Текст книги "Истинная ледяного демона (СИ)"

Автор книги: Александра Мауль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

Я никуда не пойду

Айрон бросается к Аскольду, что-то ему говорит, но он не реагирует. Сначала стискивает челюсть и шумно втягивает воздух, а потом и вовсе словно отключается.

– Он сказал тебе о своем решение, когда проснулся? – спрашивает Айрон и смотрит на меня.

– Нет, – отвечаю я.

Мы и поговорить толком не успели, ведь как только он огорошил меня тем, что я его истинная, то сразу же отправился прочь. Оставил меня одну с этой новостью. Признаюсь, что я всё ещё не осознала это.

То есть я ведь обычная человеческая девушка, а он лорд ледяных способный одним касанием заморозить кого-то до смерти. А теперь он говорит, что я его истинная. Это слишком и у меня столько вопросов.

А он просто ушел, был где-то все утро, а вернувшись, решил, что я должна уйти. Просто уйти, вместо того, чтобы объясниться. Но хуже всего, что я даже не могу ему возразить или задать вопросы, которые меня интересуют, потому что он упал и его словно на части разрывает от боли.

– Поднимайся, Хелена, – говорит Айрон и выпрямляется, а затем осматривается и ругается себе под нос

– Что-то случилось? – спрашиваю я и чувствую, как меня охватывает тревога.

– Надень что-то потеплее, и я распоряжусь о твоем возвращении домой, – говорит он не глядя на меня. Поднимается и обходит лежащего Аскольда и снова ругается себе под нос – Ты слышала, что он сказал. Ты свободна и сегодня же вернёшься к отцу.

Но я мешкаю. Даже не знаю, почему я не бросаюсь от радости за одеждой, чтобы как можно скорее вернуться домой.

Осматриваюсь в поисках того, что будет греть меня по пути домой, пока Айрон выходит наружу, слышу как с кем-то разговаривает, нервничает и злится.

Натягиваю на себя плащ и поворачиваюсь, когда Айрон возвращается не один.

– Готова? – спрашивает он, и я киваю. Перевожу взгляд на тех, с кем он пришел и узнаю среди них Орана. Он все такой же молчаливый и сердитый. Брови низко опущены, а губы сомкнуты в тонкую линию. – Тебя проводит Оран. – говорит Айрон – Я не смогу уйти с тобой, Хелена. Я не смогу его оставить.

– Что мы будем делать? – спрашивает тот, чьего имени я не знаю.

– Понятия не имею, – отвечает Айрон и пожимает плечами

– Что случилось? – спрашиваю я и все трое смотрят на меня

– На нем нет защитной одежды, Хелена, – отвечает Айрон, – так, что никто из нас сейчас не может его коснуться. – Объясняет он. А затем обращается к Орану – бери Хелену и вперед. Давай, крошка, – дарит мне полуулыбку Айрон, – было приятно с тобой познакомиться. Ты же все услышала, что Аскольд передал твоему отцу? – спрашивает он, – Будь хорошей девочкой, убеди его не делать глупостей и позволить нам спокойно войти в столицу. В противном случае будет хуже, – угрожает он с улыбкой на лице. Но вижу, что ему сейчас не весело.

Оран хватает меня за руку и тянет за собой, но я сопротивляюсь и вырываю руку из его хватки.

У меня есть выбор уйти, вернуться к отцу и забыть о том, что Аскольд мой истинный или остаться. И мне хочется остаться и задать ему вопросы, которые не дают мне покоя, узнать, почему я оказалась его истинной.

– Подожди, – говорю я и делаю шаг назад, когда он, развернувшись снова ловит меня. – Я никуда не пойду.

– Хелена, ты в своем уме? – доносится до меня голос Айрона.

– Если он уже отпустил меня, то это ведь значит, что я вольна уйти когда захочу? – спрашиваю я и вижу, что собравшиеся считают, что я поступаю опрометчиво. Возможно, думают, что сейчас самое время. Но правда в том, что никто из них не знает о том, что я могу касаться их лорда. Прогоняли бы они меня, если бы знали это? – Вот и уйду, когда он ответит на мои вопросы.

– Его приступ может затянуться на несколько дней, – говорит тот, чьего имени я не знаю.

Аскольд двигается, привлекая наше внимание, и переворачивается на живот. Упирается на руки и поднимается. Айрон присаживается напротив него и что-то спрашивает, кажется, лорд ледяных даже отвечает. С большим трудом присаживается и кривится от боли. А когда поворачивается ко мне, я чувствую, как сжимается сердце. Он выглядит ужасно, глаза красные на шее и висках вздулись вены, и эти синие линии под его одеждой, наверняка, стали темнее. Он осматривается не видящим взглядом и прикладывает руку к груди.

Бросаюсь к нему, потому что не могу контролировать себя и эмоции, что испытываю. Странные чувства накрывают с головой, наверное так и проявляется наша истинная связь. Кажется, меня останавливает тот, чьего имени я не знаю, но я оказываюсь быстрее и присаживаюсь перед Аскольдом, кладу руки ему на колени.

– Может быть, я могу тебе помочь? – спрашиваю я, и Аскольд с трудом фокусируется на мне

– Что ты тут делаешь до сих пор? – спрашивает он и шипит от боли – Разве я не приказал тебе уйти? Уходи! – орет он

– Может быть я могу облегчить твою боль? – спрашиваю я и чувствую как воздух вокруг меняется, когда удивление собравшихся вокруг становится ощутимым. Интересно, что становится холодно, когда они испытывают сильные эмоции.

– Не можешь, ты ничего не можешь, Хелена, вообще не прикасайся ко мне и убирайся отсюда, – грубит он и с трудом делает вдох.

– А ты уверен? – спрашиваю я и Айрон прочищает горло, Аскольд шумно выдыхает, сердится на меня – Перед тем, как убежать утром ты не надел защитную одежду, вижу, что переодеться ты не в состоянии, а здесь никто не может касаться тебя, кроме меня, – добавляю я и Аскольд прищуривается глядя на меня. Только сейчас я замечаю, какие удивительные у него глаза. Цвет его глаз сейчас не льдисто-голубой, как обычно. Сейчас они янтарного цвета с золотистыми вкраплениями.

Аскольд

Постепенно прихожу в себя и чувствую нежные прикосновения к своему лицу и волосам. Чьи-то теплые пальцы пробегают по линии бровей и скул, теряются в волосах, пропуская сквозь пальцы пряди волос.

Прислушиваюсь к своим ощущениям и не чувствую боли, должно быть приступ миновал.

Интересно, какой ценой?

Открываю глаза, и движения в моих волосах замирают. Чувствую сожаление, потому что это было приятно.

– Он пришел в себя, – говорит Хелена и я шумно выдыхаю, а затем поднимаюсь с её колен, на которых, должен признаться, было очень хорошо. На удивление чувствую себя слишком хорошо по сравнению с предыдущими приступами.

Неужели я действительно кого-то коснулся не в силах бороться с болью?

– Ну и как ты? – спрашивает Айрон, появляясь передо мной – Всё ещё чувствуешь боль?

– Нет, – отзываюсь я и смотрю на Хелену. Выглядит встревоженной, а в глазах столько жалости, что хочется крушить все вокруг в отчаянии.

Меньше всего я нуждаюсь в её жалости и вообще, почему она никуда не ушла?

– Почему она здесь, когда я приказал тебе отвести Хелену к отцу? – спрашиваю я и прищуриваюсь глядя на Айрона. Пытаюсь вспомнить хоть что-то, но последнее воспоминание обрывается, когда я приказываю Айрону увести отсюда Хелену.

– Она помогла тебе облегчить боль. – говорит Айрон вместо ответа, – нам даже не пришлось тебя связывать. В её присутствии ты не вел себя буйно, просто шипел от боли, но её прикосновения, похоже, тебя успокаивали.

– Значит, я никого не коснулся? – спрашиваю я и чувствую, как реагирует Хелена, когда улавливает в моем голосе что-то похожее на сожаление.

Айрон молчит. Смотрит на меня так, словно у меня отросла вторая голова.

– Она может тебя касаться, – говорит он – Святые небеса, Аскольд, эта девчонка касалась тебя, когда ты весь горел и разрывался от боли. Ты.. почему? – спрашивает он – Почему ты не сказал, что мы идем за твоей истинной? Я ведь все правильно понял? Если бы проклятье миновало, ты не корчился бы здесь в муках три дня.

– Три дня? – поднимаюсь на ноги и обхватываю голову руками

– Аскольд! – злится Айрон.

– Я не знал, – отвечаю я и смотрю на него, – Я понятия не имел, что она может меня касаться и тем более не догадывался, что она моя истинная.

Айрон молчит, а затем оглядывается на Хелену и снова смотрит на меня:

– Я вернусь немного позже, Хелена осталась, потому что ей нужны ответы на вопросы. Распоряжусь о том, чтобы вам принесли поесть, а вы пока сможете поговорить.

Наблюдаю за тем, как он уходит, оставляя меня с Хеленой наедине. Признаюсь, что впервые за много лет чувствую себя неловко. Стою, какое-то время спиной к своей истинной, а затем медленно поворачиваюсь и ловлю её взгляд. К счастью, в нем больше нет жалости.

– Снова голубые, – говорит Хелена и я вопросительно поднимаю бровь. – Твои глаза, – добавляет она.

– Хочешь сказать.. – замолкаю я на полуслове и чувствую, как грудь сжимается от эмоций. Это не мои, это истинная связь.

– Да, – кивает она и на мгновение ловлю в её взгляде восхищение, – я видела твои глаза, они были совсем другого цвета. Удивительные. Тот цвет глаз подходит тебе больше. Это из-за твоего проклятья, да? – спрашивает она и я киваю. Подхожу к ней и присаживаюсь напротив. Чувствую озноб, такое со мной то же впервые. – Как ты стал таким? Или ты таким родился?

Молчу, потому что не имею ни малейшего желания рассказывать душещипательную историю обретения проклятья. Но она смотрит в упор с таким интересом, что понимаю: мне не отвертеться.

– Когда дракон Эддард захотел объединить все королевства и стать единоличным правителем, моему отцу это пришлось не по душе. Не хотел он подчиняться драконам, к тому же решил, что мог бы занять место Эддарда. Так ему и сказал. А ещё сообщил, что никогда не станет подчинятся. И пока Эддард пытался уговорить остальных лордов принять его как короля добровольно, отец захватил ближайшие земли. – отвечаю я и она подается вперёд. Ловит каждое мое слово. – Когда отец услышал, что у Эддарда появилась невеста, могущественная ведьма, то и сам решил обратиться за помощью к магии. Так я и оказался проклят.

– Но почему ты и как получилось, что король Эддард все равно завоевал королевства? – не унимается Хелена.

– Ведьма, что создала мое проклятье, оказалась не столь могущественной, чем та, что была без ума от Эддарда. Но даже когда у меня появилась возможность его коснуться, он уже нашел истинную. Эта связь защитила его от моего воздействия. А после он подчинил нас и заставил принять его власть.

– Значит всё было напрасно? – спрашивает она и я ловлю её огорчение. И что же её так огорчило?

– Почему же напрасно? – хмыкаю я и самодовольно улыбаюсь.

– Но, почему проклятым оказался ты, а не твой отец, который очевидно жаждал власти? – продолжает допрос Хелена.

– Я был молод, силен, а значит, лучший кандидат. – говорю первое, что приходит в голову. Потому что не хочу показаться неопытным глупцом, каким я и был тогда, когда отец впервые заговорил об этом колдовстве. Я отреагировал отказом, однако, мой отказал его не остановил, и он получил свое обманом.

Но это Хелене знать не обязательно.

Хотя решение о том, чтобы отправить её домой сейчас не кажется мне правильным. После пробуждения я чувствую к ней странное влечение, а желание прижать её к себе становится только сильнее.

Наклоняю голову набок и подаюсь вперёд, отчего Хелена замирает, кажется, даже не дышит, а я опускаю взгляд на её губы.

Почувствуй мою силу

Отстраняюсь и делаю глубокий вдох. От того, как Аскольд смотрит на меня, я ни пошевелиться не могла, ни вдохнуть.

Он недовольно хмыкает и выпрямляется, наверное, от того, что я не позволила ему меня поцеловать. Но то, что мы с ним истинные не значит, что ему теперь позволено меня целовать, когда он пожелает, особенно после того, как он прогонял меня прочь и грубил.

Знаю, что не должна обижаться на его поведение, когда у него был приступ. Признаюсь, что после этого словно увидела его другими глазами, не смотря на то, что он почему-то продолжает вести себя так, словно ему доставляет удовольствием причинять людям боль.

Я видела своими глазами, как он мучается, как разрывает его от боли и это ужасно. Моё сердце разрывалось всякий раз, когда он кричал от боли и сжимал руки в кулаки. Айрон первым предложил мне коснуться его, когда узнал о нас. Меня трясло, когда я запустила пальцы в его волосы, и если сначала показалось, что мои прикосновения не приносят результатов, то позже он успокоился. Возможно, боль стала меньше, вот только никуда не пропала и мучала его ещё несколько дней.

Айрон говорит, что в прошлом он уже через несколько часов бился в агонии, желая облегчить свои страдания. То, что я видела, разрывало мне сердце, и я подумала, что поспешила сделать выводы о нем.

Возможно, его средства оправдывают цель, ведь поход на столицу должен принести ему свободу. Однако, я до сих пор так и не выяснила как это произойдет.

За время его приступа меня едва не разорвало от эмоций нашей связи. Наверное, мне не стоило оставаться, потому что за прошедшие дни, они стали сильнее. Не знаю, удастся ли мне в скором времени избавиться от этого притяжения, желания его касаться и невыносимого беспокойства о нем.

– Всё ещё боишься меня? – спрашивает Аскольд

– Нет, – отвечаю я – просто ты был слишком близко.

– Какое-то время назад, это тебе не мешало, – усмехается он и прищуривается. Его глаза снова льдисто-голубые. Такие холодные. Он осматривает меня так, словно ощупывает и там, где касается его взгляд начинает гореть кожа. Поднимаю руку и растираю шею, щеки горят то ли от его пристального взгляда, то ли от смущения.

Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но нас прерывает Айрон, который приносит еду и я этому рада. Рада и тому, что Айрон остается с нами на время завтрака или обеда. А после забирает Аскольда, чтобы обсудить насущные дела, от которых у меня сжимается сердце.

Из-за его приступа пришлось отложить поход.

Когда выхожу на улицу, люди Аскольда осматривают меня так, словно я какая-то богиня. Каждый из них уже знает о том, что я могу касаться из проклятого лорда. Отхожу от лагеря и забираюсь на возвышенность. Прохладный ветер треплет мои волосы и плащ, приносит с собой запах морозной свежести и леса.

– Красиво, правда? – вздрагиваю, когда слышу голос позади и оборачиваюсь. Меня бросает в жар, и я чувствую злость, когда вижу стоящую передо мной Илу. На ней рубашка из темной ткани, заправленная в темные узкие брюки и высокие сапоги до колен. Ветер треплет её распущенные темные волосы, а в глазах обжигающая ненависть. – Скоро ничего от этого не останется. Твой лорд обратит это все в огонь, выжжет дотла, растопчет. Ничего живого не останется, потому что он по-другому не может. Его удел всё портить и калечить. Он как его отец, в нем ничего святого нет, ни любить, ни дорожить он не может, а только о себе и печется. Смотрю на него и вижу его отца, особенно сейчас, когда он как одержимый несётся в столицу.

– Что ты здесь делаешь, Ила? – спрашиваю и делаю шаг ей навстречу, она даже округляет глаза от удивления. Неужели думала, я буду трястись и боятся её после того, что она пыталась сделать.

– Это правда, да? – спрашивает она вместо ответа, – Ты правда можешь его касаться?

– Чего ты хочешь?

– Я хочу услышать! – кричит она и я киваю. Пытаюсь казаться спокойной, но тревога все равно нарастает. Эту девушка сама выглядит одержимой Аскольдом. Я до сих пор так и не поняла, что между ними за отношения, но судя по тому, что она пыталась избавиться от меня, Ила либо в прошлом его любила, либо любит его до сих пор и очень ревнует. – Я дочь сильнейшего ледяного демона. Во мне, – ударяет она себя в грудь, – так много силы, что каждая на моей земле завидует, но его может касаться простая человеческая девушка, – смеётся она и её смех наполнен болью – Ты же самая обычная, в тебе совсем нет никаких сил, но ты можешь его касаться.

– Это правда, Ила, я могу его касаться. А теперь давай вернемся, – предлагаю я и снова делаю шаг.

– Значит, я не напрасно увидела в тебе опасность. Столько лет я жила надеждой, что он никогда не сможет снять это проклятье, но ему не пришлось, – говорит она и я вижу, как её глаза наполняются слезами, – ему не пришлось даже избавляться от проклятья, чтобы ты его коснулась. А-аа, – закрывает руками лицо и меня пробирает холод. Эмоции Илы становятся ощутимыми, ветер меняет направление и становится пронизывающим. – Я думала, что если не снять проклятье, он останется моим.

– Мне очень жаль, – говорю я из вежливости, но лучше бы я молчала.

Ила открывает лицо и смотрит на меня. Ненависть и злость, что она испытывает, обжигают ледяным холодом и ветер становится сильнее, он как будто бьет меня по щекам

– Я тебя ненавижу, – произносит она, вот только я не знаю чем заслужила такую ненависть. – Ты все испортила, Хелена. Я сразу поняла, что здесь что-то не так. Он шел за тобой, он хотел тебя… Но я тебе покажу, какого это иметь дело с ледяным демоном, – говорит она и подается вперёд. – Почувствуй мою силу!

– Ила, не смей! – врезается в мой слух голос Аскольда, когда Ила ледяными пальцами хватает меня за запястье.

Зачем ты так со мной?

Я вскрикиваю, потому что Ила силой сжимает мои запястья, вот только больше ничего не чувствую. Или она не успевает обжечь меня своей силой, или её сила просто на меня не действует.

– Почему тебе не больно? – кричит она и сильнее сжимает меня, прежде чем её отрывает Аскольд и толкает в сторону.

Но она соскакивает и бросается на него, что-то бессвязно кричит и бьет его кулаками в грудь, а затем замолкает, когда Аскольд хватает её за шею, чтобы она прекратила оскорблять его и кричать о том, что всё равно избавится от меня.

То, что происходит дальше, меня шокирует, когда Аскольд отпускает её, словно обжегся, а затем отскакивает. Наблюдаю за тем, как он округляет глаза и его начинает бить мелкая дрожь, когда Ила оседает перед ним на землю и судорожно вдыхает и выдыхает.

Закрываю руками рот и чувствую, как немеют руки и ноги, когда, наконец, понимаю, что Аскольд схватил Илу, когда на нем не было перчаток.

Он поднимает на меня свой взгляд, от которого я отшатываюсь, потому что в нем шок, неверие, боль и принятие.

– Больно, так больно, Аскольд, за что ты так со мной? – задыхается Ила прижимая руки к шее.

Аскольд делает шаг назад, резко поднимает руки вверх и обхватывает голову руками, а затем вскрикивает, дышит глубоко и часто, а затем снова кричит, когда Ила падает. Вокруг становится слишком людно, а затем один из ледяных хватает меня и оттаскивает в сторону.

Я не сопротивляюсь. Внутри все сдавливает от увиденного. Я не понимаю намеренно или случайно он коснулся Илы, но потеря её явно причиняет ему боль. Перед тем, как меня уводят последнее, что я вижу, это то, как Аскольд склоняется над Илой, что-то ей выговаривает и обреченно осматривает.

– Что с ней теперь будет? – спрашиваю я и смотрю на Орана, который сидит рядом со мной в шатре Аскольда. Я завернулась в свой плащ, но меня все равно колотит. Я говорю, что мне холодно, но на самом деле это все от нервов.

– А сама как думаешь, – тяжело вздыхает он и опускает голову. Зажимает переносицу большим и средним пальцем и произносит, не поднимая головы:

– Она сумасшедшая. Так и не отпустила лорда Аскольда, хотя сама виновата в том, что он такой.

– Что значит сама виновата? – спрашиваю я, но Оран молчит. Очевидно, что он не собирается ничего объяснять, да, это было бы странно. Я могу задать этот вопрос Аскольду и обязательно сделаю это, когда увижу его в следующий раз.

До конца дня он так и не возвращается, поэтому я засыпаю одна, а когда просыпаюсь утром, Аскольд сидит передо мной и буравит ледяным взглядом.

– Как ты себя чувствуешь? – спрашиваю я, и Аскольд дарит мне полуулыбку. Вероятно, он думает, что я интересуюсь его состоянием после приступа, но я интересуюсь его состоянием после потери Илы. Вот только у него на лице маска безразличия, словно ничего не произошло.

– Со мной всё в порядке, Хелена, – выдыхает он, – Меня больше интересует, как себя чувствуешь ты? – спрашивает он и двигается ко мне, – Покажи мне свои руки.

Непонимающе смотрю на него и тогда он протягивает руки и взяв мои руки в свои вытягивает вперёд и внимательно осматривает запястья.

– Ты что-нибудь почувствовала? – спрашивает он, и я качаю головой.

– А ты? – спрашиваю я, и он хмыкает, а затем бросает острый взгляд. Ему не нравится, что я пытаюсь залезть ему в душу.

– Я ничего не почувствовал, Хелена. Если тебе интересно, что я чувствую, когда мои жертвы кричат от боли, то поспешу ответить – ничего. Слишком много времени прошло с тех пор, как я впервые кого-то коснулся. Я ничего не могу изменить, и я не могу это остановить. Ни к чему сожаления. – отвечает он и поднимается. – Идем, прогуляемся немного. – Аскольд выходит, оставляя меня одну, чтобы я привела себя в порядок.

Нахожу его в компании Айрона, когда выхожу из его шатра и с моим появлением, замолкает не только Айрон, но и все собравшиеся. Вокруг лишь треск дров в костре.

– Готова идти? – спрашивает Аскольд и я киваю. Он берет меня за руку, и словно для демонстрации того, что я действительно могу его касаться, снимает перед этим свои перчатки.