![](/files/books/160/oblozhka-knigi-zelevaya-lavka-gospozhi-eyi-ili-ups-ya-sluchayno-tom-2-385001.jpg)
Текст книги "Зельевая лавка госпожи Эйи, или Упс! Я случайно! Том 2"
Автор книги: Анастасия Зинченко
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)
Анастасия Зинченко
Зельевая лавка госпожи Эйи, или Упс! Я случайно! Том 2
Глава первая
Мужчина глубоко задышал, словно пытаясь насытить легкие воздухом, как после длительного пребывания под водой. Сам того не заметив, он перестал прогонять кислород по телу, стоило лишь Лори эфемерно коснуться его сознания.
– Что значит отравлен?
Златовласая киосса подошла к нему ближе, вглядываясь в сталь глаз.
– Я видела, что твой разум порабощен. Он не подчиняется твоей воле. Как будто кто-то извне наложил на твое тело и душу заклятие. Слабое, оно не должно было прорваться через твою защиту… Но, видимо, ты сам жаждал быть поверженным.
Авери также нахмурился, как и принцесса.
– Я не понимаю.
– Я… не могу объяснить. Это влияние на твое подсознание… как ментальная магия, но ею не является. Это нечто вроде прозрачной пленки, что опутала твои мысли, не мешая рационально подходить к основным вопросам, в то же время выделяя… – Лори расширила глаза. – Авери… А та девушка, Эйя… Она ведь также увлекается Алхимией…
– Ты намекаешь на то, что травница меня отравила?
– Возможно… – увидев, как сжалась его челюсть, Араи продолжила, – не специально. Ты ведь испытывал на себе то, что девушка готовила своими руками?
– Зелье для восстановления сил, – отмахнулся Авери, – и… – он потер подбородок, – правда в один день Эйя случайно уронила бутыль с цикутой…
– Только не говори, что ты добровольно выпил ядовитый вех.
– Он мне не причинил вреда, – пожав плечами, Авери сделал пару пасов рукой, подсвечивая один из щитов, установленных против нанесения его бренному телу угрозы при помощи сильных ядов. – К тому же антидот от всех видов подобных ему настоев у меня есть.
Араи нахмурилась, внимательно просматривая сложную вязь линий и рун, что составляли одну из самых крепких охранных систем, которую можно было применить к нелюдю.
– Не понимаю… – киосса на всякий случай подсветила еще пару щитов, которые Авери не счел должным продемонстрировать.
На ее наглое вторжение в личное пространство, мужчина лишь вздернул бровь.
– Знаешь, Лори, обнажение скрытых щитов…
– Ноал поймет. Если увидит, – не отрываясь от изучения магических потоков, девушка стала обходить блондина.
– Если он нас застанет за подобным… Признайся, ты жаждешь моей смерти.
Лори фыркнула, но продолжила методично проходиться по переплетениям, стараясь обнаружить брешь.
– Лорлиона… я чувствую себя голым.
– А помнишь время, когда ты, провоцируя Ноала, специально щеголял с оголенным торсом, ловя мои восхищенные взгляды?
– Восхищенные?
– Абсолютно точно. До моего мужа, конечно, далеко…
– Лори!
– Нет, ну если с натяжкой…
– Лорлиона, имей совесть!
– Ладно-ладно. Признаю, ты сложен также бесподобно. И я тем более не понимаю сейчас твоего смущения.
– Просто скинуть одежду и предстать перед кем-либо с раскрытием своих тайн – не одно и то же! – Авери попытался убрать визуализацию щитов, но те лишь задрожали.
– Если будешь мне мешать, я посмотрю и на те, которые ставил господин Фредон.
Авери поднял руки.
– И что значит перед кем-либо? – Араи вернулась на место перед мужчиной, щуря глаза. – Я для тебя «кто-либо»?
– Нет, Лори, ты не так…
– Ладно, забыли. Считай, что ты был на грани, – девушка вздернула носик, но губы предательски дрогнули в улыбке.
Киосса моргнула, и рубиновый цвет глаз сменился оттенком листвы, вытащенные на свет щиты тут же исчезли.
– Я не нашла повреждений. Это… странно. Ведь я действительно ощущаю, что на тебя воздействовали. Как ты себя чувствуешь? Не заметил никаких изменений?..
– Нет… Моя магия при мне, как и сила. Мыслить трезво я не разучился, как и анализировать ситуацию.
– Значит, это не цикута.
– Лори, а ты не могла… ошибиться? Все-таки я действительно не заметил за собой ничего… странного.
Лорлиона еще с полминуты испытующе смотрела на него, словно пыталась понять, говорит ли он правду, не увиливает ли от нее, после чего разомкнула кулак, протягивая ему монету с изображением цветка, что недавно рос на одном из кустарников.
– Тебе следует только подумать о ком-то из команды Бадаворса, и перед мысленным взором предстанет нужное место.
Авери принял сплав и благодарно кивнул.
– Авери, я не думаю, что ошиблась… Задумайся, что тебя тяготит или, напротив, к чему ты начал испытывать страсть? Нет-нет, не перебивай! Позволь просто выказать мое беспокойство. Я знаю, какой ты сильный и опытный. Но… все мы порой бываем подвергнуты слабостям. Даже демоны. И лучше бы я ошибалась, лучше бы мои ощущения обманули… Но я действительно думаю, что каким-то образом твое сознание было опутано извне. Возможно, не явно, поэтому ты и не заметил разницы. Возможно, сейчас лишь начальная стадия помутнения. Не смотри на меня так! Я же не утверждаю, что ты скоро сойдешь с ума. Просто переживаю…
– Лори, – Танасори взял ее ладошку, поднося к губам, – я счастлив, что моя судьба тебе не безразлична. И обещаю, что прислушаюсь к своим ощущениям. Более того, я знаю, при помощи какого зелья можно определить ментальное, физическое или психологическое воздействие, было оно или нет. И также могу заверить тебя, что приготовлю этот напиток. И выпью.
– Сегодня?
– Хорошо. Сегодня, чтобы тебе было спокойнее.
– Договорились. Ты придешь к нам завтра?
Авери отпустил ее пальчики.
– Ты снова хочешь меня «раздеть»?
– Прости, я не ослышался? – со стороны дорожки послышался раздраженный голос Ноала.
Авери медленно повернулся к киоссу, который, скрестив руки на груди, прислонился к стволу дерева.
– Ноал, ты специально выбираешь моменты, чтобы неправильно трактовать наше общение?
– Ах, меня, значит, не ждали? – темная бровь взлетела вверх.
– Хватит! – Лорлиона топнула ногой, и от соприкосновения туфельки с выложенной крупным булыжником площадки вокруг фонтана поднялся ветер. – Мальчики, я не в настроении шутить.
Ноал тут же оторвался от опоры, подходя ближе.
– Что случилось?
– Где дети?
– С твоим отцом. Гиса забралась к нему на колени, а Лина решила устроить показательное выступление.
– Хорошо, – Лорлиона повернулась к другу. – Ты выпьешь зелье. Сегодня.
Блондин лишь молчаливо склонил голову, понимая, что ему пора убираться по добру-по здорову, пока жена сдерживает вновь взревновавшего мужа, удивительно точно выбирающего неоднозначные ситуации, которые могли быть истолкованы превратно.
– Я… пойду?
– Ступай, – Араи кивнула на прощание, все еще продолжая хмуриться.
Уже за спиной до Танасори долетел тихий разговор Высших демонов.
– Милая, о чем вы говорили?.. Какое зелье?
– Надеюсь, лишнее, – вздох. – Ты пришел за мной не просто так?
– Тебя звал киос Римонд. Хотел обсудить предстоящий праздник… Я правда не помешал?..
– Нет, мы с Авери закончили. Но с тобой я еще поговорю на счет доверия и предоставления жене свободного времени.
– Лори я…
– Я сказала «поговорим». Позже. Меня ждет отец.
И удаляющиеся шаги, вслед за которыми тяжелая мужская поступь.
Любовь сделала из Ноала ярого собственника, порой его поведение граничит с фарсом (что касается необоснованной ревности), но все-таки он готов прислушиваться к жене, предоставляя ей все блага мира… если он сам будет рядом.
***
Эйя так закрутилась на работе, что не заметила, как прошел весь день. Спрос на зелья для поддержания красоты (разглаживании кожи, придания ей упругости и блеска, избавлении от акне, временного увеличения груди и сужения талии, округлении бедер и изменении цвета ногтей) был просто небывалый! Все девушки готовились ко дню рождения киоссы Араи, планируя выйти на улицы города во всеоружии.
Подобные праздники нередко становились именно тем священнодействием, что соединяли судьбы. Казалось бы, случайная встреча, мимолетная улыбка, да пара фраз, оброненных в общей суете, но тебя заметили. Встречи, свидания, поцелуи, и благословение на поход в Храм.
Однако в этот день не только милые дамы посетили «Трилистник», но и мужчины. Одни стараясь выглядеть при заказе отстраненно и несколько надменно, другие, напротив, смущались и практически шептали о мазях, настойках и витаминах, способных им вернуть былую силу на любовном поприще, также убрать следы солнца и усталости с лица и позволить мышцам на какие-то часы более выгодно подчеркивать могучую фигуру.
Возможно, это был обман. Тех, кто приглянется. Но ведь каждый понимал, на что шел. Знал, что собеседник мог прибегнуть к хитрости на вечер, однако следовал за желанием спрятаться за мороком.
Праздник походил на маскарад. Но если на балу гости надевали костюмы, прямо указывающие на их желание показаться кем-то другим, то на улицах и площадях горожане играли более утонченно. А тебе оставалось лишь гадать, видишь ты истинный облик, или чуть приукрашенный косметическими средствами.
Впрочем, очарование гуляний не проходило и после явления истинного лица. Что не всегда встречалось среди аристократии.
Ведь обыкновенные жители, пусть и пытающиеся преподать себя с более выгодной стороны, всегда были искренни. Их смех, шутки, слезы и гнев невозможно было сымитировать. Каждый из них, будь то сын обувщика или племянница подавальщицы в пабе, выходя на улицы города, где они знали каждый кустик, каждый дом и каждую подворотню, вдыхая в себя свежий воздух, наполненный благоуханием живых цветов, которые, словно море, поглощали Аминс на день рождения правящего дома, с приятной улыбкой отправятся на завоевание сердец таких же желающих отдохнуть от повседневной работы.
Примерно в середине рабочего дня колокольчик на двери в очередной раз звякнул, и в лавку вошел эльф.
Эйя, отвлекшаяся от добавления мяты в готовую настойку, чуть было не выронила ложечку, став, не глядя, пытаться опустить ее в емкость.
– Келегон?..
Блондин улыбнулся, подходя ближе и останавливаясь по другую сторону от прилавка.
– Доброго дня, Эйя.
– Добрый… не ожидала тебя увидеть так скоро.
– Я ненадолго, не хочу мешать твоей работе, – эльф поправил волосы, рассеянно проведя пятерней по голове. – Честно признаюсь, я какое-то время просто стоял на улице, не решаясь прийти. У тебя каждый день такая насыщенная жизнь? Столько желающих попробовать что-то из того, что приготовила ты собственными руками…
Эйя смущенно покачала головой.
– Нет, но в ближайшие две-три недели покупателей на самом деле будет хоть отбавляй. Спасибо нашей благословенной киоссе!
Келегон понимающе кивнул и поставил на прилавок плетеную корзину с плотно подогнанной крышкой.
– Я обещал тебе… В общем, это за вчерашнее.
Эйя отложила в сторону ступку и потянула за край крышки.
Корзина была доверху наполнена рогом миллеринга.
– Гисхильдис, как много! – Эйя с благоговением провела пальцем по ближайшему рогу. – Но я не могу…
– Это подарок. И извинение. Прошу, Эйя, прими его.
– Но это же стоит баснословных денег! – травница попыталась отодвинуть безумный подарок от себя, но Келегон жестко оборвал эти попытки, накрыв ее ладонь своей.
– Эйя, деньги – ничто по сравнению с тем, что ты осталась цела и невредима. А рог – мелочь, которая, смею предположить, поднимет тебе настроение.
– Келегон… – Эйя не спешила отдергивать руку от большой и теплой ладони, чуть шершавой, словно эльф недавно занимался тяжелым физическим трудом, и его кожа не успела регенерировать. – Спасибо. Я действительно рада, что смогу, наконец, осуществить несколько задумок, что давно зрели в моей голове.
– Приятно это слышать.
Дверной колокольчик опять зазвенел, и Келегон выпустил ее пальчики, придерживаясь правил приличия.
Эйя перевела взор за спину эльфа, и покраснела.
Обернувшись, эльф встретился взглядом с удивленным оборотнем.
– Келегон?.. Какими судьбами?
– Здравствуй, Иллор, – блондин решил ограничиться лишь приветствием.
– Приветствую… Эйя, я пришел, чтобы уточнить на счет завтрашнего дня, – Ястреб сделал несколько шагов, останавливаясь чуть в стороне от Келегона и выразительно на того посмотрел.
Блондин, ничем внешне не показав, что внезапная встреча как-то его задела, пробормотал:
– Не буду более занимать ваше время. Удачных экспериментов, Эйя. Иллор, – кивнув сопернику, остроухий развернулся на каблуках, проследовав к выходу.
Глава вторая
Чувствуя, что ей просто необходимо взять перерыв, Эйя, протараторив: «Подожди, пожалуйста», ухватилась за ручку корзины, относя ее в помещение мастерской.
Почему ей так неловко? Будто Иллор застигнул их за чем-то неприличным?
Да и за что судьба решила пошутить над ней таким изощрённым образом, вновь сталкивая мужчин, которых она решила выделить среди всех приглашенных на ее двадцатилетие?
Конечно, от тех же покупательниц, что переговаривались между собой (и сегодня в том числе), она слышала, что чувство здоровой конкуренции подстегивает представителей сильного пола сражаться за благосклонность дамы, но… Ей, не искушенной в плане ухаживаний со стороны сразу нескольких джентльменов, этот ход казался излишним.
Ведь Иллор не подумает, что она специально позволила ему увидеть ее вместе с Келегоном?.. Да и покупатели как на зло испарились… Создавалось впечатление, что они воркуют, словно голубки, держась за ручки.
Гисхильдис, как же стыдно!
Поплескав себе в лицо холодной воды, Эйя все же нашла в себе силы выйти к ожидающему ее Ястребу.
– У тебя очень уютный магазинчик, – заметил Иллор, ставя на место бутылочку с зеленоватой жижей.
Учитывая, что он держал в руках зелье, призванное спасти от расстройства желудка, Эйя невольно хихикнула.
– Благодарю.
– Прости, я не удержался, чтобы не пробраться к тебе в желании увидеть до назначенного времени, – оборотень подмигнул, опираясь на стеллаж, и чуть было не опрокинул пару-тройку склянок.
Лихорадочно начав их ловить, Иллор стукнулся локтем об угол стоящего рядом со шкафом танкетки, на которой были выставлены последние изобретения Эйи.
– Ох!
На его брюки высыпалось содержимое одного из раскрытых вощеных мешочков, превратив черный цвет в ярко-желтый. Сухая краска для волос, которая при контакте с водой позволяла блондинкам щеголять с изумительными золотыми бликами, подражая облику киоссы.
Причем краска попала на одежду оборотня выборочно, словно акцентируя внимание на некоторых… особенно интересных частях его тела, да круглыми солнышками отметившись на коленях.
– Ой, – Эйя зажала рот рукой, стараясь сдержать неуместное веселье, уже хорошо понимая, что при попытке отмыть это безобразие, станет только хуже.
– Гисхильдис, Эйя, прости! Я не хотел… Какой я неуклюжий… – Иллор осторожно поставил баночки ровнее, да попытался отряхнуть штаны, но поднявшаяся в воздух желтая пыль решила осесть еще и на его рубашке.
– Нет-нет, не трогай! – девушка поспешила обогнуть прилавок, чтобы помочь локализировать аварию.
– Эйя, только ты не подумай, что я всегда такой неловкий! – замерев, и дав девушке возможность смахнуть с его рукавов щеточкой, смоченной в специальном растворе, хотя бы часть порошка, Иллор криво улыбнулся. – На корабле я твердо стою на ногах!
– Видимо, привык к качке на море, – предположила она, спасая ситуацию.
– Точно! Иногда приходится подолгу перестраиваться… а на рассвете я отгонял фрегат в бухту по просьбе нашего общего знакомого, да пришлось сделать небольшой крюк. Почему-то именно сегодня русалки вздумали устроить соревнования на том участке, где я планировал пройти.
– Соревнования?
– Прыжки из воды. Словно они дельфины, – оборотень хмыкнул. – Хотя и эти благородные млекопитающие принимали участие. Похоже, они в который раз решали, кто прыгнет выше, дальше, грациознее и так далее по списку.
Более-менее очистив рубашку, Эйя в нерешительности посмотрела на его брюки, но не рискнула провести щеткой по плотной ткани.
Увидев ее замешательство, оборотень сглотнул.
– Боюсь спросить, но что на меня попало?.. Оно… не повлияет… ну… оно не ядовитое? – он невольно переступил с ноги на ногу, вызвав очередную улыбку владелицы лавки.
Эйя, решив немного помучить неизвестностью и поиграть на нервах, нахмурилась.
– Дай-ка мне подумать… Что же я добавила в состав?..
Иллор побледнел.
Сделав драматическую паузу и постучав себя по подбородку указательным пальцем, Эйя вздохнула.
– Кажется, у меня для тебя плохие новости.
Иллор задержал дыхание, готовясь, кажется, к смертному приговору.
– Их не спасти, – Эйя кивнула вниз.
– Совсем?.. – голос оборотня сорвался практически на писк.
– Увы, да… – травница горестно покачала головой, цокая языком, и придирчиво посмотрела на мешочек, который был потревожен мужчиной, поправляя его на стенде.
Увидев панику в глазах молодого ястреба, девушка подтвердила:
– Штаны совсем не спасти.
Иллор несколько раз моргнул в тишине, все еще оставаясь в смешной позе с растопыренными пальцами и поднятыми над полом руками, после чего до него, наконец, дошел смысл сказанного.
– Штаны?
– Этот порошок слишком въедливый, – Эйя пожала плечами. – Знаешь, краска имеет такую особенность, переносить на все, чего коснется, свои частицы. А этот состав… я долго билась, чтобы понять, каким образом можно обойти смываемость, и сделала воду катализатором для более насыщенного оттенка.
– Краска, – как болванчик повторил Иллор, все еще не опуская руки.
– Ну да, для волос. Очень популярный цвет.
Выдохнув, словно ему только что сообщили, что казнь отменилась в самый последний момент, Иллор прикрыл глаза.
– Гисхильдис, Эйя… я не думал, что у тебя такое чувство юмора…
Шатенка невинно подняла изящные бровки.
– Какое?
– Острое, – эльф нервно хохотнул. – Я… могу опустить руки?
– Да. Но про твои брюки я не шутила. Я действительно не могу помочь с приведением одежды в первозданный вид.
Иллор махнул рукой.
– Этого добра мне хватает, сам уже не помню, сколько пар отдал на тряпки, чтобы драить палубу. Кстати, о палубе… Эйя, я помню, что мы договаривались на сегодняшний вечер, чтобы посмотреть закат, но, боюсь, я не успею сбегать домой, переодеться, подготовить корабль и пригласить тебя под мои паруса. А вести даму, когда сам в неподобающем виде… – он смущенно развел руками. – Это выше меня, и я не могу пойти на подобное…
Не дав ей ответить, он заметил:
– Неожиданная вышла у нас… беседа… Но что скажешь на счет встречи рассвета в водах Аннду? Мы увидим, как чернеющий небосвод с миллиардами небесных бриллиантов, что пытаются осветить путь морякам, сменит какофония цветомузыки поднимающегося из темных вод огромного светила. Розовый, оранжевый, желтый и голубой смешаются, став единым лучом, разгоняющим тьму. Ленивые крики чаек, морской бриз и шум волн… да, смею надеяться, хорошая компания рядом.
Эйя невольно заслушалась, в красках представив описанную картину, и лишь восторженно кивнула.
– Я зайду за тобой за час до рассвета.
***
Авери с сомнением покосился на содержимое пузырька, куда он перелил одно из восстанавливающих зелий, приобретенных в лавке Синеглазки.
По виду настой ничем не отличался от предполагаемого образца, который он изготовил для эксперимента. Разве что вкусовые качества из-за разности в запахах… ведь он точно помнил, что выпил тогда жидкость с корицей, и тут же добавил этот компонент в своей работе.
Однако стоило полностью повторить запомнившийся состав, в его мозгу появилась неожиданная зацепка, и он поспешил откупорить бутылочку из дутого стекла. Из горлышка потянулся легкий аромат плодов трима. Не корица.
Молотый рог ритиса, плоды трима для вкуса, имбирная настойка и еще несколько компонентов… которые он не добавлял в зелье, что сейчас ожидало на его рабочем столе. Да и цвет у приготовленной настойки был насыщенно красный, а не розовый…
Но он не сталкивался раньше с составом, который на него молчаливо взирал из баночки. Это было что-то новое. Изобретение Эйи?
Лори утверждает, что на его разум было осуществлено давление со стороны. Ничего чужого, кроме восстановительного зелья, он не принимал. Артефакты не подбирал. Да и не проходил в местах скопления Сил.
Но и подумать, что милая шатенка может его отравить, как выразилась киосса, также не мог.
Разве что по незнанию.
Но тогда опять-таки возникает вопрос, почему его щиты пропустили этот «яд».
Снова пробовать на себе зелье демон не решился, развернувшись к многочисленным полочкам и ящикам с редкими ингредиентами, мужчина начал вытаскивать на свет необходимые компоненты будущего зелья-определителя.
В конце концов, если его тело действительно решило сыграть злую шутку, не восприняв чужеродную волю за опасность, следует выяснить, каким образом. И как избавиться от наваждения, которого он не ощущал.
Интеграция нужного напитка заняла у него не один час, нужно было точно соблюдать пропорции, температурный режим и время выдержки компонентов в заготовленных специально для них растворах.
Приглашение на обед было проигнорировано, как и попытки ричи вытащить хозяина погулять. И именно отказ Авери выйти на свежий воздух стал катализатором обиды Майка, а, в следствии, разбитых пробирок с уже почти готовой смесью.
Главное, наглая серая морда, показав, что не имеет ничего общего с расшалившемся хвостом, который словно помело смахнул с закрепленной стойки возможные кислоты, вдернув мокрый нос, с чувством выполненного долга и оскорбленного самолюбия отправился в сад.
Проводив проказника, что испортил ему несколько часов работы суровым взглядом, Авери, принялся собирать осколки стекла, да протирать пол.
И ведь он не разрешал ричи совать свою любопытную лохматую морду в его лабораторию! И как этому детенышу всегда удается его удивлять?
Когда зелье было, наконец, готово, а желудок жалобно напоминал, что ограничился легким завтраком во дворце, пренебрегая предложенным вкуснейшим обедом с исходящими паром тарелками сочных блюд, блондин недоуменно посмотрел в окно, увидев сгущающиеся сумерки. Он потратил на работу с алхимическими препаратами весь день. И, не считая заглядывающего к нему камердинера, передающего послание от коллег по поводу местонахождения Бадаворса с его ребятами, которые, словно в насмешку наблюдателям, решили разбрестись по противоположным уголкам Аминса, Авери провел день в гордом одиночестве.
Впрочем, склянки, порошки, травы и суспензии – что может быть увлекательней? Особенно когда тебе попадается сложная задача определения неожиданного результата, и ты сам не знаешь, куда могут завести эксперименты?
Черная, как смоль, настойка едва заметно дымилась от добавления в нее последнего компонента. Подождав, пока жижа перестанет агрессивно себя вести, Авери перелил часть полученной жидкости в плоской круглый сосуд с невысокими краями.
Итак, момент истины пришел.
Открыв один из близстоящих ящиков, мужчина вытащил серебряный кинжал с причудливо вписанными в рукоятку огненными мотивами. Резкий взмах, мимолетная острая боль, и с ладони в чашу к агатовому зелью стали капать багряные капли крови.
Когда чаша на половину заполнилась, Авери убрал руку, проведя по рассеченной коже зачерпнутой зеленой мазью, да потянулся за бинтом.
Заговоренный ритуальный нож не позволял быстро регенерировать, а истечь кровью ради благой цели сегодня не стояло на повестке дня.
Осталась самая малость. Пару строк на древнем языке, да росчерк Руны Истины в воздухе.
Но рука не поднялась, а губы не захотели произносить знакомую формулу.
Авери стоял напротив своей крови, постепенно впитывающейся в приготовленное зелье, и… нервничал.
Он давно забыл, что такое переживания о своей судьбе, полностью отдавшись служению киосу, а после и его дочери. Танасори предпочитал решать проблемы жизни окружающих, оставляя для своего удовольствия лишь малую толику чувств и эмоций, все равно разумно полагая, что его желания пойдут в разрез с ожиданиями отца.
В его обязанности входило продолжение рода и сохранение чести семьи… Авери это помнил, осознавал и придерживался подобных планов, в какой-то мере разделяя мировоззрения мудрого демона, живущего в несколько раз дольше сына. Но, стоило лишь ему встретить Эйю, в глубине возник бунт. Против жестких правил, условностей и необходимости поддерживать чистоту крови.
И ведь блондин понимал, что не Эйя, так какая-нибудь другая девушка, внезапно затмившая ему остальных представительниц прекрасного слоя населения, могла подтолкнуть его к подобным мыслям. И что тогда делать? Бодаться с отцом в попытке отвоевать возможность построить свою жизнь так, как ему хочется? Ссылаться на свое совершеннолетие, делая упор на самостоятельности и взвешенности решений (не зря же он которое десятилетие стоит во главе тысяч разведчиков)?
Но военное воспитание, взросление с чувством долга и ответственности, все уже успело настолько сильно впитаться в его плоть, что противоборство с родной кровью станет для Авери сильным и серьезным испытанием.
Эйя… он ведь заметил ее раньше, чем пришел в тот день за заказом. Встреча так или иначе была неизбежна. Значит, и его чувства истинны. Верно?..
У демона было время проанализировать рубиновый состав и спрогнозировать возможную реакцию на его прием при различных условиях.
По всему выходило, что содержимое той бутылочки, что он испил в лавке Синеглазки, не было восстанавливающим эликсиром. А какой-то производной от… любовного напитка.
И если на обычные любовные зелья у него был иммунитет, то на эту тонкую игру с волнительными ощущениями пробуждающихся эмоций, даже демоническое тело не было готово. Слишком эфемерное влияние. Чересчур незаметное воздействие.
И Эйя сама пришла к подобному рецепту, сумев обойти одну из самых сильных ментальных защит, которые можно было встретить в Аминсе (впрочем, может, и в Ионтоне).
Его пугало, что предположения подтвердятся. И слабо надеялся, что приготовленный настой покажет на другого виновника его помутившегося рассудка (пусть он с таковым себя и не ощущал).
Как тогда поступить?..
Эйя не выглядела человеком, способным на многоходовые интриги с желанием через него добраться до верхушки власти.
Но ведь у нее в семье действительно не очень хорошо с деньгами… Да и день рождения, на который были приглашены нелюди с сомнительным прошлым (взять того же Келегона, про которого он так и не успел раскопать полезную информацию), наверняка с целью позволить имениннице потренироваться в искусстве флирта. А Шекиза, которая выбрала площадкой для приземления именно их двор?.. Так ли случайно?
С каждой новой мыслью настроение Авери портилось все больше, а решительность узнать правду возрастала с геометрической прогрессией.
– Самартарар о нгар, хансоэт тотэпа! – заклинание в тишине комнаты прозвучало особенно зловеще, а Руна Истины, разлетевшись яркими белыми искрами осела в плоской чаше.
Схватив со стола готовую смесь, Авери, задержав дыхание, опрокинул в себя начавшую бурлить жидкость, закрывая глаза.
Резко выдохнув и схватившись за край стола, демон попытался сохранить равновесие, тщетно попытавшись побороть расползающуюся к вискам головную боль.
Эта боль – плата за правду, дань за искривление настоящего порядка и приоткрытие завесы, скрытой от большинства обывателей.
– Черт, Эйя… – простонал Авери, обессиленно сползая на пол.