Текст книги "Моя малышка (СИ)"

Автор книги: Алика Фортис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

Он замолчал глубоко дыша. Словно сдерживал себя изо всех сил.

– Алис. – устало провёл рукой по лицу и волосам, и посмотрел на меня. – извини. Я вспылил, когда увидел, как он к тебе лезет. Возвращайся домой.

Упорно молчу, прокручиваю в голове все услышанное. Домой? А был ли там мой дом? И что будет, вернись я туда? Снова качели?

– Ты скажешь что-нибудь?

А что сказать? У меня все буквы из головы выветрились. Покажи мне сейчас алфавит, он для меня все равно что Китайская грамота. Слова перемешались в несвязную кашу.

– Тимур, ты оттолкнул меня. Отпустил. Зачем мне возвращаться? Ты даже не вспоминал обо мне все это время.

– Я и не забывал о тебе, все это время. Просто на какой-то момент, мне показалось, что так будет правильно. Но я ошибся. И после, начал все исправлять.

– Легко делать подлости с доводами справедливости и правильности. А ты поступил подло, когда посчитал, что оттолкнуть и отпустить меня от себя, справедливо и правильно. Меня ты не спрашивал, как лучше.

– Если бы я хотел отпустить, не пытался бы сейчас удержать.

– Так не держи! – голос срывается на крик. Все что копила внутри себя, все это время, получило выход.

– Не могу. Ты мне нужна. Вся нужна.

– Ты сам не можешь понять, что ты хочешь! То подпускаешь, то отталкиваешь! Не тебе от меня чего-то требовать, желать и хотеть! Ты мне все сказал той ночью, а я, все поняла.

– Прости меня. Я представляю, как все это для тебя выглядит. Я поступил с тобой как конченный ублюдок.

– Ни чего ты не представляешь! Представлял бы, так не поступал.

– Я все тебе объясню. И надеюсь, ты сможешь меня немного понять. И простить. Я обещаю тебе, что такого больше не повторится.

– А ты спросил, нужно мне теперь это или нет?

– Надеюсь, что все ещё нужно.

Глава 14

Три года назад

Тимур

– Папочка, а мы потом сходим в кафе? Я так мороженого хочу, того клубничного, с зефирками. Ты же купишь? Да, папуль?

– Сходим обязательно, сейчас маму заберём, заедем в торговый центр и потом обязательно пойдём за мороженым.

Моя кареглазая кнопка уже в нетерпении ерзает в кресле, ожидая порции любимого лакомства. До сих пор удивляюсь, как в это маленькое четырехлетнее чудо, вмещается столько сладостей. Если ее вовремя не тормозить, сметёт все за один присест и глазом не моргнёт. Ещё и добавки попросит. А потом будет ходить с диатезными щечками. Плавали, знаем.

Подъезжаем к медицинскому центру, в котором работает моя жена, и мы с дочкой терпеливо ждём Милу. Она не заставляет себя долго ждать, и легкой, порхающей походкой спускается по ступенькам, прямиком к нам. Когда она садится в машину, в открытую дверь проникает свежий и легкий весенний ветерок. Не знаю почему, но именно он у меня ассоциируется с женой. Такой же нежный, легкий, тёплый и свежий.

– Привет. Давно ждёте? – целует меня в губы и поворачивается к дочке, игриво щёлкая ее по носу. Та в ответ, заливисто смеётся.

– Нет, только-только подъехали. Катюшка даже не успела заскучать.

– Ну раз Катюша не успела, значит точно не давно. – с улыбкой, посмеиваясь, сказала Мила. Мы оба прекрасно знаем, какая непоседа наша дочка. Наша шилопопая кнопка.

– Мамуль, а папа мне мороженое обещал купить. Если хочешь, я и с тобой поделюсь.

– Конечно хочу, от мороженого и я не откажусь. – две главные сластены в моей жизни.

С улыбками переглядываемся с женой и я трогаюсь с места.

– Ну что, куда? Ты вроде в «Капитолий» зайти хотела?

– Да, нужно платье купить, на годовщину свадьбы Смирновых. Уже на следующей неделе же, а я совсем не подготовилась. А мне, как Настя позвонила сегодня, сказать ко скольки сбор в выходные, я так и села. Из головы ведь вылетело. Совсем закрутилась.

