Текст книги "Патерн (СИ)"

Автор книги: Алевтина Онучка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

Новая жизнь закипела, строители построили бункер, дали начало Быту, но тут пришла беда, откуда не ждали. Патерн попав в новую галактику с отличными физическими законами, претерпел глобальную катастрофу. Острова, размером с континент, заботливо созданные строителями, объединились в один огромный континент, свободным остался лишь островок, на котором построен Быт. Данный остров имеет устойчивую ось и соединён с основанием планеты. Он не может свободно дрейфовать по поверхности, как остальные острова. Он всегда остаётся на одном месте. И строители , выбравшие его для начала новой жизни, в одночасье оказались отрезанными от континентального Патерна.

Ещё большим сюрпризом стал тот факт, что созданная ими планета начала жить своей жизнью, запустив процесс новой эволюции. И строители стали частью этого процесса в один миг столкнувшись с проблемами выживания в диком мире. Пищевых запасов, припасённых до перемещения, хватило лишь на несколько лет. Начался голод, который усиливался утраченными знаниями возделывания сельскохозяйственных культур без использования высокотехнологичных технологий. Следом за голодом пришли болезни, которые первое время успешно лечились при помощи имеющихся препаратов, но они заканчивались с катастрофической скоростью.Были знания, имелись технологии, но не было заводов, фабрик, которые делали наличие знаний – бесполезным. И вот разразился первый конфликт за право возделывать плодородные земли острова. Попытки доплыть до континента проваливались раз за разом. Надежда попасть на просторы молодого материка, богатого плодородной почвой, угасала, погружая представителей древнейшей расы в уныние.

Сильно поредевшая численность строителей, стала уменьшаться ещё быстрее из-за пессимистических настроений в обществе. Началась волна самоубийств, а за ней пришел отказ от продолжения рода. И только несколько строителей не опустили руки и, воспользовавшись всеми знаниями и имеющимися технологиями, создали нанов, вложив в свои творения последние редчайшие ресурсы, привезённые с родной планеты.

Они доверили этим практически не видимым творениям своё будущее. Возложили надежду на выживание своего народа и стремление к разнообразию жизни, но сами погибли так и не сумев приспособиться к новой реальности. И причиной тому стал полный отказ от опыта своих предков. Они полностью положились на высокие технологии, поставив себя в зависимость от них. И стоило оказаться без постоянной роботизированной помощи, как жестокая эволюция сделала свой выбор.

Мишка продолжал сидеть, смотрел на медитирующую Нину и медленно переваривал полученную информацию. «Странные эти «строители» – думал он, – смогли построить планету, которой не страшны угасающие звёзды, а выжить на ней не смогли. Додумались оставить всё другим в наследство и с просьбой дать их расе новое начало. С одной стороны это гениальное, великодушное деяние, а с другой – полная глупость. Нужно было не сдаваться. Нужно было бороться. А они? Взяли и добровольно вымерли»

Парень ещё несколько минут сидел в сомнениях, догадываясь о том, что возможно пришел к неверным выводам, но тут столбики пришли в движение и вернулись в свои ниши в полу. Молодой человек, всё ещё продолжал думать о том, почему созданные строителями наны не заразили собой всю планету, а начали делать это лишь с появлением на Патерне людей. Но тут, первая экранная панель, на которой всё ещё красовалось его изображение, выехала вперёд и сдвинулась в сторону, открывая проход в помещение за ней.

– Там тренировочная комната, – продолжая сидеть на том же месте, сообщила мышь. – Иди, получи навык пользования открывшимися способностями. У тебя на это есть три дня. После чего вы с Ниной отправитесь за щитами.

Так и вышло. Три дня Мишка изучал навыки открытые строителями, позволявшие его телу быть в десять раз сильнее, быстрее, проворнее. Изучал и удивлялся, почему создатели всем этим не воспользовались, а просто сдались. Ну да ладно. Главное он больше не боялся Быта, полностью осознав, что банное строение с искусственным интеллектом полностью на его стороне. И не важно, по каким причинам.

– Что-то мне не по себе, – выходя из бункера в пещерный комплекс Дырявой пустоши, – молвила Нина. – Как подумаю о том, каких чудовищ эти наны могли натворить, стремясь выполнить поставленную строителями задачу о жизненном разнообразии, жутко становится.

– Да. Жутко. Но мы же с тобой не они, верно? Не станем пугаться, и приспособимся к жизни на Патерне, во что бы то ни стало, – попытался подбодрить девушку Михаил, ловя себя на мысли о том, что за последние дни, проведённые в тренировочной комнате, Нина стала ещё привлекательнее.

– Не станем, – нерешительно согласилась Нина, – иначе Кирилл и его подручные активируют все щиты и на планету прибудут ничего не подозревающие колонисты.

– Тогда пошли. Не будем терять время. – Кивнул в сторону пещеры парень и двинулся вперёд.

Молодые люди начали свой долгий путь, и предвкушение беды не покидало их сердца.

– А с нами что, только пара литов пошла? Остальные роботы не идут? – удивилась девушка.

– Насколько я понял, нас ждёт судьба строителей. В течение пары лет наши роботы попадут под воздействие нанов и тогда от них, возможно, толку не будет. Поэтому, посоветовавшись с мышью, я принял решение о том, что нужно не откладывать неизбежное на потом, а сразу приспосабливаться к самостоятельной жизни не полагаясь на роботов.

– Ты принял решение, вот как, – недовольно фыркнула Нина, – а со мной перед этим посоветоваться не захотел? Мысли и доводы бездушной мыши для тебя важнее, мнения живого человека, – высказала своё недовольство девушка.

– Прости, – понял, что поступил опрометчиво, поспешил извиниться парень. – Обещаю в следующий раз, прежде чем что-то решать, буду с тобой советоваться.

– Уж сделай милость. А то от подобного патриархатом веет.

– Чем плох патриархат?

– Для женщин всем.

– Тогда что ты предлагаешь? Матриархат тут устроить? Или будем строить равноправное общество как на родине?

– Ой, что ещё можно было ожидать от мужика, – заявила Нина. – Патриархат, матриархат, равноправие, всё старо и избито. И ни одно правильным не является. Неужели нельзя создать совершенно новое, хотя бы на основе давно забытого старого.

– Например?

– Например, гармоничное общество без перекосов и излишней равноправности.

– Это утопия. Сколько народов уже пробовали подобное и всё тщетно.

– Да, возможно. Но все эти народы не начинали закладывать общественные устои с полного ноля. Они пытались их заделать на уже имевшихся устоях.

– Хм., – задумался Мишка, продолжая двигаться в нужном направлении по казавшейся бесконечной пещере с множеством колонн. – А это интересно. Можно попробовать. Если будем учитывать наши мнения, может и получится что-то стоящее.

Так, ребята убивали время, мечтая о будущем, оочень далёком будущем, даже не замечая, что для быстрого передвижения используют полученные навыки и силы, словно родились с ними. В итоге путь по пещере, который занял прежде два дня, ребята прошли за один и с помощью литов, выбрались на поверхность.

– С ума сойти! – воскликнул от изумления Мишка, остановившись на безопасном расстоянии от Чёрного леса, рядом с одной из пещерных дыр. – Мы сто пару лет в бункере медитировали?

– Да – ну, брось, – отмахнулась Нина.

Ребята смотрели на лес и не верили собственным глазам. Как быстро всё изменилось! Они смотрели, а сердца невольно сжимались от страха, ноги отказывались идти, а разум приказывал – нужно. Нужно, преодолеть страх и пройти через жуткий лес.

Глава 9 Лес.

Нина взялась дрожащей рукой за руку Мишки. Парень обернулся, взглянул через плечо.

– Боишься?

– Да.

– Мы уже полчаса спокойно по лесу идём, так чего дрожишь как осиновый лист?

– Можно подумать тебе не страшно от того что все эти деревья постоянно смотрят на нас, – стараясь приободриться попыталась съехидничать Нина.

– Мне не страшно, просто не по себе, – ответил Мишка. – Думал, будет куда хуже и придётся постоянно сбоем прорываться, отбиваясь от веток. А видишь что получилось. Спокойно идём вполне быстрым темпом, а деревья даже не думают к нам ветки протягивать как тогда. Просто смотрят, следят за тем, что будем делать.

– Ага, поджидают момент схватить и утащить под землю, – опасливо озираясь по сторонам. Молвила Нина.

– Вот когда попытаются схватить тогда и будем действовать, а сейчас главное как можно быстрее к хвосту корабля добраться и щиты забрать. Даже не представляю, как мы будем мимо Кирилла и его банды пробираться. Там же вокруг носовой части огромное чистое поле выжженного грунта. Наверное, придётся крюк делать, – принялся размышлять вслух Мишка.

– Миш, а далеко мы от них? – всё ещё продолжая идти, держась за сильную руку парня, спросила Нина и Мишка, вновь посмотрев через плечо невольно улыбнулся.

Сердце девушки затрепетало от его улыбки, на мгновенье Нине показалось, что оно так громко забилось в её груди, что Мишка услышал его стук, и залилась краской смущения.

– Ты чего? – увидев порозовевшие щёчки девушки, спросил парень.

– Ничего, – буркнула Нина и силой воли заставила себя отвести взгляд от молодого человека, который показался ей самым красивым в мире.

Мишка сглотнул, пытаясь сосредоточиться на окружающей среде и прогнать прочь мысли о том, что смущённая Нина выглядит так привлекательно, что хочется немедленно попробовать её губы на вкус. Но… Сейчас не время расслабляться и давать волю чувствам и плотским желаниям. Для начала необходимо оказаться в безопасности.

Так и пошли дальше, стараясь, как можно реже смотреть друг на друга. Нина освободила руку Михаила и пошла следом, позабыв о страхе перед странным лесом. Зато лес не забыл о людях. Деревья продолжали следить за передвижением молодых людей, внимая стуку их сердец, из которых вырывалась сладкая энергетика зародившихся чувств и деревьям она нравилась.

– Гляди, мы с тобой везунчики, – в сумерках выходя на большую поляну, покрытую слоем пепла и обугленных не прогоревших стволов, сказал Мишка. – Здесь деревья довольно далеко от середины пепелища растут, если уснем, не смогут до нас ветвями дотянуться.

– Предлагаешь тут ночёвку устроить? – поинтересовалась Нина, у которой ноги гудели от усталости. – Я не против.

Ребята вышли на середину пепелища, предположив, что здесь росло одно из тех деревьев, что переполнили себя кислородом и взорвались, загоревшись от перегрева на солнце. Уселись, рядом с литами и замолчали, пытаясь уснуть в неудобных позах. Ложиться на золу не хотелось, ведь рядом не было ручья или реки или другого источника воды, чтобы утром освежиться и смыть с себя сажу в которую точно вымажешься, если уснёшь в подобном месте.

Повисла тишина, нарушаемая лишь тихими звуками шевелящихся веток, лёгким шуршанием листвы и шорохом от шагов роботов. Вдруг эти умиротворяющие звуки нарушило громкое урчание, и Мишка покраснел. Это его живот подал не двусмысленный сигнал о том, что пора бы подкрепиться, как это делали литы, пополнявшие свои топки золой и пеплом для переработку в энергию.

– Я тоже проголодалась, а тут ещё такой сладкий запах, через вонь пепелища проникает. Слюнки из-за него так и текут, – призналась девушка, втягивая воздух.

Мишка последовал её примеру, втянул воздух через нос, дабы почувствовать запах о котором говорила Нина и чуть слюной не подавился.

– Мммм. Так вкусно пахнет. Прямо как те фрукты чёрные, что хомяки нам приносили, – Мишка ещё раз втянул воздух, от наслаждения закрыв глаза и словно голодный пёс, пошел по запаху, поддаваясь инстинкту. И он его не подвёл. Привёл к большому обугленному стволу под которым лежала целая куча подпёкшихся чёрных фруктов, источавших призывный аромат.

– Они тут, Нин, иди, поедим.

Дважды просить не пришлось. Ребята с удовольствием и жадностью лакомились запечённым угощением, поданным самой природой, но твёрдые плоские косточки не проглатывали. Все до единой в руки собирали по привычке выработанной ещё на корабле, где разбрасывать подобное нельзя. Ведь даже самая маленькая крошка, оставленная после приёма пищи может навредить кораблю и подвергнуть опасности его обитателей.

– Тьфу, – поняв, что «наел» уже целую пригоршню косточек, фыркнул Мишка. – Многолетние привычки неискоренимы. Вот зачем собираем, если можно просто выплюнуть.

– Зачем? – шутливо задумалась Нина и улыбнулась, – чтобы посадить. Мне как-то говорили, что каждый человек должен за свою жизнь построить дом, посадить дерево и вырастить ребёнка. Нужно хоть один пункт из жизненных задач выполнить.

– Предлагаешь посадить их?

– Ага.

Идея парню пришлась по душе. И он принялся высаживать косточки и не абы как, а особым образом.

– Лабиринт решил вырастить? – поинтересовалась Нина, первой справившаяся с высодкой семян.

– Нет, просто хочу, чтобы у нас было временное убежище. Косточки прорастут и дадут начало деревьям, чьи стволы могут стать подобием живой крепостной стены.

– Ага, стены, которая нас самих схватит и слопает на раз – два.

– Не слопает. Мы же эти косточки своей энергией пропитали, хотим того или не хотим. Будущие деревья будут считать нас «своими» и не станут есть.

– Размечтался, – усмехнулась Нина и молодые люди, ещё несколько минут подшучивали друг над другом, а потом уснули под присмотром литов. Умные защитники смогут вовремя разбудить, если появится угроза.

Люди спали, а деревья, получившие зачатки разума оценивали их поведение приходя к выводу, что от людей есть польза.

Утренняя прохлада разбудила путников, заставила вновь искать пищу, но подпёкшихся фруктов больше не было.

– Блин, – протянул Мишка. – Придётся голодными выдвигаться, – добавил он, печально вздыхая. – Как жаль, что хомяков мышь с нами не отпустила. Ай, воскликнул парень получис слабый удар в голову. Что-то мягкое ударилось о его затылок и шмякнулось на земл. Опустил глаза и увидел свежий, чёрный фрукт, что как мячик отскочил от его головы, ударился о грунт и совершив несколько прыжков откатился в строну.

– Нин, скорее иди сюда. У нас один фрукт есть. Давай пополам поделим. Хоть немного голод притупится.

Пока девушка подходила парень пытался разломать фрукт пополам, но ничего не получалось.

– А поджаренными они легче ломались.

– Прокуси его. Попробуй просто откусить половину. Наши зубы острые, может получиться, – предложила Нина и Мишка послушался. Действительно, плотная корка, которая отказывалась разламываться или лопаться под нажимом, легко прокололась от натиска клыков и ребята поровну поделили чёрную, сочную, кисло сладкую мякоть.

Нина доела, быстро поддела покрытый золой грунт ногой, чтобы получилась выемка, бросила в неё косточку и опять поддела сдвинутый пласт грунта, зарывая остаток фрукта. Едва она это сделала, как со всех сторон в ребят полетели чёрные фрукты. Деревья, размахивая ветвями, бросались своими плодами в людей.

– Ай, ой, – вскрикивали ребята, не успевая уворачиваться.

– Утопить нас в чернике решили! – закричал Мишка, прикрывая голову.

– Чернике? Ты что земным названием ягод обозвал местные фрукты?

– Ну и то. Они же чёрные и вкусные, чем не черника. Ай, ой. Да чего они раскидались. С поляны нас прогоняют что ли.

– Нет. Смотри, они нас не прогоняют. Посмотри туда, – сказала Нина, указывая на грунт под ближайшим деревом, попутно откусывая кусочек от самого спелого и сочного плода, прилетевшего ей в голову. – Вон, видишь. Там плоды гнилые валяются. Посмотри внимательнее на них и поймешь, почему деревья в нас бросаются.

Действительно у ствола лежал не один десяток гниющих плодов, а сквозь полупрозрачную чёрную кожицу виднелись погибшие побеги, проросшие из косточек.

– ЭЭЭ, – начал догадываться Мишка. – Так они что, хотят, чтобы мы их семена сажали? Так дело не пойдёт. Если будем все сажать – никогда отсюда не уйдём.

– Скорее всего они хотят, чтобы мы просто косточки разбросали и кожицу полопали. Вон смотри, даже к литам начали хорошо относиться местные деревья. Больше не тянут ветви к ним, не пытаются схватить. Просто им под ноги плоды свои швыряют. А когда литы по ним проходят, пробивая толстую кожицу, испускают положительную, тёплую энергию, словно одобряют, – рассудила вслух Нина.

Ребята с удовольствием исполнили желания деревьев. Шли своим путём, ели вкусные плоды, разбрасывая косточки и купаясь в приятной энергетике, чувствуя себя желанными гостями. Чёрный лес больше не казался страшным чудовищем, готовым разорвать в клочья, а стал близким другом. Так и шли молодые люди вперёд сытыми и довольными, но чем дальше они продвигались к своей цели, тем тревожнее становилось на душе.

Радость от того, что часть планеты приняла их, сделала своей частью, отступала, место тревожным мыслям и лес, словно почувствовал их, словно прочёл, принял своё собственное решение.

На четвёртый день пути, когда по расчётам Мишки до передней части космолёта оставалось ещё три дня хода, лес преподнёс ребятам особый подарок. Прямо перед носом болтающей парочки, одно из эволюционировавших деревьев, что приобрело красно-чёрный цвет древесины, опустило свою ветку с большим, красным плодом от которого исходил невероятно приятный, манящий запах.

– Спасибочки, – принимая угощение, казал Мишка, словно дерево могло его слышать, и сорвал плод, что почти сам упал ему в руки. – Ого, Нин, только глянь. Он же огромный как дыня.

– А как пахнет! – восхитилась девушка. – Вкусный наверное.

– А давай попробуем.

– Но как? Разрезать нечем.

– Просто кусай со своей стороны, а я буду кусать со своей. Заодно помогай его держать, а то тяжелый. Неудобно и держать и есть.

Молодые люди, не сговариваясь, приложились к ароматному угощению и с удовольствием лакомились им, то и дело, отправляя в карманы косточки, которых оказалось довольно много в большом красном фрукте.

– Прям как спелая переспелая клубника, – сказал Мишка и наклонился, чтобы ещё кусочек откусить, но плод уже довольно сильно уменьшился в размерах, потому его лицо оказалось слишком близко к лицу Нины. Молодой человек почувствовал девичье дыхание, встретился с её затуманенными удовольствием глазами, и поцеловал.

Пламя страсти и желаний вспыхнуло, словно сухой порох. Плод полетел в сторону, поцелуй стал жарче, а мир с его проблемами был послан далеко и надолго.

– Что мы натворили, – пробудившись прохладным утром следующего дня, прошептала Нина.

– Ты сожалеешь? Думаешь наша любовь ошибка? – прошептал Мишка, который всё ещё не мог понять, как осмелился на подобное в таких-то обстоятельствах.

– Нет. Любовь не может быть ошибкой.

Немного отрезвев, смущённые, но счастливые ребята продолжили путь, со временем догадавшись, что стало причиной такой внезапной страсти. Всему виной был тот большой вкуснющий плод, насквозь пропитанный веществами, пробуждающими желание.

Молодые люди понимали – содеянного не исправить, а потому отдались на волю судьбе и наслаждались каждой минутой жизни. Но тревога, вновь мало-помалу начала возвращаться.

Лес, по которому они шли, становился всё реже и реже. То тут – то там появлялись пролески, чаще начали встречаться выжженные поляны, а вскоре и вовсе стали встречаться высохшие, словно мумии деревья.

Нина резко остановилась и Мишка, которого она держала за руку, чуть не упал.

– Слышишь? Шорох. Тихий звук. Я уже где-то подобное слышала.

Стук. Стук. Опять раздался тихий звук. Стук, стук, стук – услышали ребята. Мишка слушал и невольно напрягся, готовый ринуться в драку в любую секунду, в любой момент. Стук – стук, и волосы на голове зашевелились. А звук всё приближался и приближался.

– К-каменные жуки, – вспомнив, где слышала подобное раньше, пролепетала в ужасе Нина и словно в ответ, прямо на Мишку выпрыгнул небольшой камень.

Парень отреагировал моментально, уклонился и жук пролетел в нескольких сантиметрах от его руки. За ним откуда-то взялся второй, потом третий. С каждой секундой специфический стучащий звук усиливался, звук с которым льётся каменная река полная жуков. Молодые люди уже знали это. Помнили, какой огромный поток камней следовал за вагоном и под каждым камешком скрывался жук, и теперь эта сухая река настигла их вновь.

– Бежим! – старательно отбиваясь от атак оголодавших насекомых, выкрикнул Мишка. – Бежим в заданную точку!

Нина услышала, но ничего не ответила, посчитав, что поступки важнее слов и побежала. Прямо туда, куда велено – к отвалившейся хвостовой части корабля. Побежала со всех ног, стараясь уклониться от атак, изголодавшихся насекомых. Бежала, чувствуя, что Мишка следует за ней. Слышала звуки ударов, которыми он награждает мерзких тварей, спасая свою жизнь, прикрывая её спину. Звуки вселяли уверенность, придавали сил, заставляя бежать быстрее.

Мишка бежал следом, лишь краем глаза подмечая, как Нина применяет все свои навыки для спасения собственной жизни. Подмечал, как девушка ловко пользуется новыми способностями, отражая атаки, расчищая себе путь. Со стороны казалось, что она родилась с ними. Но холодный разум подсказывал – это не так. Девчонка, как и он, едва освоила несколько полезных технологий позволяющих повысить шансы на выживание.

Сколько времени они так бежали, пытаясь спасти свои жизни и не стать кормом для насекомых, никто не знал. Но силы начинали истощаться, усталость наваливалась, скорость перемещения замедлилась, а жуки то и дело прорывались сквозь оборону, добираясь до тел.

Резкая боль от удара жука о его тело подстегнула инстинкты, открыла второе дыхание, и он сосредоточился на собственном выживании, позабыв обо всём прочем. Но толком ничего не получалось. Жуки всё чаще и части умудрялись запрыгнуть на него, сначала подарив боль от столкновения, а потом, вонзаясь хоботками в его плоть, пытаясь полакомиться вкусной, тёплой кровью, словно земные комары.

Страх перед смертью от потери крови, затуманил его разум, притупил его боль и заставил идти дальше, сражаясь за свою боль. И Мишка шел, отбиваясь, уклоняясь, топча, расплющивая и не видя происходящего вокруг, не замечая, что сумерки ведут ночь за собой.

Чем сильнее сгущались сумерки, тем невероятнее события разворачивались вокруг ребят, но они не замечали этого, сосредоточившись на собственном выживании. То тут – то там, начало что-то поблёскивать, отражая лучи заходящего светила и жуки, усилили атаку, словно пытаясь достичь своей цели перед чем-то неизбежным.

Тела людей уже невыносимо болели от десятков укусов, и боль притупляла сознание. Вот – вот и они упадут без сил. Упадут и станут пищей для назойливых насекомых, но гибель своих носителей не входила в планы нанов обитавших в их телах. Получив полную информацию о противнике маленькие чужеродные создания, выполнявшие неумолимую программу, начали действовать. Благодаря хорошему питанию у них было достаточно ресурсов для размножения, которыми вовремя воспользовались и теперь, многократно увеличив своё количество, начали выбираться из человеческих тел.

Коллективный разум нанов сделал вводы и принял решение о том, что требуется их носителям для выживания. Теперь всякий раз при подлёте жука к телу Мишки они выбирались наружу, сливались воедино, принимая вид небольшой чешуйки, уплотняясь и оставаясь на этом месте дальше защищать его кожу от ударов и прокусов. Но парень не замечал этого, как не замечала Нина действий своих собственных нанов, которые в отличие от симбионтов Мишки, пошли по другому пути. По пути, основанном на желаниях девушки. Они запомнили, записали в память коллективного разума мечтания юной красавицы о драгоценных украшениях, которые они видела когда-то в одном из глянцевых журналов. Драгоценные украшения, на которые она могла лишь любоваться, о которых даже не могла мечтать из-за их баснословной стоимости, теперь создавались на её теле нанами.

Нину поглотила боль, потому она даже не заметила, как в мочках её ушей наны проделали сквозные отверстия, моментально залечив свежие ранки и стали из себя и частиц эфира создавать серьги по образу и подобию тех, что она видела в журнале. Вот только эти невероятные украшения состояли не из золота и драгоценных камней, а из нанов и созданных ими уникальных материалов, что в естественной природе не встречаются. И каждый такой материал выполнял полезные функции. В правой серьге невидимые помощники создавали невероятный по объёму банк памяти, в который тут же начинали записывать всю информацию об окружающей среде Патерна. И только ради того, чтобы не тратить драгоценное время на доступ к нужным сведениям в паутине коллективного разуму. Наны посчитали более удобным, иметь всю нужную информацию под рукой, с мгновенным доступом к ней.

Левая серьга хоть внешне и была точной копией правой, но при этом выполняла защитные функции. Наны едва наметив её силуэт, навечно становились её частью и начинали испускать волновые вибрации разного диапазона и частоты. С помощью одних неразличимых для человеческого уха звуковых волн они исследовали приближающийся к носителю объект, распознавали его, согласовывали действия с нанами правой серьги, получая от них информацию об опасном объекте, и тут же начинали испускать другие волны. Именно вторые волны становились настоящим оружием массового поражения из-за которого клетки тел нападающих разогревались изнутри и просто разрывались в клочья, словно под воздействием микроволн.

Но молодые люди не замечали этого, продолжали действовать в полусознательном состоянии, стараясь выжить любой ценой и уйти как можно дальше от каменного поток. Потому ребята не заметили ни действий нанов, не новую опасность, что пришла им на помощь из недр планеты.

Наступающая ночь, стала рассветом для жителей тьмы, что многие тысячелетия жили на Патерне до его перемещения. Многие из обитателей планеты, резвившихся для жизни в темноте, не слишком сильно изменили свой образ жизни, оказавшись в новой среде обитания, полной света и тепла. Они просто научились спать под грунтом в темноте, пока на поверхности царствовал свет и с наступлением ночи выбирались наружу, дабы жить полной жизнью пока не наступит рассвет.

Выбирались на поверхность голодными, полными сил и каменные жуки, что бурным потоком преследовали ребят стали настоящим пиршеством для многих. Первыми показались медлительные зверьки чем-то напоминавших обычных земных ежей, вот только их спины украшали не острые колючки, а подвижные волоски, по воле хозяина покрывавшиеся липкими, сладкими капельками. Едва показавшись из-под грунта, липканы распушали свои нежные колючки, словно лепестки ночных цветов, покрывая их сладкой липкой росой, источающей приятный аромат, и старались, как можно ближе подбежать к каменному потоку. Маленькие зверьки пытались прорваться в его гущу потока и налепить себе на спины как можно больше насекомых.

Странные птицы бесшумно срывались с небес, ловко маневрируя между ветвями оживших деревьев, хватали на лету прыгающих насекомых, поднимали вверх, вырывали жуков из-под камней и тут же проглатывали, выбрасывая камень.

За мелкими липканами и ночными птицами к пиршеству присоединились более крупные обитатели тёмного мира. Одни пытались сожрать мелких липканов, другие птиц, а третьи с удовольствием лакомились деревьями. Вскоре к пиршеству присоединились лучшие хищники планеты, и вокруг ребят воцарилась невообразимая суета, наполненная предсмертными криками, запахом крови и энергией смерти.

Мир словно сошел с ума и в нём каждый пытался съесть каждого, но люди думали лишь об одном – как выжить самим. Потому, ребята продолжали упорно идти в заданном направлении, из последних сил отбиваясь не только от жуков, но и других обитателей ночи, что решили попробовать человека на вкус. Они шли из последних сил, теряя драгоценны капли крови, то и дело, опираясь на преданных литов, что существенно пострадав, всё ещё продолжали защищать своих хозяев.

Им казалось, что конца и края не будет этой ночи, но вот, когда отчаяние почти захватило их души, небо начало светлеть. Ночные жители, насытившись на долгожданном пиру, отправились по своим норам, а люди с первыми лучами светила рухнули без сил.

Мишке показалось, что он едва прикрыл веки, как полдня пролетело, а инстинкт выживания уже разбудил его. Прервал чувством тревоги его долгожданный сон, заставил искать пищу, утолять голод. И Мишка утолял. Не думая не о чём, не заботясь о напарнице, он просто ел всё подряд. Наны заставляли его есть. Заставляли думать лишь о собственном организме. Стоило отдохнуть, насытиться, как просыпался инстинкт размножения и, но набрасывался на Нину. Удовлетворял свои потребности, ни взирая на её сопротивление и слёзы, а потом опять спал, ел и так по кругу.

Сколько дней Мишка влачил животную жизнь, сражаясь за собственное выживание каждую ночь, парень не знал. И лишь когда его тело покрылось чешуйчатым доспехом, когда его тело перестали терзать когти, клыки и жала, самосознание вернулось.

Яркий свет полуденного солнца больно ударил в глаза, словно пробуждая от долгого беспамятства. Мишка осознанно увидел рыдающую Нину в своих объятьях, почувствовал сладкую истому удовлетворения и понял, что натворил.

– Животное, – прошептала девушка, бросив на своего мучителя обречённый взгляд и отвернулась, даже не пытаясь отстраниться от него. Нина уже знала на горьком опыте, если попытается уйти, будет только хуже.

– П-прости, я не понимал что творю, – сгорая от чувства вины, сказал Мишка и только тут заметил невероятно красивые украшения на теле девушки, кроме которых на ней практически ничего не было, только изодранная в клочья форма искателей.

– Откуда такая красота? – взглядом показывая на полный комплект украшений на её теле, спросил Мишка. – Серьги, колье, пояс, браслеты, ножные браслеты, кольца – полный комплект, выполненный в одном стиле, тебе очень идёт. Клад нашла по дороге? – пытался парень перевести разговор в другое русло и сгладить ситуацию, хотя понимал – сделанного уже не исправить.

– Откуда? Да оттуда же откуда твои доспехи, – не глядя на него, не поворачиваясь к нему, ответила Нина. – Сами как-то выросли прямо на теле.

– Доспехи? – переспросил он и только тут заметил наручи на руках, перевёл взгляд на своё тело и чуть не ахнул от удивления. Он с ног до головы был одет в прочные, удобные и почти не весомые доспехи на вид напоминавшие средневековое облачение рыцарей, но лишь на вид. По сути это было нечто совершенно непонятное, сидевшее на нём словно вторая кожа.

– Почему не ушла? Почему не бросила меня, когда я начал вести себя как животное? – не выдержав спросил Мишка.

– Куда? Куда уходить? – вопросом на вопрос ответила девушка и парень вспомнил. Они единственные люди на планете, кроме тех, что раньше были одними из них.