332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Алексей Переяславцев » Исправление неправильного попаданца » Текст книги (страница 18)
Исправление неправильного попаданца
  • Текст добавлен: 15 октября 2016, 06:34

Текст книги "Исправление неправильного попаданца"


Автор книги: Алексей Переяславцев






сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Глава 24

С утра посыпались новости. Для начала ко мне подошла Моана.

– Профес, это вы должны знать. У нас, вероятно, появится информатор из группы Тофар-уна.

У меня хватило разумения задать лишь самые необходимые вопросы:

– Его ранг?

– Бакалавр. Он весьма серьезно болен, но лечение у мага жизни моего уровня ему не по кошельку. Я предложила услуги Арзаны и Ирины… хотя, между нами, как раз Ирине исцелить эту болезнь не под силу. Однако помочь магу жизни она вполне сможет… Меньше чем в три сеанса его не вылечить, это могу сказать сразу. Вот первая причина, почему я его выбрала.

– А вторая?

Моана явно поколебалась с ответом.

– Пришлось покопаться в его голове. Выяснилось, что почтенный придает большое значение деньгам. Кстати, риска для него почти что нет: я предложу ему бывать в Гильдии в определенное время и в определенном месте, а я буду проходить мимо.

Здесь все было понятно. Но в голову синичкой клюнула боковая мысль:

– Давно хотел спросить: как часто вы пускаете в ход считывание мыслей?

Моана искривила губы в какой-то безжизненной улыбке. С этого момента разговор стал приобретать пугающую серьезность.

– Сразу видно, что ты не маг…

Так я и думал! Раз она перешла на «ты», разговор будет крайне серьезный.

– …и не маг разума, в частности. Считывание мыслей – не то занятие, которому я предаюсь охотно. Для начала: этика магов разума крайне неодобрительно относится к подобным делам, если они производятся не в сугубо лечебных целях…

Аналог клятвы Гиппократа и это в себя включает? А я, остолоп, так и не удосужился выяснить!

– …хотя в нашем случае мы лишь защищались; во-вторых, эта работа сама по себе очень и очень непростая. Сарат как-то при мне обмолвился, что, дескать, студентам его курса крайне трудно давалось считывание памяти крысы; эта лабораторная работа считалась наказанием. Нисколько этому не удивляюсь; среди его однокурсников не было ни единого со специализацией в магии разума. Так вот как специалист могу тебя уверить: в абсолютном большинстве случаев с крысами дело обстоит проще, чем с людьми. Имею в виду – людьми со здоровой психикой. Душевнобольные – вот где истинно трудная работа… Предвижу твой очередной вопрос и сразу на него отвечаю: только алмаз твоей работы и позволил мне решиться на считывание мыслей покойного Рухим-ага. Да, прибавь еще порядочный расход энергии на уничтожение остаточных следов магии разума в чужом мозгу. Это применяется только в исследовательских целях, для чистоты эксперимента…

Похоже, Моане очень нужно было выговориться. И как же я этого не предвидел и не увидел?

– …и тоже стоит немалого труда. Эх… дело даже не в затрате энергии…

Пауза. Стараюсь дышать как можно реже и тише.

– …мы победили, но у нашей победы мерзостное послевкусие.

Вздох.

– Да, еще я должна особо тебя поблагодарить за изумруд.

Придется притвориться валенком.

– Чем он так хорош?

– Формой, конечно, но также… говорю тебе, ты не маг…

Будто я об этом забываю!

– …у него, понимаешь, магические свойства как нельзя более подходят к моим специальностям.

Цвет ее прежних изумрудов был куда менее насыщенным. Выходит дело, свойства с цветом связаны? Хорошо бы проверить… Но пока что придется поработать психотерапевтом.

– Моана, ты хорошо помнишь, что с тобой произошло по велению Рухим-ага?

– Не страдаю провалами в памяти. И вообще, не в нем дело, а в этом бакалавре.

– Ошибаешься, и не в нем тоже, а в Тофар-уне. Он сейчас нам не враг. Но может стать таковым очень легко. А если он будет врагом, то и вся Академия тоже. И ты знаешь это не хуже меня. Нам пока что нужен его нейтралитет. Вот для чего бакалавр.

– Все знаю, все понимаю, и все же…

Я успокоительно поворковал еще с пяток минут. А после этого вдруг пришел в голову поворот к теме полегче:

– Моана, как вы думаете, нашей команде нужны алмазы? Они еще называются Неуничтожимыми Кристаллами.

Ответ на этот вопрос был таким, до которого не додумался бы весь израильский кнессет:

– Вы научились делать Неуничтожимые Кристаллы???

– Нет, но спасибо за комплимент. А если без шуток, то теория создания искусственных алмазов есть, но от теории до практического воплощения… сами знаете, какая дистанция, к тому же такие алмазы, весьма возможно, будут очень низкого качества. Без магических свойств, я имею в виду. Тут другое: у меня есть сведения о том, где их месторождение. Дорога очень дальняя и, возможно, опасная, но туда добраться можно. Вопрос лишь, стоит ли на это тратить ресурсы.

Моана уже справилась с потрясением, теперь она снова была очень проницательным аналитиком с цепким и вместе с тем гибким разумом. То есть сама собой.

– Алмазы очень сильно повышают магический уровень – настолько сильно, что пускать их на сторону по меньшей мере рискованно. Вывод: они нужны только для членов нашей команды. И в запас. Ну или для подкупа в самых малых масштабах, но лишь на крайний случай.

– В таком разе напрашивается вопрос: а насколько именно они повышают уровень? Ну, скажем, для Сарата?

Моана призадумалась, потом тряхнула челкой.

– Он сам точнее бы ответил, но по моей оценке… примерно так: сейчас он с вашими прежними накопителями очень хороший лиценциат или магистр ниже среднего. С тем алмазом, что вы мне дали, – твердый докторский уровень. Особо отмечаю: по силе, а не по знаниям. Между прочим, пара цирконов вашей работы дают тот же результат.

– Я понял.

Чего уж тут непонятного. Сила мозги не заменит. Но вывод такой: группа магов в команде будет, вероятно, расти – значит, надо озаботиться алмазами, пусть даже некрупными. Как? Задачка…

Сцена, которую я видеть никак не мог

Толстяк Фараг прекрасно разбирался в посетителях. К этому обязывал род занятий: иначе он не смог бы в течение многих лет успешно заправлять трактиром, облюбованным почти исключительно магами.

Появившийся в дверях был в зеленом плаще. Не ахти какой высокий ранг, к Фарагу и доктора не гнушались наведываться, но! Судите сами, господа посетители: дорогие и превосходного качества сапоги (настоящий южный сафьян!), костюм из серого бархата, шляпа с кисточкой из барсучьего хвоста. А сверх того (и это главное) – та самая спокойная уверенность в себе, которая достигается лишь устойчивым и весьма высоким положением в обществе. Вот почему такого клиента трактирщик вознамерился приветствовать лично.

Фараг немного запоздал, но не по своей вине. При появлении этого мага решительно все посетители за всеми столами разразились приветственными криками. Громче всех оказалась группка бакалавров, именно к их столу этот важный лиценциат и направился, улыбаясь и вежливо кланяясь в разные стороны.

– Ребята, я по дороге в библиотеку, – радостно произнес Сарат (это был именно он). – Не возражаете, если сяду за ваш стол?

Осмелившийся возразить был бы немедленно и с позором вышвырнут из трактира, но такого безумца не нашлось.

Фараг, несмотря на габариты, появился у стола почти в ту же секунду. Надобно заметить, что он никогда не был подобострастен ни с кем, даже докторами магии. Эту традицию уважали все посетители.

– Если вы, достопочтенный, намерены отобедать, то я бы начал с нашего фирменного салата – вы ведь его знаете? – а продолжил телячьим жарким под луковым соусом с гречневой кашей. Могу также порекомендовать особо крепкое вино…

Тут в голосе трактирщика появились хвастливые интонации с рекламным оттенком:

– …последняя новинка, закупили на этой неделе. Подается исключительно в стеклянных стаканах! Первый – за счет заведения.

Я бы посчитал слово «стакан» преувеличением, скорее это изделие было «стаканчиком». Но меня там не было.

Ответ Сарата полностью соответствовал его внешнему виду:

– Насчет еды, старина, согласен. Что до напитка, то я его хорошо знаю. С лимоном?

– И с лимоном тоже есть. Прикажете подать? – Если толстяк Фараг и был удивлен, то спрятал эту эмоцию достаточно глубоко. Настоящий трактирщик, что вы хотите?..

– Две бутылки на этот стол. И надлежащее количество стаканов. Я угощаю. – Последние слова, разумеется, относились к бакалаврам и вызвали одобрительный гул.

Последующие четверть часа были полностью посвящены выпивке и закуске, почему и разговор относился к ним же. Еще столько же ушло на вопросы и ответы. Двух бутылок оказалось, по мнению Сарата, мало, и он заказал еще одну. Прикончили и ее. После этого разговор плавно переместился на полупрофессиональные темы.

– Сарат, ты, видно, телепортацию специально изучал? У кого?

– По книгам больше. Ну и один магистр помог тоже.

– Здорово у тебя вышло то заклинание, что на себя бросил! Мне Фудар говорил, что ты и вторую телепортацию использовал, для магии «Воздушного кулака».

Сарат ухмыльнулся про себя. Разговор без подталкиваний пошел в нужном направлении.

– Так ты что, решил, что я опроверг Великую Теорему Филада?

– Ну… типа того.

Вот ради этого момента все и затевалось.

– А ты видел тот кристалл, что я с собой принес?

– Нет, меня там не было, и Фудар не видел. Ходили разговоры, что он чуть не десять фунтов весил.

– Враки. Я не взвешивал, но не было там десяти. И девять-то под вопросом… Но в него было упаковано заклинание телепортации того самого сжатого воздуха, который и есть сущность «Кулака». Понимаешь? Не магический поток, а сам воздух. Скажу прямо, такое заклинание мне не под силу.

Это было правдой.

– Так, выходит, тебе его дали вместе с кристаллом? – догадался собеседник.

Ответная улыбка.

– Значит, у тебя все-все заклинания были в том кристалле? – уточнил другой собутыльник.

– Не, только те, что назначил командир.

Конечно же ответ был преднамеренно корявым.

– Понимаешь, в кристалл такого размера оказалось возможным заключить и «Воздушный кулак» вместе с заклинанием его телепортации в материальном виде, а еще телепортацию для меня, хотя командир заранее предупредил, что кристалл, вполне вероятно, взорвется. Это и произошло.

– У него что, таких много???

По всем признакам, знаменитый лиценциат хорошо набрался. Во всяком случае, в движениях его рук преобладал хаос. Да и речь несколько утратила четкость дикции.

– Кристаллов м-много. Такого размера и веса – лишь один и был. Од-д-дин.

Уважительное молчание.

За обед Сарат расплатился, достав пару золотых. Это еще прибавило рейтинга, который и без того был высок. Сославшись на необходимость идти в библиотеку, он распрощался и удалился почти твердой походкой.

Завернув за угол, обладатель зеленого плаща, выпивший лишку, вдруг сделался кристально трезвым. Этой магии никто не заметил, поскольку замечать было некому. Заклинание было уровня хорошего лиценциата.

Оставшиеся за столом бакалавры продолжили обсуждение подробностей сенсации, не утруждаясь заклинанием против подслушивания. И правда, чего зря энергию тратить? В этом разговоре никто не касался никаких секретных тем.

Наутро Хорот между делом заметил, что антимагические щиты уже на подходе: три готовы и еще два – через день (отлично!). У меня, в свою очередь, созрел план очередной ловушки для академиков. С этим планом я побежал к Сафару. У того как раз были весьма важные дела, а именно: держать красотку Хаору за обе руки, глядеть ей в глаза и нежно намурлыкивать что-то такое шепотом. Она, в свою очередь, прониклась важностью беседы, ибо слушала в оба розовых ушка и кивала с неопределенной улыбкой.

Отвлекать человека не хотелось до последней степени, но пришлось:

– Сафар, есть дело. Работа часов на пять или шесть.

Девушка проявила высочайшую понятливость и улизнула. Ее кавалер приготовился слушать.

– У нас ведь есть хороший запас кварцев, верно?

– Угу.

Поначалу я задумал просто дать Сафару задание на соответствующую обработку, но потом решил, что он сам вполне может внести в это дело некоторую долю фантазии.

– Нам нужно обмануть Академию…

Лошадиное лицо полыхает любопытством – насколько это вообще для него возможно.

– …и с этой целью я намерен рассы́пать в намеченном месте сколько-то кристаллов кварца, причем таких, чтобы часть граней была полированной, а остальные – нет, и лучше со следами излома…

Сафар явно погрузился в размышления, и мне пришлось замолчать во избежание сбоев великих дум. Наконец, он решился уточнить:

– Сколько таких?

– С десяток, не меньше.

– Сделать можно, вопроса нет. Но ведь кристаллы с частично полированными гранями будут стоить много дороже обычных. Расточительно такие выкидывать.

Полуголодное существование помнилось парню даже слишком хорошо. Жизнь научила экономить.

– Пускай себе. На подтверждение того, что я нахожу такие кристаллы в природных условиях, мне и золотого не жалко. А это будет…

В местном языке не было словосочетания «железное доказательство», поэтому пришлось изворачиваться:

– …доказательство твердое, как рубин. Ну вроде как я нашел богатую добычу из кварца, нужные выбрал, а ненужные выбросил. Понятно? Чтобы сразу было понятно, по какой причине выбросил. Но с условием: все кристаллы – разной формы, а общий размер – не более двух дюймов. И желательно один-два малых – скажем, полудюймовых.

– Но чтоб одного цвета.

– Вот-вот.

Так, задание выдано, теперь подумаем насчет подходящей пещеры. А кто вообще о ней знать может? Ясно, что не маги жизни. А какие? Маги земли? Так их у меня нет. Поспрашивать купцов, что ль? Нет, это народ очень прагматичный, им пещеры – а в абсолютном большинстве те прибыли не приносят – без надобности. Крестьяне? Постольку-поскольку, им разве что остерегаться, чтобы корова туда не забрела. И потом, крестьянский кругозор за пределы околицы редко выходит. Охотники? Реально, да только их в моей команде тоже нет. Солдаты? А вот это возможно. Пещера – элемент местности, применимый в тактике. Командному составу знать такие вещи очень даже желательно. А уж разведчикам так просто необходимо. И я через Тарека вызвал моих сержантов и старшину.

К моей большой радости, опрос довольно быстро выявил наличие пещеры сравнительно недалеко. Судя по описанию, на основе известняка.

Больше других рассказал старшина:

– Понимаешь, командир, она довольно большая, коридоры там с колоннами и всякое такое. То есть так мне говорили, я сам внутрь не попадал. Еще ходили слухи, что там собирались какие-то склады делать или убежища, но до этого не дошло. Местные эту пещеру не любят: ценного там ничего нет, а вот заблудиться можно. Говорят, двое мальчишек там потерялись, три дня искали, но нашли в конце концов. Бедняги здорово изголодались. Правда, воды в той пещере достаточно, это так; ручьи там есть, даже озерца, да и колодцы случаются – провалы с водой, я хочу сказать…

Вода мне как раз и нужна. А Хагар продолжал:

– …кристаллы пробовали искать, но жил не нашли, сколько знаю. Кварц – да, встречается, да и то его там нелегко даже разыскать, уж не говорю о добыче. Вот еще помню: рядовой Хамун-эф притащил оттуда кристалл с ладонь длиной, мы показали его на рынке, но купец сказал, что для магии плохо пригоден, и предложил пять медяков. Так Хамун его себе на память оставил, а потом его сестре кристалл отослали вместе со всем прочим имуществом…

– А тот кристалл, он какой формы был?

Старшина напряг память:

– Такая острая пирамида с двух концов, посередине вот такие грани… – Хагар, помогая себе пальцами и ладонями, попытался изобразить. Получилось не очень-то понятно. На каменную соль точно не похоже. Ну да ладно, что гадать. Если попаду в эту пещеру, то увижу.

Что ж, если верить описанию, этот объект подойдет для моих целей. Я поблагодарил моих дружинников и отослал их. Осталось спланировать поездку.

Этот план побил все рекорды. Бывает, что планы идут наперекосяк при попытке их осуществить. Иногда планы рушатся еще ДО того, как их начали проводить в жизнь. Но данный план рассыпался в прах прежде, чем вообще появился на свет.

– Письмо! Командиру письмо! – закричали два женских голоса от парадной двери. Я хотел было пойти и получить, но Ира меня опередила и торжественно внесла запечатанное послание.

Поскольку письма я не ждал, то, сломав печать, прежде всего поглядел на подпись. Она ввергла меня в остолбенение. На ее месте красовалась формула: С 2Н 5ОН.

Наверное, я не уследил за лицом. Голоса вокруг меня стихли.

– От кого? – вдруг спросила Ира.

– От женщины… кажется.

Не стоило так отвечать. Пара симпатичных ушек выросла в размерах, по меньшей мере, вдвое. Но закритическое возрастание женского любопытства и личной заинтересованности я пресек распоряжениями:

– Старшина, вызови лейтенанта ко мне в комнату. Ира, всех магов – туда же. И сама приходи. Дело намечается серьезное.

Глава 25

Пока все нужные пришли, я прочитал письмо со всей тщательностью. Так… есть о чем поговорить.

Собрались. Я рассказал о том, как в свое время в Хатегате меня пыталась захватить разведка Повелителей, как я от нее отбрыкался, кем себя представил, а особо – о той интересной даме, которая без приглашения залезла ко мне в комнату, в результате чего обрела украшение в виде великой и приснопамятной химической формулы на щеке, а также мое устное пожелание более в Хатегате не появляться.

Закончил же я так:

– Именно этими рунами, значение которых известно лишь мне, подписано письмо. Содержание же его таково: до моего сведения доводится, что в ближайшие три или четыре дня намечается рейд за рабами по известной мне дороге, причем целью являются известные мне деревни. Далее: меня уверяют, что данный рейд предполагается осуществить отнюдь не силами тех, кто проводил подобный рейд в прошлый раз. В общем, этим письмо исчерпывается. Датировано позавчерашним днем.

Я обвел глазами собравшихся. Только Арзана и Торот были в явном недоумении, но это понятно: не привыкли к моим методам. Ничего, им потом объяснят, или же сами поймут. Я продолжил:

– Сразу откомментирую: Хатегат и часть побережья вблизи него относятся к зоне острова Стархат. Именно подчиненные вождя Тхрара пошаливали там время от времени, именно им когда-то досталось от наших людей. Две боевые группы были полностью уничтожены. От себя еще добавлю: насколько мне известно, у Тхрара по сей день нет никаких прямых доказательств нашей причастности к тем делам, хотя он вполне мог нас вычислить. А теперь начинаем сбор мнений и предложений. Ирина, говори.

Моя умница закраснелась (в меру) и выдала:

– Мне бросилась в глаза осторожность письма. Хотя Гильдия гонцов гарантирует сохранность переписки, но отправитель ничего не указал прямо. Следовательно, он очень опасался, что письмо могут понять посторонные умы. Кто его враги, я не знаю. Но при планировании контрдействий… если таковые будут…

«Набралась умных слов и применяет по делу», – признал я мысленно.

– …надо учитывать это. И еще… я думаю, лучше было бы, если о нас не узнали. Ради осторожности.

– Мнение понятно. Арзана!

Волнение достопочтенной было видно сразу и без усилий. Но у нее хватило ума понять, что отнекивания пользы не принесут, поэтому она заговорила по делу, хотя и с запинками:

– Я вот думаю… э-э-э… рабов будут ловить в деревнях… значит, и жители и землевладелец будут нам обязаны… то есть мы можем приобрести союзников. Я хочу сказать, отпор налетчикам нам выгоден… извините.

Ну да, она же почти ничего не знает о наших делах с казаками.

– Шахур, что скажешь?

У того уже был порядочный кусок информации, поэтому он ответил с некоторым апломбом:

– Думаю, надо организовать помощь местным, не вмешиваясь впрямую. Те же антимагические щиты, к примеру; даже винтовки. Предполагаемые жертвы налета сами дают сдачи охотникам за рабами, а мы вроде как и ни при чем.

Шахур прервался, чуть подумал и добавил:

– Нет, Повелители, конечно, догадаются, что деревенским кто-то помогает. И пусть себе гадают. Умело организовать местных – так нас ни за что не вычислят. При удаче все налетчики будут перебиты, тогда и вовсе никто и ничего не найдет и не докажет.

– Ясно. Торот!

Мне показалось, что магистром больше всего двигало любопытство: он явно никогда раньше не присутствовал на подобных совещаниях.

– Мне кажется, что выгодным вариантом будет использование чисто магических боевых средств. Никаких там луков с арбалетами. Тогда нападающие (если вообще кто-то выживет) решат, что отпор им дали Дикие маги. Какие у тех могли быть соображения, догадаться вообще нельзя. Может быть, там месторождение очень ценных кристаллов. Или договор с деревней. Или еще что. В дальнейшем с Дикими поопасаются иметь дело – а нам того и надо.

Мне такой вариант в голову не приходил, и я мысленно похвалил умного магистра.

– Понятно. Сарат, что скажешь?

Вот кто в курсе практически всего, потому и ответ был хорошо обдуман:

– Нам выгодней перебить всех…

Такая жесткая позиция требовала объяснения, и оно тут же последовало:

– …если мы оставим кого-то в живых и дадим ему ложную информацию или даже ложное представление о себе, то всегда есть вероятность, что умный аналитик Повелителей (какой бы это ни был остров) догадается об истинном положении вещей. Если не останется никого, будет полная неизвестность. Она пугает больше всего. Нам это на руку. В самом худшем (для нас) случае эта неопределенность даст выигрыш времени. Вполне возможно, вождь поопасается снарядить еще один налет, потому что этак никаких войск не напасешься.

– Спасибо. Тарек, что скажешь?

Неявным образом Тарек был поставлен (в данном случае) ниже Моаны в табели о рангах, но лишь потому, что та была явно сильнее в политике, а вопрос в данном случае был скорее политическим.

Министр обороны не подвел, что и ожидалось:

– С тактической точки зрения осуществим любой из ранее предлагавшихся вариантов: можно перебить нападающих на выбор частично или всех, причем если в ход пойдет наше оружие, то боестолкновение пройдет без потерь с нашей стороны. К засаде можно доставить два гранатомета. Этого достаточно, чтобы уничтожить любое разумное количество судов, каковы бы те ни были. Если будет принято решение о том, чтобы отпустить часть нападающих, то я бы принял следующую вводную: наш командир не должен говорить ни с одним из них, потому что его произношение очень уж узнаваемо, а лучше вообще с ними не встречаться, ибо вполне возможно, что описание его внешности противнику уже известно…

А вот тут лейтенант кругом прав.

– …наше оружие нельзя показывать противнику и даже союзникам, в противном случае сведения о нем могут утечь на сторону; по той же причине действовать должны мы, а не жители деревень. Деревенским нельзя давать наше оружие еще и потому, что у них сразу же возникнет соблазн использовать его для подчинения других деревень. Хорошо бы заручиться помощью тех ребят из егерей. Не для боевых действий, а для слежки. Уж с этим они справятся. Далее, при подробном планировании прошу учесть, что мне гораздо нужнее быть не там, а в нашем новом поместье, потому что именно на мне и ни на ком другом лежит задача создания обороны. И последнее.

Значительная пауза.

– Мой боевой опыт говорит, что планы суть создания короткоживущие и хрупкие. При подробном планировании мы должны учитывать, что обстановка может круто измениться, и быть готовыми к таким изменениям.

– Предложения ясны. Моана, вам слово.

Отдать должное: та сразу включила свой талант аналитика.

– Ни на одном из наших магов не должно быть ленты или цветного плаща, тогда подозрение в соучастии падет на Диких. Магов противника, сколько бы их ни было, в живых оставлять нельзя, потому что иначе они в дальнейшем смогут дать хоть какую-то зацепку по нашим магам и нашим методам. В идеале не следует вообще применять наше оружие, хотя есть риск, что при использовании стандартных заклинаний вражеский маг может уцелеть, используя стандартные же щиты. Если будет все же применено наше оружие, то максимально скрытно. Я не исключаю наличие соглядатаев от Диких, а им знать про наши возможности совершенно необязательно. Требую исключить применение магии смерти. Сведения могут просочиться в Гильдию, и уж это нам точно не нужно. Помимо того, считаю, что присутствие нашего сударя лейтенанта…

Изысканный, хотя и не без иронии, поклон в сторону Тарека. Ответный безупречно вежливый поклон.

– …в ходе этой операции вполне допустимо. Слишком сильный резонанс вызвал поединок, а главное: слишком много осталось непонятных моментов. Нападение на новое поместье считаю крайне маловероятным. Вывод: образование группы охраны – дело хоть и необходимое, но оно может чуть подождать. Последнее: мне ясно, что письмо имеет целью подставить кого-то из соперников вождя острова Стархат. А вот кого – тут можно лишь гадать.

– Спасибо. Ирина, Арзана, Шахур, Торот – вы свободны. Остальных прошу остаться обсудить кое-какие мелочи.

Очень сомневаюсь, что хоть один из оставшихся посчитал последующее обсуждение за «мелочь». Мы составляли план, стараясь учесть все возможные ответвления. И все равно не смогли предвидеть неожиданного поворота.

Наша группа выехала на место следующим утром. Я учитывал возможность быстрой организации рейда. Первым пунктом плана значился сбор информации от егерей-пограничников.

Видимо, те заметили нас раньше, чем мы их. Во всяком случае, они не скрываясь выехали навстречу. Люди и собаки были мне знакомы. При виде Сарата Тунда почти приветливо шевельнула хвостом.

Мы заранее условились, что все переговоры поведет Тарек. Тот, хотя и был старше в чине, поздоровался первым:

– Доброго дня, погранцы.

– И тебе, разведка.

– Поговорить бы надо, сержант.

– Давай под ту сосну, как в прошлый раз.

Даже издали заметно было, как мрачнеет лицо лейтенанта. У меня сразу же зародилось нехорошее предположение, которое тот и подтвердил, подъехав после разговора:

– Опоздали мы, командир. Вчера был налет на Ржавую Горку. Две лодки. Захвачено примерно пятнадцать человек.

Выходит, автор письма промахнулся в сроках. Это бывает. А что нам сейчас делать? Не в наших силах поймать рейдеров, если они ушли вниз по реке. Но они могут повторить налет. Или не могут? Это я и спросил.

– Повторить рейд можно: если рассчитывать на такую же добычу, то тридцать рабов «змей» спокойно вместит. Другое дело, что деревенские совершенно точно будут настороже. То есть для Повелителей риск чуть больше. На их месте я бы…

Тут Тарек чуть прищурился и упер взгляд в горизонт.

– …я бы или осуществил нападение как можно скорее, или вообще от него отказался. Если выжидать, то может произойти какая-то случайность, которая… короче, испортит все дело.

Тарек поблагодарил егерей и распрощался с ними. Те бросали любопытные, чтобы не сказать больше, взгляды на тюки с нашим снаряжением, но вопросов не задавали. Я, в свою очередь, прикинул варианты.

– Тогда ставлю задачу. Мы не можем ограничиться предупреждением Повелителям, поскольку они уже совершили противоправное действие…

Почему-то моим спутникам это словосочетание показалось очень забавным. Большинство с трудом удержалось от смеха. Ладно, потом выясним, почему так.

– …значит, требуется уничтожить всю боевую группу. Знаю, о чем ты думаешь, Тарек: кто-то может и сбежать. Пусть так, но этот «кто-то» не должен быть ни командиром группы, ни магом. Их брать на прицел в первую очередь. Сарат, проверь, можно ли отследить работу весел. Тебе в помощь будет Гюрин, ему дадим бинокль. Как давать сигнал, ты помнишь. Комендор Вахан!

– Я!

– Сколько нужно людей для переноски двух гранатометов?

На самом деле я знал ответ, но спросить следовало для поднятия авторитета младшего командного состава.

– Трое и еще один для боеприпасов.

– Возьмем четверых, я буду пятым. С моей помощью оборудуешь позиции, да не забудь замаскировать как следует. Сержант Малах, ты будешь стрелять из второго гранатомета. Еще притащим винтовки для всех, после разрушения лодок наверняка найдутся такие, что попытаются уйти вплавь. Но вы еще раз пройдетесь очередями по тому месту, где могут быть люди. Если их оглушить – не выплывут. Да, все возьмите с собой антимагические щиты. Защита несовершенная, но все лучше, чем ничего.

К тому, что было сказано, еще прилагались одеяла. Весна – это все же не лето. К тому же я поопасался разводить костры. Я сам был нужен, чтобы пробить дороги в Черной земле.

Кто сказал, что ожидание – нудное дело? Лгун он, право слово; врун из лжецов. Ничуть не было нудно ожидать противника, одновременно подготавливая огневые позиции. Напротив того, мне еще понадобилось следить, чтобы люди не умотались до состояния, когда засыпают на ходу. Вместо них умотаться пришлось мне: требовалось лично посетить все места, где могут ступить мои люди.

К позднему вечеру засада была оборудована. Первой линией обороны были наши наблюдатели. Их задача – не из сложных: услышать или увидеть приближение противника и дать сигнал. Сарат клялся, что тоненький писк магического пеленгатора услышит даже в сонном состоянии, но на всякий случай при нем был дублер. На того была возложена задача оповещения нашей главной батареи. Сигнал подавался большим белым платком из-за громадного валуна, чтоб не увидели с реки. В последний момент я подумал, что красный был бы лучше, но его некогда искать. Второй линией обороны была пара стрелков (Тарек в том числе). Они располагались метров на двести ниже по течению и имели задачу отстреливать тех, кому удалось бы уйти из-под основного удара.

Место для засады выбирали мы с Тареком, причем он признал, что мое как бы не оптимальное. Это посередине плеса с медленным течением; выше него близко к нашему берегу было скопление камней. Не ужас какая опасность, но я бы ее обошел, уйдя под дальний берег. А ниже плеса у дальнего берега начинался каменный перекат, очень мелкий. Расчет был на то, что если кого зацепит, то человека вынесет на этот перекат, а на нем скрыться весьма проблематично. При глубине в четверть метра нырнуть трудновато. С утра солнце должно светить нам в спины, то есть слепить тех, кому бы вздумалось поглядеть на наш берег. Сам я расположился с арбалетом еще ниже. Нашелся на каменистом берегу естественный окопчик, там даже работать лопатой не пришлось.

Само собой разумеется, что первым открывать огонь должны были гранатометчики.

Вот после этого пришлось ждать. Я со спокойной совестью задремал, так как по состоянию реки видел: это место ночью непроходимо. Так говорил мой байдарочный опыт.

Разбудил меня солнечный лучик, подогревший ухо. Быстрый взгляд показал, что ничего не изменилось. Позиции ребят были вроде как незаметны со стороны реки. Сначала я мысленно похвалил себя за тщательность и аккуратность. Потом в голову пришла мысль, что вернейший способ что-то упустить – это зазнаться, решив, что улучшать уже нечего. И я принялся ставить себя на место противника и прогонять варианты действий. Паранойя мерзко хихикала и твердила, что чего-то я недосматриваю. Разумеется, не было сказано, чего именно.

Уголком глаза я вдруг увидел движение на реке. Так, первая лодка. Через считаные секунды из-за поворота показалась вторая. Где сигнал? Да ведь его я и видеть не могу, тут без вопросов. Надеюсь, ребята не проспали… Лодки форсируют перекат не слишком ходко, там течение особенно быстрое. Сейчас их рулевые повернут в сторону дальнего берега… уже повернули. Осталось минуты две, не больше.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю