Текст книги "Узники игры"

Автор книги: Алексей Вязовский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

И тут нам подфартило. Если бы охранники не струсили, выстрелили залпом из стрелометов и кинулись затыкать прорыв, то наша песенка была бы спета. Мы, невооруженные и необученные, просто завязли бы. В наши фланги ударили правая и левая сотня полка, практически не пострадавшие от фронтального удара. Но надсмотрщики, увидев перед собой озверевшие бородатые лица, запаниковали и, бросив оружие, кинулись спасаться. Напрасно полковник на лошади и начальник лагеря пытались их остановить, махали мечами, били плашмя. Река паникеров просто захлестнула их и понесла в сторону ворот.

Дальше было делом техники. Я кинул сотню людей под началом Эгилона и Одноглазого преследовать охранников, а сам, разделив гномов на два отряда, занялся оставшимися легионерами. Правую сотню мы точно так же закидали молотами, которые мои бойцы снова подобрали, причем солдаты пытались нам отвечать бросками дротиков, и достаточно умело. Десятки гномов пострадали от этих своеобразных мини-копий, напомнивших мне римский пилум, который я как-то видел во время экскурсии в музеях Рима. Однако дротики дротиками, а численное превосходство еще никто не отменял. Пятьсот гномов навалились и легко похоронили противника под своим натиском, орудуя всем, что попадалось под руку, – молотами, трофейным оружием и даже зубилами. Я заметил, как один коротышка, явно молодой и с короткой бородкой клинышком а-ля Троцкий, метнул подобранный с земли дротик точно в открытую часть лица легионера. Имперский круглый шлем защищал лишь виски и щеки – рот, нос, глаза оставались оголенными. Надо будет запомнить молодого гнома, который сумел одним броском попасть дротиком в глаз легионеру. И это с двадцати метров!

Командир второй сотни оказался хитрее. Он не стал вступать в игру, кто кого перекидает, а, скомандовав атаку, бросил своих тяжелых бронированных пехотинцев вперед. Слава богу, я вовремя заметил маневр отряда и громкими воплями успел собрать вокруг себя с полтысячи гномов. Возглавив полк, я помчался на помощь избиваемым коротышкам, отряженным блокировать левую сотню. И тут на собственном опыте убедился, что организация и навыки коллективного боя – великая вещь. У командира имперцев было всего человек девяносто, построенных в три ряда по тридцать бойцов. Но каких бойцов! Одним броском преодолев пространство, отделявшее их от противника, легионеры синхронно выстрелили копьями вперед. Били два первых ряда, а третий напирал, помогая своим товарищам. Я с ужасом наблюдал, как практически безоружные гномы десятками гибнут на остриях копий, а легионеры все усиливают и усиливают натиск. Имперцы совершали отработанные выпады направо, причем все одновременно. Таким образом весь строй бил не в стоящего перед ним противника, а в его соседа слева. Сначала я не понял смысл подобного маневра, но потом до меня дошло. Легионеры приучены сражаться с бронированной пехотой, причем праворукой. Первое движение – отражаешь щитом удар фронтального противника, второе движение – колешь копьем направо, в подмышечную впадину левого соседа, который как раз замахивается на рядом стоящего однополчанина. Умно! Очень умно. Ведь обычно подмышка – наименее защищенная часть тела.

Однако надо что-то делать, или сотня профессионалов раскатает моих гномов в блин.

– Дарин, – крикнул я коротышке по кличке «Т-34». – Бери две сотни ребят и обходи имперцев слева, я с двумя другими сотнями обойду справа.

Все произошло, как я и задумал. Фланговый маневр удался на славу – мы с Дарином зашли в тыл и набросились на солдат. Я первым добежал до легионеров и со всей силы ударил ближайшего бойца. Тот ловко прикрылся щитом и попытался в ответ уколоть меня копьем. Но на него сразу набросилось еще трое гномов с кувалдами, и через пару секунд его щит был разбит вдребезги, а он сам валялся у нас под ногами. Строй имперцев рассыпался, в отработанном механизме произошел фатальный сбой. Сотня сначала остановилась, после чего отряд распался на индивидуальные стычки. Через двадцать минут с легионерами было покончено.

Я окинул взглядом поле боя, усеянное трупами, и тяжело вздохнул – по моим прикидкам, в последней сшибке погибло не менее ста гномов! Грустная картина. Нас, по сути, спасло только везение. Если бы полковник приказал атаковать, да еще при поддержке мага… Еще один тяжелый вздох. Империя – страшный противник. Вот какой вывод я сделал для себя. Чтобы противостоять легиону, нужна выучка, классные доспехи, магия и большая воля к победе! Стоп. О чем это я? Какая империя? Какая выучка?! Валить нужно из этого игрового Средневековья или античности – я пока так и не определился с эпохой. Что там с кнопкой Esc? А ничего, по-прежнему серая. Зато половина интерфейса уже разблокирована и подмигивает разноцветными сигналами. Но сил с ним разбираться нет – на меня навалился весь накопленный за все время пребывания в Землях Дангора стресс.

В моем усталом мозгу конкретно произошло раздвоение личности. Одна личность – я бы ее назвал трусливо-практичный Лелик – требовала срочно искать способы смотать отсюда удочки, другая – безрассудно-альтруистичный, бесшабашный Леха – выступал за помощь гномам. Нет, конечно, борьба с рабством – это светлая, историческая миссия. Но не в игре же?? Но трусливо-практичный Лелик напоминал, что я сюда попал случайно, прогрессом заниматься не нанимался, да и дело это бессмысленное.

Я тряхнул головой, очнувшись от своих мыслей, и огляделся по сторонам.

Нет, не хотели разгораться бараки – чадили, дымили, но открытого огня так и не появлялось. Пока я шизофренично спорил сам с собой, ветер принес серые тучи и зарядил мерзкий дождик. Может быть, хорошему ливню я бы обрадовался. Он бы смыл с нас грязь и кровь, но увы! День обещал быть тухлым: погода испортилась, вокруг лежали раненые и умирающие гномы, люди…

– Двалин, – подозвал я к себе пожилого гнома, – как тут у вас принято хоронить погибших?

– Трупы гномов просто скидывают в отвалы, – ответил удивленный моей неосведомленностью Двалин. – А людей сжигают по обряду их веры.

– Ну, костра у нас сейчас не получится, – я смахнул капли дождя с лица. – Придется вам освоить еще один метод. Закапывание в землю. Мобилизуй сто гномов, раздай им кирки и вели вырыть две большие ямы. Я видел возле столовой несколько подвод. Выломайте нары из казармы охранников – ее вроде еще не подожгли – и складывайте на подводы раненых. Не забудьте перенести туда Ютаса. Что еще я забыл?

– Могу я поручить это шестому, Дух Гор?

– Да, а сам с Дарином подходите ко мне на совет.

Что мне сразу понравилось в коротышках – это их исполнительность. Наши бы сейчас начали вопросы задавать, комментарии комментировать. А эти только поклонились и принялись за дело. Кстати, вот и наши. Со стороны ворот показались бывшие рабы во главе с Эгилоном и Одноглазым. Рядом шел хромающий Сима.

– А ты куда лез?! – строго я спросил Бронштейна. – Что с ногой?

– А ерунда, подвернул на десять хитпоинтов, – возбужденно махая рукой, сказал Сима и тут же остыл. – Большая часть надсмотрщиков ушла. Полковник, Эрлик – все сумели ускакать.

– А маг? – сказал я, посмотрев на свое воинство.

– Не знаю. Надо среди мертвых посмотреть.

– Ладно. Это потом. А сейчас общий сбор… командного состава.

На общий сбор пришли Двалин, Дарин, Масумото, Эгилон с Килоном и неугомонный Сима. Перед импровизированным совещанием я палочкой на земле кратко отметил основные вопросы, которые необходимо решить. Первое – это цели и задачи. Моя позиция – нужно уходить за кордон. И чем скорее, тем лучше. Лесная Марка – идеальный вариант, даже несмотря на то, что там сейчас проводится карательная операция. Судите сами: граница близко – по словам Килона, от каменоломен – три дня пути; можно сплавиться вниз по реке Бурунгея; централизованной власти нет. Анархия не анархия, но все лучше, чем государство с регулярными войсками. Ибо какая страна будет рада, если в нее заявится около тысячи беглых рабов?

Второе – это организация. Мне представляется, что те, кто изъявит желание идти с нами под моим руководством, должны организоваться в какую-нибудь структуру. Бегать неуправляемой толпой – это путь на кладбище. Где у нас дисциплина и порядок? Правильно, в войсках. Значит, нам надо стать армейским подразделением. Я напряг мозг и попытался вспомнить что-нибудь о структуре вооруженных сил. В свое время мне пришлось закончить военную кафедру, и кое-что в памяти осталось. Насколько я помню, вооруженные силы делятся на виды (ВВС, ВМС, сухопутные войска и так далее), дальше идет иерархия. Кажется, в России семь или восемь ступенек в этой иерархии – отделение, взвод, рота, батальон, полк, дивизия, корпус, армия. Всплыла еще какая-то бригада. Но куда ее сунуть в этом списке, я с ходу не сообразил. Соответственно десять, пятьдесят, сто, тысяча, десять тысяч и пятьдесят тысяч человек. Впрочем, это я неотчетливо помнил. Были в голове еще какие-то отрывки из истории. Армия Древнего Рима, кажется, состояла из контуберний, центурий, манипул, когорт и легионов. Десять, сто, двести, тысяча и пять тысяч человек. То есть в Риме было все попроще, чем сейчас. Ну, это-то понятно. Короче, я пришел к мысли, что лучше не мудрить и взять на вооружение самую простую иерархию – десяток, сотня, пять сотен и тысяча. Вообще бы по уму, структуру надо затачивать под решаемые задачи, тактику и стратегию, но на это времени нет. Кроме десятков, сотен, я решил организовать штаб, медицинский отряд, саперов, полевую кухню, разведку и интендантский отряд. Хорошо бы еще настоящего боевого мага заполучить, а лучше двух.

Третье. Снабжение и вооружение. Тут полный ноль. Если припасы мы еще заберем из лагеря, то с оружием и доспехами голяк. Кувалдами много не навоюешь. А то, что нам придется много и долго воевать, я не сомневался. Ладно, разберемся по ходу дела. Некоторые надежды я возлагал на пристань. По слухам, Бурунгея – одна из основных речных артерий Империи. Почему бы нам не заняться пиратством?

Собственно, эти три темы мы и обсудили во время нашего собрания. Дискуссия вышла бурная, с интересными поворотами и предложениями. В итоге договорились до следующего. Двалин и Дарин возглавляют два полка по 500 гномов в каждом. По логике это никакие не полки, а батальоны, но здешняя реальность подобной специфики не знала. Так что остановились на полках. Совместно придумали им названия. Первый линатанский и второй линатанский полк. Это по названию государства, в котором совместно жили коротышки и люди около двухсот лет назад. Полки разделил на сотни, сотни на десятки в соответствии со сложной клановой структурой гномов, которая сохранилась и в каменоломне. Даже в бараках дварвы жили родоплеменными группами. Так, в лагере насчитывалось шесть кланов – Черные шапки, Каменные лбы, Кроты, Кузнецы, Зодчие и Септия Авера. Последний был назван по имени гнома-родоначальника. Каждый клан специализировался в своей области. Черные шапки были потомственными воинами, Каменные лбы пробавлялись торговлей и банковским делом, Кроты занимались подземным строительством, добычей полезных ископаемых, Зодчие – наземным строительством. С Кузнецами все понятно – литье, ковка, сварка, т. е. вся работа с металлом. Клан Септия Авера проходил по духовной линии – сакральные знания, общение с духами земли, ритуалы поклонения Богу Уру. Все это вкратце мне поведал Масумото перед началом встречи. Так что к моменту начала нашего собрания я знал кое-что о межклановой политике, о том, что сто пятый Двалин родом из Черных шапок, а Т-34 Дарин из Кузнецов. Безымянный шестой принадлежал клану Септия Авера.

Дабы этот фанатичный товарищ не болтался под ногами, я предложил отдать под его начало десяток кузнецов и зодчих – нам нужны саперы. Иначе кто будет организовывать переправы, заниматься снабжением, подвозом припасов и тому подобными задачами? Предложение было принято, после чего мы перешли к людям. Их решили разделить на два отряда по пять десятков каждый. Один отряд, куда вошли в основном политические, возглавил Эгилон, вторую полусотню – Килон. У него подразделение получилось самым проблемным, ибо уголовники вовсе не жаждали связывать с нами свою дальнейшую судьбу, а хотели лишь побыстрее раствориться на просторах Империи. Я посоветовал Одноглазому никого не держать насильно – по прибытии в Марку мы разбавим его подразделение за счет ватажников-лесовиков, которых немало обреталось на территории Марки.

С медицинской службой мне повезло. Тот худющий парень, помощник Неистового, Энур оказался студентом последнего курса Академии высшей магии. Практически окончил столичный университет по факультету целительства и прикладного волшебства. Загремел на каторгу прямо перед выпускными экзаменами. Не повезло. Хотя как сказать. За антиправительственную деятельность и участие в подпольном кружке монархистов мог бы закончить жизнь на гильотине. Товарищи подпольщики ратовали за восстановление монархии во главе с потомками Руимона Седьмого, а такие опасные мысли не могли не вызвать интерес ищеек Эсуниона.

Короче, лучшей кандидатуры на должность нашего главного медика было не найти. Уже после собрания командиров с Энуром у меня состоялся отдельный разговор.

– Господин нон, – начал его сам парень.

– Кто-кто? – удивился я.

– Нон – это воинское звание, ну, то есть командующий легионом, – поразился моему неведению Энур. – Мы же все теперь ваш легион.

– Ясно. Так что ты хотел спросить?

– Вы откуда родом? Я заметил у вас странный цвет кожи и глаз. Как будто над вами совершили магический опыт.

– Ага, неудачный.

– ???

– Потом расскажу. А сейчас бери сколько надо помощников из числа людей и займись ранеными.

– Господин… э… А как вас называть?

– Алексей.

– Алээксеээй?? Имя какое-то странное…

– Слушай, ты сейчас имя мое будешь обдумывать или займешься страждущими?

– Конечно, займусь. Но пользы от меня немного.

– Так ты целитель или нет?

– Целитель.

– Ну, так в чем проблема?

– Я маг-целитель!

Видя, что я не въезжаю, Энур вздохнул и пояснил:

– Нам, конечно, преподавали базовые навыки – перевязка, целебные травы, но упор делался на заклинаниях.

– Так пойди и наколдуй, – раздраженно сказал я.

Тут Энур посмотрел на меня совсем как на идиота:

– Я же не архимаг! Нужен камень или артефакт могущественный.

– Давай сначала. Представь, что я ничего не знаю о здешней магии. Что такое артефакт? – Я потер руки. Кажись, намечается квестик или дополнительная информация. – Расскажи мне все с начала и до конца.

– Вам официальную версию про Спящего Бога, Его сына Эсуниона, эманацию божественной энергии, которая и служит основой для заклинаний, или реальную?

– Давай реальную.

Вот что рассказал мне Энур. В игре Земли Дангор есть девять волшебных первооснов – звезды, солнце, вода, дерево, земля, кровь, огонь, ветер и… пустота. Каждая первооснова излучает из себя энергию. Насколько я понял из объяснений Энура и выражаясь современным языком – энергия эта имеет свойства волны. Вот эти свойства: амплитудность (максимумы и минимумы), период пульсации (затухание, возмущение), цвет и резонанс. Сначала про последнее свойство. Оно, по сути, самое важное.

Тысячи лет назад эльфы обратили внимание, что некоторые драгоценные камни в определенные периоды времени начинают пульсировать и светиться. Сначала никто не понимал, в чем дело и какова закономерность этого явления. Но постепенно стали накапливаться сведения, и великий ученый по имени Орландер обобщил всю известную информацию в своем трактате «О восьми первоосновах». Во-первых, эльф составил список странно ведущих себя камней. Ими оказались прозрачные алмазы, желтые турмалины, синие сапфиры, зеленые изумруды, коричневые топазы, красные рубины, алые альмандины, белый жемчуг и черные агаты.

Во-вторых, оказалось, что чем чище, больше и равномернее окрашена драгоценность, тем дольше и ярче она светится. Но это не главное. Орландер много путешествовал по миру, возя с собой восемь видов камней, и выяснил, что существуют определенные места, которые заставляют минералы просто сходить с ума. Ученый тщательно описал районы, погодные условия и время суток, когда происходила аномальная активность. Орландер предположил, что существуют так называемые «места силы», которые по каким-либо причинам накапливают энергию. Эти места силы могут не только накапливать энергию, но и отдавать ее драгоценным камням путем резонанса. Ученый замерил скорость накапливания, скорость передачи, емкость кристаллов в зависимости от длительности свечения и его яркости (последнее он определял на глаз). Эльф также изучил периодичность, свойственную местам силы, – когда энергетическая мощность была максимальной, когда минимальной.

На этом научная деятельность закончилась и началась философия. Будучи не в состоянии объяснить, почему зеленый изумруд резонирует только в определенной точке леса, а коричневый топаз – гор, Орландер придумал целую систему о первоосновах, эманациях, которые концентрируются в определенных местах пространства, где есть излом или природная аномалия. Труд ученого фактически остался не замеченным общественностью, и многие сотни лет пульсирующие, светящиеся драгоценности были лишь развлечением эльфийской аристократии.

Но однажды один молодой эльф, будучи в горах, попал под лавину. После того как снежные массы завалили аристократа, он начал задыхаться и замерзать. К счастью, вместе с ним была его фамильная драгоценность – перстень с рубином. В тот день топаз особенно ярко горел и пульсировал, но длинноухий повеса не обращал на это внимания. Теряя сознание, эльф почувствовал горячее биение камня на пальце. И дальше произошло чудо. Владельцу драгоценности удалось проплавить своей рукой туннель в снежном завале и выползти на поверхность живым. С этого момента, собственно, и начинается история артефактной магии в Дангоре. Эльф, которому впоследствии пришлось отнять обуглившуюся руку, рассказал свою историю родственникам, те поведали о приключении ареофагу города, так все дошло до Верховного Правителя Эль-Нургена – столицы эльфийского государства. Тот распорядился проверить волшебные свойства камня. Оказалось, что при определенной сложной настройке носителя на артефакт последний может разом выплескивать энергию, выполняя приказания хозяина. Эльфийские ученые научились настраиваться на камень или иначе инициировать кристалл в ходе специальных медитаций. Впрочем, сложной инициации можно было избежать, «приняв» камень в условиях сильнейшего стресса – угрозе жизни, глубоком шоке…

Так и зародилась артефактная магия. Начался бум драгоценных камней. Их принялись усиленно искать, добывать и обрабатывать. Оказалось, что месторождений качественных кристаллов очень мало. Копи стали предметом войн. Как и места силы. Появилось несколько школ – лесной, воздушной, земной, водной и огненной магии. Заклинания совершенствовались и стандартизировались. Установилась своеобразная иерархия волшебников. Так, заклинатели делились на учеников – владение и управление мелким камнем весом от 5 до 50 таадов (по-земному от 1 до 10 грамм), подмастерьев – камень от 50–100 таадов (10–20 грамм), мастеров 100–500 таадов (20–100 грамм), грандмастеров – камень 500–1000 таадов (100–200 граммов), магов – камень вне категорий. Бывают еще архимаги, но о них Энур рассказать ничего конкретного не смог, за исключением того, что «они сами ходящие драгоценности».

– Ну а вот этот камень во сколько таадов ты оценишь? – я достал жезл «уголька».

– Ух ты! У вас есть красный 100-таадный рубин! – восхитился парень. – Да еще больше чем наполовину заряженный!! Что же вы раньше не сказали – таким жезлом я мигом вылечу всех раненых.

– Давай, иди лечи. Хотя подожди. Почему камни вмуровывают в жезлы?

– Принято так. Мелкий камень ученики носят на перстнях, подмастерья и мастера на жезлах, грандмастера – на трезубцах, маги – на посохах. Архимаги тоже на посохах, но им рубины, алмазы, топазы вообще не нужны. Они работают с энергиями напрямую.

– Вот как? А вы как работаете?

– В кристалле заключена энергия. 50-таадный камень дает возможность совершить от трех до семи стандартных заклинаний. 100 таадов – от десяти до двадцати, имея кристалл на 500 таадов, можно вызвать до ста заклинаний.

– А тысяча?

– Таких камней, нон, практически не встречается. Мелкий-то камень получить – нужно в очереди стоять два года и кучу денег отвалить. А уж крупный…

– Ясно. И последний вопрос. Места силы. Где они, кто ими владеет.

– Точно известно относительно 4 мест. Гигантский Пелион эльфов на границе Лесной Марки и Великого Леса – магия дерева, зарядка зеленых изумрудов, Лазурный алтарь на Острове магов – волшебство воды, зарядка синих сапфиров. Огненная гора – магия огня, зарядка красных рубинов и Вууданский пик – магия ветра, белый жемчуг. Последние два места принадлежат Империи. Место силы земли утеряно. Оно, кажется, принадлежало гномам.

– А пустота, кровь, солнце и что там еще было?

– Звезды, кровь. Об этих местах знал только Орландер.

– Ладно, иди. Стой! В местах силы, получается, возможны самые сильные заклинания?

– В местах силы вообще нельзя колдовать, – никакие заклинания там вообще не работают, – там можно только заряжать кристаллы. Да и то только в определенные периоды.

– Это почему?

– Ни Пелион, ни Огненная гора, или Вууданский пик, уж не говоря о Лазурном алтаре острова магов, не в состоянии быстро отдавать энергию. Это могут только камни. В драгоценностях ценятся две вещи – емкость и скорость энергетического выброса.

– Ты о мощности говоришь?

– Да. Например, у проректора по хозяйственной части нашего университета, господина Эния, был 300-таадный коричневый топаз. Эния очень трясся над ним, т. к. зарядить его было негде, но однажды согласился показать камень в работе. За полчаса ему удалось вызвать 5-метрового земляного элементаля!

– Ого!

– Да. Это очень сложное и энергоемкое заклинание 3-го уровня. Но пока топаз отдавал энергию под него, Энию бы уже раз пять успели бы сжечь «угольки» простым одноуровневым «изначальным пламенем». И это имея всего лишь 50-таадный красный рубин на 7 заклинаний. Минута – и он головешка.

– В чем же тогда смысл долго и упорно учиться, медитировать, овладевать высокоуровневыми чарами, если можно быстро вот так – раз, два…

– Зависит от задач. Быстротечный внезапный бой или подготовленное заранее сражение. Тот же земляной элементаль сотрет в порошок трех и более угольков-учеников, а то и одного подмастерья, если тот, конечно не запасется хорошим кристаллом. Таадов так на 100. А уж для прикладной магии – гнать воду вверх по акведуку, удобрять урожай, вызывать дожди – годятся только мощные заклинания…

– Которые можно извлечь из больших чистых камней?

– Да.

– Все, беги. Раненые ждут. Стой! – в третий раз тормознул я Энура. – Я с тобой.

Уж очень мне было любопытно, как студент пятого курса, фактически без пяти минут мастер, будет колдовать. Ведь судя по регистрационной менюшке меня угораздило угодить в варвара-мага, а значит, я вполне мог использовать заклинания без специального прокачивания – была бы мана. Увы, интерфейс все еще сбоило, и вкладка Магия все еще неактивна. Но я не отчаивался и с интересом наблюдал за действиями парня.

Целитель схватил жезл двумя руками, отошел в укромное место за бараками и принялся настраиваться на камень. Сев в позу лотоса, Энур закрыл глаза и начал нараспев читать какую-то мантру. При этом целитель плотно прижимал красный камень ко лбу. Так продолжалось около получаса. Я уже порядком заскучал, когда Энур наконец открыл глаза и смущенно произнес:

– Ничего не получается.

– Почему?

– Я уже год как не работал с кристаллами, а с красными рубинами так все два. Целители в основном по зеленым изумрудам колдуют, – опустил глаза парень. – В магии леса больше лечебных заклинаний.

– То есть ничего сделать нельзя?

– Мне нужно от недели до месяца медитаций, чтобы камень меня принял.

– Значит, неделя минимум?

– Да.

– Кое-кто из людей и гномов умрет сегодня. Я видел отрубленные кисти рук, харкающих кровью…

– Господин нон, я ничего не могу поделать!!

На лице Энура отразилось страдание и мука сопереживания.

– Нет, ты, сволочь, настроишься на него! – в бешенстве заорал я на отшатнувшегося целителя. – Или зачем нам такой лекарь?!

Я схватил парня за шкирку и поволок его в наш импровизированный госпиталь. На десяти подводах лежало двадцать два искалеченных бойца. Пять людей и восемнадцать гномов. Трое гномов находились в агонии. Их тела била судорога, обрывки одежды, которыми перевязали их конечности и тела, пропитались кровью. Красная жидкость успела пропитать вывороченные из бараков нары, солому и лужами стекала на землю. Лошади, запряженные в подводы, обеспокоенные запахом крови, нервно мотали мордами.

– На, сопляк! Смотри, – я рванул Энура вверх и почти вдавил его голову в культю одного коротышки, который стонал громче всех. – Нет, ты будешь его лечить, или я превращу тебя в такой же обрубок!! Сначала я отрежу тебе одну руку, потом вторую и перейду к глазам.

Я уже даже не кричал, а орал. На меня стали оборачиваться во всем лагере, а Эгилон Неистовый побежал в нашу сторону – спасать своего протеже.

– Вот чем я тебя оприходую, – я рванул наружу меч некроманта и поднес его острием к лицу посеревшему от страху целителя, – выковыряю правый глаз, так чтобы он сначала лопнул в глазнице, а потом сам вытек. После чего вставлю на освободившееся место вот этот красный рубин!!

Трясущийся от ужаса Энур невольно поглядел на набалдашник жезла, который держал в руке, и вдруг случилось чудо. Рубин, тускло светившийся красным светом, вдруг мигнул и засверкал ярче.

– Фуу, – я утер лоб тыльной стороной ладони и весело подмигнул подбежавшему Эгилону. – Пока настроишь камень на нашего целителя, семь потов сойдет!

– Так вы… это, значит… – заикаясь пробормотал Энур.

– Это значит, что я помог тебе инициировать камень в сжатые сроки. Работай.

Я махнул рукой в сторону раненых, и целитель, покачиваясь, подошел к ближайшему гному. У того было разрублено лицо и выбит правый глаз. Энур снял самодельные бинты и принялся, что-то шепча под нос, водить над чудовищным шрамом жезлом. Камень мигал, гном стоически терпел, а целитель все водил и водил. Я уж было подумал, что метод шоковой настройки не сработал, но тут кровь в ране начала пузыриться, края кожи подползать друг к другу.

– Внимание! Применено заклинание Кипящая кровь школы огня.

Через минуту-две Энур заживил гигантский, через все лицо, кровавый шрам. Вот это да! Магия – сила.

– С глазом придется подождать, – пожал плечами парень, – я таких заклинаний не знаю. Это уровень грандмастера.

– На скольких хватит камня? – ухватил я целителя за локоть, когда тот уже собрался приступить к следующему раненому.

Энур глянул на кристалл и задумчиво произнес:

– Тридцать простых заклинаний, типа «кипящая кровь», либо десять средних типа «красный укол».

– Что еще за уколы? – вмешался Эгилон.

– Это чары, залечивающие внутренние повреждения, сращивающие осколки костей…

– Подожди, Эгилон. У тебя, Энур, план лечения есть? – поинтересовался я.

– Да. Сначала самых тяжелых. Потом средних, ну а легких – как получится.

– Нет. Все наоборот. Сначала лечи легких, потом средних, ну а под конец, – я тяжело вздохнул, – займешься тяжелыми.

– Они уже умрут к тому времени!

– Вас что, сортировке на поле боя не учили?

– Нет.

– Если займешься тяжелыми, то половина из них все равно умрет, ты же потратишь половину камня, а то и больше. Пока их спасаешь, умрет треть средних. На оставшихся энергии не хватит, после чего умрет вторая треть, плюс легкие подхватят заражение крови или еще что-нибудь, и станут средними с перспективой сам понимаешь какой. Так что сначала бери тех, кого можно быстро и гарантированно спасти. Мы с Эгилоном поможем их перевязывать, да, Эгилон?

– Да, конечно.

– Потом всех средних, ну а тяжелых… Такова, парень, суровая правда жизни.

Сказал банальность, и самому противно стало. Но иначе нельзя. Тут работает простая арифметика – сколько в итоге выжило.

* * *

А выжили все, кроме двух тяжелораненых гномов. Энур возился с больными часа три, и только после того, как всех поставил на ноги, включая Ютаса, мы выступили к реке. На ноги – это, конечно, фигурально выражаясь. Раненые остались на подводах. Туда же мы загрузили провиант, найденный на складах каменоломни. Бочки с солониной, мешки с сухарями и зерном, крупы, сухофрукты – забрали все подчистую. Перед выходом я провел общее построение.

Два полка могучих гномов по пять сотен в каждом весомо смотрелись на правом фланге. Слева стояли жиденькие десятки людей, саперная рота, отряд интендантов и полевая кухня. Под нее коротышки на скорую руку переделали одну телегу. Поставили на нее бак, под ним приклепали металлическое днище, чтобы можно было разжигать костер. Даже небольшую вытяжную трубу умудрились приварить. Надо не забыть забрать отсюда походную кузню, – сделал себе зарубку в памяти я.

После небольшой вступительной речи, в которой я рассказал о наших планах, нашлось время для торжественного ритуала. Еще в ходе боя несколько смелых гномов проявили настоящий героизм. Первыми бросались на врага, закрывали собой товарищей – все это требовало награды. Зрительная память у меня отличная, поэтому я вывел из строя 7 коротышек, включая того, который кидал зубила, и дал им всем имена. Так среди гномов появились новые Глоины, Гимли и прочие Трандуилы. С последним именем я, конечно, облажался. Уже дав его, я вспомнил, что это эльфийское прозвище, но было поздно. Не забирать же обратно. Тем более когда у бедных коротышек по лицам текли слезы счастья. Теперь для них мой авторитет – сродни божественному. Мигни – бросятся в пропасть ради Духа гор.

Грех не использовать такой энтузиазм. С самого начала марша я задал быстрый темп. Сто метров бегом, сто метров быстрым шагом. Нас, конечно, сковывали раненые и обоз, но выучка дороже. Пусть втягиваются. По пути нам не встретилось ни одного человека. Замечательный имперский тракт был абсолютно пуст. Сначала я пенял на ненастную погоду – дождь и холодный ветер, но потом понял, что весть о восстании на каменоломне «Мертвых гномов» успела облететь провинцию или ближайшие окрестности. Ничего, это только начало. Вы еще не бунтуете? Тогда мы идем к вам.

На самом деле мы шли, даже бежали к пристани. Ибо я понимал, что один нормальный легион с грамотным ноном и парой полковых магов вгонит нас в землю на два метра. Перед моими глазами до сих пор стояла сотня имперских легионеров, насаживающих моих гномов на копья.

Во время марша у меня состоялся еще один важный разговор. На сей раз с моими земными друзьями – Масумото и Симой.