Текст книги "Измена. Расплата за верность (СИ)"

Автор книги: Амелия Мур

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

– Почему? – Врач удивился еще сильнее.

– Я не хочу его видеть.

Мужчина нахмурился. Опустил взгляд.

– Я все слышал, – за спиной врача внезапно раздался голос Кирилла.

Врач обернулся. Я тоже посмотрела на выход из палаты. Там, в дверном проеме стоял Кирилл.

– Все слышал, – повторил он, – ты беременна, любимая.

Глава 28

– Сразу видно, – обернулся доктор, – что вы отец ребенка. Мы тоже не сразу вас заметили.

Кирилл не ответил. Он стоял, внимательно смотря на меня.

– Ладно, – немного растерянно сказал врач, – я, пожалуй, пойду. Оставлю вас наедине.

– Нет, – проговорила я торопливо, – прошу, не уходите. Не оставляйте меня наедине с этим человеком!

Мне было неприятно видеть Кирилла. Просто до тошноты неприятно. Я совершенно не хотела с ним общаться. И новость о беременности, о том, что я ношу в себе ребенка этого подлого изменщика, просто растоптала меня. А ведь я думала, что хуже уже быть ничего не может, но жизнь загнала меня в окончательный тупик. Что же делать? Я просто не понимала.

Тем не менее я знал, что я точно делать не хочу: разговаривать Кириллом.

– Нет, доктор, – сказал Кирилл холодным голосом, – вам лучше уйти.

– Да, конечно, – пожал плечами пожилой врач, – не смею задерживать ,если вы хотите поговорить с супругой.

– Прошу! Не пускайте его сюда! – Продолжала я, – я не хочу с ним разговаривать! Просто не хочу.

– Успокойтесь, прошу вас, – улыбнулся врач добродушно, – это же отец вашего ребенка. Все будет хорошо.

С этими словами доктор удалился. А вот Кирилл, подождав, пока пожилой медик уйдет, закрыл дверь в палату. Медленно пошел ко мне.

Когда он сел на край моей постели, я поджала ноги. Я просто не хотела даже прикасаться к этому человеку. Даже через больничный плед, что укрывал меня. Мне было мерзко.

– Интересно получается, – вздохнул он.

– Ничего не интересно. Прошу. Уйди. Оставь меня в покое, – выпалила я, – просто исчезни из моей жизни!

– Ну, – он ухмыльнулся, – часть меня теперь навсегда останется в твоей жизни, если, конечно, ты не решишь сделать аборт.

Аборт. От этого его слова у меня аж мурашки побежали по всему телу. В душе неприятно засвербило. Мысль о таких вещах сама по себе была неприятна мне. И сейчас, когда в жизни полно других проблем, я даже и думать об этом не хотела. Мне становилось еще дурнее от таких мыслей.

– Уйди. Я не собираюсь с тобой ничего обсуждать.

– Слушай, Алиса, – вздохнул он, – прекрати ломать комедию. Теперь ты все равно никуда от меня не денешься. Ребенок свяжет нас крепко. В конце-концов, растить мы его будем на мои деньги, преимущественно. Ведь ему нужно будет все самое лучшее, когда он родится. А мне нужна будешь ты. Так что давай договоримся так: у нас один-один. Ты изменила мне, я тебе. Все. Поигрались и забыли. Давай продолжим вить наше милое семейное гнездышко. Ведь скоро нас будет двое.

– Прошу, уйди. Иначе я вызову полицию прямо сюда, в больницу.

– Ну и что ты им скажешь? – Рассмеялся он, – я твой муж. Ничего противозаконного не делаю.

– Ты меня просто мучаешь. Ты довел меня, – сказала я жестко, – беременную твоим ребенком до нервного срыва на работе.

– Ну, – он пожал плечами, – я не знал, что ты беременна.

– А зачем все это было? Кабинет? Кадровые перестановки, чтобы завалить меня чужими обязанностями.

– Тебя нужно было наставить на верный путь. Ты ведь, – он потянулся ко мне рукой, чтобы тронуть щеку, – у меня упертая, как овечка.

– Не трожь меня! – Я отбила его руку, – не прикасайся!

Прижавшись к спинке кровати, я поджала ноги. Посмотрела на него исподлобья.

Кирилл вздохнул. Поджал губы. Коротко закивал.

– Ты проиграешь. Некуда тебе деваться, Алиса. Ты вернешься.

– Никогда. Я подала иск на развод! А когда ребенок родится, – сказала я и к горлу подступили слезы, которые я с трудом смогла унять, – алименты твои мне будут не нужны! Не волнуйся!

– Ага, – Он вздохнул, – когда родится ребенок, я просто отсужу его. И суд станет на мою сторону, ведь я могу предоставить ему лучшие условия. И тебе тоже, Алиса. Если вернешься. Ведь подумай сама. После родов и ребенку и тебе нужно будет много внимания. А твоя красота? Все это уйдет, – ухмыльнулся он мерзко, – и только мои деньги позволять тебе оправится от беременности и родов быстро, чтобы вернуть свою чудесную внешность.

– Мне ничего от тебя не нужно! И теперь ты можешь говорить что угодно! – Сказала я строго, – тебе ничем меня не напугать. Ничем не убедить. Все кончено.

– Ладно, – он встал, – ты не в себе, любимая. А волноваться тебе нельзя. Все же, теперь ты носишь нашего ребенка. Так что приходи в себя, и поговорим об этом позже. Пока. Если нужен буду, – кинул он мне через плечо, – звони.

Когда он ушел, я не могла найти себе места. До самого вечера я была в какой-то прострации. Сначала долго плакала. Потом лежала словно бы с пустой головой. И правда, я чувствовала себя какой-то беспомощной мышкой, которую удав по имени Кирилл, загнал в свою ловушку. И теперь его кольца медленно сжимаются на моей беззащитной тушке. Я не знала что делать. Не знала, как жить дальше.

– Извините, – заглянула в палату медсестра, когда подходило уже семь вечера, – к вам гость.

Что? Кирилл снова заявился?

– Прогоните его! – Сказала я в сердцах, – я не хочу его видеть! Не хочу говорить с ним.

– Да? – Внезапно за дверью зазвучал знакомый низкий и приятный голос, и Свят настежь распахнул ее, застыл рядом с покрасневшей от смущения медсестрой, – и чем же я тебя так разозлил, Алиса? – Хмыкнул он, – Должность предложил не очень?

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​ Глава 29

– Свят? – удивилась я. – Как ты узнал, где я?

Он хмыкнул, аккуратно подвинул медсестричку с дороги свободной рукой. Вторую он загадочно держал за спиной.

Когда, не проронив больше ни единого слова, он приблизился к постели, то извлёк из-за спины шикарный большой букет роз.

– Выздоравливай, – сказал он с обворожительной улыбкой.

– С-спасибо, – удивлённо, не зная, что ещё сказать, проговорила я, принимая цветы.

– А узнал я о тебе, – он присел на край моей кровати, – от твоих коллег, – он на секунду задумался. – Кажется, Люда, да? Вроде так её зовут?

– Угу, – вдыхая мягкий аромат роз, я кивнула. – Люда.

– Ну, в общем, она мне рассказала, куда тебя увезли. Ну и я тут же рванулся следом.

Эмоциональное состояние изменилось так быстро, что меня бросило в жар. До прихода Свята я чувствовала настоящее уныние. Пустоту. Совершённую растерянность.

Но когда он пришёл, когда принёс эти цветы, что-то светлое шевельнулось в душе. Будто бы появился в жизни какой-то лучик.

В то же время я теперь беременна от Кирилла. И вот эти две мысли совсем друг с другом не стыковались.

– Я приезжал к тебе в офис, – сказал он, – чтобы сообщить одну новость.

– Какую? – я поставила букет в чистую вазочку, которую принесла медсестра, когда убрала цветы Кирилла.

– Твоя каморка готова, – улыбнулся он.

Я недоумённо свела брови. В голове так сильно гудела кровь, что сложно было разбираться в происходящем.

– Твоё рабочее место в моей компании, – улыбнулся Свят. – Ремонтные работы в офисе почти закончились. Кое-какие отделы уже работают. Ну, и твой кабинет я подготовил. Новая техника, мебель. С твоего позволения, – он подмигнул. – Я использовал для него элементы того дизайна, что ты разработала для моего собственного. Очень похожий стиль и функциональность.

Я улыбнулась. Это показалось мне очень милым, и даже согрело душу какой-то теплотой. Было видно, что Свят ценит мою работу. Ценит то, чем я занимаюсь.

Кирилл же оценивал её совершенно иначе. Да, он всегда зарабатывал в семье несопоставимо со мной большие деньги. Ещё бы, это человек из очень богатой семьи. Я же всего добилась сама. Моего сегодняшнего уровня достатка и профессионализма. Кирилл всегда относился к этому так, будто для меня это просто игра. Он никогда не воспринимал меня всерьёз.

Сейчас мне подумалось, будто он не воспринимал меня всерьёз и тогда, когда решился на измену. Ведь это же я. Я его игрушка и никуда от него не денусь. А он может делать что угодно.

И тут новая тревожная мысль зародилась у меня в голове. А воспринимает ли он серьёзно мою беременность? Или это для него тоже лишь рычаг, чтобы давить на меня?

Прекрасно… Я дошла до того, что даже приятные мысли о Святе, выливаются в неприятные о Кирилле.

– Спасибо, – улыбнулась я. – Это очень мило. Мне приятно, что ты обратил внимание на мою работу.

– Шутишь? – рассмеялся Свят. – Да я ещё никогда не работал с таким профессиональным дизайнером, как ты.

– И за это тоже спасибо.

– В общем, – он встал, – поправляйся. И помни, что двери в моей фирме для тебя всегда открыты, Алиса.

***

Выписали меня к вечеру следующего дня. На работе дали недельный больничный по рекомендации врача.

Когда Лиза пришла с работы, мы почти целый вечер обсуждали всё происходящее. Подруга хваталась за голову оттого, что я рассказала ей о беременности.

– Прости, конечно, но это каким же подонком нужно быть, – кричала она, – чтобы понимая, что ты можешь забеременеть в браке, спать ещё и с другой?!

– Мне кажется, – говорила я ей скромно, – что Кирилл доволен тем, как повернулись дела. Он считает, что беременность привяжет меня к нему навсегда. Он хочет этого.

– Сделай аборт, – посмотрела на меня серьёзно подруга.

– Я сейчас об этом даже и думать не могу, – сжалась я, обняв плечи. – От одной мысли мне становится плохо.

Лиза вздохнула.

– Ничего. Прорвёшься. Ты сильная девочка, – сказала она, повременив немного.

Сейчас я не казалась себе сильной. Ослабленной, подавленной – да. Но никак не сильной.

– Спасибо, – сказала я, смущённо улыбаясь. – Что поддерживаешь меня.

– Разве я могу тебя не поддержать? Я же подруга!

– Ну да, – рассмеялась я, – подруга.

Остаток дня мы с Лизой болтали на отвлечённые темы. Я даже стала немного забывать обо всём том ужасе, что твориться в моей жизни. Что называется, отвлеклась.

Часов в восемь вечера зазвонил мой телефон.

– Надеюсь, – насторожилась Лиза, – это не очередные какие-нибудь разборки? А то я уже боюсь, когда тебе звонят или к нам кто-то приходит.

Я пожала плечами. Пошла на кухню, за телефоном. Забыла его там, когда мы переместились в гостиную.

Когда я заглянула в экран смарта, то увидела имя контакта: "Мама".

– Алло, – ответила я.

– Привет, золотце, – сказала она добрым и тёплым голосом.

– Привет, мам, – настороженно ответила я.

Я не знала, чего ждать от разговора. А судя по последним событиям, ждать можно было что угодно.

Однако следующие полчаса мы болтали просто о том, как у кого дела. Что было нового. Об измене Кирилла, и о том, что происходило в последнее время, я рассказывать побоялась. Казалось, после новости о беременности меня просто хватит удар, если я сейчас подниму эту тему.

– Кстати, – внезапно сказала мама, – вы с Кириллом давно у нас не бывали. Потому на выходных мы с папой ждём вас на шашлыки. Приедете?

Глава 30

– Вы… Хотите нас в гости? – задала я совершенно идиотский вопрос, а потом мысленно поругала себя за это.

– Ну да, – рассмеялась мама на том конце. – А что такого? В последний раз мы виделись в начале лета. Мы с папой соскучились. Так что ждём вас. Папа вычитал в интернете какой-то новый рецепт шашлыка и хочет приготовить.

И что мне было делать? Отказаться? Это было бы странно в глазах родителей. Да и некрасиво тоже. Поэтому с тяжёлым сердцем я согласилась.

В воскресенье я отправилась в путь на автобусе. Родители жили за городом в небольшом частном доме. Ну как родители… Мама была моей родной матерью. Отчим же, которого я давно называла папой, отцом Сергея. А Маша их любимая долгожданная Маша – совместный ребёнок.

Всю дорогу я страшно боялась, как же всё пройдёт. Меня пугало, что я приеду одна, а не с Кириллом, как хотели родители. Врать я им не хотела, и просто ничего не сказала.

Тем более, не хотелось вносить в тихую семейную идиллию такие страшные новости. Отцу нельзя было волноваться из-за проблем с сердцем. А мама, зная её мягкость, будет страшно страдать, узнай она, что стало между мной и Кириллом. Я пыталась отстрочить момент, когда они обо всём узнают. Меня пугало, как мои родители могут на это отреагировать. Ведь они были так счастливы оттого, что их дочери теперь пристроены.

Пугал меня и ещё кое-что. Будет ли там Сергей? Я молилась о том, чтобы он не приехал. Вроде бы родители позвали только меня с Кириллом. Но всякое может случиться.

После того, что сделал мой сводный брат, я больше с ним не общалась. Просто забыла дорогу к его квартире, и все контакты заблокировала. У меня больше не было никакого желания общаться с ним. А одни мысли об этом вызывали страх и омерзение.

Про беременность я тоже не хотела рассказывать. На самом деле, мне до сих пор казалось, что беременность, это что-то, что я сама всё ещё не осознавала до конца. Как будто эта новость пришла ко мне в страшном сне, и я не могла поверить в том, что это случилось. Будто бы не могла определиться, сон всё это или явь. В конце концов, поразмыслив немного, я решила, что просто пока не отошла от шока, связанного с такой новостью. А раз я не могу сама для себя принять это, то не стоит говорить и другим.

***

Меня встретил отчим. Он приехал на своей старенькой машине, чтобы забрать меня с автостанции.

– Привет, доченька! – Сказал он добродушно улыбаясь. Мы обнялись.

Невысокий, пузатенький и седой, отчим был когда-то очень красивым мужчиной. Я видела фото и понимала, почему мама, когда мой родной отец бросил нас, полюбила этого мужчину. Кроме того, отчим был очень заботливым.

Если хотите представить моих маму и папу, подумайте о благообразных пожилых людях, которые проводят вместе много времени. Гуляют, занимаются спортом по мере сил, возятся в огороде.

Отчим был военным, рано вышедшим на пенсию по выслуге лет. Мама же – бухгалтер-предприниматель, которая работала удалённо и обеспечивала отчётность нескольким мелким бизнесменам. Красота, а не старость.

– А где же Кирилл? – первым делом спросил у меня отчим.

– Он не смог приехать, пап, – очень смутившись ответила я, опустив глаза, – работа.

– Ну ничего, – понимающе покивал он, – бывает. Всё равно я рад, что ты приехала.

Когда мы ехали домой, оказалось, что Сергея мама с папой тоже звали на шашлык. Однако брат сослался на занятость, когда узнал, что приеду я.

Мама тоже встретила меня очень тепло, но расстроилась, что Кирилл не смог приехать.

Интересное было дело. Когда я жила с родителями, у меня с ними были очень сложные отношения. Только когда я переехала, они стали чудесными, тёплыми и по-настоящему родственными.

А вот раньше… Раньше всё было сложнее. От меня много требовали, а внимания уделяли совсем не так много, как мне нужно было, как подростку и ребёнку. И всё это, конечно, из-за Маши.

С ней родители носились просто как с писаной торбой. Ещё бы. Общий ребёнок. Она получала всё самое лучшее. Родители исполняли все её прихоти. Даже когда Маша закатила истерику, что ей нужен новый дорогой телефон, потому что у кого-то в классе появился такой, отчим взял серьёзный кредит, чтобы купить её сестре.

Ко мне же относились иначе. Я всегда была должна. Должна быть хорошей. Должна быть прилежной. Должна быть умной и хорошо учиться. Должна помогать Маше, ведь она маленькая. Я была всё всем должна.

С Сергеем была другая история. Когда родители сошлись, он был старше меня на несколько лет. А когда появилась Маша, то на него и вовсе забила. Серёжа же – мужик. Сам как-нибудь справится.

Вот такая у нас была семья. Но я всё равно любила своих родителей.

– Ну вот! Пробуйте, пожалуйста! – сказал отец, ложа горячие, в мясе, шампуры на большой железный тазик.

– Какая красота! – восхитилась мама. – Пойду схожу за вишнёвой наливкой! Жаль, Кирилл не приехал. Ему бы точно понравилось!

Я ничего не ответила, а только рассмеялась. Втянула голову в плечи.

Мы расположились на улице, под навесом, за большим деревянным столом. На заднем дворе в плодовом саду дымил углями мангал.

Мы с папой поговорили о том, как у них с мамой дела. А потом я услышала, как разлаялся пёс, которого папа держал во дворе, на цепи.

– Опа! – встал он из-за стола. – Ещё гости подъехали!

– Какие гости? – не поняла я.

– А вот! – загадочно сказал папа и побежал на передний двор, чтобы пустить гостей.

Я осталась на заднем, за столом. Услышала мамины радостные возгласы, и папин смех.

Мать и отец вернулись ко мне не одни.

– Привет, сестричка, – нахально улыбаясь сказала мне Маша.

Глава 31

Я просто не знала, что сказать. Замолчала, ошарашенно уставившись на Машу. Честно, я не думала, что она решится приехать, если её позовут. Казалось, мне, что она так же, как Серёжа, откажется.

Да кого я обманываю? Это был лишь самообман, связанный с тем, что я не хотела её видеть. Боялась встретиться с сестрой. Не хотела выяснять отношения. Не хотела выносить из семьи весь этот сор. Потому и убеждала себя, что она не приедет.

А потом меня ударил холодный пот по другому поводу. Я осознала, что Маша может знать о моей беременности, раз уж это известно Кириллу. А вдруг расскажет родителям?

Если она выложит им всё, что ей известно, это будет ударом для всех. Я гарантированно получу нервный срыв!

– Ну, чего ты молчишь? – спросила мама. – С тобой всё хорошо?

– Сестра с тобой поздоровалась, – сказал папа с улыбкой. – А ты что молчишь?

– Привет, Маша, – сказала я холодновато.

– Ах, сестричка! – рассмеялась она. – Ты что, не рада меня видеть? Иди сюда, обнимемся!

Маша, словно ни в чём не бывало, подошла ко мне. Под взглядом родителей я встала, обняла сестру. Как же мерзко мне было касаться той, кто предала меня вместе с моим мужем! Это было ужасно!

Маша села тоже рядом со мной. Стала, совершенно спокойно болтать с мамой и папой. Пытаться заговаривать со мной. Причём так, будто между нами вообще ничего не было.

– Какой прекрасный шашлык! – говорила она. – Просто чудесный! Папа! Ты просто мастерский шашлычник!

– Я рад, что моей принцессе нравится, – сказал отец. – А тебе, Алиса? Как тебе мясо?

– Очень вкусное, – сказала я, с трудом проглотив очередной кусок.

Я разнервничалась, и мясо просто не лезло мне в горло.

– Что-то ты сама не своя сегодня, – нахмурилась мама. – У тебя всё хорошо?

– Да, – папа подхватил её слова. – Может, что-то не так? Может, заболела? На работе проблемы?

– Ох! – Маша мило улыбнулась. – А вы ничего не знаете?

– Нет, – удивлённо сказала мама.

Родители уставились на Машу.

– Так значит Алиса ничего вам не сказала?

Я испугалась так, что чуть было не поперхнулась мясом.

– Ох! Алиса! – папа подскочил ко мне, стал хлопать по спине.

– Вот уже взрослая девушка, – запричитала мать. – А правильно пережёвывать еду так и не научилась!

– Так что ты хотела рассказать нам, Маша? – спросил папа, когда сел на своё место.

Я встретилась с ней взглядом. Маша хитро посмотрела на меня. Недобрая искорка блеснула в её глазах.

“Расскажет, – подумала я. – Сейчас всё выболтает! Она уже поняла, что я утаила от родителей измену Кирилла, и развод, и даже беременность!”

– В общем, – начала Маша с улыбкой, – у Алисы сейчас очень сложный период.

У меня аж волосы на голове зашевелились после её слов! Всё! Рассказывает!

– Какой же? – непонимающе спросила мама. – А почему ты ничего нам не говоришь об этом? А? Алиса?

– Я…

– Не хочет лишний раз, чтобы вы нервничали, – перебила меня Маша.

– Так что же у тебя происходит в жизни, Алиса? – нахмурился отец. – Ну, может, хоть ты расскажешь нам, золотце, раз Алиса молчит?

– Конечно, расскажу, – улыбнулась Маша. – У Алисы просто проблемы, да сестрёнка? – издевательским тоном сказала Маша.

Я не ответила, посмотрела на сестру исподлобья.

– Какие… проблемы?.. – Мама водила непонимающим взглядом от меня к Маше.

– На работе, – вдруг сказала Маша, – сложный проект. Маша постоянно жалуется мне на это. Да, сестрёнка? – подмигнула мне Маша.

– Да, – не ошарашенно сказала я, – сложные проекты, правда.

Я понятия не имела, почему Маша всё им не рассказала. Ведь у неё не было ни единого повода молчать! Во что она играет со мной?!

– Ну это у всех, – выдохнул облегчённо отец. – У всех проблемы на работе.

– Алиса, – строго посмотрела на меня мама, – тебе не следует так расклеиваться. У всех бывают трудности. Ты же знаешь.

– Да, – поддакнула Маша, – у меня в этом месяце вообще кошмар!

– Правда?! – мама схватилась за сердце. – Что произошло?

– Скажи, принцесса, что случилось? – папа даже бросил есть шашлык, уставившись на Машу.

– Я очень давно хотела фен. Совсем недорогой, – начала Маша с жалким видом. – Всего-то пятьдесят тысяч. За такое качество, это не дорого, и насадок много!

Родители понимающе закивали.

– А Женя не смог мне его купить! Представляете!

– Лодырничает, – покачал папа головой.

– Я всегда говорила, что он птица не твоего полёта, золотце, – сказала мама. – Но раз уж выбрала ты такого, то что ж поделать?

– А я уже поделала, – улыбнулась Марина.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​ – Что поделала? – не понял отец.

От приторности всех этих разговоров меня прямо тошнить стало. Я уже слушала щебетание Маши вполуха, а сама только и думала, как бы скорее уехать. Однако последние её слова меня прямо взбодрили. Я встрепенулась, даже выпрямила спину за столом. Посмотрела на сестру.

– Я бросила Женю, – сказала Маша. – И теперь у меня новый жених.

Глава 32

За столом все замерли. Воцарилась тишина. Мама, открыла рот, не донеся огурец на вилке. Папа удивлённо хлопал глазами. В его руке застыла бутылочка пива.

Я же просто ждала, что скажет Маша в следующий момент. Просто ждала, что вот сейчас она всё расскажет. Всё выдаст родителям о себе и Кирилле. Что же будет потом? Об этом я думать просто не хотела.

– Как это, Маша? – наконец, сказала мама. – Как это бросила? Какой новый жених?

– Я пока не могу сказать, – Маша улыбнулась очень милой улыбкой, но глаза её были жестки и полны какой-то злобы.

– Мы бы хотели знать, принцесса, – сказал удивлённый папа.

– Ещё не время, – сказала Маша хитро, – скажем так. Он ещё не совсем готов к тому, чтобы представиться вам. Или даже так. Я ещё не совсем его подготовила.

Тут я не выдержала. Встав из-за стола, я просто вышла вон. Глотая слёзы, не давая, кому подступить к горлу я пошла туда, где надеялась побыть одной.

– Алиса! Куда ты, Алиса! – услышала я за спиной голос мамы.

– Ничего, мам, – сказала вдруг Маша. – Я сейчас верну её.

Тогда я заторопилась. Вернувшись в свою комнату, на второй этаж, я закрыла дверь. Заперла её на защёлку.

Сама же села на свою чистую, заправленную кровать, на которой спала, ещё будучи ребёнком, и заплакала. Тихим, почти неслышимым плачем.

Внутри всё раздирала досада и обида. Я просто не знала, что теперь думать. Не понимала, что происходит. Пустая голова гудела. Кровь пульсировала в висках.

Я не могла никому рассказать о том, что случилось. Как я вообще расскажу, что мой муж изменил мне с сестрой? Я знаю, что будет дальше. "Ты сама виновата". "Как ты могла такое допустить?" Именно так отреагируют родные. Более того, они наверняка скажут, что я всё не так поняла. Будут винить меня. Начнутся нравоучения. Попытаясь найти поддержку, я наткнусь только на нервотрёпку.

Вот почему, я молчала. Вот почему, не могла выдавить из себя не слова, сдерживаясь изо всех сил. Я не хотела выносить эту тему. Просто думала отдохнуть, забыть об этом на время. Но вместо этого снова нарвалась на неприятности.

Как же хотелось поскорее забыть это всё. Ещё и беременная. Если и это вскроется, то мне совсем житься не дадут.

Не хочу.

Почему всё так? Потому что Маша всегда хорошая, а я – нет. Я просто должна быть сильной. Зачем я только приехала? Я прекрасно знаю, что родители решат нас с сестрой помирить. Скажут, что я должна быть умнее. А это... Это всё пройдёт.

В общем, я не могла высказать им всё. Не могла рассказать правду, зная, чем это может быть чревато для меня. Я знала, что ничего хорошего из этого не выйдет. А вот Маша прекрасно понимала, что ей всё сойдёт с рук. Знала, что родители встанут на её сторону, потому так спокойно и подняла эту тему.

Стерва. Почему? Почему она стала такой мразью? Что я вообще ей сделала?

Спрятав лицо в собственные ладони, я просто плакала.

Когда в дверь постучали, я не ответила. Потом снова раздался стук.

– Алис? Я знаю, что ты там, – услышала я голос Маши. – Будь большой девочкой. Не ломай комедию, выходи.

Я не ответила вновь. Только притихла, надеясь, что она уйдёт.

– Знаешь, – раздался её голос, Маша стала говорить тише, – я понимаю, что ты переживаешь, но, кажется, я знаю, как поднять тебе настроение, сестрёнка.

Я выпрямилась, подавив рыдания. Уставилась в одну точку, вытерла слёзы ладонью. Мне совершенно неинтересно было, что она там напридумывала. Наверняка очерёдной бред избалованной девчонки.

– Я ведь помню, – продолжала Маша, – как мы любили всей семьёй радоваться тому, как каждый член нашей семьи достигает чего-то нового. Подтягивает оценки в школе, поступает на учёбу. Находить свою любовь. Вот и сейчас, – начала она язвительным тоном, – тебе следовало бы порадоваться за меня. Потому что я, наконец, нашла свою любовь, Алиса.

От этих слов меня, как прострелило. Я метнула на дверь злобный взгляд.

– Да, и Кирилл тоже нашёл свою настоящую любовь. Понимаешь ли, – продолжала она, – с Женей я чувствовала себя не на своём месте. Словно бы я нахожусь не в своей шкуре. Но с Кириллом всё совершено не так. Это мужчина, которого я заслуживаю.

Я сидела и молчала. Но мои кулаки сжимались.

– То же самое и с ним, – продолжала она, – Кирилл нашёл во мне девушку, которая нужна ему сейчас. Да. Он сам мне это говорил. Нашёл ту, которая создана для любви. Не для работы, как ты, не для какого-то там саморазвития. А для любви. Такая ему нужна. В тот самый день, когда случился наш первый раз, он мне сам это сказал.

Я не выдержала. Встала, пошла к двери и распахнула её.

– Ой, – ехидно улыбнулась Маша, – решила выйти?

Но когда она увидела моё лицо, страх блеснул в её глазах.

– С дороги, – сказала я жёстко, – иначе спущу тебя с лестницы.

Маша побледнела. Попятилась, пропуская меня. Проходя мимо, я толкнула её плечом так, что она аж запуталась в собственных каблуках. Едва не упала. С трудом удержала равновесие, схватившись за перила.

– Сумасшедшая! – Крикнула она мне вслед.

– Пошла к чёрту, – обернулась я, а потом просто пошла прочь из дома.

– Что случилась, Алиса? – бежала за мной мама, когда я сгребла свою верхнюю одежду и сумочку в охапку и просто направилась на выход. – Что стряслось? Что твориться между вами с Машей.

– Мам, – обернулась я, – прошу, не вмешивайся. Только не сейчас.

Мама удивлённо заморгала. Её глаза заблестели.

– Объяснить! – не отступала она.

– Не хочу, – сказала я, давя слёзы. – Не могу!

– Алиса, – словно бы шокированная, мама отступила на шаг.

– Мне пора. Пока, мам.

– Алиса! – вышел папа. – Ты куда?

– Пока, пап, – бросила я и вышла за калитку.

Последним, что я видела дома, это Машу, вышедшую на крыльцо. Её холодный самодовольный взгляд снова кольнул меня в сердце.

Тем не менее я шла вперёд. Шла и не оборачивалась.

Шла, потому что мне нужно было идти. Будто бы от этого становилось немного проще. Шаг, шаг, ещё шаг. Каблуки щёлкают по асфальту. Будто бы нет больше ничего в мире кроме меня и этого асфальта. Нет проблем, нет тревог, нет Кирилла, нет Маши. Нет ничего. Только я и асфальт.

Я шла и шла, пройдя уже не пойми какую остановку для автобусов. Просто шла туда, куда глядят глаза. Я не думала о том, как я уеду обратно, ведь до автостанции, с которой можно было уехать в город, было километров десять.

Сейчас в этот самый момент, я ничего не хотела. Только немного проветрить голову на прохладном осеннем ветру.

Из мыслей, вернее, из отсутствия мыслей меня вырвал автомобильный сигнал. Кто-то гудел меня за спиной. Когда этот звук раздался, я аж вздрогнула. Обернулась. По спине побежали мурашки от такой неожиданной встречи…

Глава 33

Я вздрогнула, обернулась, и сначала не поверила своим глазам. На меня вновь, как в тот раз, смотрели спокойные хищные глаза-фары машины Свята.

Дверь открылась, наружу выглянул Святослав.

– Привет, – улыбнулся он, – вот так встреча. Ты что, меня преследуешь?

Я даже сначала не поняла, это у меня галлюцинации на нервной почве или, правда, Свят. На краткое мгновение во мне возгорелось невероятное желание бросится к нему, чтобы прижаться к широкой мужской груди. Хотелось одновременно защиты и поддержки от Свята, и в то же время проверить, а не мираж ли это.

– Свят? – Только и смогла сказать я, – это ты?

– С утра был я, – он улыбнулся.

– Но как ты сюда попал? Какими судьбами?

– Судьба постоянно сводит нас, разве нет? – Улыбнулся он.

Я сама тоже улыбнулась, чувствуя, как на душе становится теплее. Казалось, что когда он появился, я на миг забыла, что произошло полчаса назад, у родителей.

– А если серьезно, – сказал он, – то у меня тут, за городом есть дачный дом. Приезжаю сюда немного отдохнуть от работы. Развеяться. Люблю природу, – он улыбнулся, – и активный отдых. А тут лес рядом.

– Понятно, – я смущенно улыбнулась.

– А ты тут, в нашей деревне, что забыла?

– Была у родителей. А теперь вот иду на автостанцию.

Свят недоуменно посмотрел на меня. Хмыкнул.

– До автостанции десять километров. И ты идешь?

– Ой, да нет, – растерянно рассмеялась я, – я иду на автобус, который идет до автостанции.

– Вот значит как, – сказал Свят с милой улыбкой, – ну тогда у меня для тебя отличная новость.

– Какая же?

– Ты не идешь на автобус. Потому что мы едем в город вместе.

***

Я наблюдала, как дорога быстро бежала под машину Свята. На пути в город мы болтали о том о сем. И ни о чем, как всегда. И в очередной раз, уже привычным делом, приподнятое настроение Свята передалось и мне. Как-то так у него всегда выходило, легко развеять мои печали. Я поймала себя на мысли, что еще ни один мужчина, с которым у меня была связь, не мог так делать.

Свят будто бы был особенным. Как минимум в этом смысле. Кирилл мог дать все, чего только может желать женщина. Но только в материальном плане. Он всегда был холоден, и часто замкнут. Даже когда пытался быть заботливым, это получалось у него крайне сухо, и будто по-деловому.

Простоты Свята ему не хватало. Свят же, напротив, несмотря на то, что был моложе Кирилла, в этом смысле казался мне как-то мудрее.

Я трудилась с ним над его проектом и видела его как в работе, так и в личной жизни. Свят был гибким. Когда от него требовалось быть лидером своей IT-фирмы он был серьезен, собран, внимателен и даже строг. Включал будто бы, какую-то другую, деловую вариацию Свята.

Но он мог быть и простым. В нерабочей обстановке он был простым и веселым. Не стесняться своих чувств, желаний, стремлений. С ним было просто.