![](/files/books/160/oblozhka-knigi-dikiy-2-si-375611.jpg)
Текст книги "Дикий 2 (СИ)"
Автор книги: Алексей Поганец
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 36 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
Если когда учились чтобы цель гарантированно сбить, я отправлял тройку истребителей на одну цель, а сейчас. С ростом мастерства, гарантированно двойка сшибала одного. И выход Десять против пяти стал ещё более скоротечным, потому что за залп уничтожали пятерых. Расход ракет правда увеличился. Что их экономить? В бочке сорок штук. На истребителе две бочки обычно висит. Это конечно деньги, но противовес даже не жизни. На наши жизни никто внимание не обращает. Противовес потраченным деньгам, очень большие потерянные деньги. Ведь если мы продуем, противник либо уничтожит базу, либо захватит грузовик. А это совсем другие деньги, чем стоят ракеты.
Кстати мне понятно стало почему звено пять истребителей. Две атакующие двойки, и один прикрывает, или доделывает работу. Как правило командир звена.
Также мы отрабатывали бои против больших кораблей. Корветы и крейсера были для истребителей мальчиками для битья. Звено из пяти истребителей гарантированно уничтожит или повредит крейсер, не говоря про корвет. Если конечно у них прикрытия не будет. А к слову на крейсере своё звено истребителей практически всегда есть.
Фрегат же был сложной целью, он и больше корвета был именно из-за дополнительного противоистребительного вооружения. Смысла не было его атаковать одним звеном. Сто процентов проигрыш. Шансы у трёх звеньев появляются, если одновременно с разных сторон атаковать. И то малые. Если бой затеялся где то в космосе где нет баз. Три звена истребителей это конечно фантастика. Это три крейсера нужно гнать, на перехват одного фрегата. А три крейсера фрегат и так раскатают.
На эсминец же бесполезно лететь даже сотней истребителей. Мощные минные поля. Которые отстреливают автоматические пушки. Синхронизированные многоствольные установки, которые кидают плазму как песок, горстями. Не увернуться ни как. Дальнобойные ракеты, которые летят строем и взрываются одновременно, шинкуя кусок космоса в мелкое решето. Да ещё звено истребителей на борту. Понял одно, увидел эсминец, убегай.
С линкором же, можно было по бодаться, если есть достаточным количеством истребителей. Но линкор не ходил без прикрытия эсминцев или фрегатов. Слишком дорогая игрушка, чтобы его одного отправлять.
Также раньше мы всегда летали на стандартном наборе вооружения истребителя, а его можно и нужно было менять в зависимости от задачи. Когда я начал настраивать вооружение под конкретную задачу, то побед значительно прибавилось.
Постепенно рейтинг отряда вырос, мне стали поступать предложения как перейти к кому нибудь в отряд с хорошей зарплатой, так и предложения наняться отрядом сопровождать эскадры, или пойти в личную гвардию какого нибудь барона, очень часто пиратского.
Ранги у всего отряда естественно доросли до пятого уровня. Я за месяц даже и не выгнал никого, коллектив конечно разношерстный получился, но сработались все хорошо.
Мар оказалась самой способной в командовании. И ещё я понял одну вещь, все кто переступил ступень с бойцов в командиры, все были ерепенистые. У всех было своё мнение, и амбиции. С начало я хотел поломать всех об коленку, потом понял не нужно. Главное что бы видели черту, когда можно дискутировать или проявлять инициативу, а когда нужно быстро выполнять приказ. А поломаешь будут без инициативные, спихивать вину друг на друга. И боясь что-то сделать не получив разрешение на каждый чих.
Вот и месяц подошёл к концу, Пора выбирать пятёрку, хотя что её выбирать, я и так знаю кто у меня лучший. Но мне хотелось забрать всех пятнадцать с собой. Уж больно спаянные получились у меня три звена. Грех разбивать. Нужно что-то придумать. Пятнадцати бойцам зарплату платить по тридцатке в месяц больно накладно. Это же почти полмиллиона в месяц. А у меня даже истребителей для них нет. Да и база ещё не отремонтирована. А это всё деньги. Хотя миллион в резерве есть, если его на зарплату пустить, денег хватит на пару месяцев. Решено. Собрал всех.
