Текст книги "Бусинка (СИ)"
Автор книги: Анастасия Эвелин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
КНИГА ПЕРВАЯ. Глава 9
Дверь с противным скрипом отворяется. Лёгкий ветерок проносится по палате, залезает под больничное одеяло, лижет колючим языком обнажённые участки кожи. Вздрагиваю. Поднимаю глаза от книги, чтобы удивлённо спросить:
– Уже вернулся?
Женя неслышно прикрывает дверь. Прикладывает палец к губам. По спине пробегает липкий холодок, но вызван он отнюдь не внезапным сквозняком.
– Что ты…
– Тише-тише, моя хорошая, – Королёв кошачьей походкой движется в сторону кровати. – Не нужно кричать, – пресекает попытку сразу, тонко чувствуя, что ещё мгновение, и я начну звать на помощь. – Ну что ты, не чужие же.
– Что тебе надо?
Подтягиваю одеяло выше в какой-то глупой, совершенно детской попытке спрятаться от него за куском ткани. Знаю, не поможет, но не хочу, чтобы он лицезрел меня в таком виде: слабой, беззащитной. Наверняка это доставляет ему большое удовольствие.
– Как ты сюда пробрался?
Принюхиваюсь, с удивлением понимая, что не чувствую привычного запаха кедра и пачули. Хмуро сдвинув брови к переносице, с подозрением осматриваю незваного гостя.
– Забавно, правда? – довольно улыбается альфа.
Достаёт что-то из кармана пиджака, теребит в пальцах. Стараюсь не отвлекаться на посторонние звуки и жесты. Пристально смотрю ему прямо в глаза, мысленно умоляя Лёшу поскорее вернуться. Надеюсь, он не поехал за проклятым мороженым на другой конец города.
– Очень удобная штука, кстати. Уверен, ты не знала о существовании таких.
– О чем ты?
– О блокаторах запахов, конечно! – металлический блеск неизвестной побрякушки отвлекает. Опускаю глаза, присматриваюсь. Ключ. От моей квартиры?! – Говорю же, удобная вещь! Нанёс на нужные точки, одежду, и вуаля – ни одна, даже самая матерая ищейка не учует твой запах. Ни друзья, ни родные, ни полиция, – губы Жени тянутся в лёгкую полуулыбку, больше похожую на оскал. – Жаль, работает недолго. Поэтому пора переходить к делу.
Сглатываю, продолжая настороженно наблюдать за бывшим. В палате нет ничего, что могло бы помочь в случае чего. Если он, например, снова решит меня ударить. Мой максимум: книга и настольная лампа. Но это лишь на мгновение остановит его. Больше разозлит. Силы неравны. Он альфа: успеет подавить мою волю, а потом и руки распустить не постесняется. Проходили уже.
– К-какое дело? – спрашиваю, заикаясь от ужаса.
Неужели он пришёл добить меня? За что? За то, что посмела быть счастливой без него? Но я никогда не клялась ему в верности – она подразумевалась сама собой во время недолгого брака – и вечной любви. К чему теперь это все?
– Ты должна уехать. Немедленно, – уже серьёзно, без экивоков и издевок отвечает альфа. – Машина во дворе, красная Тойота. В бардачке деньги, суммы должно хватить на пару месяцев, билет в один конец, новый паспорт, аэрозоль, который скроет твой запах от Егорова.
Чего? Он из ума выжил? Зачем мне уезжать? Куда?
– Что ты несёшь? – нервно трясу головой, пытаясь понять, какого черта происходит. Но кроме новых вопросов ничего на ум не идет. – Ты издеваешься, что ли, Жень? Куда я уеду? Зачем?
Мужчина тяжело вздыхает. Смотрит на меня пару секунд, а затем опускается на край кровати. Подтаскиваю одеяло ещё выше, прижимая к груди колени. Губы трясутся почти так же сильно, как и руки. Он видит, что я боюсь. Чувствует мой страх, моё оцепенение.
Я всегда признавала его силу, пусть и не желала подчиняться ей. Но никогда не забывала, кто передо мной. Даже в моменты нежности, слабости или, наоборот, в пылу страстной злости. Никогда. А теперь он так умело использовал мою природу против меня.
– Он тебя отметил, – говорит Женя, презрительно косится в сторону Метки. – Не нужно было. Теперь из-за этого столько дерьма разгребать. Как ты могла ему позволить?
– А вот это не твоё дело!
– Ещё как моё! Из-за тебя это началось, а ты, если вдруг забыла, моя жена.
– Бывшая.
– Не важно. Мы с тобой повязаны. И сейчас, если ты не уедешь, проблемы начнутся не только у меня, но и у всех, кто хоть как-то связан с фамилией Егорова, – нехотя объясняется Женя. Ошарашенно моргаю. Какие такие проблемы у него случились и каким боком они касаются меня? Очень интересно. – Пока ты не обзавелась парочкой волчат от Лёши, лучше беги, Кир, – максимально серьёзно повторяет мужчина.
– Это какая-то месть, я не пойму?
Он совсем свихнулся на своей ревности! Поздно пить Боржоми, я уже не принадлежу ему.
– Слушай, мне некогда с тобой возиться. Если так боишься, что Лёша тебя найдёт, не беспокойся. Блокатор запахов отлично справится с этой задачей. Ты же не чувствуешь меня сейчас? – мотаю головой. – Вот и отлично. Твои вещи уже в машине…
– Откуда у тебя ключ от моей квартиры?
– Стащил у Светы, – пожимает плечами.
А я вспоминаю, что давала ей запасной комплект на случай, если закончатся таблетки. Вот же гад! Значит, это он присылал бедной девочке цветы. Морочил голову. Боже, быть более мерзким просто невозможно.
– Больше ничего сказать не хочешь? – морщусь. Щека с отпечатком его ладони все ещё неприятно ноет.
– Хотел бы попросить прощения, но это уже не важно, Кир. Хотя мне жаль. Правда. Знаешь, я надеялся, что мы сможем все вернуть…
– Почему ты не поставил мне Метку? – перебиваю, задавая, пожалуй, самый важный вопрос.
– О, я просто хотел, чтобы Лёха в этот момент был рядом. Но, увы, слишком увлёкся нашими отношениями. А ты так ловко выскользнула из моих рук, – скалится.
Чуть сгибаюсь, ощущая его давление внутри черепной коробки. Серая поджимает хвост. Он больше не может воздействовать на меня, как раньше – спасибо Метке – но все ещё остаётся альфой. А я омегой, созданной, чтобы подчиняться таким, как он.
– Пока ты не объяснишь мне, что происходит, я никуда не поеду! А как же Лёша? Мы Пара. Он найдёт меня, куда бы я ни пошла, – смотрю на него возмущенно, пытаясь при этом казаться сильной. Даже самой смешно. Наверняка выгляжу как побитый щенок. А ведь отчасти это правда. – Он сейчас должен вернуться.
– Господи, почему с тобой так сложно, Кир? – возводит глаза к потолку. – Хорошо. Если ты все ещё не поняла, что я не шучу… Если ты не уедешь сейчас, то Лёша умрёт. Ты же не хочешь, чтобы он умер, правда?
Округляю глаза. Ну это уже наглость! Нельзя о таком шутить!
– Но…
– Кира, хватит спрашивать! Всё, вставай, одевайся. Вот ключ. Выбор, конечно, за тобой, но я бы настоятельно рекомендовал слишком не засиживаться. Кстати, телефон оставь. Он тебе больше не понадобится. Никто не должен знать, где ты. В квартире будет стационарный телефон. Я позвоню через два дня. Скажу, что делать дальше. Надеюсь, ты примешь правильное решение, – отчеканивает альфа и поднимается с кровати. – Отец Егорова очень страшный человек, Кир, – тихо, почти неслышно добавляет он, – и я очень надеюсь, что Лёша успеет добраться до него первым.
Он уходит, а я в растерянности смотрю на ключ со стандартным брелоком в форме значка Тойоты, оставленный Женей на прикроватной тумбе. Это какая-то шутка! Шутка! Глупая шутка…
А если он не врет? Что, если отец Лёши и правда может что-то сделать с ним или со мной? Все ведь к этому и идёт. Лёша отказался от него и его имени. Отказался иметь с ним хоть что-то общее. Я знаю, что он – Константин Егоров – опасный человек. Буквально весь город у него под каблуком. И если он решил объявить войну родному сыну, значит, крови не избежать. Только вот чья она будет, решать, похоже, мне. Лёша говорил, что больше его не боится. Врал? Я же чувствовала, что что-то не так. Нужно было дожать, вытрясти из него всю правду!
Истинные редко переживают смерть Пары. Если погибнет один – второй ищет смерти только для того, чтобы воссоединиться с любимым в загробной жизни. В таком случае я никуда не поеду! Ведь исход один: Лёша умрёт либо от руки отца, либо от тоски.
И кстати, а почему Женя до сих пор жив? Разве закон не на нашей стороне? Честно, я думала, что Лёша уже расправился с ним, пусть и не принимаю насилие ни в каком виде. Все это кажется до ужаса подозрительным. Внезапный разговор с Королёвым, который, по идее, теперь за километр должен меня обходить. Какие-то мифические угрозы жизни моего альфы со стороны его же отца. А ещё очень беспокоит фраза Жени, сказанная будто между делом, но несущая в себе намного больше смысла, чем хотелось бы: «Из-за тебя это началось…»
Что мне делать? Что?
Кира флешбэк
– Кир, ты в порядке? – Лиза осторожно трясёт меня за плечо. Не заметила, как задумалась, а задуматься действительно было над чем. Например, почему самый популярный парень в школе обратил на меня внимание. – Шульман!
– Да, все ок, – отмахиваюсь. – Пошли. Что у нас дальше? Математика?
– М-да, не думала, что все так запущено.
– Что не так? – морщусь. Хватаю с парты учебник и тетрадь, запихиваю в сумку.
– Ты вообще здесь, с нами, или как? – Соболь смеётся, не очень-то и нежно выталкивая меня из кабинета в подозрительно шумный коридор. – Уроки закончились. Видишь, вторая смена уже пришла? Если не хочешь три часа простоять в очереди в гардероб, шевелись.
Лиза тянет меня за руку к лестницам, чтобы успеть побыстрее забрать наши куртки. Народу тьма. Все о чем-то галдят, младшие классы носятся как угорелые, старшие – спешат смыться из школы в числе первых. Даже некоторые учителя, испуганно озираясь, протискиваются в людском потоке чуть быстрее и резче, чем нужно.
Замечаю поодаль группу альф, которые о чем-то лениво переговариваются, осматривают холл, будто свои владения. Среди них и Лёша. Мой Лёша. Боже, как сладко звучит эта мысль, аж ноги подкашиваются. Нет, я никогда не была обделена мужским вниманием, часто замечала, как альфы, не стесняясь, оценивают меня. Но не думала, что однажды один из них захочет сделать своей по-настоящему.
Подруга перехватывает мой взгляд и закатывает глаза. А я обнаруживаю себя в центре толпы, не ощущая даже, как дети топчутся по моим туфлям, кто-то пихает локтями в бок. Не чувствую ничего, кроме прожигающего взгляда своего волка. Он смотрит прямо на меня. Знаете, как в фильмах: все вдруг исчезает, остаёмся только мы.
Делаем шаг навстречу одновременно. Секунда, и я бегу, расталкивая школьников, чтобы как можно скорее оказаться в любимых объятиях. Всего две недели – столько мы вместе, – а кажется, целую жизнь. За это короткое время я сильно изменилась. Стала смелее, решительнее. Просто потому, что ощутила себя нужной. Любимой.
– Бусинка, привет, – горячее дыхание касается губ.
– Лёш, все же смотрят!
Он усмехается, потому что прекрасно знает, что я притворяюсь. Если бы мне сказали, что я буду вот так висеть на самом красивом парне школы и шутить, я бы вызвала этому фантазеру карету скорой помощи.
– Как не стыдно!
– Дурочка, – он целует меня, вплетая длинные, немного бледные пальцы в волосы, и я задыхаюсь от ощущения непомерного счастья. – Хочешь, сходим в кино? Или просто погуляем?
– А тебя друзья отпустят? – лукаво улыбаюсь.
Обожаю над ним подтрунивать. Я же знаю, что, когда дело касается отношений, альфы не имею привычки их с кем-то обсуждать. Особенно между собой. Даже девочки. Хотя девушки-альфы – большая редкость.
– Меня давно записали в женатики, – отшучивается Лёша. – Но Женю, думаю, лучше предупредить.
– Кто такая Женя?
– Евгений, – ревную. Он видит, и это его веселит. – Мой лучший друг. Я вас потом обязательно познакомлю. Ну так что? Кино?
– Давай, – счастливо улыбаюсь.
Как же я люблю его, боже!
КНИГА ПЕРВАЯ. Глава 10
– Так, – Лёша врывается в палату, шурша небольшим бумажным пакетом из Баскин Роббинс, – малиновое, фисташковое, шоколадное и с орешками! – губы растягиваются в улыбку, когда альфа поднимает на меня задорно блестящие глаза. Выглядит как счастливый ребенок.
Не могу сдержать смеха, поэтому тихонько хихикаю в кулак. Лёша довольно улыбается, скидывает пиджак на спинку рядом стоящего кресла и присаживается на край больничной койки. Вручает малиновое мороженое. С удовольствием принимаю лакомство, стараясь не подавать виду, что буквально пятнадцать минут назад размышляла над тем, бросить ли мне его или нет. Конечно бы не бросила, тут даже думать нечего. Но крошечный росток сомнений уже успел поселиться внутри. Страшно. За его жизнь, за наше будущее.
– Бусинка, все в прядке? Невкусно? – Лёша обеспокоенно заглядывает мне в глаза.
– Нет, все хорошо, – улыбаюсь, стараясь выглядеть естественно. – Меня завтра выпишут?
Альфа смотрит на наручные часы:
– Сегодня. Уже давно наступило сегодня, – видно, Лёша от души веселится, и, надеюсь, это связано исключительно со мной и нашим воссоединением. – Я мог бы забрать тебя уже сейчас, но, думаю, стоит подождать лечащего врача, чтобы убедиться, что все хорошо.
– Кто тебя вообще пустил ночью в больницу?
– Деньги, – пожимает плечами. – Ну и всегда полезно иметь знакомых в госучреждениях.
– О, ну да, как я могла забыть, – нежно улыбаюсь своему волку, который, как ни в чем не бывало, точит шоколадный рожок. – Может, поспим немного?
Ерзаю, ощущая, как ноет в области поясницы. Надеюсь, с моими почками все в порядке. Хотя, если бы это было не так, доктор бы об этом сказал.
– Устала?
– Немного, – скомкав в ладонях шуршащую фольгу, отвечаю я и, словно в подтверждение, неожиданно широко зеваю, даже не успев прикрыть рот рукой.
– Ничего себе немного, – смеется Егоров, придвигаясь ближе. Осторожно, чтобы сильно не давить на меня, устраивает руку на талии и зарывается носом в волосы. – Поспи, Бусинка.
– Спокойной ночи, Лёш, – мурлычу, чувствуя, что еще секунда, и глаза закроются окончательно, а сознание отправится в увлекательное путешествие по миру Морфея.
Утро начинается с не совсем стандартного звона каталки с завтраком. Вот это я поспала! Нехотя приоткрыв один глаз, натыкаюсь взглядом на спину Егорова, который с кем-то тихо переговаривается. Узнаю голос врача. Мужчина заверяет, что со мной все в порядке и я могу отправляться домой, но рекомендует хотя бы один день провести в постели и не перенапрягаться. Не знаю, о чем он думает в этот момент, но мои мысли явно текут не в ту сторону, поэтому щеки тут же обдает жаром. Сегодня Лёша заберет меня к себе, и мы, наконец, будем жить вместе, как пара. Спать в одной постели, встречать рассветы и любоваться луной по ночам.
Мышцы после долгого лежания в одной позе затекли, приходится потянуться, что привлекает внимание обоих мужчин, и я смущенно прикусываю губу.
– Доброе утро, Кира, – здоровается доктор, осматривая меня очень внимательно. Видимо, результат его удовлетворяет, потому что он поворачивается к Лёше и говорит: – можете пока оформить документы на выписку. А мне нужно побеседовать с Кирой Игоревной, если вы не против.
Когда сборы заканчиваются, и я получаю рекомендации доктора и свои документы обратно, Лёша без лишних слов берет меня на руки и несет на выход. Находиться в его объятиях безумно приятно и так правильно, что мысли о том, чтобы покинуть его, кажутся невероятно смешными. Не ради этого я столько лет мучила себя, а заодно и его, чтобы просто так сдаться. Что бы ни говорил Королёв, отступать я не собираюсь. Не теперь. Если у Лёши проблемы – справимся с ними вместе. Мы обязательно обговорим это и, думаю, будет не лишним рассказать ему о встрече с Женей. Лёша имеет право знать. Здесь замешаны не только я и Королёв, но и его отец, а зная, что он за человек, смею предположить, что Лёша уже давно в курсе событий, просто не хотел пугать или как-то расстраивать меня.
Проходя через парковку, замечаю красную Тойоту, оставленную для меня бывшим. В сумке лежит ключ. Не знаю, зачем взяла, но оставлять его в палате было бы глупо. Угонят, а мне потом с Королёвым объясняться. Нет уж, дудки. Пусть я и решила остаться с Лёшей, лишние проблемы мне не нужны.
***
Задремав на заднем сидении машины, не замечаю, как пролетает время. Лёша осторожно трясет меня за плечо.
– Бусинка, приехали, – немного взволнованно зовет альфа.
– Уже?
– Угу, – соглашается мужчина, помогая выбраться из салона авто.
Поправив одежду, любопытно озираюсь. Несколько домов, появившихся здесь всего пару лет назад, выглядят презентабельно и дорого. Красивые кованые заборы, шлагбаумы, зелёные насаждения. Район явно элитный, хотя меньшего я от Лёши и не ожидала.
– Маленькая, подожди здесь, я припаркую машину, – просит Егоров, пока продолжаю осматриваться. – Пять секунд.
Он выгружает многочисленные вещи, в том числе и мои – странно, ведь Королёв говорил, что мой чемодан лежит в багажнике Тойоты, – около одного из подъездов и снова садится за руль. Наблюдаю, как альфа уверенно выкручивает руль, а затем скрывается за воротами подземной парковки.
Мимо прогуливаются мамочки с колясками, школьники и пожилые пары. Все выглядят мило и доброжелательно. Такое ощущение, будто я попала в сказку – настолько все идеально.
– Ну как тебе? – спрашивает альфа, когда за его спиной закрывается дверь шикарной квартиры на пятнадцатом этаже.
Вспоминается, как он водил меня на свидание на крыше первой в городе высотки. Смешно, сейчас их стало так много, что я уже не обращаю внимания. В одном только бизнес-центре, где располагается мой офис, восемнадцать этажей.
– Недавно купил, – поясняет Лёша, и я скидываю туфли, чтобы пройти в гостиную.
– Ты купил такую большую квартиру, – сосчитав количество межкомнатных дверей, удивляюсь я, – для себя одного?
– Нет, – альфа приближается, осторожно перекидывает через плечо мои волосы и утыкается носом в шею, – для нас.
Медленно выдохнув через рот, чуть поворачиваю голову, позволяя ему прикоснуться губами к щеке. По телу пробегает дрожь.
– Нужно распаковать вещи, – шепчет на ухо, прикусывая мочку, и я плавлюсь под его касаниями, словно мягкий пластилин. – Потом я покажу тебе кровать.
– Лёш…
– На которой ты должна отдыхать и восстанавливать силы, – заканчивает он, убирая руки с моих бедер – и когда успел их туда пристроить? – и отходит.
– Ты садист, – бурчу недовольно, медленно приходя в себя.
– Наоборот, тебе нельзя перенапрягаться. А ничего не делать в постели я тебе не позволю.
– Точно садист, – вздыхаю я и направляюсь вслед за мужчиной к чемоданам. – Когда ты успел забрать мои вещи?
– Утром, пока ты спала, – отвечает Лёша, хватая большой розовый ящик на колесиках, – кстати, я не нашел зубную щетку и вообще такое ощущение, будто половины одежды не хватает.
– Лёш.
– М-м?
– Женя приходил, – говорю, немного нервно сглатывая. Альфа останавливается на пороге спальни. Оборачивается, внимательно глядя мне в глаза. – Он… говорил странные вещи.
– Например? – Лёша не шевелится, застыв, будто статуя, с моим чемоданом в руке. – Я не почувствовал его запаха.
– Он использовал какой-то спрей, – говорю тихо, будто чувствую за это вину. Ничего не могу с собой поделать. Неприятно от мысли, что я общалась с бывшим за спиной своего альфы. Даже страшно представить, о чем он сейчас думает. – Он уговаривал меня уехать из города и оборвать все связи с тобой.
– Зачем? – сухо интересуется Лёша, все так же не сводя с меня странного взгляда. На дне васильковых радужек разгорается пламя. Злится. – Что он еще сказал? Может, предлагал сбежать с ним?
– Лёш!
– Он, видимо, на словах не понимает, – чувствую, как волны ярости расходятся от Егорова, обжигают кожу, будто микроскопическими разрядами тока. – Хорошо, – многозначительно обрывает он.
Ставит чемодан около двери и направляется в сторону выхода, игнорируя мою застывшую в безмолвном страхе фигуру. Успеваю схватить за рукав пиджака, прежде чем он успеет наделать глупостей.
– Кира, нет!
– Не надо, Лёш.
– Надо. Нужно было сделать это сразу.
– Почему же не сделал? – спрашиваю, боясь услышать ответ. Почему он его пощадил? Вряд ли во имя великой дружбы. – Почему оставил в живых?
– На то были причины, – безэмоционально отвечает альфа. Волчица рычит, привычно поджимая хвост. Чувствую, как он давит своей волей, но лишь сжимаю челюсти крепче, не желая подчиняться. – Кир, не надо. Ты все равно не сможешь, а я не хочу тебя заставлять.
– Тогда перестать давить на меня.
– Я не давлю. Оно… само. Прости, – Лёша смягчается, подходит ближе, заключая меня в объятия. – Кир, я оставил его в живых не потому, что ты мне безразлична, нет. Он заслужил смерти, просто возникли некоторые обстоятельства.
– Дай угадаю, – хмыкаю. Сила альфы ослабевает, и я могу мыслить уже яснее. В такие моменты меня раздражает моя омежья сущность. – В этом замешан твой отец?
Егоров хмуро кивает, чуть сильнее впивается пальцами в мою талию. Вздохнув, опускаю голову ему на грудь, слушаю размеренный ритм сердца. Кажется, он абсолютно спокоен, но я-то знаю, что это далеко не так. И опять его вездесущий отец! Что ему от нас нужно вообще? Неужели настолько оскорбился отказом единственного сына иметь с ним что-то общее? Или это какие-то волчьи войны, о существовании которых я не в курсе? В любом случае решаю, что должна рассказать Лёше все до последнего слова. Поэтому набираю в грудь побольше воздуха, чтобы начать, но альфа неожиданно перебивает:
– Бусинка, давай не сегодня. Я останусь, но, пожалуйста, отложим этот разговор до завтра? Ты наконец-то в моей квартире. Ты – моя Пара. И я не хочу начинать нашу совместную жизнь с препирательств и разговорах о твоем бывшем. Идет?
– Хорошо, – соглашаюсь. Мы обязательно все обсудим. Но он прав. Сейчас мы должны насладиться счастьем. – Так что ты хотел мне показать? – включаю режим игривой кошечки, помня, куда Егоров вел меня за секунду до начала неприятного разговора.
– Кровать, Бусинка, – шепчет на ухо Лёша, а потом ловко поднимает меня на руки и, осторожно приобняв, делает шаг в сторону спальни. – Ваше ложе, госпожа.
– Обалдеть! – восторженно пищу, когда в поле зрения попадает огромная кровать с легким нежно-голубым балдахином, словно переместившаяся сюда из XIV века. – Где ты нашел такое сокровище?
– Для моей королевы все, что угодно, – ведя носом по моей шее, отзывается Лёша, и я чувствую, как напрягаются его мышцы, поэтому не больно впиваюсь ногтями в плечи и издаю еле слышный, призывный стон. Поясница слегка гудит, но уже не так сильно, как это было вчера. Тем более я ужасно соскучилась по его рукам и губам. – Если ты не прекратишь, – шипит альфа мне в ухо, – то очень пожалеешь, что не остановила меня.
– Не прекращу, – обещающе отвечаю я, невесомо касаясь губами волевого подбородка. Прикусываю зубами, оставляя едва заметный след. – Накажешь меня?
– Не сомневайся, – рычит альфа, но, помня о моих синяках, бережно укладывает на кровать и только потом ложится рядом.
Лижет Метку, принюхивается. Выгибаюсь, чувствуя какую-то безумную необходимость прикоснуться к нему. Быть Парой прекрасно: все чувства обострены до предела, нервы – словно канаты.
– Бусинка…
– Лёш, – прижимаюсь к нему всем телом и первая тянусь за поцелуем.
– Не больно? – ведет тыльной стороной ладони по моему лицу, медленно приближаясь к губам. Оставляет легкий поцелуй, снова заглядывает в глаза, подернутые поволокой желания.
– Нет, – шепчу одними губами.
Лёша пару секунд смотрит на меня изучающим взглядом. Скользит от глаз к губам и обратно, осматривает место удара. Рычит, резко переворачивает на спину. Застываю на мгновение.
– Я обожаю кофе, – говорю томно, выдыхая горячий воздух между нашими лицами, которые так близко друг к другу, что хочется визжать от восторга.
Сколько миллионов раз я представляла, что буду вот так лежать под ним и задыхаться от эмоций? И теперь, когда он рядом, прямо на мне, хочется остановить мгновение и остаться в нем навсегда.
– А я обожаю жасмин, – улыбается альфа.
– И бергамот?
– И его тоже.
– Интересно почему, – веду ладонями по его сильным плечам, потом по спине и, наконец, прикасаюсь пальцами к верхним пуговицам рубашки. Спокойно расстегиваю, хотя все внутри пылает. – Ты всегда ходишь в костюме? – выгибаю бровь, улыбаясь от того, что он позволяет мне управлять процессом: не срывает с меня одежду, как это было во время последней течки, не превращает белье и свою рубашку в бесполезные тряпки. – Такой серьёзный.
– Шульман, не нарывайся, – фыркает Лёша, избавляясь от расстегнутой сорочки.
Приподнимаюсь, помогая ему снять с себя блузу. Тяну руки к ремню, но он перехватывает их и заводит мне за голову. Прикасается губами к груди у верхнего края чашечки, обшитой тончайшим кружевом. Рвано выдыхаю, машинально прогибаясь в пояснице. Он снова фыркает, зубами стаскивает с моего плеча лямку. Одной рукой поудобнее перехватывает запястья, пока другая помогает избавиться от бюстгальтера. Едва моя грудь оказывается на свободе, его жадные губы сжимают вздыбленный сосок, и я не сдерживаюсь, с жаром произношу его имя. Легкие обжигает.
– Бусинка, – голос вибрирует от возбуждения.
– Лёш, – повторяю его имя, ощущая тяжелое дыхание на плоском животе и ниже, когда он подцепляет пальцами пуговицу на брюках. Приподнимаю таз, позволяя одежде соскользнуть к лодыжкам. Через мгновение к бесформенной куче вещей на полу присоединяются и трусики. – М-м, Лёш…
– Любимая, – хрипит он.
Ведет ладонями по коже, повторяя контуры моего тела. Дышит глубоко и часто, словно после выматывающего спринта, а потом осторожно разводит ноги в стороны, шумно втягивая воздух.
– Обожаю бергамот, – улыбается пьяно, утыкаясь носом в горячий лобок.
– О, боже…
Глаза закатываются сами собой, и я прикрываю веки, чувствуя только прикосновения влажного языка и его руки, которые одновременно везде и нигде. Он сжимает мою грудь, оглаживает выступающие тазовые косточки, щупает бедра и ягодицы, пока ловко орудует языком между моих ног. Задыхаюсь, глотаю воздух.
– Лё-е-еша, – тяну жалобно, прося большего.
Точечными поцелуями он возвращаются обратно к моим губам. Руки тут же обхватывают сильнее плечи, тянут ближе, желая впечатать его тело в мое. Одним коротким движением альфа снимает с себя последнюю преграду между нами, и резким сильным толчком заполняет собой, пока я стону что-то бессвязное прямо в его припухшие от поцелуев губы. Обвиваю ногами бедра, сама подаваясь навстречу. Принимаю всего, полностью, так глубоко, как только могу. Воздух раскаляется до предела, наполняется феромонами, перетекающими из одного тела в другое. Метку слабо пощипывает в напоминание, что сейчас я со своей Парой, и Лёша будто чувствует это: легко прикасается губами, нежно выцеловывая контур.
– Моя, – рычит вдруг, оставляя слабые укусы рядом, местами переходящие в пошлые темно-розовые засосы.
– Мой, – простанываю, ощущая, как тело звенит в его сильных руках, плавится, вздрагивает, наполняется счастьем до краев. И уже через мгновение вцепляюсь в его плечо зубами, громко вскрикивая через укус.
– Кира, – выдыхает Лёша, запрокинув голову назад.
Дергается пару раз, яростными, грубыми толчками вбиваясь в мое ослабшее тело, чтобы потом осторожно опуститься на согнутых локтях и уткнуться в мою взмокшую грудь не менее влажным лбом. Провожу пальцами по месту укуса.
– Больно?
– Это же не Метка, – глухо отзывается альфа.
– Дурачок, – нехотя сталкиваю его с себя. Устраивается рядом.
– Кажется, мы только что заделали волчонка.
– Время покажет, – философски отвечаю я. Поворачиваюсь на бок, смотрю в темно-синюю глубину его глаз. – Даже если и так, я не против.
– Я знаю, – улыбается Лёша. Касается шутливо кончика моего носа указательным пальцем. – Повторим?
