355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Анастасия Калько » Шторм на Ладоге (СИ) » Текст книги (страница 1)
Шторм на Ладоге (СИ)
  • Текст добавлен: 7 октября 2016, 19:32

Текст книги "Шторм на Ладоге (СИ)"


Автор книги: Анастасия Калько



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

События, показанные в фильме 1993 года, несколько видоизмененные, происходят не в зимних горах, а в белые ночи на Ладожском озере. Кроме того, появление новых персонажей меняет исход событий...

Повесть посвящается моей подруге Наде Савченко и замечательной актрисе Кэролайн Гудолл.

Пролог.

Арлингтон, штат Виргиния. 1969 год. Август.

Шестилетняя темноволосая девочка в джинсовых шортиках и ковбойке перебралась через ограду и осмотрелась в поисках мячика. Ей казалось, что он залетел именно сюда. И остановилась в недоумении, увидев, что на газоне ее мяча нет.

– Ты мячик ищешь? – спустилась с крыльца дома другая девочка, светловолосая, тоже в шортах и рубашке с короткими рукавами. – Он туда полетел, к Уитфилдам. Пошли, тут в ограде есть дыра, достанем его!

Марджи знала, что эту девочку зовут Кристель Пинкстон, и что осенью они вместе пойдут в первый класс. Мама Кристель была очень красивой, как киноактриса, и всегда нарядная. О Кристель Марджи знала меньше – эта девочка чаще сидела дома с книгой или играла в саду.

– А ты Марджи Беркли? – спросила Кристель, сбегая с крыльца. – Это у тебя 4 июля воздушный змей зацепился за орех?

Марджи промолчала. Этого змея она сделала сама, трудилась три дня, но все запомнили только то, как он повис на дереве...

– Твой змей был самым красивым на празднике, – Кристель раздвинула плети дикого винограда, и открылся проем в ограде, как раз для ребенка, и девочки пробрались в патио Уитфилдов. Мистер Уитфилд был начальником полиции, и его дом и газон считались самыми красивыми и опрятными в округе. Машина капитана всегда блестела, как зеркало. Про миссис Уитфилд говорили, что раньше она была королевой красоты штата, и когда она шла в магазин мимо детской площадки, девочки с интересом смотрели на эту невысокую худенькую женщину с каштановыми волосами и грустным лицом; ведь она была настоящей королевой!

Когда они с мужем, почтенным добродушным толстяком, появлялись вместе, то выглядели прекрасной парой.

– Он так высоко летал, – продолжала Кристель, – прямо, как самолет!

– Я летала на самолете, – Марджи выпрямилась и отряхнула шорты. – С родителями на Кейп-Код.

– Жаль, что люди не умеют летать как птицы, – вздохнула Кристель. – Поищи у крыльца, а я посмотрю у ограды!

Вначале Марджи не обратила внимания на шум, доносящийся из окон потому, что увидела под крыльцом свой мячик. Девочка полезла за ним, в азарте не замечая, что пачкает в земле одежду и не думая о взбучке от родителей. «Марджи, ты как мальчишка! – вздыхала мама, каждый раз, когда дочь приходила чумазая. – Почему бы тебе не брать пример с сестры, Кирсти никогда не лазает неизвестно где и не приходит домой таким поросенком!».

Потом звон бьющейся посуды и крики донеслись совсем рядом, над ее головой, и девочка явственно различила зов о помощи и ругань.

– Ты нашла мячик? – Кристель вылезла из кустов. – Если нас тут увидят, нам попадет!

Теперь она выглядела не хуже Марджи – опрятная светлая коса растрепалась, рубашка в зеленых пятнах, шорты – с пятнами земли.

– Что там? – тихонько спросила она, тоже услышав крики.

– Дерутся, – так же шепотом ответила Марджи. – И зовут на помощь. Может, на них напали?

– Надо позвать полицию, – потянула ее за руку Кристель.

Крики доносились уже над их головами; девочки различили голос миссис Уитфилд: «Нет, Редж, ради Бога, не надо!». Женщина уже охрипла от крика, и ее голос звучал так слабо, что девочки испугались: а вдруг она умирает?

