Текст книги "Твое сердце – лед"

Автор книги: Аманда Вин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 26
Макс

Просыпаюсь, потягиваюсь, отвожу руку в сторону. Пусто. Открываю глаза, Кати рядом нет.

Ушла… Конечно, у неё ведь соревнования. Но как я мог не услышать, когда она проснулась? Обычно я сплю очень чутко.

Хотел проводить, пожелать удачи. А может быть, даже… устроить прощальный секс на удачу.

Вскакиваю, быстро одеваюсь. Может, ещё успею до начала ее выступления?

Телефон звонит. Высвечивается «Мама» – довольно неожиданно. Потом вспоминаю, как Милана говорила, что мама собирается прийти посмотреть на соревнования. Быстро беру трубку.

– Да, мам? Ты в Питере?

– Да… в Питере.

– Почему голос такой грустный? Что-то случилось?

– Мне нужно с тобой срочно встретиться. Я скину адрес, придёшь?

– Как срочно? У Кати… то есть у Миланы ведь соревнования, она ждёт тебя.

– Я… жду тебя, приходи. Хорошо? Это очень важно.

И бросает трубку. Ничего не понимаю. Странно.

Отказать, конечно, не могу. Надо признать, за последние годы мама вообще ни о чем меня не просила. Пока иду по скинутому адресу, думаю: какой повод? Что могло случиться? Почему такая срочность? Пугает это ее «очень важно».

Жутко злюсь: теперь сто процентов не успею на Катино выступление, а мне хотелось посмотреть. И проконтролировать, чтобы Милана к ней не подходила до выступления. Чтобы не нагадила и ничего не сказала. Внутри нехорошее предчувствие. Что-то случится, что-то будет не так, как хочу. Не люблю такое мерзкое чувство.

Достигаю нужной точки по навигатору – это оказывается кафе. Зайдя внутрь, начинаю искать маму глазами и нахожу за столиком с каким-то мужиком в деловом костюме.

Черт. Только не это.

Если хотела познакомить меня со своим новым хахалем, то это могло подождать. На фига звать меня с утра пораньше?

Раздражённый, я присаживаюсь рядом. Скрещиваю руки на груди. Мама, как будто не замечая моего настроения, говорит:

– Привет, Макс. Спасибо, что пришёл.

– У меня вообще-то дела были… Не могло это подождать? У Миланы выступление, она расстроится, когда поймёт, что ты не пришла, – выпаливаю я на неё все своё раздражение.

– Это я попросил твою маму позвать тебя, – подаёт голос мужик.

Бросаю на него взгляд. Вырядился в дорогой костюм, надел дорогие часы, как клоун, светит своим достатком. Больше похвастаться нечем, как кошельком? Мой отец очень круто зарабатывает, но никогда не показывает это в одежде. Я с ним согласен в том, что это низко.

– Ну, и зачем? – спрашиваю я мужика, нагло глядя ему в глаза.

– Хотел познакомиться со своим сыном, – отвечает он спокойно. Не моргая.

Мои брови ползут вверх.

– Это что, шутка такая? – из меня вырывается непроизвольный смешок, я поворачиваюсь к матери.

Они оба молчат. Лица серьёзные.

– Вот, блядь, не смешно совсем. Хватит!

Ругаюсь матом. Первый раз при матери. Она пугается:

– Максим… Послушай. Прости. Давно тебе нужно было сказать. Ну да, я вышла замуж за твоего отца уже беременная. То есть за Костю. А вот… Валерий – это твой настоящий отец.

Долго смотрю в одну точку, пытаюсь переварить услышанное.

– Я не знал о твоём существовании до недавнего времени, – оправдывается Валерий.

Перевожу на него взгляд. Карие глаза. Щетина на лице. Бред. Никогда не поверю. Ни капли мы с ним не похожи. Мой настоящий отец – тот, которого я знаю. А это бред какой-то. Мать спятила из-за развода. Весь день мне испортила.

Я, решительно отодвинув свой стул, встаю и выхожу из кафе. Нет. Надо выкинуть эту чушь из головы. Мама следом выходит из кафе и хватает меня за локоть:

– Ну, подожди, сынок. Не уходи вот так. Давай поговорим. Я тебе все объясню.

У меня не было никаких вопросов – одна пустота внутри. Но всё же я поворачиваюсь к матери и спрашиваю:

– Вы поэтому с отцом разводитесь?

Она молчит, а я в ужасе от неё отшатываюсь. Разворачиваюсь и иду куда глаза глядят.

Как может за один день все так измениться? Теперь понятно, почему «родной» отец так дерьмово стал ко мне относиться. Я же, оказывается, теперь неродной ему. Ну, здрасте, приехали. Круто, че!

Почему именно сегодня матери нужно было мне об этом рассказать? Зачем? Лучше бы я жил и не знал этого до конца своих дней.

Дохожу до гостиницы. Поднимаюсь в свой номер. Ложусь на кровать. Не знаю, сколько времени проходит перед тем, как в номере оказывается мать. Неужели она шла за мной, а я не заметил?

Говорит лабуду. «Прости, извини, что так вышло». «Твой отец, который тебя воспитал, от тебя не отказывается, он тебя любит, ты не подумай». «Валерий просто хотел с тобой увидеться, он живет в Питере, и ты как раз тут». «Он известный бизнесмен, он меня бросил, я ему не сказала о беременности, вышла замуж за другого, мы решили ничего не говорить тебе». «Разводимся мы не из-за этого с твоим отцом, а я просто устала от его измен».

И много всяких разных слов. Слушал как будто откуда-то со стороны. Никаких сил ответить не было. Да и как будто не хотелось.

Потом пришла Милана. Ревела. Четвёртое место у неё. Вот горе. «Зато тебя родной отец воспитывал», – хотел я крикнуть, но не стал. Промолчал.

В конце она сказала, что Катя теперь все знает. И я даже сначала не понял, о чем она говорит. Что знает?

Потом до меня доперло. Тем лучше. Пусть знает.

Встал и пошёл к ней. Надо бы поздравить с победой.

Надеялся, что хотя бы с ней смогу отвлечься. Да, с ней точно станет лучше.

Но Катя оказалась такой же стервой, как моя мать. Вывалила на меня свою грязь.

Никому верить нельзя. Ни одна женщина недостойна доверия. Моя мать меня обманывала всю мою жизнь… Катя тоже врала, что влюбилась, раз готова так легко от всего отказаться.

Медаль получила, а все равно мне от ворот поворот!

Ну, ничего, она получит свое!

Глава 27
Катя

Макс протягивает мне телефон, беру в руки, смотрю видео.

Да, это я и он. Вчера. Как будто из другой жизни.

– И не пытайся удалить, у меня есть копия, – звучит голос Макса на фоне.

Быстро выключаю телефон, напряжённо дышу. Невозможно на такое смотреть.

Когда немного прихожу в себя, я выкрикиваю со слезами:

– Ты совсем идиот! Зачем ты такое снимал? Ненормальный!

Макс просто стоит и беззвучно смотрит на меня. Ни один мускул у него на лице не дрогнул. Он ещё хуже своей сестры. Гад, гад, гад!

Отворачиваюсь от него. Смахиваю слёзы и пытаюсь отдышаться. Дыхание такое неровное, как будто я тысячу километров пробежала. Что же мне теперь со всем этим делать?

Не хочу. Не хочу, чтобы это видео кто-нибудь посмотрел… И дело даже не в том, что это может грозить моей карьере – а грозить ей может все что угодно. У нас из спорта и за меньшее Кира Викторовна выгоняла… В прошлом году она исключила из команды Карину за простой пост в сети… Она издевалась над соперницей, прошлась некрасиво по ее внешности. Начался хейт той девочки, преданные подписчики Карины кинулись на ее соперницу со всей своей силой… травили, писали гадости, и Кира Викторовна выкинула «недоблогера» из своей команды. Хотя это была сильная девочка в спортивном плане! Я слышала, что Карина потом пошла к другому тренеру, но у неё ничего не получилось.

А откровенное видео в сети… Это же позор на всю жизнь.

Кира Викторовича не простит меня за такой проступок. Точно не простит. Она женщина суровая, со стальным характером. Скажет – сама виновата. Связалась не с тем… А кто я без неё? Без неё эти соревнования в Питере – моя последняя победа. И что мне делать?

– Ну, так что, раздеваться будешь? – спрашивает Максим сзади.

Внутри все горит – а внешне я пытаюсь остаться спокойной. Поворачиваюсь к Максиму, смотрю на него с равнодушием… Как же я его сейчас ненавижу! Очень хочу выгнать из своего номера, но я должна все взвесить… подумать о последствиях. Я должна удалить то видео, избавиться от улик.

– Раздевайся, Катя, – повторяет Макс.

Ласково так, почти как вчера он со мной разговаривал… Вчера я его ещё любила. Точнее, думала, что люблю.

Я же не знала, какой он на самом деле. И что он со мной играет.

В этот момент я принимаю решение. Не буду ничего ломать в одночасье. Он играл со мной. А я поиграю теперь с ним. Притворюсь послушной. Буду выполнять его желания… а потом удалю все его видео. Или найду на парня компромат.

Тут уж я покажу своё настоящее лицо. Но спать я с ним не буду. Ни за что! Он не возьмет меня шантажом.

Делаю шаг вперёд. Не моргая, смотрю на него и подхожу ближе, прикасаюсь к его плечу:

– Максим, я поняла… Но не сегодня. Сегодня я устала. И мне нужно переварить эту информацию. Хорошо?

Целую его в губы, как раньше.

Странно, никакого волнения и стеснения я не испытываю. Вот что значит ненависть! Она отрезвляет мозг.

Макс проводит рукой по моей щеке:

– А я и не знал, что ты можешь быть такой послушной. Мне нравится. Но я не хочу уходить.

Он с вызовом смотрит мне в глаза. В нем как будто тоже что-то изменилось.

Макс берет меня за талию и пытается уложить на постель. Я вырываюсь, встаю и строго говорю:

– Я сказала, что не хочу… сегодня!

Мы молчим, просто смотрим друг на друга. Кажется, он догадывается, что, несмотря на его уловки, это конец.

Но себя я не могу понять. Я как будто наполовину во вчерашнем дне, когда я ещё ничего не знала… и наполовину в сегодняшнем, когда я все знаю и терпеть его не могу.

И тем не менее – как бы я ни старалась – я не испытываю отвращения, когда представляю, что вчерашнее может повториться…

Максим подходит ближе и целует меня. Медленно и нежно.

Я убеждаюсь в своих мыслях. Мозгом я уже успела осознать, что он за человек, а вот тело отказывается это признавать… Как будто помнит его и все ещё хочет.

Максим выходит из моего номера, наконец, даже не сказав «Пока».

Смотрю на его широкую спину и как будто вижу его насквозь: он эгоист, каких поискать. Надо это запомнить и никогда-никогда не поддаваться больше его очарованию. Катя, не забывай, какое он ничтожество, как он тебя использовал и как сейчас наслаждается своей победой – временной победой.

Опомнившись, я кричу:

– Стой! Нужно обсудить условия. Я встречаюсь с тобой… неделю… а ты отдаёшь мне видео и никому их не показываешь, так?

Макс оборачивается, смотрит с вызовом:

– Нет. Ты перепутала, малышка. Мы встречаемся до тех пор, пока мне не надоест. О неделе речи не шло…

Не выдерживаю, проговариваю свои мысли вслух:

– Я уверена, что надоем тебе раньше, ведь ты мне абсолютно безразличен. И даже противен…

Макс резко разворачивается, снова прижимает меня к стене и рычит мне в лицо:

– Вот не надо только врать, Катенька. Я твой вчерашний оргазм очень хорошо ощутил. Столько пульсаций от моего члена… ага, противен. Не рассказывай мне сказки. Хорошо?

Отпускает меня. Выходит, громко хлопнув дверью. Я не успеваю ему сказать, что то было вчера… И больше никогда не повторится.

Я сажусь на кровать и пытаюсь успокоиться.

Наши с ним отношения – это сплошное мучение. Как хочется все прекратить. Но как же видео? На его порядочность я больше не могу надеяться… и рисковать своей карьерой – тоже не могу.

Глава 28
Катя

Я кое-как успокоилась, умылась, привела себя в порядок – и в дверь снова постучали.

Встаю и широким шагом иду открывать. Если это Максим, ему несдобровать – влеплю ему пощёчину и скажу, как я его ненавижу. И пусть проваливает со своим дурацким видео…

Я распахиваю дверь и теряюсь. Вместо Максима на пороге стоит Амелия, скрестив руки, и как-то осуждающе на меня смотрит.

Первая мысль – Макс показал всем видео и теперь все всё про меня знают, осуждают… Но когда глаза Амелии наполняются слезами, я понимаю, что дело в чем-то другом.

– Как ты могла?! – восклицает она и заходит в мой номер, толкая меня за плечо.

Я мигом закрываю дверь и спрашиваю:

– О чем ты говоришь?

– Оказывается, Булату нравишься ты! Ты же знала? И ничего мне не сказала…Как ты могла со мной так поступить? Мы же подруги!

– Откуда ты узнала? – интересуюсь я тихо.

– Он сам мне написал! Объяснил, почему мне не отвечает! Сказал отстать от него, не беспокоить больше… он думал, что я – это ты, – всхлипывает подруга.

– Амелия, послушай! – Я пытаюсь дотронуться до её плеча, но подруга от меня отшатывается, как будто я ее злейший враг.

Приходится подбирать нужные слова:

– Я сама не знала… не понимаю, почему Булат вообще так подумал… Я никогда на него внимания не обращала…Ты же сама знаешь!

– Он говорит иначе! – кричит Амелия. – Говорит, вы постоянно с ним в гляделки играли!

Какие ещё гляделки? Что этот ненормальный хоккеист ей наплел? Я смотрела на него, только когда Амелия мне что-то про него говорила… Неужели эти взгляды Булат расценил как мою заинтересованность? Вот черт!

Гляжу на подругу, и у меня сердце кровью обливается. Только не это! Только не сейчас. И так слишком много на меня свалилось сегодня… Как будто меня кто-то за что-то наказывает. Что же мне делать?

– У нас с ним ничего не было. Я говорю правду, поверь мне, – умоляю я подругу.

Амелия вытирает слёзы, вздыхает:

– Ты могла мне хотя бы сказать! Я себе места не находила, думала, что не так. Булату писала как дура… А ему, оказывается, другая нравится.

У меня заканчивается терпение после её реакции. Сколько она будет сопли на кулак наматывать?

– Да это он дурак! Полный идиот! У него не было ни одной причины думать, что это я. А если ему это так важно… надо было сразу спрашивать фотографию. Все парни – одинаковые эгоисты, думают только о себе, ненавижу их!

Я останавливаюсь, задыхаясь, и понимаю, что сказала лишнего. Последние слова уже явно не про Булата, а про Макса.

Амелия смотрит на меня странно, а потом садится на мою кровать, понурив голову, говорит:

– Может, ты и права. Булат сам виноват. Как он мог считать, что я – это ты?

Я сажусь рядом. Сердце радостно стучит: Амелия больше не обижается на меня! Простила! Обнимаю подругу и спрашиваю:

– Ты ему отправляла свою фотку?

Амелия шмыгает носом:

– Нет, он не просил. Даже не спрашивал, как я выгляжу.

– Вот и дурак! Увидел бы твою фотку, сразу бы забыл обо мне. – Я быстро замолкаю. Снова я сказала лишнего! Да что со мной сегодня такое? Но Амелия смеётся.

Затем встаёт.

– Ладно, прости, Катя, такой день тебе испортила… Ты сегодня чемпионкой стала, а я тут со своими проблемами.

– Да хватит тебе.

– Кстати, а как у вас с Максимом? Виделись же в Питере с ним? Я даже как-то забыла у тебя спросить про него…

Последние дни были такими насыщенными, что я даже не успела рассказать подруге не только про то, что мы виделись, а еще и про то, что он в соседнем номере живет. А я ведь еще планировала их в Питере познакомить. Думала, как классно: близкая подруга и парень теперь будут знать друг друга.

И тем лучше, что ничего не получилось. Не надо ей знать ещё одного придурка. Булата достаточно на ее голову.

– Мы с Максом поссорились, – отвечаю я уклончиво.

– Да? Ого! Из-за чего?

Подруга ждёт подробностей. И было бы, наверное, правильно все рассказать ей. Но я не могу. Стыдно в этом признаться.

Не хочу, чтобы ещё кто-нибудь знал, что к моей «первой любви» приложила руку Милана… Тошно от этого становится. Лучше бы я попала в такую же ситуацию, как Амелия.

У Булата не было никакого злого умысла. Подумаешь – заблуждался, когда переписывался. По какой-то причине думал, что Амелия – другая девушка. Это все поправимо! Они ещё могут встретиться, понравиться друг другу и забыть это недоразумение.

А вот то, что произошло между мной и Максимом, уже никак не исправить. Я ему никогда не смогу поверить. Он предатель.

– Просто он меня обманул. – Я отвожу глаза в сторону.

Макс

Чувствую себя паршиво. На душе кошки скребут. Тянет и тянет. Ноет. Хуже физической боли. Лучше бы я руку сломал, чем так…

Вспоминаю равнодушный взгляд Кати – и ещё хуже становится. Да что ж с ней такое! Раньше смотрела на меня, как влюблённая кошка, вся такая мягкая и послушная. А теперь как волчица, хочет перегрызть мне глотку!

Ничего. Я ее приручу… Заставлю делать все, что мне захочется!

Но стоит признать: прежняя милая Катя мне нравилась больше, если честно.

А кто виноват, что пришлось так поступить? Угрожать этим чертовым видео…

Жизнь как будто специально подставляет мне подножки. Все было хорошо, и вот надо устроить такую подставу! Я не Максим Константинович теперь. Я даже теперь не Миронов. А кто я – фиг знает.

Мать настоящую фамилию так и не сообщила. Надо будет спросить…

Зашибись! Жизнь похуже сериала.

Как я вообще теперь буду с отцом разговаривать? Как жить буду в его доме? Теперь мне у нового папки деньги просить?

Или теперь мне нужно съезжать из своего дома?

Наверное, да, так и сделаю. Съеду. И пофигу на сестру. А ещё пусть теперь отец своих любовниц в дом приводит. Не моя забота же!

Лежу и думаю, как за один день все поменялось. Познакомила меня мать с родным отцом… Зачем? Думала, я от радости заплачу?

Мне хреново. Я теперь как будто самого себя не знаю. Кто я такой?

Если бы не эта чертова ситуация… все хорошо было бы в жизни. Кате я сам бы все рассказал и дурацким видео шантажировать не стал бы. Была бы моей девушкой без вариантов. Не распоясалась и не убегала бы… Гадостей бы не говорила.

Я запутался. Не нашёл лучшего способа, чтобы оставить ее рядом.

Хочу Катю привязать к себе, чтобы всегда поблизости была, чтобы не врала мне. А как это лучше всего было сделать? Она же фигурное катание своё любит больше всего на свете. Вот на этом я и решил сыграть…

Глава 29
Катя

Выйдя из раздевалки, мы идём с Амелией под руку. Мышцы после тренировки приятно гудят. Хорошо потренировалась! Выучили сегодня с хореографом новые связки специально для чемпионата Европы. Мне очень понравилось. Прямо с новой силой в себя поверила: у меня действительно есть все шансы и там занять призовое место!

Но загадывать пока рано – впереди много работы. Мы выходим – на улице уже вечер. Амелия поворачивается и обнимает меня, говоря:

– Не знаю… Если бы не ты, я бы, наверное, уже забросила это фигурное катание.

– Ты чего? Не говори так! При чём здесь я?

– Нравится с тобой тренироваться. У меня амбиций нет, так хоть на других посмотрю… На тех, кто сможет чего-то достичь.

– Да перестань, ты тоже можешь многого достичь! – смеюсь я.

Амелия сначала улыбается, а потом ее лицо вдруг становится сосредоточенным. Она кивает куда-то мне за плечо. Я оборачиваюсь. Там стоит машина Макса. И он рядом с ней.

– Не понимаю, говорила, что вы расстались, а чего он опять тут стоит? Помириться пытается, что ли? – спрашивает подруга.

– Что-то типа того…

Мы прощаемся с Амелией. Она садится в свою машину с водителем, а я движусь в сторону Макса.

К моему наказанию.

Это наша вторая встреча после Питера. Неделю назад он тоже так приехал без предупреждения… Начал меня целовать в машине, расстегивал мне кофту. Если бы я его не остановила, он бы меня – прямо там… Но мне удалось от него отделаться. Я соврала, что у меня месячные. До сих пор помню, как шея горела от его поцелуев, когда я выходила из машины.

Не хочу с ним видеться. Хочу навсегда вычеркнуть из своей жизни, забыть. Но что мне делать? Как быть?

Одно радует – Милана на тренировках не появляется. Говорят, заболела. Тем лучше для меня, хотя бы здесь не напоминает о моем позоре …

Я сажусь в машину Макса с таким страхом, как будто в логово волка захожу. Максим не здоровается, просто заводит машину и куда-то едет.

– Куда ты едешь? – громко спрашиваю я.

– В одно место, где нам никто не помешает. Эти дни у тебя ведь прошли? А, не отвечай – меня это не остановит…

– Я не буду с тобой спать больше! В Питере это было ошибкой… И плевать мне на видео твое, понял? А теперь останови машину!

Макс поворачивает голову в мою сторону, скалится. Я молчу. Ладони потеют: мне страшно, он совершенно не смотрит на дорогу. Максим останавливается напротив какого-то заброшенного здания, кругом кусты. На помощь позвать не получится. Слишком темно уже на улице.

– Пересаживайся на заднее сиденье, – приказывает он мне, включая музыку погромче и блокируя двери.

– Не буду, – зло ухмыляюсь я.

Макс вздыхает.

– Может, хватит? Я думал, что ты все поняла… Мне что, снова видео тебе показать? Хорошо. Хочешь, я прямо сейчас его журналистке отправлю? У меня есть знакомая.

Он берет в руки телефон и что-то там тыкает.

– Не надо, – прошу я в отчаянии.

– Тогда слушайся! Садись на заднее сиденье! – рычит он на меня.

Я пересаживаюсь.

Максим делает то же самое. А затем быстро припечатывается к моим губам. Я и опомниться не успеваю, его руки властно трогают мою грудь. Парень спускается поцелуями вниз по шее.

– Ты просто ужасен! – говорю я, когда рот оказывается свободен.

Макс снова тяжело вздыхает.

– Не порть мне настроение, Катя.

– Я не хочу тебя! Я тебя не хочу… Оставь меня в покое! Найди себе другую, – повторяю я много-много раз.

Хотела выкрикнуть: «Я тебя не люблю», – но отчего-то эти слова сказать не вышло.

– Врать мне не надо. Не хочет она… Если тебе трусики снять, что там увидим?

– Ты просто ужасен! Что, нравится девушек шантажировать? Слабо найти ту, которая сама захочет?

Макс заводится еще больше, сильно злится. Я вижу это по его взгляду.

– А я хотел быть добрым! – огрызается он и расстёгивает ширинку:

– Давай, приступай. Спать со мной не хочешь? Тогда работай ртом.

– Не буду! Перестань себя так вести! Ты же не такой… – Я срываюсь на крик.

Макс хмыкает. Спрашивает:

– И какой же я?

Я молчу. Не знаю, что сказать…

– У нас договор, – произносит Макс спокойно.

– Это не договор! Это ты придумал…

Макс тут же берет телефон в руки, печатает, а затем поворачивает экран ко мне.

Читаю. Там написано большими буквами: «СЕНСАЦИЯ! Откровенное видео с участием фигуристки, занявшей первое место на чемпионате России».

Какая-то группа ВКонтакте… Читаю название: «Все победы России». Знаю такую. Я сама часто туда захожу, читаю новости про спортсменов. Откуда у него доступ к этой группе? Купил админа? Это в его духе.

Конечно, меня мгновенно прошибает холодный пот, а глаза застилаются слезами. Как представлю, что все узнают, посмотрят… Будут обсуждать мое тело…

Но я не собираюсь сдаваться! Смотрю на него с вызовом, восклицая:

– Отправляй! Мне все равно! Меня ты не получишь!

– Катя, ты взрослая девушка. Ты просто спишь со мной и сохраняешь свою репутацию. Это нетрудно. Ведь ты сама мне первый раз дала… Чего теперь строишь из себя недотрогу? М-м-м?

Смотрю на него исподлобья, прикусив губу.

– Я тебя не люблю больше, понимаешь? – выкрикиваю я, а у самой внутри все дрожит.

Телефон из рук Максима падает на пол. Парень сильно меняется в лице, а потом как будто отмирает и просто пересаживается на переднее сиденье.

А я остаюсь сидеть на заднем. Он заводит машину – и я, как будто в салоне такси, еду домой по ночному городу.

Молча смотрю в окно. Почему я с таким трудом произнесла эти слова? А может быть такое, что я его все ещё не разлюбила? От этой мысли становится нехорошо. Такого парня нельзя любить.

Машина останавливается напротив моего дома. Я пытаюсь выйти, но двери все еще заблокированы.

– Ты чего? – спрашиваю я у него.

– Я кое-что решил. Нам, Катя, правда надо расстаться. Трудно с тобой. Не привык я так.

Мое сердце радостно стучит. Неужели? Совесть в нем проснулась?

– Ты… ты удалишь видео? И перестанешь меня мучить? – спрашиваю я с надеждой.

– Удалю, – отрезает он равнодушно, а затем добавляет: – Только я с тобой один гештальт на закрыл.

– Чего?

– Сделаешь мне минет прощальный и расстанемся по-хорошему.

Я возмущённо дышу и сжимаю кулаки. Издевается! Снова! Один секс в голове, и не понимает, что я его больше не хочу! Максим наслаждается моей реакцией и как ни в чем не бывало добивает меня:

– И чтобы с чувством! А не на отвали… Окей? Видео какие-нибудь посмотри, научись.

Выхожу из его машины и сильно хлопаю дверью – так, что вся машина трясётся.

Мерзавец! Ненавижу! Ненавижу…