Текст книги "Приворот. The love spell (СИ)"
Автор книги: Анна Фёдорова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
–Ты его увела от другой девушки? – поразилась я.
–Я не знала, что они еще встречались, – мама передернула плечами, – он, оказывается, ходил ко мне и к ней. То есть, свободное время проводил со мной, а к ней приходил пару раз, но так ничего и не смог объяснить. Потом просто перестал ей звонить и… Она подошла ко мне после пар. Устроила истерику, угрожала. Фи.
–Ты его не бросила?
–Хотела, – призналась мама, – знаешь ли, неприятно узнать, что ты не единственная. Пусть даже и значишь для него больше, чем другая. Но, как видишь, мы так и не расстались.
–Его бывшая не вмешивалась в ваши отношения?
–Нет. Ну, если только по мелочам, – мама задумалась, – под Новый год – раз, на Валентинов день – два, на папино день Рождения – три, на первом экзамене – четыре… Потом вроде отстала.
–А что она делала?
–Так, мелочь всякую… В день святого Валентина прислала мне букет искусственных цветов, с четным количеством, разумеется.
–Ничего себе мелочи, – я сморщилась.
–Неприятно, но большого вреда не было, так ведь?
–Что еще?
–Настя, у меня нет желания этого вспоминать, – резко ответила мама, – что было, то прошло.
–Извини… Мам, я хотела спросить… Вы столько лет вместе с папой, значит, вы любите друг друга?
–В большинстве случаев, – улыбнулась мама, – иногда мне кажется, что я готова пристукнуть его.
–Я серьезно.
–Я тоже серьезно. В любых отношениях бывают моменты, когда кажется, что влечение ушло. Но, стоит пережить кризис, и все наладится. Кстати, как у тебя дела с Ромой?
–Кризис, – хмуро ответила я.
–Но он же самый красивый мальчик в классе? – спросила мама с лукавой улыбкой.
–В школе, а может и в городе. Надоел он мне. С другой стороны, я столько лет была в него влюблена…
–Любила, потому что он не обращал на тебя внимания. Как только, он тебя полюбил, тут же стал безразличен. Типичная ситуация, – пожала плечами мама,– бросай его. Хотя, конечно, жаль отказываться от самого красивого мальчика.
–Да… Еще его девушка… Подумает, что я испугалась…
–Бывшая девушка Ромы угрожала тебе? – нахмурилась мама.
–Немного. Давно. Мам, я иногда думаю, что Роме было бы лучше с ней.
–Но он выбрал тебя, – заметила мама, – так что не переживай.
–Он не выбрал, – сорвалось у меня с языка.
–Что это значит?
–Ничего, – я помотала головой, – ничего не значит, так… А бывшая папина девушка была красивая? Как ее звали?
–Ничего красивого в ней не было, – сморщилась мама, – имя плебейское… Зоя…
Больше ничего интересного вытянуть из мамы не удалось. Она вообще очень болезненно реагирует на разговоры о бывших или возможных пассиях отца. Ее подруги знают об этом и не упускают случая подшутить. При каждом удобном случае отпускают замечания типа «твой больно веселый ходит/часто задерживается на работе, поди любовницу завел». Причем все знают, что это нереально. Папа до умопомрачения любит маму, а на остальных женщин не обращает внимания. Для меня остается загадкой, как у него могла сохранится любовь на протяжении двадцати пяти лет!
Я не представляю себя с каким-нибудь парнем, дольше, чем … года два – три. То есть раньше я грезила о Романе Алмазове и была уверена, что мы поженимся, проживем сто лет и умрем в один день. А покоиться мы будем в семейном склепе, усыпанном цветами. Вот такие девичьи мечты. Сколько их еще разобьется?
18
Сегодня ответственный день. Маша должна познакомить семью со своим женихом Богданом. Мы видели его только на фотографиях, но были наслышаны о том, какой он замечательный. Маша трындела о Богдане без умолку, стоило кому-нибудь завести о нем разговор.
