Текст книги "Хозяйка поместья Бэзил-Холл (СИ)"
Автор книги: Алиса Болдырева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)
Глава 3
Следующим пасмурным утром, часов в девять, Хэйл, надев на себя черные брюки и рубашку голубого цвета, которая так подходила к его глазам, спустился на первый этаж к завтраку. Он удивился, когда застал в гостиной в такую рань Бетани. Удобно устроившись на мягком диване, она, в полном одиночестве, пила кофе. Девушка задумчиво смотрела в сторону окна, периодически поднося маленькую кофейную чашку к своим пухлым губам, и сделав очередной глоток, легко опускала ее на белое фарфоровое блюдце. Полностью поглощенная своими мыслями, она даже не заметила, что больше не одна в комнате. Хэйл стоял, прислонившись к дверному проему так, что оставался вне поля зрения девушки. Его руки были сложены на груди. Какое-то время он, словно зачарованный, наблюдал за ней. Ее небольшая округлой формы грудь, так и норовила выскользнуть из корсажа платья, нежно-персикового цвета, когда она наклонялась вперед, чтобы поставить чашку на глянцевую поверхность стола. С большим трудом стряхнув с себя странное наваждение, вызванное этим зрелищем, Хэйл откашлялся, привлекая к себе внимание Бетани:
– Мисс Палмер, доброе утро!
Его низкий голос прозвучал слишком громко, нарушая утреннюю тишину комнаты, и от неожиданности Бетани пролила несколько капель кофе на стол. Она тут же поспешила стереть их белой кружевной салфеткой, что лежала на подносе.
– Мистер Далтон, – легкая улыбка тронула изгиб ее губ, когда Бетани кивнула ему в знак приветствия.
– Надеюсь, я не помешал вам? – пройдя вглубь комнаты, уточнил Хэйл.
– Ничуть! – живо отозвалась Бетани, и жестом предложила ему присоединиться.
– А вы ранняя пташка, мисс Бетани. Я надеюсь, вы позволите мне так вас называть? – поинтересовался Хэйл, присаживаясь напротив Бетани в кресло. Он вытянул свои длинные ноги в сторону девушки, и его ступни почти касались маленьких ступней Бетани.
– Как вам будет угодно, мистер Далтон. Может, распорядится, чтобы подали завтрак? – уточнила Бетани, опустив свою пустую чашку на столик.
– Не стоит беспокоиться. Я, пожалуй, выпью вместе с вами кофе, если вы не возражаете, конечно? – он приподнял брови вверх, спрашивая у нее разрешения.
Ведя с ней беседу, Хэйл не переставал рассматривать девушку. Ее лицо выглядело свежим после сна. Легкий румянец покрывал ее нежные щеки. Вероятнее всего, она даже не предполагала, насколько очаровательна была в этом воздушном платье.
– Это ведь теперь ваш дом, мистер Далтон, и вы вольны здесь делать все, что вам угодно, – вымолвив это, Бетани медленно приподнялась с дивана, собираясь оставить его одного в комнате.
– Об этом я и хотел с вами побеседовать, мисс Бетани, – улыбнувшись, произнес Хэйл, жестом руки прося ее вернутся на место. Нехотя, Бетани вновь опустилась на мягкий диван, сложив свои руки на коленях. Хэйл ненадолго задержал свой взгляд на ее тоненьких пальчиках, сложеных вместе. Бетани молчала, не нарушая тишину, которая воцарилась в комнате. Хэйл тоже не торопился пояснить суть разговора, будто наслаждаясь ее обществом. Он, не спеша, налил себе кофе в белую чашку, и, откинувшись на спинку кресла, стал маленькими глотками пить его.
Наконец, не выдержав длительной паузы, Бетани бросила на него недовольный взгляд из-под полуопущенных пушистых ресниц и сухо поинтересовалась:
– Мистер Далтон, может, вы все же поведаете мне о том, что заставило вас подняться в такую рань и искать встречи со мной?
Подавшись вперед, Хэйл опустил чашку на столик, и лениво улыбнулся, слегка приподняв уголки губ вверх. У мисс Бетани, оказывается, имеются коготки?
