Текст книги "Королевство"
Автор книги: Аманда Хокинг
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Одиннадцать. Поражение
Не помню, как я бежала. Все слилось в серый туман, пока я не увидела Финна. Вокруг него уже столпились дворцовые обитатели, включая и Томаса, но я растолкала их.
Финн сидел на полу, я упала на колени рядом с ним и чуть не расплакалась. Висок в крови, одежда разодрана. Рука неестественно вывернута – очевидно, сломана.
– Что произошло? – Я дотронулась до его лица, словно убеждаясь, что он настоящий. Рука у меня дрожала.
– Мы застали их врасплох… – Он смотрел куда-то в одну точку влажными, воспаленными глазами. – Похоже, они возвращались в свой лагерь, тут мы и наткнулись на них. Думали, большую часть перебьем. Но они оказались сильные… – Финн с трудом глотнул воздух. – Канцлера убили.
– Ох, черт, – услышала я голос Туве. Я обернулась – он стоял у меня за спиной.
– Туве, сходи за матерью. Финн, как ты?
– Вроде бы живой.
Финн явно страдал от боли, я не стала расспрашивать его. Подробности нам поведал маркис Бэйн. По дороге в Услинну они заметили лагерь витра. Прямо как в сказках братьев Гримм – гоблины разожгли костер, плясали вокруг него, пели песни и хвастались победой. Канцлер предложил напасть на пирующих и покончить с ними прямо там, в лесу. Финну идея не понравилась, но уж если им представилась возможность остановить витра, пока те не напали на кого-нибудь еще, следовало воспользоваться ею.
Нашу группу не перебили подчистую только потому, что витра не ожидали нападения. Канцлер был не единственным убитым. Погиб еще один маркис, и еще один искатель был серьезно ранен. Остальные либо покалечены, либо крепко побиты, все в ссадинах, синяках и порезах.
Когда пришла Аврора, Бэйн все еще повторял как заведенный: «Удивительно, что мы живы». Финна она исцелила, правда, не до конца. Не стала тратить энергию на искателя, как я ни просила. Мы с Дунканом довели Финна до его комнаты, Туве остался проследить, чтобы все благополучно добрались до кроватей. Надо было готовить новую экспедицию в помощь Услинне, но сейчас мы не могли этим заняться.
– Не стану я валяться в постели, я в норме, – твердил Финн, пока мы укладывали его.
Я нечаянно задела его руку, и он поморщился.
– Финн, тебе надо отдохнуть.
– Нет! Мне надо разобраться, как остановить этих проклятых гоблинов. Рано или поздно они и сюда придут. Надо найти способ справиться с ними.
– Обязательно найдем. – Правда, я была не так уж в этом уверена. – Только не сейчас. Это может подождать до утра, а ты выспись.
– Венди, – глаза его горели тревогой, – ты не знаешь, ты же их не видела. Ты себе не представляешь, что это такое.
– Да, не представляю. – От его панического тона у меня засосало под ложечкой. – Ты мне все расскажешь. Только завтра.
– Тогда хотя бы Локи позови! – в отчаянии потребовал он.
– Локи? Ты с ним хочешь поговорить? Зачем?
– Должен же он знать, как с ними драться. Наверняка есть какой-то секрет, и кому его знать, как не маркису витра.
– Локи, наверное, спит…
– Так разбуди его, Венди! – закричал Финн. – Посмотри, ведь нас убивают!
– Ладно, – сдалась я. – Если ты обещаешь лежать, я позову Локи. Но как только вы закончите, ты проспишь до самого утра. Понятно?
– Хорошо, хорошо. – Он явно был согласен на что угодно, лишь бы расспросить Локи.
Я выглянула в коридор:
– Дункан! Приведи Локи. Скажи, я хочу его видеть.
Мы с Финном остались одни. Я мягко нажала ему на плечи, чтобы он лег, и он со вздохом подчинился. Я села рядом. Он смотрел в потолок. До чего грязная рубашка. Разодранная, в крови… Я осторожно потянулась пальцами к порезу.
