Текст книги "Грозовой Форт. Санкрам (СИ)"

Автор книги: Алексей Ар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 6

Вторая смена блюд, а глаза у бойцов все еще голодные. Хотя на первом заходе закинулись от души – в подачу вошла горячая ароматная солянка, сделанная, признаюсь честно, из непонятных ингредиентов, и жаркое под соусом, острота которого приятно стимулировала вкусовые сосочки.

В целом, нареканий к заведению нет. По настоянию Школяра выбрали новую точку общепита, конкурирующую с «Чревом». Как по мне большой разницы нет. Кирпичная башенка на три этажа с двумя закрытыми залами и одним, вынесенным на верхнюю открытую площадку. Вроде как с видом на красоты Хаоса – когда клиент вознесен над суетой и может под закусь полюбоваться на человечков, снующих по улочкам в труде и вечной занятости.

Ресторация, которая, к слову, так и называлась – «Башня», ориентировалась на средний ценовой сегмент, если верить меню и дежурным улыбкам обслуживающего персонала. Третий этаж выдавался за изюминку и шел по завышенной цене -для избранных, в число которых вошла смена после коротких переговоров агента и хостес. Но легион и вправду платил щедро, потому как улыбка менеджера не только не угасла, но и приобрела откровенные хищнические нотки. Больше услуг богу услуг.

Минут через пять, как бойцы расположились, управленцы выгнали в зал щупленькую девицу с двумя короткими хвостиками – она примостилась в уголке и забренчала на гитаре, мурлыкая незатейливый мотив. Умник запал и пришлось его слега повернуть к парящим тарелкам.

Сервис, сука. Незамутненный и радостный. А главное вкусный, о чем свидетельствовало урчание желудочно-кишечного. В довесок душу грело удачное посещение купален Софочки и Маркет-Форта Седого, где смену обслужили без лишних вопросов. Хотя Седой выказал удивление, а затем злобно матерился, принимая на обмен покореженные доспехи. Но на контакт пошел с охотой, и выдал рекомендации для посещения кузнеца, сотрудничающего с маркетом. Думаю, туда отправлю бойцов – пусть разбираются самостоятельно, что подлатать, где подтянуть и кого поиметь. Тощий за Марту пасть порвет– можно не беспокоиться.

По итогу, затарились добротно – не по высшему классу, но ровно столько, сколько необходимо. Излишества не люблю – размягчают волю и засирают мозги, что перед заданием неприемлемо. Единственным товаром, прошедшим сверх ожидаемого, стала мобильная печурка, заделанная на адхарах. Фон из пиро и аквы, учуянный инсталляцией, немного озадачивал, но конструкт выглядел предельно простым – керамическая коробка 50 на 50 с нагревательным диском на верхней грани. Из управления только короткий рычаг: дергаешь вниз – элемент нагревается, поднимаешь вверх -охлаждается и довольно шустро. Как по мне, простота устройства лишь видимость, но внутрь не залезть, не полюбопытствовать – конструкт монолитен, вроде ноу-хау от Древней, а любопытные пошли в жопу.

Фрау, как увидела покупку, замерла, похлопала губами, а потом припала к девайсу и судя по взгляду, могла отгрызть любую неосторожную руку, что покусится на агрегат. Бойцы тактично промолчали, а Шесту, открывшему рот, Замес куда-то стукнул, и они резко переключились на обоюдное шипение.

Кулинар и сейчас, сидючи за столом, косилась на рюкзаки, сложенные у пристенки. Остальные изыски побоку, а вот ПНЭ-2 -переносной нагревательный элемент модификация 2 – притягивал ее как на веревке. На отмытом лице прям азарт и детское желание опробовать игрушку. А еще на том же лице ссадины и синяки, что, не побоюсь, сука, повториться, подчеркивают брутальность бойца.

