156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » СХРОН (дневник выживальщика) (СИ) » Текст книги (страница 20)
СХРОН (дневник выживальщика) (СИ)
  • Текст добавлен: 3 июня 2018, 10:30

Текст книги "СХРОН (дневник выживальщика) (СИ)"


Автор книги: Александр Шишковчук






сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 24 страниц)

Главы 54-59

Глава 54

В порту среди укутанных в ледяные шубы кораблей, причалов, пристаней и подъемных механизмов такси со скрипом остановилось. Несколько солдат прохаживаются туда-сюда. Видать, охраняют все хозяйство. Надо будет как-нибудь наведаться сюда при случае. Наверняка, внутри этих посудин полно разных ништяков.

– Мы на месте! – бодро крикнул таксист.

Наконец-то, блин. За время короткой поездки я узнал, что водилу зовут Витян, а также обширную биографию его, в общем-то, заурядной жизни. С облегчением выбрался из тесной тачки и расстегнул куртку. В «классике» печка жарит, будь здоров!

– Спасибо, Виктор, – Юрик залез в карман и вытащил горстку семечек. – Держи вот…

– Да вы что? Я ж сказал, бесплатно довезу! Это ж такая честь…

– Любая работа должна быть оплачена. А тебе семью кормить надо. Бери.

Кое-как избавились от назойливого водилы. Он понял, что нам некогда, только когда я передернул затвор Сайги.

– Жестко ты прикололся над ним, Юра, – сказал я, закидывая за спину гранатометы.

– Почему?

– Семью накормить щепоткой семок?

– Ты чего, Санек? Я ему нормально отсыпал. Такая поездка стоит не больше пяти вообще-то. – Он вдруг улыбнулся. – А, понял! Ты же не в курсе, в Кандалакше семечки – официальная валюта!

– Да ну, ты гонишь!

– Зачем мне врать? Это моя гениальная идея, в общем-то, – похвастал Юра. – Мы контролируем основной запас семян.

Вслед за конвойным спустились на лед и пошли по натоптанной дорожке меж двух сухогрузов. Я продолжил расспросы:

– Все равно ты загоняешь что-то. Почему тогда мы их грызли? Разве деньги едят?

– Это признак высокого статуса и положения. Простые люди не в состоянии позволить себе такое.

– А я могу… ну чисто теоретически… вырастить у себя, ну, несколько подсолнухов?

– Теоретически, разумеется, но как ты видишь, на дворе ядерная зима. Это, во-первых. А во-вторых, незаконное производство денег запрещено приказом полковника Уайта. Нарушителя ждет Арена Жести...

Глаза Юрика холодно блеснули.

– Понятно, – хмыкнул я. – Хитро придумано.

– И это вторая сторона проблемы с сектантами, – вздохнул Юрик. – Большой неподконтрольный нам центр эмиссии. Веганы подрывают экономическое процветание нашего общества своими вбросами ничем не обеспеченных семечек. Так что твоя основная задача помимо уничтожения их главаря – сжечь все посевы подсолнухов. Ты понял, Санек?

– Чего уж тут непонятного. Опять все упирается в бабло.

– Отлично. Мы, кстати, пришли.

Мое неравнодушное к приключениям сердце радостно встрепенулось, когда увидел средство заброски. Мото-мать-его-дельтаплан! Клево, летать я люблю. Треугольное крыло, под ним движок с пропеллером, две сидушки на металлической раме и три пластиковые лыжи в качестве шасси. Покруче моего параплана, хоть бежать на взлете не надо. Пилот, завидев нас, включил мотор, который приятно застрекотал, отогреваясь на холостых оборотах.

– Знакомься, Саня, это Филипп, в прошлом начальник местного аэроклуба. Теперь – глава нашей воздушной разведки.

– Привет десанту! – Филипп снял пухлую ветрозащитную варежку и пожал руку. Его широкие щеки смешно торчат из-под балаклавы.

– Классный аппарат, – восхищенно сказал я.

– Сам собирал по чертежам из «Техники молодежи», – ответил пилот, надевая круглый мотоциклетный шлем с наклейкой «Star Wars». – Полчаса и будем на точке.

– Я и сам авиации не чужд, – признался я. – На параплане летал.

– Молоток, парень. Только ваши тряпколеты – шляпа полная. Сложится в полете и хана! – хохотнул летун.

– Ну, у меня тряпка как сложится, так и разложится, – решил поспорить я. – А на дельте, если какой тросик порвется… у тебя ж даже запаски нет.

– Ничего не порвется. Я за техникой слежу, – насупил брови Филипп и надел большие горнолыжные очки. – Надеюсь, не заблюешь мне тут все, когда полетим, умник?

– Скорее нет, чем да.

– Хватит спорить, – вмешался Юрик. – Времени мало, скоро у веганов вечерние песнопения. Филипп высадит тебя на просеке в километре от их поселка. Сделаешь дело и сразу назад. Филя тебя дождется и привезет обратно. Как видишь, задача элементарная.

– Нет, – сказал я.

– В смысле?

– План – говно.

– В смысле? – повторил Юра. – Отказываешься, значит?

– Да он просто высоты боится, – засмеялся Филипп. – Видно ж, поджилки трясутся!

– Объясняю для непонятливых, – я недобро взглянул на полярного летчика. – Эта ржавая телега будет так тарахтеть в полете, что все воинство Будды, Кришны, или хер еще знает кого, услышит нас за много километров. Как ты думаешь, Юра, они будут медитировать на цветочки или похватают свои гребаные пулеметы и устроят мне горячий, блять, прием?

Филя захлопал глазами, уставившись на Юрика. Тот размышлял, судя по сосредоточенному лицу.

– Да… как-то мы не учли этот момент… – сказал он, наконец. – А ты чем думал, Филипп?

– А че я-то сразу? Мне не платят за то, что я думаю! Прилетел-улетел, сами же сказали!

Юрик поднял руку, чтобы тот заткнулся.

– Твои предложения, Санек.

– Найдите парашют. Желательно управляемый. Полетим с набором высоты до четырех тысяч метров…

– Эй, че за бред?! Там же дубак! Мы околеем! – закричал Филипп.

– Умолкни, Филя, – прошипел Юрик и кивнул мне. – Продолжай.

– Короче, за десяток километров до точки глушим мотор и планируем в тишине. Сейчас облачность. Козлы нас не увидят и не услышат. Когда будем над ними, высоты останется две-три штуки, я спрыгну. А дельтик пусть садится на просеку с заглушенным движком и ждет меня.

– Хм… – Юрик повернулся к пилоту. – Что скажешь, реально?

– Ну, в принципе реально… че не реально-то? – пожал он толстыми плечами.

– А ты сумеешь, Санек? Есть опыт прыжков?

– Конечно, – соврал я.

С парашютом я не прыгал, но всегда мечтал и смотрел много роликов на ютубе, так что принцип был понятен.

– Окей, у полковника должны быть парашюты в загашнике… – Юрик махнул рукой ближайшему солдафону. – Эй ты! Дуй в штаб и раздобудь парашют! Немедленно! Бегом, марш!

Пендос козырнул и улетел прочь.

– Покурим пока что ли.

Через несколько минут Филипп затоптал бычок, гаденько заулыбался и сказал:

– А ведь не получится ниче из затеи этой! Дурацкая затея-то!

Моя рука рефлекторно легла на рукоять револьвера.

– Поясни, – велел Юрик.

– Как я вам на точку выйду, если над облаками пойдем? У меня в задницу джипиэс не встроен! Да и не работают они больше.

– Не ссать! – усмехнулся я, выпуская облако дыма. – У меня компас есть. Какая скорость аппарата?

– Крейсерская… ну, где-то сто кэмэ.

– Скорость известна, снос ветра учтем после взлета, азимут возьмем. Не должны промахнуться. Полчаса всего пилить.

Юрик взглянул на меня уважительно. Филя ничего не сказал, только отвернулся и стал сердито смотреть вдаль, на застывшее море.

Вскоре доставили парашют. Я быстро разобрался с лямками и нацепил ранец. Зашибись. Только оружие пришлось повесить спереди. Это мешало, конечно, но не сильно. От предложенного шлема отказался. Мне нужно будет резко вертеть головой. Лишь натянул свою ветрозащитную маску, подвязал шапку под волевым подбородком, чтоб она не слетела и не попала в винт.

Надел снегоходные очки. Затем, достав из кармана компас выживальщика, повесил на шею. Мы уселись в креслица. Филипп спереди, я сзади. Пристегиваться не стал, чтоб потом не заморачиваться с ремнями перед выброской.

Пилот вопросительно обернулся ко мне, мол готов? Я хлопнул его по шлему, типа поехали. За моей спиной, как доисторический зверь, взревел мотор. Погнали! Загремели лыжами по укатанному снегу, начался разгон. Когда ветер шаловливо засвистел в ушах, Филипп резко выдал от себя планку-трапецию, и неуклюжая птичка взмыла в воздух. Набрав метров сто, он заложил широкий вираж над бухтой. Снизу машет рукой Юрик. Крепко ухватившись за раму, я помахал в ответ. Полюбовавшись на стремительно уходящий ночной город, достал компас и засек направление. Летим немного не туда. Я постучал кулаком по шлему пилота.

– Ну чего?! – крикнул он, сбросив газ для слышимости.

– Давай чуть левее, не туда идем!

– Ты мне, блять, по каске не стучи! Рукой показывай!

– Ладно! Давай полный газ, надо набрать высоты!

Вскоре местность полностью скрылась в тумане облачного слоя. Серость и мгла окутала нас. Я смотрел на фосфорные стрелки компаса и слегка корректировал направления, а Филипп следил за высотой и оборотами. Мы шли на максимальных. Сильно закладывало уши. Слегка потряхивало в турбулентности, но это мелочи по сравнению с тем, что мне предстоит. Когда же кончатся эти долбанные облака? Вдруг, как по заказу, стало светло. Мы вынырнули! Я покрутил головой. Лепота! Луна сияет, как галогеновый прожектор, под нами клубится серебряный океан облаков. Показал Филе большой палец и похлопал по плечу одобрительно. Тот кивнул в ответ, осматриваясь по сторонам.

Через несколько минут он слегка сбросил газ. Аппарат полетел в горизонте.

– Уже четыре штуки?

– Да!

– Приготовься, через пару минут глуши!

Мы пролетели еще чутка, я дал команду. Гул и вибрация исчезли, настала блаженная тишина, только ветер свистит в элементах конструкции. Холод совсем не ощущался. Наоборот, выступил нервный пот. Наверно, из-за выделений адреналина. Не проебать бы точку высадки. Ковер облаков в тысячах метров под нами абсолютно непроницаем. Казалось, мы висим на месте в кристальном холодном воздухе. И только по изменению давления на барабанные перепонки заметно снижение. По моим прикидкам осталось пять минут до выброски. Еще раз перехватил поудобнее оружие.

– Какая высота?

– Три четыреста!

Блин, слишком быстро снижаемся. Три минуты. Я лихорадочно вглядывался в приближающиеся облака. Две минуты. Привстал на сидении и перекинул ноги на одну сторону. «Интересно, как давно переукладывали парашют?» – мелькнула в голове очень своевременная мысль.

Внезапно, довольно далеко в стороне, я увидел пробивающийся сквозь вату облаков свет. Тусклое пятно на сером фоне. Что еще может светится кроме чертового поселения сектантов? Не так уж и сильно промахнулись.

– Поворачивай туда! – крикнул я.

Пилот тоже заметил свечение и бодро накренил крыло.

– Высота!

– Две сто!

Представил, что было бы, вынырни я над глухой тайгой. Эпичный фейл. Сколько бы пришлось тащиться по сугробам. Хорошо, что эти ублюдки не озаботились светомаскировкой.

Дельтаплан достиг светового пятна. Снизились еще метров на триста. Только бы хватило высоты на раскрытие. Пора.

– Я пошел! Увидимся, Филя!

– Давай, вали!

Засранец неожиданно заложил вираж. Моя пятая точка съехала с сидушки, а ноги повисли в пустоте. Я инстинктивно повис на трубках рамы. Что он, блять, творит? В ту же секунду мои варежки скользнули по холодному металлу, и я полетел в бездну.

После нескольких мгновений хаотичного сваливания удалось стабилизироваться. Для этого я раскинул в стороны конечности, как делали эти безумные экстрималы на видео. Оружие трепыхает воздушным потоком. Сайга яростно лупит по яйцам, а приклад одного из гранатометов по лицу. Перина облаков сомкнула вокруг меня свои объятия. Надо раскрываться, черт! Я схватил ручку «медузы» и с силой дернул. С хлопком парашют вылетел из ранца и забился об воздух, тормозя мой полет. Лямки ощутимо врезались в напряженные мышцы. Настала тишина.

Фигня эти прыжки, ничего сложного. Я все еще летел через сумрачный туман. Где-то внизу светилась огнями база веганов. Вроде несет куда надо. Взял в руки ММ-1 и снял с предохранителя. В голове, как диафильм, вспыхивали кровожадные картинки. Я – карающее возмездие с небес. Все, о чем грезил, став выживальщиком. Хорошо, когда мечты сбываются.

Глава 55

Промозглые облака расступились, как занавес Большого Театра, где я, конечно же, никогда не был. Монотонный бег моего идеального пульса на секунду сбился и замолотил с удвоенной силой. Никогда не видел такой красоты. Даже опустил дуло смертоносного гранатомета, забыв про врагов, убийства, задание. Я парил в километре над землей, и волшебный свет играл зеленоватыми бликами в фильтрах очков. Словно заглянул в давно забытую сказку. Как чудесный портал, среди сопок, раздвинув холод и мрак, изумрудной кляксой, осколком утерянного лета, дремлет поселок веганов и сыроедов.

Прямоугольники, квадраты, купола стеклянных оранжерей, теплиц и парников, наполнены буйной зеленью и сиянием специальных ламп. По дорожкам среди кустов и деревьев гуляют люди, резвятся дети, возле небольшого прудика загорают прикольные красотки. Все это я разглядел через оптический прицел от Баррета, который стырил в оружейке пендосцев. Нет, я не могу разрушить хрупкий прекрасный мир. В глазах защипало от тоски, но я сразу же унял недостойное чувство. Ладно, свадьба с тамадой и плясками подождет. Будем действовать скрытно и незаметно. Но дерзко. Как ниндзя, скользкий и опасный. Найду главаря, когда все заснут, ликвидирую и свалю.

Наметил здание с широкой плоской крышей для посадки. Идеально, внутри периметра, вдали от ветряков с гипотетическими снайперами. Они ведь не ожидают ничего подозрительного в поселении, верно? И уж точно, вряд ли, мониторят небосклон.

До приземления осталось каких-то триста-четыреста метров, когда сверху раздалось знакомое жужжание. Черт, Филипп! Зачем этот придурок включил двигатель? Побоялся на заглушенном садиться? Без труда отыскал взглядом треугольничек в ночном небе. Снижается чуть в стороне, за пределами поселка. Почему никому нельзя доверить даже самое простое дело? Исполнители, подчиненные, соратники или коллеги – всегда найдется мудак, который изговняет любое начинание! Блин, сейчас мирное гнездышко превратится в обозленный растревоженный улей, полный ненавистью и кусачими пчелами.

Внизу взбурлила суета. Я увидел вспышки выстрелов. А ведь точно, на ветряках кто-то есть. Попадут – не попадут? Не важно. Если не догадается лететь на базу, на месте посадки – на просеке – кришнаиты устроят летчику Чкалову настоящее макатуки.

Внезапная, как диарея, огненная стрела хищно устремилась вверх. ПЗРК, блин! «Уклоняйся, Филипп!» – хотел закричать я. Но через миг ржавый дельтаплан красиво взорвался. Видать, попали в бензобак. Горящие обломки, кружась, как осенние листья, медленно опускались с небес…

Эх, Филипп, ну как вот так вот тоже?..

Зато вся свора сейчас устремилась туда. Хоть на этом спасибо. Я благополучно приземлился в мягкий снег на крыше. Быстро отцепил парашют, стремительно перекатился и пригнулся за вентшахтой. Теплый пар, бьющий из отдушины, отдавал дерьмом. Тьфу, блин… каналья что ли? Отполз в сторону. Пошарил взглядом. Вот будка – выход на крышу. Повезло, что не заперто. У меня не было даже монтировки. Не стрелять же из гранатомета?

Потихоньку спустился по лесенке на техэтаж. Вроде никого. Оружие, сука, цепляется за все подряд! Это немного мешает. Я сейчас, как герой всяких долбанных шутеров. Таскаюсь с целым арсеналом. Хотя чего жаловаться? Нехилая огневая мощь дает плюс сто очков к отваге и уверенности.

Итак, первую часть операции выполнил. Я на территории врага и до сих пор не замечен. Теперь надо дождаться, когда кришнаиты угомонятся и отыскать Белого Брахму. Но как, блин, его найти? На этот счет, вроде, никаких указаний не давалось. Он ведь гуру здешних обитателей, значит, наверняка, живет в каком-то своем храме? Хрен знает. Мой цепкий взор не различил ничего такого во время полета. Ладно, поймаю какого-нибудь местного веганчика, применю физическое насилие, он и отведет куда надо.

Наметив сей несложный план, я немного расслабился, включил налобный фонарик и осмотрелся. Нормально, можно и потусить здесь пару-тройку часов. Побродил немного по темному помещению, стараясь не скрипеть деревянными перекрытиями. Наконец, подыскал местечко, не засратое чертовыми голубями. Скинул оружие, расстегнул броник и с удовольствием уселся, вытянув натруженные ноги. Ну и скукотища, блин! Надо было хоть какую-нибудь книжку взять почитать. Ох уж эти спецоперации…

От нечего делать, достал из разгрузки кусок копченой колбасы и фляжку. Не пропадать же добру? Посмотрим, что за коньяк налил мне Юрик от щедрот полковника Уайта. Отвинтил крышку, понюхал. Ништяк, клопами, вроде, не разит.

Не спеша, я принялся поглощать колбасу, запивая добротной кониной. Естественно, экономными глотками. Я же не дурак. Фляга небольшая, всего на литр. А вдруг, мне еще неделю по лесам выходить? Но все равно половина приговорилась как-то не заметно, сама собой. Убрав со вздохом вкусный напиток, я сложил штабелем оружие и накинул сверху бронежилет. Да, клево вытянуть спину, улыбнулся я, улегшись и закурив. Интересно, как там Лена? Экономит ли припасы? Следит за порядком? Не тоскует ли по мне? Клубы табачного дыма изящно танцевали в луче фонарика. Мне виделись в них красивые очертания Ленкиной фигуры. Неужели так и не избавился от пелоткозависимости?

Ее лицо, сотканное из дымной паутинки, склонилось ко мне. Иди сюда, Ленусик мой! Я почувствовал на губах жар ее поцелуя. Аромат волос. Нежное дыхание. Ощутив под руками знакомое тело, открыл глаза. Фух, блин, какой дурацкий сон приснился! Я же дома, в Схроне! В нашей с Леной уютной постельке. Не дав, сказать ни слова, она притянула к себе и сладостно застонала. Наши тела сплелись. Как дикий мустанг, я лихим галопом поскакал по прерии безумной страсти.

Вечность спустя, наконец, откинулся на спину. Нормалек. Сейчас бы покурить…

– Держи, друган.

Я аж подскочил, прикрывая пледом срамные места моего организма. Рядом с койкой стоит Спаун, чувак, который продал мне патроны. С загадочной улыбкой протягивает трубочку, набитую ароматными соцветиями растения добра. Осторожно взял девайс. Какого хрена этот чел тут делает? Он разве не погиб в Москве, в термоядерной вспышке?

– Ты как здесь у меня очутился?

– Мимо пролетал, – все так же ехидно улыбаясь, дал зажигалку.

Блин, Лене не понравится, что я курю в Схроне. Тревожно обернулся. А кстати, где она? Щелкнув зажигалкой, втянул раскаленный дымок. Что за дерьмо? Прокашлялся, спросил:

– А где Лена?

– Это был отвлекающий маневр! Ясно? – вдруг заорал гость. – Отвлекающий маневр! Усилить контроль! Ищите второго!

От неожиданности я еще раз затянулся этой гадостью. Легкие горят, будто в них серная кислота. Брызжущий слюной Спаун начал расплываться в пространстве. Я попытался выдохнуть и не смог! Что за отраву мне подсунул? Задыхаясь, задергался, пальцы обожгла боль. Где я? Почему темно? И что за удушливая вонь?

Блин, я че, заснул что ли? Рядом тлеет чинарик, упавший в голубиные какашки. Чертыхаясь, затушил вонючее дерьмо рукавом. Но голоса по-прежнему звучали. Я мгновенно замер, стиснув зубы.

Хуже всего в минуты опасности – предательские позывы собственного организма. Слава северным духам, дно не прошибло. Но вот мочевой пузырь уже готов взорваться, как водородный цепеллин, подбитый зажигательным снарядом. Ну-ка, потерпи еще, мой родной. Стараясь не шуршать одеждой, медленно поднялся. Напряг во всю мощь органы слуха. Кто-то явно базарит внизу. Один оправдывающее бубнит, второй все время прерывает гневными проклятиями.

Похоже, по мою душу разбор полетов устроили. Аккуратно пошел по балкам к источнику звуков, избегая ступать на доски. Они могли заскрипеть ненароком. Мне хотелось послушать, что там говорят про меня злодеи. Стоп. В этом месте сквозь щели пробивается свет. Я медленно присел. Доски предательски прогнулись. Черт… Вниз, сквозь щели посыпались крошки голубиного дерьма. Прямо подо мной стоят четверо лысых парней в зеленых балахонах. Ну, точно веганы, усмехнулся я.

– Виталик, прав, – услышал я. – Мы уже все обошли. Прочесали лес, проверили поселок, оранжереи, жилые зоны, подстанции, склады, биоректор, прачечную…

– А сортиры проверили, идиоты?! – взревел зычный голосина.

Я прильнул плотнее, чтобы увеличить угол обзора. Еще несколько крупинок помета упало вниз, на затылок склонившего голову сектанта. Тот недоуменно взглянул на потолок и отряхнул балахон. Я постарался превратиться в монолит. Вроде пронесло. Да с ними же сам…

– Так точно, Великий Магистр, Брахма! Первым делом проверили. Воины хорошенько пошурудили вилами в нужниках! Если б там кто-то прятался, непременно бы нашли…

– Да вашу ж мать! Ты, Виталик, залупу в собственных трусах не отыщешь! – бесновался Брахма. – Дебила кусок, блять!

Вот цель моей миссии. Фигура в белом балахоне заметно возвышалась над остальными. Какой жирный, сука. На башке капюшон с прорезями для глаз. Настоящий ку-клус-клановец!

– Но, Великий… – начал другой прихвостень.

– Закрой свой рот, Антон, и ответь на вопрос, – устало произнес Брахма. – Аэроплан этот сраный нашли?

– Дак, нашли же!

– И сколько человек в нем было?

– Один… ну, тело одно…

– А сколькиместная эта летающая хуета?

Зеленые балахоны нервно переглянулись.

– Два места… вроде бы…

Брахма начал говорить спокойно, но с каждым словом повышая тон:

– Ну, раз аппарат был двухместный, а в нем только один поджаренный трупак, то где, твою мать, второй диверсант?! – последние слова он уже выкрикивал, срываясь на хрип, в лицо бедолаге. – Тупые ублюдки! Я зачем вас посвятил в Мастера? Уроды, блять! Дегенераты ебаные!

Я тихонько засмеялся, хотя даже что-то начал переживать за зеленых.

– Найдите мне его, бездари! Сегодня! Сейчас! Или вы все будете дерьмо за свиньями убирать до конца дней!

Мне уже стало тяжело сдерживать смех. От спазмов сдавило мочевой пузырь. Лихорадочно осмотрелся в поисках походящий посудины. Будет стремно для такого героя как я – обоссаться в штаны. Но ничего подходящего вблизи не наблюдается. Уже не до осторожности. Поднявшись, начал стремительно расстегивать многочисленные застежки тактических штанов. Только бы успеть, только бы успеть, только бы успеть! Есть контакт, добрался! Остатки разума и смекалка меня, конечно, не покидали ни в каких ситуациях, поэтому направил поток на ближайшую стенку. Чтоб потише журчать. Ну, и не выдать себя горячим душем на бритые головы противников мясоедства.

– Можно сказать, Великий Брахма? – неуверенным голоском обратился другой послушник.

– Говори, Кеша!

– Только одно место еще не обыскали…

– Какое? Говори, ну!

– Вашу резиденцию, этот дворец, Великий…

Услыхав это, я весь похолодел. Предательский поток и не думал заканчиваться. Это все с коньяка, блин.

– Что ты несешь? Откуда ему здесь взяться?

– А может, он выпрыгнул из дельтаплана и приземлился на парашюте прямо на крышу?

Какой, блин, догадливый этот Кеша, поразился я.

– Слыхали? Вы почему еще здесь, тупиздни? Бегом, людей сюда и обыщите все! А ты соображаешь, Иннокентий! Держи семок, заряжены силой Брахмы!

– Спасибо, Великий…

– Эй, смотрите, что это течет по стене?

– Крыша протекла может?

– Это у тебя крыша течет, Виталик! На дворе зима вообще-то!

– А голуби разве не могут так гадить?

– Да что-то не похоже…

– Тьфу, блин!

– Что?

– На вкус, как моча!

– А откуда ты, Виталик, знаешь, какая на вкус моча?

– Идите в жопу!!!

В этот самый момент я панически застегивал портки. Плевать на тишину! Все оружие осталось на другом краю чердака! Быстрым рывком точно успею добраться. А там уж поглядим кто кого! Я прыгнул, но от нагрузки и мощи моей нехилой массы, старые доски треснули. С кучей обломков, в облаке пыли и голубиного гуана я рухнул посреди охреневшей компании.

Глава 56

Наверно, в каждой школе был «красный уголок»? Кроваво-алые стяги, обшарпанные пионерские горны, буденовские барабаны, значки с пятиконечной звездой, бюст Ленина, расшитые золотистой вязью вымпелы, колосящийся герб. Я, конечно, такое не застал, но в детстве нас водили в подобный музей. Пока одноклассники угорали над своими тупыми приколами, я глотал ком в горле, осознавая мощь ушедшей Империи Советов. Почему же все поменялось? Ведь мы были в шаге от мирового господства.

Просторный зал, куда я провалился, чем-то напомнил такое вот «красный уголок». Только обставлен не советской атрибутикой, а в шизофреническом стиле фанатов REN-TV. У них в студии, наверняка, был такой вот музей. С плакатов, гобеленов, самотканых ковров глядят зеленоватые рептилоиды с нимбами, ехидно взирает Будда, приоткрыв третий глаз, надменно косятся фараоны возле пирамид с вездесущим оком. На столиках возле стен воняют маслами оплывшие свечи в бронзовых подсвечниках. Забавная локация.

Ковер, на который свалился, ну точь-в-точь как у меня был когда-то. Хотя, наверно, у каждого раньше такой пылесборник лежал в комнате на полу. Или висел на стене. А здесь несколько ковров выложены в дорогу, ведущую к… я чуть не заржал, когда увидел. Ну, реально – железный трон из «Игры престолов». Только вместо мечей – хромированные детали европейской сантехники, перфорированные профиля от подвесного потолка и заточенные железные пики, видимо, выломанные из забора не отличающегося хорошим вкусом чиновника-казнокрада средней руки. Пики точеные – это хорошо. Вот бы выломать одну из них.

Из-за спин зеленых подаванов торжествующе прогремел голос Белого Брахмы:

– Вселенная снова услышала мои желания! Мышка сама бежит в мышеловку! Схватите этого шпиона, мать вашу, этого грязного прихвостня иностранных оккупантов! Схватите и разорвите, блять, на части!

А вот сейчас было обидно. Ухмыляясь, поднялся, расправил могучие плечи, выпятил мускулистый торс и отряхнул с рукавов мусор и грязь. Лысые послушники отступили на шаг и переглянулись. Еще бы, ведь перед ними – настоящий апокалипсический терминатор. Сейчас этих задрипышей одной левой раскатаю. Вот их главный, да – в более тяжелой весовой категории. Разберусь с подручными, а потом займусь Боссом этого уровня.

Веганы снова переглянулись. Один из них кивнул. В следующий момент полезли куда-то под свои балахоны. Я-то думал, вытащат огнестрел, и уже приготовился уворачиваться. Или, на худой конец, ножи с нунчаками. Но каждый сектант достал по горстке семечек. Надменно глядя на меня, они закинули по несколько штук и, когда сплюнули на ковер черно-белую шелуху, глаза их зажглись безумным яростным блеском. Не говоря ни слова, все четверо разом бросились на меня.

Удары посыпались, как плотный метеоритный дождь. Рожу я прикрыл, но тут один пробил серию в корпус. Спас мощный пресс. Лягнул ногой дерзкого нахала. Не попал. Тот с проворством кобры перекатился в сторону. Пропускаю слева. Ах ты, сука! Но мой увесистый, словно молот, кулак вспорол воздух. Снова удар. Успел поймать руку противника в захват. Гаденыш не растерялся, когда я треснул лбом в его фейс. Наоборот, ловко извернувшись, закинул мне на шею свои тощие ноги. Я начал задыхаться в крепкой хватке и напряг мускулы, чувствуя, как затрещали кости его руки.

Тут же сразу две подсечки с грохотом опрокинули на пол. Удушье ослабло, я отшвырнул тушку врага в сторону. Кувырком ушел от чьих-то ног, обутых в крепкие говнодавы. Какие проворные твари. Не вставая, дернул за край ковра, пустил волну. Гребаные джекичаны попадали, яростно зачихав от пыли. В эту секунду чуть не пропустил смертельный снаряд. Мимо башни пролетел гудящий огненный шар. Вспыхнула красивая вышивка с рептилоидом на стене. Белый Брахма уже поджигает от свечей какую-то пропитанную маслом дрянь.

Черт, голыми руками тяжело придется. С револьвером все было б куда проще. Но верный ствол сейчас сиротливо пылится на чердаке. Кляня себя за эту опрометчивость, прыжком леопарда бросился к ближайшему столику. Там, где только что стоял, полыхнул очередной фаерболл. Это уже начинает выбешивать. Взял со стола увесистый подсвечник.

Снова, как стервятники, налетели ускоренные ублюдки. Первого сшибаю прямо в полете ударом канделябра в лысую башню. Выпады второго парирую своим орудием. Тот с воем отскакивает, сжимая разбитые кулаки. Третьего ушатываю, перекидываю через плечо. Сзади с треском рассыпается столик. Телом четвертого засранца прикрываюсь от очередного пылающего шара. Вонь горящих тряпок и пережаренного мяса. Чижик забился в моих стальных руках. Милостиво свернул шейные позвонки, прервав ненужные мучения.

Из обломков мебели, как черти, выпрыгнули изрядно помятые противники. Я закрутил красивую мельницу канделябром и слегка кивнул. Давайте, мол, идите сюда, раз не хватило звиздюлей. Но сектанты тоже стали умней. Схватив по ножке от стола, начали выписывать немыслимые кренделя. Один даже забацал сальтуху.

Вновь закрутилась яростная пляска. Выгибаясь в хитроумных пируэтах, бью, уклоняюсь, парирую удары дубовых ножек и коварные вертухи. Во все стороны летят щепки, капли пота, осколки зубов (не моих), кровавые брызги. Но все равно, натиск просто чудовищный. Отступил, смещаясь к центру. Хорошо, фаерболы больше не прилетают. Толи Брахма ссыт попасть в своих, толи не знает, что еще поджечь. Когда меня оттеснили к трону, он вообще сбрызнул на другой конец зала.

Я оббежал сооружение. Спрятался от дубинки за спинкой железного трона, параллельно пнул в живот психа с другой стороны. Третий гад прыгнул на трон, хотел перескочить сверху, но я качнул всю эту хрень от себя. Говнюк потерял равновесие и насадился на острие. Поднатужившись, выдернул другую пику. Длинная, метра два. Воздух грозно загудел, когда я, словно боевой ударный вертолет, раскрутил над головой новое оружие.

Двое оставшихся сектантов не дрогнули и вновь кинулись в атаку, пытаясь запутать, двигались непредсказуемыми зигзагами. Ха, сосунки! Изделие чермета свернуло челюсть ближайшего мудака. От сильного удара, его тушка пролетела несколько метров, и врезалась в стену, срывая плакат с глазастой пирамидой и фараонами. Но второй каким-то макаром поднырнул под руку. Колено взорвалось от боли. Чувак повис на моей руке с прутком. Дал в ухо. Не отпускает. Еще раз, на! Но он провел подсечку. Мы покатились. Я старался дотянуться до горла, этот до моих глаз. Тут мне удалось закинуть свою мощную ногу на шею ублюдка. Как в вольной борьбе. Сейчас заломаю суку! Но проклятый веган вдруг вцепился зубами. Аж до крови! Тут я распсиховался и пнул что есть силы в его кусачий еблет.

Не успел опомниться, как меня будто шкафом придавило. Жирная туша Белого Брахмы навалилась, выбивая воздух из легких. Толстые пальцы-сардельки сомкнулись на шее. Как скинуть этого гиппопотама? Я уже терял сознание, когда хватка внезапно исчезла. Судорожно хватая ртом заветный кислород, услыхал:

– Твою мать, Санек, это ты что ли?! – воскликнул Брахма и откинул назад свой капюшон.

Глава 57

Подготовка к выживанию в постъядерном мире научила одному из важнейших навыков. И это не меткая стрельба, или сборка-разборка Сайги на время. Нет. Я стал кое-что понимать в сортах тушенки. Перед закупкой основной партии продегустировал десятки видов. Какого только дерьма не пихают в банки ушлые производители – кишки, болонь, хвосты крыс и прочая шляпа. Повезло, вышел на одного прапора, который отгрузил советскую тушенку из Госрезерва, 1970 года выпуска. Несмотря на дату, продукт оказался реально годным.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю