Текст книги "Мера ноль (СИ)"

Автор книги: Александр Изотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Я встал и направился вслед за стихийником. Мы вышли из деревни, прошли мимо пары возделанных полей. Кажется, тут росла клубника, я видел, как в руках крестьян мелькали красные ягоды.

«Здесь и вправду ноли живут довольно вольготно».

Услышав слова Хали, я удивился. Платят дань хозяевам, не имеют даже права ходить к ним в деревню, обязаны обращаться «господин». Разве это свобода? Наверняка есть и еще какие-нибудь повинности.

Тропинка вдруг вывела в знакомую местность. Я смотрел вокруг и понимал, что был здесь. Когда сбоку за холмом показалось торчащее вверх каменное жало, я вспомнил, что по этой дороге мы уже шли со Старым.

– А как вы хороните своих? – спросил я.

– Хороним? Что это?

– Умершие. Что вы с ними делаете?

Рыбак обернулся, удивившись моему вопросу. Потом посмотрел на небо и приложил два пальца ко лбу. Я, чтобы успокоить его, тоже так сделал.

– Странный вопрос, Ноль.

– Я из других земель.

– Да уж, под одним Небом живем, а такие разные нравы.

Я пожал плечами.

– Если хочешь, не отвечай. Как тебя зовут?

– Акува. Мы тоже относим тела в усыпальницу Скорпионов, потому что дух принадлежит хозяевам.

Я поскреб затылок. Понятно, дух в этом мире – очень ценный ресурс. И в таком случае сама усыпальница должна представлять собой желанный трофей для любого врага.

– А свою родовую усыпальницу вы не можете сделать? – спросил я.

– Я слышал о тебе, Ноль-проповедник, – сказал Акува, будто не услышав вопроса, – Что ты странный, ведешь себя наравне со зверями. Мы и правда подумали, что ты из других земель.

Я усмехнулся.

– Да, в наших землях все по-другому. Каждый… – я хотел сказать «человек», но вовремя осекся, – …житель свободен, и занимается чем хочет. И все, что он заработал, принадлежит ему и его деревне.

Акува ахнул, услышав это. Даже Хали удивилась.

«Вот за такую ересь вас, просветленных, и гоняют по всему Инфериору. Твой проповедник промыл мозги тем беднягам в деревне, которую сожгли».

Акува мечтательно уставился на небо.

– Это что же, правда бывают такие места?

Я замялся. Последние слова Хали напомнили мне слова «мы в ответе за тех, кого приручили». Если из-за моего длинного языка деревню, где живет девочка Грезэ, сожгут, я себе этого не прощу.

– Я много где бывал, – осторожно сказал я, – и скажу, что Зеленые Скорпионы чудесные хозяева.

Акува поморщился, бросив на меня странный взгляд.

– Да, и такое я слышал. Нам, конечно, жаловаться не на что. Вон, говорят, в горах сожгли деревню, там жители объявили себя свободными от власти зверей.

Уже давно показался холм с деревней Зеленых Скорпионов. Чем ближе мы подходили, тем больше я понимал, как устал и проголодался. Пещера Правды будет похлеще любых учебных маневров.

Когда мы поднялись наверх, солнце висело низко над горизонтом. Видимо, по ночам тут спокойно, раз Акува не боится возвращаться затемно.

Я сразу почуял – что-то не так. Впереди, на площади с тотемом виднелись люди на лошадях. Акува же притянул меня за один из домов и сказал.

– Наверное, посланники Серых Волков.

Пройдя немного стороной, я нашел угол, из-за которого прекрасно просматривалась центральная площадь.

Всадников было двое. Как и Старый, они были одеты в туники. Один, седобородый, в серой тунике, держал посох с железным когтем на конце. Руки второго, в коричневой тунике, были пусты.

Рядом с всадниками стояло с десяток воинов, и я так понял, это были те самые Серые Волки. Торбун и остальные стояли перед ними, как-то понуро опустив головы.

«Взгляни наверх».

Я поднял взгляд. На горе, к которой примыкала деревня Скорпионов, стоял ангел. Совсем, как тот, в пещере. Он, раскрыв широко крылья, спокойно наблюдал за происходящим.

– Наверное, опять пришли за молодыми воинами, – заохал Акува, – Кто прошел посвящение, уйдет на войну. Совсем не останется защитников.

– Ты на горе видишь кого-нибудь? – спросил я.

