Текст книги "Дуэт (СИ)"

Автор книги: Анна Аникина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

9.1 День рождения Володи

9.1 День рождения Володи

У многих одноклассниц Веденеевой ещё в школе появились ухажеры. Девочки из институтской группы, особенно те, кто жил в общежитии без надзора родителей, тоже обзавелись кавалерами.

И не то, чтоб Жанна была обижена мужским вниманием. Но мальчиков воспринимала скорее как друзей. А настоящая любовь виделась ей уделом очень немногих. Она должна была непременно привести к браку. Лучше – единственному, на всю жизнь.

Вот Илья Новиков, например, походил за ней хвостом, нудел, что танцы – это сплошной разврат. И она там обнимается с мужиком. И в конце концов женился на своей однокурснице из медицинского. Говорят, она беременна.

Жанна пыталась анализировать свои взаимоотношения с Орловым. Она знала его с семи лет. Пока он был маленьким чертенком, который шкодил на занятиях напару с Шуриком. Они хохотали все вместе, носились в салочки после занятий, и как сил то хватало. Ели один бутерброд на четверых.

Но и когда в пару встали, ничего же не поменялось. Да, танцевали румбу. Он прижимал её спиной к своей груди очень крепко. Но Жанна совершенно точно не воспринимала танец, как выражение реальных чувств.

И всё же… Девушка припомнила, как взглянул на неё Володя тогда, в лагере, когда она вышла в платье, готовая к выступлению. Какое у него было лицо, когда Жанна бежала по той ледяной лестнице в его распахнутые объятия. Как он подарил ей туфельки. И ещё горячую ладонь, что держала её руку в Перми.

Неужели она ему нравится? Потому что Володя Орлов нравился Жанне очень. Он всё больше занимал её мысли последнее время. Много ли на свете таких парней? Сильных и самостоятельных, умных и надёжных.

Жанне стало вдруг страшно, что она каким-то образом проявит свое отношение. Стыдно то как! Девушка не должна признаваться первой. Поступок Татьяны Лариной Жанна совсем не одобряла.

На следующей тренировке Жанна старательно прятала глаза.

– Жан, случилось чего? – мягко спросил Володя после румбы, – Ты хорошо себя чувствуешь?

Жанна кивнула. Щеки предательски заливал румянец.

Володе было всё сложнее удерживать себя от проявления открытой симпатии к партнерше.

Дядя Карим наставлял его, что к девушке всегда нужно относиться так, как хочешь, чтобы относились к твоей матери или сестре. Уважительно. Терпеливо. И Орлов старался. Убеждал себя не действовать активно, если не будет знать точно, что Жанна ему симпатизирует.

С ней явно что-то происходило. Тонкие пальцы в его ладони дрожали. Они тысячи раз держались за руки в танце. Прижимались в контакте на европейской программе. Он держал её за плечи в латине. Тренировка за тренировкой такие прикосновения давались все тяжелее. Только бы не обидеть.

Жанна была похожа на зеленоглазого ангела. Пушистые кудри вокруг лица, длинные ресницы.

Они уже почти совсем взрослые. Восемнадцать Володе в конце апреля, Жанне в сентябре.

Ни с одной девушкой Володя не чувствовал себя так. Сердце колотилось. Хотелось делать ей подарки. Радовать. Видеть, как она улыбается.

Пригласить партнёршу на день рождения было отличной идеей. Тем более в компании ансамблевых друзей. Ошибкой было позвать всех одногруппников. Потому что пришла и Назарова. Сразу повела себя, как хозяйка в доме. Заявила права на именинника.

Володя отозвал в сторону Шурика.

– Друг, выручай.

– Брюнетку на себя? – понятливый Кудряшов потёр ладони, – меня Ленка прибьет, но что ни сделаешь ради друга.

– А вы с Леной…?

– Это вы с Жанкой всё кругами ходите. Святые прям, – хохотал Шурик, – Ну, я пошёл!

И выдвинулся на кухню. Там он застал Татьяну, руководящую девочками.

– Жан, тебя именинник заждался! – Шурик шепнул на ухо Веденеевой.

Жанна недоуменно захлопала глазами.

– Иди, он у себя, я эту бабищу ща нейтрализую.

– Леночка, солнце, ты мне нужна, – уже громко своей партнерше.

В узком коридоре он зажал Ленку в углу. Они шептались недолго. Потом дружно потопали обратно на кухню.

Что делали и что говорили Нестеренко с Кудряшовым, они потом отказались признаваться. Но факт: Таня Назарова через десять минут пулей вылетела из квартиры Орлова в направлении общежития.

Всего этого пока не видели Жанна и Володя. Она застала именинника в его комнате. Он что-то искал в шкафу.

– Володя, ты звал? – робко прошла внутрь.

Володя обернулся. В руке у него был тот самый платок, который дала ему бабушка.

Руки у Володи чуть дрожали.

– Иди сюда, пожалуйста, – Володя поставил партнёршу впереди себя перед зеркалом.

– Бабушка дала мне этот платок, чтобы я мог набросить его на голову девушки, которую полюблю. У нас так принято…, – Володя очень волновался, – я понимаю, что тебе только в сентябре восемнадцать. Но я сейчас хочу сказать. Ты особенная, Жан. Для меня. И этот платок, он как знак, что я хочу беречь тебя, хочу быть рядом. Чтобы ты позволила ухаживать. Можно?

Жанна поняла, что слезы сами текут у неё из глаз. Губы улыбались. Голова сама кивнула в ответ. Ноги стали ватными.

Мягкая шелковистая ткань опустилась ей на волосы и плечи. Володя осторожно опустил платок, положил сверху горячие ладони. Они смотрели друг на друга сквозь зеркало. Дыхание перехватывало у обоих.

9.2 Лето

9.2 Лето

В июне после сессии разъезжались, отрываясь друг от друга буквально с мясом.

Володя ехал сначала в Пермь на несколько дней, а потом дальше – в Красноярск в стройотряд.

Жанна отправлялась на педагогическую практику в пионерский лагерь. Одно успокаивало Володю, его мама договорилась, что Жанна вместе с лучшей институтской подругой Мариной о работают практику у них в "Заре", лагере, где прошло его детство. Рядом будет Валия Николаевна.

Тем, что он надел Жанне платок, Орлов поделился сначала с сестрой.

– Что ты сделал? Серьёзно? Платок? Ей семнадцать! – Оксана кричала на брата шёпотом, чтоб не разбудить сыновей. Они сидели у них с Димкой на кухне. Димон был не в курсе, что это за традиция.

– Ну что орёшь то! Он же не женился пока. А если бы и женился. На нас с тобой посмотри, – пытался урезонить жену.

– Дим, ты не понимаешь! – Оксана ещё кипятилась, – Платок одевают в момент сватовства. Фактически Вовка обещал на ней жениться.

– И женюсь!

– Но не в восемнадцать же! Куда её приведешь? К маме? Второй хозяйкой? На что жить будете, два студента? Ты ж, татарская твоя душа, ей сразу футбольную команду понаделаешь! Дай девочке хоть институт закончить. И сам хоть что-то заработай! Золото дарил уже?

– Нет, что ты. Она бы и не взяла.

– Хорошо. Ума хватило.

Оксана взяла с младшего брата обещание, что он будет ухаживать за Жанной, но со свадьбой спешить не будет.

– В кино ходите, гуляйте, на каток там… Успеете вы к сковородкам.

– Можно подумать, ты пожалела, что за меня в восемнадцать замуж вышла, – почти обиделся Оксанин муж.

– Что ты… Нет, конечно! – Оксана обняла Димку, – Но скажешь, нам легко было? И потом, ты за мной с пятнадцати лет ухаживал. Мы тогда всё Подмосковье объездили в выходные. Весь город пешком нагуляли.

Володя смотрел на сестру с мужем. Красивая пара. Миниатюрная Оксана, округлившаяся после вторых родов. И фундаментальный Дима, которого явно хорошо кормили дома.

Второй про платок от него узнала бабушка. Она очень серьёзно посмотрела на внука.

– Деу эни, я её люблю, – опустил свою голову на колени к бабушке Володя.

– Хорошо, мой мальчик, она чистая девочка. Хорошо…., – она перебирала его волосы, как тогда, когда ему было десять.

– И знаешь, – Володя рывком поднялся, переместился на пол рядом с бабушкой, – знаешь, как её бабушку зовут? Её зовут Лейла Валидовна. По паспорту Лилия Васильевна. Из московских татар. Она после войны паспорт поменяла, чтобы легче было.

Эту свою историю бабушка Жанны рассказала только Володе. Она увидела у внучки платок и всё поняла без слов. А мальчик, вытащивший её на себе из огня, очень ей нравился. И лучшей партии для своей старшей внучки она не желала. А ещё понимала, что его родственники могут возражать против русской девочки. Хоть он и сам полукровка.

– Это не важно, если любишь, мой мальчик. Мы не будем тебя больше этим дёргать. Пойдём к Кариму. Мы хотим сделать тебе подарок на совершеннолетие.

Подарок царский. Первый взнос за двухкомнатную кооперативную квартиру. Да, маленькую и на окраине. Но в его же районе. Оказывается, Валия ещё год назад узнала про эту стройку. Условие – работа на строительстве. Так всё лето Володя работал, постигая азы профессии строителя. Сначала в Красноярске клал кирпич в стены будущей поликлиники, а потом в Москве строил собственный дом. Жара стояла адская. Но Орлов думал о том, что дом он уже строит. Сына они с Жанной родят. И не одного. А дерево – это уже совсем просто.

А ещё он писал. Письма. Своей Жанне. Каждый день. Разговаривал с ней. И получал её длиннющие письма в ответ.

9.3 Лето. Жанна

9.3 Лето. Жанна

Снова оказаться в лагере, но уже вожатой, было замечательно.

Её и Марину тепло принял начальник, ей обрадовалась старший воспитатель. Валия Николаевна обняла, помогла устроиться. Но больше всего эмоций девочки получили от тёти Дуси. Пожилая повариха, увидев Жанну, распахнула объятия.

– Девочка наша красивая приехала! Послал Бог ангела! Как мы тебя потом вспоминали! Ой, и подружка у тебя какая! Не худая, слава Богу!

Маринка засмущалась. Она рядом с худенький Веденеевой стеснялась своих округлых мягких форм.

Жанна была тронута. Люди, с которым она провела только два дня позапрошлым летом, вспоминали о ней и были рады видеть.

Им с Мариной достался третий отряд. Не самый простой возраст 12 лет. Но это лучше чем первый, как заметил начальник лагеря.

– Ваша задача увезти двадцать пять и привезти двадцать пять. Особенно в первом отряде! – и начальник многозначительно посмотрел на Сергея, Володиного давнего приятеля, у которого был как раз первый отряд.

– Не двадцать четыре? – переспросила наивная Веденеева.

– В первом отряде, дорогая моя, главное – не двадцать шесть!

Все вожатые дружно захохотали. А до Жанны смысл дошёл только к утру. И когда она поняла, что имел в виду начальник, покраснела до корней волос. Им же четырнадцать, максимум пятнадцать, подумала. Нам бы с Володей и в голову не приходило…

Пока дети были по кружкам, девочки забегали к тёте Дусе. Поболтать. И кое-чем полезным заняться. Опытная повариха учила их готовить.

Так вот откуда растут ноги кулинарных талантов Орлова, догадалась Жанна.

К концу смены они освоили четыре варианта первых блюд: лапшу, рассольник, борщ и гороховый суп. И сдобу. Пробовать плоды их ученичества взялся Сергей.

С Жанной парень общался как с давней знакомой. В вот к Марине был подчёркнуто вежлив. Выражался витеевато. На что язва-Маринка непременно отвечала в тон. Их словесные бои переросли в симпатию. К концу первой смены стало понятно, что Сергей и Марина влюблены по уши. Это конечно стало темой местных сплетен и истерик девиц из первого отряда, почти поголовно влюблённых в своего вожатого.

Третий отряд всю смену выигрывал все творческие и спортивные конкурсы. Жанна с азартом ставила танцевальные номера. Маринка отвечала за спорт. Она сама прекрасно играла в волейбол. А ещё окончила музыкальную школу и играла на всех возможных музыкальных инструментах. Словом, равных им не было. Их отряд обожал вожатых.

Поговаривали, что девочки из первого пытались ночью проникнуть в вожатскую мстить Марине. Были остановлены на подступах девчонками и мальчишками из третьего. В обиду своих вожатых они не дали.

Предметом шуток, вгонявших Жанну в краску, было количество писем от Володи. Пухлые конверты с исписанными мелким бисерным аккуратным почерком листочками в клеточку приходили каждый день. Иногда по два. Пару раз девицы из первого отряда пытались выкрасть конверт. Уж очень любопытно им было, что же пишет высокий смуглый красавец своей зеленоглазой. Однако, затея не удалась. Почтальонша не отдавала письма никому, кроме самой Веденеевой.

У ребят был настоящий роман в письмах. Жанна знала, что Володя золотой медалист, что он умен и разносторонен. В этих длинных письмах она открывала своего партнёра, друга и любимого заново. И писала в ответ. Знала, что он ждёт.

К Валие Николаевне Жанна пришла за советом. Ей давно хотелось проколоть уши. В школу серьги носить не разрешалось. Идти куда-то прокалывать было страшно.

Володина мама сразу согласилась. Конечно с серьгам и удобнее. И для танцев бесспорно тоже. Красивые серёжки можно сделать самой под любой костюм.

Договорились, что в пересменку Жанна съездит домой, спросит разрешения у родителей и привезёт золотые серёжки, которые ей сразу после прокола выставят в уши.

10.1 Лето. Жанна и Володя

10.1 Лето. Жанна и Володя

Приехав между сменами домой, Жанна застала ссорящихся родителей. Младшие девочки были у бабушки в Кузьминках. На даче пока был ремонт.

Жанна перестирала вещи, отмокла в ванне.

Родители, казалось, не обращали внимание на то, что дочь дома.

История была весьма некрасивая. У Сергея Аркадьевича, как выяснилось, был роман с дипломницей. Марина Александровна билась в истерике.

Жанна сидела тихой мышью в своей комнате. Наутро сунулась было к маме. Теперь Марина Александровна рыдала на руках у Жанны. Что юная девочка могла?

Родителей она любила одинаково. Оба всегда уделяли ей внимание. Пока она была единственной, больше. Потом, конечно, меньше, но всё равно. И папа поддерживал, помогал с задачами, учил с ней неправильные глаголы. И мама ездила с ней на все соревнования, шила платья, советовала книги.

Спасением был звонок телефона. Володя! Сегодня приехал из Красноярска. Вошёл в квартиру, сразу к телефону. Знал, что пересменка.

Уже через час Жанна мчалась со всех ног от метро к главному входу на ВДНХ. Рядом с колонной стоял Орлов. Худой, почти дочерна загорелый. В белой рубашке и светлых брюках он был очень похож на испанца. Особенно с этой единственной алой розой в руке.

Жанна притормозила в паре метров от него. Улыбалась. Заглянула в глаза. Нашла там то, что искала. Сделала последние три шага. Прижалась крепко. Плевать на приличия!

Они целовались за колонной, подальше от посторонних глаз. Но какая-то тётка в цветастом платье таки принялась их стыдить.

– Нашли место! Тут людей полно. И дети. Иностранцы, вон, смотрят! Бессовестные!

– У Вас очень красивое платье, – ошарашил тётку Володя.

– Ой, правда? – та забыла, что хотела ещё сказать, стала разглаживать юбку и пошла к турникетам на вход.

Жанна захихикала. Она чувствовала себя лёгкой и счастливой. Взлетела бы, если б Володя сейчас не держал её крепко, если бы не гладил по волосам.

Орлов задыхался от эмоций. Сколько книг прочитано! Но ни в одной не описано достоверно, что чувствует мужчина, когда в его руках любимая.

Четыре дня счастья. Если можно было не отпускать руки, они не отпускали.

Ночью, когда автобусы уже не ходили, Володя шёл от дома Веденеевых к себе на Ярославку пешком. Сначала до Лосиноостровской. Потом по тому самому длинному мосту. Вспоминал, как она бежала тогда к нему. Как он почувствовал её эмоции. И как тогда впервые прижимал к себе. Не в танце.

На открытие второй смены Орлов приехал в "Зарю". Костюмы уехали автобусом в пионерский заезд.

Он топал от станции семь километров. Уже абсолютно законно, а не тайком от старших. Вёз матери свою зарплату со стройки. Всю до копейки. И два пуховых платка. Маме и тёте Дусе.

Жанне из Красноярска Володя привёз огромную кедровую шишку и коробочку очищенных кедровых орехов. Они разъели её сидя на высоком берегу Москва-реки на Воробьевых горах. Кто ж знал, что кедровых орехи нужно есть по чуть-чуть.

Володя пришёл в медпункт к матери. Туда же примчалась Жанна. Её отряд сегодня дежурил, пионеры с проходной прибежали с новостью, что Орлов приехал. Целоваться при Валие Николаевне ребята постеснялись.

Володина мама порадовалась, глядя на них. Красивые. Молодые. И влюбленные. Если у них все сладится, она будет счастлива. Её дело – их фундамент. Квартира вот чтобы своя была. Закончат институты, решат жениться, будет, где Жанне быть хозяйкой.

Про её кулинарные успехи тётя Дуся делилась. А ещё хвалила Жаннин характер. Но про характер Валия и сама знала. На эту кудрявую девочку она впервые обратила внимание очень давно. Ребятам лет по восемь было. Кто ж знал, что так сложится.

Выступать на открытии смены пришлось на открытой площадке. Места больше, чем в клубе. Оба за месяц соскучились по танцу. Репетировали в тихий час. На этот раз взяли музыку Георгия Свиридова из кинофильма "Метель". Кассеты с танцевальной музыкой Володя писал два последних года. Получилась нежная и романтическая история. Почти спектакль.

Увидев, как смахнула слезу старший воспитатель, Орлов удивился. Чуть вдалеке утирала слезы фартуком тётя Дуся.

– Вовчик, вы молодцы! – Сергей захлебывался от эмоций, – От вас искры летят. Я серьёзно!

Ребята и сами почувствовали, как меняется их танец. Они впустили свои чувства в этот вальс. Тела отразили то, что было в душах. Это не прошло незамеченным ни для зрителей, ни для Володи с Жанной.

Володя приезжал ещё раз – в свой единственный выходной. Он держал Жанну за руку, когда Валия Николаевна прокалывала той уши.

Разрешение у родителей Жанна получила неожиданно легко. Мама отдала ей свои лёгкие серёжки – капельки.

Маринка решилась на серьги за компанию с подругой. Серёга маячил в окне медпункта снаружи.

– Иди уже сюда, Афонин, тебя всё равно видно, – рассмеялась Валия Николаевна, – обещаю не мучить твою ненаглядную.

Серега влетел в дверь, чуть не сшиб ширму. Сграбастал Маринку.

– Так, кыш, потом отдам её тебе, – Володина мама подступила к Марине с обезболиванием.

Довольные девочки любовались собой в небольшое зеркало.

– Знаешь, я так не переживал, когда твоя мама мне вот на этой самой кушетке шов на ногу накладывала, – поделился с другом Сергей.

– Это когда вы с забора колхозного сада упали? – отозвалась хохоча Валия Николаевна. – Так, молодёжь, пьём чай и идём пионеров будить. Тихий час заканчивается.

10.2 Второй курс

10.2 Второй курс

Учился Орлов запоем. Ему нравилось всё, что двигало вперёд к профессии. Чертил он прекрасно. С высшей математикой и сопроматом проблем тоже не было.

У студентов-инженеров есть поговорка: "Сдал сопромат – можешь жениться". Экзамен с оценкой в диплом по этому предмету должен был быть на третьем курсе. В зимнюю сессию.

Володя помнил о наставлении сестры. Хотя дать Жанне свою фамилию хотелось сразу, едва той исполнилось восемнадцать.

Увлечение эргономикой нашло неожиданный отклик. Старший преподаватель кафедры архитектуры увидел Володин проект квартиры у своих знакомых. Узнав, что проектированием занимается его студент-второкурсник, заинтересовался. Они с удовольствием пообщались. Курсовую работу Володя писал уже по этой теме.

Его проекты пользовались спросом. Он делал чертежи для семьи, где муж и жена были тренерами по баскетболу. Потом разрабатывал проект для многодетного семейства, которое объединило две соседние квартиры.

Работа и учёба забирали много сил. Давали же силы танцы и Жанна. Вечером Орлов ехал на тренировку. Казалось, что сил нет. Но стоило ступить на паркет и взять за руку партнёршу, как мир снова оживал.

Они с Веденеевой вслед за Кудряшовым с Нестеренко решились на серьёзные изменения. Ушли из ансамбля к более молодым педагогам. При этом Жанна продолжала работать хореографом и вести детскую группу. Ее оформили в штат Дома пионеров.

Танцоров А-класса в Москве на тот момент было не очень много. А Орлов-Веденеева стремительно шли к международному, выступая и побеждая много.

Эмоциональность их танца бросалась в глаза. Не нужно было быть специалистом, чтобы разглядеть талант в этом дуэте. У ребят была мощнейшая база, отличная физическая форма, прекрасная хореография. Но главное – характер и чувства.

11.1 День рождения Жанны

11.1 День рождения Жанны

В этот год Жанна как никогда чувствовала поддержку друзей. Без них жизнь была бы сплошным серым туманом.

В учёбу удалось влиться сразу. Дом пионеров без проблем оформил её на новый учебный год.

Детские педагоги не препятствовали их переходу из ансамбля. А ведь если бы возражали, ребятам грозила бы годичная дисквалификация.

26 сентября, в день ее

совершеннолетия, Жанну в шесть утра разбудил телефонный звонок. Судя по щелчку в начале, из телефонного автомата. Звонил Володя.

– Привет, именинница! Досчитай до ста и выгляни в окно.

В трубке слышалась возня, скрип и голоса.

Жанна честно досчитала до ста. Распахнула занавески, открыла окно. В лицо прилетел осенний свежий воздух. Вдохнула полной грудью.

Под её окнами стоял Орлов с букетом необыкновенных астр, Шурик с Леной. Та подпрыгивала от нетерпения, удерживая огромную связку воздушных шаров. И Маришка с Сергеем. Сергей держал арбуз.

Суббота, ранее утро. Всем же на учёбу!

Дружная компания, перебудив Жаннино семейство, ввалилась к ним на кухню. Орлов варил кофе. Лена привезла две банки ветчины.

В маленьком коридоре Жанну остановил Володя.

– Знаешь, меня убьёт сестра. Но я хочу сделать тебе этот подарок. А ты, пожалуйста, обещай, что возьмёшь.

Володя снова заставил девушку закрыть глаза и вытянуть руку. В ладонь легла коробочка. Жанна напряглась. Открыла глаза. В коробочке лежали крохотные серёжки – гвоздики с милейшими жемчужинками.

– Какая прелесть… – вырвалось у Жанны, – А Оксана убьёт, потому что они дорогие? Да? Тогда может мне действительно не стоит принимать такой подарок?

– Оксана убьёт, потому что золото можно дарить только будущей жене, а Оксана хочет уберечь тебя от ранней бытовухи – прямолинейно и резковато ответил Володя, и посмотрел ей в глаза.

Взгляд у Жанны был испуганный.

– Знаешь, я боялась, что там кольцо, – пунцовая от смущения Жанна опустила голову.

– Боялась? Почему?

Володя охватил ладоням её лицо, поднял вверх.

– Я забрал бы тебя хоть сегодня. И кольцо будет. Всё, что ты захочешь, – горячо зашептал ей в губы.

– Володька, ты моё счастье, – вдруг заплакала, – Но какая из меня сейчас жена? На шею к тебе и твоей маме? Я готовить учусь, – затараторила Жанна.

– Мы с тобой потом поговорим. Нам торопиться некуда, жизнь впереди. А сегодня никаких слез. Обещаешь? У тебя же день рождения! Примеришь серьги?

Лучшее утро в её жизни!

А вот вечерний сбор родни совсем не порадовал. Конфликт между родителями становился всё глубже.