Текст книги "Товарищ маг. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Андрей Первухин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Дня через два-три пришлю ещё столько же грузовиков с продовольствием, – порадовал я представителя Берии, который всегда встречал меня и провожал в Аргентину. – Точное время назвать не могу, у нас там стало очень весело.

– Будем ждать, – обрадовался майор. – Вы нам здорово помогаете, не знаю, что бы мы делали без Вашей помощи.

– Вы бы и без моей помощи сражались, – улыбнулся я. – Поверьте, этот город враг не возьмёт, я в этом уверен.

– Спасибо, – майор тоже улыбнулся. – Ленинград немцам, да и финнам тоже, будет костью в горле.

Следующий караван отправили через два дня, машин прибыло много, а скоро должны доставить ещё. Совсем недавно закупили новую партию, контракты заключили на два года, порадовали американцев. В общем, дней через пять можно будет снаряжать третий.

По возвращению домой я обнаружил, что у меня гости, причём нежданные. Мой особняк посетил президент Аргентины. Вроде бы чего тут удивительного, он и до этого не раз ко мне приезжал, только сейчас он был не один, а с несколькими своими министрами и командующим сухопутными войсками Аргентины, последнего я точно не ждал. Глава государства меня очень удивил, он прибыл заключать договор, чем поразил до глубины души, не ожидал от него такого решения.

Как оказалось позже, вояки смогли договориться с Ортисом, не стали пытаться сменить власть, в противном случае началась бы гражданская война, ведь отдавать своё кресло без боя действующий глава государства не собирался и был готов к любому развитию событий. Меня хотели привлечь как стороннее лицо, хотя я не сразу понял, зачем это нужно президенту.

– Господа, я не совсем понимаю, что вам от меня нужно? – Спросил я, когда на меня вывалили кучу ненужной информации, выступая как перед избирателем. Сказали вроде бы много, но ничего для меня полезного. – Вы смогли договориться между собой, это хорошо, но зачем к этому договору приплетать меня? Я простой гражданин.

– Простой гражданин, – проворчал генерал. Но после того как Ортис махнул рукой, заткнулся и не стал продолжать.

– Военных беспокоит то, что ты убиваешь людей, скажем так, их окружение, – заявил президент. – Они хотят, чтобы это прекратилось.

– Вот как, – не смог я сдержать ехидной улыбки. – А тут кто-то может сказать, что я убил хоть одного человека просто так или по личной неприязни? Не было такого, все убитые мною граждане хотели моей смерти, а я на тот свет не тороплюсь. Ладно бы между нами была вражда, но нет, им просто дали команду и они решили убрать человека. Команду эту вообще дали с другого материка, а ваши вояки и часть промышленников тут же помчались выполнять их приказ.

– Как меня заверил командующий, больше такого не повторится, никто не станет Вас убивать. По крайней мере, аргентинские военные точно не будут, а большую часть промышленников мы уже арестовали, теперь они тоже не смогут навредить, – снова махнув на офицера, заявил Ортис. – Но и Вы, в свою очередь, тоже должны прекратить убийства.

– Всегда стремился к мирному существованию, – заверил я присутствующим. – Если меня никто не трогает, то и я никого не трогаю, но стараюсь быть на шаг впереди.

– Мы бы хотели поговорить с вашим пленным немцем, – попросил советник президента. – И если можно, то с Вашей помощью.

– Боюсь, что это невозможно, – вздохнул я. – Он умер.

На самом деле я соврал, просто передал его советам, мне он больше не нужен, а Ортис не хотел со мной разговаривать. Вот пусть его теперь коммунисты допрашивают, мне этот гражданин уже рассказал всё, что нужно.

Глава 12

Начальник немецкой разведки и контрразведки Вильгельм Франц Канарис всей своей кожей ощущал, как над ним сгущаются тучи. Хорошо, что совсем недавно он провёл переговоры с англичанами и достиг кое-каких успехов. В противном случае его бы уже сейчас арестовали или, в лучшем случае, отправили под домашний арест. Правда, переговоры с британцами тоже нельзя назвать большим успехом, они согласились на некоторые уступки и позволили перебросить немцам часть своих войск из Африки на восточный фронт. При этом англичане не стали идти в наступление, а просто ждали, куда будет склоняться противостояние русских с немцами. Тем не менее, хоть и не стали подписывать мирный договор, в Африке пока ничего не предпринимают.

Любой грамотный человек понял бы, чего выжидают британцы. Они просто хотят, чтобы немцы и коммунисты ослабили друг друга как можно сильнее. А когда совсем истощат свои силы, то выигравшую сторону можно будет добить. Это было понятно как советам, так и немцам. Война на восточном фронте требовала новых подразделений техники, которая перемалывалась с огромной скоростью. Теперь уже многие генералы были уверены в том, что столкновение с советами было большой ошибкой. В начале войны немцы были воодушевлены тем, как быстро завоевали почти всю Европу и рассчитывали, что и в Советском Союзе война пойдёт строго по их плану.

Ошибки допускали не только солдаты и их командование, но и контрразведка. Причём двоих высокопоставленных офицеров схватил один и тот же человек, о котором болтал чуть ли не весь мир. Само собой, эта необычная личность заинтересовала также и Гитлера, многие ведущие страны собирали любую информацию о нём, не остался в стороне и абвер. К сожалению, толком ничего собрать не удалось, ещё и советские спецслужбы подкидывали одну дезинформацию за другой. Они делали это так ловко, что часть сил было брошено на то, чтобы найти лабораторию в Советском Союзе, в которой был создан этот необычный маг. Советские коллеги наврали, что его создали их учёные, хотя эта информация так и не подтвердилась, а отъезд кудесника в Аргентину также говорил о многом.

Умения Скворцова поражали, они были самых разных направлений. Мог убивать неизвестным оружием и исчезать, а про лечение не стоило и говорить. Многие миллионеры выстроились к нему в очередь, ничуть не смущаясь огромной цены. После перемещения кудесника в Аргентину можно вроде бы успокоиться, но не тут-то было. В Аргентине Скворцов начал активно вырезать всю немецкую агентуру. Не один, ему помогали сначала английские спецслужбы, а теперь резко повысилась и деятельность советских, что тоже не радовало. Он расправлялся не только с немцами, но и с гражданами других стран, если они переходили ему дорогу.

Канарис был умным человеком, он прекрасно понимал, что Гитлер ведёт Германию к гибели, и как патриот своей Родины он не хотел, чтобы его страна пришла к тому же, что было после Первой мировой войны. Переговоры с Соединёнными Штатами ни к чему не привели, Рузвельт даже слушать ничего не хотел и заявил, что и дальше будет оказывать помощь Советскому Союзу.Кстати, даже помощь от США не обходилась без Скворцова, он отправлял в эту страну серьёзные деньги, из-за чего конвои могли привозить больше грузов, а это тоже не радовало. Конечно, деньги он передавал послу СССР в Штатах, а не американцам, но уже было известно, куда они шли.

Если раньше помощь Скворцова была несущественная, то теперь это стало серьёзным беспокойством. Гитлер был в ярости, когда узнал, что несколько покушений на кудесника провалились. Целое государство не могло убрать одного человека, слишком многочисленная у него была охрана. Конечно, кудесник покидал свой дом, но по всему маршруту была расставлена охрана, не только его люди обеспечивали защиту, но и президент. Военные Аргентины, которым было поручено решить эту проблему, переметнулись на другую сторону и даже выдали несколько высокопоставленных офицеров, работающих на Германию.

Вот и сейчас Канарису было приказано приложить все усилия для уничтожения кудесника, приказ отдал сам Гитлер, а учитывая все провалы контрразведки, невыполнение приказа могло привести к плачевным последствиям. Глава абвера не торопился выполнить приказ, совсем недавно ему сделали другое предложение, в Германии имелись здравомыслящие люди. Гитлеру уже предлагали попробовать заключить мир с Советским Союзом, но его такое предложение привело к бешенству, а значит, нужен другой лидер, более адекватный. К тому же вряд ли коммунисты захотят заключать мир с немцами, тем более они сейчас на их территории. Два государства должны пойти на взаимные уступки.

Деятельность кудесника раздражала в Германии всех. Если раньше он помогал финансово, лечил больных, то совсем недавно нанёс ещё один удар, явно на него подтолкнули советские службы. Канарису уже было точно известно о том, что Скворцов работает только на себя, над ним нет начальства и это просто замечательно. Можно попробовать договориться с ним ещё раз. Многие промышленники и финансовые воротилы Германии недовольны тем, что не могут поправить своё здоровье. Что насчёт приказа об устранении, так это может подождать, достаточно изображать кипучую деятельность, вроде как готовимся нанести решающий удар.

* * *

Беспорядки в Аргентине закончились, а через несколько дней из городов вывели немногочисленную армию, поддерживающую порядок. Ортис сохранил за собой власть, даже сильно усилился за время бунта, убрав почти всех недоброжелателей. Остались единицы, которые не могли серьёзно повлиять на жизнь страны. Перед отъездом у нас с ним состоялся серьёзный разговор, во время которого он попросил меня прекратить убийства влиятельных граждан Аргентины, желающих более плотного сотрудничества с фашистами.

Я пообещал больше не безобразничать, но только в том случае, если эти самые граждане не будут пытаться убить меня. Даже частично сдержал своё слово, сам не убивал, но активно помогал в этом советским коллегам. У них, согласно нашей договорённости, был чёткий приказ, поэтому продолжали методично убирать одного человека за другим, но уже более осторожно, не как во время мятежа.

Мне это было на руку. На простых граждан, симпатизирующих фашистам, мне было наплевать с высокой колокольни, а вот промышленники и банкиры продолжали мешать. Они использовали свои связи и делали всё, что только возможно, чтобы у меня не было возможности покупать разные предприятия. Не все шли у них на поводу, но таких хватало. С некоторыми приходилось встречаться лично, вроде бы что-то продают, могут продать предприятие любому, кроме меня, вот и договаривался. При этом часть этих деятелей пронюхали о том, что если мой помощник не может справиться, то есть возможность встретиться лично со мной.

Как я уже говорил, далеко не у всех была возможность встретиться со мной, приходилось таким образом хитрить, а потом просить оказать помощь. Если раньше я не интересовался закупками и промышленники меня по этому вопросу особо не трогали, то теперь всё изменилось. Появились люди, желающие именно сотрудничества и надо сказать, что с некоторыми заключили договоры, например, по производству лекарств. Деньги у меня были, но тут нужен опыт, вот и заключал подобные сделки, что тоже шло на пользу, начал обзаводиться влиятельными связями, появлялась своя команда. Граждане, входящие в эту команду, были заинтересованы не только в моих лекарских способностях, но и в процветании бизнеса, так что работали не за страх, а за совесть.

Обмана с их стороны я не боялся. Никто не видел, как я расправляюсь со своими врагами, но догадывались, ходили жуткие слухи о моей жестокости. С чего это взяли, сказать не могу, может, кто-то из врагов старается сделать из меня неизвестно кого.

Всех моих недоброжелателей, желающих моей смерти, или убили, или посадили, кто не успел сбежать из страны. Тем не менее, Аргентина была разбита на два лагеря: кто-то был за Советский Союз, а кто-то поддерживал фашистов. Как мне докладывали, в разных забегаловках часто случались словесные баталии и даже драки. Самым печальным было то, что и эмигранты из Российской империи часто поддерживали немцев. Конечно, многие из них были участниками гражданской войны, в которой потеряли своих близких, но слышать об этом всё равно было как-то неприятно.

– Их трудно в этом винить, – неожиданно заступился за бывших соотечественников Владимир, тот самый помощник Судоплатова, когда мы в очередной раз обсуждали эту тему. – Вы же слушаете радио, смотрите телевизор?

– А это тут при чём? – Удивился я.

– Ну как при чём? Чем для местного населения является война Советского народа против фашистов? – Спросил разведчик. – Для них это просто противостояние СССР и Германии. Они ведь понятия не имеют, что такое фашизм, вот и поддерживают немцев, которые вроде как могут поквитаться за родственников и друзей, убитых в гражданскую войну.

– А ведь Вы правы, – осенило меня. – Надо просто показать этим бестолочам, кто такие фашисты и какая это зараза.

– И как Вы планируете это сделать? – Осторожно спросил Алексей, его не всегда радовали мои неожиданные решения, после которых у его службы появлялось слишком много проблем.

– Да всё просто, – отмахнулся я. – Надо же, и как я раньше об этом не догадался? И вы, тоже мне советчики, не могли помочь. Завтра отправлюсь в Москву.

– Зачем? – Не понял Алексей.

– Попрошу у Судоплатова материалы о зверствах, которые творят фашисты. Владимир, у вас же наверняка есть такие сведения, оформленные документально?

– Есть, – кивнул разведчик, – в этом можете не сомневаться. Если завтра Вы собираетесь в Москву, можете и меня с собой взять? Хочу передать доклад о проделанной работе.

– Хорошо, как скажете, – кивнул я. – Мне не сложно.

План у меня был прост, нужно показать в газетах, что собой представляют фашисты, тогда их фанатов резко поубавится. Знакомые журналисты у меня имелись, вряд ли откажут в такой просьбе. Разместим в газетах разные фото и тогда посмотрим, как себя будет чувствовать профашистская партия.

Как и в прошлый раз в Советский Союз отправлялись как на чужую территорию. Хоть и заверяли меня в безопасности, но со своими охранниками я чувствовал себя гораздо увереннее. Проблем не возникло, хотя и не ожидали увидеть на улицах столицы хорошо вооружённый отряд. Меня тут не ждали, я постоянно отправлял машины в Ленинград, а сегодня прибыл с пустыми руками.

Павел Анатольевич согласился меня принять почти сразу, хоть и удивился такому визиту. Когда я ему рассказал о своих планах, то даже обрадовался.

– Всё-таки Советских Союз для Вас не чужд, – с улыбкой сообщил он мне. – Какую хорошую инициативу проявляете.

– Не чужд, – кивнул я. – Хочу показать гражданам Аргентины, что такое фашизм. Может, дадите поручение своим людям, пусть подберут хороший материал, напишут проницательную статью, только прошу без ваших лозунгов.

– Каких лозунгов? – Удивился Павел Анатольевич.

– О борьбе с капиталистами и восстании народа против угнетателей. Я хочу, чтобы все прониклись увиденным и прочитанным. Впрочем, если статья будет так себе, то сами изменим.

– Для подготовки нужно пару дней, – кивнул мужчина. – Материалы у нас есть, в этом можете не сомневаться. Мы документируем и снимаем всё, что можно для будущего суда над преступниками.

– Разумно, – кивнул я.

– Вы сегодня отправитесь обратно? – Уточнил Судоплатов. – Или погостите у нас?

– Пожалуй, останусь у вас и немного отдохну, больно много дел в Аргентине.

– Наслышан, – усмехнулся Павел Анатольевич. – Вы начали скупать земли и самые разные предприятия, даже откровенно невыгодные. Как будете всем этим управлять?

– Найму опытных людей, – отмахнулся я. – Это не проблема.

– Константин Сергеевич, – голос Судоплатова стал серьёзным, – если Вы решили погостить у нас, то не откажите в помощи, чтобы не сидеть без дела.

– Что именно нужно сделать? – Уточнил я.

– Советская армия сейчас наступает, мы несём огромные потери, очень много раненых, можете им помочь? Не так, как это было раньше, только востребованным специалистам, таким как танкисты и лётчики. Вот, например, недавно один наш танкист уничтожил одиннадцать танков противника, стал героем Советского Союза. Можете себе представить, сколько наших солдат он спас? Но сам, к сожалению, не смог себя уберечь и сейчас лежит в госпитале с тяжелейшими ожогами. Или вот другой случай…

– Да хватит уже меня уговаривать, – возмутился я, – поехали, помогу вашим солдатам.

Конечно, никто к моему приезду пациентов не готовил, Судоплатов и сам не мог знать о том, что я собрался в Москву, только вчера это решил. Само собой, лечить стал всех подряд, кроме тех, у кого совсем лёгкие ранения. В госпитале меня узнали, хотя с момента моего последнего появления прошло достаточно много времени, некоторые врачи были те же. Посетили несколько госпиталей, потом два поезда, только что прибывших в Москву с ранеными, ну а дальше отправились ближе к линии фронта. Меня об этом попросил не Павел Анатольевич, я предложил сам, а он не стал отказываться.

Кому-то могло показаться глупостью, что снова отправляюсь туда, где идёт война, а вот я за последнее время немного поменял своё мнение об этой войне. Чем быстрее она закончится, тем лучше для меня. По крайней мере, Судоплатов не забыл о моей просьбе, а если верить его словам, то Сталин тоже о ней помнил. Мне до сих пор не давала покоя организация, желающая поставить на корячки весь мир. Они меня не тревожили, но что-то мне подсказывает, что это только пока, а своими силами я с ними точно не справлюсь, нужны союзники. Конечно, я тоже капиталист, миллионер, а в будущем стану миллиардером, но меня тут вряд ли считают врагом.

Мне прекрасно известно, что самые большие потери среди раненых это из-за не вовремя оказанной помощи, поэтому и отправился ближе к фронту, где полным-полно госпиталей. Облака висели низко над землёй, в этом плане нам повезло, немецкая авиация тревожить не будет. Павел Анатольевич тоже не стал оставаться в Москве, отправился вместе со мной.

Фронт был недалеко от нас, был слышен гул, который не особо смолкал даже ночью. Раненые шли потоком, колонна за колонной. Сразу стало понятно, что проблему с транспортом Советский Союз так и не решил, машин мало, вывозили в основном на телегах и я не смогу существенно помочь им в этом деле. Была у меня идея просто отправлять грузовики, да только Советское руководство от этого отказалось, просили и дальше поставлять продовольствие в блокадный Ленинград.

Как я понял из рассказа Судоплатова, наступающие армии уже изрядно устали и скоро должны перейти к обороне. Немцы потеряли серьёзную территорию, так что теперь советским солдатам требовалось окапываться и отбивать атаки фашистов. В данный момент атаки уже начались, немцы прощупывали оборону. Хорошо, что началась распутица, фрицам будет очень тяжело, их тяжёлые танки и техника наверняка будут вязнуть. Наступать придётся в любом случае, потому что каждый день промедления укреплял советскую оборону, время работало не на врагов, а на нас. Я почему-то был даже уверен в том, что Гитлер гонит своих генералов вперёд.

На этот раз мне тоже не удалось обойтись без столкновения с немцами, всё случилось, как и в прошлый раз, только фашисты появились слишком неожиданно. Нас предупредили о том, что несколько десятков немецких танков и броневиков всё же смогли прорваться через фронт и сейчас планировали устроить переполох в тылах советской армии.

Фрицы появились минут через десять, вышли к полевому госпиталю, где собрали больше трёх тысяч раненых. Охрана имелась, но она точно не могла остановить наступление такой группы.

– Надо уходить, – Павел Анатольевич схватил меня за руку. – Пока не поздно.

– Всех раненых убьют, – сообщил я ему и впервые увидел, как он разозлился. Ну да, этот человек не трус, а я сыплю ему соль на рану, он ведь и сам всё прекрасно понимает.

– Уходи один, возвращайся домой и захвати своих людей! – Заорал он. – Твоя жизнь ценна.

– В этом я даже не сомневаюсь, – рассмеялся я. – Откуда немцы должны появиться? Пойдём занимать оборону.

В прошлый раз я им неплохо наподдал, а сейчас стал ещё сильнее, поэтому убегать не собирался. Ладно бы они не трогали раненых, но ведь наверняка всех перебьют вместе с врачами. Возможно, просто передавят, чтобы не тратить патроны.

Глава 13

Судоплатов грязно выругался и помчался следом за кудесником и остальными солдатами, уже занимающими оборону на краю поля. Павлу Анатольевичу было приказано приложить все силы, чтобы ни в коем случае не допустить смерти кудесника. Проблема была в том, что маг не желал никого слушать, а просто скрутить его и посадить в машину не получится. Помимо того, что со всех сторон он окружён охраной, также наверняка сможет отбиться от простых людей с помощью своих фокусов. Самому контрразведчику умирать не хотелось, в плен попадать тоже. Второе даже хуже, слишком он много знал, для фашистов это будет хороший подарок.

Павел Анатольевич был разумным человеком и прекрасно понимал тот факт, что разговорить можно любого, сам не раз участвовал в допросах. Главное найти к человеку подход, вот и к нему смогли бы его найти, пытки – дело такое, многим языки развязывают. О том, чтобы уйти самому, бросив кудесника, он даже не думал, тоже приготовился защищать раненых, которых в спешке готовили к отправке, но явно не успевали. Уже слышен тяжкий гул двигателей тяжёлых машин.

Немцев было много, недостаточно, чтобы угрожать всему фронту, но достаточно для безобразий в тылах советской армии. Даже без танков они могли смести жидкий заслон, перегородивший им путь к полевому госпиталю. Часть раненых, которые в состоянии держать в руках оружие, тоже пришли отбиваться от врага, но этого было явно недостаточно. Судоплатов связался по своим каналам с командованием и сообщил об угрозе, обещали прислать помощь, но не будет ли поздно, когда она подоспеет. Часть людей кудесник мог отправить порталом в безопасное место, всех бы точно не смог, но отчего-то гость не стал этого делать, вместо этого он просто залёг рядом со своими бойцами и смотрел на приближающихся фашистов.

Тяжёлого вооружения у бойцов НКВД не было, против танков можно было использовать только гранаты, но в такой ситуации они не слишком эффективны. Едва немцы оказались на поле, разделяющем их с госпиталем, как тут же начали разворачиваться для атаки. Впереди ехали танки и броневики с пулемётами, уже открывшими огонь, а следом шли цепи пехоты.

– Беречь патроны! – Рявкнул Судоплатов. – Бить только прицельно!

– Угу, – буркнул кто-то. – Как будто мы удержимся.

Павел Анатольевич никак не стал комментировать это высказывание, сам прекрасно понимал, что если не произойдёт чуда, то их сметут и даже не заметят. Радовало, что не было никакой паники, все солдаты были готовы принять неравный бой, а сам разведчик то и дело посматривал на кудесника. Похоже, этого человека больше беспокоила одежда, он морщился и пытался улечься поудобнее.

Загрохотали выстрелы. Если бойцы Судоплатова берегли патроны, выполняя приказ начальника, то охрана кудесника патронов не жалела, выпуская длинные очереди по приближающемуся врагу. Несколько немцев упали, но это не могло остановить накат противника. Танки открыли огонь, один из снарядов упал совсем рядом с солдатами, двух убило сразу, одного ранило. Как оказалось, за ходом боя следили, тут же примчались две санитарки и поволокли раненого в тыл. Вот нет, чтобы уйти, они ещё на что-то надеются.

Когда кудесник нанёс удар по немцам, Павел Анатольевич подумал, что всё происходящее на поле ему просто мерещится. Земля как будто превратилась в жидкость и пошла волнами, при этом никаких разрывов не было, хотя при таких колебаниях они должны быть. Как будто впереди было не твёрдое поле, а море, по которому гуляли волны, некоторые из них достигали в высоту метра три. Кто-то из солдат выругался, стрельба полностью прекратилась.

Немцам тоже стало не до стрельбы, из-за этих волн больше половина машин перевернулась, солдаты забеспокоились. Некоторые упали и даже не пытались подняться, ожидая, когда закончится это безобразие. Может быть, решили, что началось землетрясение. Будь у Судоплатова больше людей, можно было пойти в атаку и перебить перепуганного врага, но его горста даже в этой ситуации не успеет добежать до противника. Силы слишком неравны, всех положат ещё на подходе, часть немцев сохранила самообладание. Если бы враги знали, что произойдёт дальше, то они предпочли бы не переживать, а умчаться подальше с этого поля.

Через некоторое время земля прекратила колебаться, после чего техника и люди резко ушли под землю, как будто она превратилась в воду. При виде этого у Павла Анатольевича как будто волосы на затылке зашевелились. Пехоте повезло больше, они начали барахтаться в этой непонятной жидкости, некоторые даже пытались плыть в сторону советских бойцов, как бы это глупо ни звучало. Люди машут руками, а чёрная жидкость, которая совсем недавно была землёй, летит в разные стороны. Продолжалось это недолго, кудесник что-то громко выкрикнул и земля мгновенно застыла, немцы оказались в ловушке.

Враги не погибли, по крайней мере, не все, теперь они судорожно дёргались, стараясь освободиться из необычной ловушки, но земля их крепко держала. Впрочем, некоторые всё же смогли выбраться, они тут же помчались в ту сторону, откуда прибыли.

– Павел Анатольевич, – услышал Судоплатов голос кудесника, – эти немцы не мертвы, они могут выбраться.

– Мы не провалимся? – Спросил мужчина.

– Нет, – покачал головой маг. – Заклинание полностью рассеялось.

– За мной! – Заорал командир и первый кинулся в сторону немцев.

* * *

Сил на одно единственное заклинание ушло очень много, едва стоял на ногах. Бой не затянулся надолго, немцы даже не помышляли о сопротивлении, а бойцы Судоплатова посчитали, что не стоит добивать немцев, угодивших в ловушку. Враги начали просить пощады, закололи всего пару десятков, которые пытались выбраться из земли, остальным было приказано не дёргаться. Солдаты распределились по полю, чтобы всех держать под контролем и стали ждать.

Впрочем, долго ждать подмоги не пришлось, вскоре показалась советская колонна, присланная закрыть прорыв. Наверное, эти бойцы должны двигаться в сторону фронта, но задержались, открывшееся зрелище могло удивить любого. Множество как будто закопанных немцев, техника, местами торчащая из земли. Один танкист хотел выбраться из погружающегося танка, да так и замер замурованный по пояс. Кто-то просто молчал, а кто-то громко кричал, прося помощи. Только минут через пятнадцать часть колонны двинулась дальше, а советские солдаты начали откапывать неудачников, вооружившись лопатами.

– Вроде бы долго с тобой работаю и уже много чего видел, думал, что больше ничего меня удивить не сможет, но ошибся, – заявил Павел Анатольевич, подойдя ко мне. – Ты каждый раз выкидываешь всё новые и новые фокусы. С тобой всё в порядке?

– Всё нормально, – вздохнул я, усаживаясь на землю. – Просто сильно устал. Кстати, можете откопать технику немцев, вряд ли она сильно испортилась.

– Скорее всего, в двигатели попала земля, она ведь была не в своём обычном состоянии, – неуверенно сказал Судоплатов. – Нужен ремонт или хотя бы осмотр, не получится быстро ввести её в строй.

– Нет, – покачал я головой. – Это сверху земля была как жидкость, а чем дальше от поверхности, тем она плотнее, так что двигатели не должны испортиться, не успели бы.

– В любом случае всё откопаем, – кивнул мужчина.

В результате я пробыл в Советском Союзе целых пять дней, восстанавливая бойцов. Слишком фронт протяжённый, не было возможности оказать помощь всем быстро, тем более в некоторых районах я не был, приходилось перемещаться на машинах, один раз нас перевезли на самолёте. Очень не люблю этот транспорт, хорошо, что с нами было сопровождение.

Как оказалось, на другом участке фронта советские войска тоже пытались пробить оборону немцев, а командовал этими войсками Рокоссовский. Оборона была крепкая, солдаты гибли в безуспешных атаках. Как я уже сказал, мне очень хотелось, чтобы Советский Союз как можно быстрее одержал победу в войне. Я не сдержался и рассказал Павлу Анатольевичу о гениальном конструкторе Калашникове Михаиле Тимофеевиче. Надеюсь, проблем конструктору своим откровением не добавил, просто сказал, что это гениальный человек.

Само собой, Павел Анатольевич тут же начал меня расспрашивать, откуда я это знаю. Брякнул, что иногда у меня имеются пророческие ведения, вот и решил подсказать. Похоже, сейчас Калашникова будут долго и упорно расспрашивать, где он мог встречаться с кудесником, ну и прочее. Смеяться надо мной Судоплатов не стал, больно много необычного творю, вот и подумал, что действительно могу заглядывать в будущее.

– И что этот конструктор должен изобрести? – Полюбопытствовал он.

– Автоматы, пулемёты, – пожал я плечами. – Могу даже сделать наброски, правда неточные, но я думаю, он разберётся.

Мне тут же принесли лист бумаги и я сосредоточенно начал рисовать. Конечно, все детали я знать не мог, собирали это оружие в детском доме на уроках ОБЖ, с размерами тоже проблема, но нарисовал всё, что смог вспомнить. Надеюсь, эти рисунки на самом деле передадут Михаилу Тимофеевичу, а не какому-нибудь другому человеку. Впрочем, идёт война, сомнительно, что новое оружие запустят в серию до её окончания.

– А из какого металла делаются эти детали? – Рассмотрев рисунок, спросил Судоплатов.

– Понятия не имею, – пожал я плечами. – Но уверен, что Калашников с этим разберётся.

– Калашников, – задумчиво повторил Павел Анатольевич. – Ничего раньше не слышал об этом конструкторе.

– Услышите, – хмыкнул я. – Весь мир услышит.

– Может, хотя бы подскажете, где он сейчас находится? – Полюбопытствовал разведчик.

– Этого я тоже не знаю, – вздохнул я. – Возможно, он на фронте, а может, уже разрабатывает своё гениальное оружие. Уверен, что с вашими возможностями вы найдёте его без труда. О, начальство едет.

К военному госпиталю, около которого мы сейчас беседовали, действительно подъезжало несколько автомобилей и грузовиков с солдатами. Мужчину, который вышел из автомобиля, я сразу узнал, встречался с ним ранее. Это Константин Константинович Рокоссовский, уже генерал армии.

– Здравствуйте, Константин Константинович, – первым протянул я ему руку. – Гляжу, Вы ранение получали?

– Ерунда, – улыбнулся генерал. – Снаряд рядом разорвался, два месяца в госпитале был.

– Не все осколки удалили, – сообщил я. – Один остался, причём у самого позвоночника.

– Знаю, – кивнул Рокоссовский, – но врачи заверили, что ничего страшного.

– Ложитесь вот сюда, – я указал на скамью, – подлатаю.

– Спасибо, не откажусь, – улыбнулся генерал. – Здоровья много не бывает.

Нравился мне этот человек, ничего плохого про него не могу сказать. Вроде бы звание такое высокое, а честность сохранил, явно не политический интриган, всего добивается своим трудом и знанием. Здоровье я ему подлатал полностью, старался не пропустить ни одну болячку. Будущий маршал победы, мне доводилось видеть его памятник.