– На горе? – взгляд рыбака на миг поднялся вверх, но потом по привычке воткнулся в пол, – Думаешь, шпионы какие там прячутся?

До меня сразу дошло, что он не видит ангела. А вспомнив удивление Старого, я понял, что их видят тут немногие.

«Молодец, догадливый малый».

Я пропустил сарказм Хали мимо мозга, и попытался прислушаться, о чем говорят на площади.

– Пойду я, найду госпожу Фрону, – сказал Акува, – Удачи, Ноль.

Он развернулся и пошел куда-то по деревне.

Я кивнул ему вслед, и спокойно, стараясь не привлекать внимания, прошел к другому дому. Оттуда было намного ближе, и, пройдя до угла, я взял прислоненную к стене метлу и сделал вид, что подметаю.

На меня не обращали внимания, и я старался особо не шуметь, но стоило подстраховаться. Угол дома скрывал меня от стоящего на горе ангела. Так безопаснее, ведь тот Джихаил из пещеры спокойно разглядел мою тайную спутницу.

– Мастер Грэй, ведь вы приходили всего полгода назад. Неужели мы растим детей для того, чтобы отдавать их на войну? – возмущался Торбун.

Маг с посохом недовольно сморщился. В этот момент Хали сказала мне:

«Этот Серый Волк достиг пятой ступени. Высокий уровень для этих мест».

Я усмехнулся, глядя на Грэя. Вторая мера, пятая ступень. Интересно, он меня может прихлопнуть силой мысли?

– Это указ высшего мастера Зигфрида Синего, – ответил маг Торбуну.

Десятника будто хлестнули эти слова.

– Но мы исполнили закон, как указал Совет. И ждали вас только через полтора года.

– Кто выше? Твой жалкий Совет или великий приор Зигфрид? – подал голос второй маг, с черными волосами.

– Мастер пятый коготь! – послышался крик Старого.

Я повернул голову.

Знахарь спешил на площадь, торопливо постукивая посохом.

– Как вы смеете нарушать указы Совета?

– А, привет, Старый, – махнул маг с посохом.

– Я повторяю вопрос. Как…

– Ты оглох, Старый? – снова подал голос второй маг, – Это слово великого приора Зигфрида.

«А этот, крикливый Кабаний Клык, тоже четвертая ступень, как и Старый».

Старый наконец дошел до собрания и остановился.

– Великий приор, как мне помнится, сам передал управление Совету, и обещал вмешиваться только лично. Я не вижу здесь мастера Зигфрида.

– Высшего мастера, – противным голосом поправил его второй.

– А ты бы заткнулся, старый боров! – неожиданно грубо ответил знахарь.

«Старый боров» покраснел от возмущения, а маг по имени Грэй поднял руку:

– Не ссорьтесь.

– Мастер Грэй, десятник прав, прошло всего полгода, – сказал Старый.

– Мастер Хорм, – спокойно ответил маг в сером, – На востоке война.

Он протянул Старому свиток, перевязанный красным шнурком. Я с запозданием удивился, осознав, что Хорм – это имя нашего знахаря. А мы ведь так и не познакомились.

Старый развернул свиток под довольным взглядом того мага, которого он назвал боровом, и пробежался глазами по тексту.

– Здесь говорится, что все стаи должны послать четвертую часть от годового призыва.

– Так и есть, – кивнул Грэй.

– Но они забирают половину, Старый, – возмутился Торбун.

Старый посмотрел на десятника и нахмурился. Увидев его взгляд, Грэй сказал:

– Мастер Хорм, Кабаньи Клыки воспользовались своим правом откупа.

Услышав это, знахарь едва не побледнел. Торбун выругался, а в рядах Скорпионов послышались возмущенные возгласы.

– Что за чушь? – возмутился Хорм, – Кто дал им это право, и почему Зеленые Скорпионы в долгу?

– Головой надо думать, старое жало, – захохотал второй маг.

– Почти две недели назад вы опустошили деревню Белых Волков, – сказал Грэй.

– Но они были обвинены в ереси самим Советом.

– Да, но находились они под властью Кабаньих Клыков.

Старый замотал головой:

– Совет так проголосовал, мы приняли его волю.

– Ах, ты же не знал, Хорм, – сказал второй маг, – Мы запросили у мастера Зигфрида право лично разобраться с еретиками.

– Высшего мастера… – с ненавистью выдохнул Старый.

– Да, да, высшего мастера Зигфрида. Это было… – «старый боров» состроил гримасу, будто вспоминал, – Ах, да, как раз после того Совета.

– Но об этом запросе надо уведомлять! – Старый тоже перешел на крик.

– Уведомлять о чем? О праве наказывать своих подданных?

– Да, мастер Хорм, Рюгла прав, – кивнул Грэй.

Судя по виду серого мага, он не был доволен этой ситуацией, но ничего поделать не мог. Тот самый черноволосый Рюгла ощерился улыбкой, даже конь под ним довольно загарцевал.

– Уведомить нас, что Кабаньи Клыки сами разберутся, – уже тише сказал Хорм, – И мы бы не тратили свое время.

– Так мы спешили вас предупредить! – с деланным сочувствием кивнул Рюгла, – Но вы напали на наш отряд.

– Мы напали?!? – рявкнул Торбун.

Маг Серых Волков снова поднял руку.

– Хорм, Торбун. Все именно так и выглядит для Зигфрида Синего. Он получил два письма от Кабаньих Клыков. Во втором письме они сообщили уже о самоуправстве Зеленых Скорпионов.

Старый зло отстукивал посохом по земле. Судя по его виду, Скорпионов довольно хитро переиграли по всем фронтам.

– Кстати, Зигфрид Синий был недоволен, узнав, что Зеленые Скорпионы дают вольную жизнь нулям, – снова донесся противный голос Рюглы.

Торбун и Старый удивленно вскинули головы.

– Вольную жизнь?

– А как это называть? – Рюгла махнул за спину, – Живут наравне со стихушниками, и даже имеют семьи.

– Они платят положенную дань, – сказал Торбун, – Мы каждый месяц отдаем положенное и Серым Волкам, и великому приору.

– Ох, не знаю, это попахивает ересью, – Рюгла покачал головой, – А сами при этом наших подданных решили проучить.

– Ваши подданные, – сказал Старый, – объявили себя свободными от власти высшей меры и ушли в горы. Вот где ересь!

Маг Серых Волков снова поднял руку, призывая к спокойствию.

– Рюгла, мне все равно, как тут живут их рабы. Они справно платят положенную дань, а вот Кабаньи Клыки этим похвастать не могут.

– Так попробуй тут, когда твоих рабов вырезает соседняя стая.

– Ну, ты, старый боров! – рявкнул Старый, – Они ушли от вас полгода как, а вы не чесались даже.

– Столько проблем, – Рюгла положил ладонь на лоб, показывая, как он замотался, – Эта война на востоке…

Грэй, скривившись, оглянулся на мага Кабанов, а потом вдруг спросил:

– Я слышал, вы приютили просветленного, который обратил Белых Волков в ересь?

Торбун и Старый выпучили глаза, а Рюгла сзади захихикал.

– Мы уже отправили его в Пещеру Правды, – спокойно сказал Торбун.

Я благоразумно зашел за угол, чтобы вообще не попадаться на глаза. Кажется, мой проповедник не просто ноль, а уже достаточно наделавший делов преступник.

– В Пещеру Правды? – удивился Грэй, – Да он же ноль!

– Ну, мы ему сказали, – подхватил Старый, – «Если твоя ересь правда, Пещера рассудит».

Грэй засмеялся.

– А что, это остроумно, – он повернулся к своим, – Надо всю просву ссылать на испытание, чтобы у них там вера окрепла.

Серые Волки засмеялись, Рюгла же сморщил недовольную рожу.

– Ну, так что, Старый? – отсмеявшись, спросил Грэй, – Зеленые Скорпионы принимают право откупа у Кабанов?

Знахарь переглянулся с Торбуном, потом недовольно посмотрел на Серого Волка.

– Мы сможем потом оспорить?

– Конечно, власть Совета Родов никто не отменял.

– Да, мы принимаем волю великого приора, но будем намерены добиваться своего права откупа в следующий раз, – опустив голову, сказал Хорм.

– Ваше законное право, – весело пропел Рюгла.

Дальше начался, как я понял, отбор кандидатов. К счастью, свободу выбора оставили Скорпионам, и Торбун быстро прошелся между парнями, хлопая по плечу счастливчиков. Хотя, судя по лицам юнцов, они были готовы хоть сейчас бежать на войну.

«Война – это всегда законный шанс подняться на одну, а то и несколько ступеней».

Я кивнул словам Хали. Понятно, что те, кто воюет, много убивает. И получает много духа.