– Вам настолько неприятно мое общество? Я все-таки являюсь вашим опекуном, мисс Бетани, а это означает, что нам придется часто встречаться, – бросил он, смотря ей прямо в глаза. Его любезный тон ничуть не обманул Бетани. Она понимала, что говорил он сейчас вполне серьезно.
Она промолчала, не зная, что ответить на это. Конечно, они будут часто видеться! По крайней мере, до тех пор, пока она не переедет из Бэзил-Холла.
– Или у вас есть какие-то спешные дела, от которых я вас отвлекаю, мисс Бетани? – лениво поинтересовался Хэйл. Он не выпускал ее из поля зрения ни на секунду.
– Дело в том, мистер Далтон, что мне необходимо подготовится к осеннему балу. Дел невероятно много, а бал состоится уже совсем скоро. В мои планы не входило просидеть в этой гостиной целый день, и поэтому я была бы вам крайне признательна, если бы вы поторопились, – холодно улыбнувшись, отрезала Бетани.
– Хм-м? Осенний бал, который каждый год устраивает миссис Глэдис? – прищурив глаза, осведомился Хэйл.
– Какой вы проницательный! Но, насколько я знаю, вы не получали приглашение на этот бал, разве нет? – в притворном сожалении проговорила Бетани.
– Тушé, мисс Бетани! – засмеялся Хэйл. Ему, определенно, нравился острый язычок его подопечной!
– Может, наконец, подойдем к цели нашего разговора? – вскинув вверх темную бровь, спросила Бетани.
– Хорошо. Я хотел бы вернуться к завещанию мистера Лоренса Палмера, которое нам не удалось обсудить вчера. Я не сомневаюсь, что мистер Оррел озвучил все…условия, которые необходимо будет выполнить, согласно этому завещанию. Как вам, так, разумеется, и мне, – четко произнес Хэйл, не сводя внимательного взгляда с Бетани. По тому, как вспыхнули ее щеки, Хэйл понял, что Бетани в курсе каждой точки и запятой в том злосчастном завещании, которое составил его двоюродный дядя. Кивнув головой, Хэйл продолжил: – Я уверен, что мне будет легче исполнить мою часть договора, если я буду знать о том, что думаете по этому поводу вы, дорогая мисс Бетани.
Бетани долго молчала, теребя бледными пальцами подол своего персикового платья. Этот непроизвольный жест выдал ее волнение. Хэйл хмыкнул. Значит, мисс Бетани не так спокойна, как хочет казаться.
Наконец, собравшись с мыслями, она подняла на Хэйла свои серые глаза, и отчеканила:
– Что ж, мистер Далтон, раз вы настаиваете! – Бетани глубоко вдохнула, а затем снова продолжила уже более громко и твердо: – Я уверена, что мистер Лоренс не хотел ничего дурного, составив завещание таким образом, что мне в скором времени предстоит замужество. И вы, безусловно, руководствуясь страстным желанием исполнить свой долг перед покойным дядей, поторопитесь с устройством моего брака! Но если уж вы изволили узнать мое мнение по этому поводу, то могу вас смело заверить, что не слишком тороплюсь под венец! Хотя, вряд ли это что-то изменит!
Хэйл заметил, что ее пальцы, сложенные на коленях, дрогнули, когда она произносила свой монолог. Договорив, Бетани резко поднялась с дивана и направилась к выходу.
Она остановилась, когда Хэйл преградил ей путь, внезапно оказавшись перед ней. По сравнению с ним, она была точно маленький ребенок, едва доставая ему до груди. На ее щеках горели два ярких пятна, выдавая с головой ее эмоции: от смущения и замешательства до злости. С шумом втянув воздух, Бетани отступила назад. Ее глаза яростно полыхнули, что не укрылось от взгляда Хэйла. Он изумился тому, сколько страсти таила в себе эта миниатюрная брюнетка, которая в данный момент стояла перед ним, упрямо сжав свои розовые губы!
Не совладав с собой, Хэйл сделал шаг вперед, чтобы сократить расстояние между ними, которое, казалось ему, непозволительно огромным. Бетани застыла, боясь пошевелится.
– Мисс Бетани, я нисколько не тороплю вас, поверьте! – пылко проговорил Хэйл, приближаясь к ней. Их уже разделяли считанные сантиметры, и она могла видеть свое застывшее отражение в его глазах, мерцавших, как синие озера.
– Я вам благодарна за это, мистер Далтон, – кое-как выдавила из себя Бетани. Ее сердце бешено барабанило, выдавая сильное волнение. Бетани казалось, что Хэйл тоже слышит этот громкий нарастающий стук. Она испугалась, когда он подошел к ней настолько близко. Кто знает, что у него на уме? Это же Хэйл Далтон, повеса и авантюрист! Нужно быть с ним предельно острожной, тем более, что они оказались одни в этой комнате! Заметив выражение его лица, Бетани поспешила отойти от него на безопасное расстояние, устремившись в сторону двери.
– Значит, у меня есть немного времени?
– Само собой, мисс Бетани. Я не настолько черств и бездушен, как вам могло показаться, – уже более спокойно ответил Хэйл.
Он, наконец, смог взять себя в руки, и вернулся обратно на диван. Эта маленькая леди престранно на него действовала. Было в ней что-то, что притягивало его с непреодолимой силой. Еще чуть-чуть и он, не сдержавшись, набросился бы на нее, чтобы попробовать на вкус ее сладкие, словно ягоды, губы. А если бы их застали в столь компрометирующем ее положении? Слухи об этом мгновенно расползлись бы по всем окрестностям Лондона, и репутация мисс Бетани была бы окончательно загублена. Ведь женитьба не входила в его планы в ближайшее время! Ни на мисс Бетани, ни на любой другой девице. И о чем он только думал?
– Я рада этому обстоятельству, мистер Далтон, – уверено проговорила Бетани, взявшись за ручку двери.
Отворив ее, девушка едва не столкнулась с Нэдом Мадисоном, который, к ее удивлению, оказался за дверью. Кивнув ему в знак приветствия, она пропустила Нэда в гостиную. Замешкавшись, Бетани взглянула на Хэйла, и тихо, чтобы услышал только он, спросила:
– Сколько у меня есть времени, мистер Далтон?
– Вы можете не торопиться, мисс Бетани. Я подожду, – так же тихо ответил Хэйл. Облегчение, отразившееся на ее лице, не укрылось от мужчин. Кивнув, Бетани, вышла из комнаты, стуча каблучками своих домашних туфель по паркету.
Когда звуки ее шагов стихли, и мужчины остались одни, каштановые брови Нэда насмешливо взметнулись вверх.
– А как же та пресловутая пара месяцев, на которые следовало рассчитывать мисс Палмер? – усмехнулся он, смотря на своего друга.
– Знаешь, я вдруг вспомнил, что у меня есть парочка неоконченных дел, ради которых я мог бы задержаться в Лондоне немного дольше, чем планировал изначально, – будто оправдываясь перед Нэдом, проговорил Хэйл.
– А эта сиротка, мисс Палмер, очень не дурна собой, ты так не находишь, mon ami? – будто бы невзначай задал вопрос Нэд, удобно располагаясь на диване, где некоторое время назад сидела Бетани. – Может, мне и впрямь стоит попросить ее руки? Что скажешь на это? Помнится, в Новом Орлеане ты говорил, что не станешь препятствовать этому.
– Нет, не стану. Но только в том случае, если мисс Бетани окажет тебе такую честь, – пробубнил Хэйл, взглянув на Нэда так, словно видел его впервые в жизни.
– Что ж, mon ami, думаю, стоит попытаться! Такой красавицы жены мне больше не сыскать во всем Лондоне! – растянув губы в улыбке, пропел Нэд. Он заметил, как на скулах Хэйла заходили желваки от его слов, и, приподняв брови кверху, поинтересовался:
– Что за выражение лица? Это же в твоих интересах выдать девушку замуж как можно быстрее, разве нет? Мы все получим то, что так страстно хотим. Я – красавицу жену, мисс Палмер – преданного и заботливого мужа, ну а ты, как и мечтал, титул герцога и поместье Бэзил-Холл в придачу. И, кроме того, будешь свободен от ответственности за мисс Палмер. Я возьму эту ответственность на себя.
– Я уже устал слушать твою болтовню, Нэд, – его слова были насквозь пропитаны раздражением, что было так не свойственно Хэйлу в отношении своего друга. Взяв себя в руки, он сказал уже спокойно: – Если сегодня вечером ты не намерен осчастливить мисс Бетани, делая ей предложение, то я бы хотел отправиться в Мэйтланд-клуб.
– Непременно! – поддержал его Нэд.
– Отлично! – проворчал Хэйл и вышел из гостиной, хлопнув с силой дверьми. Нэд, ухмыляясь, смотрел ему вслед еще некоторое время. Ему показалось, или это было действительно так? Хэйл ревновал мисс Палмер? Вот так дела! Это нужно было непременно проверить! Кажется, кому-то в сердце попала стрела Амура?
Глава 4
С того момента, как Хэйл вышел из гостиной, и часов до семи вечера, время пролетело незаметно. После обеда он зашел в рабочий кабинет Лоренса Палмера. Кабинет поражал своими внушительными размерами. Хэйл провозился здесь несколько часов кряду, пытаясь просмотреть бумаги, что остались там после смерти дядюшки, но не нашел среди них ничего стоящего. Старые расписки, давно утратившие силу, закладные, векселя, в общем, ничего, что могло бы вызвать его интерес.
Завещание, которое составил мистер Палмер, он нашел в сейфе, в стене за картиной, с изображением гончих, и внимательно изучил его, но там было ровно тоже, что сообщил в своем письме мистер Оррел и, ни строчкой больше. Никаких новых подробностей он не выяснил, тщательно изучив его.
Там же, в сейфе, он увидел документы на поместье Бэзил-Холл, предусмотрительно оформленные на его имя. Значит, дом уже по праву принадлежит ему. Хэйл хмыкнул. Дядюшка Лоренс, который был чрезмерно щепетилен в таких делах, непременно остался бы доволен мистером Оррелом. Он не зря ест свой хлеб. Все документы были в полном порядке, и составлены предельно четко и ясно. Ну что ж, оставалось решить вопрос с мисс Бетани, и Хэйл заживет своей прежней жизнью, но уже в статусе герцога. Скорее всего, он даже переедет жить в Лондон. Отец вряд ли станет препятствовать этому.
Но вот что делать с мисс Бетани? В последней беседе она ясно дала понять, что не слишком торопиться замуж, и он имел неосторожность уверить ее, что будет ждать. Но вот только чего ждать? И сколько продлится это ожидание?
Его мысли постоянно возвращались к этой чертовке Бетани, которая, казалось, прочно засела в его мыслях. Хэйл не видел ее с самого утра, после их встречи в гостиной, и от дворецкого Ллойда узнал, что девушка покинула поместье сразу после завтрака, отправившись к мисс Вивиан, которая жила по соседству.
Что ж, в этом были определенные плюсы. По крайней мере, для него. Он решил, чем меньше они будут пересекаться с мисс Бетани, тем лучше. Но отчего-то на протяжении всего дня взглядом он пытался отыскать в доме ее маленькую стройную фигурку, облаченную в платье персикового цвета. И к глубочайшему сожалению, до вечера девушка так и не вернулась в Бэзил-Холл.
Ближе к восьми часам вечера, Хэйл с Нэдом сели в просторный экипаж, запряженный тройкой великолепных вороных скакунов, и, как и обговаривали ранее, отправились в Мэйтланд-клуб.
– Я был в этом клубе почти год назад. Надеюсь, там не произошло никаких существенных изменений, – задумчиво произнес Хэйл, поглядывая в окно. Они проезжали по оживленным улицам Лондона, где под пасмурным небом мелькали немногочисленные прохожие, неспешно идущие по своим делам.
– Да что там могло поменяться? – отмахнулся Нэд. – Очень надеюсь застать там Лероя Фэйла. Ну, или, в крайнем случае, отправлю к нему завтра весточку. Давно не видел этого здоровяка!
Спустя четверть часа, кучер остановил возле подъезда Мэйтланд-клуба, который встретил их таким привычным гулом голосов. Выйдя из экипажа, мужчины направились в сторону большого белого здания, вход в которое заслоняла массивная деревянная дверь. Позади раздавался цокот лошадиных копыт, который заглушал собой все прочие звуки вокруг. Взявшись за большую кованую ручку, Нэд отварил дверь, и, ступив за порог, они оказались в большом, ярко освещенном вестибюле. Быстро миновав его, они направились по длинному коридору в основной зал, то и дело, встречая по пути старых приятелей. Хэйлу казалось, что они шли слишком долго, и он устал кивать головой в знак приветствия.
– Ты прав, здесь за год ничего не изменилось! Все те же лица! – усмехнулся Хэйл, стоило им оказаться в зале, который нещадно застилали клубы сигарного дыма. Казалось, сегодня здесь собралась добрая половина мужского населения Лондона.
В интерьере в основном использовались темно-коричневые цвета и благородные оттенки бордо, отчего комната выглядела по-настоящему уютно и современно. По периметру у стен были расставлены небольшие столы из натурального дерева, окруженные мягкими креслами, в которых вальяжно восседали изыскано одетые джентльмены. Сквозь огромные окна, зашторенные плотными занавесками цвета осенней листвы, в комнату не проникала сгущающаяся темнота улицы. На столах, среди игральных карт, стояли бокалы, наполненные горячительными напитками: ароматным портвейном, сладким вином, рубинового цвета, терпким коньяком.
Заметив, наконец, знакомое лицо в этой разношерстной толпе, Хэйл, улыбнувшись, направился вперед. Нэд шел следом, и тоже успел разглядеть их старого приятеля, брюнета Лероя Фэйла, который сидел в самом дальнем углу, заняв большое удобное кресло.
– Вот так сюрприз! Кого я вижу! – поднимаясь со своего места, пробасил здоровяк Лерой. Его громоздкая фигура нависла над столом, когда он поднялся в полный рост. По его лицу, которое расплылось в добродушной улыбке, было видно, что он рад видеть Хэйла и Нэда, своих старинных приятелей. – Какими судьбами вы оказались в Лондоне? Почему не сообщили о приезде?
За столом оставались свободные места, и Лерой, кивнув на пустующие кресла, пригласил друзей присоединиться к их карточной игре. Всего за столом, не считая Лероя, сидело три человека.
Справа от него сидел светловолосый Ирвин Кирк, мот и кутила. Он уже не первый год проматывал деньги своей семьи, делая крупные ставки и играя в азартные игры. Жалкое зрелище. Едва перевалило за четверть девятого, а Ирвин уже надрался в стельку. Его водянистые серые глаза заволокла сетка красных прожилок. Хэйл догадался, что Ирвин находился в клубе довольно давно, возможно даже со вчерашнего дня не покидал заведение.
Слева от Лероя, откинув голову назад, сидел хороший приятель Ирвина, брюнет Джонатан Грэм, двадцати пяти лет отроду. Он был не так расточителен, как его друг, но и у его семьи не было тех средств, которыми располагала семья Ирвина. По всей видимости, Грэм не злоупотреблял с горячительным, так как был трезв. Джонатан частенько приглядывал за Ирвином, чтобы тот не вляпался в какую-нибудь неприятную историю. Оба были холосты. Они вели довольно праздный образ жизни, и, судя по всему, он им был по душе.
Третьего седовласого джентльмена, что сидел напротив Лероя, звали Питер Джермэйн. Хэйл смутно его помнил, встречая всего пару раз в этом закрытом клубе. Но что-то вертелось в его голове, относительно этого джентльмена. Вот только что? Как бы Хэйл не старался, он не мог вспомнить.
Опускаясь в свободное кресло, Хэйл поймал на себе недовольный взгляд Ирвина, который неуклюже держал карты в своих руках.
– Я думаю, ты уже слышал о смерти моего двоюродного дядюшки Лоренса Палмера. Меня привели в Лондон кое-какие дела, связанные с этим печальным событием, – ответил Хэйл, расположившись рядом с мистером Джермэйном в большое кожаное кресло, цвета спелых вишен.
– О! Мы определенно слышали! Как же! – прошамкал Ирвин. Его язык заплетался, когда он, ухмыляясь, говорил. – Кажется, титул герцога Одлонского перейдет тебе, Хэйл? Я ничего не напутал?Ха!
– Как быстро распространяются сплетни в Лондоне! Но ты прав! Титул по завещанию Лоренса Палмера достанется мне, – откинувшись на спинку кресла, проговорил Хэйл.
Он смерил Ирвина презрительным взглядом, удивляясь, как этот заядлый картежник еще не спустил все состояние своей семьи? Ведь у него, кажется, была младшая сестра, которая еще не успела выйти замуж.
– Прими мои соболезнования, Хэйл. Я тоже слышал о смерти мистера Палмера, – отозвался Лерой.
Кивнув в знак признательности, Хэйл взял в руки бокал, наполненный янтарной жидкостью.
– А что же малютка Бетани? Досталась тебе по наследству? – хрюкнул Ирвин. – Я слышал, что старый Лоренс не пристроил ее после смерти мамаши. Оно и понятно!
– Ты необычайно осведомлен, о том, что происходить в Лондоне, приятель. Тем не менее, судьба мисс Палмер не должна тебя волновать, – парировал Хэйл.
– Ха! Отчего же? – Ирвин неприятно засмеялся. – Может, я вздумаю просить ее руки. За нее же наверняка назначено приданое, и скорее всего не маленькое!
Нэд заметил, что костяшки пальцев Хэйла побелели, когда он сжал стакан с коньяком.
– Тебе не стоит волноваться об этом, Ирвин. Вряд ли мисс Палмер примет твое щедрое предложение! – отрезал Хэйл.
Лицо Ирвина исказила злобная гримаса. Он стал что-то нечленораздельно бормотать, пытаясь подняться с кресла. Его попытки не увенчались успехом, и он неуклюже рухнул обратно, расплескав на себя вино.
– Ирвин, мой друг, ты видимо утомился сегодня! – усмехнулся Лерой.
– Так, приятель, тебе, кажется, пора домой! – произнес Джонатан, и стал выводить упирающегося Ирвина из-за стола.
Его громкие возгласы протеста слышали все собравшиеся в клубе. Кое-кто откровенно посмеивался над его жалкими попытками остаться за столом. Спешно попрощавшись, Джонатан повел Ирвина через зал в сторону выхода, и, когда за ними, наконец, захлопнулась входная дверь, все вздохнули с облегчением.
– Как видишь, кое-что не меняется! – улыбнувшись уголками губ, пробасил Лерой.
– Да, я заметил! – рассмеялся Хэйл, сделав глоток из своего бокала.
– Так и что там за история с мисс Палмер? Я заинтригован! – потерев руки, спросил Лерой. Он сложил карты стопкой и отложил их в сторону.
– Ничего, что тебя могло бы заинтересовать, – отмахнулся Хэйл. Ему не хотелось говорить о мисс Бетани.
– Ну не томи, друг мой! Я жажду пикантных подробностей! – не отставал Лерой.
– Дядя всего лишь назначил меня опекуном мисс Палмер, – тихо произнес Хэйл. Как только эти слова слетели с его губ, Лерой разразился громогласным смехом, и теперь все собравшиеся стали оборачиваться в их сторону.
– Ну, ты и влип! Дружище, если нужна будет помощь, обращайся! – перестав смеяться, озвучил Лерой. – Может, сыграем в вист? Нас как раз четверо.
Когда все присутствующие за столом кивнули, Лерой взял в руки колоду карт и принялся раздавать.
– Кажется, я должен пригласить вас на благотворительный осенний бал, раз уж вы являетесь опекуном мисс Палмер. А то как-то неудобно ей будет идти одной, без вас! – прокряхтел Питер Джермэйн. – Попрошу миссис Глэдис, чтобы она внесла вас в список гостей.
Только сейчас Хэйл вспомнил, что Питер Джермэйн является супругом миссис Глэдис. Легкая улыбка коснулась его губ. Что там говорила мисс Бетани про этот бал? Что его не приглашали? Кажется, кое-кого ждет не очень приятный сюрприз.
Натянув на лицо самую приторную улыбку, на которую он был способен, Хэйл елейно произнес:
– Буду вам премногим обязан, достопочтенный сэр!
