеждой.

В одном из бутиков я и подобрала себе платье. Красиво обтянувшее тело и приемлемое по цене.

– Вау! – восхищенно захлопала в ладоши молоденькая консультантка. – Оно на вас как вторая кожа сидит. Будто по заказу шили.

– Да, мне тоже нравится, – выдохнула, разглядывая себя в зеркале.

Красный цвет мне был к лицу, как и фасон в целом. Широкие лямки, квадратное декольте, расшитое кружевом, и струящаяся до пола юбка, зрительно делающая мои ноги более длинными.

А если поднять волосы вверх, то и шея будет выгодно подчеркнута.

– Ваш мужчина будет в восторге. – заметила она, решив таким образом подтолкнуть к покупке.

– Мужчины у меня нет, – развела я руками, – но платье я всё равно возьму. Оно мне нравится.

– Значит, теперь точно появится, на женщину в таком платье не обратит внимание только слепой.

Я рассмеялась в ответ и с улыбкой до ушей пошла к кассе расплачиваться.

Туфли к платью решила не брать, были подходящие черные, зато купила в соседнем отделе красивый комплект из жемчуга: серьги и подвеску. Пусть не дорогущий морской, но вполне себе крупный культивированный речной.

После этого я как-то сама собой забрела в кинотеатр, ничуть не смущаясь, что буду одна.

В отель я в итоге добралась только к шести часам, немного уставшая, голодная, но счастливая.

Только вот стоило оказаться в спальне, как мысли о Кондрашове снова полезли в голову. За время моего отсутствия номер успели убрать, поменять постельное белье, халаты и полотенца, но присутствие Рената все еще стойко ощущалось.

Стоило закрыть глаза – и я вспомнила, как он ласкал меня на этой самой постели.

Ну что за гадство?

Следующие полчаса прошли в борьбе с самой собой. Я настойчиво уговаривала себя не поддаваться, заказать ужин в номер и расслабиться. А после ужина можно еще и в бассейн успеть.

Это был бы наилучший выход, но женское любопытство все же победило.

Очень уж хотелось узнать, что же мне скажет Кондрашов.

Наряжаться, конечно, не стала. Волосы заплела в свободную косу, надела легкое и полностью закрытое кашемировое платье.

Как по мне – неплохо вышло. А если Ренату мой прикид не понравится – это его проблемы.

В конце концов, я на этот ужин не напрашивалась. Так что могу хоть в мешке из-под картошки прийти, и пусть Кондрашов терпит.

***

В кабинет я зашла на десять минут позже назначенного времени. Ренат меня уже ждал, сидя на удобном диванчике благородного зеленого цвета.

Ничего не напоминало о том, что утром он уходил от меня помятым и расхристанным. Сейчас на нем были темные брюки, светлая рубашка и серый жилет. Пиджак висел на спинке стула. Волосы были причесаны волосок к волоску.

В общем, сразу видно – респектабельный мужик с обложки Forbes. И никому невдомек, что иногда в нем просыпается внутренний алкаш Валера, который бухает как не в себя и вламывается в чужие номера.

При мысли об этом я напрасно пытаюсь сдержать улыбку. Она прорывается наружу и Ренат это замечает.

– Тебе идет улыбка, – замечает Ренат, а тут же краснею. Такое ощущение, что меня застукали на чем-то постыдном.

– Спасибо, – сажусь на диван и стираю улыбку. А то с Кондрашова станется подумать не о том.

– Думал, ты уже не придешь.

– Если честно, я и не планировала приходить. – не стала врать. – Собираться начала в последний момент. Потому и опоздала.

– Почему передумала? – с долей интереса посмотрел на меня и нажал кнопку вызова официанта.

– Любопытство. – покаянно кивнула.

– То самое, которое сгубило кошку?

– Видимо, да.

На пять минут нас прерывает официант, принесший меню, и мы неторопливо делаем заказ. И только потом Ренат наконец берет быка за рога.

– Кристина, – произносит он с некоторым нажимом. – Я еще раз приношу свои извинения за эту ночь. Да и в принципе за то, как началось наше знакомство.

На этом моменте я порадовалась, что ничего не ем и не пью. Иначе бы точно подавилась.

– Не смотри на меня так. Я не такая уж сволочь, как ты думаешь.

– А мне вот сложно в это поверить. – дергаю плечом. – Тот вечер был просто кошмарным. И говорить я об этом не буду. Если ты позвал меня за этим, то я лучше пойду.

Собираюсь подняться, но Ренат удерживает мою руку.

– Подожди, дослушай до конца. – Кондрашов становится предельно серьёзным. – Помнится, ты хотела знать, почему я встречаю Новый Год здесь.

– Допустим, – от резкой смены темы я несколько растерялась.

– Так вот, я просто устал. Надоело слушать склоки Данила и Адель. А ругаются они постоянно, почти со дня свадьбы. Сил нет уже выносить этот цирк.

– А что так? – хмыкнула я. – Как же любовь всей жизни?

– Любовь всей жизни не выдержала испытания браком, – Ренат поморщился. – Если там были хоть какие-то чувства помимо страсти, намешанной с похотью. Они оба эгоисты, которые не умеют слышать и понимать друг друга. Потому и ужиться не могут.

– Ренат, знаешь, это не мое дело. Чужие отношения меня не касаются. На твоего брата я видов не имею, сказала же уже.

– И правильно, – кивнул Ренат. – Жалеть о разрыве с Данилом тебе точно не стоит. Он тебя не любил.

– Да я уже поняла это, – фыркнула, – когда в отеле их застукала.

– Кристина, понимаешь, Адель – дочь старого друга отца, они с Даней росли рядом, потом начали встречаться, а после разругались вдрызг и разбежались.

– Ясно, – вздохнула, вспомнив мамины слова. – Деньги тянутся к деньгам. Но почему я должна это слушать?

– Потому что это непосредственно касается тебя. – заявил Ренат. – Адель пришла ко мне за неделю до того вечера. Жаловалась, плакала. Говорила, что жить без Дани не может. Просила помочь вернуть его. Заодно сказала, что ты охотница за приданым, и не в первый раз такой фокус проворачиваешь с мужиками.

– Обалдеть, – я присвистнула и откинулась на спинку стула. Уходить мне расхотелось. Даже интересно стало, что эта гадина обо мне ещё наплела. – А ты и рад был поверить, да? Я еще тогда тебе не понравилась, при первой встрече. Когда Даня решил меня наконец познакомить с семьей.

– Хм, – Ренат откашлялся, поморщился. Дернул галстук, как будто тот ему дышать мешал. – Адель я же знал давно, а тебя нет. А на встрече с родителями ты выглядела странной. Себе на уме как будто.

– Знаешь, если бы ты и твоя семейка меня не прессовали, то я бы и не выглядела странной. – огрызнулась я. – А что остается делать, когда видишь, что против тебя изначально настроены плохо? Только держать защиту.

– Поэтому ты продолжаешь выпускать в меня свои колючки?

– Считаешь, не заслужил? Знаешь, я правда не понимаю, что ты от меня хочешь. Зачем позвал на ужин девку без имени? Объясняешь что-то?

– Кристина, просто выслушай. – Ренат снова скривился. – Поговорив с Адель, я решил ей помочь. Ну и заодно вывести тебя на чистую воду. Поэтому и говорил гадости, выводил на эмоции. Сознательно бил словами. Хотел, чтобы ты показала свое истинное лицо.

– Вот как, – покачала я головой. – И что, не дала я той реакции, на которую ты рассчитывал?

– Нет, не дала. А когда мы столкнулись у входа в отель, я был потрясен. На тебе лица не было. Тогда я и задумался о том, что Адель где-то соврала. Что ты была с братом не из-за денег.

– Как ты вообще просчитал, что я застану эту сладкую парочку твикс в постели? – поразилась я. Ведь есть вещи, которые нельзя предугадать.

– А я и не просчитывал. – Кондрашов потер правую бровь. – Просто я хорошо знаю брата. Я был уверен, что на встречу с бывшей он точно придет. Ну и склонялся к тому, что перед Адель не устоит. Да и она твердо была намерена его вернуть.

– А потом что?