Вот только Торбун, кажется, больше других понимал, что большинство из этих парней, скорее всего, умрут до того, как они прокачаются. Этот молодняк – только корм для матерых ветеранов.

– А где Снор? – вдруг спросил Грэй, – Он, кажется, достиг второго жала.

– Отправили с Ридаром в пещеру, – вздохнул Торбун, – Не вернулись.

– Там выросла сильная тварь?

– Не настолько, мастер пятый коготь. Потому двоих и отправили.

– Его отец будет недоволен, Торбун. Он не последний зверь в войске великого приора Зигфрида.

Десятник пожал плечами и отправился дальше отбирать призывников. Кажется, даже Кроммал отправится на фронт.

На площадь перед прощанием пришли матери будущих воинов. Ну, тут все было обычно, как и в нашем мире. Слезы, слезы, и еще раз слезы. Хотя я видел на лицах плачущих женщин нескрываемую гордость.

Вскоре юное войско с Серыми Волками впереди направилось на выход из деревни. Солнце уже почти село, и в сумерках все это выглядело особенно печально.

Маги ехали на лошадях позади всей процессии, и неожиданно Рюгла обернулся, посмотрев прямо на меня. Он пару секунд не спускал с меня глаз, и я прилежно замахал метелкой. Кабаний Клык улыбнулся и вернулся к беседе с Серым Волком.

«Ох, не нравится мне этот старый боров».

Я кивнул словам Хали и поглядел на опустевшую площадь, где Торбун и Старый остались в окружении плачущих матерей и совсем юных Скорпионов. Кажется, не лучшее время просить о жизни в деревне стихийников.

Я осторожно выглянул из-за угла. Ангел на вершине горы исчез.

– Ноль! – вдруг окликнул меня десятник.

Удивившись, что он меня заметил, я послушно подошел.

– Как ты здесь оказался? – спросил Торбун, глядя на меня, как на привидение.

– Ну, прошел Пещеру Правды и вернулся домой.

– Это же невозможно, – послышались голоса любопытных Скорпионов.

– А Снор и Ридар?

Я покачал головой.

– Там оказалось животное десятой ступени.

– Десятой? – воскликнуло сразу несколько зверей.

– Вот же зверье пустое! – выругался Торбун, – Эти пустоголовые не догадались вместе биться?

Я пожал плечами.

– А ты как от него убежал?

– Никак. Я убил его.

Мои слова не просто всех удивили. Я, видимо, только что заявил, что обрушил Небо на землю. Все звери поголовно приложили два пальца ко лбу и взглянули наверх.

Затем десятник выразительно посмотрел на толпу, собравшуюся вокруг.

– А что, дел больше нет?

Поняв намек, Скорпионы быстро рассосались по деревне.

– Старый, – сказал Торбун, когда площадь опустела, – Мне все это не нравится.

– Мне тоже, – сказал знахарь Хорм, – Времена меняются, я чувствую это, и даже…

Десятник резко оборвал его:

– Чушь нулячья! Мне не нравится, что этот ноль в нашей деревне. Одни проблемы.

– Проблемы начались еще до него. Если бы учитель не настоял на том, что именно мы должны наказать Белых Волков… – в сердцах он стукнул посохом по земле, – Я должен был предвидеть!

– Да, это странно. Как ты не увидел?

– Не понимаю. Вообще никакого предчувствия!

– Может, кто-то с более сильной мерой закрыл?

– Я думал об этом… – Старый поднял взгляд на небо.

Торбун погладил лысый череп, задумчиво глядя на знахаря. Затем сплюнул на землю:

– Вот зверье пустое! Чувствую я, добром это не кончится. Я думаю поставить охрану в усыпальнице.

Старый выразительно посмотрел на него, а потом кивнул:

– Да, сейчас лучше довериться твоему опыту, Торбун. На мой дар уже не стоит полагаться.

Глава 13. Стержень духа

Я опять проснулся посреди ночи. Неявное чувство тревоги не давало спокойно смотреть сны, и я сел. Адрианны рядом не было.

Проверив свежие бинты на ноге, я встал. Вчера меня опять пользовала травами Фрона, и даже она сказала, что я стал сильнее и рана быстро заживет. Но навряд ли меня беспокоят именно эти царапины.

«Да, над деревней нависла угроза».

Я кивнул словам Хали, наливая себе воды из кувшина. Кстати, интересно, а она спит?

«Зачем мне это? Сплю, только когда всяким нулям жизнь спасаю».

Я усмехнулся и, толкнув дверь, вышел наружу.

Ночь была безоблачной, с полной луной. Пустую тренировочную площадку залило светом, и я сразу поковылял к ней. По пути я помахал плечами, понимая, что вчерашняя гонка по пещере благотворно повлияла на мои мышцы.

Даже больная нога отдавала лишь тупой болью. Неужели в этом мире все так просто? Получил дух, победив врага, и заодно залечил себе раны.

«Ну, нет, конечно. Тот же Джихаил, наверное, много врагов положил перед смертью».

– У него стрела торчала, – прошептал я, – И в этом мире есть магия, насколько я понял.

«Это не магия, а сила меры. Неужели ты так ничего и не понял? Тот, кто зачаровал стрелу, был силен».

Я подошел к стойке с деревянными мечами, которые здесь называли «клавы». Ну, почему их нельзя было назвать по-другому?

– Я уже понял, что такое мера. Типа уровня. А вот про личный путь не понял.

«Попробую еще раз. Меру определяет Небо. Если оно считает, что ты достоин этой новой ступени, то ты поднимаешься».

– Так. А личный путь?

Я вышел на арену. Поднял клаву двумя руками и коротко рубанул вниз по воображаемой черепушке противника. Не, не так. Лучше по многоножке, их мне понравилось убивать. Казалось, что природа специально создала их настолько омерзительными.

«Личный путь – это уже то, на что влияешь только ты».

Я сделал несколько выпадов вперед, вспоминая некоторые движения, подсмотренные у Старого. Многие из них состояли из ударов, которые юнцы отрабатывали по бревнам.

Потом я прошел на край арены, и побежал, как тогда в пещере, чтобы вонзить меч в самую морду страшенному скорпиону. Остановился, и добавил еще несколько ударов.

– Понятно. Личный путь – это уже твои старания, прилежность…

«Ну, как бы да. Постигая свой личный путь, ты даже можешь вынудить Небо поднять твою ступень».

– Вот только я нулевая мера. У меня нет ступени.

«Да, это наша с тобой проблема».

– Сам с собой разговариваешь, Ноль? – послышался знакомый голос.

Я обернулся. Рядом со стойкой стоял Торбун. В штанах на голое тело, он перебирал клавы, и наконец выбрал подходящую для себя. Кажется, он взял даже чуть поменьше. Неужели пожалел меня?

– Пытаюсь понять, мастер зверь, что делать дальше.

– Рассказывай, – десятник вышел на арену и встал напротив, держа меч одной рукой, – Как ты выжил?

– Говорю же, я…

– Не лги мне. Я чувствую это, – и он сделал выпад вперед, едва не достав меня, – Ложь – это яд, и она отравляет. Скорпионам ли не знать об этом.

Я успел отскочить, подставив меч, и теперь стоял, потряхивая пальцами. Отдача дикая.

– Так ты себе руки убьешь, с твоей комплекцией. Надо клинок по лезвию спускать, чтобы сила удара уходила мимо. Бей!

Кинув себя вперед, я коротко рубанул сверху, но меч соскользнул по подставленной клаве.

– Рассказывай. Я долго ждать не буду.

«Про Джихаила не говори».

– Снор и Ридар разделились, мастер зверь.

– Вот зверье пустое, – выругался Торбун.

– Я… кхм… случайно нашел нож в пещере, и с его помощью убил двух многоножек.

– Ты? Убил? – и Торбун резко сократил дистанцию.

Я ушел вбок, но его клинок все равно щелкнул по моему плечу. Руку отсушило, я едва не выронил клаву.

– Аа! – я отскочил и закрутил немеющим плечом, – Да. В глаза бил ножом. Они не ядовитые, и сами лезут, морды подставляют.

– Ну, допустим, верно.

– Потом я нашел тело Ридара и взял его меч, мастер зверь…

Так я, танцуя с Торбуном по площадке, дошел наконец до момента со Снором. Мои плечи и бедра уже покрывали несколько слоев синяков, и я чудом держал меч. Но десятник явно не наносил калечащих ударов.

Когда он снова наметил колющий удар мне в живот, то я ловко ушел, чисто парировав атаку. Торбун поднял бровь и чуть улыбнулся, одним уголком рта, в глазах мелькнуло одобрение.

Как у них тут все просто. Умеешь драться – получи уважение.

С неба прилетел светлячок духа и влетел мне в грудь, и вот тут десятник ахнул, открыв рот.

– Зверье пустое! – он приложил два пальца ко лбу, – Ты же ноль…

Я и сам с недоверием посмотрел наверх.

«Как я и говорила, поднимаясь в личном пути, ты можешь поднять свой уровень».

А вот это реально хорошая новость. Я улыбнулся и тоже приложил два пальца ко лбу в благодарность Небу. То есть, просто прыгая на арене, я могу себя прокачать до второй меры?

«Не обольщайся. Это не будет происходить так часто, и прогресс со временем остановится. Нужно повышать сложность тренировок».

– Так что там со Снором? – спросил Торбун.

Я деликатно поведал историю о том, как мы вместе сражались с чудовищем, и храбрый Снор пожертвовал собой, чтобы…

– Ау! – мне прилетел щелчок по лбу, я даже не заметил движения.

– Не лги мне, Ноль! – десятник постукивал клавой по ладони, – Скорее, я поверю, что звереныш хотел тебя убить, но его насадила тварь.

Я, потирая лоб, хмуро кивнул.

– Да, мастер зверь. Тварь проткнула его жалом, а я вогнал меч чудовищу в голову. По самую рукоять.

Торбун поморщился:

– Отцу Снора это совсем не понравится.

– Но парень не дал мне свалиться. А потом умер.

– Это уже неважно…

Он прошел к стойке и поставил меч на место. Потом бросил через плечо.

– Ты прошел Пещеру Правды, и я уже не могу просто так тебя убить. Старый сказал, что я должен тебя научить. Зачем, не знаю, но пусть будет так. Но чтобы днем я тебя на площадке не видел.

– Ясно, мастер зверь.

Торбун ничего не ответил и ушел в деревню.

«Немыслимо. Я сама впервые вижу, чтобы Небо отмерило нулю новую ступень».

– Какие ступени в нулевой мере? Сама же говорила…

«Ну да, их нету. Но это все равно прогресс. Просто, в теории, выскочить из нулей можно, только убив очень высокую меру. И то, кто знает, хватит ли духа?»

Я сразу вспомнил какие-то детские мультфильмы на тему компьютерных игр. Что там было про это?

– Погоди. А если я побегу в лес за обычными кабанами первой ступени, и буду их убивать до тех пор, пока не вырастет мой уровень.

«Это что за мир у вас такой, где на кабанах можно меру поднять?»

Я усмехнулся. Нормальный мир.

«Убивая кабанов, ты научишься убивать только кабанов».

Махнув клавой направо и налево, я сделал выпад вперед. Потом стал танцевать, просто размахивая мечом в разные стороны. Особо много ударов я не знал.

– Ну, а теперь моя очередь, – послышался еще голос.

Я обернулся. К площадке подошел Старый. Он скинул тунику и сразу вышел на арену без оружия. Я покосился на меч в моих руках, и знахарь сказал:

– Оставь. На нашем уроке это не важно.

Поморщившись, я прыгнул, наметив мечом удар по ребрам. Старый мгновенно оказался рядом, перехватил мое запястье и впечатал локоть мне в грудь. Он в последний момент ослабил удар, но мне оказалось достаточно, чтобы оборвало дыхание.

Я закашлялся.

– Не отдыхай, Ноль. Снова.

– Меня зовут Марк, мастер Хорм ,– отдышавшись, сказал я.

Старый удивленно поднял бровь, а я, резко бросив в него палкой, метнулся к нему. Знахарь непроизвольно закрылся, а я, подскочив, рухнул на землю и взял его ноги в зацеп своими ногами.

Мне удалось его свалить, но он кувырком вырвался и через миг вскочил в двух шагах от меня.

Я довольно улыбнулся, ожидая, что он сейчас скажет что-нибудь типа «неплохо»… Но Старый не дал мне передышки, и снова подпрыгнул вплотную. Слишком быстро! Я успел закрыться локтями и отпрыгнуть, но…

– Х-ха! – выдохнул знахарь.

Его удар плечом подхватил меня в воздухе, и от этого я полетел еще дальше. Я попытался сгруппироваться при падении, но все равно из легких выбило воздух.

Сквозь кашель я услышал:

– Не отрывай ноги от земли, Ноль. Мы все родились в нижнем мире, и земля дает нам силу.

Я поднялся. Потряс руками, упер носок в землю и покрутил ногой, потом другой. Хочешь земного боя? Бокс, борьба – все это есть в моем арсенале.

– Если хочешь постичь… – начал Старый, но я не дал ему договорить.

Я резко сократил дистанцию, и пошел работать двоечками. Не отрывать ноги от земли? А порхать, как наш тренер по боксу, ты умеешь?

Старый ощутимо шлепал мне по рукам, но мои джебы не подпускали его близко. Размяв ноги, я уже прекрасно «чувствовал ринг», как говорил наш тренер.

Я наметил удар левой, коротко хлестнул правой, затем подвернул его защиту вниз, и мой левый кулак полетел прямо в лицо. И я почти достал…

Старый извернулся змеей, выныривая из-под ударной руки, и выпрямился в двух шагах от меня.

С неба прилетел новый светлячок.

– О, Небо, – только и выдохнул знахарь.

«Сегодня прямо дождь из духа. Что происходит с Регнумом?»

– Я увидел тебя. Ты заметно поднялся, сила тела проявилась четче.

– Спасибо, мастер зверь.

– Попытайся заглянуть в себя, нащупать стержень. По нему ты будешь подниматься наверх.

Я поморщился. Это очень напоминало некоторые заумные беседы, которые с нами проводили тренера. Они называли это развитием духа и все такое.

– Ничего не вижу, – честно признался я.

– Я не знаю, почему предки выбрали тебя, я лишь исполняю их волю, – сказал Старый, – Но не все так гладко среди Скорпионов. Будь осторожен.

Я промолчал. Знахарь развернулся, и собрался было уходить, как я вдруг вспомнил.

– Мастер зверь.

– Что?

– Там внизу деревня с крестьянами, – сказал я, – Могу ли я жить там?

– Нет.

Он ответил коротко и ясно, и я сразу понял, что даже спорить бесполезно.

Знахарь молча ушел, а я остался один.

«Я поняла, про что он говорил».

– В смысле?

«Ну, помнишь, я говорила, что нулевая мера – как корни у дерева под землей. Не видно их, и не знаешь, насколько глубоко».

– Ну?

«У тебя появились зачатки ствола. Он это назвал стержнем. Каждый житель Регнума четко знает свою меру, и видит ее».

Я вздохнул. Ко мне постепенно приходило понимание – чтобы выжить в этом мире, я должен жить по его законам. И как можно скорее мне надо вырасти из нулевой меры.

Уже сегодня, если считать еще и поход в пещеру, я совершил невозможное – ноль получил кучу духа. И может получить еще. Я это чувствую.

«Мне нравится твой настрой, Марк».

– Почему ты так хочешь помочь мне?

«Ну, вообще-то, я закована в твоем теле. Твоя смерть – моя смерть».

– Ну, мне кажется, не все так просто.

«Ты же все равно будешь выяснять, кто такой этот «тринадцатый». У меня есть подозрения, что ответ в моем мире, в Медосе».

– Ага. Ты хочешь использовать меня еще и для решения своих проблем?

«А что, это прямо так плохо?»

Усмехнувшись, я прошептал:

– Ну, спасибо за честность.

«Всегда пожалуйста».

Что-то мелькнуло на фоне луны. Я поднял глаза. Сразу много теней пересекли белый диск. Следом пронеслась еще стая теней. Ангелы, я уже точно это знал.

Я в Инфериоре, нижнем мире. Ангелы в Медосе, в среднем. И там тоже идет война. Вполне возможно, что это один отряд гонится за другим.

Я поднял клаву и прошел к стойке. Поставив меч на место, я сел в позу лотоса рядом и закрыл глаза. Говорят, где то там стержень? Ну что ж, будем искать.

« Надо постараться расслабить все мышцы, которые сможешь».

Что-то такое нам тренера тоже талдычили. Типа, за пять минут так можно отдохнуть, как за два часа сна.

«Я говорю, просто расслабься. Останови поток мыслей. И посмотри внутрь себя».

Легко сказать. «Останови поток мыслей». Ладно, остановлю.

Что там можно увидеть внутри себя. Я попытался вспомнить, что говорил тренер. Какой-то там свет, сгусток энергии в животе. Кажется, это чакра какая-то. А не она случаем отвечает за сексуальную энергию?

«Останови поток мыслей, Марк».

Я вздохнул.

«Или пусти их мимо себя, и наблюдай за этой рекой».

Честно пытаясь, я так промаялся пять минут. Безрезультатно. Я все время срывался в прошлое. К семье, к тренерам, к жизни в том, нормальном мире.

– А, к черту все, – я встал, – Не получается. Нет другого способа?

«Есть. Надо отрабатывать монотонные боевые упражнения, как бы закрепляя их в теле и в голове. Так тоже можно достичь нужного состояния».

Монотонные боевые упражнения.

Я с сомнением посмотрел на арену. Ну, сержант нам все время хвалился черным поясом, и показывал ката из каратэ. Длинный комплекс боевых приемов, и чем он сложнее, тем круче уровень бойца.

Вот только я ни хрена не помнил и не знал.

«Да, ты не отличался особой прилежностью».

– Ой, кто бы говорил, – огрызнулся я.

Затем я осмотрелся. Хоровод тренажеров, всех этих бревен под разными углами, с гроздьями торчащих в стороны жердей, напомнили мне одну вещь.

– А что, если… – я почесал затылок, раздумывая над идеей.

В уме всплыл анекдот с обезьяной, которая прыгала с палкой, пытаясь достать бананы. «Остановись, обезьяна, подумай». «А что тут думать? Прыгать надо!»

***

«Ну что, дохляки сраные? Долго отдыхать будете? Кто десять кругов не пройдет, еще десять сверху получит!»

***

Голос сержанта подстегнул, и я бросился к первому бревну. Кинувшись на землю, я прополз под ним. Побежал к следующему, кое-как вскарабкался, пролез между жердями. И дальше.

Низкое препятствие. Прыжок.

Высокое. Это похоже на забор. Я вскарабкался, чтобы перелезть сверху.

Так я разогнался, сравнивая круг из тренажеров с полосой препятствий в учебке. Вот где мозги отключались, вот где хотелось только, чтобы это побыстрее закончилось.

Где-то на восьмом круге мыслей уже не осталось. Только вверх, вниз, ползем, прыгаем, ползем, вниз, влево, вверх…

Хали молчала, видимо, боялась спугнуть удачу. На десятом круге я почувствовал, что выбиваюсь из сил. Я и так за день нехило прокачал дохляка-проповедника, а тут вдруг небо выслало еще один светлячок духа. Он влетел мне в спину, когда я, утирая грязный пот со лба, полз под бревном.

И я увидел… Мельком, самую малость.

Я увидел себя в самом низу, как песчинку в огромном пространстве. Где-то сверху начинался этот самый стержень, если так можно было назвать столб чистой энергии, и уходил куда-то ввысь.

Четкий сверху, он внизу распадался, разливался как исток у реки, и превращался в бескрайнее море. И чем дальше, тем слабее были точки энергии. Одной из точек был я.

От меня к расплывчатому основанию столба вела тонкая, местами обрывающаяся, нитка.

Все. Картинка исчезла, а я припал к земле, чувствуя дикую усталость, сил больше не осталось. Случилось это на тринадцатом круге. Как символично.

«Прекрасно, Марк! Просто замечательно, я тоже увидела. Наконец-то».

– Еще бы знать, что я увидел.

«Этот столб – стихия духа, он пронизывает весь Регнум. Ты в самом низу, в нуле. А на столбе все меры, начиная с первой».

– Прекрасно. Мы вдруг выяснили, что я, оказывается, нулевая мера, – с издевкой сказал я.

Я чувствовал себя отвратно, и дело тут было не только в изнурительной тренировке. Само видение съело кучу энергии.

«Мы увидели, что ты не так уж далеко. И еще разглядели зачатки твоего личного пути».

Я, кое-как оторвавшись от земли, пополз дальше. Если мы не так далеко, то это хорошо. Значит, я могу что-то изменить.

Выбравшись из-под бревна, я с трудом поднялся и побежал дальше. Закинул себя на следующее бревно, перевалился через него и рухнул на землю. Снова встал, и к следующему…

«Может, на сегодня хватит?»

Я промолчал, со звериной яростью выхватил из ближайшей стойки клаву, и добавил к своему кругу еще и отработку навыков

Деревня спала, и я только намечал удары, махал мечом между препятствиями, потом нырял, прыгал, карабкался. Сил практически не было, пот катился градом, каждый взмах становился все дерганее.

С неба прилетел огонек, когда я кувырком перекатывался, отрабатывая удар по ногам. Снова открылось видение. Я лечу в безграничном пространстве, а совсем рядом, надо мной, колоссальной воронкой дух собирается в столб энергии и уходит вверх.