Текст книги "Книга предсказателя (СИ)"

Автор книги: Алена Миронова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)

Я вам её не отдам

– … нам нужна только книга предсказателя. – закончила Жизель и уставилась на меня горящими глазами.

– Что? – переспросил я, так как прослушал часть её монолога, погрузившись в размышления.

– Серж, я говорю про книгу предсказателя. Ты даже не представляешь какая сила в ней скрыта. И то что она предсказывает будущее, это лишь малая часть её возможностей.

– В смысле?

– Книга… – Жизель подошла ко мне и положила руки на плечи – не только предсказывает будущее, но и может его предопределять – произнесла она шёпотом, словно боясь что нас могут услышать.

– Если написать в ней то, что ты хочешь, то это обязательно сбудется. Одна проблема, писать надо пером, которое находится у королевы. Но, вместе мы обязательно сможем забрать его и тогда наша власть станет практически бесконечной.

Я смотрел Жизель в глаза и отлично понимал для чего она всё это говорила. Без моей помощи у неё ничего не получится. А я лишь разменная пешка, которую она хочет использовать в своей игре. Слова незнакомки из парка, о том, почему эта книга так для неё важна, и, почему она готова исполнить любое желание в обмен за сохранение книги, приобрели новый смысл. Надо ли упоминать о том, что несложно было теперь догадаться, кто она такая на самом деле. Остался ещё один вопрос: почему именно я?

Помогать Жизель не входило в мои планы, а где-то в глубине души я просто хотел чтобы всё это закончилось как можно быстрее. Намерения Грога, так же как и намерения прекрасной соблазнительницы достаточно прозрачны. Ими движет банальная борьба за власть. Что на самом деле представляет собой свергнутая и находящаяся в бегах королева я ведь тоже не знаю. Но мои сегодняшние гости уж точно доверия не внушают. Значит правильно будет всё-таки вернуть книгу хозяйке. Осталось только придумать, как это всё реализовать.

– Хорошо, а где мы возьмём книгу?

– Серж, не строй из себя придурка. Книга лежит перед нами, – подойдя к столику Жизель с вожделением уставилась на книгу, задумчиво выбивая дробь ноготками по столу.

– Только не говори, что ты не знаешь ничего о её способностях! – повернувшись ко мне произнесла она. Между тем, что-то в её взгляде неуловимо изменилось. Он стал неприятно хищным, словно у кошки, караулящей мышь. Казалось, напряжение разлилось в воздухе.

– Так что решай здесь и сейчас! Ты со мной или нет?!

Слова прозвучали угрожающе. Надо было срочно что-то решать, иначе у этой красотки кончится терпение. Одному Богу известно, что можно ожидать в этом случае и какими волшебными способностями она обладает.

– А что будет если я откажусь?

Жизель подошла ко мне вплотную, улыбнулась и приложила палец к моим губам.

– Ничего не будет, ты всё равно передашь мне книгу, а потом умрёшь долгой и мучительной смертью. – её голос будто зазвенел металлическими нотками, а от былой обольстительной мягкости и певучести не осталось и следа. Мне стало немного не по себе. Но, как ни странно, страха я тоже не испытывал.

– Ну тогда попробуй взять её сама – ухмыльнувшись, отступаю на пару шагов назад.

– Серж, я устала. Перестань. – Жизель глубоко вздохнула и вновь приблизилось ко мне.

– Ты же знаешь, что книга выбрала тебя, и, я не могу просто так подойти и взять её. С первыми лучами солнца ты передашь её мне, а я отправлюсь домой. С тобой или нет, мне без разницы. Так что думай, времени осталось совсем немного.

– Не пойду я с тобой никуда и книгу тебе, тоже не отдам. – ответил я, глядя Жизель в глаза. Мне нечего делать в чужом и непонятном мне мире. А книгу. Не ты вручила, не тебе её и забирать.

После произнесённых слов, само время, как будто изменило свой ход. События, словно сорвавшись с цепи, понеслись вскачь. В одно мгновение Жизель оказалась рядом и, ухватив меня за плечи, как бы подпрыгнув обвивает мой торс своими длинными ногами, одновременно ухватив и удерживая руками голову, впивается в губы, целует, и, кажется даже прикусила нижнюю до крови. Отлепить от себя обвившуюся как лиана девушку с первой попытки не получилось, хотя я изо всех сил пытался это сделать, обхватив её за талию и пытаясь оторвать от себя. А через несколько секунд, я почувствовал как моё тело наливается тяжестью и медленно цепенеют руки на гибкой девичьей талии, которую я вдруг перестал ощущать. Жизель сразу же отстранилась, придерживаясь за мои плечи опустила ноги на пол и с довольным видом отошла на несколько шагов, словно любуясь результатом. Я стоял как истукан не в силах пошевелиться и мог только моргать и вращать выпученными глазами.

Ощущения были пугающе странными и неприятными. Попытки пошевелиться, ни к чему не привели. Тело стало словно чужое, а вот голова соображала отлично. Где-то внутри нарастала паника. Книга опять предсказала правильно. А вот я, похоже расслабился и лоханулся.

 
«Запомни, поцелуй её не жаром пышет
Отравлен сладким рабством он и ядовит»
 

Вспомнил я последнее сообщение.

– «Вот клядь, вляпался по самое не балуй! Тупая мартышка, осёл, козёл и косолапый мишка в одном флаконе. Так попасть из-за бабы! Слюни развесил. Тьфу… И что теперь делать? Так и будешь стоять поленом, да глазами хлопать! Думай идиот, как выкручиваться станешь. Что она там говорила? Умрёшь. Ну уж хер тебе милашка! Мы ещё поборемся!»

Жизель всё это время стояла, скрестив руки на груди, вопросительно изогнув бровь и улыбаясь, смотрела на то, как я плющусь и таращусь бешено вращая глазами, в безуспешной попытке что-то изменить.

– Подойди ко мне. – приказала она. И тут, случилось нечто из ряда вон выходящее. Моя тушка, словно бы самостоятельно и абсолютно не обращая внимание на попытки сопротивления с моей стороны делает два шага вперёд и оказывается рядом с колдуньей.

– Отлично! Умница мальчик! – улыбнулась Жизель, снисходительно похлопав меня по щеке.

– А теперь иди и развяжи Грога.

Как-то совсем не удивило что, моё тело, как бы я не пытался сопротивляться, отправилось выполнять приказ хозяйки. А сопротивляться я пытался, со всем старанием. Возникло ощущение, что я деревянная кукла, а кто-то дёргает за верёвочки, управляя телом. Марионетка, зачем-то всплыло на задворках сознания.

Как только пленник был освобождён от стягивающих его пут и вытащив кляп изо рта, сотрясая воздух виртуозными ругательствами поднялся на ноги, возмездие не заставило себя долго ждать. Приблизившись почти вплотную, грязно ругаясь и брызгая слюной, первым же движением, в коротком замахе и полуразвороте корпуса правой рукой Грог бьёт мне по левой почке, отчего меня ожидаемо выгибает назад, и, тут же, молниеносно, прилетает с другой стороны уже по печени. Слаживаюсь пополам рухнув на колени и выблёвывая желчью. Смачный же пинок по другой, ещё не пострадавшей почке, вновь выгибает меня дугой, и, чувствую, как по ногам течёт горячая жидкость, образуя лужу. Далее вижу только стремительно приближающийся на встречу с подбородком острый носок начищенного сапога, от которого и улетаю, приложившись затылком к батарее. Свет гаснет.

Не знаю, что бы со мной было, если бы не чары Жизель. Но сейчас боли не чувствовалось, совсем. Не знаю сколько я провалялся в отключке. Пришёл в себя услышав вялое переругивание гостей. Кажется Грог проявлял недовольство, а Жизель оправдывалась со всем старанием. Судя по остывшим интонациям, ссора между ними протекала давно и похоже, что дело, шло к примирению, к обоюдному согласию сторон. Молча лежу и слушаю продолжение их беседы.

– Грог, прошу тебя… – успокаивала его Жизель. – До восхода осталось совсем немного. Как только первые лучи солнца покажутся над горизонтом, мы уже не сможем ничего сделать. Так что будь паинькой, просто наберись терпения, иначе…

– Иначе что?… Ты посмотри, что ты с ним сделала!… Как он теперь передаст нам эту чёртову книгу?… Я же тебе говорил, что он должен сделать это по доброй воле, а не по принуждению… Смысл теперь от него? Проще добить, хоть душу отведу!

– Я наложила это заклятье. И я могу его снять. – Возразила Жизель. – А вот какого лешего, ты, дал волю гневу? Пока он не придёт в сознание, мы ничего не сможем сделать.

В поле зрения показались ноги Грога. Мысленно приготавливаюсь к очередному пинку, но вместо этого, слышу слова, произнесённые с брезгливыми интонациями:

– Пфу…хлюпик! Немощный полукровка! Не надо было жалеть твою мамашу, да кто же знал, что она родит такое недоразумение – и на меня выплёскиваются остатки воды из чайника. Затем, мощная рука Грога, за шкирку, словно провинившегося щенка поднимает меня и ставит на ноги. Могу лишь с ненавистью пялиться в ответ.

Страха нет, есть только здоровая злость и ненависть. Наверное существует какой-то порог, где любой, нормальный человек, претерпев определённое количество боли, страха и унижения либо ломается, либо побеждает себя. Кажется я только что перешагнул этот порог. И пусть сейчас, из-за грёбаного колдовства этой сучки я не могу пошевелить даже пальцем, не могу выдавить из себя ни слова… Да клядь, даже улыбнуться не могу без высочайшего соизволения! Я чувствую. Я знаю. Чёрта с два я подохну просто так! Вы, сучьи потроха, обязательно пойдёте со мной!

– Серж подойди ко мне. – Услышал я напряжённый голос Жизель.

Под давлением колдовства, разворачиваюсь и как зомби, подволакивая ногу, плетусь в её сторону. Жизель потянулась ко мне, подмигнув и сложив губки бантиком.

– Да подожди ты… Рано ещё… – остановил её Грог, – подойдя ко мне и зачем-то ткнув мне пальцем вбок.

– Бу! – коротко прогудел он сочным басом и рассмеялся.

– А ты уверенна, что это надёжно?

– Уверенна, – усмехнулась в ответ Жизель, – пока ещё ни одно живое существо само не оправилось от моего поцелуя.

– Я бы на твоём месте не был так уверен. – Грог обошёл меня по кругу, ещё раз ткнул пальцем, брезгливо протёр его об свою рубаху и убрал руки за спину.

– Кое-кто тоже был уверен, что сможет одной соплёй перешибить этого ушлёпка, что из этого получилось ты и сама видела. И не вздумай распустить свой язычок, это я тебе на будущее говорю! – продолжил он свирепо нахмурившись.

– Да, такое ещё долго не забудешь! Чтобы сам Грог, был связан каким-то мальчишкой… – Жизель рассмеялась. – Кому расскажи, не поверят…

– Я тебе расскажу! – Грог побагровел.

– На рудниках у меня до конца жизни будешь бесплатно работать. Ты мне лучше, знаешь, что скажи:

– А пока он такой, он соображает также или по-другому?

– Мне то почём знать, как он соображает. Я к нему в голову залезть не могу. А тебе зачем это?

– Хочу одну вещь проверить. – Он снова внимательно начал меня рассматривать.

– Какую? – с любопытством спросила Жизель, перестав хихикать и сделав серьёзное лицо.

– Эх!… Не быть тебе королевой. Мозгов у тебя недостаточно, в мать свою уродилась, толку от вашей красоты, если мозгов Бог-Кузнец не отвесил. – Вздохнув и с сожалением посмотрев на Жизель, продолжил, – может он, думает сейчас по-другому, не так, как раньше. Желает тебе угодить и в мыслях своих.

– Маменьке моей хватило ума замуж за тебя выскочить, да счастливо жить, ни в чём отказа не зная до сих пор, так и я не пропаду с такими родителями. Будущее его Величество, – обидчиво ответила Жизель, изображая полупоклон.

– Грог, я ничего не поняла. Ты либо говори нормально, либо молчи. Что без толку умничать, если объяснить внятно не можешь.

– Вот баба! – раздосадовано воскликнул он.

– Ты используешь это заклинание, и даже не знаешь как оно действует. И на кой ляд, я туеву хучу золотых отдал за твоё обучение, если они впрок не пошли! Головой подумай, если он подчиняется тебе не только телом, но и мыслями. То ты, запросто можешь приказать ему, захотеть передать книгу!

И вот здесь, меня проняло по-настоящему. Одно дело, быть скованным заклятием, и совсем другое, если эта мерзкая тварь, может управлять моим разумом.

«Сопротивляться, только сопротивляться! Иначе это буду уже не я» – решил для себя и начал медленно, как мантру, проговаривать про себя слова, когда-то понравившейся песни в исполнении группы «Потому что».

 
«В шумной толпе переполненной улицы
Сбившись плечами как твердь в твердь
Так что даже отрывались пуговицы
Смотрят друг в друга Жизнь и Смерть»
 

До Жизели, видимо, тоже дошёл смысл его слов. Она заметно оживилась. Прошлась по комнате, явно что-то задумав.

– Так давай проверим. Серж, ты должен передать мне кни…

– Стоять! – заорал Грог. – Стоять, кому говорю!… – он подскочил к Чародейке, чуть не сбив её с ног.

– Ты что, совсем последние мозги подрастеряла?

– Ты же сам хотел… – хлопала глазами Жизель.

– Я хотел, чтоб он передал книгу мне.

– Хорошо! Хорошо! Только успокойся. – она посмотрела на меня и заговорщически продолжила:

– Серж, возьми книгу и передай Грогу. Помыслы твои должны быть чисты, а желание искренним. Ты очень хочешь это сделать. Правда, малыш?

В голове у меня словно что-то щёлкнуло.

«Передать книгу Грогу. Чёрт, почему я раньше этого не сделал. Она может принадлежать только ему и никому более, это же очевидно. Это правильно» – Навязчиво продолжало щёлкать в мозгу. Я на самом деле искренне желал передать книгу Грогу, и был рад это сделать. Но, где-то на заднем плане снова зазвучали строки из песни:

 
«Смерть сказала: Жизнь, я тебя люблю
Я смотрю на тебя и, волнуясь, немного робею»
 

Медленно приближаюсь к столику и понимаю, что стало получаться проговаривать слова шёпотом:

 
«Хочешь, я ради тебя всех их убью»
 

Протягиваю руку, чтобы её взять.

 
«Я бы сделала что-то ещё, но я не умею»
 

С последним произнесённым словом беру книгу в руку. Раздаётся громкий хлопок, а яркая зелёная вспышка, ослепляет всех участников события.

Желание только одно

Боль. Никогда не думал, что существует столько оттенков боли. Тупая не прекращающаяся, сводящая с ума, словно тебя взяли за руки и за ноги и выкручивают как тряпочку, каждая мышца, каждая косточка в напряжении и ожидании. Боль…. А это, кажется, новая. Накатывающая как прибой, неумолимо усиливающаяся, доводящая почти до потери сознания, колокольным набатом отдающаяся в голове. Бом-м-м-ммм… Боль. Раскалённым железом вгрызается в плоть, пронизывает до костей, выворачивает наизнанку. Не знал, не думал, что может болеть всё и сразу. Господи! Как же больно-то! И почему я ещё не сдох? Каждый вдох как подвиг. Попытка пошевелить хотя бы пальцем, приносит новые, мучительные вспышки боли. Боль. Её Величество, боль! Госпожа! Королева, боль. Да дайте мне сдохнуть уже наконец-то!

Ну уж хрен! Не дождётесь! Пока дышу – живу. Пока живу – надеюсь. Вдох. Ещё вдох. Дыши сука, не хлюзди! Толкай этот грёбаный воздух в себя. И выталкивай. Ещё не всё. Ещё можно надеяться, надеяться можно всегда. Даже когда кажется, что уже некуда. Какого лешего так больно то? И почему я ни черта не помню? Полегче… Да, совсем чуть-чуть, но полегче. Вроде начинает отпускать. Появляются звуки. Да, слышу звуки, а не безумный звон в голове. И дышать, дышать становится чуть легче. Надо просто подождать. Ещё немного полежать и не шевелиться. Совсем. И даже не моргать. Дыши. Ещё дыши. Не надо думать, просто дыши. Кто молодец? Я молодец. Да…. Идиот…. Дыши.

Пытаюсь открыть глаза, волной накатывает тошнота и новый, мучительный приступ боли. Сдерживаю, готовый сорваться с губ стон. Вдох, вдох, выдох, вдох. Что ж я маленьким не сдох?

Сквозь гул в ушах различаю два голоса, которые судя по интонации, о чём-то громко спорят. Постепенно память начинает возвращаться, словно слайдами всплывают воспоминания о событиях сегодняшнего дня. Ещё подождал, чередуя вдохи и выдохи, стараясь сосредоточиться только на этом. Следующая попытка открыть глаза была более успешной. Оказалось, что я лежал на полу у противоположной дивану стены. По комнате по-хозяйски расхаживал Грог, а Жизель сидела на диване. В гостиной был полный раздрай. Стол опрокинут и, кажется, разломан, книга валяется перевёрнутой на полу. Рядом со мной разбросанные вещи из шкафа усыпанные осколками битого стекла.

«Что здесь произошло? Почему в квартире как после бомбёжки? И почему я валяюсь словно мешок с костями, не могу пошевелиться и ни хрена толком не помню?» – назойливо роились вопросы в голове, на которые не было внятных ответов. Да и невнятных тоже не было.

– Да чтоб тебе пусто было! – орал Грог. – Как можно было такое ляпнуть не подумав?!

– Это была твоя идея. – Спокойно отвечала Жизель. – Вот теперь и расхлёбывай. В конце концов, ты эту кашу заварил, Король недоделанный.

– Огрызаться ещё будешь? Завтра же на дальние рудники отправишься! Там давно пора управляющего сменить это тебе вместо столичных балов да нарядов.

– Отправлюсь, но только с тобой. Хотя нет… Я на рудники, а ты на виселицу…

– Грога ещё так просто никто не одолел. Ты мне лучше скажи, как так получилось? Почему книга его отвергла?

– Да я и сама не поняла. – Жизель задумалась. – Скорее всего, он находился под моими чарами, вот его и долбануло.

– И что теперь с ним делать? – Грог посмотрел в мою сторону. Я же закрыл глаза и затаил дыхание. Пусть думают, что я в отключке. – Ты сможешь его расколдовать?

– Да. Если он, конечно, жив ещё.

Продолжаю притворяться ковриком, слышу стук приближающихся шагов. Затем ощутимый тычок тупым носком сапога по рёбрам, молнией пронзает моё многострадальное тело, а лицо искажает мучительная гримаса, сдержать которую, никак не удалось.

– Сука! – сплёвываю, тягучей, окрашенной красным слюной, брезгливо размазывая её по футболке, судорожно и со всхлипом закашлявшись и пытаясь сесть, шарю рукой в поиске точки опоры. – а полегче никак нельзя было?

– Живой! – радостно воскликнул Грог, потирая руки, – вон как его корячит.

– Этого не может быть! – раздался изумлённый голос Жизель. И тут же послышался цокот её каблуков по паркету.

Притворяться больше не было смысла, я с трудом уселся, оперевшись на стену, открыл глаза и подмигнул. Оппоненты стояли надо мной и внимательно меня разглядывали.

– Смотри, дышит сучёнок, и зенками видишь, как злобно стреляет, – продолжил радостно Грог.

– Этого не может быть. Он под действием заклинания! – визгливо вещала девица. – Серж, встань! – приказала она.

– Да пошла ты! И ты пошёл! – прохрипел я нагло улыбаясь, и показав им по очереди безымянный палец. Заложенный в этот жест сакральный смысл, кажется, поняли без перевода, лицо Жизель покрылась некрасивыми красными пятнами, а у Грога вдобавок к раздувшимся от возмущения ноздрям проявился благородный, королевский, бордовый цвет на морде лица. Мысль, что заклинание больше не действует, меня очень радовала. Забыть, что ещё некоторое время назад был послушной марионеткой, не представлялось возможным. Брр! Такое не забудешь. Такое даже и заклятому врагу не пожелаешь.

– Ах ты сукин сын! Сопля безродная! – яростно прошипел Грог, наклоняясь ко мне и занеся кулак для удара. – Да я тебя сейчас по полу размажу!

Жизель отпихнула коротышку от меня и, словно торопясь, почти скороговоркой произнесла: – Успокойся! Толку от того, что ты его бить будешь? Здесь думать надо, а не кулаками махать! – повиснув на руке Грога и пытаясь увести его в сторону, продолжила. – Книгу он нам по доброй воле всё равно не отдаст. Так что лучше сядь и подумай, как нам быть. – добившись таким образом внимания, она буквально с силой усадила его на диван, плюхнулась рядом и, придвинувшись поближе, что-то стала нашёптывать.

О чём они перешёптываются слышно не было, поэтому я с облегчением закрыл глаза и попытался собраться с мыслями. Но в голове было совершенно пусто, кажется, мысли решили на собрание не приходить. Оставалось сидеть, ждать, и копить силы, пока мои «доброжелатели» придумают что-то новенькое.

Долго отдыхать мне не дали. Грог подошёл и, потянув меня за руку, грубо помог подняться на ноги и поволок к дивану. К этому моменту я уже немного пришёл в себя. Боль практически ушла, но движения всё равно давались с трудом. Подтолкнул моё передвигающееся заплетающими шагами туловище на диван, и придав ему лёгкого, почти дружеского пинка для ускорения, уселся рядом. По другую сторону оказалась Жизель.

– Серж, миленький! – начала она, поглаживая меня по колену рукой. – Передай нам книгу. Пойми, так будет лучше для нас всех. – улыбаясь и как бы случайно поправляя край халатика, отчего он распахнулся ещё больше, оголив стройные ноги.

Я, лишь косо взглянув на приоткрывшийся вид красивых ножек, поморщился и проговорил:

– оставь, ты что действительно думаешь, что после всего, что здесь произошло, ты можешь вызвать хоть какое-то желание? Тогда твой папенька сто раз прав, мозги твоя красивая головушка и не примеряла ни разу. В ответ она лишь надула губки и отвернулась, отодвинувшись к краю дивана изображая обиду.

– Серг, послушай. Тебе книга ни к чему, а вот нам она очень даже нужна. – Настала очередь Грога полоскать мне мозг. Правда, на этот раз он «включил» доброго и терпеливого дядюшку.

– Ты ведь меня знаешь. Если не передашь книгу, я же тебя, вот этими самыми руками на клочки порву, – помахал он внушительными кулачищами перед лицом.

– И будет это так медленно и мучительно, что ты успеешь проклясть тот день, когда появился на свет. А вот она, – добавил громила, бесцеремонно ткнув пальцем в сторону надутой красавицы, не даст тебе подохнуть раньше времени. Ты пойми дурилка, мне ведь терять больше нечего, всё на кону. А если будешь паинькой, я тебя озолочу. Дам столько золота, сколько сможешь унести. А она, – он снова ткнул в сторону Жизель, – снимет с тебя проклятье, и баб у тебя будет столько, сколько пожелаешь. Если хочешь, можешь даже её забрать, уверен, она будет только рада.

Жизель молча кивала, хлопая ресницами, и продолжала надувать губки якобы до сих пор обижается.

«А может и правда, отдать им книгу? В конце концов, какое мне дело кто будет править хрен знает каким Северным Королевством, в непонятном, далёком и чужом мире, куда я ни за какие коврижки не захочу попасть. Отдать и забыть, как страшный сон. В конце концов, незнакомка в парке мной умело манипулировала, и на самом деле, никому и ничего я не должен. Не подписывался на то, что буду огребаться не по-детски и получу все шансы, вообще распрощаться с жизнью. Зато у меня будет много, много денежек, золото, оно ведь и в Африке золото. А если верить Жизель, мне ещё и от женщин отказа не будет» – закружили навязчиво мысли в моей многострадальной голове. – «Ага сейчас. Размечтался. Видимо, хорошо приложился головушкой-то. Опять разводят как лоха, а ты и рад. Прибьют сразу, как только заполучат желанное, или того хуже оставят калекой». – парировали остатки здравого смысла.

– То есть, – начал я свою речь. – согласно вашей легенде, я должен, со всем своим «искреннем желанием», передать книгу любому из вас, и вы готовы за это щедро заплатить? – Жизель с Грогом заметно оживились, дружно закивали и заулыбались – А почему я должен в это поверить? Что мешает вам просто грохнуть меня, получив предмет вожделения?

– Серг, зачем так плохо о нас думаешь?! – прищурившись и запыхтев от возмущения, заговорил Грог. – Мы же не звери, в конце концов. Для нас главное – получить книгу. И поверь мне, я не пожалею для этого золота, да и не обеднею от этого. Отсыплю столько, сколько запросишь. А для неё снять с тебя проклятие, – он подмигнул Жизель. – вообще не будет ничего стоить.

– Да, да… Серж… – закивала она в ответ. – легко сделаю. Ты, главное – нам доверься и мы тебя не подведём.

– Хорошо, уговорили! – я хлопнул себя по коленкам и встал с дивана. – Рассказывайте, что делать?

Жизель подскочив, споро подошла ко мне.

– Тебе надо взять книгу в руки и передать её мне. И ты обязательно должен этого хотеть по-настоящему.

– Минуточку, а почему это он тебе её должен отдать? – заорал Грог вскакивая. – Кто здесь будущий король? Ты или я?

– Ты ей всё равно воспользоваться не сможешь. – возразила Жизель, посмотрев сверху вниз на подскочившего к ней Грога.

– Разберусь как-нибудь. – не уступал он. Кажется его откровенно злило поведение девушки и её амбиции, отчего лицо стало пунцово-красным, а маленькие глазки, гневно сверкая, словно были готовы испепелить собеседницу.

– Мы с тобой о чём договаривались? – ничуть не уступала Жизель. – Правильно! Мне достаётся книга, а ты становишься королём.

– Я так и хотел сделать, но ты задумала кинуть меня.

– Когда это я хотела тебя кинуть?

– А тогда, когда решила с ним уйти. – Грог яростно махнул рукой в мою сторону. Казалось, ещё немного и его терпению придёт конец.

– Дурак ты, для тебя же старалась – обиделась Жизель и снова уселась на диван. – вот и делай теперь с ней что хочешь! А я посмотрю, как у тебя это получится. – она отвернулась и, сложив руки на груди, продемонстрировала что ей вроде как всё равно.

– Вот и сделаю! – не унимался Грог. – Чего встал как вкопанный? Давай книгу!… – рявкнул он уже на меня.

От неожиданности я вздрогнул и подошёл к книге. – «А если снова шарахнет?» – промелькнула мысль, но выхода не было. Надо было срочно что-то делать, пока коротышка кулаки в ход не пустил. Тогда наверняка прибьёт или покалечит, всю жизнь на костылях ходить буду или вообще лёжа срать под себя, изображая растение.

Краткий передых пошёл мне на пользу. Боль почти совсем исчезла, а тело стало более-менее послушным. Присев и, зажмурившись, осторожно прикасаюсь к книге, но ничего не происходит. Открываю глаза, уже смелее беру её в руки. Встаю, медленно оборачиваюсь, глядя по сторонам. Вот оно! То, чего мне так сейчас не хватало. Взгляд упирается в стоящий между дверью балкона и спинкой дивана включённый торшер.

Улыбаюсь и, обходя рядом стоявшего коротышку, делаю несколько шагов к источнику света, как бы протирая книгу рукавом. Раз – бросаю книгу в угол. Два – хватаю торшер за палку. Три – начиная поворот, бью по батарее, отчего с него слетает абажур и разбивается лампа. В моих руках теперь словно электрическая пика, с острыми краями из разбитого и оголённого патрона, и, завершив поворот, резким колющим движением, со всей дури втыкаю его прямо в жирное, ненавистное пузо, насколько хватает сил и проворачиваю. На! Н-на! Книгу тебе! Получи. Задрали суки!

Далее всё происходит будто бы в замедленной съёмке: Периферическим зрением вижу побледневшее лицо Жизель и как она начинает вставать с дивана. Грог, получив в живот колюще, режущий удар с электрическим разрядом в придачу, падает, как подкошенный на спину и не подаёт признаков жизни. Вижу, как стремительно расползается тёмное пятно на обтянутом красной рубахой животе. Красное на красном. Красиво, почему-то думаю я и выкрикиваю победным кличем – комбо! – одновременно отбрасывая ненужные больше обломки самодельного оружия, успеваю повернуться и схватить вытянутой рукой за горло подбежавшую и визжащую что-то девицу.

Злость яростным пожаром полыхает во мне, сметая здравый смысл. Крепко ухватив Жизель за горло припечатываю её к стене и сжимаю руку ещё сильнее. Держу, ещё держу, откуда-то нашлись силы усилить давление и нажать ещё сильнее, не обращая внимания на слабеющие попытки сопротивления. Ненавижу! Тварь! Как же я тебя сейчас ненавижу! И только увидев неподдельный ужас в глазах уже почти не сопротивляющейся и посиневшей девушки, резко отпускаю и с недоумением смотрю на свои руки. Да что же это я? Я же ни зверь, ни убийца! Недоумённо смотрю как она сползая по стене и держась за горло мучительно кашляя, пытается выровнять хриплое дыхание.

Неожиданно из угла, где осталась, сиротливо лежать отброшенная книга, повеяло теплом и запахом ванили. Мы с успевшей прокашляться Жизель во все глаза уставились туда. Постепенно оно становилось ярче, запах и ощущение тепла усиливались и, еле слышно, на грани слуха раздавалось тихое шипение.

Свет разгорался всё ярче и ярче, медленно концентрируясь в одной точке. Казалось, что ещё чуть-чуть и книга воспламенится, но этого не произошло. Ярко светящаяся голубая точка, оторвалась от поверхности книги и поднялась в воздух, повиснув где-то в метре от пола, паря в неподвижности некоторое время, а потом раздался резкий хлопок, и яркая вспышка со свистом на мгновение осветила комнату.

Нас раскидало как котят по разным углам и даже могучего Грога смело с места и перекатывая, как осенний листок, протащило по комнате. Последнее, что я увидел – это то, как на месте, зависшего светящегося шарика, образуется большой овал, переливающийся голубовато-зелёным цветом.

Вспышка! В очередной раз отключаюсь…

Не знаю, сколько времени я был в отключке, но очнулся оттого, что кто-то, речитативом шептал над моим ухом непонятные слова на незнакомом языке, дребезжащим, старческим голосом. Словно читая молитву или заклинание. Первое, что я увидел, когда открыл глаза, заставило сделать попытку подскочить на месте. Но так как сил было недостаточно, а тело вновь терзала острая боль, я тут же со стоном, повалился обратно.

Грязно ругаясь, открываю глаза: На меня в упор смотрит худощавый, взъерошенный старикашка с карикатурными, большими и слегка выпученными глазами, в которых отражается вся мудрость мира. Крупный нос с горбинкой, выпуклой переносицей и загнутым вниз кончиком. Морщинистый высокий лоб, белая как лунь, негустая длинная, курчавая бородка. Добродушная улыбка, и прячущийся в тени шляпы с круглыми большими полями, участливый взгляд. Завершал образ чёрный, балахонистый то ли плащ, то ли пальто. Почему-то на ум пришло слово сюртук.

– Ты кто? – чуть слышно прошлёпал я губами, разглядывая незнакомца.

– Королева! Королева, он очнулся! Мой наговор помог! – не обращая внимания на сказанное мной, радостно заверещал старикашка и вскочил на ноги, смешно раскланиваясь и разводя руки в стороны.

– Хорошо, Гервай. Можешь идти. – послышался откуда-то со стороны, до боли знакомый, спокойный и уверенно властный голос.

Поворачиваю голову и теряю дар речи. Рядом со мной стоит та, которую больше всего на свете я мечтал увидеть за последние несколько часов. Одета в тот же плащ, что и в момент нашей встречи. Только капюшон уже не закрывал большую часть головы и лица, отчего она казалась ещё красивее, чем в минуты знакомства.

Девушка подошла ко мне и нежно улыбаясь присев на корточки, погладила меня по щеке. Я тоже криво улыбнулся в ответ, попытавшись хотя бы сесть, но судя по выражению её лица, получилось у меня это плохо. Да вообще никак не получилось. Лежу бесформенной колодой, а красивая девушка склонилась надо мной. Тоже мне, поверженной герой. Не так я себе представлял нашу новую встречу.

– Замучили они тебя вконец. – сказала она, поглаживая меня по щеке. – Ну ничего, сейчас Гервай поможет. Завтра уже и не вспомнишь, что произошло. Гервай подойди!

– Подожди… – Прошептал я. – Так ты и есть, королева?

– Да, Серёжа, я и есть Королева.

– Вот оно как. А почему сразу ни сказала? – я ещё раз безуспешно попытался приподняться, но резкая боль в боку приказала оставаться на месте. Видимо, пока летел, умудрился приложиться бочиной обо что-то твёрдое.