– Ну тогда поехали. Найдём очаровательное плате, для самой очаровательной девушки.

– А потом за мороженкой. – вклинивается в наш диалог, тонкий голосок дочки. Ох, непоседа.

Через вечерние пробки, добираемся до торгового центра. На входе в здание, спохватываюсь, что оставил телефон в машине. Не критично, но лучше забрать, с работы скорее всего будут названивать.

– Мил, вы идите, я сейчас догоню. Телефон забыл взять.

– давай, мы сразу на второй этаж пойдём. Если не найдёшь, звони.

Бегом возвращаюсь к машине. И начинаю искать телефон глазами. Ничерта не нахожу. Оглядываю внимательнее салон и нахожу его на полу за сиденьем. Видимо выпал из кармана пальто. Достал телефон и проверил его на наличие пропущенных звонков. Все чисто, никто меня не терял. Закрыл машину и пошёл ко входу, догонять девчонок. Именно в тот момент, когда я только начал подходить к дверям, меня чуть ли не снесло волной горячего, колючего и обжигающего воздуха. Стеклянные двери разлетелись в дребезги. И тут, спустя несколько секунд, ко мне пришло осознание.

Сорвавшись с места, оглушенный криками, побежал внутрь здания.

– Мила! Катя! – орал срывая голос, не обращая внимания, как едкий дым раздирает горло. Метался словно раненый зверь в клетке.

– Мила!

Расталкивал людей и бежал вперёд, не понимая сам, куда бегу. Телефон, точно. Нужно позвонить жене.

Набрал номер, но слышал монотонные гудки, лелея надежду, что сейчас она поднимет трубку и ответит, что все хорошо. Что они уже на верхних этажах. Но этого не происходило. Где-то отдаленно услышал мелодию, которая стояла на телефоне жены. По телу прошла дрожь.

Сконцентрировавшись на звуке, пер вперёд, как танк, ни на что не обращая внимания. То, что я увидел перед собой, навсегда перевернуло мою жизнь, на до и после. Навсего убило во мне все живое и способность вдыхать полной грудью.

Среди разрушенного от взрыва здания, лежали тела людей. Среди которых я увидел тех, кого любил больше жизни. Тех, кто и был всей моей жизнью. На негнущихся ногах приблизился к ним и рухнул на колени.

– Мила, солнце, очнись. Любимая моя. Слышишь меня? – гладил ее по волосам и сжимал руки.

Но она не слышала. Все тело было в порезах, пыли и крови. Глаза стеклянным взглядом смотрели в пустоту. В них больше не было жизни. Не было привычного тепла, с которым они всегда смотрели на меня и дочку. Пустой взгляд в никуда, резал мне душу в клочья. Холодным клинком проходил сквозь сердце.

– Катюша, доченька моя. – подполз к тельцу дочки. Стёр кровь с маленького кукольного личика. Взял в руку, ее еще тёплую ладошку и поднёс к губам. Целовал маленькие пальчики, прижимал к своим, мокрым от слез, щекам.

– Доченька моя. Папа рядом. Не уходи от меня. Я умоляю тебя. Слышишь? Мы же хотели пойти в твоё любимое кафе. Слышишь? Маленькая моя девочка, ты только дыши. Только не оставляй меня. Я всегда буду рядом, только не уходи.

Но меня уже никто не слышал. Никто мне не отвечал.

– Ааааааа! – сел, вцепившись руками в волосы и раскачивался в стороны. Не чувствовал, как текут соленые слёзы по лицу. Как едкий дым проникает в легкие. Сидел рядом с телами своих девочек и умирал вместе с ними.

Рядом бегали люди. Кто-то кричал, стонал. Запах гари въедался под кожу. Пришёл в себя, только когда рядом со мной люди в форме разложили чёрные ткани, похожие на мешки.

– Нет! Не трогайте! – вцепился в руку мужчины, который хотел дотронуться до дочери, и оттолкнул его в сторону.

– Положено так.

– Не смей. Не трогай. Я сам! Уберите руки от них. Не прикасайтесь! – орал, как безумный, бросаясь на людей, не позволяя приблизиться.

Растолкал всех, кто был рядом. Один из мужчин, протянул мне ткань. Откинул его руку, готовый бросаться на всех.

– Нет. Вы не понимаете. Она боится темноты. Нельзя ее так. Нельзя.

Взял дочку на руки. Ее ручки в неестественном положении свесились вниз. Головка, с растрёпанными волосами, запрокинулась.

– Доченька, милая моя. Я тебя никому не отдам. Я знаю, как ты боишься. Я рядом. Папа всегда рядом. Никто тебя не обидит.

Поднялся на ноги и пошёл к выходу. Крепко прижимая к груди своё крохотное сокровище. Хотел открыть машину и положить ее внутрь, но меня остановили.

– Не положено. Вам туда.

Указав рукой в сторону служебных машин, мужчина взял меня за плечо и повёл к ним. Не помню, как дошёл и положил дочь на специальные носилки внутри кузова. До последнего не мог разжать руки и отпустить ее. Помню только, как попросил мужчину не оставлять ее одну, и под сочувствующие взгляды побежал обратно в здание.

Упал на колени перед женой и тоже взял ее на руки.

– Милая моя. – целовал перепачканное кровью лицо.

– Прости, что не уберёг. Прости.

Держал ее на трясущихся руках, шёл к выходу. Каждый шаг обрывал слёзы из глаз, которые непрерывным потоком текли и застилали весь обзор.

Положил ее рядом с дочкой и упал на колени, сотрясаясь всем телом, от неконтролируемых рыданий. В груди все горело огнём. Дыхания не хватало. Меня словно в тиски зажало и перекрыло кислород.

В тот день, я умер там же. Этот злосчастный день и несчастный случай, забрали у меня самое ценное и вместе с ними мою израненную душу. Меня тоже не стало, как и не стало прежней, счастливой жизни. Этот день, навсегда лишил меня возможности жить, чувствовать и любить.

Настоящее

Каждый год в это день, я умираю. Снова и снова. Каждое утро начинается с агонии и боли. Друзья давно не пытаются как-то отвлечь меня в этот злосчастный день. Пытались. Долго и упорно. Но поняли, что бесполезно, дают возможность побыть в себе и смирились с моим состоянием. Вот только я до сих пор смириться не могу. Не могу отпустить тот день, и это раздирающее изнутри, чувство потери и пустоты. После утраты самых близких и любимых, все стало пресным и не имеющим смысла. Больше никто не встречает дома, я не слышу звонкий смех своей кареглазой кнопки, не прижимаю к себе любимую жену, появляющуюся в коридоре, стоило мне повернуть ключ в замочной скважине, приходя после работы. Нет ничего. Это больше не дом, а просто пустые, бездушные бетонные стены. Коробка, в которую я каждый день возвращаюсь и ничего, кроме встречающей меня, ненавистной тишины не нахожу.

Три года прошло, а все по прежнему на своих местах, все так, как оставила после себя Милана, хранительница уюта и домашнего очага. Самая лучшая и любимая женщина, с которой мы со школы были вместе. В комнате дочки до сих пор ее любимы игрушки и книжки. На комоде лежат резиночки и заколки, которые она смешно цепляла на задорные хвостики. Моя маленькая кнопка.

Хочется верить, что все как раньше, и они просто вышли, и скоро вернутся с прогулки. Но это не так. Не так черт возьми!

Почему они? Почему не я? Почему? Этот вопрос я задаю себе каждый божий день, из года в год. Почему у меня их забрали? Лишили главного смысла жизни. Для чего я остался? Чтоб жрать себя и существовать, как пустая оболочка, без чувств и смысла?

Было время, когда хотелось уйти вслед за ними, но я знал, что Мила бы мне этого не простила. Она всегда считала меня сильным, умеющим справляться со всем, что бы не происходило. Я и справлялся, но с тем, что их нет со мной, так и не смог. Это сильнее меня. Нет такого лекарства, той таблетки, которая бы вернула меня к нормальной жизни.

Хочется крушить все вокруг себя, от безысходности. Но нельзя. Нельзя нарушать все то, что так старательно и с любовью, обустраивала здесь Мила. Ведь это моя ниточка, в призрачное, но счастливое прошлое.

Мозгами-то понимаю, что не здоровая это херня, а поделать с этим, ничего не могу.

После своего рассказа, не заметил, как погрузился в свои мысли. Из оцепенения вывела маленькая ладошка Алисы, опустившаяся мне на плечо. Она плакала и вытирала слёзы рукавом своей кофты.

– Прости, что заставила все это вспоминать. – проговорила, почти заикаясь.

– Как ты успела понять, до недавнего времени, я и не забывал об этом.

– Теперь поняла. Прости.

– Единственный кто должен сейчас просить прощение, это я. Я должен был с тобой поговорить раньше, а не держать все в себе, доводя до того, что произошло. Прошу, забудь, все что я наговорил тебе той ночью. Я был не в себе. Сам не понимал, что творю. Это слабое оправдание, но это так. Меня вообще не оправдывает все это, но просто я хотел, чтоб ты знала. Я долго не мог переключиться и отпустить прошлое. В этом была моя ошибка. И я перед тобой виноват. Ты не заслужила, и не виновата в моей слабости.

– Это страшно, и я не представляю, как ты смог это все вынести. Я правда, не держу на тебя обиды. Но Тимур… Мы не сможем быть вместе, пока тебя так крепко держит прошлое. Я не они, и никогда не смогу ими стать. Мне тяжело быть с человеком, который не может полностью быть моим. А ты все ещё не мой. – продолжая ронять слёзы, говорила моя малышка. Видел, как ее трясёт от волнения.

И я все это прекрасно понимал. Все, о чем она говорит. Но в одном она ошибалась. Я уже ее. Весь с потрохами. И быть без неё – настоящая мука. Очередная агония. Очередные бесцельно прожитые дни. Очередной откат.

Говоря все это, она продолжала плакать. А мне было хреново от ее слез. От того, что делал ей больно.

– Малышка моя, не плачь. Слышишь?

– Мне за тебя больно. – сказав это, бросилась в мои объятия.

– Я привык к этой боли. Прошу, лисичка, возвращайся ко мне. Я ведь сдохну без тебя. Каждый день, как в аду.

– Тимур. Это не правильно. Не правильно по отношению, как к тебе, так и ко мне. Там нет места для меня, и нет душевной свободы для тебя. Я словно преступление совершаю, когда чувствую себя счастливой там, рядом с тобой. Ты думаешь я теперь не понимаю, что в твоей голове постоянно крутятся мысли о том, что ты их предаёшь, проводя туда меня. Не в качестве незнакомой девочки-соседки, а в качестве девушки. Теперь понимаю. Ты ведь даже сексом не можешь там заниматься. Я понимаю и не хочу тебе делать больно. А тебе ведь от этого больно.

Сделав несколько глубоких вдохов, она продолжила.

– У меня нет цели тебя обидеть. Но при всем желании, я не смогу до конца понять, что ты чувствуешь. Не потому что не хочу. А потому что, то что произошло в твоей жизни, на столько тяжело и больно, что не дай Бог, когда-то это узнать и прочувствовать. Даже думать об этом страшно. Ты не отпустил своё прошлое. А пока это так, мы оба будем мучаться.

– Ты не права, я отпустил.

Я посмотрел на ее взволнованное лицо. Уставшие и грустные глаза. И в груди закололо.

– Если не туда, то ты пойдёшь со мной?

– А куда, Тимур?

– Просто ответь на вопрос.

– Я не знаю. Правда, не знаю. Твоё прошлое…

– Останется в прошлом.

– Но ты так долго жил с этой болью, что в одно мгновение это не пройдёт.

– С тобой проходит. Лисичка, дай мне шанс. И я докажу тебе, что ты, самое ценное, что сейчас есть в моей жизни.

– Тимур…

– Подожди. Не говори ни чего сейчас. Просто дай время, если сейчас не готова. Хорошо?

– Хорошо. – произнесла еле слышно, практически не шевеля губами. А я поцеловал ее в лоб. Погладил по волосам и пошел к выходу из ее комнаты. На душе было тяжело. Не от того, что вспомнил все. К этой тяжести, я уже привык. А от того, что оставляю здесь ее. Не успев переступить порог, услышал надломленный голос.

– Тимур. – Встал, как вкопанный, боясь пошевелиться. Всего прошибло напряжением и ожиданием. Ком в горле, мешал вздохнуть.

– Да, лисичка? – сам не узнал свой севший голос.

– Не уходи. – сказала срываясь на рыдания.

Не думая, развернулся и преодолел разделявшее нас расстояние, и крепко прижал ее к своей груди. Маленькая, словно котёнок, жалась ко мне, роняя обжигающие, тело и душу, слёзы. Сердце грохотало так, что уже не разобрать, чьё оно. Мое или ее.

– Не уйду, малышка. Не уйду. – Гладил ее по голове, крепче прижимал к себе, закрыв глаза. Моя маленькая гавань. Знала бы она, что значит для меня. И что я наизнанку вывернуться готов, лишь бы больше не видеть ее слез. – никуда от тебя не уйду.

Глава 15

Алиса

В этот день, Тимур остался со мной, до самого вечера. Как и обещал, он никуда не ушёл. Мы просто лежали на постели, крепко прижимаясь друг к другу. Каждый погруженный в свои мысли. Но наверняка, думая об одном и том же.

То, что рассказал Тимур, разъедало меня изнутри. Не представляю, как он все это пережил. Я бы на его месте не смогла выбраться. Не нашла бы столько внутренних сил. Теперь, я лучше понимаю причину его периодической отстранённости и суровости. И винить его в этом не могу. Любой бы сломался. Даже такой сильный мужчина, как он.

Я верила каждому его слову. О том, что не сможет без меня, что ему плохо, что жалеет, о сказанном в ту ночь. Ведь и я без него не могу. Он открылся мне, доверился, полностью обнажая душу. Я мучалась сомнениями, и их было достаточно много. Но потом отпустила себя. Ведь если мы не попробуем, оба будем жалеть. Упущенного времени не вернуть. Нужно жить здесь и сейчас. В это самое мгновение. Без оглядки на прошлое. Помнить о нем, но не давать ему рушить настоящее.

За окном уже давно стемнело. Мы даже немного вздремнуть успели. Хоть и на ужасно маленькой и неудобной кровати, но зато вместе. Я так давно мечтала, вот так лежать рядом, нежиться в объятиях друг друга, что даже отсутствие удобной постели, не стало для нас помехой. На все было плевать. Главное, что вместе.

– Ты как? Отдохнула? – вывел меня из прострации любимый голос, с будоражащей хрипотцой.

– Да, как никогда хорошо. А ты?

– Немного бока отлежал, но в целом не плохо.

– Да ну тебя, всю романтику развеял. – шутя ударила кулачком ему в плечо.

– Малышка, не хочу тебя разочаровывать, но я совсем не романтик, если честно.

– Да и ладно. Это не главное.

– А что для тебя главное?

– Что ты рядом. А романтик или нет – плевать.

Тимур обнял меня ещё крепче и поцеловал в макушку. Он больше ничего не ответил, но слова и не нужны были. Мне кажется, мы сейчас чувствовали друг друга, на каком-то непостижимом уровне.

– Поехали перекусим? Ты совсем исхудала за это время. Ты хоть ешь? – провёл рукой по моему животу и рёбрам, слегка ущипнув за бок.

– Ем конечно. – смущенно отвела глаза. Не очень бы хотелось, чтоб он знал, как я убивалась без него и просто забывала про еду и многое другое. Не по тому, что я такая гордая и не хочу, чтоб он знал, что по нему лили слёзы, а просто по тому, что не люблю когда меня жалеют. А то мое состояние, кроме жалости, ничего больше вызвать не сможет. С содроганием вспоминаю все предшествующие сегодняшнему, дни.

– Хреново значит ешь. Поехали, отъедаться. – сказал по доброму, но все же твёрдо и решительно.

С трудом разлепили наши объятия и начали собираться. Проходя через пункт охраны на первом этаже, поздоровались с охранником, и я озадачилась одной мыслью.

– Тимур, а как тебя кстати пропустили сюда? Здесь же пропускной режим. И посторонних не пускают без пропуска или сопровождения. Да ещё и на такой период времени.

– Ну-ну. Считай, у меня был пропуск. – сказал, неопределенно хмыкнув – Реально думала я к тебе не попаду, когда мне надО?

– А все это время не надо было? Что ты так долго о себе знать не давал? – не знаю почему, но начала немного закипать. Неужели все это время не мог определиться в чувствах и желаниях. Да хотя бы позвонить или написать.

– Алис, так нужно было. Просто поверь. Мне нужно было время. И не для того, чтоб подумать, если ты об этом. Я все для нас решил, практически сразу. Время, чтоб просто кое-что утрясти и подготовиться к твоему возвращению.

– Ты был уверен, что я вернусь?

– Нет, не был. Но очень на это надеялся. И поэтому решил на этот случай, сделать все правильно. А это не очень быстро.

– Ясно. – калейдоскоп мыслей путался в голове. Пыталась понять, о чем он говорил, и не могла. Время? Подготовиться? К чему и зачем? Одни вопросы.

– Не забивай свою прелестную головку, мыслями. Скоро сама все узнаешь. – видимо все мои эмоции отразились на лице, раз он понял, что я обдумываю его предыдущие слова.

В кафе Тимур заказал, без преувеличения, половину всего меню. Его желание меня накормить, а скорее откормить, даже немного пугало. Неужели я и правда так сильно исхудала. Хотя, судя по тому, как на мне болтались джинсы, которые до этого достаточно плотно сидели, он прав. В весе я потеряла прилично.

Кое-как осилив стейк из рыбы с гарниром из овощей, салат и десерт с кофе, я откинулась на диванчике. Точно лопну, если пошевелюсь.

Я не помню, чтоб мы когда-то столько разговорили, сколько делали это сегодня. Обсудили, все что только можно было. А ведь мне раньше казалось, что когда мы сблизились, он стал более разговорчивым. Как же я ошибалась. То время и в сравнение не идёт.

Чуть позже мы сели в машину и Тимур плавно тронулся. На лице у него играла, не понятная мне улыбка. Даже глаза улыбались, поблескивая озорным блеском.

– Тимур, а куда мы едем? – оглянувшись в окно по сторонам, понимаю, что наш маршрут мне совсем не знаком.

– Домой, лисёнок.

– Что-то я не совсем понимаю. – недоуменно на него посмотрела. Ехали мы явно не в мое общежитие и не в его квартиру. Туда дорогу, я хорошо помнила.

– Скоро поймёшь. Просто наберись немного терпения. Это не на долго.

– Терпение, как оказалось, не мой конёк. Но я постараюсь.

Мы въехали в элитный район, не понять это было сложно. Величественные дома возвышались со всех сторон. Подъехали к одному из участков. За высокими кованными воротами, располагался красивый двухэтажный дом, с ухоженной территорией. Выложенная дорожка, обрамлённая кустарниками, туйками и декоративными фонариками, вела к открытой террасе. Красиво, глаз не оторвать. Вот только, что мы тут делаем, я пока не понимала.

– Нравится? – тихо спросил Тим, и обнял меня за талию.

– Тут очень красиво. Конечно нравится.

– Тогда пойдём внутрь. Посмотришь здесь все.

Внутри было ещё красивее, чем снаружи. Тимур провёл мне целую экскурсию. Показал первый этаж, где располагались огромная кухня и гостиная, спорт зал, две спальни, санузел, и выход на закрытую веранду с внутренней стороны участка, с огромными панорамными окнами в пол. На второй этаж вела широкая лестница, с резными перилами. Там мы посмотрели ещё три спальни, балкон, ещё один санузел и небольшой кабинет.

– Ну как тебе?

– Впечатляет. – сказала, как есть. Дом был шикарным. – а зачем мы здесь, Тим? – до сих пор не понимала цель этой экскурсии.

– Ну, это теперь наш дом. Если ты конечно не против, жить тут со мной, на правах хозяйки.

От удивления и шока, все слова перемешались в кашу. Так и стояла, молча моргая и смотря на Тима. Наш дом. Только от одной этой фразы, чувствовала дрожь в негнущихся коленках.

– Ну, что скажешь? Согласна? – спросил, серьезно глядя мне в глаза. В них читалась надежда, на мой положительный ответ.

Не знала, что сказать. Молча обняла Тима и уткнулась носом в его грудь. Слёзы лились из глаз, сами по себе. Наш дом. Наш. И ничей больше. Все с чистого листа, с ним. Не могла поверить в происходящее. Неужели он решил переехать ради меня. Ведь я помню, как он отзывался о старой квартире.

– Ты же не шутишь, да? – прошептала еле слышно, не веря до сих пор.

– Да какие уж тут шутки, лисёнок. Нашу спальню выбери сама, все обустроим, как ты захочешь. Ремонт я делать не стал, время поджимало, да и хотелось, чтоб ты все здесь сделала так, как тебе захочется.

– Ты поэтому, так долго не давал о себе знать?

– Да. Хотел возвращать тебя, уже четко обозначив наши отношения и полностью обнулившись. Я не мастер, красивых речей, но, Алис, ты мне нужна. Я давно это понял, просто принять не мог до конца. Останешься со мной?

– Куда ж я денусь. Останусь конечно. О таком я и мечтать не могла. – шмыгнув носом, ещё крепче прижалась к моему волшебнику.

– Не нужно мечтать, нужно наслаждаться действительностью. Обещаю, ты не пожалеешь.

– Я и так знаю, что не пожалею. Спасибо тебе, Тимур.

– Это тебе спасибо. Что простила и дала шанс. – проговорил куда-то мне в макушку.

В ту ночь, мы остались ночевать в новом доме. И уже на следующий день, забрали все мои вещи из общежития. Поехали за ними сразу, как только проснулись и позавтракали. Тимур так торопился полностью меня перевезти, что до вечера ждать отказался на отрез.

Не успела я прижиться в общаге, как уже начала устраиваться в новом месте. И была этому несказанно рада. Мне бы было хорошо в любом месте, главное чтоб с Тимуром. А уж в таком доме, это было хорошо вдвойне. Я попала в сказку.

После закрытия сессии, а именно, сдачи последнего экзамена, я во всю занялась обустройством дома. Тимур дал мне полную свободу действий. Сказал, что хочет, чтобы наш дом, был создан мной. Таким, каким вижу его я. Тут я, конечно, оторвалась по полной. Легко давать себе волю, когда нет стеснения в финансах и воображении. Раньше, я себе такого позволить не могла.

Первым делом внесли изменения в нашу спальню. Комнату я выбрала на втором этаже, с выходом на балкон. Она мне показалась самой уютной. И мы этот уют, довели до совершенства. Кровать выбрали такую, что на ней потеряться можно. Но это не мешало нам, засыпать каждую ночь в крепких объятиях друг друга.

Как же давно я мечтала, вот так, проводить ночи. Рядом с ним. Ощущая тепло его тела. Нежиться в сладкой неге. Просыпаться с утра рядом друг с другом. Без всяких ограничений заниматься любовью, отдавая ему себя всю, без остатка.

Попутно с ремонтом и выбором новой мебели, я решила вернуться на работу в фирму Тимура. Как раз сегодня был первый день, моего возвращения на трудовой фронт. Тим хоть и сказал, что это совсем не обязательно, но я хотела быть хоть чуточку самостоятельной и не сидеть полностью на его шее. Зарплату мне конечно он платить будет, но не за просто так ведь. На этом месте мог быть любой другой сотрудник, который точно так же, получал бы зарплату. Так пусть этим человеком, буду я.

Приехали в офис и первым делом пошли в кабинет Тима.

– Доброе утро, Тимур Рустамович. – поприветствовала Лена, стоило перешагнуть порог приемной.

– Доброе, Елена.

– Алиса!? – глаза Лены округлились и ее лицо озарила улыбка. Видимо не сдержав эмоций, она подлетела ко мне и крепко обняла. – как я рада тебя видеть! Ты где пропадала?

Увидев немного удивленный вид своего начальника, выпустила меня из объятий и отступила на шаг назад.

– Ой. Извините.

– Да ничего. – с улыбкой ответил Тимур.

– Сессию сдавала, сейчас вот вернулась. – посвящать кого-то в наши отношения и все, что произошло, я не хотела.

– Просто ты так резко пропала, у нас все озадачились. Ольга Леонидовна уже даже приказ на твоё увольнение подготовила. Правда вроде так и валяется у неё, хотела подсунуть на подпись под шумок, но не получилось. Ещё и статью вписала. Вот ей облом.

Ну, ничего удивительного, эта дама меня с первого дня недолюбливала.

– Не понял. Какой ещё приказ? Они в кадрах охренели в конец что ли? – Тимура это известие явно вывело из себя.

– Ой. Я думала вы знаете, Тимур Рустамович. – Лена пыталась сделать удивленный и невинный вид, но удавалось ей это, по правде говоря, плохо. Все кричало о том, что она сказала это специально, и знала что кое-кому из отдела кадров, из-за этой новости, прилетит по полной.

– Вызови ко мне Ольгу. Сейчас. – почти прорычал, Тим. – Алис, пойдём пока в кабинет. – легким шлепком по попе, подтолкнул меня в нужном направлении.

– Сейчас вызову, Тимур Рустамович.

Лена светилась, как начищенный самовар. Ну да, маленькая месть удалась. Вот ведь хитрая чертовка. Я тоже не смогла сдержать ответной улыбки.

Буквально через пять минут, в кабинет Тимура, походкой от бедра, вошла Ольга Леонидовна. Увидев меня, сидящую в кресле напротив Тимура, она не смогла скрыть эмоций и ее лицо исказилось гримасой неприязни. Что, кстати, не укрылось и от Тима.

– Вызывали, Тимур Рустамович?

– Вызывал. Подскажите, Ольга, что за беспредел происходит у вас в отделе, за моей спиной?

– Не совсем понимаю вас. – сказала уверенно, но голос все равно немного дрогнул.

– А вы напрягите память. Может расскажите, что за приказ хотели мне подсунуть, без моего на то указания и ведома?

– Какой приказ? – судя по тому, как забегали глаза и кожа на шее пошла красными пятнами, она явно поняла о чем речь, но упорно делала вид, что не понимает в чем вопрос. Чем ещё сильнее злила своего начальника.

– На увольнение Алисы. Ну? Мне долго ещё придётся из вас по одному слову вытягивать? Мое время не резиновое.

Немного помолчав, она сжала кулаки и все же решила все высказать.

– Да, я подготовила приказ на увольнение Алисы. Сотрудник пренебрёг своими обязанностями, не выходил на работу. Это между прочим, увольнение по статье. Вашей фирме не нужны такие сотрудники, которые портят ее репутацию. Это безответственно и непрофессионально. И очень хорошо, что Алиса пришла. Я подготовила все документы, и могу уже сейчас выдать ей трудовую. – после всей тирады, гордо вздёрнула подбородок. Конечно она права, что повела я себя не профессионально. Тут не поспоришь. Но судя по всему, Тимур так не считал.

– Что-то я не припомню, когда возложил на вас обязанности по решению таких вопросов. Руководитель здесь я, и я решаю кто тут работает и кто нет! И если вы взяли на себя смелость в выполнении решений за меня, то прямо сейчас можете нести приказ. С радостью подпишу. Только на своё увольнение, Ольга Леонидовна. И не забудьте трудовую прихватить, когда отправитель в свободное плавание, за пределы этого офиса. – Каждое слово он отчеканил четко, твёрдо и даже гневно, если не сказать больше.

– Тимур Рустамович! Я не хотела ничего такого! Я же, как лучше думала!

– Думать – это моя забота. Ваша – выполнять то, что скажет руководитель.

– Простите. Такого больше не повторится. – чуть ли не взвизгнула, подскочив на месте. Она явно не ожидала такого поворота. Хотя, как знать. Не просто же так, хотела подсунуть приказ на подпись не заметно.

– Конечно не повторится. Потому что в следующий раз, в подобной ситуации, вы вылетите отсюда вперёд своего визга. Свободны.

Быстро стуча каблуками, она вылетела из кабинета как ошпаренная. Когда дверь за ней закрылась, я обратилась к Тимуру.

– Тим, она ведь отчасти права, я виновата в том, что не выходила на работу.

– Виноват я, что ты не выходила на работу. И на этом, мы вопрос закрываем. Точка.

Спорить не стала. Закрываем, значит закрываем. Не думала, что он так отчитает Ольгу из-за меня. Где-то в душе, было даже приятно, чего уж скрывать.

– В архив ты не вернёшься, туда возьмём практиканта или стажёра. Пойдёшь осваивать юридический отдел. – от удивления, крови взлетели вверх, глаза округлились. Вот так вот сразу, с неоконченным образованием?

– Но я же ещё даже диплом не получила. Это ведь очень ответственно. – решила озвучить то, что беспокоило.

– Ни чего страшного. Уверен ты справишься. Для начала будешь на подхвате у юристов, начнёшь потихоньку вникать в работу. Наберешься опыта, как раз. Если ты хочешь, конечно. Решать только тебе.

– Хочу! Ещё бы не хотеть. – это действительно правда. В следующем учебном году, у меня диплом, и можно будет тему выбрать подходящую, и писать его, уже имея фундамент в виде практики.