Дверь с грохотом распахнулась, и женщина буквально выпала на крыльцо, ударилась лбом о столбик перил и, потеряв равновесие, опасно навалилась на них. Раздался оглушительный треск, и соседка вместе с частью перил повалилась вниз, и, когда она падала, девочки с ужасом увидели, что ее лицо все в крови.

– Бекки, а ну вернись! – раздался из дома насмешливый голос ее мужа, – разговор еще не окончен! Иди сюда, или так и не увидишь конец своего любимого сериала!

– Это он, – пробормотала Кристель, испуганно глядя на лежащую на земле женщину.

– Он бьет ее, – так же сдавленно прошептала Марджи. – Зас...ц! – выпалила она словцо, подслушанное у кузена-старшеклассника.

Мистер Уитфилд с красным потным лицом и выбившейся из брюк рубашке вышел на крыльцо.

– Бекки, чертова потаскушка, тебе особое приглашение надо? – просипел он и в замешательстве остановился, увидев жену, лежащую на земле, и встретившись взглядом с двумя парами испуганных детских глаз. Темноволосая синеглазая девочка, которая по годам скорее годилась старику Беркли во внучки, чем в дочери, сжимала яркий мяч. Несносная дочка Пинкстонов, белокурый ангелочек, которая давно напрашивалась на хорошую порку за свою манеру лазать по чужим дворам, цеплялась за спинку скамейки.

– Девочки, скорее вызовите «скорую»! – прокричал он, живо сориентировавшись, – скорее, моей жене плохо!

Он спустился с крыльца и склонился над женщиной:

– Бекки, ты меня слышишь? Я с тобой. Держись, дорогая, сейчас приедет врач...

*

– Он врет! – убежденно сказала Марджи, когда носилки вкатывали в машину, – ты же слышала, как он на нее орал, пока не увидел нас?

– Да, – согласилась Кристель, – это он бил ее. Надо сказать в полиции.

– Потому что иначе он потом убьет ее, – кивнула Марджи. – Пошли сейчас же!

*

Пышноусый помощник шерифа Сонни Валентайн не знал, как отделаться от двух девочек, прошмыгнувших к нему в кабинет. Они наперебой рассказывали ему, как Реджи бил свою жену, а она упала с крыльца, убегая. Одну из малышек угораздило забросить мяч через забор, и в его поисках они услышали шум из дома. «О, Господи, и почему я сегодня не остался дома, чтобы починить гидрант? Вот ведь геморрой! Ну ладно, Редж малость перестарался, вправляя мозги своей бабе, но не сажать же мне парня, с которым мы два года оттрубили в самой адской точке Нама? Может, Бекки сама напросилась... Отстегать бы ремнем этих соплячек, чтобы не совали нос в чужие дворы!».

Кое-как успокоив девочек и заверив, что принял их показания, Сонни сунул им по пакетику сока и леденцу на палочке и спровадил обеих. А потом взялся за телефон.

Приехавшим в участок матерям «свидетельниц» Валентайн посоветовал лучше следить за дочерьми; видимо, девочкам не понравилось, когда их отругали за шалости в чужом саду, и они явились в участок с дикой историей о уважаемом гражданине, шефе полиции, в отместку за то, что он не разрешил им безобразничать в его дворе. И прозрачно намекнул, что неплохо бы следить за тем, что читают и смотрят дети, потому, что если девочки позволяют себе фильмы или комиксы не по возрасту, это может навредить детской психике...

Это сильнее всего подействовало на обеих матерей. Кристель родилась восьмимесячной, очень маленькой и слабой, и врачи не давали ей ни малейших шансов... Натали и ее муж Генри пережили несколько недель кошмара, переселившись в отделение для недоношенных детей и сменяя друг друга у кувеза. День, когда врач сказал, что девочка развивается нормально, сравнялась с доношенными детьми и ее можно забрать из больницы, стал настоящим праздником. Но тревога за Кристель пустила такие глубокие корни в сердце миссис Пинкстон, что не покидала ее никогда.

Мэри Беркли родила дочерей-двойняшек Марджи и Кирстен очень поздно, когда они с мужем уже не думали, что смогут иметь детей. Всю беременность ее пугали возможными последствиями поздних родов, осложнениями, болезнями, патологиями... Когда родились совершенно здоровые крепкие девочки, «доброжелатели» нет-нет да и намекали Мэри, что проблемы у поздних детей могут проявиться в любом возрасте, и миссис Беркли постоянно обеспокоенно присматривалась к дочерям...

«Не может быть, чтобы наши девочки могли такое придумать назло мистеру Уитфилду, – думали матери, увозя дочерей по домам, – они шалуньи, но на такое коварство не способны. А вдруг о них начнут говорить, что они не совсем здоровы?.. Надо присмотреть за ними!».

*

Девочкам дома не дали повторить историю о том, что они видели. «Ну хватит! – рассердилась Натали. – Я сегодня же выброшу на помойку все твои комиксы, если ты еще раз заведешь об этом разговор!». «Дочка, видимо, надо действительно показать тебя врачу, если ты такое придумываешь!» – вздохнула Мэри Беркли.

Миссис Уитфилд после больницы перевели в санаторий для инвалидов, и у нее почти не было шансов когда-либо встать на ноги. Реджи Уитфилда все чаще видели в обществе миловидной секретарши...

*

– Нам не поверили, – констатировала Кристель, когда они забрались в шалаш, построенный в саду Беркли, пока их родители готовили барбекю накануне начала школьных занятий.

– А мои решили, что мы чокнутые, – Марджи понуро смотрела в сторону, – и сказали, что нас надо показать доктору для придурков. Но мы же в самом деле все видели...

– Да, – согласилась светловолосая девочка, – но предки верят не нам, а Уитфилду потому, что он взрослый, да еще и коп.

– Если ты ребенок, значит, дурак и врешь, так они думают, – сделала не по-детски суровый вывод синеглазая девочка. – А знаешь, что я хочу, Кристель? Когда я вырасту, меня никто бить не будет. Я стану сильной и буду всем давать сдачи.

– Я тоже, – кивнула Кристель, перекинув косу через плечо. – И не будем больше говорить об этом деле, раз нам никто не верит.

Марджи протянула ей руку, и они сцепили мизинцы в знак скрепления договора. Завтра им предстояло впервые идти в школу, но за этот месяц девочки словно повзрослели на много лет и получили хороший урок, который запомнится им на всю жизнь. Они стали немногословными, закрытыми, но учились хорошо и очень сдружились. После школы девочки избрали себе армейскую карьеру и прорвались в колледж ВВС, преодолев сопротивление родителей и игнорируя недоумение окружающих...

*

25 лет спустя. Начало марта.

– Летом будет 25 лет нашей клятве, – Марджи Беркли, второй пилот стратегического бомбардировщика «Роквелл» потянулась, разминая мускулистые руки. – И мы ее не нарушили, да?

– По-моему, только псих рискнет на тебя наехать, – ее напарница Кристель, первый пилот экипажа «Роквелла» отложила книгу и встала из-за стола. – Я тоже ни на день не забываю нашу клятву – никогда не быть слабыми и уязвимыми!

– Никогда не быть жертвами, – добавила Марджи. – Пойду-ка я на боковую. Занятия по физухе сегодня были адскими, а потом я зат...лась как верблюд в магазине автозапчастей...

– Ах, вот зачем ты туда ездила! – расхохоталась Кристель, и едва успела увернуться от диванной подушки.

– Каждый понимает в меру своей испорченности! – проорала Марджи, спешно захлопывая за собой дверь комнаты, спасаясь от ответного броска. Подушка гулко ударилась в створку. – Эй, охлади мотор, командир!

– Ну, я тебе это припомню, Беркли! Ладно, я тоже пойду отдыхать. Перед парным пилотажем надо быть в форме.

– Готовишься к шоу?

– Так же, как и ты.

– Пригласила «его»?

– А вот это, напарница, уже не твоего ума дело!

ЖЕЛЕЗНЫЕ ОРЛИЦЫ ВИРГИНИИ

1994 год. Начало марта. Арлингтон, штат Виргиния. США.

– Уф! Вечно берцы натирают мне ногу на марш-броске! – Кристель Пинкстон в изнеможении бросилась в густую траву и стала расшнуровывать ботинки. – Думала, сойду с дистанции!

– Скорее небо упадет в Потомак, чем кэп Пинкстон «спалится» из-за неудобных ботинок! – Марджи Беркли сбросила с плеч рюкзак и повалилась рядом с напарницей. Раскинув руки и тяжело дыша, девушка подставила разгоряченное лицо свежему речному ветерку.

– Мы опередили ребят минут на десять, – она прикрыла глаза, слушая, как чертыхается Кристель, воюя с непослушным шнурком. – Хороши как всегда!

Кристель справилась с обувью и тоже прилегла, закинув руки за голову и чувствуя, как дыхание возвращается в норму и отдыхают плечи, ноющие от тяжести рюкзака. В марш-броске на 15 миль девушки бежали с такой же выкладкой, как у парней, но капитаны Пинкстон и Беркли никогда не жаловались и поблажек не требовали. И если бы им предложили послабление, девушки отказались бы. Зато их радовало, когда они оказывались лучшими по результатам, получали похвалу от командования и тогда девушки забывали даже об усталости.

На поле с топотом и сопением стали вбегать другие участники забега, красные и запыхавшиеся. На ходу выпутываясь из лямок и бросая рюкзаки в траву, парни валились, как подкошенные.

– Девчонки, пристрелите меня, я труп, – Стэнли Макдугалл плюхнулся между Кристель и Марджи, которые уже сидели, прислонившись к своим рюкзакам, и потягивали кока-колу из баночек.

– А на фига тогда пули тратить? – шутливо толкнула его в грудь Марджи, – ты уж определись – то ли тебя пристрелить, то ли ты труп!

– Пончики в столовке – твои враги, – Кристель достала из кармана куртки еще одну баночку колы, – на, лови, это получше пули будет!

Стэн откупорил банку, одним глотком выдул половину ее содержимого и благодарно улыбнулся:

– Ты настоящий друг, кэп Пинкстон!

Трудно было представить менее похожих друг на друга женщин, чем 31-летние миловидные капитаны ВВС, пилоты бомбардировщика. И тем не менее, это были лучшие подруги. Они дружили с детства, вместе учились в летном колледже, начинали служить, налетали много миль и прошли три боевые кампании. Кристель не желала себе другого напарника. Марджи не представляла себе полетов с другим командиром. Железные Орлицы, так прозвали девушек, были настоящей легендой ВВС Среднеатлантического района.

Кристель была скорее похожа на кинозвезду, чем на пилота – высокая, изящная, светловолосая, с большими зелеными глазами. Но свои густые золотистые волосы она неизменно стягивала в тугой пучок, а на красивом лице – ни капли косметики, и не по-женски суровое выражение.

Марджи, круглолицая синеглазая шатенка, стриглась по-мужски коротко, прятала контуры фигуры под камуфляжем или широкими штанами и майками и вела себя, как парень; ее часто принимали за юношу. Девушка была очень мускулистой, легко могла вытолкнуть увязший в грязи джип или выжать 150-фунтовую штангу.

Кристель отличалась спокойным замкнутым характером. Марджи – прямолинейная, резкая, задиристая. Но это не мешало их дружбе. Они были идеальными напарницами. Казалось, что кроме штурвала, авиакарт и физподготовки для Орлиц ничего не существует...

*

– Уже знаешь, чем займешься в выходной? – Марджи, склонившись над столом, собирала миниатюрную модель вертолета «Апач». Сейчас ей предстояло закрепить крошечный пропеллер. В гостиной их квартиры в офицерском корпусе уже стояло немало таких поделок; все больше военная техника. Еще больше моделей Марджи раздарила друзьям.

Кристель отложила простой карандаш и стала штриховать рисунок цветными карандашами прежде, чем ответить.

– Думаю, что знаю, – ответила она. – А ты просидишь за столом над очередной моделью истребителя? Кстати, сегодня твоя очередь стирать пыль с коллекции того, что мы еще не раздарили.

– Завидуешь моему таланту моделиста? – парировала Марджи. – Что ты рисуешь? – она отложила вертолет и с наслаждением потянулась, подойдя к подруге. – Можно глянуть?

– Можно, – Кристель отошла. – А я пока приготовлю кофе, чтобы успокоить твои нервы после того, что ты увидишь...

– Это тебе сейчас «скорая» понадобится! – заорала Марджи, обретя дар речи. – Что это за рожа? И почему под ней стоит мое имя?!

– Проблемы со зрением, напарница? – рассмеялась Кристель из кухни. – Если ты уже себя не узнаешь, дело плохо!

– Сейчас ты себя не узнаешь! – Марджи кинулась в атаку. – Когда-нибудь я обижусь на твои шаржи.

– А это не шарж, – Кристель ловко ушла в сторону, – видела бы ты свою физиономию сегодня на последней миле!

– Не видела, – легко согласилась Марджи, – придется верить тебе на слово, – она не умела долго обижаться. Опершись на край стола, девушка перелистывала альбом. – Кстати, портретист из тебя неважный. Мне больше нравятся твои пейзажи, я тебе об этом говорила?

– Всего сто раз после Рождества.

– И сто раз ты меня прослушала... Слушай, не показывай Стэну этот рисунок. Он расстроится от того, каким ты его видишь. Или ты рисовала Джонни Деппа? – Марджи перевернула страничку. – О, наконец-то удачный портрет! – она рассматривала изображение мужчины средних лет на развороте.

Смутившись, Кристель хотела захлопнуть альбом, но тут из кухни донесся запах подгоревшего кофе. Девушка ахнула и бросилась обратно.

– Все серьезнее, чем я думала? – покачала головой Марджи и закурила. – Раньше у Кристель никогда не убегал кофе. И кажется, я поняла, какие у нее планы на выходной...

*

Звонок телефона раздался, когда Марджи вытиралась после душа. Завернувшись в полотенце и шлепая босыми ногами, девушка выбежала из ванной. Только один человек ухитрялся звонить ей в самый неподходящий момент. И она не ошиблась.

– Привет, Мэй, – бархатный голос Телмара безотказно действовал на всех женщин, кроме капитана Беркли, которая так же равнодушно относилась к внешней привлекательности обаятельного спортивного парня с лондонским акцентом, бывшего центра нападения сборной морпеха по американскому футболу. – Откуда я вытащил тебя на сей раз?

– Из душа, – спокойно ответила Марджи. После 20 лет дружбы (пятый класс, летний лагерь, перевернувшаяся на порогах байдарка, воспитатель, забивший «косячок» перед походом) она спокойно относилась к мелким оплошностям Телмара. Парень, с которым они в 11 лет выбрались из такой опасной истории имел право на снисхождение. Да и потом, Телмар был ее вторым настоящим другом, после Кристель...

– Увидеть бы! – зачмокал губами Телмар.

– Перетопчешься, – Марджи надежнее прикрыла полотенцем грудь, как будто парень и впрямь мог ее увидеть.

– Жестокая! Лишить человека последней надежды! – заржал Телмар. – Слушай, я тут кое-что придумал на выходные. Не хочешь впрыснуть в кровь адреналина? Что скажешь о полете на дельтапланах над рекой?

– Скажу, что это здорово, – Марджи оживилась в предвкушении увлекательного отдыха. – Где и во сколько встречаемся?

*

Кристель с телефонной трубкой возле уха забралась с ногами на подоконник. Сменив джинсы и майку на цветастый халатик, девушка преобразилась. Особенно красили ее румянец и блестящие глаза.

Когда этот человек позвонил ей назавтра после первого свидания, Кристель поймала себя на том, что очень на это надеялась.

Договорившись о встрече, она открыла шкаф и критически оглядела свой гардероб. «Да, на второе свидание уже трудно подобрать одежду. И в магазин я уже не успею. Ладно, – Кристель вытащила черный джинсовый костюм и красную маечку, – в конце концов, он встречается со мной, а не с моей одеждой и, если при первой встрече я понравилась ему в джинсах и куртке, значит, могу и дальше оставаться сама собой!».

Из комнаты Марджи донесся взрыв хохота. Конечно, подруга договаривается с Телмаром об очередной экстремальной забаве. Экскурсия по крышам или прыжки с «тарзанки»? Парочка адреналинщиков. «Лучше бы просто парочка!».

*

– Ты был прав насчет ее подруги, – мужчина, которого изобразила в альбоме Кристель, вальяжно устроился в кресле, смакуя баккарди. – Я присмотрелся к ней в прошлый раз и знаю, как вести себя дальше. А что у тебя?

– Завтра встречаемся на шоу дельтапланеристов, – Телмар взял стакан с двойным виски со льдом. – Шеф, а вы уверены? Мэй иной раз без тормозов, если взбрыкнет...

Мужчина смерил его холодным насмешливым взглядом, от которого парень запнулся и умолк. Шеф, крупный седеющий мужчина лет 45, одетый во все черное, легкий в движениях, несмотря на комплекцию, поднялся с кресла. Отпив рома, он ответил:

– А это уже твоя забота. Если ты не знаешь, как себя вести с давней подругой, не ошибся ли я, взяв тебя в группу? Очень жаль, если я в тебе ошибся.

«Будь она моей телкой, все было бы проще. Но для этого мне нужно превратиться в самолет. Парни ей не нужны, а их отсутствие Мэй замещает адреналином и если поймет, что мы вовлекаем их в „грязные танцы“, не посмотрит на старую дружбу, влепит мне „маслину“ между глаз. А если я не смогу ее обработать, то же самое сделает со мной шеф. У него многое завязано на этом деле, чтобы отказаться от него из-за упрямой девчонки. И зачем ему именно они? Мало, что ли, пилотов?..».

– Ты ведь умеешь вести себя с женщинами, – продолжал шеф, – не мне тебя учить.

После этих слов командира Телмар приосанился.

– Я справлюсь, – ответил он.

– Удачного шоу! – чуть улыбнулся шеф.

*

Куонтико. Штат Виргиния.

Кеннет приложил руку козырьком ко лбу, всматриваясь в два мотоцикла, заруливающих на луг с междугороднего шоссе. Он сразу узнал второй «харли» и смял в кулаке жестянку из-под спрайта:

– Все, парни, прощайтесь со своими задницами. Телмар опять привез свою бестию. Интересно, что они замутят сегодня?

– Ты каждый раз это говоришь, когда она приезжает, однако твоя черная задница все еще при тебе, – заржал длинноволосый блондин Дерек. – А по мне, деваха что надо, мне как раз такие, с огоньком, нравятся.

– Тогда пригласи ее пропустить по стаканчику, – усатый шатен Брайан в последний раз проверял свое снаряжение. – С Телмаром она только по крышам скачет и на «байке» гоняет, так что путь свободен. Может, у тебя получится? – поняв, что проговорился; о своей неудачной попытке приударить за Марджи он друзьям не рассказывал, усач скомкал конец фразы и с удвоенным рвением занялся дельтапланом.

Кеннет смерил оценивающим взглядом вышагивающую рядом с Телмаром девицу в кожаных штанах и черной майке. Женщины-военнослужащие мало привлекали этого долговязого спортивного негра. Он по контрасту предпочитал более женственных. А эта девица все делает, чтобы не отличаться от мужиков, да еще ее привычка к экстремальным забавам. Вроде адреналина летчикам и на работе хватает, а ей все мало.

– С каких пор вам нравятся громилы? – спросил он. – Разве может нормальный мужик тащиться от девки, которая и на бабу-то не похожа?

– Ты на что это намекаешь, ниггер? – угрожающе сощурился Дерек, сжав в могучем кулаке гайковерт.

– Я не намекал, – Кеннет прихватил гаечный ключ и тоже поднялся, – а ты что подумал?! И еще, как ты меня назвал?!

– Парни, брэк, – поднял голову Брайан, – мы же сюда не драться приехали!

– Нет, пусть объяснит, кем он меня считает? – набычился Дерек.

– А я не понял, чего он нарывается? – ощерился Кеннет. – В Гарлеме за такое на «перо» ставят!

– Придурки, мать вашу, – махнул рукой Брайан. – Интересно, что шеф скажет, когда узнает.

Упоминание шефа погасило разгорающийся конфликт.

– А что? – Кеннет шагнул назад. – Уже есть дело?

– Не ори, – Брайан взглядом указал на подходивших к ним Телмара и девушку, – она не в курсе.

– Ну, два слова-то сказать успеешь? – Дерек сунул отвертку в карман джинсов. – Что у них там, все слажено?

Брайан понизил голос:

– На днях в Атлантик-Сити приезжает тот тип, который был с нами в деле в прошлом году. Так что нужно быть наготове, шеф может дать отмашку в любой момент.

– Опять дело в России? – скривился Кеннет. – Охренеть. В прошлый раз нам здорово надрали там задницы, чуть всех не угробили!

– Не нравится работа, никто тебя не держит, – сплюнул Дерек. – Опять хочешь краденые тачки перекрашивать?.. Тогда поговори с шефом, может, он будет в хорошем настроении и «маслиной» не накормит.

– Дело такое, что потом можно не беспокоиться о нищей старости, – небрежно обронил Брайан. – Большую часть прибыли разделят шеф с тем парнем, и нам тоже хватит. Я давно подумываю о собственной яхте и кругосветке с тёлками...

– А что за дело? – поинтересовался Кеннет.

– Потом узнаешь. Привет, Телмар! Привет, Стрела! Как твое ничего? – Брайан с преувеличенным рвением приветствовал товарища и его подругу.

Марджи в ответ так хлопнула его по плечу, что Брайан присел на корточки, и сбросила рюкзак в траву.

– Мое ничего на высшем уровне, – ответила она.

– Опять сцепились? – спросил Телмар у Дерека. – Я видел издалека, вы вроде собирались набить друг другу морды.

– Надо же было скоротать время, дожидаясь тебя, – сплюнул Кеннет. – Ты задолбал со своими опозданиями. В морпехе ты тоже так опаздываешь?

– Если бы опоздавших заставляли мыть сортир, как у тебя в десантуре, я бы тоже приходил вовремя, – не остался в долгу Телмар.

– Да ты... – побагровел от бешенства негр. Марджи резко поднялась, сжав в кулаке гаечный ключ.

– Ребята, черт возьми! – возмутилась она. – Меня достало слушать, как вы дерете глотки! Если вздумаете подраться, я вас отправлю поплавать, остудиться, – она кивнула в сторону берега.

Зная, что у Мэй слово с делом далеко не расходится, Телмар первым отступил:

– Ладно, все о-кей, мы спокойны!

– Башкой тебя в толчок, – посулил ему Кеннет и отошел, чтобы проверить крепления своего дельтаплана. Через плечо он покосился на невысокую, но плечистую Марджи. Да, с этой станется и впрямь окунуть кого-нибудь. И права будет, он не затем приехал на шоу, чтобы подраться с придурком Дереком или уродом Телмаром, которые вечно нарываются. Не стоит доставлять им такое удовольствие...

Марджи не нравились друзья Телмара, и не только потому, что они вечно переругивались и норовили затеять драку. Что-то в них не внушало девушке доверия. «Вышибалы какие-то! и вечно в напряге...». Но она списывала это на обычную ревность; многие девушки, досадуя на то, что их приятель много времени проводит с друзьями, видят их в искаженном свете. Может она в глубине души хотела бы остаться единственным другом Телмара, вот и выискивает недостатки в его армейских приятелях...

Успокоив себя таким образом, девушка вернулась к сборке дельтаплана.

Арлингтон, штат Виргиния. США.

Кристель очень понравилось, что новый знакомый ждал ее возле своей машины на парковке. Его темно-серый костюм и черная водолазка от «Босса» даже издали выглядели дорогими и качественными; так и должен одеваться джентльмен, имеющий свое дело в столице. А Эрик Ливингстон, как представился ей этот человек, был владельцем сети кофеен в Вашингтоне и собирался расширить свой бизнес.

Ливингстону было под 50, но выглядел он гораздо моложе, высокий, крупный мужчина, он был очень быстр в движениях. В нем угадывалась внутренняя сила и уверенность в себе. Темно-русые с проседью волосы начали уже редеть над лбом, но лицо было гладким, без морщин, с крупными четкими чертами. Серые цепкие глаза, казалось, насквозь видят собеседника. Впрочем, сейчас, когда он при виде девушки улыбнулся ей, эти глаза потеплели.

Наметанный взгляд Кристель сразу определил военную выправку. «Спецназ или авиация, – подумала она, – либо недавно снял погоны, либо тренируется».

«А она весьма недурна, когда меняет свой камуфляж на более женственную одежду, – Эрик скользнул взглядом по ладной фигурке, обтянутой черными джинсами и красной маечкой, оставляющей открытой полоску загорелой кожи на талии.

– Впервые вижу женщину, которая приходит вовремя на встречу, – сказал он.

– Рабочая привычка, – Кристель перекинула через руку джинсовую куртку и надела солнцезащитные очки, – довольно быстро вырабатывается у летчиков.

*

– И все-таки меня удивляет, – когда они выходили из ресторана, Эрик возобновил разговор, начатый еще по пути, – даже в нашем обществе, где гендерное равноправие практически победило, редко встретишь женщину-пилота ВВС… Вам, Кристель, наверное, нелегко было на пути к мечте?

– Да, за штурвалом «Роквелла» все как-то привыкли видеть мужчину, – после пары часов общения Кристель совсем разоткровенничалась; Эрик был остроумным и интересным собеседником, но главное – умел слушать и этим расположил ее к себе. – Хотя это действительно предрассудки. Как говорит моя подруга, пилоту важнее всего иметь голову, а не… – она осеклась. – Дальше цитировать не буду, иногда Марджи выражается очень экспрессивно.

Ливингстон ободряюще улыбнулся, и девушка продолжила:

– Даже в военном колледже приходится преодолевать ироническое отношение командования и сокурсников-мужчин…

– Да, женщину в небе привыкли видеть в форме стюардессы пассажирского лайнера, а не в кабине пилотов, – согласился Ливингстон, – стереотипы живучи. Тем более ваша целеустремленность внушает уважение.

– Вижу цель, не вижу препятствий, – ответила девушка, – это наш с подругой девиз.

– Браво, – Эрик взял ее под руку, – девиз, достойный сильной личности!

Кристель рассмеялась. Периодически она тяготилась своим положением одинокой женщины, особенно после 30 лет, и время от времени пыталась скрасить одиночество, но многие парни, которые охотно знакомились с миловидной блондинкой, пасовали при общении с военной летчицей. Профессия наложила отпечаток на характер Кристель; кокетство и флирт были чужды ей, а резкий нрав повергал ухажеров в уныние. Как правило, уже вскоре собеседник скисал, мямлил, отводил глаза, а потом и вовсе вспоминал о семейном празднике или важном звонке на домашинй телефон… И Кристель не особо огорчалась; как правило, она успевала разочароваться в кавалере еще быстрее. «Не мое!».

«Не понимаю, – качала головой Марджи, – почему тебя это так напрягает? Я особо не парюсь по этому поводу. У меня тоже нет парня, но есть любимая работа, хобби, друзья, и этого достаточно. А когда я встречу человека, который повлияет на мою систему ценностей, я сразу его узнаю!». «А как я найду «своего» человека, если не буду проводить смотрины?» – спрашивала Кристель. Марджи только громко хмыкала и склонялась над новой моделью истребителя или вертолета.

А Эрик не только не стушевался, беседуя за обедом о работе девушки, но, кажется, даже воодушевился; она ему интересна. Он не сводит с Кристель теплого взгляда, бережно держит под руку и несколько раз мимолетно приобнял за талию, демонстрируя еще и мужской интерес, но не переходя грань. Это тоже выгодно отличало его от других кавалеров, которые считали, что на втором свидании можно уже особо не церемониться.

Как правило, на этом Кристель все резко обрывала. «Кажется, это «он», – подумала девушка, – я встретила «своего» человека!».

Прощаясь с ней вечером у ворот офицерского корпуса, Эрик улыбнулся:

– Спасибо вам, Кристель. Вы удивительная женщина, с вами общаться одно удовольствие. У меня будет еще такая возможность?

Кристель почувствовала, что краснеет от радости, и кивнула.

Ливингстон галантно поцеловал ей руку, задержав ее пальцы возле губ, и прошептал:

– Жаль, что следующий выходной у вас так нескоро. Но я непременно приду на авиашоу, чтобы посмотреть, как вы пилотируете «Роквелл»!

– Потренируюсь, чтобы не разочаровать вас, – оживленно откликнулась Кристель.

Взбегая по лестнице мимо лифта, она напевала веселую песенку и прыгала через две ступеньки.

В квартире горел свет; Марджи уже вернулась из Куонтико. «Наверное, переполнена впечатлениями после шоу дельтапланов. А у меня тоже есть, чем поделиться!».

*

Эрик вел машину, держа руль одной рукой.

– Успехи есть? – спрашивал он по сотовому телефону. – Ну так ускоряйся. Да, во вторник он прибывает в столицу. Мы должны быть готовы. Что опять? Хорошо, поговорю с ними, – он набрал другой номер. – Уже знаю о сегодняшнем и недоволен. Постарайтесь больше не отвлекаться на свои глупости перед ответственной работой. Хорошо, что вы об этом помните. Что еще? Да? Понятно. Не мешайте ему.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю