355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Александр Лазаревич » 2019 год: Повелитель Марса » Текст книги (страница 5)
2019 год: Повелитель Марса
  • Текст добавлен: 14 октября 2016, 23:56

Текст книги "2019 год: Повелитель Марса"


Автор книги: Александр Лазаревич



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

21. Возвращение на Марс.

Через несколько часов астрономам Аризонской обсерватории удалось сфотографировать стыковку стартовавшего с Земли космического корабля с «Черным Айсбергом». После этого «Черный Айсберг» вместе с пристыкованным к нему кораблем начал разгоняться, покинул орбиту Земли, и , если верить расчетам аризонских астрономов, лег на траекторию полета к Марсу...

22. Уравнения на бересте.

Лагерь экологического перевоспитания, куда был помещен Андрей Ладогин, представлял из себя несколько бараков на сто первом километре от Москвы. К баракам прилегало картофельное поле, трудясь на котором, перевоспитуемые приобщались к природе и учились ее любить. Бывали дни когда ветер внезапно приносил густой ядовитый смог, и тогда приходилось работать в поле в противогазах. Неподалеку от бараков стояла маленькая церквушка, ежедневное посещение которой было для перевоспитуемых обязательным. Кроме того, каждый день им читали лекции по экологии. Лекции были скучными, но слушать их все равно приходилось, потому что раз в неделю по ним надо было сдавать зачеты. По результатам зачетов, а также проводившихся раз в месяц психологических тестов, определялось сколь успешно шел процесс перевоспитания, а значит и сколько времени перевоспитуемому осталось здесь сидеть, потому что у всех был один и тот же срок – «до полного и необратимого перевоспитания».

Тактика перевоспитания была проста: инженеры, профессионалы высокого класса теряли квалификацию в результате долгого вынужденного простоя. Им даже не давали карандашей и бумаги, чтобы они не могли упражняться в своем искусстве. После того, как человек терял профессиональные навыки, ему легче было согласиться с постоянно навязываемой ему мыслью о том, что эти навыки не нужны – чтобы восстановить их нужно было бы снова много трудиться, и лень оказывалась союзницей экологической пропаганды, утверждавшей что все беды человечества происходят от инженерных знаний. Разумеется, лень действовала только подсознательно – никто никогда сам себе не признается в том, что в основе его поведения лень, или что он уступает давлению извне. На сознательном уровне человеку самому начинало казаться, что у него изменились убеждения, что пропаганда "открыла ему глаза на экологические преступления техники". Это была обычная тактика промывания мозгов. Люди превращались в ярых, убежденных активистов зеленого движения, и их отпускали из лагеря домой.

Андрею довелось наблюдать несколько таких превращений, и он заметил, что ломались в первую очередь люди не обязательно слабые, но потерявшие свой профессионализм. Поэтому первой его заботой было найти возможность упражняться в инженерных расчетах. И он нашел такую возможность. Сотнями лет люди, прежде жившие в этих краях, писали на бересте, но, кажется, еще никто и никогда не решал на бересте уравнений в частных производных. Андрей держал свои занятия в тайне от товарищей по несчастью среди них мог оказаться стукач, и тогда можно было бы загреметь под амнезин. Внешне Андрей старался изображать из себя такого же "сломавшегося", вновь обращенного из техницизма в экологизм, но видимо психологические тесты все же улавливали фальшь, и домой его не отпускали.

Перевоспитуемым разрешалось смотреть телевизор – все равно по нему шла почти сплошная экологическая пропаганда. В середине декабря 2018 года, на следующий день после невероятных событий на Манежной площади, Андрей увидел роботов в вечерних новостях и сразу же узнал их. Да, за четверть века они сильно ушли вперед, и теперь их уровень технологии опережал земной на сотни, а может быть и тысячи лет, и все же в очертаниях их проглядывало нечто до боли знакомое. Глядя на экран, Андрей даже готов был поспорить, что вот здесь у робота расположена энергетическая установка, а вот там – блок управления. Андрей словно перенесся на двадцать лет назад, в лучшие годы своей жизни, когда он часами наблюдал за роботами на экране телевизора. Но тогда эти роботы были на фоне ржавой марсианской пустыни, сегодня позади них виднелись башни Кремля.