– Ребят, решение такое, пока вас всех нанимаю. Скажу честно денег есть только на два месяца. Если что я разорву контракт. Вы теперь точно не пропадёте, только звенья не разбивайте. Но есть перспективы, в будущем хорошего заработка. Если согласны, то давайте попробуем, если нет, то заберу с собой одно звено, как раньше и озвучивал.
Немного порассуждав все согласились. Ну и славно пора, в обратную дорогу. Выдал всем по десять тысяч аванса. Договорился с попутными грузовиками о перевозке пятнадцати человек. Каждому дал инструкции, как лететь, где встретимся. И пошёл паковать бота.
Ко мне подошла Мар.
– Я не могу одна лететь, у меня муж больной, и ребёнок маленький. Мне их с собой забрать нужно.
– Что же ты сразу не сказала? Да как ты с ребёнком вообще в наёмники то пошла.
– Поэтому сразу и не сказала. Денег вообще не было, работы тут тоже нет, вон толпы какие сюда каждый день прилетают, а тут ты хоть две с половиной заплатил.
– Сколько ребёнку?
– Пять лет.
– С мужем что?
– Три года назад спину повредил, стандартная запись о состояния тела, не помогла восстановить позвоночник в медкапсуле. нужно специалиста привлекать, а денег нет на него.
– Ладно грузитесь в мой бот, вот координаты стоянки, и гостевой пароль допуск, на случай если меня не будет.
Моя же задача была запихать в трюм бота невпихуемое. А именно двух больших ремонтных дрона. На внешней подвеске они в габарит не умещались. Чтобы их туда впихнуть пришлось с трюма всё вытащить в кают кампанию и в каюту с кабиной. После часа мучений понял что бесполезно, заказал у диспетчера контейнер. Вот туда они вошли как родные, видно сразу стандарт.
Запросил у попутных грузовиков два места под контейнеры. Вылет на завтра. Надеюсь соберёмся все, а то что-то мне эта станция угнетать начинает, так и хочется с неё свалить побыстрее.
Делать было нечего, оставалось только ждать. Я с некоторого времени стал боятся свободного времени. Так глядишь и в трудоголика превращусь. Написал письмо Остроухой, где немного отчитал её что она мне не пишет.
Пойду что ли по рынку прогуляюсь, может что полезное найду. Нужного было много, но я уже охотку сбил, понял что накупишь всего нужного, а там ничего полезного и нет, один хлам. Только деньги потрачены зря. Зашёл в лавку с дронами.
Ба, да это же под мою мастерскую закос. На дронах стаяло клеймо с дикарём, который был с дубиной. И написано мастерские диких. А в содружестве ой как строго с воровством торговых марок. Да тут конечно и клеймо только похожее, и дикарь не тот нарисован. А вот на стене Вывеска то с моим клеймом Дикарём с копьём и надписью «восстановлено в диких мастерских».
– Уважаемый, а что это за бренд?
– Как вы не знаете, это же одна из лучших мастерских, она восстанавливает дронов, времён первой войны. А эти дроны не современная жестянка.
– Так это же рухлядь.
– Не скажи, они полностью восстановлены, эта мастерская, все узлы перебирает. Эти дроны тебе дольше прослужат чем современные, они же ремонтно пригодны в отличии от современных, их вечно можно восстанавливать. Да и гарантия от мастерской даётся.
– Ну и что посоветуешь из грузчиков этой мастерской.
Сказал я глядя на одного из погрузочных роботов.
– Вот отличная модель.
Продавец показал мне именно этого дрона.
– А это точно, восстановлено в дикой мастерской.
– Точно, точно. Вон видишь клеймо.
– Э друг ты попал, клеймо должно выглядеть вот так. Я показал на рекламу на стене.
– Да не там неверно нарисовали.
– Да нет, там верно нарисовано. Я как бы и есть Дикий который, этими мастерскими владеет.
– Но тут же другое клеймо.
– Клеймо другое, к производителю другие вопросы будут. А у меня разговор записан, Ты мне втюхивал именно этот хлам под видом моей мастерской.
– Что хочешь?
– Хочу чтобы ты сказал откуда, этот хлам берёшь. И хочу чтобы ты перестал толкать контрафакт.
– Всё?
– Нет хочу ещё комплект к этим дронам.
Я показал ему своих двух недавно приобретённых дронов.
– Не так не пойдёт. Максимум триста тысяч штрафа получу. А твой комплект на миллион вытянет.
Ага торгуется, это хорошо.
– Ну не триста штрафа, а пятьсот. Да ещё лицензии лишишься.
– Лицензии я и так лишённый, просто на другого продавца переоформлю.
– Мне можно нерабочий, только комплект чтобы был.
– Так продаётся вторая часть твоего комплекта. Только из двадцати диагностов там дай бог двенадцать собрать можно. Малых и средних ремонтников разбитых тоже меньше половины. Целых распродали уже. Два оставшихся больших вообще ремонту не подлежат. Да и управляющая док станция хоть и цела, но искин запаролен.
– Сколько просят?
– Шестьсот.
– Давай триста твоих, двести я доплачиваю.
– Так сто не хватает.
– Ладно, сообщаешь где, делают контрафакт, а не имя водителя грузовика который их сюда везёт, я ещё полтинник добавляю.
– А где ещё пятьдесят тысяч брать?
– Ты чего? Сторгуешься конечно, товар месяц тут висит никому не нужный. Вот ещё контакт Гнома, он моими дронами торгует. У него дешевле моих брать, чем где то либо.
Оказалось, дронов под моих штампуют в Центральном посёлке. Придётся повоевать.
Док станция. Которую доставили ко мне на стоянку была разбита полностью, похоже торгаш её за триста и купил. Я думал она как стандартный контейнер будет, она была и была им когда то. Целые дроны компактно складывались, и умещались в объём большого контейнера. Сейчас же мешанина из манипуляторов и тел дронов вываливалось сквозь пробоины и измятости корпуса-контейнера. Что выходило за габарит. Это при том что тут треть только от стандартной численности. Получается мне три места нужно на грузовике. Быстро связался с водителями грузовика. Места не было. Вылет завтра. Отправил диспетчеру плату за суточную стоянку пяти мест вокруг моего бота. И начал выгребать хлам, чтобы выровнять и заварить пробоины док станции. Вроде сложено в одном объёме, при вытаскивании тела дронов заняли всё свободное место. Я отрихтовал и заварил дыры. С помощью больших дронов это было легко. Всё теперь только разместить всё покомпактнее. Мелких дронов я запихал в трюм, заполнив ими пространство полностью. Остальное закинул в док станцию. А в конце завел Больших дронов. Осталось малость, мои рабочие дроны, которые всё таскали, а им места не было. Пришлось размещать их в коридорчике, и пока в кают компании. Как загрузимся, перейдут в коридорчик.
Ну всё. Можно и спать.
Утром, сразу после зарядки появилось семейство Мар. Муж в кресле-кровати на гравиплитах. И дочь которая вихрем облазила все закоулки.
Я перепроверил запас регенератора и воздуха. На всякий случай, народу то вон сколько. Но было всего с запасом, можно было ещё десять человек с собой брать на месяц. Всё через час вылет. Набрал диспетчера.
– Давай доставку оформи два стандартных контейнера, до грузовика. Третий тебе в подарок остаётся.
– Ладно, давай ещё спишемся. Погрузчик через полчаса прибудет будь готов.
– Хорошо.
Минут пятнадцать можно подышать. И походить. А то за две недели в тесноте наверно с ума сойду. Вдруг вызов.
– Командир, ты не улетел ещё?
– Нет, а вы почему здесь, вы же улететь должны были ночью.
– Вчера отметили немного, проспали.
– Сколько вас.
– Трое.
– Бегом, сюда.
Я назвал сектор и номер стоянки.
– Через двадцать минут будем, умоемся только.
– Через пятнадцать минут отлёт, пулей летите.
– Принял.
Я проверил, сколько контактов в сети, да только трое и Мар. Остальные неактивны что то я не проследил на радостях. А ведь у Лер дела в мастерской неплохо идут, раз в разных уголках известна продукция.
Да думал я что тесно будет, а тут вообще как селёдка в бочке, ничего в кают компании поспят.
Неожиданно пришёл ответ от остроухой.
– Прости.
Этот ответ меня почему то успокоил, наверно потому, что был в её стиле. Да и ясно понял что она не извиняется, а на автомате написала. У неё же это слово паразит. Сколько раз она мне его говорила по поводу и без. А вот именно это прости скорее обвинительное, как будто я что то натворил.
Нас шатнуло, это подхватил бот погрузчик. Я взял дочь Мар и пошёл в кабину. Отсюда хоть видно куда нас везут.
Глава 11
Нас провезли вдоль борта огромной станции, вывезли на рейд где стоят грузовики. Мелкая копия Мар сидела с открытым ртом, и завороженно смотрела как мы движемся. Вон светящиеся точки грузовиков, буквально за полминуты они разрослись до гигантской рыбин обвешанных контейнерами. Интересно чего так много прут в систему, хотя наверно это транзитный груз. Я ещё не видел чтобы грузовик зашёл в систему и разделся до скелета. Нет они только часть контейнеров скидывают, часть загружают. Нас плавно подвели и подвесили на подвеску. Но если прошлые раз меня в четвёртый ряд запихали, то сейчас нас подвесили первым рядом. Раньше обзора не было никакого, то теперь часть пространства было видно через лобовое стекло, ограничивалось впереди стоящим контейнером. И через боковую форточку видно было без ограничения. Обзор ничем не закрывался. Мелкая сразу прильнула к форточке.
Я учёный прошлым разом сразу связался с пилотами грузовика. Но не через рацию, разговор могут записать, и оштрафовать пилотов… Ведь перевозить людей на подвески груза не совсем законно. Поэтому связался через коммуникатор.
– Привет ребята, мы на месте, вылет скоро?
– Через час.
– Просьба большая, перед прыжком по рации сообщать.
– Без проблем.
– Спасибо.
Спасибо сказать никогда язык не отвалится.
Только что вот делать тут целый час, нужно пойти разместить всех, да ценные указания раздать.
– Ну что мелкая, насмотрелась? К матери пойдём?
– А можно ещё чуть посмотреть?
Да хотя какая разница где торчать, за две недели тут наговоришься, находишься, да и разругаться успеешь.
– Ладно смотри.
Одну мелкую в кабине никак нельзя оставлять, это катастрофа будет, значит с ней побуду. Только мне чем заняться? Как свободное время, так мысли об одном, точнее об одной. Что то всё больше и больше кажется что Остроухая «Прости» написала в обвинительном тоне. Как я определил по одному слову? Не знаю, знаю лишь одно что женский пол всегда иносказательно говорит. Простой пример «пойду пивка попью» «иди». Вот это «Иди» никак не обозначает что можно взять и уйти, как минимум нужно обнять, и в шею поцеловать. А как максимум нужно тяжёлую артиллерию привлекать, это сказать «М-м какой сегодня борщ вкусный сварила». И когда получишь «да вали уже». Вот тогда смело идти можно. Так и у меня что-то «Прости» не только прости значит. А сейчас узнаем, сеть то ещё ловит. Набрал Остроухой сообщение.
– Ладно, каюсь виноват, но пока не знаю в чём.
Ну минимум минут пятнадцать, пока дойдёт. Потом минут пять закипать будет, пока решит высказать всё. Значит ответ через минут двадцать ждать нужно.
Тут прорвало Мелкую, и так долго сидела молча.
– А что такое движется?
– Это погрузчик контейнер везёт.
– А почему он светится?
– Солнце от него как от зеркала отражается.
– А куда он движется.
В общем вечные детские почему. Детей понять можно они мир познают. Отвечать на вопросы надоедает всем взрослым, кому раньше кому позже. Меня хватило на пятнадцать минут подробных ответов.
– А эти куда летят?
Я начал отвечать односложно.
– По делам.
– А те?
– Тоже по делам.
– А дела у них какие?
– У каждого свои.
– А те тоже по делам летят?
– Да.
Ровно через двадцать минут пришёл видеовызов, ого видно чем то сильно задел, иначе просто написала бы.
– Так Мелкая сиди тихо, мне поговорить нужно.
Я принял вызов, набрав воздух в легкие сказать приветствие и пару комплиментов. Передо мной появилась голограмма Остроухой, Она была немного бледной, сидела на кровати закутанная в одеяло, лицо было по прежнему очень красиво, но болезненно одутловатое. И я вместо приветствий и комплиментов выдал.
– Ты что болеешь?
– Что не нравлюсь такая?
Я быстро начал исправлять свои ошибки. Нельзя девушкам говорить что они плохо выглядят, тем более так. Но меня реально тревожило состояние Остроухой.
– Нравишься конечно, может прилететь к тебе?
– Нормально всё со мной, после попойки вчерашней только проснулась.
Явно пытается меня уколоть, больнее. Чую врёт не было никакой попойки.
– …
Я молча посмотрел на неё, вкладывая всю возможную злость, даже напрягаться не нужно было. Камушек никуда не делся, был маленьким но душу царапал. И сейчас я готов был послать Остроухую подальше, да что там послать, я чуял что могу разорвать её на расстоянии. Единственное что сдерживало это то что я понимал все мотивы Остроухой, она пыталась специально разозлить меня чтобы проверить насколько сильно она мне дорога. Но я тоже не железный всё терпеть, немного вспылил.
Она отвела глаза со слезами.
– Прости.
Сбоку тихо заскулила Мелкая, в соседнем кресле. Тут же влетела в каюту белая Мар спасать своего ребёнка. Да, что-то я переборщил со злостью. Да и не получалось у меня так раньше никогда на других воздействовать. Похоже что я всё-таки много вспылил, блин это же что сейчас Мар подумает, что я её ребёнка чуть не прибил, плачет ведь, а оправдаться я не успею. Спасение пришло от Остроухой.
– Ну ка сделай, голограмму видимой. Для всех.
Я нажал, на «громкую связь» Голограмма Остроухой Засветилась в кабине видимой для всех.
– Ты что малыш напугалась? – Спросила она Мелкую. – Не бойся, это дядя так на меня злится, не на тебя. Вон смотри и мама уже за тобой пришла. Не боишься уже?
От слов Остроухой веяло чем то добрым.
– Нет, а зачем Дядя на вас злиться? Вы же добрая фея.
Включила вечные вопросы, Мелкая.
– Можно, я её заберу.
Уже не белая, уже пунцовая Мар мялась около двери.
– Иди к маме, потом как нибудь расскажу.
Мар, быстро схватила дочь в охапку, и бочком выскочила за дверь, крикнув.
– Извините.
– Ты что с ума сошёл? Ну ладно бы меня прибил, я заслужила. Но окружающие то чего тебе плохого сделали?
Отчитывала меня Остроухая. Я продолжал молча на неё смотреть. Она сменила отчитывающий тон на оправдывающийся.
– Прости, не знаю. Как то всё навалилось, немного нервная стала.
– С тобой точно всё в порядке? Моя помощь не нужна.
– Нет, не выспалась просто. Осталось маленько и я сама к тебе прилечу.
Я ощутил постороннее присутствие.
– А кто у тебя в комнате?
– Не ревнуй, это она, а не он. Но поверь пока не могу её тебе представить.
Я ясно понял не врёт. Вот не знаю, только Остроухую я стал чувствовать, или меня так тряхнуло что и окружающих?
– Ты там не все деньги потратила?
– Ах да, извини, давай напишу лучше.
Она протянула руку, я попытался её коснуться. Но рука прошла сквозь голограмму.
– Я соскучился.
Только успел сказать я, как связь разорвалась, и голограмма потухла. Да наверное тысяч пятьсот улетело за наш разговор. Дороговато. Открыл защищённый канал, так тоже дорого, но с этой системы не дороже пятидесяти тысяч выйдет. Написал сообщением.
– Ну вот, почему ты на меня дуешься, я так и не узнал.
– Потому что я опозорилась на приёме в посольстве сполотов.
– А я то тут при чём?
– Ты ещё спрашиваешь?
– Не понимаю.
– Конечно не понимаешь. Когда ко мне подошёл посол сполотов и сказал «красивое послание для Остроухой» Вот что бы ты подумал?
– Ну не знаю.
– Вот и я растерялась, почему-то подумала что ты мне что-то передать хочешь через сполота. От тебя всего можно ожидать. Поэтому я сказала, «да это я, меня так называет один человек.» А если ты не знал, то упоминание ушей это оскорбление для аграфов.
– Я же любя тебя так называю.
– Но этого никто из окружающих не знал, поэтому смешки окружающих я заработала, так как наш разговор многие слышали.
– Ну я всё равно тебе послание, не передавал.
– Да? А кто на медальоне написал. Что любит меня, со стихами. Только не говори что стихи не ты написал. А я сразу вспомнила, ты читал эти стихи за столом, на моём дне рождения.
– Стихи сочинил не я, я только их написал на медальоне.
– То есть это всё-таки ты написал?
– Я не думал что их кто-то прочитать сможет.
– Как? Как у тебя всё это получается?
– Не знаю. Наверно ты вдохновляешь.
Наступила пауза. Остроухая не сразу нашла что ответить, наверное мои слова в цель попали.
– Посол сразу спросил, «Не этот ли человек подарил мне кулон, и знаю ли я что на нём написано?» Когда я ответила «да» на первый вопрос и «нет» на второй. Посол написал мне на салфетке перевод, и сказал что хочет встретиться с этим оригинальным молодым человеком.
Ведь тебе столько магазинов пришлось облазить что бы подобрать подходящую надпись.
– Надеюсь, что все заткнулись кто смеялся.
– Заткнулись, а тебе не интересно что я послу ответила?
– Нет, думаю сейчас долечу, а там уже делегация сполотов меня встречать будет.
– Плохо ты обо мне думаешь. Я им сказала что если ты захочешь то встретишься сам.
– Да нет, об тебя я хорошо думаю, это ты плохо о сполотах думаешь, что бы ты не ответила, они и так уже знают кто я.
– Ладно, что-то нас на разговоры прорвало, наверно и ты состояние сейчас отвалишь за связь. Всё давай пока целую.
– Целую.
Немножко щемящее чувство, но при этом доволен, снова улыбка на всё лицо, развалился на кресле и смотря в стенку контейнера, которая перед ботом впритык была. Были какие то неувязки загадки, которое внимание царапали, но пока решить не могу, я даже голову не стал забивать, само решится. Треньк, минус шестьдесят две тысячи. Не слабо, но и не жалко. Пойду Мар с мелкой успокоить нужно, да трём лбам задание какое нибудь придумать нужно, а то от избытка свободного времени они сами себе приключения найдут, эти же хуже мелкой.
Выходя из каюты столкнулся как раз с этими тремя лбами.
– Вы чего тут?
– Да вот, непонятно, боязно стало, как будто случится что должно, а потом Мар выскочила, с девчонкой. Ничего не рассказывает, отвлекать запретила, вот и стоим ждём.
Я принюхался. Свежий аромат спиртного. Скорее всего от двоих исходил, третий вроде не причём.
– Вы в курсе что во время полётов спиртное запрещено?
– Да ладно командир, подумаешь…
Договорить ему не дал, плюрализм мне на корабле не нужен. Подсечкой свалил на пол, придавил коленом. Одной рукой сдавил горло, другую отвёл назад в замахе. На фиг, сразу по местам нужно расставлять. А то делать нечего, начнут пытаться на прочность проверить. Секунду выдержал, потом разжал горло. И повернул свою голову чуть в бок. Как бы спрашивая.
– Всё командир, понял, осознал.
Просипел боец. Я встал, протянув руку лежачему.
– В космосе действует боевое расписание. Никакого алкоголя, первый раз прощается. Второй раз штраф четверть оклада. Сейчас….
Я достал аптечки и активировал на двоих.
– Деньги за аптечки удержу с оклада. Сейчас в кают копанию, изучать настольные игры.
– Есть, лбы развернулись, и скрылись в кают компании.
Да, кажется я всё-таки становлюсь командиром. Но нужно всё-таки Мелкую успокоить. Зашёл в каюту.
– Мар извини. Немного некрасиво получилось.
– А можно мне в окошко посмотреть.
Это у Мелкой любопытство победило страхи. Да так что перебила нас. Значит зря я переживал. Да и мне эти стены ещё надоедят, а сейчас хоть что-то интересное, как раз трогаться скоро начнём.
– Да можно конечно.
Я посмотрел на Мар.
– Да ничего, это я не должна была влетать, но больно уж испугалась за ребёнка, уж не знаю почему страшно вдруг стало.
Я вновь посмотрел на неё. Любопытство её сжирало изнутри, но она тактично не задавала вопрос.
– Да ну спрашивай, а то взорвёшься.
– А кто она.
– Моя девушка.
Да, я думал это максимально было любопытства в Мар, так нет, у неё такие бури в голове закружились с тысячью вопросами. Вот думал что лучше ответить на вопрос, сейчас я понял был не прав. Я сделал только хуже.
– А..
– Нее. Это второй вопрос. Пойдём Мелкая.
Как раз пол под ногами чуть дёрнулся, мы начали разгон. Мы быстрее пошли в кабину. Я и сам хотел посмотреть, на разгон. Интересного было много, но недолго, вот мимо нас проплыли туши других грузовиков, вот развернулись другим боком, стало видно какую то планету и местное солнышко.
Вот и скрылось всё, оставив однообразные далёкие звёзды и туманности.
– Всё интересного больше не будет?
Озвучила мои мысли Мелкая.
– Будет, как не будет, но не скоро. Пойдём ка пожуём чего нибудь.
Мы зашли в кают компанию. Трое бойцов вскочило из за за стола вытянувшись по стойке смирно.
– Да вы что охренели что ли, за кого вы меня держите? Вы немного перегнули, я немного перегнул. Вот как будем на линкоре, вот тогда и будете вскакивать, а тут бот, а не линкор. Давайте лучше поедим, да сыграем в чего нибудь.
Тесновато конечно было. Но скажу честно лучше в тесноте чем в одиночестве.
Полёт прошёл довольно неплохо, Семейство Мар менялась с тремя бойцами то койками, то кают компанией. Я подгадал так, чтобы моя смена была и с теми и с теми. Время проводили в основном за настольными играми. С бойцами, играли в основном в карты. Муж Мар очень хорошо играл в шахматы. Я с ним частенько засиживался. Мелкая же была душою всей компании, ну если конечно не капризничала, а это к слову было редко. Так же не пустовал спорт комплекс, туда побегать просились все. Пилоты предупреждали о прыжке за пять десять минут, в этот момент, я будил спящих чтобы все приняли сидячее положение, а сам бежал в кабину. Смотреть что снаружи творится.
А творилось там необъяснимое. Недаром пилотам запрещается смотреть, на подпространство, и стёкла кабин затемняются автоматически у звездолётов дальнего действия. Бот же гиперпривода не имел, поэтому пластик окон оставался прозрачным. И я с дуру решил посмотреть как это выглядит. Сначала шли серые завихрения и перемигивания, потом я стал ощущать какую то структуру, в виде параллельных линий и сгустков серости. Потом похоже я впал в транс. В уши ударили вопли и стоны. Моё сознание начало медленно растворяться в общем ничто. Потом появился знакомый китайский дед, тот который подсказал, как открыть стазис контейнер в лабиринте. Я вспомнил его прежние советы, и начал тереть руки друг об друга. Сразу моё я, стало собираться вокруг ощущения трущихся рук. Я растёр лицо и тело. Собирая себя в кучу. Но всё равно, собрался я не в кабине корабля, а на огромном круглом подносе вокруг которого буйствовало подпространство.
– Ну неплохо – Заговорил дед, гладя свою седую бороду. – Ты вообще, для чего сюда полез? Тебе не говорили, что люди рассудок теряют глядя на подпространство.
– Говорили.
– Ясно, значит любопытный, всё самому проверить нужно. Где твой учитель?
Рядом появился громадный ящер раптор, которому я был по колено, странно, с первого же взгляда я определил что это Сэнсэй, только вид у него другой.
– Что ты к нему пристал, я считаю что он готов к такому уроку, поэтому и разрешил.
– А то что он чуть не растворился.
– А ты себя вспомни. И вспомни тех кому подсказывают, как ту себя вести. Чего они добиваются.
– Ну ладно убедил. Только вот корабль их из подпространства вынырнул. Он сможет без подсказки найти дорогу до своего тела?
– Вот сейчас и проверим.
Они оба уставились на меня. Я помня о пролом, перестал тереть руки, раскинул их в разные стороны взлетая с этой тарелки, вот только полёт был недолгий, меня начало засасывать вниз. Я испугался и вновь хотел начать тереть руки друг об друга быстрее сводя их. Но я оказался пристёгнутым в кресле пилота, и по инерции махая левой рукой саданул ей об об угол панели приборов. Боль окончательно привела в сознание.
Я понял там интереснее чем кажется. Я ещё хочу туда. С тех пор я ждал каждого гипероперехода, иногда там встречал Китайского деда, иногда Сэнсэя. Они ничего прямо не говорили, только общались как будто меня нет, либо же размышляя вслух, опять так как будто я не слышу. Но подсказки то были.
– Ничего скоро страх пройдёт и ему сюда сложно попасть будет.
– Да, а он даже путешествовать тут не пробовал.
Точно, нужно хотя бы до грузовика дойти посмотреть, что там.
Меня притянуло сквозь стены и пространство во внутрь грузовика. Я походил по кабине, там сидело двое в креслах, и молчали. Обзор был закрыт экранами, значит мы ещё не выпрыгнули с подпространства. Обошёл все комнаты, экипаж состоял из девяти человек. Все сидели пристегнувшись на штатных местах и молчали. Вот тряска прекратилась. Мы вышли в системе.
– Ну всё пошли доиграем.
– Шим, брось. Заново давай. А то не знает никто, как с тобой играть, там уж фишек нет половина.
– Ну попробовать то стоило.
Я посмотрел, в другую комнату там, народ завалился спать дальше. А что будет, если я вылечу осмотрюсь. Я вылетел сквозь потолки и переборки.
Свобода! Красный карлик был далёким, около него вращались пару планет, ага значит тут остановки на перегрузку не будет, сразу разгонимся и дальше пойдём. Ух ты, а грузовик то не один, их два. И они идут под прикрытием фрегата. Я засмотрелся. Перестав ощущать своё тело, и меня тут же затянула воронка. Теперь я руками не махал. Просто немного подпрыгивал когда в тело возвращался.
Практически эти полёты ничего мне не давали. Да и полёты ли это? Или просто сон, больше смахивало на сон. Как проверить?
Пшикнула рация. Пилоты грузовиков иногда переговаривались со мной. Им тоже скучно лететь было.
– Нормально прыжок пережили.
– Да спасибо, не трясло даже.
– Ну давайте, осталось пару прыжков и на месте будете.
– Спасибо… А слушай, всё хотел спросить, Шим не на вашем грузовике летает?
– Есть такой.
– Всё мухлюет.
– Мухлюет, ты его от куда знаешь?
– Мир тесен, как то в таверне сталкивались, привет ему от Дикого.
– Сейчас погоди.
– Алё, да… Кто это.
– Здорова, не знаю помнишь не знай нет, в забегаловке как то тусили. Сам не помню где. Помню фишки ты смахнул со стола.
– Как ты говоришь тебя зовут?
– Дикий.
– А конечно помню, как ты сам?
– Нормально.
Фух пронесло, вот так ляпнешь, и не знай как потом отмазываться. Маленькая лож за собой большую тянет.
В дверь тарабанили. Про мелкую забыл, она всегда после прыжка прибегала посмотреть где мы, пока скорость ещё не набрали.
До следующего прыжка почти двое суток, а мне уже не терпелось, летать без всего. Это очень затягивает. Пусть даже во сне. Я по моему наркоманом становлюсь. Но если не наркоманом, то зависимым точно. Я уж думал мы не разгонимся никогда, но наконец рация объявила, о скором переходе. Я бегом закрылся у себя в кабине.
Вот снова гиперпереход выход.
Снова двое обсуждали меня.
– По моему он подсел.
– Да определённо, Вот же он обломается следующий раз.
– Да ничего, это хорошо, что подсел. Он будет пытаться сюда попасть.
– Угу, он ещё не знает что возможно сюда попасть не только во время гиперперехода.
– И путешествует он ограниченно, не думает что отсюда в любую точку попасть можно.
Ага значит, могу хоть куда слетать. Нука что там у меня в ангаре творится. Хотя стоп здесь что то не так. Я вернулся в кабину грузовика, он как раз только вошёл в систему. Пилоты спокойные и даже чуть сонливые вдруг встрепенулись. И заорали по рации.
– Глион видишь два пирата, на восемь часов.