Текст книги "Эрлих (СИ)"

Автор книги: Александр Санфиров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Глава 14

Время тянулось, как тугая резина. А я ничего не мог делать, кроме того, как следить за проецируемыми на сетчатку часами со стрелками. И стоило только часам показать нужную цифру, я моментально телепортировался за пределы защиты центра. Минута и меня втягивает в появившийся транспортный луч из шаттла.

– Стартуем, – отдал я мысленную команду, усаживаясь в появившееся кресло.

Еле слышное пение стартовых антигравов было для меня сейчас самой сладкой музыкой Вселенной.

Искусственная гравитация, заработавшая при старте, сделала незаметным резкое ускорение челнока.

Но я сейчас был далеко не тем слабым псионом, появившимся на орбите Эрипура семьсот лет назад, поэтому без проблем мог определить положение корабля в пространстве и момент, когда мы выходим на круговую орбиту в трехстах тысячах километров от планеты.

Лихорадочное возбуждение первых секунд взлета постепенно ушло. Короткой медитацией я привел себя в нормальное состояние и сейчас принимал информацию от всех бортовых систем наблюдения.

Искин без проблем решил проблему трех тел в космическом пространстве, поэтому челнок сейчас находился в точке, где гравитационные влияния Эрипура, его Луны и крейсера Предтеч взаимно нейтрализовали друг друга, и он не нуждался в периодической коррекции орбиты. Энергию следует беречь, я ведь еще не решил, куда и когда мы направимся.

Встав с кресла, растерянно огляделся по сторонам, пытаясь понять с чего начать.

Я в космосе! Свобода!

Заветная мечта, лелеявшаяся сотни лет, осуществилась за такой краткий миг времени, что я не понимал, чем сейчас заняться. Вернее, знал в общих чертах, но четкого плана не было абсолютно.

– Даже посоветоваться не с кем, – подумал я, и сам улыбнулся подобной глупой мысли. Можно подумать я с кем-то советовался все эти годы. Время советчиков прошло давным-давно. – Напиться что ли ради такого случая?

И тут, глядя на Эрипур огромной полусферой занимающей обзорный экран, до меня дошло, что желание срочно лететь в неизвестность потихоньку пропадает.

Очень странное ощущение. Сразу вспомнились рассказы отца, работавшего зоотехником в зверосовхозе, как черно-бурые лисы грызли доски, делали подкопы, чтобы сбежать из вольеров, где жили не один год, на свободу, а потом, через пару дней, сами приходили обратно.

Похоже, я сейчас нахожусь в роли такого лиса. Вырвался из клетки и не знаю, что делать дальше. Ведь все эти долгие годы думал только об одном, как улететь с планеты, а что там будет дальше не интересовало совсем, вроде бы само должно решиться.

К счастью, я не лис, поэтому сяду, и буду искать нужное решение. Стоит ли сразу двигать в Содружество, не зная, что в нем происходило все эти годы? Возможно, архи от него и следа не оставили.

А может остаться на Эрипуре? Заделаться королем небольшого архипелага и жить поживать там с молодой женой двухсот лет от роду.

Увы, долго размышлять мне не пришлось.

В бесстрастном ментальном сообщении искина проскакивали панические нотки. Или мне так показалось?

– Капитан, крейсер Предтеч, транспортным лучом, осуществил захват челнока.

Я даже не успел удивиться возможностям крейсера посылать транспортный луч на две сотни тысяч километров, как все наружная оптика отключилась.

На короткое время в экранах воцарила темнота, затем в появившемся желтоватом свете я увидел, что челнок стоит на огромном посадочном поле. Кроме нашего корабля, здесь имелось множество других самых разных размеров и типов.

Некоторые казались знакомыми, других я никогда не видел и даже не представлял, что подобные корабли могут существовать.

– Состав атмосферы за бортом, давление и температура соответствует Эрипуру. – ненавязчиво сообщил имплант.

– Понятно, выйти наружу можно без скафандра, – выдохнул я, а то уже искал взглядом стойку со скафандрами. Их было всего четыре и, похоже, пока в них не было нужды.

Увы, транспортный луч челнока на космодроме не сработал. Пришлось по старинке выбираться наружу через шлюз.

Слевитировав на металлические шестигранные плиты посадочного поля, я огляделся.

Однако из-за, возвышающихся вокруг космических судов, смотреть, собственно, можно было только на космолеты, стоявшие по соседству.

Потолок обширного ангара терялся в вышине, поэтому создавалось полное ощущение, что я стою на поверхности планеты. Хотя умом я понимал, что нахожусь в гигантском помещении внутри звездного крейсера Предтеч, в идеальном шаре, диаметром две с половиной тысячи километров. Со стопроцентным альбедо брони, отражающим все известные виды излучения, вплоть до нейтрино.

Разум отказывался понимать, что такую мощь создали разумные существа.

Самая большая космическая станция, на которой мне когда-то довелось побывать, принадлежала Аратанской империи и была всего-то километров шестьдесят в диаметре.

Мои рассуждения прервал портал в форме вертикально поставленного овала, возникший прямо перед носом. Особо не раздумывая, я сразу шагнул в него. Волноваться нечего. Если бы меня хотели убить, то это бы уже произошло. А так, я для чего-то еще нужен.

После перехода я очутился в небольшом помещении, явно медицинского назначения, потому, что в воздухе висели практически такие же хрустальные капсулы, в какой сейчас находилась Герна.

В этот момент в мозгу появились образы, быстро сменяющие друг друга.

Через какое-то время стало понятно, мне уделила внимание крохотная частица искина крейсера, занимающего объем более девяноста кубических километров в центральных отсеках. И сейчас, мне, как ментальному инвалиду, ветерану давно забытой войны, предлагается пройти восстановительное лечение в капсуле.

Общение с искином радости не доставило. Неприятно ощущать себя практически микробом перед электронным мозгом такой мощности. Хотя понятно, что с управлением боевым кораблем такого размера не справится обычный человеческий мозг и даже мозг создателей этого гиганта. Судя по размерам крейсера, он мог разнести в хлам любую планету, да и звездную систему, пожалуй, тоже. И в тоже время искин ущербен, раз не может понять, что я не имею к Предтечам никакого отношения.

От предложенного улучшения псионики отказываться не стал. Да и не смог бы, скорее всего. Улучшили бы насильно, хе-хе.

Дематериализовав одежду, улегся в капсулу, не шелохнувшуюся при этом, и практически сразу уснул.

Почти моментально сознание вернулось, но сразу выбираться из капсулы не рискнул. Надо было привыкнуть к новому ощущению реальности. Не напрягаясь, я знал, в какой точке крейсера сейчас нахожусь, Видел не глазами, а новым органом восприятия, работу десятков тысяч механизмов крейсера и понимал, что могу вмешаться в их работу в любой момент.

Но самый большой поток ментального излучения шел со стороны Эрипура, гигантская планета казалась сейчас живым организмом.

А вот на крейсере ни одной живой души не наблюдалось.

Искин после того, как мои проблемы с его точки зрения были решены, не обращал на меня больше никакого внимания. Даже обидно стало. Чувствую, что могу горы свернуть, а меня держат за мелкий вирус, ненужный в отлаженной системе.

Подавив глупую обиду, медленно поднялся из хрустальной колыбели и завис в воздухе.

Ого! После пребывания в капсуле, навык левитации значительно подрос. А расход маны, наоборот снизился.

Но тут вернулся к жизни имплант и сообщил, что пребывание в капсуле заняло около месяца. Количество нейронов коры мозга увеличилось в пятнадцать раз. А в варолиевом мосту мозга появились два новых ядра, функция которых до конца не ясна, Скорее всего, они нужны для самостоятельного перемещения и ориентации в космическом пространстве. Мне ничего не оставалось, как принять эти новости к сведению, так, что в планах теперь учиться строить порталы не только в атмосфере, но и в космосе.

Учится начал без промедления, построив маршрут к космодрому, находившемуся от меня на расстоянии полторы тысячи километров, создал портал прямо к шлюзу челнока.

В своих путешествиях по Эрипуру я, бывало, проводил в одиночестве не один десяток лет. Но полное отсутствие жизни на крейсере начинало действовать на нервы.

– Пора, будить Герну, – решил я, забираясь в шаттл.

Когда зашел в свой пространственный карман, там ничего не изменилось Солнце стояло низко над горизонтом. Темнело – обычный тихий, земной вечер.

Удовлетворенно оглядевшись, я зашел в дом. Герна лежала в капсуле нереально красивая в своей наготе.

Не знаю, возможно, пребывание в капсуле повлияло и на либидо, но организм моментально отреагировал на это зрелище, не хуже чем у молодого парня.

Решительно подойдя к капсуле, я наклонился и прикоснулся губами к полураскрытым розовым губам своей жены.

Сразу ничего не произошло, но я видел, что сложная маготехническая начинка капсулы начала свою работу.

Фиолетовая дымка, прикрывавшая тело Герны, быстро исчезала и через несколько минут девушка открыла глаза.

– Эрлих, ты зачем вернулся из Дронара? – тревожно спросила она, не вставая. – Ищейки Гвирона, все еще разыскивают тебя. Не надо было делать этого.

– Однако! Да она же ничего не помнит, с момента моего бегства! – понял я.

Герна с усилием села и удивленно начала оглядываться по сторонам.

– Любимый, мы где? И вообще, почему я голая лежу в какой-то стеклянной коробке? – спросила она.

Пока она пыталась понять, где находится, я внутренне ликовал.

– Герна ничего не помнит, отлично! Боже, сделай так, чтобы к ней не вернулась память двухсот лет жизни. Пусть она останется двадцатилетней девчонкой.

Вместо ответа, телекинезом осторожно притянул Герду к себе и направился к своей койке, на ходу дематериализуя одежду, созданную буквально минуты назад.

Девушка ничего против не имела, наоборот, обвив мою шею руками, она впилась мне в губы горячим поцелуем.

Около часа мы были заняты друг другом. Но все когда-нибудь заканчивается и моя жена начала задавать вопросы.

А я в это время думал, что все, что ни делается, все к лучшему. Похоже, Герна, укладываясь в капсулу, сознательно лишила себя части памяти. Мне трудно понять такое решение, но для меня оно было спасением. Скорее всего, мы с ней не смогли бы ужиться, если бы она сохранила память двухсот лет жизни. А сейчас все в моих руках, хотя, возможно, если я не ошибаюсь, Герна приняла такое решение именно из-за того, что надеялась на встречу со мной и заранее подстраховалась.

– Пойдем, перекусим, а заодно я расскажу тебе, где мы и почему, – предложил я, и повел жену на кухню, на ходу одевая ее в роскошный пеньюар паутинного шелка.

– Ты говоришь, я проспала пятьсот лет в этом стеклянном ящике? – недоверчиво спросила девушка, тщательно выскребая из стакана ягоды, оставшиеся от компота. – И мы сейчас находимся в твоем пространственном кольце? Ты, наверно, врешь, колец с таким объемом не бывает. Даже у магистров!

Я улыбнулся.

– Мое личное пространство не зависит от колец, оно всегда будет со мной. Сейчас выйдем из дома, и ты убедишься в этом.

– Какое странное небо и солнце не настоящее! – воскликнула Герна, когда мы вышли из дома.

– Ничего странного нет, это солнце и небо моего родного мира, – пояснил я. – А то, что ты видишь – это наведенная иллюзия. Ее можно запросто убрать.

Я махнул рукой и вокруг нас заплескались голубые волны, посреди бескрайнего океана остался лишь небольшой зеленый островок, на котором мы стояли вдвоем, а на небе сияло огромное солнце Эрипура.

Миг все вернулось к прежней картинке.

Голем, выехавший подстригать траву, внимания Герны не привлек.

Она мельком глянула на него и, пристально смотря на меня, спросила:

– Ты сказал, что это солнце твоего родного мира, Эрлих, ты кто?

– Человек, как и ты, – просто ответил я. – Только прилетевший с другой планеты.

Герна в в изумлении смотрела на меня.

– Так ты Древний, – прошептала она. – Не может быть.

Она нервно рассмеялась.

– Я жена Древнего, вот это сюрприз!

Мне пришлось вновь купировать ее эмоциональный взрыв, предотвращая начинающуюся истерику.

– Я никакой не Древний, я обычный человек, только с другой планеты, – с нажимом повторил я.

Происходящее начало меня беспокоить по-настоящему, поэтому пришлось полностью подавить участок мозга Герны, отвечающий за эмоциональную сферу.

Это помогло, и наш разговор принял более спокойный характер.

Зато, когда эмоции были убраны, я заметил, что между той Герной, что я помнил семьсот лет назад и теперешней, имеется значительная разница. Она по иному строила вопросы, легче понимала мои объяснения. И я с тревогой задумался, как буду строить с ней отношения, если к ней вернется память прожитых двухсот лет.

По ходу разговора мы вышли из пространственного кармана в рубку шаттла и я получил на свою голову тысячи новых вопросов.

– Давай, давай, отвечай на вопросы, — смеялся я над собой. – Тебе же скучно было одному, радуйся, теперь скука не страшна.

Искину крейсера, до нас не было никакого дела, хотя я не сомневался, что все наши действия постоянно отслеживаются. Тем более искин не считал нужным сообщать, зачем крейсер вообще торчит в этой звездной системе несколько тысяч лет при полном отсутствии экипажа.

А вот мне до него дело было. Я бы не отказался от топливных стержней для реактора шаттла, только мой имплант пока ничем меня не радовал. Искин крейсера, вылечив ментального инвалида, дальнего родственника своих хозяев, больше помогать, не собирался.

Однако имплант продолжал попытки контакта, а я в это время продолжил для Герны экскурсию по челноку, общаясь с имплантом другим потоком сознания.

Долго проводить экскурсию не получилось, перегруженная впечатлениями девушка почти ничего не соображала, поэтому пришлось ее уложить отдыхать прямо в челноке.

Я же был свеж, как огурчик, восемь распараллеленных потоков сознания работали как часы. Все же я смог достучаться до искина крейсера и сейчас ожидал прибытия дроида для проведения анализа топливных стержней, чтобы завод по производству топлива, мог синтезировать подобные для меня.

Наниты мы с имплантом пускать в ход не решились. Это в центре связи в горах Атласа можно было провести такую диверсию, подчинить себе искин. На крейсере такой номер бы не прошел. А от меня даже атома не осталось вместе с челноком.

Небольшой портал возник неподалеку от шлюза и оттуда выкатился практически такой же грузовой дроид, что лежал у меня в хранилище.

Выбравшись из челнока, я набрал шифр на неприметной плате в углублении брони, и рядом открылась круглая крышка люка для загрузки топлива.

Манипуляторы дроида скользнули туда и легко вытащили трехметровый контейнер с топливным стержнем.

Погрузив его в кузов, дроид бесшумно нырнул в портал и был таков.

Я с грустью глядел на исчезающий овал, этого стержня могло хватить на один прыжок на сто световых лет, меня терзали смутные сомнения, что на этом заводе смогут сделать что-то подобное.

Но, другого пути не было. Я нисколько не сомневался, что управлять кораблями Предтеч, стоящими на посадочном поле у меня не получится. Поэтому все надежды оставались на спасательный челнок производства империи Аратан.

Герна продолжала спать, не выспалась бедняжка за пятьсот лет, а я решил проверить новые псионические навыки. Естественно, для начала в виртуале.

Здорово рисковать не стал, попросил имплант поставить мне виртуал на уровне С ранга, всего на два ранга выше, чем было у меня до пребывания в капсуле Предтеч.

Поэтому здорово удивился, когда прошел все уровни, за двадцать минут

Настроение резко улучшилось. Еще больше оно улучшилось, когда, выйдя из виртуала, я обнаружил дроид, спокойно стоявший у челнока. В его кузове лежало десять контейнеров с топливными стрежнями.

Открыв транспортный лючок на одном из контейнеров, я ткнул в него щупом датчика, хотя своим псионическим зрением и так видел, что все в порядке. Вот только искину челнока этого не скажешь, ему нужен официальный сигнал датчика, иначе погрузочный люк не пропустит непроверенный контейнер.

Чрез полчаса у меня в загрузочном отсеке лежал запас топлива, чтобы добраться до фронтира без проблем. Одна задача решена, теперь будем решать следующие вопросы.

А их у меня всего два.

Первая, что делать и как жить, если останусь на Эрипуре? А вторая, куда лететь на челноке, если захочу вернуться в Содружество? Хотя, собственно, меня там никто не ждет.

Глава 15

Эпилог

Мои размышления прервали образы, появившиеся в голове. Искин крейсера вновь связался со мной.

По его информации, вне плоскости эклиптики из гипера вышел рой астероидов архов не меньше двухсот штук. И сейчас их курс лежал в точку, в которой через день окажется Эрипур, совершая путь со своей звездной системой по Млечному пути.

Сказать, что я испугался, слишком просто. Да я чуть не обоср… от таких новостей.

Но, как оказалось, меня просто информировали о том, что крейсер вновь включает М-поле, и чтобы я не вздумал никуда улетать в этот момент.

Начало работы генераторов М-поля уловить было несложно, для моих чувствительных рецепторов оно ощутилось легким толчком.

– Ничего себе! в который раз восхитился я творением Предтеч, – Какая же огромная мощь, таится в этих механизмах, если их включение чувствуется в искусственной планете массой в миллиарды тонн.

Вспыхнувшие экраны челнока начали получать данные от радаров дальнего оповещения крейсера. На них астероиды архов выглядели блестящими синеватыми точками на фоне тьмы межзвездного вакуума. Именно сгорающая в фотонных отражателях антиматерия, разгоняющая астероиды до околосветовой скорости дает подобный отблеск. Фотонные отражатели являлись самым хранимым секретом архов, позволяющим осуществлять короткие межзвездные перелеты без ухода в гипер. Заветная мечта ученых Содружества была разгадать эту тайну. Ведь выйти из гиперпрыжка непосредственно около планеты до сих пор не представлялось возможным, И приходилось потом месяцами добираться до цели, до которой архи могли добраться после выхода из гипера всего за несколько часов.

Ну, пауки, держитесь, сейчас вам будет бо-бо! – мстительно подумал я.

М-поле распространялось, в отличие от электромагнитного излучения, практически мгновенно сферой диаметром в триллионы километров. Поэтому двадцатикилометровые астероиды архов взорвались практически в момент его включения. За дальностью взрывов почти в пятистах миллиардах километров от нас, зрительно они особо не впечатляли. Но меня все равно пробрало до глубины души. Ментальный вопль погибающей матки улья, доносящийся с такого расстояния, потряс не по-детски.

А ведь от одного из таких астероидов я удирал на челноке семьсот лет назад. Даже не подозревал, что с ними можно так легко разобраться.

Неужели все эти годы архи пытались добраться до Эрипура? Может, и М-поле было тогда включено крейсером не из-за моего прилета, а из-за появления архов? Тогда странно, почему его не отключали семьсот лет?

В этот момент я почувствовал, как непередаваемо огромная ментальная сущность, снисходительно улыбаясь, посмотрела на меня. Типа, наконец-то, букашка сообразила, что к чему.

После этого, М-поле вновь было отключено, и искин крейсера снова погрузился в свою нирвану.

– Интересно, сколько за прошедшие столетия пауки угробили астероидов, чтобы добраться до Эрипура? – Подумал я.

Теперь пребывание здесь крейсера Предтеч для меня стало немного понятней.

По неясным причинам, он охранял эту звездную систему, а точнее Эрипур от проникновения пиратов, и прочих разумных жаждущих пограбить, или архов, стремящихся сожрать новое человечество.

Остается вопрос, почему бездушный искусственный интеллект не уничтожил когда-то мой челнок? Может, все дело в размерах?

– Именно так, – заявил искин челнока, включившись в мои размышления. – Мы еле уложились в допуск, была бы наш шаттл шире на метр, от нас даже воспоминания не осталось.

– Значит, – нам крупно повезло, – заявил я и объединил все потоки сознания в один. Нужно было срочно обдумать вопрос, как жить дальше.

В общем,получив свободу, о которой мечтал сотни лет, я успокоился и уже никуда не спешил. Тем более в Содружество, где нас с Герной никто не ждал. В Луганор, составлять конкуренцию Гвирону, тоже лететь не хотелось. А вот Южный архипелаг был заманчивой целью. Рядом с огромным материком Луганором, размером с три земных Гондваны, архипелаг, конечно, казался небольшим, на самом деле по площади он превосходил размерами всю Западную Европу. Будет где разгуляться внеранговому магу Эрлиху. Или лучше вернуть себе еще не забытое земное имя и фамилию – Роман Лиховцев? Это в Содружестве мне пришлось стать Эр Лихом, из-за традиций населения давать короткие имена. Все равно каждодневная идентификация шла по чипу, установленному при рождении, или при получении гражданства, поэтому путаницы с однофамильцами в Содружестве, несмотря на миллиарды одинаковых имен, не существовало.

Мои размышления были нарушены пробуждением Герны.

Я почувствовал ее изменение мозговой активности несколько минут назад, но не стал показывать этого. Лишь сделал вид, что чуть-чуть испугался, когда мягкие ладошки закрыли мне глаза.

– О чем мой любимый муж размышляет? – шепотом спросила она, дуя в ухо теплым дыханием.

– Думаю, как и где мы будем жить, милая.

Девушка хихикнула.

– Мужчины, никогда не знают, что хочет женщина.

– А что она сейчас хочет?– для проформы поинтересовался я.

Всполохи желания в ее голове, не заметил бы только самый бесталанный псион, я к этой категории явно не относился, поэтому, не дождавшись ответа, понес Герну на постель, с которой она только что поднялась.

– Ну, Эрлих, я устала и хочу поесть, – капризно заявила Герна через два часа кувыркания в кровати.

– Это, что такое? – с подозрением спросила она, когда из синтезатора появились две тарелки с дымящейся гречневой кашей и котлетами.

– Еда моей далекой Родины, – сообщил я в ответ. – Надеюсь, тебе понравится.

Еда далекой Родины Герне оказалась не в нос, я же столько съесть не смог, поэтому каша улетела в утилизатор. Зато форель в маринаде пошла на ура. Девушка лопала ее так, что за ушами трещало.

После еды Герна вновь обратила внимание на окружающую обстановку.

Часа полтора я отвечал на ее наивные вопросы. На большую часть из них вообще было трудно ответить, так, чтобы она хоть что-то поняла. Невозможно объяснить доступно, почему светится лампочка, человеку не знающему даже основ физики. Но я старался. Видя мои мучения, искин предложил выход, напомнив, что в сейфе челнока хранится несколько трофейных матриц с судов работорговцев. Эти обучающие матрицы они использовали для захваченных «диких», как называли будущих рабов. Матрицы содержали по минимуму знания на уровне младшего техника, или ремонтника.

Честно говоря, я даже не знал, что у нас имеются такие штуки.

– Интересно, кто их засунул в сейф спасательного челнока и зачем? – подумал я.

Но, тем не менее, сразу ухватился за это предложение и, с помощью искина, открыв сейф, обнаружил в стандартном контейнере восемь матриц размером с небольшую монету.

Герна с любопытством наблюдала за моими телодвижениями, пытаясь понять, чего я так возбудился.

– Это что такое? – спросила она, когда я приложил матрицу к ее виску.

– С помощью этой монетки ты узнаешь много нового, любимая, а пока поспи, – сообщил я улыбаясь.

Не успел я договорить, как Герна закрыла глаза и чуть не упала. Я телекинезом отправил ее снова на кровать.

И сколько она теперь будет спать? – задал я вопрос в пустоту.

– Два часа, восемь минут тридцать две секунды, – тут же ответил имплант.

Пока Герна получала знания, я создал в рубке метровую проекцию Эрипура и, вращая ее, пытался понять, где лучше всего начинать свою деятельность в качестве короля. Почему-то у меня не было никаких сомнений, что элите этих мест в виде вождей, магов и жрецов не понравится мое появление. Хотя это меня особо не волновало. Рассмотрев все варианты, я отказался от Южного архипелага и выбрал своей целью острова Зеленого мыса. В основном из-за климата. Он на островах был гораздо мягче и муссоны не так свирепствовали зимой. К тому же виноградники были там нисколько не хуже, чем на Южном архипелаге, это я знал на личном опыте. И вино я любил гораздо больше, чем пиво.

Когда понял, что загрузка знаний у Герны завершилась, то осторожно снял серебристый диск с ее виска. Вдруг эта матрица пригодится еще кому-нибудь.

Девушка осторожно села на кровати, спустив ноги на пол. И почти сразу болезненно сморщившись, обеими руками взялась за голову.

– Ужасно болит голова, – обиженно пожаловалась она. И вдруг уставилась куда-то за мою спину. Повернувшись, я увидел мелкого дроида уборщика, чья задача была сбор мелкого мусора, пыли и загрузка всего этого добра в утилизатор.

– Это же дроид ВК– 106 серия-уборщик? – спросила она.

– Возможно, – ответил я. В моей базе пилота малых космических судов третьего уровня и абордажника 10 уровня особых сведений о дроидах уборщиках не имелось.

Да, и не нужны были мне эти знания. За прошедшие годы, конструкции магических големов были мной отработаны до совершенства и дроиды, как таковые интересовали постольку, поскольку.

– Как интересно! – с этими словами Герна встала и медленно начала обходить помещение рубки, осторожно касаясь того, или иного предмета.

– Эрлих,представляешь, я теперь столько всего знаю! – воскликнула она, разглядывая работающий утилизатор.

Неожиданно, девушка замолкла и остановилась, Ее лицо приняло странное выражение, как будто она пыталась что-то вспомнить.

Повернувшись ко мне, она прошептала:

– Эрлих, я почему-то вспомнила плетение, работающее так же, как этот прибор. А ведь я его точно не учила.

– Знаешь и отлично, – буркнул я. Похоже, потеря Герной части долговременной памяти не останется навсегда, просто она возвращается к ней фрагментарно.Это, конечно, не радовало, но поделать я с этим ничего мог, вернее, мог, да еще как. Просто не хотелось вмешиваться в работу ее мозга и так изрядно пострадавшего в результате пребывания в капсуле Предтеч.

Один из моих потоков сознания работавший непрерывно над этой проблемой, наконец, понял, ситуацию, созданную самой Герной из-за решения уснуть в капсуле Предтеч.

В свое время она поставила капсуле задачу откатить ее физическое состояние к двадцатилетнему возрасту, не уточнив, как следует поступить с долговременной памятью мозга. Маломощный искин ретрансляционной станции Предтеч не был рассчитан на проведение такой процедуры, поэтому просто удалил все воспоминания до указанного возраста, притом оставив источник маны и каналы без изменений, как и наработанные рефлексы. И теперь у меня на руках молоденькая магичка с невероятно мощным источником и рефлексами, не умеющая ими пользоваться. Так, что придется срочно брать ее обучение в свои руки, иначе неприятностей не избежать.

– Герна, нам надо поговорить, – осторожно начал я. – Понимаешь, я тебе далеко не все успел рассказать.

Дело в том, что ты улеглась в капсулу Древних, когда тебе уже было двести лет. Поэтому с того времени, как мы расстались, прошло целых семьсот лет. И сейчас в Луганоре правит император внук Клауса Гвирона.

На этот раз я не стал подавлять эмоциональный фон жены, хотя сразу пожалел об этом.

– Так я сейчас старуха! – воскликнула Герна, разглядывая ладони, наверно, пыталась понять по ним постарела она, или нет.

Неожиданно она сделала пасс рукой, и перед ней возникло большое зеркало, шелковый пеньюар бесследно исчез с ее плеч, оставив нагой, и она начала внимательно разглядывать свое отражение.

– Однако! – тревожно подумал я. – Моя малышка Герна не владела такими возможностями, то, что она сейчас делает, это уровень восьмого ранга.

Постановка зеркальной иллюзии, дематериализация пеньюара, интересно, что она отчебучит дальше?

Девушка, между тем, убедившись, что у нее все в порядке с возрастом, повернулась ко мне, нисколько не смущаясь своей наготы, и заявила:

– Эрлих, теперь надень на меня красивое платье.

Мысленно смеясь, я выполнил просьбу жены. Роскошное зеленое платье длиной чуть ниже колен и вырезом для груди, село на нее идеально.

Оглядев себя в зеркало, Герна капризно надула губки.

– Милый, я не могу носить такое откровенное платье, сделай, пожалуйста, его длиной до щиколоток, и мне еще нужна помада для губ и сосков, лиловая, будет в самый раз. И туфли, помнишь, мне на свадьбу сделал хрустальные башмачки с золотыми бантиками. Как в той сказке, что ты мне рассказывал.

– Без проблем, – ответил я, удлинил платье и выдернул тюбик лиловой помады из своих запасов в пространственном кармане, ну, и туфельки конечно.

Герна схватила помаду, критически ее оглядела и буркнув:

– Сойдет, – принялась увлеченно красить губы и соски.

– Для кого ты так стараешься? – спросил я.

– Как для кого? – Герна широко раскрыла глаза. – Для тебя, конечно! Ты же хочешь, чтобы у тебя была красивая жена? Ты заметил, что у меня грудь немного увеличились, тебе нравится?

– Конечно, – подтвердил я, стараясь сохранить серьезное выражение лица. Возможно, старая Герна двухсот лет от роду сделала гигантскую ошибку, откатив свою память на сто восемьдесят лет назад. Только сейчас я начал

понимать, что я мог неверно оценить ситуацию. Возможно, Герну двухсот лет от роду, я бы переносил гораздо спокойней.

Но что сделано, то сделано, надо принимать Герну фон Бризон, такой, как она есть. По крайней мере, скучно с ней не будет.

После того, как с макияжем было закончено, пришлось выйти с женой из челнока и прогуляться по космодрому. Далеко мы не уходили, в скором времени у меня начала болеть шея, из-за разглядывания космических кораблей, многометровыми колоннами, возвышающимися над нами.

– Ничего интересного тут нет, – разочарованно вздохнула Герна. – Эрлих, ты надолго хочешь здесь остаться? Может, мы улетим обратно в Гронар, или еще куда-нибудь, если нам в Гронаре и Дольске нам нельзя появляться.

– Так и сделаем, – согласился я.

Сейчас, нашему возвращению на Эрипур ничто не препятствовало. Центр связи в горах Атласа оставался под моим контролем, поэтому и препятствий вылету с планеты тоже не имелось. А здесь, на безымянном крейсере Предтеч, меня ничего не держало. Искин равнодушно взирал на наше присутствие, но и на контакт не шел.

Но все равно, для старта челнока нужно получить его согласие.

К моему удивлению, трудностей в его получении не было.

Сразу после передачи от нас сигнала о готовности к вылету, челнок был телепортирован на внешнюю броню крейсера.

Герна, сидевшая рядом со мной, восторженно завизжала, когда мы очутились на зеркальной поверхности искусственной планеты.

После включения антигравов она стала быстро удаляться от нас и через несколько минут мы уже наблюдали уменьшающийся сверкающий диск Белой луны, как не одну тысячу лет называли крейсер аборигены Эрипура. А еще через пару минут на экранах появился Эрипур, Сегодня на его дневной стороне было малооблачно и можно было разглядывать материк Луганор во всей его красоте, от Западного берега с княжеством Трокар, до восточных берегов великой пустыни.