Главное, что пытался понять Андрей, вглядываясь в экран, это откуда они берут энергию. Они нигде и ничем не заправлялись, если не считать нескольких капель жидкости, которую доставил самый первый робот, упавший с неба. Если эти несколько капель действительно позволили им в течение нескольких часов летать по воздуху, то это значит, что они овладели тайной холодного термоядерного синтеза. С энергетикой их ракеты дело несколько проще – ракету конечно же питал луч, шедший с основного корабля, ожидавшего на околоземной орбите, хотя с природой этого луча, возможно, не так просто будет разобраться... Андрей не заметил, как вернулся к своей работе двадцатилетней давности – анализу информации о марсианских роботах. Он чуть не прослушал самого главного сообщения: "...Удалось установить личности похищенных. Это Ладогина Елена Андреевна, 1994 года рождения, гражданка Московии, советской национальности, и ее дочь Настя, 2014 года рождения..."

23. Поездка в Кремль.

На следующее утро приехали два молчаливых МЭДовца, затолкали Андрея в автомобиль, и повезли в Москву. Сначала Андрей подумал, что это связано с похищением его дочери и внучки, и его везут домой, но когда стало ясно, что автомобиль идет в центр города, Андрей понял, что МЭДовцы наконец раскопали секретный архив марсианского эксперимента, и он нужен им как эксперт.

Но автомобиль проехал здание Министерства Экологии Духа и продолжал двигаться к центру. Когда машина выскочила на Красную площадь, ворота Спасской башни раскрылись перед ней. На площади Андрей успел лишь разглядеть неубранные обломки танков между историческим музеем и кремлевской стеной. Машина въехала в ворота и они тут же за ней закрылись...

24. Прошлое возвращается.

В Кремле его сначала провели в какой-то темный подвал. Включили свет. На цементном полу валялись останки роботов. МЭДовец достал из папки пожелтевший листок бумаги: «Это Вы писали?». Андрей узнал свою двадцатилетней давности докладную записку, в которой предупреждал об опасности возвращения роботов на Землю. Его предсказание сбылось, но это его не радовало. Андрей кивнул. «Это они?» – спросил МЭДовец.

Андрей подошел к роботам поближе. Его не покидало ощущение нереальности всего происходящего. Последние двадцать лет он часто видел их во сне и сейчас ему казалось, что это всего лишь один из его снов.

Конечно это были они. На корпусе каждого из них зияли оплавленные дыры от лазерных выстрелов – именно в тех местах, где Андрей предполагал наличие невероятно эффективной энергетической установки и свервысокопроизводительного электронно-оптического мозга. Роботы-уничтожители хорошо понимали, что именно надо скрывать от людей, и сделали свою работу безупречно. Ничего интересного здесь найти было уже нельзя.

У одного из роботов отодралась обшивка. Андрей наклонился и приподнял ее. Внутри все было приблизительно так, как он себе представлял. И вдруг... его внимание привлекла надпись, выгравированная на гладкой металлической поверхности. Первую секунду он оцепенел от изумления. И лишь потом до него дошло: роботы делались из автомобилей; не все детали перерабатывались полностью, кое-что использовалось как есть; многие автомобили были очень старыми – московиты не очень богатый народ. Вот почему внутри марсианского робота гордо красовалась надпись: "Сделано в СССР" и стоял пятиугольный Знак Качества...

25. Шанс сыграть свою игру.

...Старший Брат восседал за своим рабочим столом в кремлевском кабинете, ранее принадлежавшем другим правителям Московии, еще ранее – президентам России, а еще ранее генеральным секретарям ЦК КПСС.

"Садитесь, Андрей Палыч." – сказал Старший Брат – "Надеюсь, мне не нужно представляться? Вы знаете кто я?"

– "Знаю" – ответил Андрей – "Вы – человек погубивший цивилизацию!"

Старший Брат повернулся к сопровождающим:"Оставьте нас одних.". Выждал пол-минуты, пока те не покинули кабинет, и сказал: "Напрасно Вы так, Андрей Палыч. Я спасаю цивилизацию. Если бы я не занимал это кресло, то в нем сейчас сидел бы какой-нибудь неолуддит, и вот тогда цивилизация действительно была бы погублена. Очень скоро не осталось бы ни домов, ни машин, ни самого этого кресла. А при мне дома стоят, и в них даже время от времени подается электричество. Даже некоторые автомобили еще на ходу, несмотря на то, что машины уже давно не производят. Хотя под давлением неолудиттской оппозиции пришлось запретить всю техническую литературу, мне удалось спрятать в специальном хранилище по одному экземпляру каждой книги. Когда настанут лучшие времена, по этим книгам можно будет восстановить цивилизацию."

– "Лучшие времена уже не настанут. Неужели Вы не понимаете, что человечество попало в ловушку? Вы знаете, что еще пять лет назад ученые создали действующую модель термоядерной электростанции, которая позволила бы получать дешевую электроэнергию в неограниченных количествах. Но это изобретение пришлось тут же засекретить, потому что ученые подсчитали: достаточно небольшого возрастания потребления энергии на Земле, и полярные льды расстают, затопив половину суши. Это изобретение можно было бы использовать только для промышленного производства в космосе. Цивилизация не может больше развиваться, оставаясь ограниченной рамками одной маленькой планеты. Ей стало тесно на Земле, она "выросла" из нее, как дети вырастают из старой одежды. Она либо вырвется в космос, либо задохнется здесь, на Земле, отравившись собственными отбросами. Но все что я вижу вокруг, убеждает: выбор уже сделан, цивилизация гибнет. И этот выбор сделали вы, 'Зеленые'."

– "Ах, Андрей Палыч, возможно Вы и правы насчет освоения космоса. Но Вы философ, теоретик, а я политик-практик. А политик может выбирать только из тех вариантов поведения, которые предлагает ему толпа, иначе толпа его отвергнет, и его политическая карьера завершиться. Вспомните как толпа относится к космосу. Для нее это бессмысленная трата денег. Более того, в представлении толпы, освоение космоса – это чисто совковая затея, проделывание дырок в небе, что-то вроде поворачивания рек, повредительство Природы, одним словом. Если я сегодня на публике скажу хоть слово в пользу освоения космоса, завтра мое кресло займет неолуддит."

– "Так на что же Вы надеетесь? На какие 'лучшие времена'?"

– "Я надеюсь на мудрость Всевышнего. Движение истории непрямолинейно, в нем бывают откаты назад. Значит так надо. Человечество уже пережило один такой период, получивший название 'мрачного средневековья'. Сейчас, на новом витке развития, мы опять вступаем в нечто подобное. Сколько времени это продлится я не знаю. Может быть тысячу лет, может быть две тысячи. Но раньше или позже снова наступит эпоха Возрождения, и я вижу свою роль в том, чтобы помочь сохранить хоть что-то, что позволит потом восстановить цивилизацию... Ну, ладно, у нас нет времени, чтобы философствовать. Надеюсь, Андрей Палыч, Вы догадываетесь по какому вопросу я Вас пригласил?"

– "Думаю, что да. Вам нужно чтобы нашествие роботов не повторилось, а из тех, кто может хоть что-то предпринять для этого, во всей Московии остался только я."

– "Я рад, что мы понимаем друг друга. Я уверен, что это была всего лишь разведывательная экспедиция, и они скоро вернутся, для того, чтобы заняться Землей по настоящему. Пока на Марсе остается их гнездо, правительствам Земли придется поддерживать полную боевую готовность. Мы, зеленые, из-за них не можем начать выполнение давно намеченной нами программы полного разоружения Земли. Роботов необходимо уничтожить в их же логове, на Марсе. Как Вы относитесь к проекту стерилизации Марса с помощью ядерных боеголовок?"

"Он успел основательно порыться в архиве марсианского эксперимента перед нашей встречей" – подумал Андрей. Проект стерилизации был впервые предложен двадцать лет назад, когда встал вопрос о закрытии эксперимента, и состоял в том, чтобы равномерно засеять всю поверхность Марса ядерными боеголовками и одновременно подорвать их. По некоторым расчетам получалось, что все металлические предметы на поверхности Марса должны были при этом расплавиться. Проект тогда не получил поддержки расчеты были весьма сомнительны; ученые протестовали против разрушения природной среды Марса, еще недостаточно хорошо исследованной наукой; переброска на Марс достаточного количества боеголовок стоила слишком дорого. Но главной причиной было то, что военные не желали расставаться со своими бомбами.

Андрей уже открыл рот, для того, чтобы сказать, что проект этот и раньше был сомнительным, а в нынешних условиях он и вовсе стал бессмысленен: роботы уже вышли в космос, и теперь многие из них, возможно, живут в космосе постоянно; уничтожение роботов, живущих на поверхности Марса, лишь освободит место для размножения их космических конкурентов. Но он вовремя сдержался. Он вдруг понял, что настал критический момент всей его жизни. То, что он сейчас ответит, определит его судьбу. В одно мгновение он прокрутил в голове сложившуюся ситуацию. Перед ним был Правитель, то есть человек, ничего не смыслящий в большинстве вопросов, но принимающий по этим вопросам решения. Других экспертов, кроме него, Андрея Ладогина, больше не осталось. Правитель не на шутку напуган роботами, и жаждет быстрого решения проблемы. Пожалуй, при таком раскладе можно попытаться сыграть свою игру...

– "Для осуществления этого проекта нужны мощные ракеты." наконец произнес Андрей.

– "Да, но Вы ведь, кажется, разработали проект ядерной ракеты для полета на Марс? Во всяком случае его у Вас отобрали при обыске."

– "Это был проект ракеты для перелета с околоземной орбиты к Марсу. Но ее еще надо собрать на околоземной орбите. Детали для нее должны доставляться с Земли, а для этого нужна челночная транспортная система."

– "Система 'Энергия-Буран' подойдет? На территории бывшего СССР хранятся в законсервированном виде по крайней мере два полных комплекта."

Андрей задумался."Видите ли, дело в том, что 'Буран' не летал уже тридцать лет. Даже если он хранился в очень хороших условиях, в чем я сомневаюсь, гарантийные сроки на все оборудование истекли еще четверть века назад. Да и вообще это была экспериментальная система, которую так и не успели довести до кондиции. Если взять его за основу, над ним придется еще основательно поработать. Нужны толковые, знающие люди. Очень много людей."

– "Если Вы имеете в виду кого-нибудь конкретно, пишите список – мы их разыщем."

Через пол-часа список был готов. Старший Брат показал его подошедшему сотруднику МЭДа.

– "Ну, этих всех мы доставим," – сказал МЭДовец, скользя пальцем по списку – "они у нас все сидят по разным лагерям экологического перевоспитания. А вот этого больше нет." – ткнул он пальцем в одну из фамилий.

– "Как это нет!" – удивился Андрей – "Сегодня утром, когда мы подъезжали к Кремлю, я случайно увидел его. Он шел по тротуару напротив."

– "Его больше нет." – повторил МЭДовец – "Год назад мы ему стерли память амнезином."

26. Побег.

Через пять месяцев, к маю 2019 года, работы уже подходили к концу. В обычных условиях это заняло бы лет двадцать. Андрею и его команде удалось сделать невозможное. Тому было много причин. Им помогали все государства на территории бывшего СССР. Почти во всех этих государствах стояли у власти 'зеленые', все они были напуганы роботами, и многим из них достались в наследство от Союза ядерные боеголовки, от которых они хотели бы избавиться. К счастью, сохранилось еще довольно много заводов космической отрасли и всех их удалось задействовать на выполнение этого проекта. Но самая главная причина была в людях, истосковавшихся по работе, соответствующей их знаниям и способностям. Инженеры, которым впервые в жизни доверили настоящую работу, требовавшую от них всей их изобретательности, делали чудеса.

Людей с техническим образованием не хватало – все тридцать лет после падения советской государственности институты готовили юристов и бизнесменов, и почти не занимались подготовкой инженеров и ученых. Андрею пришлось привлечь к работе выпускников советских национальных школ, и эти ребята, не имевшие официального инженерного диплома, внесли решающий вклад в успех проекта. Наследники великой технической цивилизации советской цивилизации – создавшей в 50-х годах ХХ века первую водородную бомбу, первую атомную электростанцию, первое судно на подводных крыльях и, наконец первый спутник, потрясший весь мир, они снова совершили чудо, создав, что называется 'на коленке', ядерный двигатель для полета на Марс. Андрей был потрясен этим неожиданно мощным всплеском советского инженерного гения, которого он, в душе своей, давно уже, оплакивая, похоронил.

Двигатель и каркас корабля, в который должны были закладываться ядерные боеголовки для стерилизации Марсианской поверхности, были собраны на околоземной орбите еще в апреле. И тут встал самый деликатный вопрос: транспортировка боеголовок с Земли на околоземную орбиту. Несмотря на то, что команда Андрея Ладогина основательно поработала над системой 'Энергия-Буран', она по прежнему оставалась весьма ненадежной. Авария 'Бурана' с грузом ядерных боеголовок на борту могла бы обернуться грандиозной экологической катастрофой, и тогда Андрею и его товарищам не избежать шприца с амнезином. И все же Андрей рискнул. Три запуска прошли успешно. Во время четвертого старта произошло событие, после которого Андрей начал подозревать, что у него есть какой-то ангел-хранитель на небесах (или где там еще ангелы живут?).

За три секунды до старта произошел внезапный сбой бортового компьютера. Старт отложили, стали разбираться. Сбой был вызван замыканием одного провода – почему-то пробило изоляцию – но поломка была не опасной, эта система была продублирована. Во время поиска причины, совершенно случайно обнаружили еще и течь в трубопроводе, не имевшую никакого отношения к сбою компьютера, но которая неминуемо привела бы к взрыву ракеты через минуту после старта, и распылению радиоактивного груза на территории в несколько десятков тысяч квадратных километров. Так одна случайная пустяковая неполадка предотвратила катастрофу. После этого случая Андрей вообще перестал чего-либо бояться. Он понял что его ведут силы, недоступные его пониманию, и что он им нужен.

Команда Андрея Ладогина жила на старом космодроме Байконур, временно предоставленном Московии по межправительственному соглашению, под неусыпным надзором охранников из МЭДа. Весь проект держался до поры до времени в страшной тайне. Если он удастся, Старший Брат объявит о нем, представив себя победителем техницистской заразы, олицетворяемой марсианскими роботами. Это повысит его шансы в борьбе с неолуддитами. Если же не удастся все эти запуски ракет будут представлены как результат заговора совков с целью проделать в небе еще одну дырку...

В середине апреля произошел инцидент, неприятно врезавшийся Андрею в память. Один из инженеров поссорился с охранником, и в сердцах сказанул ему, что сбежит с космодрома, и раскроет тайну всей этой "шарашки". В тот же вечер Андрей зашел по делам в кабинет начальника охраны космодрома и случайно заметил у того на письменном столе под стеклом список инженеров. Возле фамилии провинившегося красным карандашом была поставлена галочка. Через несколько дней этот инженер исчез. По космодрому поползли слухи, что будто бы кто-то видел как его уводили в направлении вертолетной площадки два МЭДовца, причем они держали его под руки, и вели очень медленно и осторожно, как водят младенца, учащегося ходить. Лицо его было лишено всякого осмысленного выражения – характерные симптомы обработки амнезином. На следующий день после исчезновения Андрей снова зашел в кабинет начальника охраны. Фамилия, отмеченная галочкой, была перечеркнута все тем же красным карандашом...

В середине мая Андрею пришлось съездить в Москву с докладом о ходе работ. В конце беседы Старший Брат произнес несколько странных фраз: "Кажется неолуддиты что-то пронюхали о нашем проекте, и хотят представить его как мою измену зеленому движению. Я вынужден принять меры... Андрей Палыч, Вы хоть и совок, но чем-то Вы мне нравитесь. Мне очень жаль, поверьте, очень жаль.". Старший Брат стал сосредоточенно разглядывать бумаги на своем столе, давая понять, что аудиенция окончена.

С чувством тревоги, оставшейся от этого разговора, Андрей и приехал на Байконур. На вертолетной площадке никто из инженеров его не встретил. Очевидно, подумал Андрей, все были заняты через пятнадцать минут должен был состояться очередной запуск 'Бурана' с грузом боеголовок. "Андрей Палыч, зайдите к начальнику охраны." – сказал один из охранников.

Начальника в кабинете не было. "Посидите здесь немного, он сейчас придет." – сказал охранник. Андрей присел на стул рядом со столом начальника и машинально посмотрел на список под стеклом. В ту же секунду его прошиб холодный пот: список был красным от пометок! Галочки стояли возле абсолютно всех фамилий, и почти все фамилии были перечеркнуты. Оставалось лишь одно имя, помеченное галочкой, но еще не перечеркнутое: Ладогин А.П..

Несколько секунд Андрей сидел в полном оцепенении. "Объявляется пятиминутная готовность," – донесся в открытое окно голос громкоговорителя со стартовой площадки – "всем перейти в укрытие!". Этот голос вывел Андрея из оцепенения. Он осторожно посмотрел на охранника. Тот стоял у открытой двери и выглядывал в коридор, как будто кого-то ждал. В расстегнутой кобуре виднелся амнезиновый пистолет, называемый так потому, что был заряжен ампулами с амнезином, напополам с быстродействующим снотворным: снотворное – чтобы обезвреживать противника; амнезин – чтобы противнику можно было угрожать пистолетом (одного только снотворного никто так бояться не будет). Настоящими пистолетами 'Зеленые Братья' никогда не пользовались – убийство живого противоречило их религии и принципу благостности. Андрей бесшумно поднялся со стула и стал тихо приближаться к охраннику. Он подошел почти вплотную и тут под его ногой предательски скрипнула половица. Охранник обернулся и рука его машинально поползла к пистолету. Но Андрей опередил его на сотую долю секунды. Он и сам не понял как пистолет оказался у него в руках. Из глубин подсознания выплыли слова, слышанные в детстве в приключенческих фильмах: "Руки за голову! Лицом к стенке! Стоять не двигаясь!" – кричал Андрей, сам себе удивляясь. Охранник послушно выполнил все сказанное. Андрей запер дверь кабинета изнутри и стал пятиться к открытому окну. Кабинет находился на первом этаже. Неподалеку от окна во дворе стоял пустой джип и в замке зажигания висели ключи...

...Когда Андрей отъехал на пол-сотни метров, он услышал позади себя крики "Стой!" и выстрелы. Одна из амнезиновых капсул воткнулась своей иглой прямо в приборный щиток, и жидкость, продолжая по инерции двигаться вперед, мгновенно вышла через иглу куда-то внутрь обшивки щитка. Раздались восклицания: "Промазал! – Ушел совок поганый! – Ничего, кругом степь, далеко ему не уйти!"

"Ошибаетесь," – подумал Андрей, гоня машину по степи в сторону стартовой площадки – "Уйти! И очень даже далеко!..."

..."Объявляется минутная готовность." – услышал Андрей, поднимаясь в лифте к вершине 'Бурана'... Аварийный люк открылся сразу. Андрей навел пистолет на космонавтов и сказал: "Вот что, ребята, вытряхивайтесь отсюда, и побыстрее – до старта осталось 50 секунд!". Эвакуация экипажа заняла 30 секунд. Еще 15 секунд потребовалось Андрею, чтобы закрыть люк изнутри. Пять секунд, чтобы сесть в кресло командира корабля и переключить корабль на управление от бортового компьютера. Как раз вовремя – "земля" уже начала подавать команды на отмену старта. Бортовой компьютер выдал команду "зажигание" точно в срок. Снизу донесся оглушительный грохот огненного водопада. Ракета завибрировала, как конь в миллион лошадиных сил, от нетерпения бьющий копытом. Ракета дернулась вверх, но на мгновение что-то удержало ее. "Все-таки не отвели кабель-мачту, сволочи!" – подумал Андрей, но тут раздался страшный скрежет, и, разрывая и круша все земные оковы, ракета ушла в небо...


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю