Текст книги "Как жить, чтобы жить хотелось. Антикризисные стратегии"

Автор книги: Александр Державин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 2. От прошлого к будущему

Прошлого нет и будущего тоже. Живите в настоящем.

На следующее утро Доктора разбудил стук в дверь.

– Док, ты спишь?

На часах 8:45. Действительно, пора вставать.

– Выхожу, сейчас, минутку.

Доктор пожал Мишени руку, но тот сразу отпрянул:

– Ай!

– Во-первых, доброе утро. А во-вторых, что это с тобой?

– Да заусенец, зараза. Очень больно задевает за все. Еще не успел состричь – они такие маленькие, но болезненные – жуть.

– Точно такими же маленькими и болезненными являются наши воспоминания из прошлой жизни. – При этих словах глаза Доктора слегка затуманились, а из груди вырвался выдох: он знал, о чем говорил. – Они-то и могут смещать нас из центра обратно на периферию, – добавил он. – Но пусть «заусенцы» напоминают лишь о том, что в жизни важно возвращаться в центр к своей цели, – подмигнул он Мишени, и они отправились завтракать.

– Слушай, Доктор, подгрузил ты меня. О чем ты говорил в номере? Расшифруй.

– Про то, что испытание, которое поджидает тебя на пути к цели, – это постоянные сигналы из прошлого.

– Например?

– Ну например, когда что-то не получается, не приносит желаемый результат. Ты ведь уже делал попытки что-то изменить, а воз и ныне там? – с некоторым сарказмом спросил Доктор.

– По накатанной оно стабильнее. Хотя… – Мишень сам усомнился в своих словах.

– Вот именно, это называется зона личного комфорта.

– Ладно, дружище, не грузи, давай подзарядимся вкусняшками и гулять, – Мишень перешел на привычный для него сленг.

На этот раз каждый пошел в свою сторону: Доктор – в город, а Мишень – на пляж, туда, где художник рисовал море.

Вернувшись в номер после восхитительной прогулки Доктор продолжал размышлять о проведенном с Мишенью времени. Он сел у открытого окна и жадно, уже заранее прощаясь, впитывал запах и шум ночного моря.

Как часто, попадая в трудные ситуации, он был готов махнуть на все рукой, отчаяться, пасть духом и сказать себе: «Я так больше не могу! Но дни бежали один за другим, и как они были похожи друг на друга… Заботы накапливались, давили как тяжелая ноша, и нередко он едва успевал избавиться от одного груза, как наваливался уже новый. Не было паузы, чтобы передохнуть. Жизнь зачастую представлялась ему серой, однообразной, лишенной свежести и легкости, а то, что его окружало: люди, предметы и ситуации – привычным, надоевшим, скучным… В такие моменты ему казалось, что он уныло бредет куда-то тусклым осенним вечером, устало переставляя ноги, не рассчитывая на скорый отдых и покой. Лишь оказавшись в прекрасном месте, подобном этому, можно поверить в то, что жизнь другая. Ну все, хватит грусти. Кажется, он провалился в свой «заусенец». Раз его посетило такое состояние, значит, он отклонился от цели. Стоит поискать причину в прошлом? Нет, лучше он подумает о книге – о своей новой цели. Он глубоко вздохнул, взял планшет и стал фиксировать все мысли, связанные с книгой. Идея за идеей, как птицы на корм, приземлялись на светящийся экран. Стоило ему только вновь обратить свое внимание на цель, как нашлись новые силы, и, как говорится, открылось второе дыхание. Вот она – сила «хочу-цели»!

Доктор внимательно рассмотрел свои пальцы и не обнаружил ни одного заусенца. Он услышал, что его сосед вернулся. Поскольку дверь хлопнула сильнее, чем обычно, Доктор решил, что Мишень, скорее всего, пьян и выходить к нему сейчас не стоит. Он погасил свет, но заснуть не мог еще долго. «Заусенцы в душе куда болезненней тех, что на пальцах, а щипчиками может стать только воля», – это было последнее, о чем он подумал перед тем, как провалиться в сон.

На следующее утро в 8 часов они выехали из отеля в аэропорт Адлера, а уже через несколько часов Доктор сердечно благодарил Мишень за поездку, прощаясь с ним у метро «Кропоткинская».

Глава 3. От разделения к единству

Мое, не мое? Боже, пусть то, что мое, останется моим…

Следующая встреча состоялась спустя пять дней, как всегда, по инициативе Мишени. После совместной поездки Доктор уже не боялся, что его клиент не позвонит и их встречи прекратятся. Он убедился, что Мишень ухватился за него, что он понимает значимость и необходимость их «сеансов», поскольку эти «сеансы» – его шанс на спасение. В 8 вечера они вошли в чайную в центре Москвы. Уже на пороге их окутала атмосфера тепла, добра и экзотики восточной культуры.

– Обстановку можно чувствовать по-разному, – усмехнулся Мишень, следя за восхищенным взглядом Доктора, оказавшегося тут в первый раз.

– Что ты имеешь в виду? – спросил тот.

– Скажи, тебе здесь так же хорошо, как и мне?

Доктор еще не успел снять обувь, а Мишень уже задавал вопросы. Они сели на застланный мягким ковром пол, как это было здесь принято, и к ним неспешно подошел чайный мастер. Доктор решил ответить вопросом на вопрос.

– Мишень, что именно ты чувствуешь, когда тебе хорошо?

– Я чувствую, что во мне какой-то поток течет. Эта музыка, спокойная обстановка, атмосфера в целом – все настраивает на благоприятный лад.

– А еще конкретнее?

– Ну, все расслабленно, нет желания делать какие-то лишние движения. В теле нет одного участка, где были бы сосредоточены ощущения. Пожалуй, больше всего я чувствую в груди, – он провел руками от груди вперед, как будто плыл брассом – этакое движение спокойного пловца в спокойной воде.

Доктор был удовлетворен ответом.

– Вот это состояние и есть состояние единства. – После небольшой паузы он продолжил. – А подумай-ка сейчас про шоу. Лицо Мишени вытянулось, стало понурым, плечи ссутулились, взгляд утонул в чашке с чаем. – Какое теперь ощущение у тебя в теле?

– Все разделилось: ноги отдельно, руки отдельно, голова отдельно. Голова напряжена, ноги как ватные, живот свинцовый.

– Ты сформулировал очень точно – это разделение. Два ощущения характерны для нашего тела – разделение и единство, другими словами, расширение. Расширение происходит в тот момент, когда мы движемся в направлении желаемого, своего «хочу». На этапе выбора тело тоже общается с нами и определенным образом реагирует. Реакция, приглашающая к действию, – расширение, реакция, приглашающая к остановке, – разделение. Другими словами, если это твой вариант, то ты будешь чувствовать расширение, если не твой – разделение.

– Получается, нужно научиться слушать свое тело? Находить именно эти два ощущения? – Мишень очень быстро сделал правильные выводы.

– Да. А именно научиться определять, какое ощущение вызывает то или иное условие жизни. Вот давай проверим. Открой меню и сделай заказ, ориентируясь только на эти два ощущения.

Мишень изучал меню довольно долго: он переворачивал страницу за страницей, задерживая свой взгляд то на одном, то на другом блюде и в итоге принял решение.

– Ну вот, я выбрал.

– И что это?

– Не поверишь, груша с орехами и медом.

– А что хотел изначально?

– Суп. Странно… Выходит, тело живет какой-то своей жизнью ощущений?

– Так, но мы и есть тело. Существует три центра управления жизнью – Дух, Душа и тело. И что касается тела – мы опираемся только на ощущения.

– А разум куда отнести?

– Ум, ты имеешь в виду? – специально переспросил Доктор. – Ум служит всему остальному и оформляет в формы то, что происходит в Душе и теле.

– Получается, ум на втором месте?

– Давай еще раз попробуем? Поставь себя в ситуацию выбора.

– Да, давай. Мишень закрыл глаза и стал прислушиваться к своим ощущениям. Через пару минут он открыл глаза и сказал:

– Правда, работает! Только это не совсем совпадает с тем, чего хочет ум…

– Такое бывает. – Доктор не стал уточнять подробности внутреннего монолога Мишени.

Весь вечер они провели, экспериментируя с ощущениями разделения и расширения.

– Знаешь, – резюмировал Доктор, – когда человек приходит в этот мир, первое, что он учится делать, – это ориентироваться. Ориентироваться в неизвестной географической местности помогает компас ну или навигатор. А что помогает ориентироваться в жизненных ситуациях? Я думаю, ощущения, чувства. Опираясь на них, человек может самостоятельно принимать верные решения. Тело всегда реагирует на любое чувство, на любое слово, мысль. Важно уметь прислушиваться к этим реакциям. Научись обращать внимание на то, что вызывает ощущение расширения.