Я немного волновалась. Вдруг Богдану не понравится наша семья, и он раздумает жениться на Маше. Хотя это смешно, он ведь с ней будет жить, а не со мной и родителями. Но как бы то ни было, до двух часов я сидела, как на иголках. Мне хотелось, чтобы молодой человек Маши остался в полном восторге. Родители, кажется, тоже немного нервничали, но виду старались не подавать. Они давно уже просили Машу познакомить их с Богданом. Странно, конечно, что Маша встречается с ним уже два года, а с родителями так и не познакомила. То ей некогда, то родители в командировке, то Богдан улетал к своей семье. Его родители живут в другой области, поэтому видятся с сыном не часто.
–Настя, не ляпни, пожалуйста, за столом какую-нибудь глупость, – попросила мама.
–Постараюсь, – послушно ответила я.
Мама прошлась по квартире, придирчиво разглядывая каждую комнату. Везде была идеальная чистота. Маша ходила за ней по пятам и посмеивалась.
–Мам, ну ты же знаешь, Богдану совершенно наплевать на такие мелочи! Тем более он любит меня любую.
–Порядок – это не мелочи, – мама поправила подушки на диване, – к тому же, чистота в квартире показывает, что гостя ждали, к его приходу готовились.
–Я вообще про то, что ты слишком волнуешься, – не сдавалась Маша, – вы мои родители… В конце концов, это он должен бояться вам не понравиться, а не вы ему!
Мама хотела ответить, но ей помешал телефонный звонок. Маша услужливо подала трубку и хихикнула.
–Алло… Да, дома… Что? О Господи! Конечно, конечно, сейчас приедем!
–Что случилось? – растерянно спросила Маша, наблюдая, как мама мечется по комнате, собирая необходимые вещи.
–Олег, собирайся! – крикнула мама отцу, – бабушке стало плохо, а у Светы начались схватки!
Моя бабушка Ирина Ивановна была смешливой бойкой старушкой. Но как у многих людей в ее возрасте, а в прошлом году она справила 72 года, здоровье у нее было не ахти какое. То сердце прихватит, то давление скачет. Вместе с ней жила моя двоюродная сестра Света с мужем. Он постоянно на работе, она на восьмом месяце беременности. Роды начались раньше срока, бабушке от волнения стало плохо. Вот Света в панике и позвонила нам. И бабушку одну страшно оставлять и ей в роддом надо ехать. В общем, родители поспешили на помощь. Маша прислонилась к косяку.
–Ну вот, – грустно сказала она, – опять не познакомятся.
–Да ладно, в следующий раз обязательно, – я обняла сестру.
–Когда он будет следующий раз… Ну, ничего! Главное, чтобы там все обошлось! – Маша посерьезнела, – за бабушку я не переживаю, она у нас крепкий орешек, а вот Светка… Рано ей еще рожать! Может она…
От звонка в дверь мы подпрыгнули. Богдан! Я пулей помчалась на кухню греть чайник, Маша поправила прическу и не спеша пошла открывать дверь.
–Знакомьтесь. Богдан, это моя младшая сестра Настя. Настя, это Богдан мой молодой человек, – торжественно сказала Маша.
Богдан оказался высоким симпатичный парнем. В общем, раньше я видела его на фотографиях, но в жизни он оказался гораздо лучше.
–Привет, Настя, это тебе, – Богдан протянул мне шоколадку с орехами.
–Спасибо, – я смущенно улыбнулась.
–Так, Богдан падай вот сюда, ты, Настя садись сюда, – Маша посадила нас за стол, – Богдан, ты будешь смеяться, но сегодня знакомство с родителями опять не состоится. У меня кузина рожает, они умчались к ней.
–Рад за твою кузину, – отозвался Богдан.
–Ну, раз родителей нет, церемонии разводить ни к чему, – Маша загремела тарелками, – сейчас я покормлю тебя борщом. Между прочим, сама готовила!
Надо сказать, сестра терпеть не может возиться на кухне. Мама не раз упрекала Машу, что ей уже двадцать два года, а готовить она почти ничего не умеет. Сестра смеялась и говорила, что сама она вполне может питаться яичницей и полуфабрикатами, а мужа она заставит нанять домработницу.
–Сейчас быстренько покушаем и пойдем на выставку, должны успеть!
Маша еще болтала всякую ерунду, но я заметила, что она с волнением следит за реакцией Богдана. Понравится ему борщ или нет. Все-таки ради него старалась, полдня на кухне угробила!
–Очень вкусно, – похвалил Богдан,– только соли немного маловато.
Маша помрачнела и молча подала солонку.
–Я хотел сказать, соли в самый раз, – Богдан взял Машу за руку, – просто у меня вкус такой нестандартный. Я вечно все пересаливаю.
Маша успокоилась. А суп и впрямь был недосолен. Честно говоря, в борще было много недостатков: от пригорелой моркови до недоваренной картошки. Но не говорить же об этом Маше! Так и ела суп через силу, но с довольной физиономией. Сама Маша пила чай.
–Ты у меня умница, ну прямо очень вкусно приготовила, – Богдан продолжал нахваливать Машу.
–Да ладно, – небрежно ответила Маша, но явно осталась довольна, – ты же меня не разлюбил, если бы я приготовила плохо?
–Нет, конечно, – с готовностью ответил Богдан, – тем более я уверен, что, став женой, ты быстро освоишь все хитрости кулинарного искусства. Ты же у меня молодчинка, все на лету схватываешь.
–То есть? – Маша напряглась, – я, что, буду готовить каждый день?
–Ну, ты же работать не хочешь, – пожал плечами Богдан, – Значит, будешь дома сидеть, а чем тебе заниматься целый день?
–Значит, раз я не устроюсь на работу, я буду должна батрачить дома? – повысила голос Маша.
–Почему батрачить? – удивился Богдан, – покушать приготовить, немного прибраться и все, свободна, как ветер!
–А ты знаешь, сколько времени уходит на приборку и готовку? – вскипела Маша, – я этот долбанный борщ полдня варила! А потом после всего еще посуду мыть, потом снова готовить, потом снова посуду мыть! Стирать! Пылесосить! Только порядок наведешь, а через минуту снова бардак!
Маша распалялась все больше и больше. Она защитила диплом, отметила это с подругами, съездила отдохнуть. После этого решила побыть дома недельку и позаниматься домашними делами. С непривычки у нее это получалось плохо. Уже на второй день она кричала на всех, стоило ей заметить фантик, оставленный на столе или крошки на полу. А вид грязной посуды в раковине приводил ее в бешенство. Короче, женские обязанности для Маши – больная тема.
–Не знаю, – спокойно ответил Богдан, – но моя мама все успевает. И приготовить, и прибраться, и с собаками погулять, и в салон красоты сходить. Нужно уметь планировать время.
Маша замерла. Потом выпрямилась, расправила плечи и грозно произнесла:
–Значит так, домашней прислугой я быть не желаю. Всеми домашними делами будем заниматься по очереди. Иначе замуж я не пойду.
–Малыш, умей смотреть правде в лицо, – Богдан отодвинул тарелку с супом, – создавать семейный уют – это прерогатива женщины.
–Да что ты говоришь, – холодно сказала Маша.
–Конечно, я буду тебе помогать, но тебе придется немного постараться… Смешно представить, придут к нам друзья, а ты им выставишь на стол что-нибудь несъедобное…
–Тебе не понравился борщ?
–Ну, малыш, его невозможно есть!
–Ну не угадала с солью, с кем не бывает!
–А картошку почему не доварила, а морковь подгорелую зачем добавила, а свекла…
–Не нравиться не ешь! – крикнула Маша и схватила тарелку Богдана. От резкого движения суп расплескался.
Маша долго смотрела на пятно, расплывшееся на новой скатерти. Богдан приподнялся.
–Сидеть! – рявкнула Маша, – значит, готовить я не умею, время планировать не умею, в жены не гожусь…
Сестра распахнула окно и вылила борщ. Всю кастрюлю. На улице кто-то громко выругался и принялся звать милицию. Маша хладнокровно закрыла окно и села обратно за стол.
–Солнышко, извини, – смущенно начал Богдан.
–Что еще во мне не так? – Маша скрестила руки на груди.
–Ну, согласись, ты должна уметь хоть что-то! – Богдан начал злиться, – да дело даже не в борще! Ты флиртуешь со всеми подряд, делами не интересуешься, о будущем не думаешь! С родителями два года познакомить не можешь! А я говорил, что для меня это важно!
–Чем важно? Чем? – закричала Маша, – ты на мне жениться собрался, а не на родителях! И я что ли виновата, что Светка сегодня надумала рожать!
–Мы уже два года встречаемся, а ты…
–А я? А что я? – Маша схватила полотенце и со злостью хлопнула его об стол. Хорошо, что посуду бить не начала… У меня мелькнула мысль, нырнуть под стол и дать деру в свою комнату, но вместо этого я просто съежилась.
–А ты…
–А с Николаевой ты зачем вчера встречался? Ах да! Она же замечательно готовит! Что она еще хорошо делает? Наверно, полы моет закачаешься! Стирает так, что обалдеешь! А когда порядок наводит, от восторга умереть можно!
–Маша, прекрати! – Богдан встал и подошел к Маше.
Они сверлили друг друга глазами, пока Маша ехидно не предложила:
–А может, ты женишься на мне и на Николаевой? Я буду женой для души, а она по хозяйству. Будет, чем гостям похвастаться.
–Ты никого, кроме себя не видишь. Ни о ком, кроме себя не думаешь, – Богдан сделал шаг назад.
–Ну и катись отсюда! – в запале крикнула Маша, – видеть тебя не хочу! Нашел дурочку! На себя посмотри! Вечно по пустякам придираешься! То я тебя всем устраивала, то неожиданно перестала! Или ты другую нашел?
–Маша…
–Да скатертью дорога! Проваливай! – Маша толкнула Богдана.
–Ну и замечательно! – крикнул Богдан, – давно пора!
Он ушел, громко хлопнув дверью. Маша стукнула по ней кулаком и зарыдала.
19
После того момента, как Богдан обидевшись, ушел, в доме стало невозможно находиться. Маша накидывалась с упреками, а если и молчала, то с таким видом, будто ее пытают. Родители всячески пытались приободрить Машу, но та ничего не желала слушать. Я даже не пыталась достучаться до нее, во-первых, это бесполезно, во-вторых, я хочу еще немного пожить.
Потянулись тоскливые будни. Я ломала голову, почему на моих близких так и сыпались неприятности.
Недавно я звонила Кате. Мы поговорили всего пару минут, потом ее увели на процедуры. Подруга никак не может пойти на поправку. Врачи нашли у нее не одну болячку. Так, ничего серьезного. Они даже успешно лечатся, но лучше Кате не становится.
Я уже стала забывать, что когда-то Маша приходила домой счастливая. Вот пару недель, как она возвращается заплаканная и злая. Мама пытается поговорить с ней по душам, но Маша отмалчивается. Собственно, родителям тоже приходится не сладко. У отца начались проблемы на работе. Сокращения, смена начальства и прочие катаклизмы.
С Романом у меня не ладится. Вот лежу по вечерам и думаю, что я в нем нашла? Красивый, конечно, а что с того? Я все чаще ловлю себя на мысли, что ничего особенного Рома Алмазов из себя не представляет. Хотя в школе у меня другое настроение. Когда мы идеи по коридору, девчонки бросают на него такие пылкие взгляды, что я начинаю гордиться статусом его девушки. Но это в школе. После занятий радость улетучивается.
Все же у меня не хватило решимости поставить точку в наших отношениях. Слишком лестно быть девушкой школьного красавца… Да и тяжело отказаться от сбывшейся мечты. Подожду еще немного, неделю-другую и уж потом…
К тому же, я не до конца разобралась в своих чувствах. Вроде бы и окончательно решила, что Рома мне не нужен, то меня охватывало желание быть рядом с ним. Обычно страсть вспыхивает, когда Рома находится очень близко ко мне, когда я чувствую его дыхание. В такие моменты я становлюсь прежней и схожу с ума от него. Вот только случается это все реже и реже.
–У нас гости? – спросила я, стягивая сапоги. Они были ультрамодные и совершенно неудобные. В обувном магазине по случаю юбилея была грандиозная распродажа. Только, когда я туда пришла, осталось только четыре пары с 25% скидкой. Сапоги на высоченных шпильках, ботфорты, кроссовки и вот эти милые сапожки. Первые три варианта мне не подходили, так что пришлось взять эту пару, красивую и неудобную. Сапоги были меньше на размер.
–Нет, с чего ты взяла? – мама выглянула из кухни. Руки у нее были по локоть в муке, нос и щеки тоже измазаны.
–Так вкусно пахнет, будто праздник.
–И не говори, – мама рассмеялась, – Плохая я хозяйка, если дома пахнет вкусной едой только по праздникам.
–Нет, ну вы подумайте!– из комнаты вышел папа, возмущенно тряся газетой, – куда власти смотрят! Потомственная колдунья… бла-бла… не терпите измены, приворожите мужа… Дурят народ, а народ рад!
–Что ты так разгорячился, – мама мельком глянула на объявление, которое разозлило отца, – никто ведь насильно не тащит к…этой… как ее там… потомственной ведьме.
–Это ты понимаешь, что все это ерунда, – папа нахмурился, – а вон попадись такое объявление нашей Насте! Или еще какой-нибудь дурочке…
–Ну, спасибо, пап! – я покраснела от возмущения.
–Не дуйся, – папа щелкун меня по носу, – они ведь не понимают ничего, вот в чем дело! Пятнадцать, семнадцать лет… Одна дурь в голове, а…
–Не ворчи, что ты как старик, – мама поморщилась и скрылась на кухне.
–Правда, пап, не бери близко к сердцу, – я обняла отца.
–Женщины! Легкомысленны и недальновидны, – вздохнул папа и ушел обратно.
Я бы с ним поспорила по поводу дури в голове, но у меня не было времени. Я заскочила домой, чтобы переодеться. На последнем уроке Рома позвал меня в гости. Отказаться было выше моих сил.
Я скинула джинсовку, распустила волосы и замерла перед шкафом. Нужно выбрать, что-нибудь соблазнительное. То есть, более красивое, то есть…Что угодно, лишь бы понравиться Роме. В конце концов, я сделала выбор в пользу полупрозрачной голубой блузки, ярче накрасила глаза и нанесла на губы свой любимый блеск со вкусом арбуза.
После того, как я стала встречаться с Ромой, во мне появилась уверенность в своей привлекательности. Даже не накрашенная я чувствую себя красоткой, с косметикой я и вовсе сногсшибательна. А ведь каких-то полмесяца назад, ситуация была более, чем печальна. Комплексов у меня было выше крыши. Кроссовки, опущенная голова, сутулость…Нет! Нет! Больше это не повторится! Я девушка Романа Алмазова, а, значит, самая привлекательная девушка в мире!
–Проходи, – Рома распахнул дверь, – не стесняйся, дома никого нет.
–Вообще никого? – смущенно спросила я.
–Только ты и я, – Рома помог мне снять куртку.
Я чувствовала себя не в своей тарелке. Еще ни разу мы с Ромой не были наедине. Как следует себя вести, чтобы он не разочаровался во мне? Не посчитал неуклюжей или пошлой… Я одернула себя. Ты пришла не за этим.
Когда я встречалась с Максимом Сомовым, мы только целовались. Да и то потому, что мне было интересно узнать, что такое настоящий французский поцелуй. Как только Максим пытался пойти дальше поцелуев, я отталкивала его и начинала сердиться. У меня не было притяжения к Сомову. Я встречалась с ним, за неимением лучшего. Я продолжала любить Рому, но он был недосягаем, а ласки хотелось. К тому же, Максим меня любил. Пусть он и был мне безразличен, но все равно приятно, когда он нежно гладил мою руку, говорил ласковые слова.
Сейчас я чувствовала приятный холодок по всему телу и легкое головокружение. Губы сами собой растянулись в улыбке.
Вот и дверь в его комнату. Призвав на помощь силу воли, я сосредоточилась и решительно переступила порог.
Первое, что бросилось в глаза в комнате Ромы – это гитара. Та самая гитара, на которой он играл в тот вечер. Самый чудесный вечер в моей жизни. Тогда, когда Рома признался мне в любви.
–Тебе нравиться? – Рома неслышно подошел сзади и нежно обнял за талию.
–Да, очень уютно, – мягко ответила я и прижалась к нему.
–Хочешь перекусить? – спросил Рома.
–Нет, спасибо, я позавтракала.
–Да? А я бы кое-что съел, – Рома легонько укусил меня за шею. Ноги моментально ослабели.
Какой может быть отворот? Да я дня без Ромы не проживу!
–Я хочу предложить тебе одну вещь, – Рома подхватил меня на руки и отнес на кровать, – как насчет того, чтобы пожить вместе?
–То есть? – я перекинула волосы за спину отрепетированным жестом. Стыдно признаться, но в последнее время я тренировалась перед зеркалом, чтобы научиться улыбаться, приподнимать брови, оборачиваться, как можно привлекательнее.
–Снимем квартиру, – Рома ласково улыбнулся и поцеловал меня, – будем жить вдвоем.
–Звучит заманчиво, – я попыталась сесть, но Рома прижал меня к кровати.
–Ты и я. Больше никого.
–Ром, у нас даже денег нет, – я слабо отбивалась от ласк. Ради приличия, хотя кого стесняться?
–Я найду деньги.
–Меня родители не отпустят.
–Ты уже взрослая… Подумай… Никто не будет мешать… Настя… Почему ты молчишь?
А как говорить, если мысли путаются?
–Ты опять думаешь об этом уроде? – резко спросил Рома. Его злой голос сразу отрезвил меня.
–Что? О каком уроде?
–О каком? – Рома грубо поставил меня на ноги, – у тебя уже несколько хахалей?
–Я не понимаю…
–Сомов снова приходил к тебе? Да?
–Бред!
–Денег нет, родители не отпустят. Это ведь все отговорки, да? Ты не хочешь переезжать из-за Сомова? Отвечай! – Рома тряхнул меня за плечи.
–Отпусти меня!
–А что так? – Рома с презрительной гримасой оттолкнул меня. Я с трудом удержалась на ногах.
–Иди домой и собирай вещи, – отчеканил он, – вечером мы переезжаем.
–Что? Рома, родители правда меня не отпустят!
–Заткнись!
Рома с силой ударил меня ладонью по лицу. Я покачнулась. Алмазов схватил меня за руку и швырнул к стене. В глазах потемнело.
–Запомни раз и навсегда, – Рома подошел ко мне вплотную, его лицо было перекошено от злости, – ты только моя. Никакой Сомов, ни кто-либо еще не сможет отнять тебя у меня. Ты всегда будешь со мной!
Я молча продвигалась к выходу, Рома следил за мной.
–Надеюсь, ты все поняла? – Алмазов сжал губы в тонкую линию.
–Да.
–Вечером я зайду к тебе. Вещи должны быть собраны.
–Да, – я никак не могла застегнуть куртку, пальцы не слушались.
Внезапно что-то изменилось. Рома смотрел на меня испуганно. Выглядело так, будто он недавно очнулся.
–Настя, – прошептал он.
–Я все поняла, – торопливо ответила я и запахнула куртку. Плевать на замок, лишь бы ноги унести!
–Настя, – Рома стоял как вкопанный, – что … Я… Я, кажется, ударил тебя?
Я всунула ноги в ботинки и дернула дверь. Заперто. Я лихорадочно крутила все замки подряд, что-то щелкнуло, дверь открылась. Бежать! Бежать! Но я не успела. Рома подошел ко мне. Я замерла, ожидая удара.
–Настя, это правда? Я ударил тебя? – Рома с тревогой посмотрел мне в глаза.
–Я пойду…
–Настя…
–Все нормально!
Я боком прошла в дверь, не отрывая глаз от Ромы. Выйдя в коридор, я ринулась на улицу.
Какая наивность! Я переживала за Рому.... Да он быстрей меня убьет, чем умрет сам! Кто бы мог подумать, что такой милый с виду парень окажется сумасшедшим!
Я вбежала в квартиру и закрыла дверь на все замки. Закрыла дверь в комнате. Стоп. А комнату запирать зачем? Кроме меня дома никого нет. Квартира закрыта, комната закрыта. Но мне неспокойно!
–Черт бы тебя побрал, Алмазов! – в слезах крикнула я.
Как жаль, что я не парень! Я бы убила это идиота!
Никогда бы не подумала, что Рома способен ударить девушку! Интересно, Пескову он тоже колотил? Хотя нет, Лариса сама кого угодно загрызет. Хороша была парочка, нечего сказать!
Никогда. Никогда я не позволю ему дотронуться до меня. Он может умолять, стоять на коленях, притащить под мои окна оркестр, не прощу его!
Я прикоснулась к щеке, по которой ударил Рома. Она казалось мне чужой, потому что еще вчера я могла поклясться, что Алмазов даже представить не мог поднять на меня руку!
–Не верю, – вырвался шепот, – этого не могло быть. Никогда!
Образ идеального парня разбился вдребезги. Я сидела в углу и скулила, как собачонка. Если Рома оказался чудовищем, значит, ни один парень не может быть хорошим. На свете не осталось ни одного доброго человека. Все видят только себя, не принимают других во внимание. Каждый думает о своей выгоде, а что случится с остальными, никого не волнует.
Но я не хочу жить в мире, где каждый сам за себя. Хвастовство и гордыня не могут править балом. Должно существовать место, где царят любовь, доброта, сострадание. Там, где радость одного человека становится счастьем для всех! Я хочу найти это место…
20
Вчера я выплакала ведро слез. Серьезно. Во мне не осталось ни одной слезинки. И вообще ничего не осталось. Я заперлась в комнате. Меня не привлекала еда, родные раздражали, больше всего на свете я хотела поставить на окна решетки, заколотить дверь и повесить табличку «Не влезай. Убьет». Еще я бы хотела, чтобы все забыли о моем существовании.
–Настя, – в комнату заглянула Маша, – тебе звонит Рома.
–Я не буду с ним разговаривать, – хмуро ответила я.
–Он очень…
–Передай, чтоб он пошел к черту! – решительно сказала я и уткнулась в подушку.
–Настя, – строго сказала Маша, – не убегай от проблем. Если вы поссорились, выясни отношения, дуться будешь потом.
Я нехотя подошла к телефону. Что Рома выдумает на этот раз?
–Настя, привет, не бросай трубку, пожалуйста, – торопливо проговорил Рома, – Я плохо помню, что случилось вчера. Но я не виноват! То есть виноват… Я хочу сказать…
Рома замолчал. Я ничего не говорила, ждала, пока он соберется с силами. Пауза длилась так долго, что я успела нарисовать целый натюрморт на обрывке листочка.
–Настя, меня возили к врачу, – наконец сказал Рома, – он сказал, что со мной не все в порядке.
–К какому врачу? – равнодушно спросила я.
–Понятия не имею, – убитым голосом ответил Алмазов, – то ли психотерапевт, то ли психолог, то ли психиатр. Короче, он сказал, у меня проблемы с психикой. То есть… Он как раз не нашел ничего такого, но сказал, что определенно со мной что-то происходит. Назначил несколько сеансов. Насть, ты же знаешь, я бы никогда… Ни за что!
–Никогда, – дрогнувшим голосом повторила я.
–Никогда, Настя! Я люблю тебя! – пылко заверил Рома.
–И что теперь?
–Больше этого не повторится. Мне, – Ром смутился, – прописали лекарство. Все наладится… Насть… Не бросай меня. Я один не справлюсь. Ты нужна мне…
Я вспомнила искаженное злобой лицо, руки, до боли сжимающие мои плечи. Снова почувствовала страх и обиду. В мыслях пронеслось все плохое, что было между нами.
Я вспомнила все и сказала:
–Я тебя не брошу.
Дело не в том, что он разжалобил меня или убедил, что любит. Что, если, Рома не по своей вине стал таким? «В описании приворота были указаны побочные действия?» – спросила недавно Маша.
Раньше я сомневалась, а теперь уверена, Рома сходит с ума из-за меня! Что делать? Ждать, когда закончится приворот? Но где гарантия, что Алмазову станет лучше? Может, рассказать ему про колдунью? Может, попросить помощи у родителей?
В голове крутилась тысяча вопросов и ни одного ответа. В конце концов, я малодушно решила ничего не предпринимать и посмотреть, как будут развиваться события.
После той злополучной встречи Рома ушел на больничный. Поначалу я чувствовала себя неуютно без него, но скоро привыкла. Он звонил мне перед сном, желал спокойной ночи, говорил, что любит… В выходные мы договорились прогуляться, но затея сорвалась.
–Температура, – виновато сказал Рома, – родители не отпускают. Издеваются, благодетели, заставляют пить всякую гадость.
–Ничего не поделаешь. Выздоравливай. Пока, – я с облегчением положила трубку.
То, что Рома не сможет сегодня придти – это хорошая новость. У меня будет время закончить юбку. Там и так работы на час, не больше.
Этот месяц выдался какой-то суматошный. Я приходила домой, наскоро ела, делала часть уроков, встречалась с Ромой, доделывала оставшееся домашнее задание, наскоро ела, встречалась с Ромой. У меня не было времени ни на подругу, ни на увлечения. Спицы и крючок я уже давным-давно не брала в руки, а ведь раньше вязала как минимум два часа в день. Надо будет поговорить с Ромой, предложить встречаться только по вечерам, на полчасика. Если он согласится, то я буду успевать… В голове что-то щелкнуло. Я прокрутила последние мысли и не могла понять, что меня насторожило. Рома сегодня не придет – это хорошо, с завтрашнего дня встречаться только на полчаса вечером – правильно… Что не так?
Я вымыла посуду, протерла пыль, полила цветы. И все это время я думала, что мне не нравиться в моих выводах. Вроде все так, как должно быть.
Но… у меня перехватало дыхание от появившейся догадки. Мысли о Роме меня больше не тревожат! Меня не бросает в дрожь от упоминания его имени, у меня не слабеют ноги при встречи с ним. Я воспринимаю наши отношения, как рутину. То, что делать нужно, но не охота. Но ведь совсем недавно сердце замирало, когда я слышала Ромин голос. Сейчас же, он берет меня за руку, а я думаю, как бы от него побыстрей отвязаться. Нет… Это невозможно. Сегодня просто магнитные бури или взрывы на солнце, или еще что-нибудь.
Я упрямо вспоминала лучшие моменты с Ромой. Вот он признается мне в любви, вот в первый раз целует.... Но у меня так и не перехватило дыхания, не пробежала дрожь… Бесполезно.
И тот классный час вместе с Зоей Ивановной… Рома назвал лучшей девушкой не меня, а Ларису Пескову. В голове снова пронесся тот день. Вот, Рома говорит, что знает самую прекрасную девушку, одноклассники смотрят на меня, вот Рома говорит, что это не я, удивленный шепот, насмешливые взгляды. Первая мысль, которая пришла мне в голову: «Зачем? Зачем он говорит это при всем классе? Надо мной будут смеяться!» Меня задело вовсе не то, что Пескова для него лучше, чем я. Меня оскорбило, что Рома произнес это при одноклассниках.
Перед глазами все поплыло, потом медленно встало на свои места. Я провела рукой по волосам и с наслаждением вдохнула полной грудью. Все ясно, как Божий день. Я больше не люблю Романа Алмазова.
Утром я стала, с твердой решимостью расстаться с Ромой. Мне надоели его выходки и резкие перемены настроения. Пусть девчонки хором скажут, что я ненормальная и от такого парня, как Рома, отказываться нельзя. Пусть его подберет Пескова или повиснет на шее Марина, мне все равно. После того, как я приняла решение бросить Рому, исчезли все тревоги.
Время приворота должно вот-вот закончиться, или срок уже истек? Какой день нужно считать первым? В любом случае, с Ромой пора завязывать! Мне больше не придется терпеть его присутствие, избегать Максима, вздрагивать от злого голоса Алмазова. Только сейчас я поняла, какое счастье – быть свободной!
После завтрака я договорилась с Ромой о встрече. Он слегка заболел, так что я согласилась придти к нему домой. Сборы не потребовали много времени, так как мне было наплевать, понравлюсь я Роме или нет.
Алмазов встретил меня с радостью, будто ждал целую вечность. Я неловко улыбнулась, глядя на его счастливое лицо. Все-таки я пришла сказать о расставании, а тут такой радушный прием.
«Ты его приворожила. На самом деле он тебя не любит» – строго сказала я себе и решительно прошла в комнату.
–Я хочу сказать, – бодро начала я и остановилась.
До меня только дошло, что место неудачное. Если Алмазов придет в бешенство, куда мне бежать? Эта мысль сбила меня с толку, и вместо отрепетированной уверенной речи получилось жалкое блеяние:
–Эмм… Ром…
–Я слушаю, – терпеливо повторил Алмазов.
–Ром… я…
–Солнышко, – он обнял меня за плечи и нежно поцеловал.
–Ром, – я освободилась от его объятий. Надо собраться. Если я не скажу сейчас, то все растянется на очень долгое время.
–Котенок, – промурлыкал Рома, – давай я пока налью тебе чай?
–Ага, – я кивнула, – ладно.
Рома ушел на кухню, я сжала виски. Чего я боюсь? Алмазов бросал девчонок легко и беззаботно, пусть теперь сам побудет в их шкуре.
