Текст книги "Поймать за хвост лето (СИ)"

Автор книги: Анна Баскова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

– Евдокия должна на этом дурацком празднике присутствовать. – морщится Дэн после небольшой паузы, он снова заговорил,– вернемся в Москву, уладим ситуацию. Я не понимаю, что за проблема? Подумаешь выслушать глупые поздравления и пару часов поносить на безымянном пальце кольцо. Скажи ей, я готов миллион заплатить.

– В какой валюте? – Изабель деловито интересуется.

– В рублях естественно,– фыркает Денис, – не платить же за такой пустяк и заметьте приятный, какой-то взбаламошной девице в долларах. Для нее и это…

Я вжимаю голову в плечи. Сейчас что-то будет, кожей чувствую. Беги Романовский, подальше отсюда, прямо сейчас беги!

Не ошиблась. Сначала у него резко расширяются глаза, потом он со стоном взвивается с кресла, хватается за ногу, я вижу отчетливые следы зубов. Обалдеть, допрыгались.

– Что это было? Что там кусается?– хрипит Денис.

Я не могу проронить ни слова. Рот открою, ржать начну. Представляю его реакцию если скажу: ничего особенного, просто там Дуня под столом сидит, ты ее немного разозлил и она тебя за ногу тяпнула.

Правда мне и не пришлось объясняться, Евдокия сама из под стола выскочила. И с налета поперла на Романовского.

– Хочешь я тебе заплачу два миллиона?! В монгольских тугриках?!

– Чтоб ты провалился, вместе с мамой, друзьями и родственниками! Ошибка эволюции!

От разъяренного Дуниного голоса, посуда на нашем и соседних столах вздрогнула. И тут просигналил лежащий передо мной телефон.

” Гвозди нашел, скоро буду. Я очень скучаю и все время о тебе думаю, не отталкивай меня, пожалуйста.”

Откуда мой новый номер у О’Коннора?

Глава 10 ч 7

Хотела возмутиться, но не получилось. Губы помимо воли растянулись в улыбке, гвоздей он добыл, предприимчивый наш. Горд собой, так наверно у великого Гоголя, кузнец Вакула черевичкам не радовался. Неужели действительно скучает? Может рискнуть, а вдруг….

“Опомнись Владимирова. Взяла себя в руки и жуешь омлет! Две порции.– строго напоминаю себе, улыбка с губ нехотя сползает.”

“А может мы правда нужны?– не унималась глупая мысль, отказывалась из головы выскакивать,– или ему больше котики нравятся7 Я бы тоже кота погладила….Двух, рыжего и лысого. Вот не думала, что такие заскоки у беременных, и подташнивает с утра.

Пока я пыталась разобраться со своими вопросами и желаниями, Дуня с Денисом, оперевшись на стол ладонями, встали напротив друг друга и раздували ноздри, как два разъяренных быка. Изабель тактично делает вид, что ничего необычного, она всегда примерно в такой обстановке завтракает, но за развитием событий наблюдает исподтишка. Не только она заинтересовалась, за соседним столиком кажется ставки начали делать.

Нужно вмешаться, но вряд ли я с Дуниным гневом справиться смогу. Денис умудрился для шоу с фиктивной помолвкой, в лице Лопухиной самый неподходящий вариант отхватить. У Дуни все что с замужеством связано вызывает нервную дрожь. С Дунькиных слов это из за психологической травмы, после некрасивого развода родителей. А я подозреваю, что она просто не хочет никого в личное пространство пускать, а разводом прикрывается. Последний с кем она встречалась, был Славик, насколько я знаю с треском из ее жизни вылетел как только попросил Евдокию постирать ему носки.

– Дуня, у тебя завтрак остынет, садись, поешь, – тихонько за подол дергаю. Ноль эмоций, сверлит взглядом Романовского. А тот неожиданно воздух из легких выдохнул и говорит:

– Извините, помутнение какое-то. Не понимаю, что на меня нашло. Евдокия, на самом деле, завтракай пожалуйста. И прости, что по хамски себя повел.

Он заглянул ей в глаза и сразу отвел взгляд в сторону. Дуня прониклась, посочувствовала.

