332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Анастасия Изотова » А ЕСЛИ БЫ » Текст книги (страница 13)
А ЕСЛИ БЫ
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 23:20

Текст книги "А ЕСЛИ БЫ"


Автор книги: Анастасия Изотова




Жанр:

   

Прочая проза



сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

11

Начало октября радовало солнцем, которое всё ещё хорошо согревало, не позабыв дать возможность природе да и людям насладится теплом перед наступлением холодов, слякотью и снегом. Поездка к Паше с Наташей была восхитительной! Руслану наняли няню и она развлекала сегодня не только его одного, а ещё и Машу с Ваней. Первые пару часов меня ужасно мучила совесть из-за того, что не я занимаюсь детьми, но потом (после вина, шашлыка, и нескольких проверок компетентности няни) я успокоилась.

Ароматы шашлыка и горящих листьев, ветерок охлаждающий нагретый солнцем воздух… Вино приятно расслабило и я, прильнув к Олегу, наблюдала за лесом, краем уха слушая разговоры мужчин и Наташины рассказы о Руслане. После двух корпоративов, этот день был поистине прекрасным.

Спасибо Олегу, что устроил мне такой праздник. Я, конечно, ему не рассказывала всего о том, что произошло накануне. Просто сказала, что встретила давнего знакомого, с которым не очень хотела общаться, а потом застряла в лифте. Хотя маминого позднего возвращения мои спящие домашние не заметили, но не могу же я от мужа скрывать всё.

После каждой встречи с Игорем меня мучила совесть за то, что я не рассказываю об этом мужу, но в то же время я всё сильнее ценила Олега и то, что у меня есть.

К сожалению, ничто прекрасное (как и остальное) не может длится вечно, поэтому мой маленький и тихий праздник закончился и мы, усадив спящих детей в автокресла, уехали из этой сказки, чтоб вернуться в реальную жизнь, которая, если быть честной, была не намного хуже.

Жизнь опять потекла своим чередом: работа, дом, работа, в субботу «центр», в воскресенье семейные походы по паркам, кафе, детским площадкам, театрам и торговым центрам. Но это ничуть не напрягало. Мне настолько нравилось размеренное счастье, что я и мысли не могла допустить о том, чтоб жаловаться. Благодаря помощи Юлии Степановны, быт перестал быть рутиной. Любящий муж всегда напоминал мне о том, что я женщина. Правда он иногда задерживался на работе дольше, из-за того, что Вера Витальевна не всегда справлялась со своими обязанностями. Но надо знать Олега, чтоб понять – работа это если не вторая жена, то точно не последняя женщина в его жизни. Поэтому, в отсутствие мужа я занималась работой, чтоб не отвлекаться на дела в его присутствии. Об Игоре я и думать забыла, даже снится перестал. Наконец-то! Одним словом – счастье, да не простое, а самое желанное женское!

В «центре» мне платили очень даже приличную заработную плату, которую я решила откладывать. Тратить то всё-равно не на что особенно. Ближе к весне обещали несколько командировок, но только с удобствами, и если я не буде против. А если буду против, то пришлют людей на обучение ко мне. Но, откровенно говоря, мысль о поездках радовала и ждала я их с нетерпением.

В таком счастливом темпе прошёл тёплый и ясный октябрь, пустив на своё место дождливый и холодный ноябрь – время, когда начинаешь мечтаешь поскорее встретить Новый год с Рождеством, а потом чтоб сразу началась весна.

В один из таких мокрых и неприветливых дней, когда я после занятий в колледже, задержалась для обсуждения с оргкомитетом концертной программы (в честь дня рождения колледжа), у меня зазвонил телефон. Не тревожно. Обычный телефонный звонок от мужа.

– Алло! – весело сказала я и уже собралась добавить, что занята и перезвоню через минут пятнадцать, когда меня опередил Олег… нет не Олег:

– Вы знаете хозяина этого телефона? – спросил меня чужой и равнодушный голос. Неужели Олег посеял телефон? Спасибо, что его нашли.

– Да. Вы звоните с номера моего мужа. Он потерял телефон?

– Нет. Он попал в аварию и сейчас находится в областной больнице. – спокойно ответил собеседник.

В больнице…значит жив. Слава Богу! Но руки начали трястись и тревога с паникой добрались до ног и головы. Я села на стул, пытаясь понять почему мне звонит кто-то посторонний, если Олег жив.

– А Вы кто?

– Капитан Никитин – госавтоинспекция.

– А Олег как?

– Не знаю в данный момент. Езжайте в больницу, там и узнаете. Вещи Вашего мужа сержант отвезёт в больницу.

– Хорошо. Спасибо.

В больнице? Авария? Я провалилась будто в туман: ничего вокруг не видела и всё делала на автомате: собрала вещи, извинилась перед студентами и вышла из кабинета, вызвала такси, позвонила няне:

– Юлия Степановна, я прошу Вас сегодня побыть с детьми дольше. Дело в том, что Олег в больнице и я не знаю, когда мы дома будем.

– Конечно побуду. Что-то серьёзное?

– Не знаю. Сказали, что авария.

– Ой ужас! Вы не переживайте, Ирина Николаевна, с детьми я побуду столько, сколько нужно.

– Вы уж извините.

– Да что вы?

* * *

Серьёзного быть ничего не может! Иначе мне бы сказали. Холод прошёл по спине, руки всё так же тряслись и туман в голове всё никак не рассеивался. Он вроде как отделял меня от ощущений, потому что ничего кроме надежды и волнения я не испытывала: не было ни страха, ни сильных переживаний. Туман создал вакуум и уверенность в том, что всё будет хорошо, иначе и быть не может. Может…

В приёмном покое меня заставили ждать врача. Долго, почти вечно. Врач мне что-то объяснял и рассказывал, а я честно пыталась понять. Слыша речь, я не понимала ни одного слова. Туман, термины, отстранённость… Почему я ничего не понимаю?!

– Доктор, – перебила я молодого симпатичного мужчину в белом халате и таких же штанах, – не знаю почему, но я не понимаю ничего из того, что Вы мне говорите. Скажите просто насколько всё плохо и чего ждать.

– Плохо очень. Чего ждать? Пока только изменений. Давайте, Вам успокоительное дадим, у Вас шок, поэтому и не понимаете.

В голове осталось только: «плохо очень».

– Не надо.

– Оставьте свой номер и мы позвоним, когда что-то изменится.

– Хорошо. А мне можно к нему?

– Нет.

– Я буду в больнице.

– Как хотите, но не вижу смысла. Мы делаем всё, что от нас зависит.

Он ушёл в отделение, а я осталась стоять под дверью.

И пустота… Тишина… Ни мыслей, ни желаний, ничего. «Плохо очень». Что теперь делать? А что я могу? Ждать. Туман не пытался никуда деться, впитывая как губка эмоции и события, делая мои действия автоматичными, а восприятия… Да я ничего не понимаю кроме двух слов: «плохо очень». Я даже не понимаю что и почему я делаю.

– Гражданка Киржина? – услышала я чей-то голос.

Я обернулась и увидела милиционера.

– Да.

– Сержант Васильев. Я привёз вещи вашего мужа.

– Спасибо, – мысли начали заполнять голову и реальность постепенно просачиваться. – Расскажите, что произошло, пожалуйста.

– Пока доподлинно не известно. – начал сержант, и каждое его слово создавало картинку у меня в голове. – Он переходил дорогу в неположенном месте и его сбила машина, либо же он собирался перейти, а водитель машины не справился с управлением на мокрой дороге и въехал на тротуар. Пострадавших трое. Ваш муж самый тяжелый.

Картина, которая предстала перед моими глазами лишила меня дара речи. Появилась мысль: «хорошо, что никто не погиб».

– Спасибо – сказала я, забирая пакет и тут же забыв о сержанте, начала просматривать кино в своей голове. Снова и снова, вспоминая слова доктора: «плохо очень». Олежа, так не может быть!? Курить… Не поможет, но может туман опять появится в голове и заглушит реальность.

Поиски в сумке ни к чему не привели. Ни в одном отделении ничего напоминающего сигареты не было.

– Да что ж такое! – из последних сил я сдерживала слёзы, надеясь на туман, который точно придёт с никотином. И я ни о чём не буду думать!

Вытряхнув всё содержимое сумки на пол, я сквозь пелену слёз попыталась рассмотреть свои вещи… Нету!

Трясущимися руками я начала быстро собирать всё с пола и бросать в сумку. На полу остались какие-то бумажки. Они мне нужны? Я так увлеклась, что смогла сморгнуть слёзы и увидеть то, что на них написано. Чек из магазина детских игрушек за книгу – не нужен. Список продуктов – уже не нужен. Ещё какой-то чек, но затёртый – не нужен. Номер телефона штукатуров – не нужен. Визитка «Эконом такси» – пусть будет. Рекламка ветеринарной клиники – не надо. Сколько же хлама у меня в сумке валяется, уму не постижимо! Ещё чек из кафе – не нужен. Визитка – врач-анестезиолог – не надо. Квитанция за пополнение мобильного – не надо. Закинув визитку такси в сумку, я, смяв остальные бумажки, пошла искать урну. Мысли хорошо отвлеклись на бумажки, а вот где найти урну? Я конечно всё понимаю: чеки я вечно по карманам да в сумку сую, списки продуктов тоже, ну могу рекламку сразу не выбросить, если нет урны рядом. Но как ко мне попала визитка анестезиолога? Вроде в «центре» мне визиток никто не давал. Наконец-то дойдя до урны я выбросила весь мусор… почти. Эта визитка не давала мне покоя. Ладно, может ели я прочту из какой больницы врач, то вспомню. Развернув бумагу, я долго тупо на неё смотрела, пытаясь понять смысл: «Врач-анестезиолог Кожух Игорь Викторович» и телефоны. В абсолютно пустой голове вспыхнула мысль: «Игорь! Он точно поможет. Он точно знает!»

Схватившись за надежду, я быстро взяла телефон и начала набирать. Ошиблась. Руки опять начали трястись, а слёзы не давали нормально видеть. Три раза я не правильно вводила номер. Глубокий вдох-выдох. По одной цифре мне наконец-то удалось набрать номер его мобильного. Я подумала, что всё это глупо с моей стороны, но было уже поздно – первый гудок заставил меня задержать дыхание.

– Слушаю. – сказал до боли знакомый и вроде сонный голос после первого же гудка.

– Здравствуй, Игорь. – тихо сказала, стараясь не выдавать своего состояния.

– Здравствуй, Ира. Что случилось? – голос как всегда спокоен и равнодушен.

– Помнишь, ты говорил, что можно позвонить, когда нужна будет помощь.

– Конечно.

– Мне она нужна. – еле сдерживалась я, чтоб не заплакать. – Очень. Можешь приехать? – но слёзы сами начали течь по щекам.

– Куда?

– Реанимация областной больницы.

– Буду через двадцать минут. Ты цела? – спокойно спросил он.

– Да. – я не могла держать себя в руках и отключила телефон.

Больше не получалось сдерживать ни мысли, ни слёзы, ни чувства.

Пожалуйста, пусть Олег выживет! Господи, ну, пожалуйста! Что тебе стоит? Как же мы без него? Как же Машка и Ванька? Неужели ты позволишь им остаться сиротами? Ну, пожалуйста!

Я тихонько сползла по стенка на пол, спрятала голову в колени, накрыла её руками и тихонько завыла, прося, молясь: пусть выживет, пожалуйста, дай ему шанс! В замен отдам даже себя, только пусть, пожалуйста, выкарабкается! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…

Слёзы закончились, только просьбу я повторяла постоянно одну и ту же: о спасении родного человека. Я ловила каждый звук, чтоб не пропустить открывающиеся в реанимацию двери и озвучивание приговора. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…

Кто-то взял меня за плечи и поднял. Странно, что я не слышала шагов.

– Рассказывай. – приказал мне знакомый голос. Я подняла голову и увидела серьёзные синие глаза, вокруг которых поселились морщинки. Глаза спасителя.

– Там Олег. Муж. Сказали, что всё плохо. – тихо ответила я, стараясь говорить чётко, потому что язык не особо слушался, с надеждой посмотрев на Игоря.

– Жди тут, пойду узнаю что и как.

– Есть сигареты? – желание хоть как-то отключить мозг, да и скрасить ожидание ожило с новой силой.

– Держи. – Игорь отдал мне пачку сигарет и зажигалку.

– Я у входа на улице буду.

– Хорошо.

– Спасибо тебе.

Но Игорь не ответил. Просто пошёл в отделение. Почему-то теперь я была уверена, что у меня есть надежда, а у Олега – шанс. И видит Бог, я отдам всё, что потребуется. Я как-то слегка даже взбодрилась, чтоб подумать о том, как быть дальше. Не могу же я няню всё время у нас держать…

– Мама. Ты можешь приехать?

– Что случилось?

– Олег в больнице, я тут с ним, а надо, чтоб за детьми присмотрел кто-то. Сейчас с ними няня, но это скорее исключение из правил.

– Хорошо, я сейчас куплю билет на ближайший поезд. А может самолётом… Насколько всё плохо? – мама как почувствовала, что я не знаю сам, как будет дальше. Может придётся заниматься похоронами. Прочь, мысли!

– Плохо, мама, очень. Но там сейчас Игорь. Жду когда ещё и он скажет.

– О, Господи! Держи меня в курсе. Я наберу из поезда. А Игорь там от куда?

– Я позвонила. Давай не сейчас.

– Хорошо.

* * *

Одна сигарета это пятьдесят восемь – шестьдесят шагов или две минуты. От двери до того места, где можно курить – десять шагов и несколько секунд… Пять сигарет. Скоро начнёт тошнить и пусть. Такое впечатление, что цифры на экране телефона это фотография, а не часы – так долго не меняются и ничего не известно.

– Дай сигарету. – тихо сказал Игорь у меня за спиной, когда я прикуривала шестую.

На меня как будто высыпали ведро льда и ударили палкой по голове. Неужели Игорь не сможет ничего сделать? Ну пожалуйста! Я медленно повернулась и отдала пачку с зажигалкой, чуть не выронив телефон.

– Скажи мне честно. Шансы есть? – рука с сигаретой тряслась так, что мне сложно было сделать затяжку.

– Мизерные. – сказал он, долго и устало затягиваясь.

Эти слова стали приговором. Показалось, что вместо ног у меня вата. Если уже Игорь не сможет, то тогда никто ничего не сделает.

– Ир! А ну возьми себя в руки! Я же не сказал, что их нет. – Игорь взял меня за плечи, держа сигарету зубами.

– А есть? – постаралась я вспомнить как это стоять самой.

– Да. Но мизерные. – Игорь усадил меня на лавку, а сам сел на бордюр напротив и медленно, начал говорить так, как объясняют что-то ребёнку – Если ты попросишь, то я сделаю всё возможное и невозможное, чтоб вытащить твоего Олега.

– Пожалуйста, сделай это.

Есть надежда и за эту надежду я буду хвататься обеими руками.

– Сделаю, – сказала Игорь и замялся, – но есть условие.

– Всё, что угодно! – посмотрела я ему в глаза. – Насчёт денег не переживай. Есть сбережения, машина, квартира.

– Ира, остановись. Может послушаешь, что я прошу в замен, прежде чем соглашаться?

– Слушаю. Но я всё-равно соглашусь, если это шанс. – туман постепенно заволакивал мой ум, благодаря надежде и никотину.

– Если у меня всё получится, то ты подаёшь на развод и переезжаешь ко мне.

– Хорошо. – смысл условия до меня дошёл после того, как я согласилась. Но ведь если это единственный шанс спасти жизнь родному человеку, то цена не столь высока. Но Игорь меня удивил и… разочаровал. – А дети?

– Как хочешь. Мне нужна ты, а с детьми или без решать тебе.

– Хорошо. – Дальше я скорее слушала себя со стороны, чем осознанно говорила – Когда у тебя всё получится и Олег будет в состоянии сам о себе позаботится, тогда я к тебе приеду с вещами. – Огласила я сама себе приговор, смотря в серьёзные глаза спасителя-шантажиста. – Что-то ещё надо?

– Нет. Только выполнение всех врачебных рекомендаций. – совершенно равнодушно ответил он, а потом слегка улыбнулся и добавил. – Я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы Олег поправился, потому что это и мой шанс.

Интересно о каком таком шансе он говорит? Я же ради него в прошлой жизни готова была на всё.

– Только ты же понимаешь, что получишь только тело и не более.

– Понимаю.

– Хорошо.

Есть надежда! А насчёт условий Игоря… когда-то мне с ним было очень хорошо, переживу.

* * *

Игорь привёз меня домой, когда на часах было почти одиннадцать.

– Спасибо. – сказала я и начала выходить из машины.

– Я тебя провожу. – сказал он, а я не ответила, потому что мне всё-равно, проведёт или нет.

Юлия Степановна щёлкала пультом, пытаясь смотреть телевизор.

– Извините, Юлия Степановна, что заставила Вас так сильно задержаться.

– Не страшно! Вы не с Олегом Викторовичем? – спросила она увидев Игоря.

– Нет. Он в реанимации. Сейчас я вызову Вам такси. – туман делал своё дело и я могла спокойно говорить.

Я пошла в спальню за деньгами, чтоб оплатить внеурочную работу.

– Ира, я могу отвезти. – сказал Игорь.

– А Вы? – обратилась к нему няня, потому что я забыла представить их друг другу.

– Меня зовут Игорь. Я друг… семьи.

– Юлия Степановна. Няня.

– Юлия Степановна, я сейчас сделаю один звонок и отвезу Вас туда, куда нужно.

– Хорошо. Я сейчас буду готова.

Из комнаты я слышала их диалог и то, что Игорь кому-то позвонил:

– Привет. Не разбудил?.. Мне нужна твоя помощь… Да. Тут человек в реанимации лежит… нет, не у меня, в областной… нет он не транспортабелен… спецы неплохие. Мне нужно оборудование и кто-то с ним. Если бы не срочно, я бы сейчас не звонил. Спасибо. Я твой должник…. Пока.

Когда Игорь договорил, я уже рассчиталась с няней, которая стояла собранная в ожидании своего провожатого.

– Завтра я заберу детей и побуду тут столько, сколько нужно.

– Спасибо. Мне не удобно Вас так задерживать. Завтра мама обещала приехать.

– Ирина Николаевна, держитесь. Всё будет хорошо. Иначе просто не может.

– Спасибо.

Благодаря надежде и всё тому же туману мне стало проще воспринимать ситуацию.

– Ир, отдохни или давай я тебе уколю успокоительное?

– У тебя с собой?

– Нет.

– Тогда не надо.

– Я завтра позвоню и скажу как дела.

– Я пойду в больницу утром.

– Нет смысла. Тебя всё-равно не пустят. А я завтра там буду и позвоню.

– В любом случае?

– Могу звонить каждый час.

– Хорошо. Звони каждый час, пожалуйста.

– Доброй ночи, Ирина Николаевна. – вклинилась в наш диалог няня.

– Доброй ночи. – ответила я.

Дверь закрылась и я пошла в детскую, поцеловала Машуню с Ваней и отправилась в спальню, где провалилась в забытье.

* * *

Первая неделя была адом из-за отсутствия каких либо новостей. Игорь, как и обещал, звонил каждый час и говорил «всё стабильно». Каждое утро и вечер, когда я сама приезжала в больницу, мне отвечали то же самое. Правда, Игорь мне объяснил, что в данном случае, это хорошие новости. Я ходила на работу, чтоб чем-то заниматься и не падать духом, но как-то не получалось работать с азартом, да и не хотелось. Была одна мечта – хорошие новости из больницы.

Мама всё время проводила дома с детьми, и со мной. Детям сказали, что папа уехал в командировку, но Маше объяснили, что он сильно болен.

Вечера, которых я так боялась (переживала, что буду много думать и плакать), перестали пугать, потому что мне было с кем поговорить и рядом был родной человек. Но всё-равно это время было адом ожидания и тянулось бесконечно.

Время, вообще, странная штука: когда тебе хорошо и предел мечтаний – замедлить ход времени, оно начинает нестись сломя голову; а когда практически молишься о том, чтоб время шло скорее, оно замирает и практически не движется. Время это насмешка над человеком и его жизнью.

Я абстрагировалась от всех чувств, новостей и мыслей. Делала всё как на автомате, а туман, обволакивал меня как и прежде, не давая оголить нервы, чувства и воспринимать боль со страхом.

А потом позвонил Игорь и сказал, что Олег пришёл в себя и через день его переводят в другое отделение, а значит, жизни уже ничего не угрожает, насколько я поняла. Туман мгновенно рассеялся, появилось желание жить и что-то делать. Я по два раза в день приходила к мужу в палату и время понеслось сломя голову, давая силы и надежду на полное выздоровление. Через две недели, когда Олег уже начал ощутимо поправляться, Игорь увёз его в столицу для продолжения лечения и на реабилитацию.

Как-то я вспомнила, что Игорь и Олег вроде знакомы, но за время общения (по крайней мере при мне) никто и виду не подал. Что ж это за знакомство такое? Ну да ладно! Важно, что Олег выздоравливает! Обычно эта мысль переносила меня мысленно в объятия Игоря и вся радость исчезала. Время летело быстро, а значит, скоро надо было выполнять обещание. Новая жизнь, новый город… Игорь мне не страшен, как и его условие, но как объяснить всё мужу и детям?! А родителям?

* * *

Через три недели Олег с Игорем вернулись домой. Ещё одну-две недели, по словам врачей, мужу необходимо было посидеть дома, а уже потом, после праздников разрешили начинать работать. Игорь ни словом не обмолвился о выполнении моей части «сделки».

– Игорёк, ты столько сделал! – начала обхаживать его мама после приезда, явно отдавая предпочтение врачу, а не зятю. – Давай встретишь с нами новый год?!

– Спасибо большое, Нина Викторовна, но у меня другие планы. – ответил он вежливо.

– А может ты свои планы к нам пригласишь? – мама не унималась, а я молчала, хотя вряд ли хотелось встречать новый год с Олегом и Игорем. Да и родителей надо было домой отправить. После всего пережитого хочется тишины и покоя, а перед разводом подольше побыть с мужем без посторонних. Но моим родителям, в принципе, моё (да и Олега) мнение не интересно. Мама с отцом решили встречать новый год у нас, точно так же как и Вася с семьёй. При этом никто из них не спросил можно ли. Меня просто поставили перед фактом, а Олег похоже ещё и не в курсе.

– У нас намечается праздник? – спросил Олег, заходя на кухню как раз во время последних слов мамы.

– Да, Олег, – улыбнулась мило мама хозяину квартиры, в которой и собиралась этот праздник устраивать, – новый год же через несколько дней, а так как тебе по состоянию здоровья нельзя к нам ехать, то мы решили приехать к вам. Только ты не переживай, отец для нас всех снял гостиницу, а потом мы с детьми уедем.

– А дети тут при чём? – не понял Олег.

– Каникулы зимние. Маша и Ваня с лета ждут этой поездки. – попыталась выкрутится я.

Поездка детей была моей инициативой. Я маме ничего не объясняла, просто попросила их забрать до конца каникул, тем более, в школе у Маши будет карантин (как обычно), а значит, каникулы продлят. Я хочу уйти от мужа так, чтоб этого не видели дети и получить время, чтоб они меня поняли.

Игорь, к моему облегчению и маминому разочарованию, не пришёл к нам встречать новый год. Вася с женой и дочкой, ровно как и дети с моими родителями, веселились от всей души, иногда и Олег попадал на их волну. А вот мне как-то не до праздника, я постоянно думала, что ещё несколько дней и этого всего у меня не будет, но ту же стоит перевести взгляд на мужа и становится понятно – большего мне не надо: все мои родные и близкие здоровы и счастливы. Олег и дети меня со временем простят и поймут. Пусть, сейчас я не буду объяснять причину своего поведения, но потом они мне обязательно поймут.

Олег ещё не полностью восстановился и поэтому даже намекать о какой-то близости я себе позволить не могла, да и стоит ли нагуливать аппетит, перед постом?

* * *

Перед отъездом к родителям, я подала документы о разводе. Наверное, это подло с моей стороны по отношению к Олегу, но если я скажу в чём дело, то он меня не отпустит, да и вряд ли его мужское самолюбие оценит мой поступок.

Сама себе удивляюсь, потому что не испытываю никаких эмоций. Может потому, что смирилась, а может просто до конца не верю, что всё так далеко зайдёт. Может Игорь передумает? Но он ни разу не позвонил и не написал после нашей последней встречи, когда привёз Олега домой. Допустить мысль о том, что я хочу побыть с Игорем, было просто глупо. Конечно, у меня хватило ума признаться себе в том, что всё чаще я вспоминаю прошлое, думаю об этом мужчине, вижу во сне татуировку и морщинки вокруг синих глаз. Но всё это я списала на то, что мне предстоит опять быть с ним.

– Мам, мне надо с тобой поговорить. – сказала я, когда отец, Васина жена и дочь поехали с моей детворой в кино.

– А со мной? – спросил брат, заходя на кухню.

– Можно и с тобой…. – я попыталась придумать объяснение, но решила не говорить о причинах.

– Мы слушаем. – насторожилась мама.

Я не волновалась так, когда на развод подавала, а сейчас меня просто начал трясти.

– Короче… Я подала на развод. – выдохнула я, а мама ойкнула.

– Ты сбрендила? – спокойно спросил Вася.

– Ирочка, что случилось? У вас вроде всё хорошо же. Что Олег?

– Я ухожу к Игорю. – сказала я осторожно, глядя на родных людей в ожидании реакции.

Вася всем своим видом выражал крайнюю степень… офигевания, а мама слегка улыбнулась, но я продолжила:

– Не надо на меня так смотреть! Причину я объяснить пока не могу.

– И не объясняй. Встретились, вспомнили прошлое, чувства проснулись… – начала мама, но Вася её перебил.

– Ты дура? – прозвучало как вопрос, но ответа он не стал ждать, значит это констатация факта. – Ты хоть понимаешь что ты сделала?

– Я знаю на что иду.

– А дети? – допытывался он.

– Они до конца каникул будут тут и пусть сами решат где хотят жить.

– Ира…

– Вась, а чего ты бесишься? Тебе Олег никогда не нравился. Вон мама аж заулыбалась. Игорь же не только её любимчик, но и папин, и твой. Вы радоваться должны, что всё так получилось.

– Ирочка, Вася прав. Не слишком ли это опрометчивое решение.

– Нет. – сказала я строго, потому что достали. Лучше б я не говорила ничего. – И оно окончательное.

– А Игорь в курсе, что ты за ним бегать опять начала? – съязвил брат.

– Не зли меня этим бредом! – прикрикнула я. – Тоже мне брат! Лучше б поддержал.

Разговор с мамой и Васей, как я понимаю, был самым лёгким из трёх. Я Весь день репетировала то, что должна была сказать детям, стараясь предугадать их реакцию и вопросы. Но ничего у меня не получилось. Я не хотела ничего говорить перед сном, но ночью у меня поезд, а совсем не сказать я не могу. К вечеру я окончательно решила, что всего рассказывать не буду это однозначно, просто потом напишу письмо или позвоню, хотя нет – напишу. Маша скорее всего очень обидится на меня, а может и того хуже… Я как последняя трусиха, собралась с духом практически перед отбоем.

– Я сегодня ночью уезжаю обратно. – сказала я с улыбкой, когда мы втроём умостились на диване в «детской». Вернее на диване я и Машуня, а Ванька у меня на руках.

– А мы? – спросил Ваня.

– А вы будете тут до конца каникул Маши. – и я продолжила, увидев, что они хотят приводить аргументы против такого своеволия родителей. – Дед с дядей обещали вас водить на санках кататься и на каток, сами же видите, что у нас дома нет снега, а тут его очень много. Тем более, вы сами просились.

– Мамочка, но не так долго же.

– Машенька, маме с папой надо кое что обсудить, – осторожно начала я, – поэтому нам надо немного больше времени чем неделя.

– Что ж это такое важное?

– Наверное собака! – весело предположил Ваня.

– Нет, не собака, – я улыбнулась и чмокнула сына в голову, – мне предложили переехать в другой город и мы с папой хотим посмотреть как оно жить в разных местах. – солгала я.

– А мы? – осторожно спросила Маша.

– А вы, если мы решим жить в разных городах, решите сами где хотите быть. Может, то у папы, то у меня.

– А папа не может в другом городе жить? – спросил Ваня.

– Нет, Зайчик.

– Вы разводитесь! – крикнула Маша и спрыгнула с дивана, глядя на меня глазами полными слёз и страха.

– Машенька…

– Так Викины родители развелись! Сначала они жить отдельно начали, а теперь у её папы другая жена, а у мамы муж!

– Но мы же не родители Вики. – старалась я как-то отвлечь её и не заплакать самой.

– Папа бы никогда от нас не уехал! Это ты уезжаешь, значит не любишь ни папу, ни нас! – кричала Машка с такой болью, что мне стало не по себе.

– Мамочка, это правда? – спросил Ваня, сильнее прижимаясь ко мне.

– Я очень очень сильно люблю вашего папу и вас! – я крепче прижала сына и попыталась обнять Машу, но она отошла дальше. – Машенька, я вас очень сильно люблю!

– Врёшь! Тогда не надо было бы ехать в другой город!

– Вы же знаете, что я вас никогда не обманывала. – спокойно возразила я, сдерживая слёзы, потому что Машкина боль разрывал меня на кусочки. – никогда! Но есть вещи, которые изменить нельзя. И обещания, которые нельзя нарушить. Но любить от этого я вас с папой меньше не стану.

– Мамочка, слово надо держать. – строго сказал Ваня, начиная плакать.

– Я знаю, Ванюша. Поэтому я должна поехать. А Вы, если захотите, приедете ко мне.

– А город красивый? – спросил сын.

– Не знаю. Я там никогда не была.

– Врать нельзя! – крикнула Маша.

– Нельзя, Машенька. Поэтому я сейчас вам сказала правду. Вы же у меня взрослые правда? Вы меня поймёте… Но главное то, что я вас очень сильно люблю.

– Ты нас не любишь! Я тебя не люблю и Ваня тоже! Мы к тебе не приедем! Я завтра позвоню папе и он нас заберёт! – кричала Маша, вытирая слёзы.

– Хорошо. Завтра позвонишь. А сейчас, уже поздно и вам надо укладываться, а мне на поезд. Завтра, когда позвоните папе, я буду рядом с ним и мы всё обсудим. Хорошо?

– Хорошо. – согласился Ваня, укладываясь.

– Машунь, – попыталась я обнять и поцеловать дочь, но она вырвалась, – я тебя очень сильно люблю и любить буду всегда, даже если ты меня разлюбишь. – сказала я, сдерживая слёзы. – Если ты не хочешь, что б я тебя обняла и поцеловала, то я очень обижусь, потому что скучать буду сильно сильно. – но Маша легла в кровать и отвернулась к стене.

– Мамочка, меня обними два раза за Машу и поцелуй, а я потом её поймаю и передам. – совершенно серьёзно сказал сын.

– Хорошо.

Так я и сделала.

Наверное, это был самый страшный момент в моей жизни. Я никогда в жизни не могла подумать, что сделаю больно собственному ребёнку! Машуня всё поймёт, но сейчас… сейчас я чуть не пожалела, что Олег поправился и мне придётся выполнить своё обещание. Нет! Без отца им было бы хуже. А я ей напишу письмо, когда попрощаюсь с мужем (надеюсь, не на всегда). Мысль о том, что мы с Игорем довольно скоро расстанемся и Олег меня примет обратно успокаивала и согревала, хотя надеяться на это, наверное, было глупо.

– Маша меня возненавидела. – сказала я маме, ожидая такси.

– Она простит. – успокоила мама.

– Только про Игоря им не говорите, пожалуйста.

– Хорошо. – сказал отец.

– Ирка, мне просто интересно как через столько лет тебя перемкнуло опять на него? – проворчал Вася.

– Случайно. – честно ответила я.

* * *

Самое сложное испытание, как мне казалось, я прошла. Осталось попрощаться с Олегом и уйти окончательно. Муж почему-то не брал трубку, когда я хотела сообщить, что возвращаюсь. Я сначала впала в панику – а вдруг опять что-то случилось, но сердце подсказывало, что с ним всё в порядке.

Дома Олега я не застала, не смотря на выходной. Быстро сложила в сумку самое необходимое, немного косметики и кое что из одежды (вещи на сейчас, которые покупала сама), компьютер, планшет, бумаги по работе, книги (они заняли почти весь объём сумки), ещё документы свои и детей (не могу сказать, что мною двигало). Денег брать не стала, только свои зарплатные карты и то, что лежало в кармане на такси.

Когда-то давно я так уже уходила, с той большой разницей, что теперь запиской не обойтись, а нужно дождаться Олега.

К счастью, долго ждать не пришлось, потому что собрав вещи, я увидела в окно, как подъезжает наша машина. И пока муж поднимался домой, я вызвала такси и вынесла вещи к двери.

Как мне показалось, Олег пришёл за чем-то, чтоб опять уйти.

– Привет. – поздоровалась я с мужем. Он неожиданно замер, явно не ожидая меня увидеть.

– Привет! А ты что тут делаешь?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю