Текст книги "Враг тайный"

Автор книги: Александр Гулевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)

Глава 21

– Леха, ты в своем уме или нет, ты какого ляда в это все безумие впрягся и меня в эту историю втянул?! Одно дело расследование вести, пусть и вразрез уголовному уложению методами, и совсем другое – воевать. Мы же с тобой не военные ни разу и понятия не имеем, как действовать в таких вот условиях, мы никогда не командовали воинскими формированиями и не имеем вообще никакого опыта, – в сердцах бросил Иван, как только баронесса и Ольга вышли из кабинета начальника городского тюремного замка.

– Какого-либо более приемлемого варианта у нас с тобой нет, мы в этой истории измазаны с ног до головы, раз уж взялись за дело, то поставить точку в этой истории необходимо, хотя бы для того, чтобы она не висела над душой. Это нужно в первую очередь нам самим, и не надо этого отрицать, ты и сам где-то в глубине души хорошо понимаешь. Так что бери документ, подписанный кронпринцем, по которому ты наделяешься особыми полномочиями, и иди, принимай три сформированных полка и направляйся на точку сбора. Твоя задача – как можно быстрее создать мобильные оперативно-тактические группы, главной задачей которых являются беспокоящие операции по всему периметру столицы.

– Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду? – задал уточняющий вопрос напарник, внимательно наблюдая за Алексеем.

– Ваня, ну ты же опытный охотник, ходивший на хищных зверей не только в одиночку, но и группами, и к тому же неоднократно участвовал в больших загонах, отсюда и исходи. Подготовленные инструкции тебе доставят сегодня под вечер, но если в общих чертах, то одна мобильная оперативно-тактическая группа – это одно орудие с артиллеристами, три грузовика с боеприпасами и один бронеавтомобиль, а также взвод охраны. Эти группы будут кружить вокруг города и обстреливать позиции противника, выпустят пять-десять снарядов и сразу снимутся и переедут на другое место, вновь произведут короткий артналет, и так до тех пор, пока не закончатся снаряды. Позиции противника уже разведаны, была проведена массированная авиаразведка, которая вскрыла систему обороны. Ты действуешь с внешней стороны, я с внутренней, а капитан Пинери будет это делать с воздуха, – вкратце пояснил Алексей и хотел было задать напарнику вопрос, но Иван его опередил.

– А ты что будешь делать? – с любопытством поинтересовался Иван, вдруг ощутив изменения, произошедшие с напарником, которые раньше он по каким-то непонятным ему самому причинам не замечал.

– Моя группа через пару часов на самолетах вылетает в окрестности столицы, откуда мы малыми группами просочимся в город, где и приступим к проведению диверсионных мероприятий. Не злись, дело действительно опасное, но не так чтобы и очень, а взялся я за это дело, чтобы не крутиться постоянно вокруг кронпринца, а быть от него как можно подальше, так будет для нас с тобой намного безопаснее. Потому как уже сейчас от желающих втереться в окружение будущего императора буквально не протолкнуться, и они начинают между собой бодаться, а дальше станет во много раз хуже. Для нас же лучше от этих интрижек держаться на максимальном отдалении, к тому же, мы будем заняты важным делом, которое непременно войдет во все учебники истории. Перед тюремным замком стоит тюремный фургон, он тебя отвезет к твоим полкам, готовьтесь к походу, вы должны выдвинуться завтра не позднее девяти часов утра. Это приказ, который обсуждению не подлежит.

– Ну, если то, что ты говоришь, соответствует действительности, то да, куда как безопаснее свалить от кронпринца подальше. Видимо, это всегда так происходит, очередь к кормушке выстраивается быстрее, чем желающих реальное дело делать. Ладно, Леха, пойду я дело делать, придворная кормушка точно не для меня, но ты будь осторожнее, я хоть по внешнему периметру буду разгуливать, а ты в захваченном противником городе, считай, что в оккупации, а это куда как сложнее будет. Береги себя, я твоей гибели не переживу.

– Все будет хорошо Ваня, да, и вот еще что… Попробуй уговорить Фаину и Ольгу отправиться с тобой, не надо им здесь оставаться, те, кто сейчас набежал к наследнику императора, в массе своей не более чем провинциальные карьеристы, увидевшие для себя возможность, что называется, подняться, и они готовы идти буквально по головам. Даже среди старших офицеров и то таких вот карьеристов большинство, и это меня всерьез настораживает. Даже не знаю, как с таким командованием кронпринц сформирует войска, одна надежда, он далеко не дурак, способный парень и к тому же с крепким характером, одно только воззвание к народу чего стоит. Это ведь он все контролировал и направлял, а не генерал, и это он перед людьми на площади с воззванием выступил, сам же его написал, с типографией разобрался и доставкой этого воззвания в другие города тоже сам занимался, и это менее чем за сутки. Кронпринц, если ничего с ним не случится, достойным императором станет, помяни мое слово.

– Леха, я с тобой не прощаюсь. Увидимся после освобождения столицы на следующий день в полдень на площади фонтанов, – проговорил Иван и, глубоко вздохнув, улыбнулся, помахав ладонью, резко развернулся и скорым шагом покинул кабинет. Оставшись в одиночестве, Алексей медленно поднялся, прошел к зарешеченному окну и взглянул во внутренний двор городской тюрьмы, где проходила тренировка по снятию часовых. Арестантов в тюрьме не осталось, большую часть мобилизовали и после непродолжительной подготовки отправили на границу с частями военного гарнизона Эльмиора. Процентов двадцать самых отмороженных уголовников, непригодных для мобилизации, отправили на строительство дополнительных казарм, Алексей же подобрал с помощью начальника тюремной стражи две сотни более или менее подходящих уголовников и отдельно набрал полторы сотни добровольцев из числа военных и полицейских отставников.

Услышав за своей спиной легкий скрип петель открываемой двери и медленно развернувшись, он увидел входившего в кабинет начальника тюремной стражи, полковника Лекса. Вернувшись к столу, Алексей выждал, когда полковник подойдет поближе, и в задумчивости задал вопрос:

– Неужели вам удалось раздобыть самолеты?

– Да, на складах собрали из запчастей два десятка транспортных самолетов. В принципе, всех можно было бы перевезти за один рейс, то тогда не сможем взять с собой боеприпасы в надлежащих количествах. Придется разбивать на два рейса, но тогда независимо друг от друга будут действовать в городе две группы. В общем, вылетайте вы первые с теми, кого выбрали для операции, а вторую группу возглавлю я сам, встретимся через четыре дня в два часа возле понтонного моста, это место вполне для встречи безопасное, – ответил полковник, подойдя к столу, налил из графина воды в стакан, медленно его выпив, заговорил вновь: – Помимо этого, я согласовал с командиром эскадрильи авиаразведки опознавательные сигналы и время их подачи, а также получил от шифровальщиков световой шифр для передачи коротких донесений для авиаразведки. В общем, все подготовительные мероприятия мы провели, осталось лишь без всяких задержек вылететь, проникнуть непосредственно в город и начать действовать.

– Вы местный, вам все проще, нежели мне, ведь я для большинства здешних чинов совершенно чужой, к тому же неизвестно откуда объявившийся выскочка, из-за чего и возникали досадные проволочки, по большей части смахивавшие на самый натуральный саботаж. Это был один из главных аргументов в вашу пользу, идущий сразу после вашего профессионального опыта и высочайшей квалификации, среди предложенных Отделом спецопераций, – без выражения каких-либо эмоций ответил Алексей. Пройдясь по кабинету, остановившись возле панорамного окна и в задумчивости постояв какое-то время, заговорил вновь: – Полковник, пусть ваша группа вплотную займется проведением самой тщательной разведки без осуществления каких-либо диверсионных действий, это я возьму на себя. Действуйте тихо и незаметно, подключайте свою агентуру в среде криминала, да и вообще всех, кого посчитаете нужным, ну а я возьму на себя самую грязную работу, совершая диверсии и налеты, тем самым привлекая к себе основное внимание противника. Вы, должно быть, заметили, что я отобрал из числа уголовных элементов наиболее отчаянных и лихих людей, к тому же с сильным и волевым характером. Если бы как-то иначе у них сложилась жизнь, каждый из них смог бы добиться немалых карьерных высот, но тот искусственный отбор, который существует в империи, таким людям путь на верха целенаправленно перекрывает. Одной из главных причин случившегося в империи как раз и является этот самый искусственный отбор, где элитные круги давно организовали кадровые фильтры, отчего социальные лифты практически не работают. Те, кто идет со мной, прекрасно осознают, что идут на смерть, но у них есть большая надежда выжить и подняться, и я сделаю все от меня зависящее, чтобы те, кто выживет, заняли достойное место в империи. Мы берем на себя отвлечение противника, не знаю, сколько времени продержимся, но постараемся протянуть хотя бы неделю, что позволит вам провести надлежащую разведку, а кронпринцу подтянуть войска к столице. Вы же умный человек и прекрасно отдаете себе отчет в том, что неизбежно кто-то из моего отряда сдаст нас врагу, ведь глупо ожидать от всех этих людей тотальной преданности, такого просто в реальной жизни не бывает. Так что все, на что я рассчитываю, это продержаться хотя бы неделю.

– Лейтенант, вы точно сумасшедший, это же верная смерть, хотя, с другой стороны, мы все поставлены в жесточайшие условия и вынуждены действовать, находясь буквально в состоянии цейтнота, но все равно я не совсем понимаю ваши мотивы, будьте добры, поясните мне, чего вы этим добиваетесь, – пребывая в глубочайшей задумчивости, отозвался полковник, пристально всматриваясь в находившегося напротив него лейтенанта, и после короткой паузы напряженным голосом задал ему вопрос: – Кто вы такой, лейтенант Тутовин?

– На тему, кто я такой, мы с вами поговорим как-нибудь в другой раз и совершенно в другом месте, сейчас об этом говорить я считаю совершенно неуместным. Что же касается вашего интереса, на что я рассчитываю, то ответить на этот вопрос я вам смогу. Главная наша цель находится за пределами действий военного характера. Нет, конечно, мы нанесем противнику немалый ущерб, но это далеко не главное, самое главное в нашем случае – это тот психологический эффект, который непременно отразится на жителях столицы, они будут знать и осознавать, что власть не бездействует и не сидит сложа руки, а настроена решительно. Наши активные действия принесут людям надежду на освобождение. Так вот, наша с вами акция имеет в первую очередь политическое значение, грубо говоря, мы проведем психологическую спецоперацию, используя для этого военную силу. Да, она будет носить ограниченный характер, но по своему воздействию на рядового обывателя будет схожа с извержением вулкана, и ради этого можно смело пойти практически на любые жертвы… Или вы со мною не согласны?

– Ну, если рассматривать с этой точки зрения, то да, несомненно наши действия в какой-то степени повлияют на общественное мнение, особенно когда воздействие это будет идти сразу с внешней стороны и с внутренней, и все это при наглядном воздействии нашей авиации. В принципе, уже сейчас сомневаться не приходится, мы столицу возьмем, пусть и не сразу, но это случится достаточно быстро, главное, чтобы войска отразили вражеское вторжение, обратили противника в бегство и остановились на границе. В нынешних условиях переходить гальзианскую государственную границу считаю делом вредным, так как у нас есть куда более серьезные внутренние проблемы, без разрешения которых идти войной на Гальзу – чистейшее безумие, – слегка нахмурившись, ответил полковник и, отвернув в сторону взгляд, увидел, как из нижнего каземата выносят ящики со взрывчаткой и загружают ее в закрытые автобусы конвойной службы.

– Да, я так же считаю, как и вы, противника надо отбросить и остановиться на границе, после чего ее всеми силами укрепив, заняться всем этим безобразием, что учинили заговорщики. Предстоит долгое и кропотливое расследование, целью которого будет выявление всех, причастных к измене, но это вопрос будущего, и все это уже не в нашей с вами компетенции, этот вопрос будут решать кронпринц и его советники, и обсуждать нам тут совершенно нечего, да и надо спешить. Скажите, на каком аэродроме стоят транспортные самолеты, моя группа немедленно выдвигается туда и вылетит в самое ближайшее время. В следующую ночь мы малыми группами проникнем в столицу и приступим к работе в западном административном округе, чем отвлечем на себя довольно значительные силы противника, для того чтобы ваша группа вошла в город без всяких препятствий.

– Самолеты перевезли в разобранном состоянии на двенадцатый авиаремонтный завод, где их и собрали, а также подобрали подготовленных пилотов и штурманов. Завод находится на двадцать четвертом километре восточного шоссе, поезжайте туда и сразу его увидите, в той местности, кроме этого завода, нет ничего, – ответил на поставленный вопрос полковник и, пожелав успеха, первым покинул свой собственный кабинет, за ним следом направился и Алексей, в который раз в глубине души обругав себя за то, что он сам ввязался во всю эту историю, и выхода из нее что-то до сих пор не просматривалось…

Спустившись вниз и найдя во внутреннем дворике отставного сержанта, по воле судьбы оказавшегося в тюрьме по обвинению в краже, отдал ему приказ грузиться в автобусы и выезжать на двадцать четвертый километр восточного шоссе, после чего вышел из тюремного замка и подошел к выданному ему военному автомобилю и, увидев, кто сидит внутри, на какой-то момент замер – на заднем сиденье находилась баронесса. Подумав несколько мгновений, Алексей открыл дверь с другой стороны и, забравшись внутрь, внимательно на нее посмотрел и нейтральным тоном задал вопрос:

– Фаина, почему вы здесь, а не в штабе, где вас ожидает серьезная должность во взводе спецсвязи?

– Успеется, времени в запасе у меня есть еще несколько часов, я пока свободна от каких-либо обязательств, и сейчас меня очень интересует, куда вы собираетесь отправиться и где вас в случае чего можно будет разыскать, – ответила баронесса после некоторой паузы, напряженно изучая спокойное лицо Алексея.

– Оставьте эту безнадежную затею, Фаина, я отправляюсь в столицу для проведения диверсионного рейда в условиях большой городской агломерации, где найти меня нереально в принципе. Где я буду завтра, последующие дни или скорее даже недели, не знаю, все будет зависеть исключительно от складывающейся оперативной обстановки. Чем вся эта история завершится, только одному Богу известно, поэтому ничего наперед загадывать не буду, пусть все идет так, как идет, – нехотя отозвался Алексей и, глубоко вздохнув, заговорил вновь: – Все это, конечно, не совсем то, чего мне на самом деле хотелось, но деваться некуда, надо выиграть время для формирования войск, способных вернуть контроль над столицей.

– Я все понимаю, береги себя, Лексий… – необычайно тихим голосом проговорила Фаина и, поцеловав его в щеку, стремглав выскочила из машины, торопливо вышла на улицу и в считаные мгновения скрылась за ближайшим углом. Посидев несколько минут в изумлении, Алексей потер ладонью щеку и, взглянув на нее, увидел следы губной помады. Стерев носовым платком помаду со щеки, он, глубоко вздохнув, перебрался на водительское сиденье и, включив двигатель, выехал к авиаремонтному заводу, куда через какое-то время должны были приехать две с половиной сотни бывших уголовников, некогда проходивших службу в вооруженных силах империи.

Приехав на место, он увидел высоченный забор, тянувшийся вдоль дороги более километра, и, найдя ворота с КПП, он остановил машину и направился на пропускной пункт, где предъявил вооруженным охранникам удостоверение и документ с особыми полномочиями, подписанный самим кронпринцем. Поинтересовавшись, где он может найти директора авиаремонтного завода, и получив обстоятельный ответ, решительно направился в административное здание, но директора там не оказалось, пришлось искать главного инженера. Он его нашел в одном из производственных цехов, отозвав в сторону, представился и задал ему вопрос:

– Скажите, собранные вчера из запасных частей на вашем заводе транспортные самолеты готовы ли вылететь с некоторым перегрузом?

– Смотря с каким перегрузом, максимум триста килограммов, но это приведет к существенному падению скорости, так что не стоит этого делать, к тому же в этом нет никакой необходимости, двести пятьдесят человек с оружием, снаряжением и боеприпасами наши пилоты доставят в то место, которое вы им укажете на карте.

– Отлично. В течение этого часа прибудут бойцы, и к этому времени самолеты должны быть подготовлены к полету, сразу же после погрузки мы вылетаем.

– Они готовы, лейтенант, пилоты ожидают команды, а сами машины уже стоят на девятой взлетной полосе. Сейчас пройдете за вон те самые серые ангары и их сразу увидите своими собственными глазами. На этом позвольте откланяться, простите, сопроводить вас не могу, мы загружены срочным казенным заказом, – чуть приподняв фетровую шляпу, проговорил главный инженер и, попрощавшись, вернулся к двум мастерам и бригадиру для продолжения разговора.