– Нет, – резко сказал Финн.
– Прости. Мне жаль, что все так случилось. Надо было поехать с вами.
– Не говори глупости. Убили бы тебя, и все.
– В бою я гораздо сильнее вас, Финн.
– Не буду спорить. – Он все так же сверлил взглядом потолок. – Тебе не нужно тут оставаться. Я сам с Локи поговорю.
– Нет, я не хочу оставлять вас вдвоем. Ты слишком слаб.
– Думаешь, он будет со мной драться?
– Ерунда какая! Но он тебя может довести до белого каления. А я не хочу, чтобы ты сейчас волновался!
Финн только усмехнулся. До чего натянутыми стали наши с ним разговоры! Я не знала, что с этим поделать. И можно ли вообще что-то поделать? Мы молча ждали, пока не пришли Дункан с Локи.
– Э-эх, я ожидал увидеть совсем другую картину, когда ее высочество вызвала меня посреди ночи, – протянул Локи. Его светлые волосы были взлохмачены, на щеке след от подушки.
– Спасибо, что пришел, – сказала я. – Дункан рассказал тебе, что случилось?
– Ясное дело, нет, иначе зачем было приходить, – пробурчал Локи.
– Группа, которую мы послали на помощь Услинне, ввязалась в схватку с гоблинами. Есть убитые.
– Хорошо, что не все.
– Они были достойные граждане! – рявкнул Финн и хотел сесть в кровати, но я удержала его. – И отдали жизнь, чтобы защитить Фьонинг! Чтобы спасти принцессу! Это для вас ничего не значит?!
– Я не хотел сказать ничего плохого о ваших жертвах. – Локи то ли извинялся, то ли оскорблялся. – Справиться с гоблинами очень трудно. Учитывая то, что я слышал о налете на Услинну, удивительно, как вообще кто-то из вас остался жив.
– Мы застали их врасплох, – сказал Финн.
– А, это большое преимущество, – кивнул Локи. – Гоблины очень мощные твари, но глупы как пробки.
– Как лучше с ними сражаться?
– Не знаю, – Локи пожал плечами, – ни разу не пробовал.
– Вы должны знать! Должен быть какой-то способ!
– Может, способ и есть. Только я никогда не воевал против них. И в одной армии с ними тоже не сражался. Король не выпускал их со специально отведенной территории.
– А сейчас почему их выпустил?
– Сами понимаете почему, – вздохнул Локи и уселся на стул в углу. – Орен зациклился на принцессе. Он готов на все, чтобы заполучить ее.
– Как нам остановить его?
– Не знаю.
– Что, если мы вообще не сможем его остановить? – спросила я.
– Нет, нужно найти какой-то способ, – сказал Финн.
– У гоблинов не так много извилин, – задумчиво проговорил Локи. – Против ваших способностей они бессильны. Любое ваше воздействие на них будет вдвое эффективнее, чем на людей.
– Что это значит? – насторожился Финн.
– Например, дар убеждения или способности Венди. На них это работает вот так, – он щелкнул пальцами. – Поэтому именно я и охранял принцессу во дворце витра. Гоблинов она заставила бы делать все, что хочет.
– Значит, маркисы и марксины могут справиться с гоблинами, а я не могу? – спросил Финн.
– По крайней мере, не в рукопашной, – покачал головой Локи.
– Не призывать же маркисов и марксин на войну, – вздохнула я. – Тем более после того, как сегодня убили маркиса и канцлера. Они побоятся.
– Надо их как-то убедить, – сказал Финн. – Если это единственный способ противостоять витра, придется и марксинам воевать.
– Это наверняка не единственный способ, – сказала я, но оба пропустили мои слова мимо ушей.
– Испорченный у вас народ, – поморщился Локи. – Вы даже приказывать им не можете.
– Это мы испорченные? – усмехнулся Финн. – Кто бы говорил, беглый принц!
– Не знаю, почему это вас так оскорбляет. Я видел, как обращаются с Венди, а ведь она принцесса. Дерзость невероятная.
– Они еще ее не знают, на это нужно время. И если она чаще проводит его с пленным витра, это не улучшает ситуацию.
– Я не пленный, – отрезал Локи. – Я здесь по своей воле.
– И это мне непонятно.
– Финн, – вмешалась я, – Локи просил об амнистии, и я пожаловала ее.
– Конечно. Но я не понимаю твоих мотивов. Мы воюем с витра, а ты разрешаешь ему здесь жить и свободно разгуливать.
– Вас так злит, что она проводит со мной время? – лукаво спросил Локи, и Финн злобно уставился на него.
– Я не… – Не придумав, что сказать, я покачала головой. – Сейчас не важно, почему Локи с нами. Важно, что он с нами. И его знания о витра могут нам помочь.
– Я могу рассказать все, что мне известно, но вряд ли я знаю что-то такое, что действительно сможет помочь. Информация о политике, о церемониях – это пожалуйста. Если бы я знал способ остановить короля Орена, я бы сам это сделал.
– Зачем? – спросил Финн. – Почему вы против своего короля?
– Потому что он подонок. – Локи опустил взгляд, будто рассматривал что-то на рубашке. – Негодяй, каких свет не видел.
– Разве он не был таким всю жизнь? Почему вы дезертировали только сейчас? Почему бежали к нам? Есть другие племена троллей, есть сотни городов, которые не воюют с вашим королем.
– Но только у трилле есть Венди. – Локи опять улыбнулся, хотя в глазах все еще стояла боль. – Как я мог не попытаться?
– Вы прекрасно знаете – она замужем! Пора перестать флиртовать, вам не кажется? Вы ей не интересны.
– Пусть она сама решает, кто ей интересен! – вскипел Локи. – Что-то не похоже, чтобы вы сами следовали своему совету!
– Я ее искатель. – Финн сел на кровати, и на этот раз я не стала его укладывать. Глаза у него горели. – Моя работа – защищать ее.
– Вовсе нет. Ее искатель – Дункан. – Локи кивнул на Дункана, стоявшего у двери. Тот во все глаза наблюдал за их сварой. – И Венди сильнее вас обоих, вместе взятых. Финн, вы вовсе не ее защищаете. Защищаете вы сами себя, как ее бывший парень, отправленный в отставку.
– Все пронюхали, да? Ничего вы не знаете, – проворчал Финн. – Вы подлый интриган, и будь моя воля, я бы тут же выпроводил вас обратно к витра!
– Однако ваша воля – ноль. Вот несчастье, да? – усмехнулся Локи. – Вы всего лишь искатель, Финн. Вы не можете ничего решать.
– Зато я могу! – отрезала я. – Разговор окончен. Финну надо отдохнуть, а от тебя, Локи, никакого толку.
– Извините.
– Может, вернешься к себе в комнату? Я через минуту зайду поговорить.
– Конечно, – кивнул Локи. – Поправляйтесь, искатель.
Финн что-то проворчал в ответ, и Локи с Дунканом ушли. Мне хотелось протянуть руку и погладить Финна, как-то утешить его. Мне казалось, это ему нужно. Мне самой это было нужно. Мысль о том, что я могу его потерять, приводила в ужас. Он ведь чуть не погиб.
Я не вынесу, если кто-то еще погибнет. Я должна что-то сделать.
– Пожалуйста, поспи, – сказала я Финну, не найдя других слов. Встала, но он схватил меня за руку.
– Венди, я ему не доверяю.
– Знаю. Но я доверяю ему.
– Будь осторожна, – сказал Финн и отпустил меня.
Время было далеко за полночь, во дворце стояла тишина. Завтра будут бесконечные совещания, но сейчас все разошлись по кроватям. В коридоре было темно, только из комнаты Локи струился мягкий свет.
Он не слышал моих шагов, и я тихонько наблюдала за ним в приоткрытую дверь. Локи застелил постель и сейчас стоял, глядя на нее. Грыз большой палец. Потом покачал головой и смял одеяло, чтобы постель казалась неубранной. Потом передумал, опять расправил.
– И что ты тут делаешь? – поинтересовалась я.
– Ничего. – Он вздрогнул, но тотчас улыбнулся, взъерошил волосы. – Ничего. Хотела поговорить? Заходи.
– Наводил лоск из-за моего визита?
– Ну… когда к тебе заглядывает принцесса, хочется придать комнате приличный вид.
– Ясно. – Я вошла и закрыла за собой дверь – к явному восторгу Локи.
– Присаживайся, – показал он на свежезастеленную кровать, – чувствуй себя как дома!
– Я хочу попросить тебя об одном одолжении.
– Для тебя – все что угодно.
– Помоги мне добраться до дворца витра.
Локи перестал улыбаться.
– Все что угодно – кроме этого.
– Я понимаю, это ужасная просьба – после того, что Орен с тобой сделал. Тебе не надо будет заходить внутрь или еще что-то такое. Понимаешь, я не знаю дороги и не знаю, как попасть во дворец. Объясни мне, проводи до дверей. Я не буду подвергать тебя опасности и тем более рисковать твоей жизнью.
– Но хочешь, чтобы я рискнул твоей? Нет, принцесса.
– Я тебе обещаю полную безопасность. Если я буду там, Орен, наверное, о тебе даже не вспомнит. Хочешь, и не подходи ко дворцу. Только расскажи, как туда добраться.
– Венди, ты меня не слушаешь. Я не о себе беспокоюсь. Я не дам тебе это сделать.
– Со мной все будет в порядке. Орен мой отец, и я сама могу позаботиться о себе.
– Ты и представить не можешь, с чем ты там столкнешься, – мрачно усмехнулся Локи. – Нет. Это полный бред. Даже говорить об этом не желаю.
– Локи, послушай меня, пожалуйста. Финн чуть не погиб…
– Угу. Твоего возлюбленного ранили, и теперь ты не можешь придумать ничего лучше суицида?
– Никакой он мне не возлюбленный.
– Хорошо, бывший возлюбленный. Какая разница. Терпеть не могу соглашаться с такими типами, но твой Финн прав. Мы должны найти какой-то способ справиться с Ореном. Да, сегодня от меня было мало толку, но дай время подумать, и я изобрету что-нибудь.
– Локи, у нас нет времени думать! Пойми, я не собираюсь предлагать себя Орену в качестве платы за мирный договор, но мне нужно хотя бы поговорить с ним. Нужно сделать все, чтобы оттянуть войну. Нужно время, чтобы сформировать армию. А он убивает уже сейчас!
– Угу. Значит, я отвожу тебя ко дворцу на небольшое совещание с королем? Пока вы там совещаетесь, я подожду снаружи, а как закончите, ты спокойно выйдешь, мы сядем в машину и вернемся сюда? Это и есть твой план?
– Э-э… не совсем, но вроде того.
– Венди! С какой стати Орен тебя выпустит? Ведь он все это замутил, чтобы заполучить тебя! И тут ты сама являешься к нему, по доброй воле!
– Во-первых, он не сумеет удержать меня силой. Я могу защищаться от него, от его гоблинов, от всего, что там у него есть. Воевать за всю армию, защитить каждого своего подданного в одиночку я не могу. Но за себя постоять – вполне.
– Даже если это правда, все равно твоя затея – безумный риск. Если ты попробуешь поступить наперекор ему, он может просто убить тебя. Даже угрожать не будет. Даже брать в заложники. Просто убьет. Для него лучше убить тебя, чем позволить тебе вернуться.
– Нет, Локи, не сейчас. Потом – да, но сейчас еще нет. Орен мечтает, чтобы я стала королевой. Поэтому он и согласился на перемирие. Он хочет посадить меня на трилльский трон.
– Орен хочет править обоими королевствами, – тихо сказал Локи. – Ты собираешься дать ему то, что он хочет?
– Да. Я предложу ему вместе править над трилле и витра, если он прекратит кровопролитие до моей коронации.
– Он не будет править вместе с тобой. Он отберет у тебя королевство.
– Я знаю. Править я ему все равно не дам. Я не собираюсь выполнять это обещание.
Локи покачал головой и присвистнул.
– Если ты пойдешь на попятный, он камня на камне здесь не оставит. Все, что ты хотела сохранить, все твои новшества… на них можно поставить крест.
– Мне не придется идти на попятный. Никакой нужды в этом не будет. Сейчас я хочу просто выторговать время, чтобы подготовить армию. Потом мы сами нападем на витра, разобьем их, и я убью Орена.
– Ты убьешь Орена? – Локи насмешливо приподнял бровь. – Ты хоть знаешь, как можно убить его?
– Нет. Пока нет. Поэтому я его еще не убила. Но я это сделаю.
– Даже я не знаю, можно ли вообще его убить.
– Всех можно убить. Надо только знать способ.
– Очень, очень многие пытались. И никому не удалось.
– Да, но ни у кого из них не текла в жилах кровь Орена. Думаю, я единственная в силах это сделать.
– А если нет? Если ты сейчас заключишь договор, а потом не сможешь справиться с королем?
– Там видно будет… – вздохнула я. – Но я должна найти какой-то способ. Орен будет воевать, пока не получит меня. И я охотно сама далась бы ему в руки, если бы была уверена, что его это остановит. Но я не уверена.
Локи рассматривал рисунок паркета на полу. Думал над моими словами. Трудно сказать, к какому выводу он пришел, но вид у него был не воодушевленный.
– Ну что? – спросила я наконец. – Ты поможешь мне?
– Нет. Прости, принцесса. Я не могу.
– Хорошо. Пойду искать того, кто поможет.
– И кто же это будет? Кто еще знает дорогу?
– Я сама найду дорогу.
Туве и несколько искателей должны знать, как добраться до дворца витра, но внутри дворца, в его лабиринтах они не ориентируются столь же хорошо, как Локи. В конце концов, можно взять карту из военного зала. Я уже стояла возле двери, но Локи схватил меня за руку:
– Нельзя ехать одной!
– Пусти меня. – Я попыталась освободиться, но тщетно.
– Венди, я не позволю тебе это сделать.
– Ты не можешь мне запретить.
– Венди, я намного сильнее тебя.
Как я ни старалась отпихнуть его, это было все равно что сдвинуть бетонный блок. В конце концов Локи прижал меня к стене. Он не касался меня, но стоял так близко, что я даже пошевелиться не могла.
– Может, физически ты и сильнее, но еще минута – и ты будешь корчиться на полу, – сказала я. – Не хочу причинять тебе боль, но придется, если ты продолжишь так себя вести.
– Не придется, – возразил Локи. – Но, Венди, оставь эту безумную затею.
– Нет. Я должна сделать все, чтобы сохранить жизнь своих подданных. Ты не готов помочь, и я тебя не виню. Только не мешай мне!
Локи прикусил губу, покачал головой, но не сдвинулся с места.
– Ты хочешь уехать к витра прямо сейчас, посреди ночи? Что ты скажешь мужу?
– Ничего.
– Ничего?! Принцесса исчезает, не сказав ни слова? Представляешь, что тут начнется?
– Утром Дункан сообщит, куда я направилась. Так мы выиграем несколько часов и спокойно доберемся, пока за нами не снарядят погоню.
– Если Орен тебя не выпустит, он перебьет всех, кто за тобой примчится. Финна, Туве, Дункана. Может, даже убьет Виллу. Ты готова рискнуть?
– Боюсь, это мой единственный шанс их спасти, – сказала я внезапно охрипшим голосом.
– Есть ли способ тебя отговорить? – прошептал Локи, глядя мне в глаза.
– Нет.
Локи вздохнул и отвел прядь волос с моего лица. Ладонь его замерла, и я не отвела ее. Взгляд у него был непривычно грустный. Надо бы спросить его, в чем дело, но мне не хотелось больше говорить.