– Ты можешь маме укус показать и объяснить, что возможно придется ногу ампутировать. Скажи акула сожрать пыталась. Она сразу забудет про друзей и родственников. – уселась в кресло, придвинула к себе тарелку и больше не обращая внимания на Денисика с аппетитом начала уминать остывший омлет. Он постоял с минуту и к барной стойке ушел. Сел к нам спиной в обнимку с бутылкой минеральной воды. Дунька ему в спину разочек фыркнула.

Изабель и Дуня допивали кофе, Лопухина ворчливо качество напитка комментировала, не устраивало оно ее сегодня. Я молча дожевывала последний круассан. Нам принесли счет и в этот момент в кафе ввалились две приятных старушки и энергичный очень подтянутый старичок. Старушки в легких брючках и сандалях, седые волосы красиво уложены, старичок поверх голубой футболки надел хлопковую жилетку со множеством карманов и карманчиков.

– Вот кошелки старые, и правда нашли, – Изабель себя по коленкам хлопнула и помахала им рукой. Старушки со старичком бросились к нам, столпились вокруг Филиной бабушки и все одновременно загалдели на французском. Изабель не давали слова вставить. Она молча от них отмахивалась, они начали ее тормошить и тянуть куда-то. Потом старушки замолчали, говорил один дедок. Видно он оказался самым убедительным.

– Юля, это мои старинные знакомые, отказываются без меня ехать в замок на дегустацию. Я им вчера обещала, не знаю что делать,– Изабель виновато вздыхает.– Это всего на три часа от силы, поехать, как думаешь?

– Однозначно ехать! Тем более вам самой хочется,– я ободряюще улыбнулась ей в ответ.– как раз к обеду вернетесь.

– Ну ладно, заодно отдохнете от меня.

– Изабель мы от вас совершенно не устали….. Дальше ничего не успела сказать. Активные бабулины приятельницы, подхватили ее с двух сторон и продолжая болтать без умолку, потащили к выходу из кафе. Как только они удалились, Дуня с опаской покосилась на Дэна.

– А мы чем займемся? Может пройдемся до торгового центра, купим мне телефон?– Евдокия заторопилась смыться подальше от Романовского. Я не против, можно и по магазинам пройтись. Из заведения мы уходили на цыпочках, Дунька так захотела чтобы Денисик нашего ухода спиной не почувствовал. Смешная, у самого выхода нечаянно вышибла из рук официанта поднос с приборами. Вилки на пол с таким звоном посыпались, нам вслед не только Денис обернулся, а все посетители кафе.

До торгового центра мы с Дуней шли практически молча, каждый о чем-то своем думал. Например я о том, что там девчонки в Барселоне делают? И как Филе повезло с Изабель. Что у Дуни в мозгах творилось, могу только предполагать.

В торговом центе Евдокия оживилась, купила трубку последней модели с надкусанным яблоком и понеслась по бутикам подарки приобретать. Настойчиво пыталась всучить мне шубу.

– Давай возьмем, вдруг зимой холодно будет, нельзя беременным носить пуховик!

– Дубленку надену! – я категорично отрезала.

Дуня немного подулась, а потом на парфюм отвлеклась. Я ничего покупать не планировала, поэтому просто таскалась за ней. Через два часа изрядно нагружённые пакетами мы собрались возвращаться в отель.

– Юль, давай зайдем попить купим, у меня после кофе какой-то привкус во рту, – Дуня на вывеску ресторанчика кивнула. Только позавтракала и всё равно как это она после прогулки по магазинам, мимо места где кормят пройдет.

– Можем купить воды на улице, – предлагаю заранее зная ответ.

– Еще чего! Присядем как белые люди и выпьем апельсиновый сок! – размахивая фирменными пакетами Евдокия рванула в ресторан. Вижу она затормозила прямо у входа, похоже чего-то увидела. Я прохожу за ней. В небольшом, уютном зале занят только один столик. Всего двумя посетителями. В белых креслах восседают платиновая блондинка в бирюзовом топике и Филипп О’Коннор, добытчик гвоздей. Девушка заливисто смеется, поднимается с кресла и очень грациозно к Филе на коленки присаживается, я вижу как она тянется своими губами к его губам.

– Юль, пошли отсюда, на улице попьем, – тихо говорит Дуня.

– Зачем? Ты же хотела здесь попить сок, вот и заказывай.

– Юль, только честно, тебе действительно пофигу? – волнуется Евдокия.

– Абсолютно! – тут я конечно соврала.

Филя нас не сразу заметил, у входа мы были прикрыты болшим неизвестным мне растением, увидел когда к столику пошли. Я в его сторону больше не смотрела, но,кажется, блондинка соскочила с его колен.

Глава 11

Филипп и представить себе не мог, чтобы Изабель, которая грозилась не дожить до Рождества, вот так в один день собралась и приехала. Он забыл спросить на чем она добралась до Франции. Филя улыбнулся, вспомнил как когда-то давно, еще в пору его студенческой юности, бабуля неожиданно нарисовалась в Лондонской квартире в самый разгар вечеринки и объявила всей компании, что прилетела в Британию на метле. Сколько воды утекло…

Филипп О’Коннор бабушку очень любил. После того как родители попали под сход лавины на горнолыжном курорте, ближе нее у него никого не осталось. Есть еще Стив, дядюшка по отцовской линии, но жизнь Филиппа всегда была тесно связана с Изабель.

Ничего не скажешь, в Антибе она появилась вовремя, Юля с ее появлением оттаяла и перестала выпускать колючки. Теперь главное самому не облажаться, но вроде не должен. Бетти вместе с УЗИ из ветлечебницы из его жизни испарилась окончательно, а остальных претенденток на его внимание не составит труда держать на безопасном расстоянии. Да и не интересуют его другие женщины, по крайней мере на данный момент. Странно, но факт, сегодня, ему нужна только одна. А что будет завтра, никому не ведомо.

Он для себя все решил относительно Юли, появления других мужчин рядом с ней он однозначно не допустит. Получилось же отделаться от Романовского. Как его осенило поехать за ними в Ниццу! Филипп подмигнул сам себе в зеркало, вырулил из города на шоссе, влился в поток машин и решил позвонить Мэтью, договор о французском контракте необходимо переделать. Мэт уже предупрежден и не против, осталось уладить формальности. Объем работы останется прежним, сумма гонорара уменьшится. Но он физически не может оставить Парижский проект основным, на ближайший год придется переехать в Москву. За год он успеет стать для Юли настолько близким и необходимым, что даже в его отсутствие она и думать не захочет о ком-то другом.

” Если только о бывшем муже, на воспоминания о нем у Юли замечательная реакция” – ухмыльнулся набирая номер Мэтта. Тот сбросил вызов, написал, что перезвонит как только закончит совещание. Все идет неплохо, на следующей неделе его с нетерпением ждут в Московском филиале, как только приедет, подключит риэлторов, Юлю и своего ребенка обеспечит достойным жильем. Хотелось бы, чтобы его ребенок родился в Испании, но она категорически отказалась, он пока ни на чем не будет настаивать, время покажет. Сейчас у него другая задача, чёрт его знает где, раздобыть гвоздей. Задача невыполнимая, но он обязан справится и к обеду вернуться победителем. Он снова подмигнул отражению в зеркале, свернул в небольшую рыбацкую деревушку. После поворота, его ослепило Солнце, яркий свет хлынул прямо в лобовое стекло, Филя достал из бардачка очки, глаза следует защитить, еще пригодятся. У первого домика под красной черепичной крышей ему попался шустрый мальчишка лет десяти.

– Мальчик не подскажешь, где-нибудь поблизости можно приобрести гвозди? – не выходя из машины поинтересовался Филипп, на всякий случай попытал удачу.

– Какого размера? У нас в гараже штук десять есть, дед вчера нашел, хотел выбросить, если подойдут уступлю за сто евро, – малолетний коммерсант деловито шмыгнул носом.

– Они новые?– Филя не верил своему счастью, удача явно на его стороне.

– Им лет сто, но ими никто не пользовался, если еще пятьдесят евро добавите, могу продать к ним молоток, – паренек вошел во вкус.

От молотка Филипп отказался, отдал сто евро в обмен на горсть разнокалиберных блестящих гвоздей и довольный собой порулил назад в Антиб. По дороге написал сообщение Юле.

“Гвозди нашел, скоро буду. Я очень скучаю и все время о тебе думаю, не отталкивай меня пожалуйста” она не ответила. Жаль, надеюсь прочитав, хотя бы улыбнулась… Конечно не так радостно, как когда фото подруги с колечком на безымянном пальце рассматривала. Колечко.. Как я сразу не подумал! Куплю кольцо и в присутствии бабушки подарю ей во время обеда. При Изабель она от кольца не откажется. Бабушка уедет домой со спокойной душой, а Юля…Будет считать, что мы как бы помолвлены. С такими мыслями Филипп въехал в Антиб, проехал вдоль набережной и через двадцать минут уже припарковался на подземной парковке торгового центра.

А еще через полчаса вышел из ювелирного отдела с красной коробочкой обтянутой бархатом внутри которой обручальное кольцо с приличного размера бриллиантиком. Весьма достойная вещица, вполне за обручальное сойдет. Если бы месяца два назад ему сказали, что он добровольно начнет забивать себе голову подобными проблемами, вот уж точно не поверил бы ни за что.

В горле пересохло, Филипп поискал глазами, где можно разжиться водой. Ближе к выходу высмотрел вывеску какого-то заведения. Направился туда и почти у самого входа с к нему с визгом подскочила смутно знакомая девушка. Где-то они пересекались с этой блондинкой с накачанными губками, вроде бы в Париже или в Лондоне, Филипп не сразу вспомнил где.

– Фил, ну что ты так смотришь, это я Мери мы вместе в Гонконге работали,– напомнила блондинка и одарила его недвусмысленной улыбочкой,– наши отношения не выходили за рамки рабочих, я чертовски рада встретить тебя на отдыхе и надеюсь мы сможем найти место и время чтобы поближе друг друга узнать. Она игриво прикоснулась к его запястью. Филя начал вспоминать, точно, действительно работали в Гонконге. Даже вроде хотел с ней переспать, но по какой-то причине не сложилось. Наверно тогда было некогда, а теперь…. и некогда, и наверно незачем. Девушка красивая и без лишних комплексов, но во первых от нее потом не отвяжешься, а во вторых слишком маленький этот Антиб, куда не плюнь можно встретить знакомых с кем то увидят, разговоры пойдут. Нет, оставлять надежду на продолжение общения, Мери сейчас нельзя Может потом, если где нибудь еще раз случайно пересечемся.

– Мери, рад видеть, извини я спешу, меня ждут.– Филипп дал понять, что не готов составить ей общество.

Девушка немного сникла, посмотрела умоляюще: Фил, ну хотя бы по чашке кофе, это совсем недолго, так приятно далеко от дома встретить знакомых, ну пожалуйста!

Он нехотя согласился, не очень хочется слушать болтовню Мери, с девицами подобными ей, Филя привык находить занятия несколько другого рода, и не тратить времени на пустой разговор. Внутри шевельнулось дурное предчувствие, но в предчувствия материалист ОКоннор не верит, да и не может девушке с таким умоляющим взглядом в какой то несчастной чашечке кофе отказать.

– По одной чашке, мне действительно некогда,– предупредил усаживаясь за стол.

– Не вопрос,– Мери снова улыбалась и игриво посматривала,– Фил, я тебя у ювелирного отдела увидела, сначала подумала обозналась, потом смотрю, точно ты! Кому то покупал подарок?

– В каком то смысле да,– Филипп достал из кармана коробочку, показал и тут же убрал обратно,– женюсь, купил для своей девушки обручальное кольцо. Сделал это намеренно, чтобы на всякий случай заранее провести черту. Оградить себя, чтоб в дальнейшем и она если что, не питала надежды, и те, с кем Мери этой новостью поделятся.Слухи разносятся быстро, есть вариант избавится от поползновений то одной, то другой девицы завести с ним серьезные отношения.

– Ты? – Мери подавилась воздухом. – И каким образом тебя смогли заставить пойти на такой шаг?

– Не поверишь, добровольно, – Филипп уже пожалел, что согласился выпить с ней кофе, девица начала его раздражать.

– Не поверю! – Мери заливисто рассмеялась, поднялась со своего кресла и вдруг неожиданно, но грациозно запрыгнула к нему на колени.

Среди бела дня такой прыти Филипп не ожидал. Вот тебе и провел черту, не думал, что девица такая настойчивая, не хочет понять, сейчас она ему как корове седло, абсолютно без надобности. Придется быть построже, иначе точно не отвяжешься.

– Вернись на свое место, – холодным тоном попросил Филипп.

Она обняла его за шею и полезла к нему губами.

– Мери, ты же не хочешь чтобы я применил силу?– процедил Филя. Он вдруг почувствовал легкую брезгливость.

– Я не против применения силы, ты поймешь…

Филип почувствовал чей-то взгляд, вскинул голову и тихо застонал. Юля вместе со своей подругой нагружённые пакетами проходят к угловому столику.

Он резким движением скинул назойливую Мери с колен. Сомнений нет, Юля видела. Сам виноват, теперь все будет горазда сложнее. Попил кофейку, идиот! Как они здесь оказались, вроде о шоппинге разговоров не шло! Нужно срочно… Расплатился за кофе, поднялся с кресла и оставив Мери в одиночестве решительно направился к Юлиному столу.

Глава 11 ч2

***

– Юлька, может ну его нафиг, пойдем отсюда? – Дуня хватает сок и примеряется к расстоянию до двери. – Он сюда прется, сейчас начнет тебе на мозги капать.

– Лопухина, сиди спокойно, не дергайся. Сейчас, разбежались, и волосы назад.

Даже Дуне не хочу показывать, что сердце в районе затылка стучит. Стыдно, сколько себе говорила, а сама…. Скучают по тебе, просят не отталкивать. Понять не могу, Филе это зачем? Развлекается так, что ли?А я под его дудку танцую на граблях. Акробатический рок-н-ролл отдыхает.

Филя добрался до нас и присел напротив меня . Лицо напряженное, наверно ждет вопросов. Морда треснет! Мне глубоко фиолетово, пусть хоть десяток баб вокруг себя соберет. Видно не до конца себя контролирую, кровь предательски приливает к щекам.

– Слабовато кондиционер работает, – бросаю вслух, трогаю горячую щеку ладонью .– Филипп, твою бабушку друзья утащили в замок на дегустацию, так что еще как минимум два часа можешь свободно гулять, – переключаюсь на Филю, говорю как с чужим человеком случайно поселившимся в соседнем номере. Равнодушно спокойный тон, совершенно безразличный взгляд.

Филя вздыхает и натянуто улыбается.

– Юля, я понимаю, что ты сейчас обо мне думаешь, но это просто недоразумение, ты все неправильно поняла.

– Владимирова, здесь совсем не работают кондиционеры, я уже задыхаюсь, пошли! – Дуня залпом глотает сок и вскакивает. А я подняться побаиваюсь, кажется коленки чуть чуть дрожат. Вылезу с кресла как корова, Филя подумает… А с другой стороны, еще париться, что он обо мне подумает.

– Юленька, мы с этой девушкой некоторое время вместе работали, между нами никогда ничего не было.

– Меня твоя личная жизнь не касается, – наконец отлипаю от кресла, – возвращайся к ” коллеге”, не красиво ее одну бросать.

– Можно я ему стулом по башке тресну? – Дуня не выдержала. – Никогда не лезла с советами, но сейчас, – Евдокия сверкнула на О’Коннора презрительным взглядом,– советую тебе Юлька этого клоуна ближе чем на десять метров к себе не подпускать!

– Дунь, да кому он нужен? Мне уже точно незачем. Я его как быка производителя использовала. Все что было нужно он мне отдал. Приперся на побережье, приходится общаться, я же человек вежливый. Отдых не хочется портить, а так, сама знаешь, на одном поле не села бы,– я несла это очень убедительно, Евдокия приоткрыла рот. Мне ее реакция понравилась. Филя слушал молча, зачем то схватил салфетку и смял ее в руках. Я решила продолжить.– Я Дунь, его когда первый раз увидела, сразу подумала, неплохой вариант, про здоровье спросила вроде нет болячек генетических. Все прекрасно сложилось и теперь господина О’Коннора можно с чистой совестью отправить к чертям собачьим. – Доля правды в моем выступлении была. При первой встрече я и правда подумала, что неплохо бы от такого как он забеременеть. Но только при первой и только потому, что одна быть устала и любить мне кого-то хочется. Не просто кого-то, а маленького человечка, только моего.

– Я не верю,– тихо сказал Филипп.

– Ой, извини, я нечаянно при тебе ляпнула,– изображаю виноватый вид и для большего эффекта прикрываю ладонью рот. – Прости, некрасиво получилось, но ты не расстраивайся, кому-нибудь в этом Мире обязательно ты понадобишься сам, и совсем не в качестве донора, ты молодой и чертовски привлекательный.

– Встретишь счастье у амбара в полночь! – Дунька влезла, не смогла промолчать.

Мы подхватили пакеты и пошагали к выходу. Филя остался за столиком с совершенно непроницаемым лицом. Блондинки на прежнем месте уже не было. Может в туалет вышла, а может успела совсем из ресторана уйти..

– Ну ты даешь, – Дуня переваривает мое выступление, – кажется он обиделся, его как будто прибили пыльным мешком из-за угла. Как думаешь, поверил? Вроде сказал, что нет, – мы тащились к отелю по освещенной южным солнцем набережной. Над морем кричат чайки, в лазурном небе проплывают белоснежные облака. Я не хотела знать поверил или нет Филя. А вот как быть с его бабушкой? Пусть внучек как-то выкручивается, объясняет ей, почему пришлось отменить обед.

Глава 11 ч3

Пока дошли до отеля, во мне шевельнулись сомнения. Может переборщила с Филей, наговорила лишнего? Филины уши не жалко, а вот сама как будто испачкалась. Не то чтобы меня начали мучать угрызения совести, но до такой низости я еще никогда не опускалась. Надо было Лопухину послушать, развернуться перед его носом и уйти. Но сначала молча по голове треснуть. Чтобы больше на колени не хотелось коллег усаживать!

– Юлька, я на маникюр собиралась, – возле ресепшн Дуня все свои пакеты у меня забрала, один в руки не поместился, подхватила зубами и теперь говорила совершенно неразборчиво, – может отменить, а то вдруг Филя на разборки заявится. Я могу у тебя посидеть, вдвоем безопаснее.

-Дунь, какие разборки? Чего ты выдумываешь, – я потянулась к администратору за магнитным ключом. – Филя больше не посмотрит в мою сторону. Я его оскорбила, – беру со стойки проспект с рекламой экскурсий. – Евдокия, не хочешь экскурсии посмотреть? – В ответ молчание. – Дунь, а может после маникюра сходим к бассейну? Вода морская, бассейн с подогревом… Дунь, ты ответить можешь?

– Караул! – прямо мне в ухо хрипит Дунька. – Помогите! Спасите!

– Лопухина ты в своем уме? – я повернулась от стойки к ней, Евдокия смотрит на вход в отель и дрожит как осина на ветру. А от входа распахнув руки для объятия, сверкая великолепными зубами в нашу сторону движется мама Дениса Романовского.

– Дунечка! Наконец я тебя нашла!

– А зачем… Я никуда… – Дунька процедила сквозь сжатые зубы, не выпуская пакет из рта, и начала задом оттеснять меня к лестнице ведущей на ее этаж.

– Дунечка! Сейчас пойдем, я тебя….

Лопухина выплюнула пакет мне под ноги, взвизгнула и понеслась наверх. Из пакета вывалился комплект нижнего белья красного цвета. Пока я его поднимала, Дуньки и след простыл. Передо мной мамаша Денисика, растерянно глазами хлопает.

– Драсти. Дуня волнуется, – брякнула маме, проскользнула мимо нее и быстрей к своему номеру.

– Что ни день, то хрень какая-то, кто еще так может отдыхать! – бормочу под нос магнит к замку прикладывая. Не срабатывает, неужели Дуня вместо своего ключа мой увела! Нет, не могла, я сама забирала у девушки администратора. Может дверь заклинило? В сумке зазвонил телефон. Отвечаю на вызов не глядя на номер и продолжая попытки открыть идиотскую дверь.

– Юля, здравствуй, Евдокия далеко от тебя? – это была Софья Федоровна, Дунькина бабушка.

– Недалеко, но не рядом, у себя в номере. Как увижу попрошу ее вам перезвонить, – я разговор быстро свернула, пока не дошло до вопросов про акул. Пришлось бы врать и нести пургу, а мне поднадоело. Попрощалась с Дуниной бабушкой, бросила телефон в сумочку, с раздражением смотрю на дверь: черт, придется вызывать специалиста!

– Я уже здесь. Попробуй воспользоваться магнитной картой, а не ключом от домофона твоего подъезда в Москве.

Точно! Я не тот ключ прикладывала. По мягкому ковровому покрытию Филя подошел неслышно. Стоял позади меня прислонившись плечом к стене и за моими действиями наблюдал.

– Спасибо, – благодарю вежливо, дрогнувшей рукой прикладываю нужный ключ.

Глава11 ч4

Очень стараюсь справиться без суетливых движений. Дверь наконец сработала. Остается в номер шмыгнуть. Черт, щеки горят

– Юль, – Филипп за спиной шуршит бумагой, – я принес тебе гвозди. Посмотри, может подойдут?

Я замираю у открытой двери и медленно оборачиваюсь. На протянутой ко мне ладони лежит десяток гвоздей разного размера. Бессовестный организм заставляет навострить нос.

Мне казалось они по другому должны пахнуть. Каким-то таким специальным маслом и железом, а эти…. Неправильные гвозди! Мой нос сморщился разочарованно.

– Потерпи Юля, если эти не устраивают, дай мне время, я найду для тебя нужных гвоздей, сколько пожелаешь, – Филя подозрительно любезный, хотя по идее должен на меня обидеться. Я же ему гадостей наговорила. Что ему может быть нужно? Недоверчиво на него смотрю, если только…

– Филипп, ты передо мной из-за обеда с бабушкой распинаешься?

– И из-за него тоже, – честно ответил, – может разрешишь пройти к тебе в номер? Поговорим.

Я ухмыльнулась. Поговорить одно из его любимых занятий, второе после… При воспоминании о первом у меня в животе бабочки зашевелили крылышками. Господи, дай мне силы и мудрости, я сама не лучше блондинки из ресторана, осталось присоединиться к очереди со всеми желающими получить в свою постель Филиппа О’Коннора. С такими воспоминаниями… Я еще тогда, ну когда мы вместе проснулись подумала, что так как с ним у меня не было и не будет ни с кем и никогда.. О чем это я? Совсем крыша съехала?

– Юля, я могу войти? – Филя повторяет, настойчивей.

Да в конце концов, не съест же он меня, пусть выскажется, я то уже это сделала!

– Заходи. – жму плечами и пропускаю в свой номер. Дверь на всякий случай оставляю незапертой. Чтобы сама знала, что в любой момент к нам могут войти. Ни Хрена я в себе не уверенна. Тем более, что мне уже совершенно не хочется выпендриваться, хмыкаю про себя: интересно, такие перепады настроения у меня теперь навсегда? Или только на время беременности?

Филя безропотно оставляет туфли у двери. У них в Европах это не принято, но у нашего мачо интернационального изготовления такая привычка не вызывает истерический смех, в отличии от других иностранцев. Я все это про себя отмечаю, наверно, чтобы ничем другим заранее голову не забивать. Даже предметом разговора на котором Филя настаивает. Сейчас понесется: как ты могла, да еще при посторонних опустится до… И прочие бла, бла, бла.

Чинно усаживаюсь в кресло, кладу на коленки руки, в ожидании обличительной речи. Послушаю, а дальше по обстоятельствам, если сильно начнет наезжать, напомню ссылку: Ютюб, Ленинград, Дорожная, ну а если просто будет взывать к совести… Подумаю, может на прощание извинюсь.

Филипп подтянул пуфик, сел напротив. С минуту мы молча смотрели друг другу в глаза. Как в детской игре, кто первый моргнет, не выдержит. Я моргнула.

– Юль, не буду оправдываться, ситуация в ресторане на самом деле была неприятная и знаю, что сам виноват, я поставил себя на твое место. Страшно представить, что бы наделал, если бы тебя сидящей у кого-то на коленках застал,– Филипп говорит медленно, подбирая слова, правый глаз слегка дернулся. – я тебя заверяю, больше ты не увидишь….

– Я не хочу обсуждать никакие ситуации. Мне не интересно количество баб поджидающих тебя в каждом городе мира. И не надо себя на мое место ставить! Лучше давай каждый на своем останется, – снова хочется выпендриться. Что ж такое, в Москву приеду, проконсультируюсь с врачом.

– Юль, нет никаких баб. Я обдумал все, что ты мне сказала. Если даже ты видишь во мне только донора, я всё равно не отступлюсь. Я сделаю все, чтобы ты поняла, что я тебе нужен. Уже пытаюсь, хотя, пока неуклюже получается, но вроде прогресс есть. По крайней мере заверяю, что близости, с твоим появлением в моей жизни, у меня ни с кем не было.

Я ухмыльнулась скептически. Подойти что ли к зеркалу, посмотреть, помещается еще лапша на ушах, или уже вешать некуда.

– Не было? Ври дальше! Ты про невесту с котиками забыл! Хочешь сказать, как вернулся из Москвы, ходил с ней за ручку? Насколько мне не изменяет память вы были официально помолвлены.

– Помолвлены были. Но почти не виделись. И после возвращения из Москвы у меня с ней действительно не было ничего.

– Сочувствую. Как ты выжил в невыносимых условиях? – я выразительно смотрю на часы. – Давай не будем переливать из пустого в порожнее.

– Подожди, Юля, – он протянул руку и положил мне на коленку, – есть еще один очень важный вопрос. Это ребенок.

– Ребенка не трогать, – я скинула руку с коленки, и как дикая кошка приготовилась когти выпустить. Пусть только…

– Для того, чтобы он был счастлив, нужны мама и папа, полный комплект родителей,– Филя еще и улыбается с умилением.

– Он тебе был не нужен несколько дней назад. Напомнить, о более веском аргументе?– Когти еще не вылезли, но я уже начала шипеть.

– Юль, я от ребенка никогда не отказывался. Ты не правильно меня тогда поняла.

– Все я поняла правильно. Ты очень доходчиво объяснил.

– Даже если бы мне под дулом автомата пришлось бы жениться на Бетти, нашему малышу свое имя я бы всё равно дал.

– Под дулом! Да ты и без дула готов был под венец поскакать. За финансирование Лондонского проекта.– ядовито напомнила.– А имя у меня и свое хорошее.

Мне уже некомфортно перед Филей не шевелясь сидеть. Я бы ногами на это дурацкое кресло залезла и для снятия напряжения попрыгала. Может так и сделать? Подумает еще, что у меня истерика. Скорей бы ушел. Жениться его под дулом чуть не заставили.

– Юля, ну не заводись пожалуйста, я пока от торгового центра ехал, после того как ты меня приложила, четко понял, что для меня будущий малыш не меньше чем для тебя важен. И я ему необходим не меньше чем ты. Папа нужен, чтобы воспитывать, баловать и иногда от мамы защитить.

– Что? Защитить от меня?

– Конечно. Если будешь ворчать когда с ног до головы перепачкается, когда на стене в гостиной нарисует картину, или когда смешает всю твою косметику, чтобы что нибудь нужное изобрести. Например средство против колорадского жука!– Радостно сообщил Филя.

Опять перепад настроения. Мне стало смешно, я представила…

Кто-то ногой толкнул дверь. Мы с Филей одновременно на звук повернулись. В номер ввалилась Коромыслова, я наконец запрыгнула на кресло и заорала: Ура! Приехали! Вот это сюрприз, я их завтра утром ждала. Людочка одной рукой прижимает к себе желтую дыню, а в другой держит увесистый сыровяленый свиной окорок в прозрачной упаковке.

– Юлька! Нас Татьянины знакомые на самолете подкинули. Подарки еще не разбирали, но я как обещала ногу тебе привезла. К ней дыню впарили, сказали так вкуснее. Я подумала тебе должно понравится, ты любишь мясо с вареньем есть.– Люда окорок в руке крутанула и как неандерталец дубину, положила на плечо.

– Как Барселона?– интересуется Филипп, встать с пуфика похоже не собирается.

– На месте стоит,– говорит Люда и вместе с нами вздрагивает от грохота. Кто-то изо всей силы долбит в соседнюю дверь. В номер Филиппа О’Коннора.