– Потом я начал наблюдать за братом и Адель, и полностью убедился в том, что картина не сходится. Ты как-то быстро испарилась из квартиры, не стала устраивать скандалы, цепляться за теплое место. Врать не буду, я пробил тебя, все вплоть до места работы. И легенда Адель развалилась совсем. Я говорил с ней об этом. Потому что ненавижу когда меня держат за дурака. Она сперва отпиралась, а потом призналась во всем. Просила не рассказывать ничего Дане, сказала, что пошла на такой шаг от отчаяния. Вот так. Милая девочка Адель оказалась не тем одуванчиком, который я помнил.

– И Дане ты ничего не рассказал, я правильно поняла?

– Просто не видел смысла. Вы все равно уже расстались. Он свой выбор сделал. Ты ведь не приняла бы его обратно, надеюсь?

– Да никогда, – сжала я губы. – После увиденного мне было бы противно с ним жить.

– И это правильно, – одобрительно посмотрел на меня Кондрашов. А потом продолжил. – Кристина, я понимаю, что в твоих глазах выгляжу мудаком. Но все же хочу извиниться за то, что наговорил тогда и пошел на поводу у Адель.

– А тебе не кажется, что извинения опоздали года так на полтора? – спросила после пары минут молчания. – Гордость помешала извиниться сразу, как только понял, что не прав?

– Отчасти да, – признался он. – Мне очень нелегко дается признавать свою неправоту. Отчасти потому, что решил, что мои извинения уже не нужны и лучше не лезть к тебе. Но раз судьба свела нас снова…

– Кстати, об этом, – нахохлилась я. – Ладно, допустим, тогда я тебя и правда не стала бы слушать, даже если бы ты пришел с извинениями. Но приехав сюда, ты первым же делом назвал меня содержанкой.

– Вот тут оправдать себя нечем, – усмехнулся Ренат. – Опешил, увидев тебя здесь. Вот и брякнул, не подумав. Еще твой этот развратный пеньюар навел на не те мысли.

– Дай угадаю, – ехидно прищурила глаза. – Решил, что раз этот отель мне не по статусу, то привезти меня мог только любовник с тугим кошельком?

– Кристина, не язви. Признался же, что глупость сморозил. Извини еще раз, если обидел. Хотя твой цирк меня позабавил. Рудик… Надо же было додуматься…

– Что первое в голову пришло, то и ляпнула. – фыркнула я. – Не знаю я, какое имя положено иметь папику. И знать не хочу.

В ответ на это Ренат почему-то рассмеялся, а тут и официант принес заказанные блюда. И от них так аппетитно пахло, что предательский организм нагло капитулировал. Руки сами собой расстелили на коленях салфетку, и взяли столовые приборы.

Кушать захотелось так сильно, что я решила еще раз поужинать с Кондрашовым. Раз уж мы ночевали в одном номере, и даже поговорили почти что по душам, то чего теперь ноги уносить? Глупо как-то.

Поэтому я осталась, и даже позволила Ренату за собой поухаживать. Даже «колючки» свои спрятала на время. Так что ужин пошел вполне себе мирно.

Говорили мы мало и только на отвлеченные темы. И это радовало, с откровениями на сегодня, пожалуй, достаточно.

– Кристина? – у самой двери номера Кондрашов меня снова тормознул. – Завтра вечером новогодняя программа в главном банкетном зале.

– Я в курсе.

– Тогда почему бы нам не провести вечер вместе?

– Пожалуй, это уже перебор. – отрицательно покачала я головой – Вроде мы сегодня уже все выяснили.

– Всегда можно найти новую тему для разговора. Столик я уже забронировал. Программа намечена на шесть тридцать, так что приходи.

– Доброй ночи, Ренат. А насчет завтра я подумаю, – ответила уклончиво и проскользнула в номер.

Проходя мимо зеркала, поймала себя на том, что улыбаюсь во весь рот. И тут же стерла улыбочку…

Это же Кондрашов, чему улыбаться вообще? И все его извинения ничего не меняют. Поступил он со мной по-скотски, так что пусть валит в … баню.

Да, именно туда. А мне и одной вполне себе замечательно… Глядишь, ещё и познакомлюсь завтра с кем-нибудь. Раз уж мое платье настолько неотразимо, как уверяла консультантка в бутике.

Вот и проверим опытным путем.