Текст книги "Отблеск Венеры"

Автор книги: Алексей Вилков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Ему нравилась ее непосредственность и искренность. Она похожа на ребенка, забыла о предрассудках и воспитании. Света казалась ему естественной и очень притягательной, он совсем не намеревался ее напоить. Так получилось само собой. Он совершенно не виноват. – Если не возражаешь, я больше не буду тебе наливать, раз ты беспокоишься за свою репутацию, хотя беспокоиться не о чем. Я тебя не выдам.

– Обещаешь? – покосилась Светлана.

– Обещаю, – твердо заявил он.

Но Света окончательно отказалась от очередного бокала. Трезвая совесть заговорила внутри, а Света ее слушалась и иногда даже подчинялась. Она ощутила невесомое притяжение к человеку напротив и томную теплоту в груди. Неужели, она вновь влюбилась? Или это обманчивое действие алкоголя? Пятьдесят на пятьдесят – гадала она, но более заманчиво влюбиться, а вино здесь совершенно ни при чем. Да, она влюбляется, и чувство ее все сильнее и сильнее. Что на нее подействовало: неотразимость и шарм Дениса или рассказанная им красивая венерианская легенда – наверно, все вместе по чуть-чуть и в разных пропорциях. Но чаша весов склонилась в пользу любви, пожалуй, первый раз за годы холодной постели и беспробудного одиночества.

Воспоминания прошлых лет нахлынули не нее ярко и во всей своей полноте. Она вспомнила то роковое знакомство, переросшее в непритязательное увлечение, а затем превратившуюся, пусть в недолгую и несчастливую, но в любовь.

…Это случилось несколько лет назад, когда Света заканчивала университет. В один из жарких месяцев в период последних летних каникул она отдыхала в Питере. Отдыхала не одна, а с группой студенческих подружек и их неуместных друзей.

Это был экскурсионный тур. Компания прогуливалась по городским проспектам, забегая в многочисленные кофейни и «Чайные ложки», расставленные на каждом углу, не забывая изучать имеющиеся в избытке памятники архитектуры и все достопримечательности, расположенные по соседству с кофейнями, что, несомненно, облегчало выполнение поставленной культурной программы. Несколько друзей считали себя коренными питерцами и с важным видом знатоков помогали экскурсионной группе в поиске вековых зданий и модных обелисков, а также в непосредственной их оценке и значении для наследия человечества.

Дни протекали незаметно. С утра до вечера Света проводила время в музеях и вернисажах, не забывая в перерывах про легкие прогулки на Невском. Ничто не предвещало никаких романтических приключений и даже ни к чему не обязывающего флирта. Ее подруги, Вера Коромыслова и Наташа Дугай, как-то невзначай подсуетились и за пару дней нашли себе местных кавалеров. Они были старше, а потому казались интереснее и важнее их студенческих одногодков. Один кавалер – брюнет с длинной косичкой на затылке по имени Игорь держал мелкую лавочку на Большом проспекте, а его приятель, такой же брюнет, но без косички, Максим, преподавал всемирную историю в вузе. Он то и привлек их внимание подробными описаниями красот Петербурга.

Вера и Наташа не устояли и сдались под напором впечатлительных слов. Кавалеры требовали внимания и уединения, поэтому иногда Свету предательски оставляли одну, но она не обижалась на них и не отчаивалась. Ей и так было хорошо и вольготно. Лучше бродить по улочкам одной, чем без конца пялиться на лобызающихся голубков. Подруги вскоре заметили ужасную несправедливость и попросили молодых людей исправить этот маленький недочет и познакомить Свету с кем-нибудь, чтоб она не скучала. Молодые люди откликнулись на резонное предложение и принялись искать подходящего кандидата.

Долго искать не пришлось. У Игоря имелся двоюродный брат, двадцатисемилетний торговый представитель, снабжающий городскую аптечную сеть лекарствами нескольких западных фирм. Ему не очень везло с противоположенным полом. Далеко неидеальный характер и неизжитая внутренняя замкнутость не позволяли ему добиваться успеха у дам. Игорь очень ратовал за брата, и тот временами просил о помощи. Мужская солидарность взяла свое, да и случай попался весьма подходящий.

