Текст книги "Желанная для орка (СИ)"
Автор книги: Ани Файер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)
Глава 10
Энн Блекер
– Энн! Энни, милая, очнись! – слышу я заботливый голос Лизи. Резко распахиваю глаза, хватаясь за горло, ища ошейник. Незримая, фантомная боль ещё сдавливает мою шею, заставляя болезненно глотать воздух и вспоминать те ощущения, которые «дарил» металлический обруч, подавая разряды током. – Ш-ш-ш, дорогая, всё хорошо, его сняли! Он тебе больше не угрожает! Ты дома, сестрёнка! Точнее, на «Созвездии», – улыбается она мне, сверкая ямочками на щеках.
Я лежу в одной ночнушке в человеческом медотсеке нашего звездолёта, в другой бы меня не пустили. Да и вижу за пластиковой нишей нашего медика Элли, что мило улыбнулась мне через прозрачное стекло. Подруга сидит рядом, улыбается сквозь слёзы, вытирая их с покрасневших щёк.
– Эбби? – спрашиваю я, обнимая Лизи.
– Она в соседней палате и практически в порядке, так же, как и твой Дин и её КолЕриан, – произносит та, широко улыбаясь.
– А дети? – подскакиваю я на кровати, вспоминая о самых дорогих мне людях.
– Лежи, тебе нужен покой после пережитого. С ними тоже всё хорошо, они сейчас в школе и саду. Я их отвела, и они о тебе даже не вспоминали! – говорит Элиза. Широко распахиваю глаза, не веря в услышанное. – Ладно, шучу! Конечно же вспоминали! Но я им сказала, что мама занята на работе!
– Спасибо, Лиз! Сколько я здесь? Всех спасли? – блаженно откидываюсь я на подушку, закрывая глаза, потому что слёзы снова застилают взгляд, размывая всё вокруг.
– Чуть больше суток. Эбби ещё не очнулась, твой организм оказался немного сильнее, впрочем, как и сам Адмирал, который смог своими ручищами повредить твой ошейник и замкнуть сигнал тока, – ведёт каштановыми бровями Лиз вверх-вниз во флиртующем жесте.
– Как он? Он был ранен, – переживаю я, вспоминая тёмную, почти черную кровь, что сочилась из его раны прямо по моим рукам, когда я зажимала её.
– Этого я не знаю. Меня не пускают к ним в отсек. Они выставили охрану у лифтов и меня развернули обратно, как только я спустилась к ним на этаж. Теперь треклятый Кирканер Красный лично следит за моими передвижениями по кораблю, – недовольно фыркает моя подруга. А я улыбаюсь во весь рот. Они прекрасная пара, пусть пока и не знают об этом. – Хотя я помогла ему провести вашу операцию по спасению! Пришлось выдать свой контакт на земле – Билли. Кирк обещал ему золотые горы и исполнить его мечту, устроив того во флот, зачислив к кибер-специалистам Альянса. Только после его обещаний Билли с радостью взломал систему безопасности этих Серых существ, пока шла операция по их ликвидации, – улыбается она, но тут же её улыбка меркнет. – Выжили только несколько девушек, Энн. Мне жаль!
– И мне! – отчаянно бьюсь головой по подушке, подавляя молчаливый стон боли. – Их пытали? Как нам помочь им? Может иск предъявить самому Альянсу, что их патрули не заметили угрозу? Эта плане была запланированной исследовательской точкой, они не могли не поставить дополнительную защиту на неё, как на интересующий Союз исследовательский объект!
– Там вообще всё плохо! – нервно произносит Лиз, понизив голос до полушепота. – Нам не дадут этого сделать. Мне вообще уже запретили разглашать информацию по поводу этого инцидента, – возмущается она, практически шипя на меня. – Думаю, что девушек тоже обрабатывают. Им не дадут пожаловаться, хотя есть на что! Я знаю, что одна из девушек была подвержена насилию со стороны одного заключенного, которого держали эти серые уроды! Тетрикса! Я была на связи во время штурма, пока меня не обрубил Кирк, почуяв неладное. Я слышала, как тот кричал, что не хотел этого делать, но его заставили. Что якобы его напичкали какими препаратами, и он попросту перестал себя контролировать, поддавшись инстинктам! Представляешь?!
– Ужас! – произношу еле слышно, понимая, что мне повезло, что меня засунули к Адмиралу, а не к дикому тетриксу. – Представляю…
– А ты? – неуверенно проговаривает Лиз, сжимая мою руку в доверительном жесте, слишком низко наклонившись к моему лицу.
– Что я? – переспрашиваю, прикинувшись дурочкой, лупая на неё невинными глазами. Я скажу Элизе обо всём, непременно, но не здесь и не сейчас.
– Тебя насиловали? – шепчет та мне на ухо.
– Нет! – отрицательно киваю головой. И ведь не вру! – Меня никто не насиловал! – говорю для пущей убедительности. «Только я и совсем чуть-чуть!» – хотелось мне добавить, но вовремя заткнулась.
– Энни! – кричит Миа прямо с порога, кидаясь ко мне, крепко обнимая. – Я так переживала! Как хорошо, что ты в порядке! Боже, я скоро поседею с вами!
– Впрочем, как и я, – отзываюсь, обнимая подругу.
Мы ещё долго сидим на моей кровати, болтая о том, что было в заточении и рассуждая, зачем этим извергам было мучить нас. Естественно, я упускаю тот момент, что мы с Динамаром занимались сексом, от которого у меня до сих пор дрожат колени. Благо, они приняли мою дрожь за побочку от ошейника, что был на мне несколько дней. Я сказала, что как только меня привели к нему в камеру, началась их операция по спасению.
– Не повезло тебе, подруга! – вдруг выдаёт Лизи.
– Почему это? – удивляюсь я.
– А то могла бы трахнуться с самим орком! – поясняет Магвайер. – Горячим орком! – А я виновато опускаю глаза вниз, пряча взгляд. Вижу только, что Лиз щурится, будто сканирует меня, открывает было рот, но тут же замолкает, потому что её перебивают.
– Мамочка! – кричат хором мои мальчики, забегая в палату.
– Ты уже поработала? – спрашивает Мэтти. Неуверенно киваю головой, обнимая ребят, заливаясь слезами. Мои мальчики! Боже, как же я скучала!
– Изи сказава, что ты оставась помогать тёте Эв, – говорит Илай, глядя на меня своими голубыми глазюками. – Ты ей помогва узе? Мы мозем идти домой?
– Сейчас мы у неё и спросим, малышня! – говорит Лизи, широко улыбаясь, подходя к Элле.
– Ваша мама мне больше не нужна. Она мне очень помогла, поэтому я отпускаю её обратно домой, – говорит моя врач, кивая детям. Мальчишки уходят вслед за Элизой и Мией. Я довольная встаю с кровати, направляясь на выход. Чуть задерживаюсь у зеркала у входа в помещение, как меня одергивает Элли. – Энн, – хватает она меня за локоть, – в твоей крови произошли незначительные изменения. Повысился уровень белка и гемоглобина, – останавливает меня девушка, сверля меня карими глазами.
– Что это значит? – спрашиваю у неё. – У меня какой-то вирус?
– Ты ничего не хочешь мне рассказать?! – шепчет та, проигнорировав мой вопрос.
– Нет! – резко отвечаю, отрицательно кивая головой.
– Вам ничего инородного не вводили? Потому что у Эбби почти такие же результаты. Только в отличие от тебя, её показатели зашкаливаю в разы, – щурится женщина, а я перестаю дышать.
– Что ты хочешь этим сказать? На что намекаешь? – не понимаю я.
– Ну не знаю! – садит меня она обратно на кровать. – Ты была с тетриксом?
– Нет! – утвердительно качаю голову. – Как ты могла подумать?! Я бы сказала тебе!
– Тогда может это связано с тем, что в твоей матке обнаружена сперма орктанца? А у Эбби – ихтианца? – шипит та, глядя на меня. А я вытаращиваю глаза, которые готовы выпрыгнуть из моих глазниц и покатиться по полу. – Может расскажешь мне? – отрицательно киваю головой. – Тогда скажи, Энни, умоляю, что это было обоюдно, или так же как и стой бедняжкой, что сейчас в реанимации? – спрашивает она. А я лишь открываю и закрываю рот, не понимая, могу ли признаться этой женщине. И что выльется из моего признания дальше. – Все оставшиеся в живых уже дают показания. Их немного Энн, и все, как одна утверждают, что их заставляли спариваться с кучей рас, что находились на борту Серых. Всё бы ничего, но их допрашивают не наши силовики. Допрос ведёт специально созданная комиссия Альянса. Он пока проходит виртуально через мониторы. Через пару дней они явятся сюда и будет очная ставка с каждым. Никто не знает, какие технологии у них имеются для добычи информации. Ты же понимаешь, что мои отчеты они тоже всё равно проверят, учитывая всю ситуацию, и я не смогу ничего утаить, как бы сильно не хотела вам помочь. И мне не удастся замять результаты исследований, даже если я что-то нет укажу в отчетах. А если окажется, что вас насиловали, неизвестно чем всё это обернётся, – шепчет девушка. – Блядь! – рычит она, подскакивая с моей кровати. – Тому несчастному итак не повезло, он в изоляторе ждёт своей участи. Не хотелось бы оказаться по соседству с ним, – кривит губы в полуулыбке она.
– Нас никто не насиловал, Элли! По крайней мере меня! Эти Серые уроды проводили какие-то свои безумные эксперименты по спариванию, – отвечаю ей, подскакивая с места. – Да, мы были под давлением и страхом смерти, но то, что происходило в камерах – не насилие, а спасение жизни! Динамар и КолЕриан лишь помогли нам не умереть в этих жутких условиях и пытках! Не ручаюсь за остальных, возможно, им повезло меньше, но с уверенностью говорю, что ихт и орктанец – настоящие герои! Элли, ты должна нам помочь, пожалуйста!
– Вот, так и отвечай на допросе, поняла меня!? Только не забудь пустить слезу для пущей убедительности. Эти козлы по-другому не поймут, – советует мне Элли, поднимаясь с кровати и учтиво хлопая меня по руке. – Можешь идти. О состоянии Эбби я тебе сообщу. Нам нужно придумать, как убедить комиссию Альянса оставить Адмирала на корабле.
– Зачем тебе это? – удивляюсь я. – И почему их нужно убеждать в очевидном?
– В очевидном? Энни, детка, очнись! Он дал вам доступ на вылет на неизведанную планету и не прикрытую никак силами флота Альянса! – кривит она губы в усмешке. – Это прямой повод для увольнения вышестоящего руководства! Несанкционированный доступ на неизученную планету – чава-какава, родная! Не будет нашего Адмирала на «Созвездии», не будет и работы. Неизвестно кто займет его место. Нас всех распределят на другие звездолёты по расовому признаку – в лучшем случае. А с людьми никто не хочет работать, так что меня ждёт не лучшая жизнь, потому что без космоса я её не представляю. Да, Энн, признаюсь, это место – лучшее, где я была! И тебе искренне желаю держаться за него! – говорит женщина, подбадривающе улыбаясь мне. – За место юриста и Адмирала!
***
– Ну, что, подруга, поделишься, что было между вами? – спрашивает Лиз после того, как я уложила ребят и зашла в нашу с сестрицей комнату. Нужно отдать ей должное, терпения ей не унимать. Меня уже б давно разорвало от любопытства.
– Поделюсь, – молча укладываюсь на кровать, накрываясь теплым одеялом. – Всё было! И это было самое лучшее в моей жизни!
– Ну расскажи мне! Чего томишь?! – прыгает она ко мне на кровать.
– Лизи?! – возмущаюсь я, тихонько хохоча, спихивая её со своей кровати.
– Что Лизи? Колись давай! – щекочет она меня, и все мои попытки избавиться от неё становятся тщетны.
– Всех девушек затащили в одну камеру и стали выводить по одной, пытая током, если та сопротивлялась, – начала я свой рассказ. – Теперь я понимаю, что нас всех пытались спарить с представителями различных рас захваченных в плен мужчин. Мне повезло больше всех, наверное. Меня притащили к Динамару. Он не хотел этого делать, – вздыхаю, – я его заставила, надавив на жалость и что хочу вернуться к детям.
– Боже, Энни! Ты винишь себя что ли? Но так и было! Не стоит корить себя за подобное поведение! Ты ни в чём не виновата! А наш Адмирал – настоящий герой! – гладит Лиз меня по волосам.
– Если бы всё так и было! Нет, я конечно верила, что прошу спариться со мной только из-за детей! Но мне понравилось, Лизи! Понравилось, понимаешь?! Я наконец осознала, что молила его не ради мальчиков, а ради себя самой! – призналась я подруге в своих противоречивых чувствах.
– Боже, Энн! Что ты несёшь? – фыркнула Магвайер. – Твою ангельскую душу ничем не испортишь! И это не грех! Ты пыталась выжить всеми способами, чтобы увидеть своих ребят, и это нормально! А то, что красавчик-Адмирал довёл тебя до оргазма, так это просто хороший бонус. Это прекрасно, что он оказался способным на это! Это значит, что вы подходите друг другу! Ой, Энни, как я завидую тебе, сестрица! – мечтательно шепчет Лиз. – Мне такое и не светит!
– Светит! – поворачиваюсь к Лизи лицом. – Кирку просто нельзя, я так думаю, судя по их мифологии.
– А Динамару, значит, можно? – хмыкает Элиза.
– Ему тоже нельзя, – отзываюсь. – Он просто помог мне выжить там, как ты и сказала. Он просто пожалел меня, чтобы меня не отправили к тетриксу. А у Кирка к тебе чувства! Это видно невооруженным взглядом!
– Это ты так думаешь, – вдруг отзывается Элиза. – Он давно неровно дышит к тебе!
– Кто? Кирк? – удивляюсь я.
– Адмирал, дурочка! – хохочет Лизи.
– Это ты так думаешь, – повторяю её же слова. – Всё только ради нашего выживания, поверь!
– Пошла ты! – рявкает Лиз. – Ты не видела, как он смотрит на тебя!
– А ты не видела, как смотрит на тебя Кирк! – огрызаюсь я.
– Да в том то и дело, что видела! А он не реагирует никак! – отзывается Лизи.
– Реагирует, поверь! – улыбаюсь ей. – Но он думает, что ему нельзя… Как только он перейдёт этот порог, вы будете похожи на кроликов!
– Ах, если бы… – тянет та.
– Да кабы, – договариваю за неё. И мы обе начинаем хохотать.
***
С самого утра я пыталась связаться с Динамаром. Накануне вечером я не стала его тревожить, написала ему лишь сообщение, что я уже в каюте, и что у меня всё хорошо. Он так и не ответил. И не перезвонил. А теперь я безумно переживаю за него! Коммуникатор он не берёт, пришлось идти к Мие. Та составила заявку на срочный запрос. За целый день – ничего. А нужно выяснить многое. Меня сегодня должны допрашивать, а я не знаю, что можно говорить, а что нет. Вдруг я взболтну лишнего? Хоть бы предупредил, чёртов орк! Интересно, а его допрашивали уже? И что он сказал этой своей комиссии? Я так и просидела весь день, кусая ногти, напрочь позабыв о своих делах и Эбби.
– Энн, – влетает, как вихрь, к нам в кабинет Элли. – Эбби проснулась!
О, вот и лучик, который расскажет о нашем солнышке.
– Это же здорово! – подскакиваю с места, обнимая врача за такую прекрасную новость, и безумно чувствуя себя виноватой, что за целый день даже не подумала о ней. – Или нет? – растерянно гляжу в испуганное лицо Элли.
– Дело плохо, – шепчет она, крутя головой, глядя на потолок, видимо, ища камеры.
– Так, за мной! – перебивает нас Лизи, волоча нас обеих в туалет, догадываясь о тревожности нашего медика. Камеры по протоколам должны быть в каждом офисном помещении. Они везде, даже в коридорах и их хрен заметишь! Они на каждом углу! Везде, кроме туалетов! – А теперь шёпотом выкладывай, что произошло! – командует она Элли, усаживаясь на унитаз, используя его в качестве стула. Я подперла дверь для пущей убедительности, чтобы никто не вломился, а Эл стену, сложив руки под грудью. Её карие глаза неуверенно бегали от меня к Лиз.
– Я не знаю, имею ли я право говорить об этом, но у меня в отсеке это делать небезопасно, – произносит она, кусая губы.
– Имеешь! – утвердительно кивает головой Лизи. – Всё, что касается Эбби – имеешь. Она дала нам своё согласие, обратившись за помощью. Мы стараемся ей помочь, и мы это сделаем. И если это что-то касается её и ихта, то выкладывай, не раздумывая!
– Она беременна! – шепчет Элли.
– От… От… – у меня язык застрял в горле.
– Да, – говорил Эл, – от него!
– А… – не знаю, что ещё сказать.
– А ты – нет! – произносит Элли. – Я расшифровала ваши показатели. Они говорили о том, что ДНК этих мужчин каким-то образом взаимодействовала с вашей, внедряя свои цепи. Это… это удивительно и странно!
– О Боже! Во мне что-то от него? Что? Меня это сожрёт? – начинаю паниковать я, ощупывая себя, насмотревшись старых фильмов ужасов про инопланетных монстров. А про этих орков ничерта ничего не известно! Вдруг с его спермой в меня впрыснулось что-то страшное и плотоядное?! А девчонки заржали в голос. Так громко, что от неожиданности заложило уши. – Дурочки! Я серьёзно!
– Я думаю, что кроме любви к нему – ничего не сожрёт! – выдаёт мне врач, всё ещё улыбаясь.
– Как? Что ты имеешь в виду? – не понимаю я.
– Боже, Энни, не прикидывайся! Это так очевидно! – хмыкает Элиза.
– Кто бы говорил! – возмущаюсь.
– Так! – перебивает наш спор Элли. – Вернёмся к нашей проблеме!
– Нужно поговорить с КолЕрианом и Адмиралом, пока не поздно! – предлагаю я своё решение.
– Это невозможно. Мне сообщили, что Адмирал и этот ихт ещё вчера полетели встречать группу похитов из комиссии Альянса и ещё какого-то Верховного ихтианца со всей его свитой, – говорит Элли. – И они скоро должны быть здесь.
– Блядь! – рыкает Лизи, поднимаясь с унитаза.
– Что не так? – спрашивает её Эл.
– Всё! – произносит Лиз, поправляя пиджак. – Пошли готовиться к твоему допросу, Энн.
– А как же Эбби? – не понимаю я.
– Её спасать нам будет тяжко, раз сам Верховный эльф снизойдёт до нас, озаряя светом своего присутствия! И эти похиты! Если за дело взялись эти белобрысые маньяки, они докопаются до всего! – цедит сквозь зубы Лизи, заходя в наш кабинет.
– Они настолько дотошные? – спрашиваю у подруги.
– Не то слово! Они даже скажут слишком ли жидкий был твой сегодняшний стул! – фыркает та. – Они бесчувственные и безэмоциональные. Я слышала, что они просто-напросто эмпаты. Они чувствуют лишь твои эмоции, которые преобладают у тебя в данный момент, особенно ложь и злость. Я думаю, что именно поэтому они считаются главными и безукоризненными следователями Альянса. Говорят, что они пьют какой-то препарат, чтобы блокировать свои способности, и стараться жить своими эмоциями и чувствами. Но не знаю, это лишь слухи или является правдой. Но, скорее всего, тех, кого послали к нам – лучшие из лучших. И навряд ли они что-то употребляют для подавления своих сил, скорее – наоборот, – рассуждает Магвайер, усаживаясь в своё рабочее кресло. – Девочки, общаясь с ними говорите уверенно, быстро, и не в коем случае не прячьте взгляд, иначе это заставит их дотронуться до вас, а тактильно они прочитают вас наверняка: ваша дрожь, температура кожи и только им известные факторы выдадут вас с потрохами. И лучше не лгать, а плавно уходить от ответов.
– Твою мать! – стону я, плюхаясь в кресло напротив.
– Элли, иди к Эб и не говори ей ничего о её восхитительном положении. Только не сейчас. Лучше избежать этой новости, особенно перед встречей с похитами, – командует моя сестрица, которая явно уже имела дело с ними, по крайней мере имеет представление об этой расе. Эл кивает. – И если можно, не указывай эту информацию пока в отчете о состоянии здоровья Эб. Читать-то они умеют, но вот в различных медицинских значениях крови и тромбоцитов навряд ли что-то понимают. И не соглашайся на её допрос без нас. Если будут вякать, скажи, чтобы читали наши человеческие законы о защите нашей земной расы. Пошли их на хер, короче, и не пускай даже в помещение. И сама не отвечай ни на что, они прекрасные провокаторы. Сразу сообщи нам об их прибытии, и мы тут же явимся, чтобы помочь вам.
– Помочь? Я даже не представляю, Лиз, что же нам делать теперь? – чуть не плачу я, когда Элли уходит.
– Нам нужен Кирк, – спокойно произносит Лизи, поднимаясь со стола, – может быть он сможет прояснить хоть что-нибудь по этому поводу, ну или хотя бы скажет, как нам себя вести.
***
– Лиз, ты уверена? – спрашиваю у подруги, когда лифт останавливается.
– Как никогда! – отвечает мне она.
– Вы? – рыкает Йолинер, как только створки лифта разъезжаются в стороны, представляя нас всеобщему обозрению
– Мы! – уверенно парирует Лизи, выходя вперёд.
– Ада нет! – сверлят меня желтые глаза орка, преграждая нам путь. Его ноздри снова раздуваются, вдыхая воздух вокруг.
– Мы в курсе! Нам нужен Кирканер! – произносит Лиз. Глаза Йолинера сужаются, и он не сводит с меня тяжёлого взгляда.
– Так значит это правда?! Он тебя поимел? – злится тот.
– Не он, а она его, и это не твоё дело, орк! – рявкает Лизи, становясь между мной и желтоглазым.
– Йол, какого хера?! – слышу я спасительный голос Кирка. Бог мой, никогда в жизни не была так рада видеть этого Красного орктанца! Прямо выбежала вперёд Лиз, обнимая его, вешаясь на капитана.
– Кирк, спасай! Надо поговорить! – шепчу я.
– Понял, за мной! – командует он, неловко обнимая меня в ответ, одновременно кивая моей Магвайер. – Йол, никого на рубку!
Глава 11
Впервые в жизни я оказалась на капитанской рубке настоящего звездолёта! Огромное помещение с окнами больше, чем в два этажа, заполнили всё пространство. Я в открытом космосе! Самом настоящем! Я вижу пролетающие мимо астероиды, огромные кометы и космический каменный мусор, которые даже не касаются обшивки нашего корабля, антигравитационное поле которого просто отталкивает всё вокруг. Не сжигает и не дробит, как остальные летательные аппараты, а просто отталкивает. Даже те, которые в сотни раз больше нашего звездолёта! Удивительное зрелище! Даже дух захватывает.
Я так и сижу прямо на полу, скрестив ноги в позе лотоса, и наблюдаю за происходящим снаружи, трогая окно пальцами, пытаясь осязать то, что за ним, пока Лиз разговаривает с Кирканером. Меня просто заворожил этот вид из огромного окна капитанской рубки корабля. Я так мечтала побывать в космосе, и только сейчас увидела всю эту бездонную и мрачную красоту бесконечной Вселенной. Я её видела и раньше, конечно, но вид из небольшого иллюминатора шаттла и то, что сейчас передо мной – абсолютно разные вещи. Миллиарды звезд от тускло-белых до ярко-красных по одиночке или в различных туманностях и в куче каменного мусора, похожего на различные фигуры. Это как в детстве, когда смотришь на облака в небе и представляешь, на что они похожи. Так и всякого рода каменистые породы, проплывающие мимо, напоминают то рыбку в океане, то жирафа из старых книг, и даже человека в скафандре или многоэтажное здание, как на Земле, с темными окнами от надвигающейся тени корабля. Удивительно!
– Я тоже люблю смотреть в даль, – я дёргаюсь, потому что слышу сипловатый голос, от которого сжимается всё внутри, а сердце колотится чаще. Мой Динамар. – Это даёт безграничное чувство свободы. Я люблю проводить здесь время. Это успокаивает.
Мужчина садится рядом точно в такой же позе. Киваю. Смотрю на него. Такой родной. И безумно уставший. Лицо выглядит немного угрюмей, чем обычно, но не менее привлекательным. Я так желала и ждала встречи с ним, что из последних сил сдерживаю порыв, чтобы не расцеловать его и не кинуться к нему в объятия. Мы же не одни, а я так и не знаю до сих пор, как он ко мне относится.
– Ты прилетел… Всё хорошо? Тебе попадёт из-за нас? – спрашиваю у него, немного прислонив голову ему на плечо. Динамар дёргается, поведя рукой. Он чуть морщится, трогая то место грубой ладонью. Во я безмозглая курица! Он же был ранен как раз в это место, а я улеглась аккурат прямо на него. Тупица!
– Всё хорошо, малыш, уже не больно! – улыбается он, укладывая мою голову обратно. – Я – Адмирал! И мне плевать, что скажет комиссия Альянса и его следователи, – улыбается мне мужчина, опустив свою голову на мою.
Тяжело вздыхаю. Это хорошо. Улыбаюсь.
– Я рада, что с тобой всё хорошо, Дин! – говорю ему, положив свою ладонь на его, чуть сжимая его пальцы. Он кладёт свою поверх моей и гладит её. Так хорошо! И спокойно! Умиротворение царит в моей душе, и я просто счастлива.
– Я рад, что ты цела! Не представляешь, как это важно для меня! – признается орктанец, всё ещё наглаживая мою руку.
– Дин, что мне делать? – спрашиваю, поднимая на глаза. Молчит. – Я про комиссию Альянса. Что мне говорить им?
– Прости, что не писал и не звонил. Не мог, – произносит мужчина, глядя на меня своими сиреневыми глазами. Я вижу тревогу в его взгляде. Он неуверенно трогает мою скулу, чуть касаясь её большими оливковыми пальцами. – Не хотел провоцировать комиссариат по расследованию. Похиты будут проверять всё, даже наши контакты. Я предполагал что-то подобное, поэтому не мог подвергнуть тебя ужасающим допросам на эту тему. Они будут неприятны для тебя. Я рассказал отцу всё, что между нами было, но просил ничего не говорить комиссии. Прости, Энни. Я… не мог это признать перед всеми, иначе...
– Что-о? Отцу? – не понимаю я, возмущаясь, подскакивая с места и сверля его глазами. Лицо Адмирала виноватое такое и понурое. Ну, конечно, он не мог этого признать! Он стыдится нашей связи! Для них человеческая женщина ничего не значит! Она лишь обычная шлюха, и не важно, где она находится: на дрейфующей станции или на научном космическом крейсере! Для всех них мы всегда будем шлюхами! Боже, какой же я была дурой! А отцу он рассказал всё для того, чтобы сбросить с себя всю вину?
– Энн, прибыл Совет Высших во главе с правящими. Этот инцидент, что произошел на астероиде Серых, напрямую касается их потомков. Они не могли игнорировать подобное. Успокойся, милая! Ты не понимаешь, если все узнают… Я обязан буду… Но, понимаешь, я даю тебе шанс… – пытается он оправдаться. А мне плевать уже! Слёзы застилают мои глаза. Мне настолько больно, что хочется кричать в голос и вырвать собственное сердце! Глотаю ком горечи, вытирая солёные ручейки тыльной стороной руки. Понимаю ли я? Ну, конечно, я всё понимаю! Понимаю, что я для него ничего не значила. И своими жестами он просто хочет успокоить меня, дабы не нагнетать обстановку дальше.
– Ты – трус, Адмирал! – говорю ему, поднимаясь и разворачиваясь к выходу.
– Энни, моя хеариса, я просо хочу защитить тебя! – поднимается Дин вслед за мной, хватая меня за руку.
– Я сама могу защитить себя! Ты просто боишься за себя и последствия, которые грядут из-за связи со мной! – говорю ему, глотая слёзы. – Я права? – молчание. Хмыкаю. – И защищаешь ты сейчас только себя, Адмирал Динамар! Лизи, за мной! – командую подруге, уходя.
Честно признаться, до последнего надеялась, что Дин побежит за мной, попросит прощения и поклянётся в вечной любви. Но разве такое бывает? Нет, конечно же! И мне плевать на него! Плевать! Тогда почему так паршиво на душе? Почему не могу вздохнуть полной грудью?
Выбегаю вон, даже Йолинер молча и как-то тоскливо провожает меня холодным жёлтым взглядом, когда створки лифта захлопываются. И тут я даю своим чувствам волю. Я плакала навзрыд, а Лизи меня обнимала. Молча. Ничего не комментируя и не говоря, что оторвёт этому орктанцу яйца или выбьет все его клыки. И я ей благодарна, что она позволила мне выплакать все свои слёзы обиды, печали и горечи, не вставляя свои шуточки, чтобы поддержать меня.
***
– Энн, – говорит Лиз, когда я полумёртвая валяюсь на стуле, улегшись мордой на стол. Сил, чтобы рыдать, уже больше не осталось, впрочем, как и просто встать. Одно тихое и безмолвное горе в душе. Радует, что детей заберёт нянечка, накормит и уложит их спать. Вот вроде бы всё хорошо, все живы и здоровы, а мне жить не хочется от тоски и боли, разрывающих моё сердце. Так было, когда погиб Седри, а потом и его Бет. Щемящее чувство в груди не даёт вздохнуть полной грудью. Боже! Я влюбилась! И не просто в человека, в орктанца, твою мать! Одного из Высших, чтоб его, которым нельзя быть с обычной человечкой! Я слышала, что говорил на Е-26 КолЕриан, я не тупая. А раз они одинаковые с ихтами в плане верований, то и убеждения у них такие же. Он не может быть с Эбби, а я не могу быть с Динамаром. Всё просто. И вполне понятно. Что ужасно больно и безумно обидно!
– М? – отзываюсь я, стукаясь лбом о деревянную столешницу.
– Выпей кофе и возьми себя в руки! Нам нужно собраться, Энн! Сегодня тяжёлый день, а нам пригодятся силы на полемику с похитами. Ты, конечно, можешь молчать при допросе, но тогда это даст повод дотронуться им до тебя, что не желательно, а запретить им подобные вещи я не смогу! Держи, – говорит Лиз, протягивая мне горячий бодрящий напиток. И как раз вовремя, потому что буквально через двадцать минут с нами связалась Элли. Пришли по душу Эбби.
– О чём ты говорила с Кирком? – спрашиваю у подруги, пока мы бежим в медблок.
– О многом, – улыбается Элиза. – Он признался мне, что ему тяжело контролировать себя, когда я рядом, что он хотел бы начать общаться со мной намного чаще и не совсем по делу…
– А ты? – улыбаюсь ей в ответ, радуясь за Лизи.
– А что я? – смотрит она на меня, будто бы стесняясь. – Сказала, что нужно разобраться с Элли и КолЕрианом, а потом подумаю над его предложением. Нужно же его ещё немножко помариновать, правда же!?
И тут я наконец засмеялась. Хоть Элиза будет счастлива – уже хорошо! А если удастся помочь ещё и Элли, будет ещё лучше. Это будет наша маленькая победа над стереотипами о человеческих женщинах.
У входа в медотсек нас уже ждёт Миа. Она ужасно нервничает, заламывая руки и кусая свои пухлые губы.
– Так, а вы тут зачем? – раздаётся голос Черити за спиной. Той самой «милой», «любезной» и недотраханной женщины, начальницы отдела кадров нашего сектора.
– Вообще-то, мы – юристы по защите прав человека на звездолёте, или вы уже запамятовали, Черити? – одёргивает Лизи свой синий пиджак. – Я – Элиза Магвайер. Вы брали меня на работу ещё на Земле, помните?
– Я помню, кто вы. Но вас никто не звал сюда. Мы с Мией являемся представителями нашей расы перед Альянсом, – невольно цедит эта напыщенная дамочка.
– Возможно так и было, но, во-первых, защищать интересы человека – это наша прямая обязанность и прямая прерогатива, а во-вторых – с Эбби Стингер у нас прямой договор представлять её интересы перед различными расами, в том числе и членами Альянса, – встреваю я. – Именно поэтому, Черити, мы не нуждаемся в ваших услугах, как представителя допрашиваемой в любых сферах её деятельности.
Вижу довольную мину Лизи. Она явно согласна с моими аргументами.
– Вы не можете меня выпроводить, когда ведётся допрос комиссией Альянса. По внутреннему соглашению, только я и Миа, как представители человеческой расы, имеем право контактировать со следствием, – выдаёт кадровичка. Её любопытство не знает пределов! И это безумно раздражает.
– Возможно так и было, пока не было юридической службы на звездолёте. Но поверьте мне, как дипломированному специалисту и человеку, изучившему «от» и «до» человеческий кодекс, права человека, весь внутренний Устав и Указы Адмирала «Созвездия», что теперь к данному следствию и данному лицу вы не имеете никакого отношения! – парирует Элиза. – И попрошу не задерживать нас, нас уже давно ждут! – прямо вижу, как пар валит из ушей и ноздрей недовольной Черити, она в ярости сжимает кулаки, готовая накинуться на мою Магвайер. – Миа, за мной. Эбби выбрала тебя, как ещё одного своего представителя и ответственного по кадрам. Вот, и не нарушены и ваши обязательства перед Альянсом, Черити. Ведь так? По условиям протокола звездолёта возможно присутствие одного или нескольких представителей отдела кадров для подтверждения сотрудничества допрашиваемого с флотом Содружества в случае отсутствия представителя юридической службы. Но так как мы есть и именно с нами допрашиваемая заключила договор сотрудничества, включив в список доверенных лиц от вашей службы лишь Мию, то только мы втроем являемся её представителями, исключая Вас, естественно. Я ничего не упустила, Энн?