Я пригляделся к чавкающим подопечным. Картинка, конечно, на загляденье – чистое бельишко откровенно контрастирует с набором гематом. А мужики еще и щетину соскребли. Щетина правда жиденькая, волосяной покров на зоне ведет себя не адекватно, но худо-бедно скрывает синяки, а теперь свету явлены прям расписные мольберты. Но, как и говорил, образы должны работать на имидж – хрен кто сунется к правильным пилигримам. Хотя контингент в «Башне» разношерстный и непонятный – бросовых элементов и маргиналов нет, все при повседневно-парадном, но на лицах отпечатки достатка мешались с хищным оскалом прожженных деляг и наймитов. И взгляды, сука, особенные – цепляющие в попытке помериться эго. Чмо ты или право имеешь – сидеть на третьем фешенебельном этаже, любуясь сложным рисунком окрестных крыш.

Я закинулся куском мяса, завернутым в лист жухлого салата, и вновь посмотрел за резное деревянное ограждение. Когда-то замысел владельцев заведения служил во благо, но сегодня за силуэтами домов, отсекающих зону Цербера, виднелись столбы дыма. Что-то пылало в мертвом городе, чадило, подпирая небеса, а по асфальтовым дорожкам, смею предположить, растекалось красное, сворачиваясь от жара.

Революция. А мы жрем. И нам, сука, хорошо.

Помылись, переоделись, затарились, и напитываемся калориями на второй смене блюд. Школяр, по понятным причинам присоединившийся, не отстает и жадно хлебает, как не евший. А может так оно и есть – на службе у Гниша смерть ближе полдника. А тебя Джимми вновь понесло. И еще немного бесят взгляды пятерых крепких ребят через два столика – черти не понимают кто мы, зачем мы и почему мы.

Тощий, рассказывавший сто первую байку и уже окончательно завравшийся, на секунду умолк, чтобы намахнуть из стакана, и я воспользовался, спросив у Школяра:

–Почему Башня?

–Чего? – Агент захлопал глазенками из-под повязки.

–Почему Башня?

Возникла чутка напряженная пауза.

–Командир задал вопрос, – Шест отстранился от стакана и резко перестал напоминать добродушного скелетика.

–Кормят вкусно, да и с ценами не загибают, – пожал плечами Школяр. – Мне же потом отчитываться. Легион, конечно, щедр и все такое, но за перерасход трахает не задумываясь.

–Понимаю, – согласился я. – Тогда скажу по-другому. Просто ткни пальцем в тех, кто не люб агентуре.

Школяр насупился, попытался разыграть попранное достоинство, но быстро сдулся и молча ткнул пальцем в заявленную ранее пятерку. Прям угадал с первой попытки.

–Мне сходить? – осклабился тощий.

Я отрицательно качнул головой, и повернулся к пятерке – все как встарь, только ностальгии по ушедшему нет. И мне хочется сожрать еще кусочек – чтобы прочувствовать квинтэссенцию жизни среди пирующей смерти. Сука, как же кроет.

–Джентльмены, – окликнул я дерзких. -У вас есть вопросы к нам или к этому товарищу, – указал на Школяра.

Дерзкие переглянулись, подумали в легком показном недоумении. Один, ближний, отставил рюмашку и уточнил:

–А ты кто?

–Я Джимми.

–Не слышал. А вы, парни, слышали? – Дождавшись отрицательных жестов, говоривший сообщил: – Тебя не знают, Джимми. Вот я и спрашиваю – кто ты, борзый цивил?

Прям по накатанной. Вот только уже не знаю – бодрит ли ситуация?

–Хочу сходить, – почти в унисон объявили Шест и Замес.

–Две секунды, – прищурилась Крыса. – Даже не успеют понять.

Одно «но» – оппоненты, судя по прикиду, успели потоптать город и не все их дела отличались праведностью. Школяр выглядел отчего-то задумчиво, но страха не демонстрировал. Очередная схема Гниша? Или инициатива проштрафившегося агента?

–Че молчишь? – упорствовал дерзкий. – Я Колесница.