– Запомни это, – прошептал он.
– Что?
– Ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал.
– Нет, – соврала я.
– Хочешь. А я хочу, чтоб ты это запомнила.
– Зачем?
– Затем. – И он отстранился. – Если ты все еще не передумала, то собирайся. Не станешь же ты говорить с королем вот так, в пижаме.
Двенадцать. Рандеву
Локи нравилось арт-кантри, и, когда мы выехали из Фьонинга, спутниковый радиоприемник в «кадиллаке» играл Нила Янга, Райана Адамса, «Рэконтерз» и Боба Дилана. Иногда Локи подпевал – увлеченно и фальшиво, и это пение почему-то умиляло меня.
Снаружи стояла кромешная тьма, вокруг валил снег, но Локи все было нипочем. Несколько раз машину заносило, и он всегда выправлял ее. Пока я красилась на ходу, он старался ехать потише, чтобы я не ткнула тушью в глаз. Локи смеялся над моим макияжем и «дворцовой униформой». Это было длинное темно-фиолетовое платье, украшенное кружевом и бриллиантами, а сверху черный бархатный плащ. Выбор одежды был очень важен: Орен всегда придавал большое значение этикету и формальным знакам внимания. Когда витра меня похитили, Сара допускала меня к королю только в подобающем платье. Красивый, правильно подобранный наряд для встречи с королем свидетельствовал об уважении, которое он так ценил.
Мне еще повезло, что платье удалось найти. Почти всю мою одежду перевезли из моих прежних покоев в покои королевы, где мы жили теперь с Туве, но что-то осталось в старом гардеробе. Сегодня я одевалась именно там, потому что не хотела встречаться с Туве и объяснять ему, куда это я собралась.
Переодевшись, я заглянула к Дункану. Тот чуть с ума не сошел, узнав о моем плане, и наверняка побежал бы докладывать Туве, как только за мной закроется дверь. А то и раньше. С помощью своей способности к убеждению я заставила его подождать до восьми утра. Мы будем уже почти у дворца, когда они узнают…
Как принцесса, я могла пройти в любое помещение дворца, поэтому беспрепятственно взяла в гараже ключи от черного «кадиллака». Никто не видел, как мы покинули Фьонинг, только гвардеец у ворот. Силой своего убеждения я приказала ему молчать, и мы выехали на дорогу.
– Поспи, Венди, – посоветовал Локи, глядя, как я смотрю в окно на летящий навстречу снег. – Я тебя довезу в целости и сохранности.
– Не сомневаюсь. Но спать не хочется. – Хотя в эту ночь поспать не удалось, усталости я не чувствовала. Нервы на пределе.
– Мы всегда можем повернуть обратно, – напомнил Локи. Уже не в первый раз.
– Я знаю.
– Ну, предложить никогда не вредно, – разочарованно откликнулся он. Минуту помолчал и опять запел вместе с радио.
– Твой отец ведь из трилле, да?
– Он родился во Фьонинге, – уклончиво ответил Локи. – Однако по родству он гораздо ближе к змеям, нежели к трилле или витра.
– В смысле? Образно, да? Не мог же он быть какой-нибудь гадюкой?
– Нет, – усмехнулся Локи. – Не все же змеи – гады.
– А как он попал к витра? Он уехал за твоей мамой?
– Он был канцлером во Фьонинге. Они с твоим отцом познакомились, когда Орен обхаживал твоих деда и бабку, просил руки Элоры.
– Я не знала, что твой отец был столь крупным сановником.
– Был, ага, – кивнул Локи. – Когда готовили свадьбу, ему пришлось много общаться с Ореном, и отца восхитила его жажда власти. Зло притягивает зло.
– И он уехал к витра?
– Не совсем. Тогда они планировали объединить королевства. Орен правил бы обоими, поскольку твоя мать – королева. Это было еще до ее возвращения во Фьонинг, но они уже начали над этим работать. Как канцлера отца отправили в качестве посла трилле в королевство витра. Там он и познакомился с мамой.
– Ты вроде говорил, что он уехал не из-за нее?
– Не из-за нее. Она была средством передвижения. Отец женился на ней, чтобы уехать к витра, а не наоборот.
– Значит, он ее не любил?
– Он ее терпеть не мог. Она была очень красивая… но, по-моему, ему было плевать. Главное, она была высокородная марксина. Отец хотел могущества и власти, у матери все это было… На тот момент он стал одновременно трилльским канцлером и принцем витра. Я не принц по рождению, во мне нет королевской крови, как и в отце, но, поскольку мы обладаем одним из высочайших в королевстве титулов, мы – принцы.
– Твой отец совершил предательство, да?
– Неужели ты знаешь? – Локи мельком взглянул на меня. – Тебе рассказали?
– Элора рассказывала, что твой отец выдал Орену место, где они с бабушкой прятались. Орен явился туда и убил бабушку.
– Так и было. Отец и не только их выдал бы, если бы мог. Он хотел выдать Орену тебя, но ему не удалось выяснить, где ты. За верную службу Орен сделал его своей правой рукой. Позволял ему все, жаловал что угодно – вроде бы живи да радуйся, но нет.
– Что с ним случилось?
– Когда мне было девять лет, Орен женился на Саре, и отец взбесился. Ведь у них мог родиться здоровый ребенок, чего он очень не хотел. На тот момент я был единственным законным наследником трона.
– Но ведь Сара бесплодна? – удивилась я.
– Тогда мы еще этого не знали, – объяснил Локи. – В ней есть немного трилльской крови, кто-то из прабабок или дедов был трилле, и от них она унаследовала дар исцеления. Однако, видимо, кровь витра почти заглушила трилльскую, и Сара бесплодна.
– А когда она вышла за Орена, твой отец решил, что она родит наследника?
– Угу. Отец хотел ни много ни мало как сделать меня королем. Неважно, что я не чувствовал ни призвания, ни желания, неважно, что Орен может прожить еще тысячу лет и трон мне все равно не светит.
– Но зачем твоему отцу это надо было?
– Он хотел власти, еще больше власти. Думал, если я стану королем, он будет править миром или что-то в этом роде. Вряд ли он это планировал как-то более подробно, но жажда власти буквально сжигала его.
– И что произошло? Я слышала, он пытался перейти обратно на сторону трилле.
– Пытался, да. Уже после того, как все полетело к черту. Видишь ли, он решил убить Сару. Я точно не знаю как, – скорее всего, хотел ее отравить. Мама узнала об этом, и… – Локи покачал головой. – Она всегда была очень добра ко всем. Кроме того, я был помолвлен с Сарой, и она стала как бы членом семьи. Мама приглашала ее в гости, относилась к ней, как к дочери. Даже после свадьбы Сары и Орена мама осталась в близких отношениях с ней.
– А твой отец хотел убить Сару?
– Мама не дала бы это сделать. И тогда отец убил ее. – Локи замолчал.
– Но ведь Сара жива!
– Да нет, отец убил мою мать, – ровным голосом сказал Локи. – Бил ее по голове металлической вазой, снова и снова. Я все видел. Прятался в шкафу.
– Ужас какой, Локи…
– Король узнал, но ему было все равно. Подумаешь, фаворит кого-то там убил. И тогда я рассказал Орену, почему он убил мать, рассказал о его планах насчет Сары. Отец хотел бежать к трилле. Предложил Элоре какие-то торговые секреты, все, что знает, хотел рассказать. И она вроде бы согласилась, но он так и не добрался туда. Орен нашел его и казнил.
– Локи, это ужасно… – Я не знала, что еще сказать. – Мне очень жаль.
– А мне нет. Мне еще повезло, что король не казнил заодно и меня. Сара меня пожалела, взяла к себе во дворец.
– Значит, тебя вырастили король с королевой?
– Ну да. Вернее, королева. Сара. Король никогда не питал ко мне особых чувств, да, я думаю, он никогда никого не любил.
Повисло молчание. Локи был мрачен. Видимо, воспоминание о смерти матери так подействовало на него. То, что случилось в его семье, просто чудовищно. Хотя у меня самой было не очень-то счастливое детство. Я вспомнила, как он недавно пришел во Фьонинг, как я положила руку ему на грудь, туда, где шрам. Мы с Локи родственные души, и чем больше я об этом думала, тем больше сходства находила между нами.
У обоих – равнодушный, даже ненавидящий нас отец. Оба в детстве осиротели. Отец Локи хотел сделать его королем вопреки воле сына, моя мать хочет сделать меня королевой, хотя я не разделяю ее желания. И в Локи, и во мне смешана кровь трилле и витра.
– Почему ты не такой, как я?
– В смысле?
– Не такой могущественный, как я. Мы же оба наполовину трилле, наполовину витра.
– Ну, во-первых, ты дочь самой могущественной из трилле и самого могущественного из витра. Я сын очень одаренной витра и довольно слабого трилле. Мой отец был маркис родовитый, но даром обладал весьма посредственным. Я унаследовал его дар лишать сознания, но даже мои способности намного превышают те, какими обладал он.
– Зато физически ты намного сильнее меня, – заметила я.
– Твой отец физически тоже не супер. Не пойми меня неправильно, он очень сильный, особенно по трилльским меркам. Однако по большому счету Орен просто… бессмертный.
– Просто бессмертный, ага. – Я нервно рассмеялась. – Это очень упрощает мне задачу с его убийством.
– Можно повернуть обратно.
– Нет, нельзя.
«Кадиллак» заскользил на обледеневшем участке и дернулся в сторону. Выравнивая машину, Локи одной рукой придержал меня.
– Извини, – сказал он, но руку не убрал.
– Все нормально.
Ладонь у него была теплая, и я сжала ее. Зачем – сама не знаю, но мне стало легче. Нервная лихорадка чуть-чуть улеглась, желудок перестал сжиматься. Смотреть на Локи было слишком неловко, и я отвернулась к окну. Локи молчал. Только держал меня за руку и снова потихоньку напевал вместе с радио.
Когда мы подъезжали ко дворцу витра, метель уже почти прекратилась. Дворец походил на старинный замок. Последний раз, когда я была тут, спешка не позволяла толком разглядеть это величавое строение, а сейчас на фоне серого неба вырастали кирпичные башни с винтовыми лестницами. Вокруг темнел мрачный зимний лес, высокие деревья тянули к облакам ветки без единого листика. Я ожидала увидеть и ров, но рва не было.
Локи остановился перед массивными дубовыми дверями и заглушил мотор. Я с ужасом смотрела на эти двери. Нельзя давать волю нервам, нельзя. Я должна сделать то, что задумала.
– Локи, как найти короля? – спросила я. – Где его покои?
– Я тебе покажу. – Он уже вылезал из машины.
– Что ты делаешь?
– Провожаю тебя во дворец.
– Тебе нельзя во дворец! Король может сотворить с тобой что угодно.
– Только самый паршивый экскурсовод ленится лично показать все красоты! – пошутил он, но улыбка была натянутая.
– Локи, я абсолютно серьезно. – Я не спешила его догонять. – Орен опять бросит тебя в подземелье…
Он обернулся:
– Может, и так. Однако вряд ли это случится, если тебе удастся заключить с ним сделку. На что мы оба и рассчитываем.
– Все равно мне не нравится, что ты туда идешь.
– А мне как не нравится, что ты туда идешь! Так что мы квиты.
Подумав, я кивнула. Не хотелось подвергать Локи такой опасности, но он прав. Если Орен согласится со мной – а на это и была вся надежда, – можно заодно получить и амнистию для Локи. Тогда потом, когда я стану королевой, он сможет перейти к нам от витра… но не будем заглядывать так далеко.
Мы вместе подошли к воротам. Я попыталась открыть одну из створок, но она даже не сдвинулась с места. Локи тихонько рассмеялся. Протянул руку, и ворота легко открылись. Мы ступили во дворец витра.