Медленно развернувшись, Алексей вышел из цеха, и обойдя ангары, покрытые выцветшей на солнце серой краской, увидел стоящие самолеты, внешний вид которых, мягко говоря, был очень далек от презентабельного, их просто не успели покрасить. Но это было мелочью, главное, что их техническое состояние было на должном уровне. Поискав взглядом, где могут быть пилоты, он заприметил несколько в стороне от взлетно-посадочной полосы небольшое одноэтажное здание с открытыми окнами, откуда доносился стук бильярдных шаров, пилоты развлекались.

Идти к пилотам особого смысла он не видел, предпочтя пройти к беседке и присесть на лавку. Поудобнее разместившись, Алексей глубоко задумался, особого плана проведения диверсионных акций у него не было, в штабе эльмиорского гарнизона ему выдали лишь подробные карты столицы с нанесенными объектами стратегического значения и порекомендовали, на какие объекты ему следовало обратить внимание в первую очередь. Какого-либо задания у него не было, его предстояло составить самому. Посидев некоторое время, он достал карту столицы, на которую уже были нанесены самые свежие данные, полученные от авиаразведки, обдумал несколько вариантов проникновения и взялся определять каждой группе свои цели. Отметив на двадцати пяти картах, предназначенных для командиров групп, объекты, подлежащие уничтожению, Алексей сложил их в конверты, запечатав, пронумеровал и стал ждать.

Минут через сорок приехали конвойные автобусы, выехав на взлетную полосу, остановились, и спустя некоторое время из них стали выбираться бойцы, вынося на себе ящики с взрывчаткой. Поднявшись и подхватив портфель, он направился к бойцам, и, когда его увидели, жестами дал команду сержантам строить людей. Сержанты, сноровисто отдав команды, быстро построили людей, когда они замерли, Алексей вышел перед строем и заговорил:

– Слушайте внимательно, парни, повторять не буду, для этого нет времени. Сейчас мы все погружаемся в самолеты и летим к столице империи, прибудем на место высадки поздней ночью. Каких-то дополнительных команд не будет, все инструкции вы получили, добавлять уже нечего. Вы люди взрослые, опытные и много повидавшие, именно поэтому я полагаюсь на ваше благоразумие. Сразу после приземления каждая группа уходит самостоятельно, учтите, к пяти часам утра все группы должны быть на своей точке дислокации и максимум через сутки обязаны приступить к выполнению полученного задания. Про кнут говорить я также не буду, вы сами прекрасно знаете, что полагается по законам империи за измену, скажу лишь о пряниках. Официально они вам не полагаются, но это только официально, а в реальности, каковы будут пряники, напрямую зависит от вас самих. Столица – жирный город, а заговорщики неслабо так пограбили население, и если вы это награбленное возьмете в качестве законных трофеев и не будете ими светить, где ни попадя, оно станет вашим. Повторюсь еще раз, если работу сделаете, не отсиживаясь по чердакам, дрожа от страха, и трофейным хабаром хвалиться нигде не будете, себя обеспечите до самой глубокой старости, и при этом вам ничего не будет. Так вот, парни, я хочу, чтобы вы сняли стружку с тех, кто захватил и удерживает столицу, они вне закона. Развлекитесь, парни, по полной, да так, чтобы это надолго людям запомнилось, ограничивать вас некому, но накрепко запомните, мирных жителей ни в коем случае не трогайте, наоборот, привлекайте их к своей диверсионной работе и выдавайте им расписки, согласно которым они будут вознаграждены. На этом все, приступайте к загрузке самолетов, через полчаса вылетаем.

Закончив говорить, Алексей резко развернулся и направился к зданию, где находились пилоты, но идти особо не пришлось, они сами вышли и направились к своим машинам. Остановив их на полпути, он отозвал их в беседку и, разложив на столике карту, указал место, где их должно будет встретить звено истребителей и сопроводить до точки высадки. Сделав отметки в своих полетных картах, пилоты разошлись по машинам, оставив Алексея в одиночестве наблюдать, как его бойцы загружают грузовые отсеки взрывчаткой и боеприпасами. Когда все было загружено и все расселись по своим местам, Алексей прошел к первой машине и, поднявшись на борт, вошел в пилотскую кабину и, сев в кресло, негромко дал команду пилоту на взлет, операция по освобождению захваченной столицы началась…