– Ладно, Док, нам пора – прошло уже шесть часов, время летит, – резко в своей манере оборвал его Мишень. – Допиваем чай, доедаем грушу и летим.

Мишень беспрестанно поглядывал на телефон, и тревога в его движениях нарастала.

– Встретимся двадцать первого? Все-таки ожидается конец света, – чуть лукаво произнес Доктор, искоса взглянув на своего клиента. Тот едва заметно кивнул.

Они вышли из чайной. Мишень бодрой походкой дошел до машины и умчался на ней в гущу вечерней Москвы. Доктор не стал торопиться домой и решил прогуляться в сквере.

ПРАКТИКА «РАЗДЕЛЕНИЕ-РАСШИРЕНИЕ»

От чего вы чувствуете расширение?

Глава 4. От конца к началу

Начни с себя. Начало в тебе.

21 декабря 2012 года. 12 часов и ноль минут. Время было выбрано не случайно. Обдуманно. Один из наших героев верил в магию чисел и видел сакральность в числе 21, другой верил в конец света по календарю майя. В этот день они решили отправиться в Новый Иерусалим.

– Знаменательный день для встречи, – заметил Мишень.

– Да, и правда, – согласился Доктор.

– Где же твой позитив? – В голосе Мишени звучал едва заметный сарказм. Не дождавшись ответа, он, перестав улыбаться, продолжил. – Знаешь, мой дед воевал на фронте, а брат его там погиб… Будучи подростком, я не придавал этому значения и лишь совсем недавно задумался о том ужасе, который пришлось пережить миру… Почему такие концы света случаются? Мне давно хотелось найти ответ на этот вопрос. – Он затронул эту грустную тему так внезапно, что Доктор на мгновение растерялся, но не зацепился эмоционально и быстро вернулся к диалогу.

– Какой? – спокойно спросил Доктор.

– Почему люди страдают от катастроф, стихийных бедствий, войн? Почему?

– Думаю, что мир так устроен: одна его половина всегда страдает, другая же находится в комфорте, но также подвержена рискам. К примеру, война шла в Европе, а в Австралии ее не было. Но нельзя сказать, что от нас ничего не зависит. Зависит, еще как зависит! Предполагаю, что если человек думает позитивно, то у него меньше шансов оказаться на разрушительной стороне.

– Но те, кто участвовал в войне, – почему с ними это случилось? – все с тем же напряжением спросил Мишень.

– Мы не можем ответить за всех, не можем знать, как они думали. В трагических случаях способов воздействия на ситуацию, действительно, мало. Позитивное мышление и добрые поступки, искренняя вера и любовь – вот, пожалуй, и весь список: всего четыре пункта. У каждого остается выбор – совершить усилие и перейти на светлую сторону или остаться на иной стороне. Это усилие рождается внутри. Выбор, питать своими соками светлую часть этого мира или ту – иную – делается добровольно. Возможно, если каждый начнет использовать эти четыре способа, то светлая часть усилится, физический закон притяжения сработает. Вот так организован мир. Дуально.

– Получается, позитив, доброта, вера и любовь спасут мир?

– И еще твое желание. Способы без желания – это всего лишь способы.

– Позитивное мышление – опять оно. Но ведь это так сложно – постоянно думать позитивно. Особенно в те моменты, когда в жизни все складывается не так, как ты хочешь…

Доктор прервал собеседника, посчитав, что нужно освежить в памяти темы, которые уже обсуждались по этому поводу:

– Завышенные ожидания блокируют позитив. Помнишь, мы с тобой затрагивали эту тему.

– Сложно позитивно думать в те моменты, когда неприятности происходят неожиданно.

– Нужно помнить одно мудрое высказывание: «Есть в этом мире неподвластное мне». Мы тоже говорили об этом. Вспомни Одиссея, – Доктор старался говорить спокойно. Он никогда не переходил на менторский тон, даже когда проверял «домашнее задание».

– Так же сложно сохранять позитив, когда приходят трагические воспоминания из прошлого…

– Прошлое есть опыт. У меня есть выбор: использовать прошлое как страдание или как опыт.

– Ну какой же это опыт, когда ты человека родного потерял?! – возмутился Мишень.

– Опыт! – настаивал на своем Доктор. – Опыт, – твердо повторил он еще раз. – Соприкасаясь со смертью другого человека, свою жизнь начинаешь любить сильнее. Вот это опыт. Хотя некоторые так сильно не принимают факт существования смерти, что готовы броситься вслед за ушедшим. К тому же ты становишься лучше готов к своему собственному уходу. Эта готовность и позволяет жить в настоящем и ценить его. Ты понимаешь, что перед строгим лицом смерти нет оправдания ни молодости, ни незнанию, ни эгоизму. Ты больше чувствуешь единство бытия.

– Но ведь это страшно же – умирать…

– Умирать не страшно, страшно принять сам факт своей смертности. Вопрос, как прожить жизнь до момента смерти, – вот что по-настоящему должно быть страшно.

– Доктор, давай не будем, слишком мрачная тема. Я не хочу говорить о смерти.

Они вышли из машины. Мишень пультом заблокировал дверцы. Их взору открылся прекрасный собор XVII века, который поражал множеством куполов и парадоксальной монументальностью. Они шли к центральному входу, неспешно минуя торговые лавки и нищих, просящих милостыню.

Доктор обратил внимание на одного мальчика лет десяти. На его ногах были летние открытые тапочки-шлепки, и между пальцами набился снег. Ясные голубые глаза смотрели просто, скромно, тихо, безнадежно. Из всех стоящих здесь он один не протягивал руки, а всего лишь стоял, иногда безнадежно поднимая взгляд на проходящих мимо людей. Доктор стал искать мелочь, но внезапно понял, что не монеты, а купюры, причем довольно крупные, а еще бутерброды, и шоколад, и свой шарф – все прямо сейчас нужно отдать этому мальчику. В этот момент он увидел, как около него остановилась женщина лет сорока в длинной белой норковой шубе, подол которой задевал снег. Она с большим аппетитом жевала «Сникерс», который весьма контрастно смотрелся на фоне роскошных дорогих мехов. И вот эта благочестивая христианка протянула мальчику надкусанный сникерс, но потом, видимо, подумав, что отдавать почти целую шоколадку – это чересчур, откусила еще, и только после этого уверенно и с достоинством бросила наполовину съеденный батончик к босым ногам.

Доктор обратил внимание, что Мишень тоже наблюдает эту типичную для XXI века сцену. Он попросил открыть машину, чтобы взять бутерброды и шоколад, которые они собирались съесть на обратном пути. Подойдя к мальчику, Доктор молча протянул ему шарф, пакет с едой и двести рублей. Босой мирянин медленно убирал в карман «Сникерс». Он по-прежнему проявлял скромность и не протягивал рук. Наконец он робко и нерешительно поднял голову, и в его глазах появилась оттепель. Доктор поставил пакет у его ног, накинул на него шарф, а в карман засунул двести рублей. Мишень тем временем, наблюдая, как на холодном ветру развеваются русые волосы, снял свою шапку из овчины и надел на голову мальчика.

– Видит Бог, этот Армани ему сейчас нужнее, – с грустью сказал Мишень.

– Дело не в Армани. Ему нужно тепло, простое человеческое участие.

– Если бы наши размеры совпадали, я бы все снял с себя и отдал ему.

Доктор взглядом попрощался с мальчиком. Мишень достал из кармана пятьсот рублей и положил тому в карман.

Они проследовали на храмовую площадь, немного прогулялись и, быстро замерзнув, вошли в собор. Мишень ушел вперед, а Доктор не спеша рассматривал все вокруг, особенно людей. Спустя час они, не сговариваясь, встретились на выходе, молча направились к дверям, каждый со своими чувствами, отнюдь не позитивными. Сели в машину и снова вернулись к воспоминаниям о судьбе мальчика.

– Жаль пацаненка, – сказал Доктор.

– Да… Он чем-то напомнил меня в десятилетнем возрасте. Я, хотя и не стоял на улице с босыми ногами, жил в подобном состоянии и знаю, что это такое, – нуждаться в чужом тепле. Холодные были у меня детство и юность, Доктор, холодные, – голос Мишени, сидящего за рулем, был пропитан сожалением, досадой и горечью. – Знаешь, мои ранние годы можно разделить на два периода: до десяти лет, когда пил отец и мы перебивались с копейки на копейку, и второй, куда более суровый, когда мать вышла замуж и все пространство занял отчим.

– Слушай, а вот если прям сейчас, из этого момента переключиться на позитив? Сможешь?

– Сейчас? Авось смогу…

– В каждом из нас живет такой брошенный родителями мальчик или девочка. И что теперь? Этот внутренний ребенок нуждается в безусловном тепле. А что мешает тебе дать тепло этому внутреннему ребенку? – спросил Доктор, делая ударение на слове «тебе».

– Дать тепло себе самому? – казалось, Мишень был в замешательстве.

– Мы становимся взрослыми, а маленький мальчик продолжает жить у нас внутри. Он остается маленьким со всеми его простыми потребностями. Он хочет тепла, заботы, внимания, любви, поддержки, подарков, отдыха…

– Получается, что в итоге нужно стать родителем самому себе?

– Да, ты прав. Родители бывают разные. А вот стать самому себе безусловно добрым родителем – это имеет смысл, – добавил Доктор.

– А знаешь, мои родители – вполне успешные люди (даже отец, несмотря на то, что выпивал), но у меня такое чувство, что я для них неудобен, что ли… Кроме фраз: «Я так беспокоюсь», «Я волнуюсь за тебя», – я от них вроде бы ничего и не слышал. Каждый раз после их звонка у меня, кроме тревоги, ничего не остается. Мне даже жалко, что они живут именно так. Вот у них точно с позитивом дисконнект.

В этот момент Мишень резко повернул, и машину чуть занесло. Он притормозил и замер.

– Доктор, напугался?

– Терпимо, но лучше аккуратнее.

Они доехали до станции метро «Динамо».

– Ну, мне пора, – сухо сказал Доктор.

– Как, уже? А в кафешку?

– В следующий раз.

– А домашнее задание? – улыбнулся Мишень.

– Задам тебе всего один вопрос: «Как нужно жить. чтобы не бояться смерти?»

Было видно, что Мишень ужасно напрягся внутри. Даже на его лице появилась скованность. Пожимая руку Доктора на прощание, он молчал и даже не смотрел на него.

ПРАКТИКА «СМЫСЛЫ»

Как нужно жить, чтобы не боятся смерти?

Глава 5. От хаоса к балансу

Порядок в беспорядке допустим, а беспорядок в порядке – вряд ли.

На дворе 26 декабря. Москва светилась яркими новогодними огоньками. Елки, украшенные каждая на свой лад, возвышались по всему городу. Из стеклянных витрин приветливо улыбались Дед Мороз со Снегурочкой в окружении ярких подарков в блестящей упаковке. В магазинах царила необычайная, но уже привычная предпраздничная суета. Казалось, народу стало раза в полтора больше (да и машин на дорогах тоже).

Доктору очень хотелось встретить этот Новый год с Татьяной, но, немного поразмыслив, он решил, что на данном этапе отношений спешить не стоит. Все-таки пригласить ее к себе – это очень важный и ответственный шаг, а они еще так мало знали друг друга… Кроме того, Доктор не желал давить на нее. В конце концов, зачем и куда спешить?..

С такими мыслями он допил кофе после приема, собрался и вышел на улицу. До встречи с Мишенью оставалось еще десять минут, и он воспользовался случаем и зашел в Иерусалимское подворье. Там он купил две свечи. Подойдя к любимой иконе, первую он поставил за свое здравие, а вторую – за здравие Мишени. «Господи, помоги ему, защити его, – начал молиться Доктор, но в этот момент завибрировал его телефон в правом кармане брюк. – Пришел. Господи, мне пора.

Доктор не стал отвечать на телефонный звонок. На выходе из храма он сразу увидел Мишень.

– Привет, – просто сказал он. – Я в храм хотел зайти, а ты уже оттуда. Какое совпадение! Подождешь меня или все же войдем вместе?

– Привет. Давай войдем, я подожду тебя у церковной лавки.

Мишень, как и Доктор несколько минут назад, купил две свечи. Затем он приблизился к иконе Николая Чудотворца, зажег первую свечу, что-то пошептал, то же проделал и со второй. Некоторое время он просто стоял и смотрел искренним взглядом на образ Святого. После медленно подошел и к любимой иконе Доктора «Лик Иисуса Христа», прошептал молитву и направился к выходу.

– Идем.

Они покинули храм и направились в кафе за углом.

– Вот я все думал, почему мир разделен на две половины, почему в нем есть и зло и добро…

– Но ведь в результате получается баланс, – улыбнулся Доктор. – Мир так устроен.

– Баланс – красивое слово, мне нравится. Только интересно: как почувствовать этот баланс в жизни? Знаешь, один раз я попробовал пройтись по канату в цирке. Это было забавно. Я шел на небольшой высоте – полтора или два метра, но все время с интересом думал: упаду или нет?

– И?

– Я не упал.

– Как ты полагаешь, что тебе помогло?

– Равновесие. Только равновесие. Балансировать очень сложно, но мне было важно не свалиться, и я балансировал. Важно было дойти до конца, поэтому я и сохранял равновесие.

– А что тебе помогало балансировать и не падать? Точнее, что помогало сохранять равновесие?

– Внутреннее ощущение, – ответил Мишень после небольшого раздумья. – Я чувствовал свое дыхание, и еще у меня внутри был какой-то… внутренний маятник, что ли, который меня все время возвращал меня в исходное положение. Прикольно, кстати!

– Я заметил, что быстрее достигаешь цели, когда сохраняешь чувство равновесия. Сложно, но эффективно. Ты привел отличный пример с канатом в цирке. А можешь воспроизвести эту ситуацию сейчас? Представь, что здесь натянут канат, но вместо пола – воздушная глубина, как в цирке.

Мишень посмотрел на пол, провел взглядом от одного угла к другому, вдруг резко подошел к одному из углов и встал к нему спиной. Руки он вытянул в стороны, выпрямил спину, подобрал подбородок. Лицо напряглось, тело стало пружинистым и сгруппированным. Официанты и посетители (которых, к счастью, было не много) с удивлением смотрели на эту картину, однако ни Доктор, ни его клиент не обращали на это никакого внимания.

– Все, я готов. Готов идти.

– Дерзай. Представь, что канат натянут между двумя берегами бурной реки, – Доктор решил усложнить задание, тем самым еще больше погружая его в эксперимент.

Пока Мишень шел по воображаемому канату, Доктор размышлял о том, что такой образ пришел ему в голову отнюдь не случайно. Берег – это ситуация или цель, а река – сама жизнь. Сохраняя равновесие, мы сможем дойти от одного берега к другому. Ну а если мы упадем, нам придется плыть или, в худшем случае, утонуть…

– Смотри, я даже с открытыми глазами могу идти. Мной как будто бы управляет это чувство. Правда, мне понадобилось какое-то время, чтобы его вспомнить, настроиться.

Мишени оставалось всего два шага до другого угла, Доктор решил использовать это ценное время и спросил:

– В той ситуации с машиной, о которой ты мне рассказывал, ну, когда тебя надули в сервисе, как можно было сохранить равновесие?

– Они поступили просто… нехорошо, но я ведь не дурак, я буду жить дальше, и с ними мне детей не крестить… Бред? – нерешительно спросил он. Доктор молчал. Клиент должен сформулировать мысль самостоятельно. Мишень тем временем продолжил:

– Пожалуй, выигрывает тот, кто ищет выход из сложившейся ситуации, нежели тот, кто думает, как же это случилось с ним. Вот что дает равновесие. – На сей раз его голос звучал намного более уверенно.

– А что еще дает равновесие?

Мишень уже дошел до угла, медленно повернулся к Доктору и сказал:

– Уверенность, спокойствие, а главное, энергию экономит.

– А что делать, когда человек теряет равновесие?

– Возвращать его, а затем действовать.

– Слушай, ты, видимо, сегодня мои мысли читаешь? Давай на этом и завершим сегодня встречу.

Доктор молча положил деньги на счет и стал собираться. Мишень неожиданно схватил его за руку и торопливо, словно опасаясь, что кто-то ему помешает, проговорил:

– А хочешь, хочешь поехать со мной и посмотреть шоу?

– Тебе это нужно?

– Нужно.

– Хорошо, только давай не сегодня? – Доктор пока не мог так сильно нарушить границы работы с клиентом, перейти на его территорию. Необходимо было слегка притормозить. – Будет день и будет место, всему свое время, – резюмировал он, пожав Мишени руку, и покинул кафе.

Обернувшись, он увидел, что его клиент словно «потускнел».

ПРАКТИКА «РАВНОВЕСИЕ»

Что помогает сохранять равновесие?