Текст книги "Легенда о вампирах"

Автор книги: Ана Шерри

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Глава 13

Ален сидел за своим столом с невозмутимым видом.

– Не успел тебе сказать. Вчера Бьюрд передал мне свой пост, поэтому я к тебе опоздал. Принимал дела.

В душе Лии разгорался гнев. Хотелось наорать на этого самоуверенного наглеца, но слова пропали. Она обвела взглядом кабинет. Мебель из красного дерева, часы во весь человеческий рост и тихо бегущие стрелки. Два шкафа с медицинской литературой – библиотека, которую он собирал, наверное, еще со времен ее рождения, – отлично вписывающиеся в интерьер, несколько больших окон с видом на сад. На полу темный ламинат, отполированный до блеска, а сверху небольшой светлый арабский ковер. Даже ручка на его столе – золотой «Паркер». Ее взгляд остановился на черной фигуре грациозной лошади, поднимающейся на дыбы, рядом с компьютером. Она никогда прежде не замечала такого убранства у Бьюрда. Все величественно. Под стать ему – Алену.

И вдруг ей стало смешно. Ко всему этому убранству нужна королева. А не она – медсестра из второго отделения городской больницы. В голове пронеслись воспоминания того времени, когда она только устроилась на работу. Люди говорили про идеальную репутацию Алена, отношений с медсестрами он не допускал. Теперь она понимала его. Он был слишком высоко, чтобы опуститься. А что сейчас? Он добился наконец того, чего ждал очень долго. Еще одна мечта сбылась. Он теперь король. Он даже не удосужился ей об этом сказать, поделиться такой новостью. Значит, она не была его королевой, она была для него медсестрой, похотью, развлечением.

Ален встал из-за стола и направился к ней, но Лия остановила его рукой:

– Не надо.

– Лия, я просто забыл. Да, я забыл. Ты так накинулась на меня, что я и имя свое бы не вспомнил.

– В машине сегодня утром ты вспомнил даже Мариана Визарда. Но только не то, что ты теперь начальник! Любовь подразумевает делить все горести и радости.

– Только не говори, что ты от меня ничего не скрываешь.

Он явно намекнул ей на разговор о ключе. Да, она не рассказала ему всей правды про Мариана, но это не ее секрет.

– Я храню то, что не мое. Я не могу выдать чужую тайну. Она мне не принадлежит.

– Если любовь подразумевает делить горести и радости, то и чужие тайны, которые ты носишь в себе, которые давят и гнетут тебя, выедают тебя, как черви, ты обязана делить. Поделившись, ты избавляешься от части груза. Если это любовь. Но ты молчишь.

– Ты тоже о многом молчишь.

– Да. И ты даже не представляешь, как мне хочется тебе все рассказать, но я молчу ради твоего спокойствия.

Лия гордо расправила плечи, желая перевести тему. Ален отошел к окну и лбом коснулся стекла. Ему сейчас еще разборок не хватало.

– Я пришла по делу. Так бы в жизни не пришла.

– Я так и подумал.

– Я хочу работать вместо Мери в отделении банка крови. Ты как начальник можешь меня перевести.

Он резко обернулся к ней.

– Ты спятила? Никогда! – Ален отошел от окна и направился к ней. – Никогда, слышишь, даже не думай об этом. И вообще, закройся в своем кабинете и никуда не выходи. Либо я так завалю тебя работой, что тебе даже спать некогда будет.

Он, случайно, с Марианом не созванивался? Они оба сошли с ума?

– Если вы, – она сделала ударение на «вы», – завалите меня работой, то я уволюсь.

– Отлично! – он повысил голос. – Я буду только рад. По крайней мере, я буду уверен, что с тобой все в порядке.

Она нахмурилась:

– Ну раз так, то я буду работать все выходные.

– По закону не положено.

– Ну тогда я буду спускаться в отделение банка крови каждый час. И ты ничего не сделаешь.

Он схватил ее под локоть и прошипел:

– Увижу – вырву сердце из твоей прекрасной груди. Хотя нет, лучше свяжу и буду выпивать из тебя все соки. Каждый вечер, приходя домой.

Она открыла рот, чтобы ответить, но он опередил ее:

– Не зли меня. В гневе я очень опасен. Ваш рабочий день, Лия Бран, уже скоро закончится, вы вообще сегодня работали? Скоро на вас поступят жалобы от коллектива.

Она с силой замахнулась на него в надежде попасть в сердце, но он увернулся. Лия развернулась к выходу.

– Жалко мебель ломать. – Открыв дверь, она вышла.

– Белокурая бестия! – крикнул Ален ей вслед.

* * *

Лия бежала вниз быстрее, чем поднималась. Хотелось прийти к себе в кабинет и закрыться, чтобы никто не тревожил. Этого ведь хотел Ален. Она так и сделает.

По пути она налетела на поднимающегося Марка Вольфа.

– Доброе утро, вы собьете меня с ног.

Она посмотрела на него. Такое ощущение, что это уже где‐то было.

– Простите.

Она обошла его, но его голос снова заставил ее остановиться:

– Примите мои поздравления.

– Какой повод? – не поняла Лия.

– Ален Дандевиль взял правление в свои руки. Вам уже завидуют многие девушки в этой больнице. Вы же его фаворитка.

Лия остолбенела.

– Какая фаворитка? Вы о чем? Я не имею к начальнику Дандевилю никакого отношения.

– Так уж не имеете? А мои глаза говорят другое. Вы очень интересная пара. Вас влечет друг к другу. Пока. Но вскоре вы ему надоедите. Ему захочется чего-то более дорогого.

Она смотрела в его зеленые глаза, и на долю секунды ей показалось, что они стали ярче.

– Возможно, вы хотели встать на место Бьюрда, но не вышло, и теперь свое зло срываете на мне. У вас не получилось.

Девушка продолжила спускаться к себе. Зайдя в сестринскую и сообщив плохую новость Нине и Мери о том, что начальник не разрешил меняться рабочими местами, она пошла к себе в кабинет и закрылась на ключ.

Сев на стул, она взяла телефон в руки и еще раз прочитала сообщение от Мариана:

«Привет, родная. Кажется, я вспомнил кое-какие слова про чуму: «Зло, крадущееся, как зеленая чума, к людям». Надеюсь, это тебе не пригодится и ты не сунешь свой маленький носик туда, куда тебе не следует. Береги себя».

«Зло, крадущееся, как зеленая чума, к людям». Лия задумалась и почему-то вспомнила Марка, как он сказал ей о том, что вскоре она надоест Алену. Теперь, когда Ален занимает этот пост, нужна ли ему такая, как она? Эти мысли мешали думать о зеленой чуме. Она отогнала их подальше и еще раз перечитала сообщение, потом снова и снова.

Зло.

Как зеленая чума.

Крадущаяся к людям.

В принципе, подошло бы в их ситуации: зло причиняют именно людям, они, умирая, становятся зелеными. Но кто это зло? Может, Бенедект и сказал перед смертью, но Мариан не запомнил?

Она снова вспомнила тот день, когда они сидели в библиотеке, разговаривали про переливание. Лия шутила тогда над Марианом. Она отложила телефон и стала вспоминать, массируя виски. «Он еще говорил о крови одного или двух», – сказал тогда Мариан. Да! Она еще пошутила про переливание. Кровь одного или двух. И что? Что это дает?

Новое сообщение вывело ее из размышлений, она открыла его:

«Дорогая моя, спасибо за подсказку, буду искать книгу. Возможно, ты права. Весь день думал о словах Бенедекта, вспоминая их, и вспомнил кое-что еще: он сказал, что мое время придет нескоро (я тогда подумал, может, лет через пятнадцать), я кому-то должен помочь уничтожить зло, крадущееся, как зеленая чума, к людям. Он сказал, что его (Бенедекта) смерть дарует мне жизнь. А потом просто обрывки слов: кровь двоих… одного… выпить… Еще сказал беречь ее, но что, не знаю, может, жизнь».

Лия перечитывала сообщение снова и снова, явно Мариан уже на пути к разгадке своей долгой жизни. И понятно, что он должен кому-то помочь справиться с этой чумой. Кому? При чем тут кровь, да еще в таком количестве?

Она написала ему ответ:

«Скорее всего, узнаем больше, когда ключ откроет то, что ты ищешь».

Убрала телефон и принялась за работу, временами включая его и перечитывая сообщение. А кто должен выпить кровь? Не Мариану же надо ее пить? Кровь двоих…

– Дьявол, Ален, – выругалась Лия, взяв очередную карту из большой стопки. Еще одного пациента взял себе. Нет его подписи. Она уронила голову на клавиатуру. Она не пойдет к нему. Закинув карту подальше, она взяла другую.

* * *

– К вам следователь, шеф, – сказала по телефону секретарша.

– Пусть проходит.

В кабинет вошел следователь – высокий мужчина средних лет. Ален приветствовал его рукопожатием.

– Присаживайтесь. – Доктор указал на один из красивых стульев, стоящих возле стола для переговоров, а сам сел напротив.

– Поздравляю вас с новой должностью, хотя я и так с вами общался больше, чем с вашим прошлым начальником.

– Спасибо. Какие новости?

– Да, я опросил… Ах, мы же с вами вместе ходили по отделениям вчера. У всех алиби, но, как выяснилось, роли это уже не играет, так как девушка умерла сразу после инъекции.

– О какой инъекции вы говорите? Тех укусах на ее руке? – Ален насторожился.

– Каких укусов? Я не видел укусов. Девушка была наркоманкой. Это были следы инъекции от наркотиков. Экспертиза показала в крови морфин. Дело закрыто. Преступника не существует.

Алену казалось, что он сходит с ума! Какие наркотики? Он знал Кристину, она не была наркоманкой.

– Я бы на вашем месте проверил всех сотрудников на наличие инъекций. Возможно, реализация происходит в больнице. Не факт, но возможно. К сожалению, мы не можем контролировать вашу организацию. Но можем посодействовать вам в поисках. – Он протянул Алену визитку. – Звоните, если что.

Следователь ушел, Ален еще долго крутил в руках его визитную карточку, потом смял и выкинул. Черта с два наркоманка! От морфина не зеленеют, как трава в огороде. Все подстроено. Или нет? От размышлений разболелась голова, Ален закрыл ладонями лицо и потер переносицу.

В дверь постучали.

– Войдите, – сказал он, не вставая.

– Прошу прощения, здравствуйте, – зашла в кабинет Нина. – У нас проблема.

– У всех проблемы.

Нина по своей натуре была очень скромным человеком и, не сообразив, что отвечать начальнику на его колкость, растерялась.

– В чем проблема? – смягчился Ален.

– Мери отказывается работать в отделении банка крови.

Он закатил глаза. Вот сейчас как раз только Мери не хватало!

– Пойдемте, Нина, разберемся с ней.

Они спустились на второй этаж и зашли в сестринскую, где за столом сидела плачущая Мери.

– Ну и что тут сидеть и реветь, когда можно идти и работать?

– Вот идите и работайте там сами, а я хочу жить! – пробубнила она и подняла на Алена заплаканные глаза.

– Мери! – Нина была ошарашена ее поведением, но, возможно, это все нервы.

Ален обернулся к Нине.

– Оставьте нас, пожалуйста, я хочу поговорить с ней наедине.

Нина кивнула и вышла. Ален взял стул и сел напротив Мери.

– Вы хорошо знали Кристину?

– Только по работе. Ну пару раз ходили в бар, один раз на дискотеку.

– Кристина употребляла наркотики?

Мери посмотрела на него ошарашенными глазами:

– Да вы что? Никогда. Нет.

– Вы уверены в этом? В последнее время не замечали за ней странностей?

Мери задумалась и отрицательно мотнула головой.

– После того как мы с ней пришли к вам с укусами на шее, странностей больше не было. Хотя однажды я сменяла ее после ночи… У нее появился новый укус на руке.

– Когда это было?

– Совсем недавно. Она мне его показала.

Ален задумался, потом снова обратился к ней:

– Почему же вы не пришли ко мне?

Она пожала плечами, неуверенно мотая головой.

– Возможно, Кристина не хотела.

– Странно. – Ален встал. – То вы бегали к начальнику каждый раз, когда обнаруживали у себя на теле новые царапины, то вдруг… – Он замолчал. Бегали тогда, когда это было кому-то выгодно, чтобы навести панику. А когда кому-то понадобился труп, он не стал заморачиваться, он и так был уверен, что наступит паника. Значит, он мог питаться кровью и мог вводить яд. Отдельно одно от другого.

– Мне нужна точная дата, когда Кристина обнаружила у себя на руке следы.

– Я не помню, – заныла Мери.

– Так вспоминай! – крикнул Ален, и она замолчала.

– Три дня назад.

Действие яда – три дня. Ален снова сел.

– Ты хочешь в отпуск?

– Конечно. – Глаза Мери засияли.

– Тогда пиши заявление, я подпишу.

Мери воскликнула от восторга и зажала рот рукой:

– Вы самый лучший начальник на свете, я это всегда знала. Спасибо вам.

Ален встал и направился к выходу. Спасибо пусть скажет потом, если они тут все выживут. Он кивнул медсестре и пошел к Нине.

Проходя мимо кабинета Лии, он надавил на ручку, но дверь была закрыта. Пришлось постучать – молчание.

– Это все нервы, – сказала проходившая рядом Нина и тоже постучала в дверь:

– Лия, открой, это Нина.

Лия открыла дверь и, увидев перед собой Алена, захлопнула ее обратно.

– Она переживает из-за ухода Бьюрда, – объяснил он Нине.

Дверь снова открылась, но зайти он не рискнул.

– Нина, я могу с вами поговорить? У меня пара организационных вопросов. Поднимитесь ко мне минут через двадцать.

– Конечно, – кивнула она и пошла к Мери.

На голос Алена вышли врачи всего отделения.

– Доктор Дандевиль, – старый Ширей пожал ему руку, – примите мои поздравления. Я повидал много на своем веку, но такого стремительного в карьере молодого человека – впервые. Вы заслужили это место, много сделав для этой больницы. Вы улучшили технологии, внедрили много нового. Вы лучший из нас всех и достойны быть нашим шефом. А мы, в свою очередь, пойдем вслед за вами, поддерживая вас во всем.

Ален даже не ожидал услышать такие слова от человека, который проработал здесь большую часть жизни.

– Благодарю, доктор Ширей. Эта больница держится на таких, как вы, а мы, молодые, слегка ее улучшаем.

Они засмеялись. Лия, сидевшая за компьютером, все слышала. Она улыбнулась тоже. Как красиво сказал Ширей и как интересно ответил Ален. А ведь это все чистая правда. На сегодняшний день начальника лучше здесь нет. Ален отлично справится. Она почувствовала гордость за него. Но, вспомнив утреннюю ссору, опять разозлилась.

– Доктор, – Лоан протянул свою руку, – примите и мои поздравления, мне есть чему у вас поучиться.

– Спасибо, Эмилиан. – Ален пожал ему руку. – У вас отличный педагог, – он, улыбаясь посмотрел на Ширея, – вскоре вы составите мне конкуренцию.

– Ну, доктор Ален Дандевиль, – Марк подошел ближе с протянутой рукой, – поздравляю. Надеюсь, с увеличением административной работы вы не покинете наших пациентов и, возможно, мы еще встанем вместе к столу в операционной?

– Если надо будет, придется работать по ночам. – Ален вложил свою руку в руку Марка, и тот резко отпрянул, хватаясь за нее другой.

Ален насторожился.

– Извините, – тут же начал оправдываться Марк. – Просто я сегодня ушиб руку. Совсем забыл уже об этом, думал, прошла.

Алену на секунду показалось, что Марка что-то напугало. Он посмотрел на свою ладонь, потом перевел взгляд на Вольфа.

– Прошу простить меня, если причинил вам боль. Может быть, сделать снимок, чтобы исключить перелом?

Он почти и не дотронулся до его руки.

– Да, чуть позже сделаю, сначала зайду к пациенту.

Марк еще раз посмотрел в черные глаза Алена и пошел по коридору. Тот проводил его взглядом, нахмурив брови. Он уже начинал подозревать всех. Это просто обычный ушиб. Ален отогнал от себя дурные мысли и обратился к Ширею:

– Доктор Ширей, прошу вас подойти ко мне минут через пятнадцать. Надо кое-что решить по работе.

– С великим удовольствием, шеф.

Ален кивнул и зашел к Лие в кабинет. Она сидела, не отрываясь от монитора, делая вид, что усердно работает. Он прикрыл за собой дверь.

– Чтобы ты начала работать, а не бегала с бредовыми идеями, нужно было тебя как-то подтолкнуть.

Мимо него пролетела ручка, но он увернулся.

– Деревянного карандаша не нашлось, что ли?

Лия молча встала и подала ему карту, где не было его подписи.

– Не все работают идеально, доктор Дандевиль. У вас тоже есть огрехи.

Он достал свой «Паркер» и расписался.

– У меня есть грехи, Лия. И ты один из них. Маленькая ведьма.

– Зачем ты созываешь всех этих людей к себе? – Она остановилась напротив него. – Я не глухая и все слышала. Нину. Ширея. Ты мне и об этом не расскажешь? Только не говори, что это чисто по работе. Ты по работе помощи не просишь! У тебя куча секретов. Кто ты? Что ты? О чем ты думаешь? Я ничего про тебя не знаю. Расскажи мне, что ты скрываешь, что ты знаешь про все, что тут происходит, и тебе станет легче. Я помогу тебе.

Сейчас она напомнила ему тот самый момент, когда вся в белом стояла у картины в том проклятом ресторане. Такая красивая. Такая гордая. И выговаривала ему то, что накопилось у нее на душе. Заступалась за людей, защищая их. Как ангел. Но она – вампир. Дитя самого Дьявола. Однако Лия все равно боролась за справедливость, потому что даже за триста лет не потеряла свои человеческие качества. Где она жила, стараясь сохранить в себе человека? Ему захотелось связать ее и отправить на необитаемый остров, чтобы никакое зло не причинило ей вреда. И чтобы не забивать ее маленькую белокурую головку своими проблемами. Она такая хрупкая и нежная, несмотря на то что она вампир.

– Я ничего тебе не скажу о происходящем здесь. Даже не проси. Это не твое дело. Все остальное можешь спрашивать, я отвечу. Но при одном условии: один твой вопрос, один – мой.

Лия была поражена его упрямством. Она имела право знать, что творится в больнице. Возможно, убийца тоже вампир. И возможно, она могла помочь его найти. Она не так слаба, как думает он или Мариан. Она сильна духом.

– Баран. – Лия села за компьютер и принялась за работу. Ален улыбнулся и, уходя, шепнул:

– Белокурая бестия.

Глава 14

Все приглашенные собрались в кабинете начальника. Доктор Ширей сидел напротив Нины, во главе стола Ален подписывал бумаги. Он отложил ручку и посмотрел на присутствующих.

– Я пригласил именно вас, потому что доверяю вам больше, чем остальным. Ваш опыт, доктор Ширей, и ваша преданность, Нина, очень мне нужны. Ко мне сегодня приходил следователь с ужасным заключением о смерти Кристины. – Ален сделал паузу, зная, что сейчас его слова шокируют присутствующих. – Причина смерти – передозировка морфином.

Нина ахнула, доктор Ширей поерзал на своем месте и прошептал:

– Какой ужас. Бедное дитя.

– Да, это действительно ужас, – продолжил Ален.

– Но откуда такая зеленая окраска кожных покровов? – спросил старик, явно уже ничего не понимая.

– Возможно, цирроз, – пожал плечами Ален. – Гепатит у наркоманов – обычное явление. Печеночная недостаточность. Заключение о смерти они мне не дали.

Нина опустила голову и закрыла глаза рукой.

– Я не верю. Она была хорошей девушкой. Скромной.

– Оставим наши эмоции на потом, – продолжил Ален, и все снова на него посмотрели. – Полиция предполагает, а вскрытие доказывает, что смертельную инъекцию она сделала на рабочем месте. Соответственно, есть основания подозревать, что на территории нашего центра идет распространение наркотического вещества, и возможно, она не одна из сотрудников употребляла наркотики.

Нина в ужасе смотрела на начальника широко открытыми глазами.

– Я позвал вас сюда, чтобы попросить кое о чем. Завтра будет собрание в честь моего вступления в должность начальника кардиоцентра, на котором я скажу это все людям. Скажу правду, как есть. И попрошу в приказном порядке, – он поднял лист бумаги с приказом, – каждого пройти медосмотр на наличие на теле абсолютно любых повреждений: укусов, порезов, шрамов, но особенно похожих на след от инъекции. Поскольку сам лично, ввиду этических соображений, я не могу осмотреть женскую половину, Нина, это сделаете вы. Хотя я и врач, но вряд ли они будут довольны.

– Будут, – вмешался Ширей, – знаю я их, все женщины на вас смотрят с вожделением.

Ален улыбнулся и опустил глаза.

– Это их проблемы. Мне бы в своих разобраться.

В его мыслях возник образ Лии, ее тело, очертание ее стройных ножек на его спине, и он на секунду почувствовал ее запах. Ему казалось, что он уже привык к нему, но на самом деле это как наркотик, манящий и дурманящий снова и снова. Его хочется принимать вечно.

Выдохнув, Ален снова посмотрел на Ширея, в ответ тот слегка улыбнулся:

– А мне что делать?

– А мы с вами будем осматривать мужскую половину. Я подписал приказ, завтра на собрании ознакомлю с ним всех, и начнем действовать. Есть вопросы? Пожалуйста, прошу, никому ничего не говорить, пусть для всех это будет неожиданностью.

Нина кивнула.

– У меня нет вопросов. Вернее, только один: надо подготовить кабинеты для осмотра?

– Да, займитесь этим. Два кабинета, Нина. Доктор Ширей? – Ален обратился к старику.

Тот поднял руку:

– Вопрос. А кто нас будет осматривать?

Ален засмеялся.

– Я вам верю. Иначе бы не позвал.

Он проводил их и закрыл за ними дверь. Вот и все! Посмотрим, сколько еще живых укушенных в этой больнице. Может быть, еще можно успеть кого-то спасти.

Рабочий день близился к концу. Лия уже сняла свой халат, хотя до конца смены оставалось еще пятнадцать минут. Сегодня она краем уха слышала от врачей, что завтра будет собрание, посвященное вступлению Алена Дандевиля в должность начальника. Явка для всех обязательна. Но она не собиралась подниматься со своего стула, желания смотреть на это действо у нее не было. Раз Мариан велел ей сидеть в кабинете, значит, будет сидеть, вот только спустится в отделение банка крови, чтобы посмотреть, как там идут дела.

Еще она узнала, что начальник отпустил Мери в отпуск. Благородно с его стороны, но он, наверно, не подумал, что работать там теперь некому. Может, он сам туда сядет? Лия засмеялась, представив его за своим царским столом в отделении банка крови. Потом ей опять стало грустно. Она вспомнила сегодняшнюю ночь, и сердце защемило. Она могла злиться на Алена сколько угодно, но не могла обманывать себя и отрицать, что безумно по нему скучает. Она скучала по его нежным ласкам, по его сильным рукам, по его крепкому телу. Черт, она скучала даже по его клыкам! Что он делает сейчас? Думает ли он о ней? Как бы ей хотелось проживать те же чувства, что он испытывает в эту минуту. Если ему плохо, пусть будет плохо и ей, а если хорошо, то и она будет счастлива. Странные мысли. Но она хотела быть с ним, утонуть в нем, раствориться полностью, отдавая всю себя. Ему. А он ей не звонит. Не приходит. Хотя прекрасно знает, что рабочий день уже почти закончен. Скорее всего, на него навалилось много работы и ему некогда вспоминать о ней. А может, он обижен на нее. А может, она ему уже неинте– ресна.

Лия взяла свою сумку, закрыла дверь на ключ и пошла домой. По дороге от больницы ее обгоняли сотрудники, спешащие домой. Ветер трепал ее длинные волосы, жаль, что он не мог забрать с собой ее грустное настроение.

Ален наблюдал за ней из своего окна. Он не пошел к ней и не пойдет. Он боялся себя. Своей реакции на нее. Он безумно ее желал. Каждый миллиметр ее прекрасного тела. Он целый день ощущал ее запах. Она не выходила у него из головы. Даже в порыве гнева, когда замахнулась на него, она была прекрасна.

Отойдя от окна, он сел в свое кресло и занялся работой, чтобы отвлечь себя от этих мыслей. Сегодня он был особенно продуктивен, хотя не пил кровь, за исключением ее крови ночью. Прошел целый день, а чувство голода его не беспокоило. Только голод по ней.

* * *

– Лия, ты еще здесь? Мы уже уходим на собрание. – Нина зашла в кабинет. – Вставай, мы опоздаем.

– Я не пойду.

Глаза Нины округлились от удивления.

– Как не пойдешь? Сказали всем прийти.

– А мне плевать!

Нина подошла к ней и обняла за плечи.

– Знаешь, то, что Бьюрд ушел, – это не конец света. Надо принять того, кого он оставил после себя. Он готовил Алена Дандевиля очень долго и основательно. Мальчик хоть и молод, но далеко не глуп. И у него есть хватка.

Лия усмехнулась про себя. Хватка-то у него есть, и еще какая.

– И еще, – продолжила Нина, – он подписал приказ о том, чтобы все были на собрании.

– Вы уверенны, что все? – Девушка удивленно посмотрела на старшую медсестру. – Может, внизу мелким шрифтом было написано, кому вход воспрещен?

– Лия, это не смешно. Пошли.

Лия встала со своего места и направилась к двери. Ну раз он приказывает прийти, то она придет. И пусть попробует ей только сказать что-нибудь по этому поводу. В коридоре их с Ниной уже ждали врачи и медсестры отделения. Девушка даже не поверила своим глазам. Они все ждали только ее?

Доктор Ширей кивнул Нине, и они пошли первыми, остальные направились за ними. Лия шла последней. Медленно поднималась по лестнице, пока ее сердце лихорадочно стучало. Она уже ненавидела себя за это.

Оказавшись в конференц-зале, она начала непроизвольно искать глазами Алена за главным столом, но его не было.

– Присядете? – спросил Лию Эмилиан Лаон.

Девушка не сразу поняла его вопрос. Вернувшись в реальность, она посмотрела на стул, кивнула и села. Он сел рядом. Постепенно люди стали заполнять зал, ища свободные места. Кому не хватало – стояли.

Ее дыхание участилось. Сердце на секунду остановилось, потому что уже не могло справиться с таким бешеным темпом. Лаон что-то говорил ей, но она не слышала, потому что все ее внимание было устремлено на вошедшего Алена, который направлялся к центральному столу. Он был безупречен в черном костюме без галстука. Этот цвет ему шел даже больше, чем белый. Черная рубашка с расстегнутым воротником вызывающе манила к себе взгляды женской половины зала.

– Вау, какой красавчик, – услышала Лия позади и обернулась. Две девушки, молодые врачи, не отрываясь смотрели на Алена. На ее Алена! На секунду ей захотелось броситься на них и вырвать им глаза. Но, переборов свой гнев, она повернулась обратно. Почему ей так неприятно слышать правду? Ведь он красавчик. Но он ее красавчик. Только ее.

– Как с ним замутить? – послышалось позади.

Сердце Лии подпрыгнуло.

– Никак. Хотя какой мужчина устоит перед красивой женщиной? – ответила вторая девушка. – Больше шарма, Полина. Запишись к нему на прием. Или сама подойди, когда он придет к нам в отделение. Он раньше часто заходил.

Лия вспомнила, где видела этих двух девушек: они работали в третьем отделении врачами-ординаторами. Обе брюнетки, обе хороши собой. Ходили сплетни, что доктор Лоан переспал с обеими. Она удивленно посмотрела на доктора, сидящего рядом. А так и не скажешь. Ей он казался застенчивым и скромным. Возможно, все же это просто сплетни.

Ален смотрел на Лию, пока ему что-то говорил Димитрий Бьюрд, который пришел передать официально свой пост.

Позади девушки захихикали, Ален улыбнулся и перевел взгляд на бывшего начальника.

– А-а-а, он смотрел на меня, ты видела? – не унималась Полина.

– И улыбнулся, – ответила другая.

Лия, не выдержав, обернулась к ним:

– Знаете что? Врачи, с виду приличные девушки, а ведете себя как распутницы.

От удивления они сразу не нашли что сказать. Доктор Лоан тоже обернулся.

– Ну надо же! – воскликнула наконец Полина. – Агата, нам сделала замечание медсестра. Разве вас не учили соблюдать субординацию?

– А вас? – тут же ответила Лия. – Вы же только что пытались прыгнуть начальнику на стол. Об этой субординации вы говорите?

– Мерзавка! – Полина рассвирепела и приблизилась к ней: – Вот это уже врачебные дела, и среднего персонала они не касаются. Тебе понятно?

– Понятно только то, что вы зря стараетесь. На таких затрепанных куриц он даже не посмотрит.

– Может, уже хватит? Вы привлекаете внимание, – пресек перепалку Эмилиан.

– Куриц? Кого ты курицей обозвала?!

Но Лия уже отвернулась, не желая больше их слушать. Она взглянула на Алена и, увидев в его глазах негодование, отвела взгляд и улыбнулась. А что такого она сказала? Разве приятно слушать такое за своей спиной? Потом он ей выскажет, конечно, за то, что она здесь устроила, но это она тоже переживет. Пусть кричит. Ей не привыкать. Раз он им дал повод думать о нем, значит, сам виноват.

– Дорогие коллеги, – Димитрий Бьюрд встал за трибуну, – я очень рад видеть всех вас, я скучаю, честно признаюсь. Но это ничего уже не изменит. Ситуация в больнице отразилась на моем здоровье. Я вынужден уйти…

Лия не слушала слова Димитрия. Сначала она пыталась смотреть в окно, потом на свои руки. Она поймала себя на мысли, что очень волнуется за Алена. Сейчас ему передадут пост начальника, это же большое событие в жизни человека, и даже вампира, и случается только раз, а она ничего ему не пожелала, не дала напутствие. Но он сам не рассказал ей ничего, значит, не так сильно ему нужна поддержка. Ее взгляд все-таки остановился на нем. Ален сидел на своем прежнем месте, как и раньше, и смотрел на нее. Только его взгляд сейчас был другим – нежным. Ей захотелось убрать всех из зала, как по волшебству, и остаться с ним наедине. С таким красивым, сильным и в то же время нежным. Она уже безумно соскучилась. Как он мог оставить ее на целую ночь одну? Почему пропал? Не позвонил. Не пришел. Она лежала в холодной постели совсем одна и не могла уснуть, потому что его запах был повсюду.

– …я подготовил себе отличного преемника, человека, который боролся за нашу больницу, который грудью отстоял ее. Благодаря которому у вас есть работа, а у пациентов – новые жизни и новые сердца. Этот человек поведет вас за собой. Теперь я спокоен за будущее нашей больницы. Я ухожу и отдаю свое детище достойному человеку. Прошу, доктор Дандевиль.

Ален слегка улыбнулся, не отводя от Лии взгляд, и встал со своего места. Девушка едва заметно кивнула ему. Димитрий Бьюрд отошел в сторону, уступая преемнику дорогу и место за трибуной.

– Однажды мне сказали, что я высокомерный, надменный и заносчивый. И это факт.

У Лии перехватило дыхание. Он помнил ее слова. Но сейчас она бы никогда его так не назвала, потому что знала, что он имел право быть таким. Черт, тысячи раз имел! На нем лежала гигантская ответственность за всех, кто тут работал. Он старался, чтобы больница была идеальной во всех смыслах. Он старался усовершенствовать ее. Ему приходилось бороться со своим вспыльчивым характером. Лия только теперь поняла, как тяжело ему было работать с людьми. Потому что он не человек! Он воин. Он победитель. И он вампир.

– Поэтому прошу прощения у всех, кого обидел, кому ответил грубо или смерил недовольным взглядом, поверьте, я это делал не из злого умысла. У каждого из нас есть недостатки, но иногда приходится закрывать на них глаза, чтобы идти вперед. И я зову вас сейчас со мной двигаться дальше. Руководитель – тот, за которым пойдет народ, которого будут уважать, от которого будут чувствовать поддержку, – повторил он слова Лии. – Я всегда открыт для общения. Вы можете обращаться ко мне в любое время. Я буду рад помочь.

Люди начали хлопать, но Ален продолжил:

– Сейчас для нас с вами наступают тяжелые времена. И мы должны быть внимательнее друг к другу. Я надеюсь, вы пойдете мне навстречу и поможете справиться со всеми трудностями. Потому что без вас я никто и мне нужна ваша поддержка.

Люди очень внимательно слушали: некоторые кивали, некоторые даже хлопали в поддержку. Агрессии не было. Они его приняли.

– За один день в своей новой должности я успел кое-что сделать. Поэтому попрошу еще минуту вашего внимания. Это касается работы.

В зале повисла тишина. Ален тоже сделал выжидающую паузу, обводя взглядом всех присутствующих.