Текст книги "Город, над которым не светит солнце"
Автор книги: Андрей Арсеньев
Жанр:
Прочие детективы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)
На самом деле оперуполномоченный в этом не уверен, но он решает блефовать и давить на Колесникову, ожидая, что она всё расскажет.
– Я ничего не знаю.
– Знаешь, – резко говорит Борис. – Куда она вчера пошла после школы?
Колесникова молчит. Теперь её поза совсем не вызывающая. Она скукоживается на стуле, как мошонка под холодным душем, но продолжает молчать. Тогда капитан произносит фразу, которая должна подействовать на подростка:
– Твой возраст позволяет привлечь тебя к уголовной ответственности. Ты ведь знаешь, что бывает за сокрытие важной информации от следствия?
– Догадываюсь.
– Тогда скажи мне, куда она вчера пошла?
В коридоре разрывается звонок, и Колесникова рефлекторно дёргается. Капитану хочется заорать: «Сидеть на месте, звонок звенит для учителя!» Коридор наполняется топотом и детскими радостными криками.
– Расскажи, что знаешь, и пойдёшь домой с чистой совестью.
Полицейскому хочется врезать по наглому, перепуганному и покрытому пирсингом лицу, но Вика начинает говорить:
– Я скажу. Расскажу вам всё, что знаю. Только обещайте, что не расскажете её родителям.
– Обещаю, – Хромов готов записывать.
– Она с парнем недавно познакомилась. Вчера после школы ушла с ним.
– Как его зовут? Сколько лет? Где живёт? – Бориса раздражает, что из этой дурочки надо всё вытягивать раскалёнными щипцами. Так и хочется закричать: «Тупая сука! Убили твою подругу!!! Какого хера ты не хочешь мне помочь?!»
– Лёша. Фамилию не знаю. Двадцать, вроде. Где живёт, тоже не знаю. Только дом знаю, какой.
– Какой?
– Девятиэтажка за музыкальной школой, – Колесникова смотрит в пол, она сломалась, и теперь капитан вытащит из неё любую информацию.
Хромов понял, о каком доме говорит девица. Установить точный адрес двадцатилетнего Алексея труда не составит.
– Где и когда они познакомились?
– Примерно месяц назад, в «Международном».
– Это торговый центр?
– Да.
Полицейский всё фиксирует в блокнот.
– Катя с ним вчера ушла после уроков?
– Да.
– Куда они пошли?
– Они пошли… ну, к ней. Родаки на даче, – Вика замолкает, но через мгновение продолжает: – Она хотела с ним свой первый раз.
– Ты имеешь в виду секс?
– Да, – выкрикивает девица. – Только не говорите её родителям, они её убьют за это, – как и учительница, она ещё не осознала, что подруги уже нет в живых.
Капитан не обращает внимания на её просьбу и задаёт следующий вопрос:
– Что ты знаешь об этом Алексее?
– Ничего. Катя мало о нём рассказывала. Говорила, что хочет, чтобы он был первым у неё. Видела я его два раза. Вчера и примерно две недели назад.
– Хорошо, – Хромов записывает последнюю информацию и убирает блокнот. – Расскажи мне немного о своей подруге.
– А что рассказывать? – как загнанная псина огрызается Колесникова. – То, что она постоянно сидела дома? Что родаки её никуда не пускали? Боялись за её девственность и того, что она подсядет на наркоту? Что запрещали слушать и смотреть, что она хочет? Что из этого вас интересует больше всего?
– Судя по плакатам в её комнате, слушала она, что хотела.
– Нет, – девица слегка успокоилась. – Постеры я ей отдала, и с «металлом» я её познакомила. Катьке понравилась музыка. А потом из-за этих постеров у неё был скандал с родаками, недавно. Но она не сняла плакаты.
– Вот видишь, не так уж и сложно рассказать полицейскому всё, что знаешь, – капитан подходит к двери. – Провожать меня не надо.
Он выходит из учебного класса и спускается по лестнице. Проходит мимо росгвардейца, тот прощается с полицейским, но Борис игнорирует его.
Уже сидя в девятке, Хромов ликует. У него есть подозреваемый. Главный подозреваемый. Надеется, что Колесникова его не обманула, рассказав о существовании Алексея. Интересно, что нарыл Савушкин? Скорее всего, ничего, так что Хромов в очередной раз обойдёт старшего лейтенанта. Возможно, Бориса даже повысят. Пора бы уже.
Но ещё сильнее его интересует стажёр, есть ли у него хоть какие-то результаты по аналогичным ритуальным убийствам? Капитан достаёт смартфон и звонит стажёру. Телефон выключен. Полицейский бросает мобильник на пассажирское сиденье и срывается с места.
В отделе капитана встречает Петрович и просит сдать ключ от служебного автомобиля и расписаться в журнале. Опер проделывает эту процедуру и уходит, но дежурный орёт ему вслед:
– Хромов. Что там с твоим педофилом?
– Женщина приходила, писала на него заявление?
– Нет, не было никаких женщин.
Борис думает, затем отвечает:
– Взял я его на месте преступления, пусть сидит. А с его сожительницей я поговорю сегодня.
Кабинет приветствует капитана тоской и одиночеством. Солнце переползло на другую сторону неба, и теперь кажется, что в помещении стало ещё мрачнее. Амфетамин всё ещё действует, но не так, как в первый час после употребления. Настроение падает ниже плинтуса, перед глазами скачет рябь, от которой невозможно избавиться. Хромов садится за стол, включает электрический чайник и достаёт телефон. В контактах находит телефон соседки и звонит.
– Алло.
– Ирина, это Борис, сосед твой, – он ждёт, что соседка что-нибудь скажет в ответ, но она молчит. – Ты почему не пришла сегодня?
Женщина долго безмолвствует. Хромов решает, что она скинула звонок, но бегущие секунды говорят об обратном. Опер повторяет свой вопрос, и на этот раз Ирина отвечает:
– Я же говорила, что не буду ничего писать, – она подавлена, сожитель запугал её. Избил. И не один раз.
– Почему?
Ирина молчит, Хромов не может понять её.
– Ты хочешь испоганить жизнь своему ребёнку?
– Нет, – мямлит в трубку женщина.
– Тогда приходи и пиши заявление, – капитан себя сдерживает, чтобы не наорать на Ирину.
– Я боюсь, – у соседки дрожит голос.
– Чего?
– Его.
– Я тебя не понимаю, – опер на взводе. Где её материнский инстинкт? – Если ты напишешь заявление, мы его закроем лет на десять. За это время ты можешь переехать. Послушай, тебе даже уезжать не надо. Ты представляешь, что с ним будет в зоне с такой статьёй?
Она опять замолкает. У капитана появилась уверенность, что он почти убедил её.
– А я-то, как без мужика буду? Обо мне почему-то никто не думает! – громко говорит Ирина.
– Найдёшь ты себе мужика! – ещё громче отвечает полицейский. – Тебе кто важнее – мужик или ребёнок твой?
– Ребёнок, – теперь она говорит полушёпотом.
– Тогда приходи и пиши заявление.
– Хорошо. Хорошо! – наконец-то сдаётся женщина. – Я приду. Завтра.
В этот момент Хромова посещает гениальная идея. По крайней мере, он так считает. Пусть этим педофилом займётся Савушкин, а капитан полностью посвятит себя расследованию убийства.
– Ты приняла правильное решение, – Хромов вновь ликует, он уже сбился со счёту, сколько всего он сделал за один день. – Завтра приходишь и идёшь к оперуполномоченному Савушкину. Я его предупрежу, и он примет у тебя заявление. Расскажи ему всё, вообще всё. Что сегодня было расскажи. А я пойду свидетелем. Поняла?
– Да.
«Какими же дурами бывают бабы», – думает капитан. Выключает телефон и убирает в карман.
В голову приходит мысль помастурбировать. Подобная идея часто возникает в его разуме. Особенно после принятия амфетамина. Он женат, хоть и не живёт с супругой, но остатки его гниющей совести не позволяют изменять. Капитан включает компьютер и щёлкает на ярлык браузера. Переключается на анонимный режим просмотра. Знает он один интересный сайт, который ещё не заблокировал Роскомнадзор. Открывает сайт и спускает штаны с трусами.
Твою мать!
Забыл запереть дверь. Быстро идёт к двери и закрывается на ключ. Отлично, можно приступить. Кликает на «Новинки» и запускает первый ролик. Хватается за свой член. Он скукожен. Похож на красный перец, который повесили сушиться над печкой. На экране появляется жирная тётка, раскидывает свои толстые ноги и пальцем стимулирует клитор. Затем входит маленький, щупленький паренёк и пытается взобраться на эту упитанную и сальную бабу. Нет, на такое не встанет. Капитан знает, что под действием амфетамина член сложно привести в эрегированное состояние, а тут ещё толстая тварь. Хромов переходит в раздел «Лесбиянки» и включает ролик с двумя милыми девицами. Блондинка с наслаждением лижет клитор рыженькой. Отлично. Эти девчонки нравятся Борису. Он яростно теребит член, но тот отказывается подниматься. Видеоролики сменяются один за другим. И на мониторе уже высоченная бабища долбит страпоном милую кроху.
Наконец-то Хромов расслабляется, погружается полностью в процесс и сам не замечает, как кончает. С какой-то дикой болью, смешанной с животным удовольствием, капитан брызжет спермой на пол. Внушительная часть попадает на брюки и трусы. Он этого не замечает. Вытирает руки бумажной салфеткой и натягивает штаны.
Теперь его накрывает чувство вины за всё это. Он матерится сам на себя и встаёт, подходит к окну. Ещё чуть-чуть, и он заплачет от жалости к себе. Но ведь мы сами руководим своей жизнью, и если человек оказывается в полном дерьме, то только он виноват в этом. Нечего себя жалеть. Хромов сам выбрал наркотики вместо семьи.
Только сейчас он обнаруживает, что за окном стемнело. Смотрит на часы – половина восьмого. Неужели он мастурбировал больше четырёх часов? И никто не постучал в дверь, не позвонил… «Ладно, допускаю». Достаёт телефон и вновь звонит стажёру, но абонент недоступен. Капитан закуривает и открывает «Яндекс.Карты», ищет дом, стоящий за музыкальной школой, и записывает его номер. Затем отправляет электронный запрос в УФМС Фрунзенского района Санкт-Петербурга, по поводу некоего Алексея, проживающего в доме тридцать три, корпус один по улице Бухарестская. Сотрудники миграционной службы, как правило, отвечают на подобные запросы от полиции довольно быстро, да вот только рабочий день в госструктурах уже давно закончился.
Домой Борис не хочет. Пока он мастурбировал, действие амфетамина закончилось, и теперь полицейский боится идти в таком состоянии в пустую квартиру. Нос заложен, тело содрогается от озноба, а в горле стоит тошнота. Давление скакануло, и сердце выдаёт не меньше двух сотен ударов. Хромов осознаёт, что психическая и физическая боль могут вынудить его застрелиться. Амфетаминовая депрессия и измождённый организм когда-нибудь доведут его до самоубийства. А в отделе, как-никак, хотя бы люди есть, и так ему уже меньше кажется, что он совсем один. Вынимает из стола упаковку «Мелаксена» и съедает две таблетки. Немного размышляет и закидывает в рот третью. Запивает давно остывшим чаем и ложится на тахту.
Сон не идёт. Веки самопроизвольно открываются. Всё тело напряжено как гитарная струна, но минут через сорок начинает действовать снотворное. И капитан проваливается в долгий беспокойный сон, больше похожий на чёрную минуту.
Глава 4
Всю ночь капитан ворочается на тахте. Периодически сон накрывает полицейского, и он проваливается в тревожную дрёму, но большую часть ночи лежит и смотрит в потолок. Слушает бешеный стук своего сердца.
В те короткие минуты, что Хромов проводит в полусне, его мучает кошмар, в котором за мальчиком бежит мумия. Человек с замотанным белыми тряпками, может, бинтом, лицом. Сложно разобрать. Он преследует ребёнка по пыльному городу, и в тот самый момент, когда мумия хватает мальчика за ногу, Борис вздрагивает и открывает глаза. Видит мумию, стоящую у тахты, но через секунду силуэт растворяется в темноте.
Хромов уверен, что этот сон – какой-то знак. Словно вещий сон, и в реальной жизни оперу предстоит предотвратить подобное преступление. Но ведь вчера он поймал соседа во время развращения девочки. Он выполнил ту миссию, которую ему будто послали откуда-то свыше. Но почему тогда сон снится опять?
Полицейский смотрит на свою правую ладонь. Потирает её. Шрамы, которые с детства так никуда не пропали… Да и с чего бы вдруг? Капитан упорно не помнит, откуда они появились.
За окном посветлело, но солнце ещё не появилось. Хромов усаживается на оттоманке и закуривает. Во рту псарня, обоссаная кошками. Голова сильно болит, всё тело ломит. Вот они – последствия употребления амфетамина. С сегодняшнего дня у капитана начинается новая жизнь. Жизнь без наркотиков. Твою мать, прямо слоган музыкального фестиваля. Главное – переломаться несколько дней. Он доходит до стола, тушит окурок и пьёт воду прямо из электрического чайника. Решает ещё немного полежать. Постараться расслабиться, хоть и знает, что в таком состоянии ему это не удастся. Тело натянуто, кажется, каждая мышца напряжена, и каждая может лопнуть в любой момент.
Как только он ложится и закрывает глаза, моментально раздаётся телефонный звонок. Хромов с трудом размыкает веки и достаёт смартфон. Солнце уже показалось над горизонтом и поднимается всё выше и выше, и его лучи мягко освещают кабинет. Часы показывают половину десятого утра.
– Хромов слушает, – говорит капитан сиплым голосом.
В горле застрял ком. Язык болит, вероятнее всего, это химический ожог.
– Привет, Боря, – звонит эксперт. – Получил анализ крови Екатерины Лавровой. Всё, как я и предполагал.
– Не томи, Пал Геннадич.
– В её крови полно МДМА.
Как же капитан не любит, когда медики начинают бросаться мудрёными словечками, хотя прекрасно понимает, что это наркотик. Но ведь можно донести всё проще.
– Что это?
– Это – полусинтетическое вещество с выраженными психоактивными свойствами, относящееся к фенилэтиламинам амфетаминового ряда, более известное широкой общественности под коммерческим названием «Экстази».
То, что слышит полицейский от эксперта, совсем не вяжется с той информацией, которую он получил от Людмилы Сергеевны.
– Что-нибудь ещё интересное выяснил?
– Пока нет. Анализ ДНК получу позже. Вскрытие буду сегодня делать. Как что-то новое узнаю, сразу позвоню.
«Интересно, давно она употребляет? Или её накачали наркотиками непосредственно перед убийством?» – размышляет Хромов. Если верить словам классного руководителя, то девочка была прилежной ученицей, которая даже не курила. А об общении с мальчиками и речи быть не могло. Но ущербная подруга уверяет, что Екатерина встречалась с взрослым парнем и скрывала это от родителей.
Тут капитан вспоминает о вчерашнем запросе в УФМС, встаёт с тахты. Тело бросает в жар. Кажется, что каждую мышцу сводит судорога. Сердце урчит как желудок, и полицейский всерьёз начинает беспокоиться за своё здоровье. Он подходит к столу, компьютер он вчера не выключал, и на мониторе мигает значок, оповещающий о новом входящем сообщении. Открывает письмо и читает ответ. Действительно, на улице Бухарестской, дом тридцать три, корпус один, проживает двадцатиоднолетний Маценко Алексей Ярославович. Хромов встаёт из-за стола и идёт к выходу. Он собирается прямо сейчас пойти и допросить Алексея.
В дверь его кабинета стучат, затем дёргают ручку. Капитан вчера забыл открыть замок. Подходит и отпирает дверь. На пороге стоит стажёр, улыбается, будто этой ночью первый раз спал с женщиной.
– Доброе утро, Борис Николаевич, – Роман проходит в кабинет и устраивается на тахте, как у себя дома.
Хромов садится за стол и включает чайник, воды осталось на полкружки. Капитан зол на стажёра. Вообще, зол – это мягко сказано. Он в бешенстве. Пиздюк всего два дня стажируется, а ведёт себя как начальник отдела. Вчера пропал, телефон выключил. Да что этот напомаженный стажёр о себе возомнил?! Хотя, вспоминает Борис, он сам был таким же.
– Ты какого хрена вчера телефон выключил? – опер закуривает очередную сигарету и смотрит на Романа, который продолжал вальяжно сидеть на оттоманке.
Остатки воды вскипают, чайник тихо щёлкает. Хромов наливает в кружку кипяток. Пакетик с чаем заваривается третий раз, и цвет напитка приобретает прозрачный жёлтый цвет.
– Виноват, Борис Николаевич, – по выражению лица стажёра видно, что виноватым себя он считает только на словах. – Выполнял ваш приказ. Искал подобные убийства. Выяснял, что за символы на теле девушки.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