Понятнее не стало. Официантка, мявшаяся у лестницы, споро улизнула вниз.

–Типа Легион оплатит? – выказал я сомнение. Школяр чутка напрягся – не иначе смекнул, что последствия могут выйти далеко за рамки.

Дерзкий, не дождавшись ответа, поднялся с грацией отбойника и обозначил шаг. А раз мужик поднялся – мужик сделал. На втором шаге ему прилетело кувшином – в лоб. Как говаривал инструктор номер 7, неплохо владевший рукопашкой, но еще лучше стрелявший – зачем красиво махать кулаками, если попадать кирпичом с 20 метров.

Дернуться успели только двое из чертей – обозначили подъем и застыли. У первого за спиной замерла Крыса, полноценно притерев Малюту к вражескому кадыку. Ко второму успел я, исполнив вертлявый маневр-юлу – обогнул оседавшее тело и чутка ткнул оппонента кончиком ножа за ухом.

Дружно грохнули стулья – смена №7 на ногах и готова убивать. Прям реально готова, я усмехнулся. И коротко лязгнул словами:

–Сегодня плохой день для смерти.

–Да брат, плохой, – отозвался один из дерзких – тот, что остался сидеть. Возрастом упырь постарше остальных. Сидит, цедит напиток и сохраняет лицо. – Колесница погорячился. Не против если мы уйдем?

У выхода замер охранник в позе повышенной готовности и рыскал взглядом по композиции тел, не решаясь проявиться.

–Вы поели, попили? – спросил я вежливо, отстраняясь от противника. Кивнул Крысе, и она спиной вперед ушла к столу, не отводя взгляда от цели. Ее противник чутка сбледнул. Ну а кто бы не сбледнул? Тут вообще обосраться можно.

–Не перегибай, не надо, – попросил мужчина, поднимаясь. Поймал взгляд Школяра и кивнул: – Гнишу привет. Послание принято.

Ситуация себя исчерпала, толком не начавшись. Я вернулся к столу, укоренился на табурете и, окинув взглядом пестрые красоты Хаоса, повернулся к замершему агенту:

–Услуги смены не бесплатны. К вечеру жду десятку био на пятерку.

–Дорого… – начал Школяр, но тощий положил ему руку на плечо, и мужчина закусил губу от боли.

–Мне насрать, с чьей подачи мы оказались в Башне, – пояснил я. – Но не будет платы, приду к Гнишу и выкажу недоумение. Как понял?

–Отчетливо, – агент вывернулся из хватки тощего. – Для справки, это конкуренты конторы, и я дважды словил из-за них пулю.

–Вы же вроде безопасность? – искренне удивился я.

–А они, по-твоему, кто? – выпучился Школяр. – Но ты прав, вечером принесу адхары, а может и бонус какой от Гниша подкину. Крысеныши у него уже в печенках.

–Что сказал? – ровно переспросила Крыса, поднимая на мужчину опустевший взгляд.

–Ты чет не вывозишь, – усмехнулся я, похлопав напрягшегося агента по плечу. Жестом успокоил мелкую. – Давайте-ка закругляться, пока еще не прилетело.

Щколяр, почувствовавший, что немного проштрафился, изобразил на лице участие и торопливо спросил:

–Реально пойдете к Грозовоу-9?

–Не исключено, – пожал я плечами. – Хочешь что-то сказать?

–Зона спорная. С одной стороны, если не косячить и чтить правила, то проблем не будет – девятая когорта из образцовых, правильного цивила в обиду никогда не даст. Но если чутка оступиться, пиздец – Валькирия рубит, не раздумывая. А вы, вроде как, не самые законопослушные цивилы.

–Отмечено, – равнодушно сказал я, взглядом намекая смене, что пора подчищать тарелки.

–Ну и хрен с вами, – осел на стул агент. – Для сбора у Грозового-9 рекомендую производственный комплекс «Победа», дрожь там лупит постоянно, но местечко немного стремное – неуютно там, зудит что-то по нервам, точно за тобой подглядывают из развалин. Но в плане сбора место официально поддерживается легионом, и лишних вопросов никто не задает. – Школяр хмыкнул и добавил: – Если платишь налоги, конечно.

–Информация полезная, – признал я. Смене необходимо влиться в стандартный поток мусорщиков, что, учитывая последние события, несколько затруднительно. Внимания легиона не миновать, так пусть оно, для разнообразия, случится в штатном порядке.

–Идите, – сказал безопасник и покосился на бдительного охранника. – Я утрясу тут пару вопросов.

Было бы предложено, камрад, было бы предложено. Рюкзаки на плечи, последние крохи еды в рот и алга – на выход в серость дня, напитанного тревожным людским гомоном. Жизнь продолжалась – лоточники демонстрировали товар, зазывалы пели дифирамбы сонму лавок, десятки сделок звучали повышенными тонами участников.

По первости, после скрипа мертвого города шум раздражал, но свыкнуться можно, хотя и не хочу. В подобных местах внимание плывет, нарушая целостность контроля.

Выбрались на магистральный тракт и стало полегче – знай уступай дорогу телегам и шагай, шагай, шагай. Патрулям, в силу приличного вида, смена не интересна, рядовым цивилам – тем более. Хотя Фрау подозрительно косилась на каждого, кто приближался к ней и ее великолепной ПНЭ-2, которую она не выпускала из рук. Тощий косился, порой закатывал глаза, но видел предупреждающий огонек в глазах друзей и молчал.

В вольере царила относительная тишина – легионеры, приписанные к охране, вяло обозначили потуги строевой подготовки, караульные сидели на лавочке близ ворот, стойко игнорируя окружение, цивилы рассосались по работам, оставив у костров стариков. Смотрящий, судя по легкому дымку, курившемуся над фургончиком администрации, продолжал отшельничество, но точно не скажу. Может статься, Фредерико уже на докладе у начальства и отгребает дежурные подачи. Ведь что-то гложет человека, но хочу ли знать суть проблемы?

–Тащите груз в дом, – распорядился я.

Минут за десять справились и замерли перед домиком в ожидании. Лады, разочаровывать не стану. Я усмехнулся, вызвав в рядах смены нервное подергивание.

–Отгоните Марту к кузнецу, о котором толковал Седой. Заодно изучите возможности кузни на предмет необходимого смене. И до вечера свободны. Развлекайтесь. И если говорю свободны, значит раньше темноты никого из вас видеть не хочу. Но за каждый косяк спрошу, имейте ввиду.

–Пригляжу за ребятами, – объявила Фрау и поспешила догнать бойцов, сорвавшихся на вольные хлеба. Им нужна разрядка -то дело святое, да.

А мне надо побыть одному – утрясти мыслишки, перетереть тревоги и чутка успокоиться. Потому как хотелось вернуться к Гнишу и вновь поломать очкодаву яйца. В инициативном, сука, порядке.

Вдох, выдох, Джимми.

Я принялся за разборку и сортировку груза. Лучшая медитативная практика, если спросите. Руки делают, башка отдыхает. За монотонной механической работой можно провести часы, отсекая тревоги реальности – проинспектировать запасы, почистить оружие, подогнать амуницию и повторить, не задумываясь. Перекусить, сполоснуть посуду и повторить, не задумываясь. Функция чутка торкала в такт активности – вроде подбадривающего дружеского хлопка по плечу.

С вечерним сумраком приперся Фредерико и Гниш. Смотрящий, зыркнув недобро, убыл в расположение, а Гниш обозначился на пороге обители смены. Молча протянул блистер с био. Я принял и не глядя запихнул в ближний рюкзак.

–Моя инициатива, – проскрипел белобрысый. – Школяра не вини.

–Хотел показать зубки? – обозначил я интерес.

–Старая тема, – насупился безопасник. – Чартер вмешиваться не хочет, в Первой свое закулисье… И какого хера я вообще тебе об этом рассказываю?

–С утра уйдем на сбор, – кивнул я. – К Грозовому-9.

–Фредерико утверждает, что я тебя недооцениваю, – прищурился мужчина. – А Фредерико повидал многое.

–Чаю будешь?

–Нет.

–Тогда отвали.

Гниш ушел резко, пробормотав что-то неразборчивое. Убедился, что со стороны смены претензий нет, вопрос по первости закрыт и можно вернуться в логово, чтобы продолжать плести паутину, пока борзые пилигримы не мозолят глаза. Могу покляться, человече надеется, что Валькирия прикопает нас по-тихому и плохо контролируемая переменная покинет уравнение.

К часу, обозначенному жарким пламенем бочек и трепетом костров, вернулись бойцы -довольные, оживленные и попахивающие гормонами. Сарайчик наполнился шумом от потока рассказов и впечатлений. Я терпеливо слушал. Единственное, намекнул Фрау, что пора задуматься об ужине, а точнее – поиграться с новым приобретением.

–Сиськи – во, задница – во и умеет складывать числа, – выдал тощий.

–Что-то с тобой не так, – философски отметил умник, пристроившийся за столом на соседнем табурете.

–Ужинаем и отбой, – решил я внести конструктивного. – С утра уходим к ячейке. Поклажи возьмем минимум – ровно на сбор.

Ива одобрительно покивала. А раз дивчина согласна, планы достойны, хотя мнения подопечных не спрашивал. Смена уйдет с легендой, оставив за спиной большую часть груза – типа рядовая миссия, никто не тревожится, все дела.

Утро началось с кротких сборов. Необходимые обвесы подготовлены заранее – оставалось только закрепить и убедиться, что бойцы настроены правильно. Но в этом плане они уже поднаторели – опыт льется рекой.

Я прошелся перед выстроившейся сменой – подергал там, потрогал тут, подправил, подтянул, хотя от нареканий воздержался. Азы бойцы постигли, дело за практикой. Так что будем поспешать – Муэрте заждалась.

Короткая команда сорвала смену в быстрый размеренный шаг. Ритм достойный, выверенный – на маршруте хватит нескольких коротких перерывов, чтобы восстановиться. Но в любом случае форсировать не станем – ни к чему. 10 циклов обозначены директивным заданием и рвать жопы в непонятном стремлении – чистый моветон. К тому же, спешащий цивил вдвойне подозрителен.

Одолев короткий участок магистрального отворота, выбрались к обжитым секторам Преисподней и немного притормозили. Обычная дневная суета работяг, пытающихся выжать крохи из развалин и наладить подобие быта, сильно сбавила в интенсивности – если угодно, стала фрагментированной. Скрипы, перестуки и глухие голоса звучали отдельными редкими очагами. А криво сколоченные времянки, живописно вписанные в обвалы домов, точно затаились в попытке ускользнуть от недоброго взгляда. И патрулей меньше обычного. Хотя плюсом отметил несколько команд, шедших параллельными курсами и быстро затерявшихся в сплетениях проулков.

–Ходят, – прокомментировал тощий.

–А нам не похрен? – вскинулась Крыса, приглядываясь к темной норе безликого парадного.

–Меньше шансов, что на нас обратят внимание, – наставительно сказала Ива, уверенно отжимавшая у Замеса позицию всеведения. Умник остался безучастен – лишь покрутил головой на 180, осматривая выщербленные дорожки, уводящие в никуда.

Я махнул рукой – идем дальше. Приняли строй и топчем асфальт, звуча короткими шорохами. До первой вехи, которую наметил по карте, с час пути. Можно и быстрее, но тропки подобрал чуть в стороне от торных путей – чисто перебдеть.

На 20 минуте встретили сухого, надевшегося на арматуру и вяло скрипящего под слепые хватательные движения поломанных рук. Ива в инициативном порядке сходила и коротким тычковым через глазницу упокоила тварь. Сильно походило на жест милосердия, но упырь неожиданно расщедрился к зеленую искру адхары, и я одобрительно кивнул.

Дальше. Держим ритм.

Вехи, обозначенной на карте как «Счастливая Ракета», достигли в положенные сроки. Остановились у ржавого конструкта, некогда украшавшей детскую площадку – как есть ракета, которую подперли импровизированными стапелями из обломков труб, а на острие нахлобучили человеческий череп.

–И в чем счастье? – хмуро спросила Крыса.

–Череп не твой, – наставительно сказал тощий.

Замечание справедливое, не отнять. Я жестом показал – садимся, ждем. Привычные пять минут, чтобы послушать город – чем живет, чем, сука, дышит. Надо сказать, хватило десяти секунд. На средней дистанции стреляли – мало того, перестрелка сильно напоминала позиционный обмен мнениями, когда противники окопались и покусывают друг друга в проверке на вшивость. Если прислушаться, то можно различить несколько огневых рубежей – с разницей по векторам градусов в 5. Активность нешуточная и очень хорошо, что сигнал ячейки маячит в стороне. В данном случае, незыблемые позиции девятой когорты играют нам на руку.

Я потер между ладоней крошево гальки, поднятой с осыпи кладки, и присмотрелся к молчаливым клетям домов. При всем прочем, дышалось легче. Цивилизация, конечно, хорошо, но мертвый город мне ближе – если угодно честнее и понятней. А вот бойцы не прониклись – смотрят настороженно и облегчения не выказывают.

–Смена №7, – нарушил я тишину.

Ответили, взбодрились, но, как погляжу, манок цивилизации уже запал в души. Людям нужен дом, куда можно вернуться после трудовых дел – место, которое примет тебя без условий и экивоков. И чтобы понимать – ты, сука, не один. Да Джимми, твое время упущено. Но есть ли тебе до этого дело?

–Нахер. Уходим. – Я поднялся, поправляя рюкзак. Чуть сдвинул автомат под хват и мельком отметил, что тощий приноровился к транспортировке Пугала. Да и новая усиленная упряжь, которую выторговали у Седого, помогла. Лепота.

Еще две метки разменяли часа за полтора. Разок пришлось занырнуть в ближний подъезд, припав к обломкам, и замереть, любуясь на серость дороги через разбитый дверной проем. На параллельной улочке вспышкой тревоги ударил надсадный крик – мужской захлебывающий голос повторял, разгоняя эхо:

–Батон! Батон! Батон!!

Двадцать секунд и вернувшаяся тишина навалилась ватным одеялом. Мы вроде как в домике, не спорю, но непонятная активность напрягает непредсказуемыми последствиями.

–Батон? – одними губами спроси Замес, тиская шмалабой.

Перекрытия этажей над нами отозвались тихими шорохами.

Тощий выразительно оглянулся на друга и покрутил пальцем у виска.

–Мелкая, поищи выход на другую сторону дома, – прошептал я и ткнул пальцем в сумрак ближайшей разбитой квартиры. – Двигайся тенью.

Крыса ускользнула вертким зверьком. Вернулась через минуту со садненым подбородком и задорным блеском в глазах. Ткнув пальцем назад, сложила колечко «ок». Вот и славно, ускользнем окольными путями, хотя хрен знает к чему придем и отчего спасаемся. Но веры окружению нет и не предвидится.

Проскользнув сквозь комнаты, заваленные кусками облицовки и остатками мебели, выбрались через оконце в небольшой иссушенный палисадник, облагороженный кривыми решетками. Некогда жилой дом отличался милотой и повышенной ухоженностью, а ныне оползал кусками перекрытий, заламывая остатки деревьев, белевших плетьми ветвей. Красота.

И тревога.

Присмотрелись к улочке, что плавным изгибом огибала ряд офисно-торговых зданий – до пяти уцелевших этажей, блеклые пятна вывесок, сайдинг, разодранный катастрофой, и дохрена входов-выходов, где притаилась тьма.

На грани слышимости что-то потрескивало – не ритмично и уныло.

–Давит, – признался посерьезневший Шест.

Замес кивнул, не отводя взгляда от ряда выбитых окон в здании напротив. Так-то из очевидного, если интересно мое мнение. Город, как не парадоксально, выглядел мертвее положенного, обостряя инстинкты правильных пилигримов. Но сигнал звал, о чем не преминула напомнить вездесущая инсталляция – не забывайся оператор.

Стылый воздух припорошил улочку серостью. Согласно карте, нам налево – до очередной вехи, обозначенный как мини-рынок «У Жорика». Каюсь, на метку захотелось посмотреть воочию, чтобы слегка оживить прошлое. Одного из ушедших призраков -Чебурека в миру звали Жора.

Выдвинулись чуть медленнее обычного, контролируя проулки, где катастрофа накрутила композиций из бетона, труб и остатков транспорта. Упрощая проблему – слишком много щелей. А смена, хоть и придерживалась изломов фронтальных стен, отрыта всему недоброму.

Шли молча. Даже Крыса умерила прыть и смирно вышагивала в строю. Мышцы уже чутка поплыли, намекая, что неплохо бы передохнуть и подкрепиться. Спорить с организмом не стану -уверен, силы еще пригодятся. Плюсом останов позволит упорядочить нервное, переключив внимание, которое в постоянном напряге теряет остроту.

Мини-рынок на поверку оказался тремя проржавевшими ларьками и одним узким лотком на четыре метра. К лотку неизвестные картографы прибили короткий шест, на который водрузили кепку-аэродром. Прям не сомневался, что увижу нечто подобное. Но местечко знаковое– такое хрен пропустишь. Развалины чуть раздались, образуя пятачок свободного пространства, и ларьки рыжели, точно грибы на голой опушке.

Мелкая сунулась в торговые точки, поморщилась и покачала ладонью. На вопросительный взгляд Замеса пояснила:

–Насрано.

Не к обеду будет сказано, что называется. Отошли к ближайшему подъездному блоку, перед которым на удивление сохранилась лавочка, и расположились на постой. Минут 20 можем передохнуть, пока Фрау колдует над ПНЭ-2. Чисто ребенок с любимым питомцем, хотя всех делов – опустить рычаг и поставить кастрюльку на пышущий жаром диск. Но в ее исполнении это чистое священнодействие. И чувствую – быть ПНЭ названным.

Забавную мысль оборвал шум, нахлынувший из-за домов. Бежали люди – дружно, уверенно и судя по ритму – в строю. Ось шутница подала к обедне. Сука.

Я крутнул пальцем – отваливаем в подъезд. Рюкзаки в охапку и рывком. Рачительный тощий подхватил кастрюльку, заработав признательный взгляд кулинара. Сама Фрау тащила ПНЭ на вытянутых руках.

Взметнувшись на второй этаж, я проскочил в безвестную квартирку и занырнул к торцевой стене, со стороны которой звучало нарастающее топанье. Радом узкий пролом в кладке – видимость достаточная, чтобы оценить ситуацию. Бойцы притерлись вдоль комнатной перегородки и замерли.

Я высунулся – на краешек глаза. Улицу топтали легионеры – сипаи на подбор, в полной выкладке, со шмалабоями в боевом хвате и непонятными шевронами на грудной броне. И ведь это уже нихрена не патруль, как мимолетом отметило сознание. Это что-то пострашнее. Откуда уверенность спросите? Не поверите, но в той стороне, куда бежали бравые парни и дивчины, раскатистым эхом рубанула ожесточенная перестрелка.

–Строй девять! – гаркнул властный голос. – Строй девять!

Оглянувшись на подопечных, я прижал палец к губам – замерли, дышим через раз. Муэрте заглянула на огонек.

Окончание главы 6)