– Сегодня мы идем в театр, – говорила Вера в гостиничном номере. – Нам до отъезда осталось четыре дня, а мы так мало успели посмотреть.

– Снова бросаете меня? – риторически спросила Светлана. – Ну-ну, мне не привыкать. Я люблю гулять одна-одинешенька.

– Сегодня ты изменишь своим привычкам, – хитро улыбнулась Наташа. – Наши мальчики приготовили тебе приятный сюрприз.

– Вы берете меня с собой? – сморщилась Света. Очень надо! Мне надоело чувствовать себя белой вороной.

– В этот раз не придется, – сказала Вера. – Ты же слышала?! Будет приятный сюрприз. Мальчики не разочаруют.

– Не хочу никаких сюрпризов, а вот в театре я давно не была, – обрадовалась Светлана. – Ну что, идем?

– Игорь пригласил на гастроли театра Виктюка, – сообщила Вера.

– А в Москве не судьба сходить? – ухмыльнулась Света.

– В Москве не до этого, – процедила Наташа. – Там у тебя не найдется свободной минутки.

– Верно, – согласилась Туманова. – Виктюк, так Виктюк. Только ради искусства.

Вера и Наташа обменялись игривыми взглядами. Света заметила их тайный сговор, но не стала его раскрывать. Уже тогда она была не глупа и примерно догадывалась, о каком сюрпризе идет речь. По стреляющим огонькам девичьих глаз и неприкрытым ухмылкам – это было понятно каждому. И Света поняла, но не разочаровывала подруг. Пусть потешаются на здоровье.

А вечером они встретились у подножия Мариинки.

– Кто этот третий молодой человек? – спросила Света, заметя в толпе знакомые лица, как бы не догадываясь о грядущем сюрпризе.

– Не знаю, – уклончиво ответила Вера. – Они сами расскажут.

– Симпатичный, – намекнула Наташа, – было бы здорово, если б он составил нам компанию.

– Что ты говоришь! – язвительно ответила Света. – Я только об этом и мечтаю!

Придирчиво она оглядела третьего незнакомца. Издалека он и впрямь не казался уродом: коренастый, крепкий мужчина солидной внешности в светлом летнем костюме, но сомнительного роста – существенный минус. Света любила высоких мужчин. Он же был самый низкий среди остальных товарищей.

Ребята подходили ближе, и пристально разглядывать их стало не очень прилично.

– Добрый вечер! – радостно воскликнул историк Максим. – Вы сегодня как всегда обворожительны!

– Спасибо! – дружно произнесли Наташа и Вера.

– Разрешите представить вам нашего друга и по совместительству моего скромного братика, – сказал Игорь и повернулся лицом к незнакомцу.

Тот чуть смутился, но не настолько, чтоб вогнать себя в краску. По нему не похоже, чтоб он вообще когда-либо краснел.

– Влад! – представился незнакомец. – Влад Карлов. Я привык сам рассказывать о себе, как-то неудобно подставлять брата.

– Вера! – сказала Вера.

– Наташа! – улыбнулась Наташа. – А это наша Светлана!

– Здрасти! – улыбнулась Туманова. В отличие от Влада ей не удалось представиться самой.

– Вот и познакомились, – заключил Игорь. – Не будем опаздывать. У кого наши билеты?

– У меня! – воскликнул историк. – Чудом удалось достать. Если бы не мои небольшие связи в театральных кругах, нам не суждено было бы попасть на сегодняшний спектакль. Я постарался на славу!

– Молодец, Максим! – просияла от счастья Наташа. Он нравился ей. И она иногда ходила с ним под ручку. В то же время она понимала, что после окончания тура, их пути разойдутся. Максим, бесспорно, хорош и начитан, но это не повод, чтоб поддерживать отношения. Он всего-навсего бедный историк, а ей историки не нужны.

– Поспешим! – поторопила всех Вера.

За ней ухлестывал Игорь. Вера не строила долгосрочных планов, как их не строил и Игорь. Что их связывает, они оба не понимали, но не расставались, а встречались исключительно за компанию.

Парочки двинулись вперед, оставив позади замешкавшихся Свету и Влада.

– А ты чем занимаешься? – неожиданно спросил Влад.– Я? – замешкалась Туманова. – Сейчас ничем, а так я студентка, заканчиваю университет. А ты?– Я дистрибьютор аптечной сети, – ответил Карлов. – Ты из Питера?

– Нет, из Москвы.

– Там живешь?

– Живу, можно так выразиться, с недавних пор – сказала Светлана.

– Я через месяц перееду к вам. Меня повышают в должности, скоро займусь продвижением наших лекарств на московском рынке.

– Вы идете? – донеслось из раскрытых дверей.

– Сейчас! – крикнул Влад. – Пойдем, нехорошо опаздывать.

– Пойдем! – согласилась Светлана.

Влад взял ее за руку и повел в театр…

Они сидели вместе в центре зала, смотря, как зачарованные, на сцену, и изредка обменивались комментариями. Свете пришелся по душе приготовленный сюрприз. Влад все сильнее нравился ей, привлекая неподкупной мужественностью, особой твердостью и потенциальным напором. В нем чувствовалась мужская сила, стать и никакого намека на браваду и пустое мальчишество. С таким любая счастливица будет, как за каменной стеной. Тогда Света не представляла, за какой стеной она окажется в будущем! Такую стену не пробьешь! Влад не распылялся на комплименты, не был чрезмерно учтив и слащав, вел себя по-свойски, как зрелый человек со своим прожитым багажом, будто они были знакомы не первый день и знакомы довольно близко.

После окончания спектакля он предложил ей вместе поужинать и прогуляться по Невскому. Не раздумывая, Света согласилась на его безобидное предложение. Как-никак – это забавней, чем сидеть у окна гостиницы и пускать мыльные пузыри.

Девушки благословили ее и отчалили в разные стороны со своими временными спутниками. А сладкая парочка отправилась в самостоятельное плавание, пришвартовавшись в одном уютном кафе с видом на Неву и мосты.

– Мое любимое, – приговаривал Карлов.

– Думаю, мне оно придется по вкусу, – отвечала Светлана.

Она была беспредельно счастлива. Наконец, ей удалось избавиться от скрытой зависти к более удачливым подругам, найдя себе собеседника по вкусу. Каникулы удались, но жаль, что они кончаются.

Влад не терял драгоценного времени, посвящая ее в подробности своей непростой жизни. Он вещал о любовных неудачах и о том, как сложно найти себе половинку. Света внимала каждое его слово, ведь его слова были близки ей, а, следовательно, близок был и он сам. Они оказались на редкость похожи, похожи в своих скитаниях, в своем одиночестве – так Света думала тогда и верила во все, что внушал ей Карлов. Светлана была молода и немного наивна. Карлов был старше и опытнее. Он делился накопленным опытом и нехотя учил ее жизни. Света прилежно слушала и соглашалась, ей не хотелось терять его, не хотелось садиться в поезд и в душном купе молча думать о нем, соглашаясь с расставанием. Таков горький финал любых летних каникул. Но не в этот раз…

– Давай не будем прощаться, – говорил Карлов. – Так здорово, что мы знакомы. Ты мне очень подходишь как человек, и как женщина, думаю, тоже подойдешь. Ты мне очень нравишься.

– Как женщина? – смущалась Светлана. – Не спеши, я тебя совсем не знаю. У меня не было серьезных отношений.

– Я знаю!

– Откуда? – изумлялась Светлана.

– Знаю, но откуда – не скажу, – заманчиво произносил Влад и загадочно добавлял: – Честно, я и сам не представляю, откуда. Это какое-то провидение, интуиция. Ты веришь своей интуиции?

– Верю, – призналась она.

– И что она тебе говорит?

– Пока ничего. Она молчит. Она в ожидании.

– Поэтому нет смысла расставаться! – заключал Карлов. – Пока внутренний голос не подскажет тебе ответ.

– Какой ответ?

– Ответ про нас. Ответ на мой главный вопрос.

– Я запуталась. Но ты же в Питере, а я в Москве. Как быть?

– Я же скоро переезжаю! – напомнил Карлов.

– Да! А я забыла! – опомнилась Света. – Память-то девичья. Не суди строго.

– Значит, договорились! Мы будем вместе!

– В каком-то смысле! – иронично добавила она.

Он слишком спешил. Слишком спешил! Зачем? Он куда-то гнал своих лошадей, как будто это была его последняя дистанция, последний рывок перед финишем. И он обязан был придти первым. Но кого он хотел обыграть, кого обогнать? С кем соревновался? Света не представляла и не желала представлять.

А дальше были пешие прогулки под Луной, невинные поцелуи у Медного всадника. Набережная, разводные мосты, Исаакий с ветряной колоннадой, Дворцовая площадь.

И белые ночи.

Света поняла, что такое счастье, мимолетное и оттого особенно трепетное и неповторимое. Вот и последний день каникул постучал в оконные стекла. Пора прощаться с градом Петра, пусть не навсегда, но все же прощаться.

Подруги заметили в ней разительные перемены.

– Ты влюбилась? – спрашивали они ее каждый час.

– С чего вы взяли? – отмалчивалась Светлана. – Я просто наслаждаюсь северной столицей.

– Нас не проведешь, – говорила Вера. – Ты пропадаешь сутками! Признавайся, ты втюрилась в него как малолетка?

– В кого?

– В Карлова! Не держи нас за наивных простушек!

– Он приятен мне как мужчина, – небрежно проронила Света.

– Между вами что-то было? – спросила Наташа.

– Что ты имеешь в виду? – насупила носик Света.

– Не делай вид, что ты не понимаешь, – говорила Наташа. – По глазам вижу, что было. В них столько похоти!

– Отстань! У тебя похоти не меньше! – смеялась Светлана.

– Ох, девочки! А с Максимкой в этом плане проблемы. Он последний романтик, представляете! Бесконечные серенады, задушевные разговоры и никакого интима. Даже обидно. Историк. Что с него взять!

– Тебе повезло! – возражала Вера. – Мой Игорек на второй день пригласил меня к себе.

– А ты? – спросила Светлана.

– Естественно, согласилась. Это единственный мужик в этом городе, кто положил на меня глаз. У меня с прошлой сессии не было парня, а тут сам Бог велел. И каникулы запомнятся надолго. Вечером уже уезжаем. Прощай, мой сладкий Игорек!

– Совсем?

– Да, ему ни к чему долговременные романы. И я с ним согласна, мне они ни к чему.

– А мы с Владом будем общаться, – заметила Света.

– Ты что?! – усомнилась Вера. – Игорь говорил, что он, этот Владик, странный братец. Долго ни с кем не встречается. Девушки его не выдерживают и бегут от него сломя голову.

– Так прямо и сказал? – не поверила Света.

– В общих чертах, – добавила Вера. – Но это дело не меняет. Смотри, как бы и тебе не обжечь крылышки.

Света нахмурила выщипанные брови:

– Разберусь. Немаленькая уже.

– Удачи! – пожелала Вера, – а я в Москве кого-нибудь подцеплю. Так вернее. Эти питерцы непонятный народ. Предстают высокомерными снобами, считают себя европейской столицей, а в тайне завидуют. Мой все сначала напрашивался ко мне, намекая на сожительство, а как узнал, что я сама без гроша, так и остыл. Лицемер!

– Вы поссорились?

– Нет. Как буду здесь, еще созвонимся, – заключила расчетливая Вера. – Зачем ругаться по пустякам!

– Правильно, ругаться не стоит, – поддержала ее Наташа, – а к моему историку это не относится. Я не хочу его видеть. Спасибо ему за блестящую роль экскурсовода и путеводителя. Он выполнил ее на пять с плюсом. Но как мужик он – тряпка. Не в моем вкусе. А во Владе что-то есть, он такой весь монолитный, с ним нестыдно показаться людям на глаза, очень представительный и правильный. Ни одного изъяна, все у него по правилам, по распорядку. Отличным семьянином будет. Короче, настоящий мужчина! Тебе повезло, Светик! Держи его, авось, пригодится!

– Посмотрим, – вздохнула Светлана. – У нас все только начинается…

Между тем счастливая поездка подходила к концу. На вокзале девушек провожали их бывшие любовники и пока еще не бывший, но все же будущий муж Влад Карлов.

– Приезжайте еще! – пожелал самодовольный Игорь. Ему есть, чем похвастаться. Он вписал еще одну галочку в список амурных побед, и вот-вот ждал момента, когда устремится на поиски очередных приключений.

Максим в своем духе подарил на прощание каждой девушке по разноцветной книжке с фотографиями живописных местечек Петербурга и ближайших окрестностей.

– Мы не успели посетить Петергоф! – сетовал он, часто поправляя на носу серые очки. – Там красочные фонтаны! Вам бы понравилось!

Студентки смеялись и благодарили Максима.

– Максимка! Ты прелесть! Давай в другой раз!

– Возьмите! – протягивал он книги девчонкам. – Там отличные иллюстрации.

– Как трогательно! – восклицали они. – Будем хранить вечно!

– На добрую память! – подтверждал историк и целовал их в щечки.

– Кое с кем мы не прощаемся, – добавил Влад и подмигнул Свете.

– Ага! – кивнула она растроганная, листая страницы презента.

– До встречи! – сказал Карлов и обнял ее, а за объятием последовал долгий прощальный поцелуй.

– Нам пора! – остановили их подруги.

Они уже успели обменяться поцелуями друг с другом, а поезд вот-вот готовился к отправлению.

Поезд тронулся…

А будущая встреча неминуемо приближалась…

– Ты о чем-то задумалась? – спросил Денис, видя, что его очаровательная собеседница потеряла с ним контакт.

– Что? – встрепенулась Света. – Нет! Нет! Это все сладкое вино. Я немного устала.

– Пойдем? – обеспокоено предложил он.

– Посидим еще чуть-чуть, – прошептала Света, – мне хорошо с тобой.

– И мне… – проглотил слюну Денис, – хорошо… с тобой.

– Хочу выпить, – сказала Света и оглянулась, ища официанта.

Вскоре на столе появился бокал, но не с вином, а с прозрачной водой. Света утолила жажду и снова таинственно замолчала.

«Воспоминания… как они бывают не к месту, – думала она. – Как все чудесно начиналось и как все катастрофически и фатально закончилось. Былое. Ни к чему ворошить прошлое. Оно не повторяется. То, что похоронено, не воскреснет. Ты уверена? Ты ни в чем не уверена. Напрасно. Какая-то призрачная определенность не помешает. А что можешь предложить мне ты, Денис? Страстный секс на одну ночь или что-то большее? И почему я тебе безотказно верю? Кто бы мне объяснил, почему? Уж не потому ли, что я просто устала не верить и готова довериться любому на первый взгляд достойному встречному. Первый взгляд самый верный. Интуиция… она снова молчит, как тогда…»

– Все-таки ты о чем-то сосредоточенно думаешь, – совершил открытие Серебров. – Я загрузил тебя своей астрологией?

Света очнулась и криво усмехнулась:

– Астрологией…? Пожалуй… Я тут вспомнила о другом…

– О чем, если не секрет? – прошептал Денис.

– О знакомстве с будущим мужем, – не скрывала Светлана. – Почему? Не понятно, но так получилось… Извини, наверно, я тебя утомила. Твоя параастрология гораздо занимательней. Знаешь какие-нибудь другие легенды?

– Я не хранитель легенд, – ответил Серебров, думая: – «Она что-то скрывает… или эти мои басни так на нее повлияли. Раньше эффект отличался. Похоже, я не угадал с выбранным моментом. Греческий мудрец не посвящал меня, что делать в подобных случаях, а только предупреждал, что легенды могут быть опасны, я не отнесся всерьез, а мудрец как всегда прав… На то он и мудрец, а я, похоже, всего лишь пустой глупец…»

Свечи на столе горели слабым интимным пламенем. Им гореть еще очень долго. Обжигающий воск медленно таял и капал вниз.

– Я правда неважно себя чувствую, – вздохнула Светлана, – чертова работа! Радует только то, что сделка близится к финалу, а с другой стороны жаль с тобой расставаться.

– Давай после подписания контрактов возьмем недельку отпуска, – предложил Серебров. Он в каком-то смысле ощущал свою вину и намеревался исправить ситуацию. – Съездим куда-нибудь, отдохнем?

– Думаешь, эта хорошая идея?

– Да! – воскликнул он.

– Я бы не против! – призналась Света. – Но не знаю, что из этого получится.

– Все получится! – категорично заявил он.

Света вдруг хлопнула себя по лбу.

– Забыла! У меня же отличная новость. На днях мы с вами летим в Сочи!

– Отдыхать? – не понял Денис.

– Отдыхать! Если бы! Там будет конференция по нашим проектам. И твои американские друзья подкатят, а насчет отдыха сложно судить – если получится!

Серебров почесал затылок.

– Припоминаю. Крис намекал на что-то подобное. Вероятно, он это и имел в виду.

– Кто такой Крис?

– Это, как ты выразилась, и есть мой американский друг, – пояснил Серебров. – Друг – это громко сказано. В Америке у меня нет друзей. И тем более к Крису это не относится. У него есть другой друг. Крис – гей.

– Да? Прикольно! – неожиданно рассмеялась Светлана. – Вот кто там тебя окружает! Опасное соседство!

– Не говори! – язвительно процедил Серебров.

– Было бы забавно на него взглянуть, – вдохновлено произнесла Света, – я никогда не сталкивалась с геями.

– Тебе представится такая возможность, – пообещал он. – Он прилетит как миленький и наверняка прихватит с собой своего дружка. Они – два сапога пара. Никуда друг без друга.

– Служебный роман! Экзотика.

– У нас – это банальность! – выпалил Серебров и тут же поправился: – но не настолько, как ты можешь представить!

– А как величать дружка?

– Чарли! – сдал их Денис.

– Чарли?

– Да.

– Крис и Чарли! – продолжала смеяться Света. – Просто умора! Смешно! Прямо как Том и Джери.

– В каком-то смысле… – уклонился Денис.

Света игриво блеснула глазами:

– Ты их близко знаешь?!

– По службе приходится, – объяснил Денис.

– Хм…забавно. В Сочи будет весело. Ты познакомишь меня с ними?

– Придется, – пробубнил Серебров, – они сами первые легко к тебе пристанут.

– Классно!

– Вижу твое настроение улучшилось, – констатировал Денис, – значит, есть хоть какой-то толк в Крисе и Чарли. Я им передам, что они способствуют улучшению настроения. Ребятки будут рады.

Денис и не представлял, что его заокеанские компаньоны лишь одним упоминанием о них способны вызвать разительные перемены. Если бы Крис и Чарли догадывались об этом, то они возгордились куда выше, и стали от этого только смешнее. Но так они подействовали на Свету. В профессиональных кругах они вызывали чаще неприязнь и раздражение, чем позитивные эмоции, не говоря уже о светлых чувствах. Все шарахались о них, как от огня, причем мужчины и женщины. Мужчины шарахались, потому что натуралам сам Бог велел избегать Криса и Чарли, что они и делали весьма благополучно, общаясь с ними лишь по суровой необходимости корпоративного этикета, а женщины избегали их просто потому, что те были «не мужчины». Но и этого мало: Крис и Чарли были настоящими женоненавистниками, в каком-то смысле стервами в брюках.

Представительницы прекрасного пола относились к ним с лютой ненавистью не потому, что сами были злы и коварны, а потому что сладкая парочка отвратительно относилась к ним. Крису и Чарли было все равно или где-то даже отрадно, что женщины побаиваются их. Они считали себя королями и вели себя по-королевски хамски и чванливо. Лишь немногие счастливчики, в коем числе был и Серебров, отличались толерантностью к ним и в целом неплохо ладили. Крис и Чарли не выглядели бездушными монстрами. К ним нужен был особый подход, секреты которого и разгадали лишь немногие избранные сотрудники, к коим относился и сам Денис.

– Мне полегчало, – зевнула Светлана. – Что ни говори, а юмор продлевает жизнь.

– И омолаживает душу, – с хитринкой добавил Денис.

– Правильно, – зевнула она еще раз.

Денис окинул озабоченным взором пустые тарелки и осушенные сосуды. Ленивые официанты почему-то не торопились убирать посуду.

– Закажем что-нибудь еще?

– Нет, нет, я сыта, – прощебетала Светлана. – Насиделась я, и ножки мои затекли.

Без нарочитого лукавства Света на самом деле очень устала. Бывало, она просиживала в ресторанах и дольше, но это не тот случай. Эмоций здесь через край, и прошлое постучалось в прикрытые ставни. Не дождавшись разрешения, оно вошло и напомнило о себе в первозданной полноте и живости, словно это было вчера, а не несколько лет назад. Греческая венерианская метафора, ударившая в мозг, срезонировав с бессознательным, наполнила ее до отказа.

Свободного места не осталось, даже самого крохотного уголка, ни единой щелочки. Света надулась, как воздушный шарик, который готов вот-вот лопнуть от напряжения и переизбытка вдутого в него кислорода. Лопнуть и разлететься на лоскутки. Достаточно ткнуть иголкой. Но это крайности. Шарик взорвется и без влияния посторонних. Не стоит только ему мешать…

Денис уловил ее блуждающий взгляд. Пора идти. Свечи догорают и ужин окончен. Он поймал официанта и попросил счет.

Открыв сумочку, Света достала кожаный кошелек.

– Я заплачу! – решительно выпалил Серебров.

– Я заплачу за себя, – объявила Света. – У нас деловой ужин, а не романтическое свидание.

– Но…?

– Господин Серебров, не вздумайте мне перечить!

– Как скажете, госпожа Туманова, – по-соловьиному пропел Денис. – В следующий раз я приглашу тебя на свидание! – Ему было немного обидно, что она не позволила ему оплатить заказ.

– У вас же в Америке девушка платит за себя сама. Так ведь принято?

– Возможно, – фыркнул он, – я не баловал себя походами в ресторан с американками.

– Почему же? – выпучила глаза Светлана.

– Я их побаиваюсь, – процедил Денис. – Только тебе сообщаю это по самому секретному секрету. Женщины у нас очень коварны, так и норовят посадить тебя на бабки. Возможно, это преувеличение, а я в него верю. Это дурное влияние Криса. Он часто посвящал меня в подобные истории, отчего я превратился в напуганного невротика с той лишь разницей, что я как истинный оживший мертвец ни на кого не нападаю, а наоборот – скрываюсь и прячусь. Ты уж особо не разбалтывай мою фобию. Мы все же чуть больше, чем просто партнеры. Надеюсь, мы еще и неплохие друзья.

Света сморщила лоб, на котором появились пикантные волнистые морщинки.

– Не подумала бы. Какая откровенность! А вы, однако, трусишка, дорогой Денис.

– Умоляю, не смейтесь! – взмолился Серебров.

– Не буду! – прошипела Туманова. – Надеюсь, ты преувеличиваешь. Я боюсь в тебе разочароваться, мой прелестный друг. Я люблю строить мифы, а ты ломаешь их, как песочные замки.

– И ты вскоре раскроешь свой секрет? – добавил Денис.

– Может быть, – осторожно произнесла Света.

– Может быть?– Может быть…

11

На черном небе властвовали суровые тучи.

Сверху капал моросящий дождь. Откуда они появились, а точнее кто их пригнал, никто не имел малейшего понятия. Синоптики обещали звездное небо и полнолуние. Природа решила иначе, подарив москвичам и гостям столицы затяжную серенаду летнего дождя.

Они стояли под козырьком подъезда и стряхивали с себя теплые капли дождя, а она расчесывала мокрые волосы. Оба не были готовы к непогоде и не удосужились прихватить зонтик. Звезды наказали их за опрометчивость, облив их немного, пока те добегали до спасительной высотки. Вокруг не было ни души, и только невидимые блудливые коты пищали в кустах, призывая домашних кисок. За двором слышался рев машин и глухое дыхание эстакады.

– Это и есть ваш злополучный квартал? – спросил Серебров, осматривая обшарпанные кирпичные стены и горящие окна квартир.

– Это он. Мы пришли. Спасибо, что согласился меня проводить.

– Я бы ни в коем случае не отпустил тебя одну, – признался Денис. – Тем более, у вас здесь орудует кровожадный убийца. Такие ведь слухи ходят, верно?

– Пока, слава Богу, слухи, – вздохнула Светлана. – Видишь, на улице никого. Все боятся.

– Скорее, дождя, – поправил ее Денис.

– Неа, и на лавочках пусто. Обычно здесь полным-полно старушек и местные пьянчужки иногда попадаются.

– Распугал их ваш фантомас?

– Похоже. Все попрятались и сидят молча, ждут следующую жертву. И никто не желает ею оказаться.

– Не мудрено, – хихикнул Серебров. – Инстинкт самосохранения еще никто не отменял.

Из подворотни показалась чья-то фигура. Устрашающая тень, похожая на смерть с косой обходила ближайшие подъезды и постепенно приближалась.

– Кто это? – шепотом спросила Светлана.

– Где? – огляделся Денис.

– Вон там, видишь? Кто-то рыщет вдоль стен.

– Это он?

– Кто?

– Ваш маньяк, – сдержав улыбку, произнес Серебров.

– Сплюнь, дурачок, – шептала Света, – зайдем в подъезд от греха подальше.

– Или поймаем его?

– Ага! Я лично не камикадзе! – замотала промокшими волосами Света.

Тень становилась ближе. Вот она попала под прожектор последнего дворового фонаря, и электрический свет озарил посланника ада.

– Постойте! – прокричала тень.

Света инстинктивно прижалась к Денису и застыла, а затем внимательно присмотрелась в сторону светящегося лика. Тень растворилась в свете фонаря.

– Это же вовсе не маньяк! – облегченно воскликнула Света.

– А кто? Призрачный гонщик? – не хотел отпускать ее от себя Денис.

– Здравия желаю! – проголосил человек в противодождевой накидке с капюшоном.

– Добрый вечер, товарищ лейтенант, – процедила Светлана.

Участковый Подолинский и впрямь походил на матушку-смерть. Тот же черный плащ, бледная физиономия и экстравагантный капюшон, скрывающий доблестную фуражку. На ногах насквозь промокшие служебные ботинки, лишь косы не хватает или магического посоха для полного совпадения.

– Вы нас до смерти напугали! – обиженно произнесла Светлана.

– Что вы здесь делаете? – серьезно спросил он.

– Как и вы, мокнем под дождем. Или у нас во дворе объявили комендантский час?

– Пока нет, – возразил будущий господин полицейский. – Будь моя воля, я бы объявил. Это поможет расследованию и не допустит новых жертв. Убийца только их и ждет.

– Вы, видимо, патрулируете местность? – предположила Света. – Или ловите убийцу на живца? Кто же наживка?

– Все шутите! – отрезал Подолинский. – Вашу тетю Софью так и не нашли, как, впрочем, и самого убийцу.

– Найдете, – вдохновенно произнесла Света, – я вам верю. Вы же вон, как стараетесь, круглосуточно на боевом посту. Без подкрепления, без смены.

– А я подумал, что сегодня в России отмечают Хэллоуин! – не удержался Серебров.

Подолинский скривил недовольную мину и протер мокрый подбородок. Он подозрительно не мог вспомнить этого человека. Лейтенант отличался отличной зрительной памятью и знал в лицо почти всех прописанных жителей вверенного ему района, а этого гражданина Подолинский не припоминал, отчего напрягся и засуетился. Признавать поражение он не мог, поэтому решился обозвать неопознанного человека наугад, вдруг повезет, и память не обманет.

– А вы, случаем, не гражданин Смирнов? – поднял он голову в капюшоне. – У меня к вам пара вопросов.

– Не Смирнов, – отчеканил Серебров.

Участковый на секунду замялся и обратился к Светлане.

– Вы знаете этого человека?

– Немного, – виновато улыбалась Туманова.

– То есть как?

– Мы всего два дня знакомы.

Лейтенант чихнул и сплюнул в лужу накопившуюся слюну.

– Не понял! Предъявите документы!

Денис неодобрительно покосился на Свету, но спорить не стал. Он привык не перечить представителям правосудия, тем более что в штатах это ничего хорошего не сулило. У дождливого московского подъезда ситуация, конечно, иная, но накопленные годами привычки и дисциплина не позволили Денису вступить в конфликт с участковым. Он засунул руку в карман пиджака. Загранпаспорт оказался на месте. Вытерев руки о рубашку, он вытащил документ и вручил его Подолинскому.

– Держите!

Участковый раскрыл паспорт и сравнил фото с оригиналом.

– Похож! А что тут написано? Вы откуда?

– Я подданный Соединенных Штатов, – с гордостью произнес Серебров. – Если не хотите иметь проблем с нашим посольством, верните, пожалуйста, мой паспорт.