![](/files/books/160/oblozhka-knigi-zelevaya-lavka-gospozhi-eyi-ili-ups-ya-sluchayno-385018.jpg)
Текст книги "Зельевая лавка госпожи Эйи, или Упс! Я случайно!"
Автор книги: Анастасия Зинченко
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)
Авери обернулся к площади в тот момент, как ричи, отпрыгнув от очередного нападения, вынужден был дернуться, отчего цепь на его ошейнике натянулась, кидая чудище обратно в центр. Прямиком к разинутым челюстям жаждущих крови любителей повыть на луну.
– Мои волки – лучшие загонщики! Им нет равных на охоте!
– Ричи. Сколько он стоит?
Сиорет несколько раз хлопнул ресницами, чуть приоткрыв рот.
– Господин, прошу меня извинить, но чудище не продается. Оно – лучшая мишень для волков…
– Назовите цену, риннал Сиорет.
– Тысяча золотых.
Авери приподнял бровь.
Серьезно? Этот купец хочет продать животинку по цене десяти волков? На тысячу золотых можно было арендовать особняк на главной площади вместе со слугами, и жить в нем, не заботясь об арендной плате несколько месяцев.
– По рукам. Освободите его.
Риннал не сдвинулся с места, даже когда сжал в пухлых пальцах увесистый мешочек, а за ним еще один, и еще.
– Чего Вы ждете? Я не хочу покупать мертвого ричи, – Авери добавил в голос металлические нотки.
– Сейчас-сейчас, господин! – расфасовав золото по карманам необъятного кафтана, толстяк принялся суетливо кричать на своих подчиненных, чтобы те принесли дротики со снотворным.
– Снотворное? Зачем ричи транквилизаторы? – блондин обеспокоенно наблюдал, как пара волков уже окрасили свои клыки в крови, другие трое скалились, однако после получения царапин и пары укусов боялись подойти к лохматому противнику.
– Господин, не переживайте, они его не убьют! Иначе подойти к твари не представляется возможным, – взяв из протянутой руки младшего помощника длинную полую дудку, Шинар Сиорет вложил внутрь дротик с прозрачной жидкостью и поднес его ко рту.
Однако выстрелить в исстрадавшееся животное Авери не позволил, мановением пальцев заставив оружие отлететь в сторону.
– Если Вы не можете справиться со зверем, не причиняя ему боли, не стоит заботиться на этот счет. Ричи теперь мой. И я его забираю.
Не обращая внимания на завывания Сиорета и вновь оживившейся толпы, которой сообщили, что бой вынуждены прекратить, Авери перемахнул через ограждения, подходя к животным.
Волки, увидев двуногого, зарычали, припадая к земле, однако нападать не спешили. Может, почувствовали демоническую ауру, может, привыкли, что должны слушаться прямоходящих, а ричи и вовсе попятился, следя за каждым движением приближающегося Авери.
– Тише, мальчик, не бойся меня, – Авери вытянул руку вперед, показывая пустую ладонь.
Народ на площади, что окружали арену, начали выкрикивать что-то вроде:
– Сумасшедший!
– Да он же его сожрет!
– Кто это?
– Геун?..
– Что он собрался делать?
– Делайте ставки, кто выйдет из загона живым!
– Ставлю пять медяков на чудище!
– Десять!
– Двадцать, за демона!
– А волки? Кто будет ставить на волков?
Пропуская мимо ушей бред, что творился вокруг, Авери заглянул в глаза ричи.
– Я не причиню тебе вреда, – он сделал еще один шаг по направлению к помеси волка с пумой. – Даю слово.
Ричи зарычал.
– Как тебя зовут, мальчик? – Авери остановился, видя, что животное отступает, натягивая цепь.
В ответ лишь оскал и рычание.
– Ты позволишь снять с тебя ошейник?
Недоверчивое сопение, прижатые к голове уши… и первое проявление того, что его понимают.
– Не полу-у-у…
– Не получится? Почему?
– Заколдо…
Авери обернулся к Сиорету.
– Кто надел на ричи ошейник?
– Архимаг.
Нет. Высшие маги не стали бы так издеваться над животным. Значит, тот, кто представился таковым, мог убедить в подобном. Маг средней руки, умеющий делать внушение?
– Из каких земель?
– Он не сказал, милорд. Но по акценту я понял, что передо мной южанин…
Авери кивнул, снова обращая взор на ричи.
– Я сниму с тебя этот ужас. Разреши.
– Ты не смо-о-о…
Однако Авери сделал еще несколько шагов, преодолевая последние метры между ними.
Толпа загудела. Он ведь подошел слишком быстро. Ричи за пару секунд может прекратить жизнь этого безумца. Однако серый зверь выжидал.
И не двинулся, когда руки блондина слегка дотронулись до ремня, следуя за рунами, которые были выгравированы на коричневой коже с металлическими вставками.
– Может быть больно, – предупредил Авери, и, получив кивок ричи, принялся читать заклинание.
Тот, кто посадил на цепь этого гиганта, применял весьма распространенные руны, лишь парочка стоила какого-либо интереса. Видимо, маг обратился к паре артефактов в помощь.
Несколько жестов, призванных разорвать связь с предыдущим владельцем зачарованного ошейника, шепот сложных фраз, и ричи взвыл.
– Потерпи, мальчик, еще немного, – Авери заговорил быстрее, с его ладоней срывались белые полосы, сплетаясь в косы, оплетая ошейник, словно змеи, добираясь до окровавленных шипов, заставляя тех уменьшаться в размерах.
Еще минута, и кожаная полоска упала к его ногам вместе с цепью.
Народ замер, после чего с криком принялся убегать в разные стороны. Ведь чудовище теперь было свободно! А это значит, каждый из них оказался в опасности!
И ричи, почувствовав свободу, припал к земле, скаля клыки.
Неужели подумал, что он захочет его снова посадить на цепь?
Авери и не думал отходить, лишь развел руки в сторону, показывая, что у него нет с собой оружия, что, разумеется, не ослабило подозрения хищника, он видел, на что способен этот маг и без всяких артефактов.
– Успокойся, я не стану тебя пленить, – блондин не отводил взора от золотистых глаз.
– Уйди!
– Нет. Ты можешь подвергнуться нападению. Мы в столице, мальчик, и вид разгуливающего по улицам ричи взбудоражит население. Они позовут стражу…
– Уйди! – очередной рык, и хвост монстра прижался к земле, как перед прыжком.
Авери отставил правую ногу назад, понимая, что ему придется выдержать напор испуганного зверя. А в том, что ричи боялся, он не сомневался. Это для остальных огромная масса клыков и когтей навевала ужас, да и выглядела волчья помесь не внушающей доверия, но мужчина чувствовал, что данный мальчик всего лишь хочет, чтобы его оставили в покое. И боится того, что может в любой момент погибнуть. Разумеется, перед этим подравшись за право существования. Просто так он не отправится к Гисхильдису, о нет!
Мгновение, и ричи прыгнул.
Массивные лапы ударили Авери в плечи, и, не рассчитав своих сил, нелюдь упал на землю, а ричи, оказавшись сверху, придавил его, грозно скаля клыкастую пасть.
Краем глаз Авери заметил, как бывший владелец «зверушки», увидав подобное, постарался быстрее скрыться с площади, вместе с испуганной толпой.
Оно и к лучшему, не будут нервировать малыша.
Ведь перед ним еще ребенок. Маленький испуганный ребенок, которого заставили повзрослеть слишком рано, не дав прочувствовать все прелести детства.
Как давно на этих губах обсохло материнское молоко? Как давно ричи был вынужден покинуть родные края? И как долго находился пленником у продавца?
Последний вопрос Авери решил воспроизвести вслух.
Ричи, не ожидая от поверженного спокойной речи, без примеси страха, да и без попыток выбраться из-под его, несомненно, тяжелой туши, замер.
Еще немного порычал, видимо, чисто ради вида и демонстрации своей силы, после чего убрал клыки.
– Год.
Авери похолодел.
Целый год?! Они мучили животное год?!
– Извини.
Ричи снова замер, непонимающе склоняя голову к его лицу.
– О че-е-м ты?
– Я не знал, что ты был в городе так долго. Если бы знал, пришел раньше. Ричи не должны сидеть на цепи.
Зверь снова зарычал, уже соглашаясь с последними словами, однако убирать лапы с груди мужчины не спешил.
– Я отведу тебя в степи. За пределы города, если позволишь.
– Почему я должен тебе вер-р-р-рить?
– Даю слово чести, что не причиню тебе вреда, – Авери двинул рукой, но тут же был обездвижен. – Клянусь.
– На кр-р-рови! – рык, и ричи спрыгнул с него, все еще недоверчиво кружа вокруг распластанного на земле тела.
Авери, чуть поморщившись (кажется, при падении ему повезло упасть на камень, раздирая поясницу), сел. Вытянув вперед руку, ладонью вверх, он кивнул.
– Кусай.
Все еще недоверчиво, поводя носом, словно пытаясь почувствовать наличие яда или усыпляющих порошков, ричи приблизился.
– Ну же, я поклянусь на крови, – подбодрил его Авери, и зверь тут же прижал зубами ладонь, разрывая кожу.
На землю начали падать багряные капли. Сжав кулак, отчего струйка побежала быстрее, мужчина, глядя прямо в глаза хищнику, произнес:
– Я, Авери Танасори, клянусь на своей крови, что не причиню тебе вреда, ричи.
– Майк, – внезапно произнесло чудище.
Авери улыбнулся.
– Рад знакомству, Майк.
В тот день Авери провел его за городские ворота, несмотря на изумленные лица горожан и стражи. Они шли бок о бок, под защитным куполом, который выстроил вокруг них демон, и молчали.
Авери пытался разговорить ричи, но тот шел, погрузившись в свои мысли, не обращая внимания на вскрики отшатывающихся от прохожих. Стоило лишь невероятной парочке ступить за пределы площади, подоспела стража. Но, увидев останавливающий жест младшего Танасори, бравые воины не стали использовать оружие, что сжимали в руках. Лишь выстроились по обе стороны от них, чем крайне нервировали Майка. Ричи ощущал себя под конвоем, что было недалеко от истины.
И вот они за воротами, впереди лес и возможность переместиться дальше от столицы.
– Куда ты хочешь, чтобы я тебя доставил?
Ричи остановился, глядя назад, на городские ворота, за которыми остались стражники, и пошатнулся. Там, где он ступал, на земле оставались кровавые следы.
Этот парень потерял слишком много сил и крови.
– Где безопасно.
И в тот момент Авери понял, что не хочет отпускать этого малыша. Ему требовалась забота и тепло. Уход и регулярная пища, которую он не получит, оставшись с ранами на воле. Вылечить Майка по пути сюда Авери просто не мог, у него не было необходимых мазей и микстур.
– Майк, – Авери помедлил. – У меня есть к тебе предложение, от которого ты, разумеется, можешь отказаться. Я хочу, чтобы ты какое-то время пожил в моем доме. Твои раны не позволят быстро передвигаться, а если ждать, пока они сами затянуться, ты ослабнешь. Слабый хищник – плохой охотник. Если я сейчас отпущу тебя, ты можешь оголодать.
– Ты сомневаешься в моей силе? – очередное рычание, и ричи замирает, начиная играть скрытыми под толстой шкурой мускулами.
– Ты еще слишком юн. Я ведь прав?
– Я могу сам позабо-о… о себе!
– Я не отрекаюсь от данной тебе клятвы, и обещаю, что тебе не причиню вреда. Ни я, ни мои слуги. Майк, позволь сперва помочь тебе исцелиться. А после я перенесу тебя, куда скажешь.
Ричи думал долго. Минуты молчания затягивались, но Авери терпеливо ждал. От того, что скажет этот малыш, зависела его жизнь. И серый комочек шерсти должен это понять. И принять верное решение.
– Хорошо. Я пойду, с тобой, человек.
– Меня зовут Авери, – еще раз представился демон. – Ты можешь звать меня по имени.
– Веди меня в свое жилище, Авер-р-ри.
Глава третья
Авери смотрел, как Майки весело прыгает и виляет пушистым хвостом. От боязливого, готового нападать ричи, не осталось и следа. После того, как он залечил раны малыша, ричи почему-то решил «погостить», как он тогда выразился у «странного человека», и остался у нелюдя на неделю, и на следующую, и еще на одну. Постепенно недели перетекали в месяцы, и отношения между животным и демоном перешли из разряда лекарь-подопечный в нечто большее. Майк стал для Авери настоящим другом. Тем, кто всегда готов был быть рядом, кто укладывал огромную, подросшую за время нахождения в особняке, голову на его коленях, когда демон приходил, обессилевший, после очередного задания или разговора с отцом, устраиваясь в кресле своего кабинета.
Они много тренировались вместе. В процессе совместных занятий Авери понял, почему ричи старались избегать: эти животные могли перенаправлять магические потоки, направленные на них. Они могли сражаться, как и те, кто ходил на двух ногах! Майк мог использовать боевую магию. Пусть не без внешней помощи, но он мог! И это открытие заставило Танасори на некоторое время забросить дворцовые дела, полностью отдаваясь изучению данного феномена.
Однако факт, что у Авери дома завелся милый ручной зверек, не остался незамеченным. В первую же неделю к нему наведался с визитом отец, желая своими глазами увидеть, так ли глуп его сын, как говорили при дворе: подумать только, привести в собственный дом убийцу?! И встреча с ричи стала для Фредона незабываемой.
Зря папочка не обмолвился о своем приходе, и плохо, что у Танасори-старшего был доступ к особняку своего дитятки. Преспокойно отворив дверь, и размашистым шагом заходя внутрь, Первый Советник меньше всего ожидал, что окажется придавленным к полу нависшим над ним охранником личной собственности. Пусть тогда ричи воспринимал дом Авери, как свое временное убежище, все же не желал прихода незваных гостей, что красноречиво и показал.
Хорошо Авери вовремя выбежал на шум и спас неразумную животинку от готовящегося сорваться с рук демона Энергетического Шара. И запер Майки в гостиной, не разрешая общаться с разгневанным Советником, у которого мундир отсвечивал длинными вспоротыми полосами от острых когтей малыша.
Ох, и выслушал он тогда много лестных эпитетов от отца! И относительно своих умственных способностей, и безалаберности, откуда происходили опасения насчет несвоевременной кончины рода Танасори. Мол, не пристало наследнику вне государственной службы рисковать своей жизнью.
Однако, когда Фредон успокоился, высказав, все что думает, да пару раз встряхнул сына для лучшего усвоения слов, признал, что еще никто не пытался подчинить себе ричи, приводя его в городской особняк.
Услышав это, Майки вновь попытался прорваться к гостю, и Авери усилил заклинание сдерживания на двери, заставив ричи лишь рычать.
– Я не собираюсь его подчинять, отец. Майк нуждается в помощи и лечении.
– Он – хищник! Ричи могут сами о себе позаботиться, и на воле не обращаются к магам для лечения своих ран, – серые глаза сурово смотрели на свою моложавую копию, а руки мужчины в который раз сжимались в кулаки.
– Он – малыш. Испуганный малыш, которому не повезло нарваться на охотника. Что бы ты ни говорил, я не выдам Майка ни властям, ни тебе.
Кажется, они спорили на повышенных тонах не меньше часа, пока правая рука короля, плюнув, резко не развернулся на каблуках, покидая упрямого и непослушного сына.
Тогда ричи в первый раз подошел к Авери, потершись о его ноги, как большая кошка. Будто этим жестом хотел выразить благодарность и все, что не мог сказать словами.
Именно с того дня и само лечение, и общение между нелюдем и зверем начало происходить быстрее и легче. Майк увидел, что Авери не отказывался от своих слов и готов был идти даже против собственной крови (ведь ричи учуял, что в чужаке лилась та же сила), ради его спасения.
Проследив, как Майки вскарабкался по деревянному настилу, шедшему перпендикулярно земле, и мягко спрыгнул с него, приземлившись всеми четырьмя лапами на траву, Авери улыбнулся.
– Умница, мальчик!
А ведь если он не пошел бы в тот день за подарком маленьким принцессам, этот малыш мог быть уже мертв.
***
Лина и Гиса… удивительные близняшки. И как они радовались, когда получили в дар дракончиков! Девичьего визгу не было предела! Девчонки бросились ему на шею, стараясь расцеловать в обе щеки.
Эти малышки с самого рождения росли на его глазах. И закономерно, что и он, и они, любили друг друга. Как дорогого родственника, которым он им и стал, вызвавшись быть названным отцом для малюток. Пусть данный обряд и был принят у аристократии лишь на крайний случай, но все же отказываться от возможных будущих опасений никто не стал.
Названными родителями становились приближенные к родителям друзья, готовые заменить их, ежели потребуется, в случае их длительного отсутствия, или, не дай Гисхильдис, смерти. Удивительно, что и Ноал, и его жена согласились остановиться на его кандидатуре, практически вверяя в руки будущее двух государств.
Разумеется, жизни двух Высших демонов не могло ничего грозить, но факт доверия самого ценного не мог не отзываться тупой болью в сердце.
Малышки, как ни странно, звали его дядей. Да и странно было бы, если бы к нему обратились однажды «папа».
Авери, глядя, как растут две маленькие бестии, лишь улыбался, стремясь радовать принцесс все новыми играми, да старался чаще появляться во дворце.
Любовь…
Авери вспомнил, как пару лет назад, еще до момента, как на трон взошла киосса Араи, он с отцом поднимал тему его любовных привязанностей. Вскользь, однако данный момент имел место быть. И удивительно, но тогда они пришли к определенной точке, отделяющей его личное пространство от областей, куда Танасори-старший казал свой нос.
– Ты предполагаешь, что нести ответственность за государство – легко? – Фредон смерил сына тяжелым стальным взглядом.
– Глупости, такого я не говорил. Это непосильный труд. Я понимаю. Просто… тебе не кажется, что из-за киоссы Римонд порой уходит от своих прямых обязанностей?
– В том, чтобы находиться у ложа жены, которая вот-вот покинет Ингиак и отправится к Гисхильдису, нет ничего постыдного, – отрезал Советник. – И ты поймешь это, как только найдешь себе пару.
– С моей работой это сделать невозможно.
Мужчина приподнял бровь.
– Я в первый раз слышу от тебя жалобы.
Авери скривился.
– Не перевирай смысл. Я знал, на что подписывался. И понимал, что с личной жизнью разберусь еще не скоро. Но…
– Никто не запрещает тебе заводить любовниц, Авери. Даже к временным… утешениям можно привязаться.
Тот разговор позволил ему понять, что отец знал о Наиттиль, эльфийке, дочери одного из Советников Римонда. Той, что мечтала стать после начала их любовной связи кем-то большим, нежели пристанищем. Однако ее отец посчитал по-своему, сосватав дочь выгодному для короны претенденту. За этот брак Аминс получил в свое пользование спорные земли с восточной стороны.
Их прощание было странным. Пусть Авери никогда ничего не обещал Наи, но видеть ее слезы почему-то было больно. В их отношениях было многое: смех и ссоры, но никогда эльфийка не плакала так горько. Никогда не цеплялась за него, прося поцеловать ее в последний раз, в последний раз позволить ей ощутить тяжесть его тела и жар ладоней. В последний раз… и он давал ей то, в чем она нуждалась. Утешал, сам загоняя непонятную тоску подальше. Да, Наиттиль была не Лори. Уж за последнюю он сам боролся бы до последнего… однако судьба распорядилась иначе. И она не видела в нем большего, чем друга.
Безответная любовь страшна.
Он помнил, как пришел к отцу отчитываться о проделанной работе, а на душе скребли кошки. Знал, что нельзя было открывать ту часть своего сердца, в которой могла поселиться веселая хохотушка с зелеными глазами. И понимал, чего ему будет стоить вычеркнуть эпизоды с их поцелуями из головы. Знал, но упрямо шел на это.
Однако время лечит. И Лори, и Наиттиль нашли свое счастье. А он… он свободен. Разве может свободный мужчина чувствовать себя отрешенно?
Как долго он отказывал себе в удовольствии снова предаться романтическому настроению?
Разумеется, у него были девушки. Но лишь для снятия физиологической напряженности. И те волею случая проходили через его жизнь слишком быстро. А вот чтобы закрутить настоящий роман…
И снова перед глазами предстала несколько нескладная девчушка из зельевой лавки. Эйя.
Возможно, ему стоить купить еще настойки для ричи? Смесь из мелиссы, зверобоя и тысячелистника подойдут малышу для унятия бешеного сердцебиения, когда тот слишком сильно переживает из-за невозможности обращаться. На самом деле, это было странно, что Майки вообще мог принимать еще более устрашающую личину, чем то, как он выглядел всегда. И сбои в перевоплощении в последний месяц… кажется, мальчик переживает половое созревание. И это озадачивало Авери.
Как будет вести себя Майк дальше? Ведь все дети, проходящие через переломный возраст, становятся агрессивными, собираясь творить то, что приходит на ум, не слушаются родителей и часто творят глупости. А хищник?.. Еще никто до него не пытался жить под одной крышей с ричи. И неизвестность ставила демона в тупик.
Травяной сбор, разумеется, был нужен… но Авери и сам прекрасно разбирался в растениях, и знал, где в лесу можно отыскать все необходимое. Подобные прогулки не были для него чем-то новым, напротив, свежий воздух позволял расслабиться. Просто, наверное, он пытался найти для себя оправдание для очередного похода в лавку к девушке с глазами цвета неба. Ему хотелось вновь увидеть ее. Услышать голос. И… дотронуться?
Странные желания. Она слишком юна и неопытна. И совсем не похожа на девушку, которая позволила бы по отношению к себе вольности. Она была похожа на Лори.
Авери тряхнул головой, пытаясь сбросить наваждение. Прошло три года, почему он до сих пор вспоминает о ней в подобном ключе? Непозволительные мысли.
И теперь в незнакомке он видит черты солнцеликой. Плохо.
Если так пойдет дальше, он может сморозить какую-нибудь глупость. Впрочем, думая о том, чего не было, и корить себя за это, разве это уже не глупость?
Авери горько усмехнулся.
Видимо, он действительно уже нуждается в женском обществе, раз начинает воображать подобное. Пожалуй, можно начать с обычного разговора. О тех же алхимических реагентах. И лучшей собеседницы по данной теме, чем владелицы лавки «Трилистник», он не знал.