Текст книги "Слеза дракона"

Автор книги: Александр Ерунов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

– Не обижайся, братишка, – ласково погладив его рукой по щеке, ответила Альвана. – Именно сейчас я и собираюсь дать тебе возможность проявить себя в одном очень важном деле.

– Стеречь этого странного мальчика? Да что ему может угрожать здесь, в Гюль-Араме?!

– Как знать? – задумчиво произнесла принцесса. – Сейчас ни о чем нельзя загадывать наперед. Так ты выполнишь мою просьбу?

– Да, конечно.

– Вот и славно, – улыбнулась Альвана и уже направилась к лестнице, когда Фармиль окликнул ее:

– Сестра!

– Ты что-то еще хотел спросить? – обернулась она.

– Не спросить… – немного смутившись, ответил эльф. – Я хотел предупредить… Не знаю даже, послушаешь ли ты меня или нет, но… В общем, не слишком-то доверяй этому Лоэнгрему!

– Что? – изумленно переспросила принцесса. – Фармиль, у тебя есть какие-то основания, чтобы говорить такое?

– Я знал, что ты не поверишь мне, – еще больше смутился тот. – Да, ты права, у меня и в самом деле нет оснований не доверять ему. Пока… Но я уже говорил тебе о плохих предчувствиях, которые преследуют меня в последнее время, и связаны они вовсе не с этим мальчиком, Нэвилом Хаггардом, хотя и с ним отчасти тоже, а в первую очередь с Лоэнгремом.

– Ты пугаешь меня, брат! – прошептала принцесса. – Предчувствия эльфа – это почти аргумент. Может, пояснишь мне, в чем это выражается?

– Понимаешь, Альвана, Нэвил появился у нас только прошедшей ночью, а предубеждение против Лоэнгрема возникло гораздо раньше. В нём что-то не так… Он не совсем тот, кем хочет казаться…

– Это вполне естественно, – с облегчением вздохнула принцесса. – Ты просто слишком мало знаешь о его настоящей роли в нашем мире. Мне же она известна гораздо лучше.

– Что же, мое дело предупредить тебя, – совсем стушевался Фармиль. Ему было немного обидно, что Альвана опять не приняла его всерьёз и в очередной раз выставила этаким несмышленым мальчиком.

* * *

Ларс Болло поджидал принцессу возле Ворот Гюль-Арама. Так назывались два скальных выступа, словно клыки торчавшие из земли. Оба они были обработаны резчиком по камню. По ним почти сплошняком шел затейливый узор, в который были вплетены загадочные эльфийские руны, значения многих из которых Болло были непонятны.

Ларс спешился с коня, предоставив тому возможность свободно пощипать сочную, зеленую травку, которая сохранилась в таком виде наверное только здесь, а сам задумчиво прохаживался взад-вперед. Альваны всё не было, и это тревожило его. От того, каким получится этот разговор, зависело очень многое, но Менестрель могла ведь и просто уклониться от встречи.

Пока все козыри были у неё на руках, но и ему тоже было, что сказать ей. Болло надеялся на разумность эльфийской принцессы, ведь угроза нависла над всем Пиром Народов в целом. Разъярённый Пес был убит, причём не по решению Высшего Совета. Да, многое указывало на то, что лорд Эдвард оказался агентом императора Натаниэля, но в случае подозрения в измене приговор могли вынести только все остальные члены Совета на экстренном заседании, а такового как раз и не было проведено. Кто из их круга взял на себя ответственность решать за всех? Именно это и беспокоило его сейчас больше всего. Раскол в Пире Народов грозил перерасти в открытую войну, а это было равносильно его полному краху. Сейчас жизненно необходимо было консолидировать все здравые силы Совета и сообща выявить того, кто преступил негласное правило. Могла ли это быть Менестрель? Ларс искренне надеялся на то, что нет.

Наконец появилась Альвана, как всегда очаровательная, легкая, почти эфемерная. Она с улыбкой подошла к Ларсу и протянула свою изящную ручку для поцелуя.

– Что привело тебя сюда, Филин? – спросила она. – Неужели дело оказалось настолько срочным и важным, что ты даже счел возможным пренебречь конфиденциальностью?

– Именно так, – кивнул головой Ларс. – Надеюсь, ты поймешь меня, когда узнаешь его суть. Убит Разъяренный Пес.

– Что?!!! – побледнев, переспросила принцесса.

– Тело лорда Эдварда обнаружили в его покоях в замке. Он лежал на своей постели с кинжалом в груди. На лице была маска Разъяренного Пса.

– Не может быть! – прошептала Альвана. – Кто?!!

– По заявлению леди Анчилот, арестован Гарольд Финсли, которого, якобы, видели в замке в день убийства. Разыскивается также Нэвил Хаггард, как соучастник.

– Эти сведения достоверны?

– Не думаю. У Гарольда Финсли не было абсолютно никаких мотивов убивать лорда Эдварда. Более того, как удалось выяснить Мигелю Кастиге, Разъярённый Пес скорее всего работал на императора.

– Значит, предательство и возмездие? Тогда кто из членов Совета может стоять за этим?

– Обвинение против Финсли поддержали Спящий Лев и Лис, но я не думаю, что убийство Эдварда является их рук делом. Они просто воспользовались возникшей ситуацией для достижения своих собственных целей.

– Судя по всему, ты кого-то уже подозреваешь? Мне, например, эта связь кажется очевидной.

– Да, у меня есть серьезные основания полагать, что за убийством лорда Эдварда стоит Варравис. Больше того, я опасаюсь, что оно не последнее.

– Это очень серьезные обвинения, Филин, – покачала головой принцесса. – Ты действительно уверен в правоте своих слов?

– Если бы был уверен абсолютно, то так бы и сказал. Это только подозрения, но они, увы, очень правдоподобны. С Варрависом что-то происходит в последнее время. Его решения перестали приносить мир и спокойствие в Карелан, как это было когда-то. Все началось с убийства Авеля. Сейчас я смотрю на это деяние с точки зрения сегодняшнего дня и вижу всю его бессмысленность. Вспомни, ведь именно Варравис предложил брак Уильяма Дунгара и принцессы Мариэль, как возможность покончить с Войной Народов. Мне об этом рассказывал Эллеворд, как непосредственный участник тех событий. Он лично ходил к дракону за советом, и получил его. Брак императора с эльфийской принцессой был любимым детищем Варрависа, и за династией Дунгаров он следил с особым вниманием на протяжении всего существования Пира Народов. Более того, по словам все того же Эллеворда, в последние годы дракон сам искал повода для встречи с Авелем. Кажется, она даже состоялась. Но вот что произошло потом? Какая кошка пробежала между ними? Почему отношение Варрависа к покойному императору так радикально изменилось? Слеза Дракона? Мне кажется, что эти объяснения слишком надуманны. Никто не знает, как Авель получил её? Тоже не верю. Как раз Варравис знает об этом доподлинно, и именно он подсказал императору этот вариант! Возможно, он потом просто пожалел о содеянном и решил повернуть все вспять?

– Допустим, что это так, – подумав, сказала Альвана. – Все очень даже похоже на правду. Но какая связь между тем, что ты мне изложил, и убийством Эдварда?

– Самая прямая. Пир Народов перестал быть нужен Варравису, и он хочет избавиться от нас, как от лишних свидетелей. Лорд Эдвард стал первой жертвой, за ним могут последовать остальные. Как только будет уничтожен наследник Авеля, настанет наш черед, и ты, Альвана, сейчас первая в этом списке. Именно потому я и пришел к тебе.

– Почему я? – смутившись, спросила принцесса.

– По той простой причине, что Нэвил Дунгар сейчас находится у тебя в Гюль-Араме. Только не говори мне, что я не прав. Я знаю об этом доподлинно.

– Знаешь, Ларс, сейчас это уже напоминает шантаж, – сухо ответила принцесса.

– Нет, Альвана, я не шантажирую тебя, – возразил Болло. – Какие бы планы ты ни строила на этого юношу, сейчас я предлагаю тебе только союз. Это жизненно необходимо для нас обоих, и для наших народов в целом.

– Я должна посоветоваться с Лоэнгремом.

– Вот этого я тебе пока не советую.

– Почему?

– Он не так давно с нами и, если говорить честно, то сейчас вызывает у меня ничуть не меньше подозрений, чем Варравис.

– Занятно. Чем же? Дело в том, что с тобой в оценке Лоэнгрема солидарен мой брат Фармиль. Не далее, как час тому назад он тоже призывал меня не доверять ему.

– В таком случае, тем более. Если я сейчас просто вынужден искать врагов повсюду, то Фармиль избавлен от какой бы то ни было предвзятости. Я знаю, что у вас, эльфов, остались какие-то особые внутренние чувства, сохранившиеся от начала времен и уважаю их проявление.

– А уж не ты ли подговорил моего дорогого братца? – с некоторой долей подозрительности спросила Альвана.

– Нет, и разговора о Лоэнгреме я с тобой, кстати, тоже не заводил. Просто дал совет.

– Что же, я подумаю над тем, воспользоваться ли мне им или нет. У тебя есть какой-нибудь план наших дальнейших действий?

– Во-первых, нам необходимо вывезти Нэвила из Боутванда. Его смерти жаждут слишком многие, чтобы считать это место безопасным для него. Даже Гюль-Арам не сможет спасти наследника Дунгара. Его ведь, кроме всего прочего, обвиняют в убийстве. Да, Финсли и юноша присланы сюда самим императором, но тайно, без письменного подтверждения их полномочий. Да и деньги Гарвина в Боутванде значат гораздо больше, чем любые бумаги Натаниэля Сигварда. Если не возражаешь, нашим отъездом займется Мигель Кастига. Он справится с любой задачей.

– Ты говоришь нашим отъездом?

– Конечно! Или ты собираешься остаться здесь? Тебя не убедили мои слова?

– Убедили. Мы едем втроем?

– Нет, вчетвером. Велес наш верный союзник, и я готов поручиться за него головой.

– Хорошо, – согласилась Альвана. – Я верю тебе. Куда мы отправимся?

– К Эллеворду.

– Ты шутишь, Ларс? Даже если он всё ещё жив, то ему сейчас явно не до нас!

– Он жив, – уверенно сказал Болло. – А насчет всего остального… Только Эллеворд сможет прояснить некоторые моменты событий семнадцатилетней давности. Он был тогда лидером Пира Народов и гораздо теснее общался с Варрависом. Я почти уверен, что какая-то тайна в нашем общем прошлом существует, и разгадав её, мы сможем найти оптимальный выход из создавшегося положения.

– Возможно, ты прав. Где и когда мы встречаемся?

– В миле от Искрящейся бухты встанет на якорь "Звезда Заката". На ней мы и будем вас ждать.

– Я возьму с собой Фармиля, – тут же ставила принцесса. – Я, конечно, доверяю тебе, Филин, но мой брат будет дополнительным гарантом безопасности для меня.

– Не возражаю. Тем более, что именно о твоей безопасности я и собираюсь позаботиться.

– Ещё один вопрос. Возможно, сам Нэвил не захочет бежать неизвестно куда?

– Я предусмотрел этот вариант и под видом адвоката встретился в тюрьме с Гарольдом Финсли. Вот письмо, написанное им для Нэвила.

– С тобой даже страшно, Ларс, – усмехнулась принцесса. – Ты всё просчитываешь на десять ходов вперед!

– Стараюсь, но и мне тоже свойственно ошибаться.

– Ты так и не задал мне самого главного вопроса…

– Если ты о Слезе Дракона, то мне известно, что она находится у Нэвила. Но сейчас это не самое главное, поверь мне.

– Тебя просто невозможно поставить в тупик! – сказала Альвана. – На все есть ответ! Тогда, может быть, ты объяснишь мне, почему этот мальчик в полной мере наделен чувствами эльфа? Почему наша королевская кровь оказалась в нем настолько сильна, что её почувствовал даже Фармиль? Я сама, например, была просто поражена этими фактами!

– Вот как раз этот вопрос мне не по зубам, – улыбнулся Ларс. – Это ваши внутренние эльфийские дела, и тебе лучше задать его Эллеворду.

– Что же, по крайней мере бы честно и откровенно! И так, до встречи на "Звезде Заката".

Принцесса протянула Ларсу руку, он поцеловал её и не спеша направился к своему коню.

* * *

Фармиль встретил принцессу в её гостиной. Нэвил все ещё спал, о чем брат тут же и сообщил Альване.

– Не удивительно, – ответила та. – Ему столько довелось пережить за прошедшую ночь…

– Еще бы! – злорадно усмехнулся Фармиль. – Одни объятия прекрасной эльфийской принцессы чего стоят!

– Ты злой и противный мальчишка! – рассердилась Альвана. – И никогда не повзрослеешь, если будешь вести себя подобным образом!

– Да я же шучу, сестрица, – рассмеялся эльф. – Только объясни мне, ради всех богов, зачем тебе понадобился этот Нэвил? Если уж я, судя по твоим словам, мальчишка, то он-то тогда вообще ребенок!

– Что же, мне придется объяснить тебе все, – сказала принцесса. – Другого выхода все равно нет, тем более что ты единственный, на кого я могу полностью положиться в начавшейся игре. Нэвил Дунгар (именно Дунгар, а не Хаггард, поскольку он единственный сохранившийся наследник императора Авеля) сейчас ключевая фигура, которая должна изменить ход всей дальнейшей истории Карелана. Его отец Авель сумел получить в свои руки уникальный магический талисман, так называемую Слезу Дракона, власть над которым имеют только прямые потомки императора. Насколько велика сила талисмана я пока говорить не буду, потому что об этом в точности не знает никто, но в том, что это очень могущественный артефакт, сходятся во мнении все. Обладание им еще больше упрочит господство людей над другими народами, и нам, эльфам, это совсем не нравится. Но есть способ обернуть минус в плюс, уравнять людей и эльфов, и возвысить наш народ. Нэвил, как и его далекий предок Уильям Дунгар, должен взять в жены эльфийскую принцессу, и тогда их наследник станет полноправным сыном двух народов, полуэльфом-получеловеком, тем, кому не безразличны судьбы обоих племен. Именно эту задачу я и пытаюсь сейчас воплотить в жизнь.

– А, так ты, оказывается, совершаешь акт самоотречения во имя будущего Карелана?! – не смог сдержать ехидной улыбки Фармиль.

– Называй это, как хочешь, – сердито фыркнула Альвана. – Мальчишка, он и есть мальчишка! Объяснять тебе без толку!

– Да я разве против, – рассмеялся эльф. – Совет вам да любовь! Но только я-то чем могу помочь?

– Если не прекратишь издеваться, то ничем, – огрызнулась Альвана. – Обращусь за помощью к кому-нибудь более серьезному. Лоэнгрему, например.

– Не сердись, Альвана, – тут же сменив игривый тон на более подобающий обсуждаемой теме, сказал Фармиль. – Не надо тебе связываться с этим подозрительным выскочкой. Я сделаю все, что ты только попросишь. У тебя возникли какие-то серьезные проблемы?

– Не то слово! – воскликнула принцесса. – Мои планы очень многим приходятся не по вкусу, и в первую очередь оркам и гномам. Для них самым лучшим вариантом будет, если наследник Авеля и магический талисман исчезнут раз и навсегда, а потому за Нэвилом идет настоящая охота. Да ты и сам это видел собственными глазами. Мы должны срочно вывезти его из Боутванда. Даже Гюль-Арам сейчас небезопасен для наследника Дунгара.

– Когда?

– Сегодня ночью. В Искрящейся бухте нас будет ожидать корабль "Звезда Заката", и я очень надеюсь на твою помощь.

– Но что я должен делать?

– Пока и сама не знаю. Вот ты говорил мне о своих предчувствиях относительно Лоэнгрема, и я прислушалась к ним. Поверь и моим тоже. Мне почему-то кажется, что твоя роль в этом деле будет очень важной. Только не подумай, что я подлизываюсь к тебе, это действительно так!

– Ладно, верю, – улыбнулся Фармиль. – Что мне сейчас-то делать?

– Подготовь лодку и возвращайся сюда. Потом сходите с Нэвилом к нашим оружейникам и подберете ему легкую и прочную кольчугу, такую, которую можно было бы носить не снимая. Меч у него, на мой взгляд, очень даже приличный. Когда прибудем на корабль, примешь на себя обязанности по управлению им. Возможно, там уже есть свой капитан, но это эльфийский корабль, и только эльф сможет выжать из него все возможное.

– Что же, пока ничего невыполнимого от меня не требуется, – кивнул головой Фармиль. – Передаю тебе твое спящее сокровище и приступаю к выполнению своих обязанностей.

Он поклонился изящно, как умеют делать только эльфы, и удалился.

* * *

Нэвил проснулся от нежного прикосновения тёплой ладони к своей щеке и сразу же открыл глаза. Принцесса Альвана стояла перед ним на коленях и рассматривала веселым, немного игривым взглядом. Юный влюбленный знал, что она несравненно старше и мудрее его, но разве возраст эльфа хоть что-нибудь значит? Этот дивный народ обладает удивительным даром вечной молодости, и сейчас Нэвил готов был поклясться, что они с Альваной почти ровесники. Ему ещё никогда не доводилось иметь дело с эльфийками, да что греха таить, и в отношениях с представительницами слабого пола своего собственного народа он тоже пока не слишком преуспел, а потому всё произошедшее с ним считал каким-то чудом, волшебством, чувством возвышенным и неповторимым, поразившим его прямо в сердце. И разве могла эта удивительная женщина не отвечать ему взаимностью?! Такого просто невозможно было представить себе! Эти бездонные, светящиеся искренней любовью глаза просто не могли лгать, а изящные, нежные пальцы каждым своим прикосновением говорили гораздо больше, чем любые, самые возвышенные и напыщенные слова!

Нэвил приподнялся на локоть и второй рукой привлек к себе принцессу. Их лица оказались в достаточной близости для поцелуя, но Альвана рассмеялась и приложила палец к его губам.

– Погоди немного, мой пылкий друг, – с улыбкой произнесла она. – Не всё сразу! Я вижу, ты уже отдохнул? Теперь позволь мне угостить тебя обедом. Вот, возьми. Я принесла тебе одежду.

Она протянула ему тунику и штаны цвета топленого молока. Материя, из которой они были сшиты, оказалась удивительно мягкой на ощупь и почти невесомой. Рядом с постелью стояли сапоги из мягкой светлой кожи, расшитые разноцветным бисером, такие, которые обычно носят эльфы из высокого сословия. Облачившись в эти одежды, Нэвил даже удивился, насколько легко и свободно он себя в них чувствует. Даже лучшие портные Эрегона не могли бы добиться такого совершенства! Он почти не ощущал ткани на теле. Возникало впечатление, что это и не одежда вовсе, а вторая кожа!

Альвана взяла его за руку и подвела к зеркалу.

– Сейчас ты и в самом деле похож на молодого и очень красивого эльфа, – придирчиво осмотрев его со всех сторон, сказала она. – Сегодня ночью тебе это очень даже понадобится.

– А что произойдет сегодня ночью? – с интересом спросил Нэвил.

– Не хотела расстраивать тебя прежде времени, но все же придется, – со вздохом произнесла Альвана. – Мы покидаем Гюль-Арам, причем спешно. На, прочитай это письмо. Мне передали его, пока ты спал.

Принцесса передала Нэвилу клочок бумаги, который был исписан торопливым почерком Гарольда Финсли.

– Нэвил! – писал его наставник. – Несказанно рад, что тебе удалось-таки выбраться из той передряги, в которую мы попали, целым и невредимым! Я тоже жив, но возникли некоторые проблемы, из-за которых не могу прийти к тебе на помощь. К сожалению, я арестован по подозрению в убийстве лорда Эдварда. Тебя тоже разыскивают. Сам понимаешь, что все это происки наших врагов из Пира, но мне удалось найти и новых союзников. Доверься Мигелю Кастиге и тому человеку, который будет с ним. Нам удалось договориться о совместных действиях, и они помогут тебе выбраться из Боутванда в безопасное место. Эльфы доставят тебя на «Звезду Заката». За меня не беспокойся. Натаниэлю Сигварду отправлено письмо с описанием того, что с нами произошло, так что мое освобождение это дело времени. Главное, никакой самодеятельности! Делай то, что тебе скажут Кастига и господин Болло, иначе «я проверю прочность своей трости на твоей спине». Надеюсь, ты понял, что я хотел этим сказать? Удачи тебе, мой мальчик!

Искренне твой Гарольд Финсли.

Сомнений в подлинности письма у Нэвила не возникло. В нем была даже кодовая фраза, которую они придумали совместно с Гарольдом. Он волновался за своего наставника, но был счастлив узнать, что тот всё-таки остался в живых.

– Когда мне надо уходить? – спросил он у Альваны.

– Сегодня ночью. Я и мой брат Фармиль будем сопровождать тебя.

– Так Фармиль и в самом деле твой брат?

– Да, единственный и любимый. Не сердись, что Фармиль не слишком любезно принял тебя. Он еще очень молод и не всегда умеет сдерживать свои эмоции. Скоро он придёт сюда и поможет подобрать тебе кольчугу. Как только окончательно стемнеет, мы отправимся в путь.

– Значит, мы сегодня расстаёмся и, возможно, больше никогда не увидимся? – с горечью спросил Нэвил.

– Разве я сказала что-нибудь о расставании? – с улыбкой ответила принцесса.

– Но в письме написано, что вы проводите меня только до корабля…

– Мы с Фармилем решили, что не можем оставить нашего родственника в беде, а потому будем сопровождать тебя до тех пор, пока ты и в самом деле не окажешься в безопасности. Кроме того, у меня есть предположение, что степень нашего с тобой родства гораздо ближе, чем это кажется на первый взгляд, а потому мне хотелось бы лучше узнать тебя.

– Спасибо, Авалина! – искренне поблагодарил принцессу Нэвил. Ему до такой степени не хотелось расставаться с ней, что её предложение он воспринял, как королевский подарок, основанный исключительно на ответном чувстве.

– Что же, пока у нас есть время, предлагаю пообедать, – предложила Авалина. – Тебе доводилось когда-нибудь пробовать эльфийскую кухню?

– Во дворце императора есть несколько поваров-эльфов, но насколько их рецепты соответствуют вашим обычаям, я судить не берусь.

– Вряд ли там работают худшие, но еда, приготовленная непосредственно в Гюль-Араме, всегда славилась своей неповторимостью.

* * *

После обеда за Нэвилом зашёл Фармиль. Он был приветлив, общителен, так что от первого негативного впечатления, произведенного не слишком-то доброжелательным приёмом, у юноши вскоре почти не осталось и следа. О том, что брат намного моложе Альвины, можно было только догадываться. Внешне они выглядели ровесниками и кроме того были очень похожи друг на друга, на что в первый раз Нэвил не обратил особого внимания. Как выяснилось, молодой эльф впервые собирался в столь длительное путешествие, а потому был слегка возбужден. До этого кроме Гюль-Арама ему доводилось бывать разве что в Боутванде, и все его впечатления о внешнем мире сводились к не слишком-то лестным оценкам этого города.

За плечами Нэвила тоже был не очень богатый багаж путешествий. Его детские годы прошли в Эрегоне, и поездка в Боутванд стала первым дальним выездом. Впечатление на него этот город, как мы помним, произвел довольно безрадостное, а потому на этой почве они с Фармилем быстро пришли к общему мнению. Молодому эльфу недавно исполнилось тридцать пять лет, что по меркам его племени вполне могло соответствовать возрасту Нэвила. Дивный народ имел несравненно более долгую жизнь, чем люди, потому и взросление у них несколько затягивалось, размывалось во времени. Этому отчасти способствовала и свойственная им неторопливость, созерцательность. В целом, найти общий язык молодым представителям двух народов не составило особого труда.

К экипировке Нэвила Фармиль подошел со всей ответственностью. Бросив взгляд на его одежду, он сказал, что у Альваны, конечно, безупречный вкус, но напрочь отсутствует практичность.

– Как она собирается незаметно вывести тебя из Гюль-Арама, одев в светлые одежды?! Возьми хотя бы этот плащ. Он обладает удивительным свойством скрывать своего обладателя от постороннего взгляда. Кроме того, у него есть капюшон, который прикроет лицо. Я бы посоветовал тебе также надеть шлем. Эта деталь еще больше изменит твою внешность, и тебя почти невозможно будет отличить от эльфа. Но его мы подберем вместе с кольчугой. Можно мне посмотреть твой меч?

Нэвил не без гордости протянул ему свою катану.

– Да, сестра права. Меч действительно очень хорош. Сделан в Вестклинде, если я не ошибаюсь?

– Не ошибаешься, именно там. Мне подарил его император.

– Подарок достойный правителя. Мой меч тоже неплох, но твой все-таки лучше. Он очень прост в отделке, но сталь великолепна. Я, правда, не слишком хорошо знаком с техникой работы катаной. Не покажешь?

Нэвил с удовольствием продемонстрировал эльфу свои навыки. Особенность заключалась в том, что катана в равной степени была удобна как при работе двумя руками, так и одной. Меч был легкий, юркий и удивительно послушный. Они попробовали спарринг, и Фармиль с удивлением отметил, что этот мальчик даже несколько превосходит его мастерством.

– А ты очень даже неплохой фехтовальщик! – без тени зависти одобрил он. – Почти уверен, что для орков ты не стал бы легкой добычей!

– Как знать, – вздохнул Нэвил. – Я был до предела вымотан погоней, и кроме того повредил ногу. Но самое главное – мне ещё никогда не приходилось убивать. Боюсь, что мои шансы в противостоянии с ними были очень невелики.

– Что же, мне нравится твоя честность и откровенность, – улыбнулся Фармиль. – Надеюсь, мы станем настоящими друзьями.

Так, не слишком торопясь и беззаботно болтая, они добрались до оружейных мастерских. Мастерские находились в обширной пещере, поскольку эльфы не хотели оскорблять природу Гюль-Арама видом яркого, жгучего пламени. Сама кузница располагалась в дальней её части, а ближняя представляла собой нечто вроде арсенала. Здесь стояли горки, на которых во всей красе были разложены великолепные мечи и кинжалы, манекены с доспехами, стеллажи со щитами и шлемами. Широко представлены в арсенале оказались и луки – излюбленное оружие эльфов. Радом с ними висели роскошные колчаны со стрелами. Оружия было так много, что им можно было вооружить целую армию. У Нэвила просто разбегались глаза от всего этого разнообразия, но Фармиль, похоже, четко знал, что именно он ищет. Перебрав около десятка кольчуг, он наконец-то остановился на одной.

– Вот, это именно то, что тебе нужно, – сказал он. – Кольчуга очень легкая, так что сможешь носить её не снимая, но чрезвычайно прочная. Выдержит даже прямое попадание стрелы с нескольких шагов.

Нэвил примерил кольчугу. При его стройности, она оказалась в самый раз и действительно почти не давила тяжестью на плечи. Шлем Фармиль выбрал округлой формы, прикрывающий переносицу и щеки. Лица под ним почти не было видно, да и капюшон можно было накинуть сверху. Себе эльф тоже подобрал кольчугу и шлем, не устояв перед искушением лишний раз покрасоваться в доспехах. Взяли и по щиту, украшенному гербом Гюль-Арама. В общем, после посещения кузницы оба юноши находились в самом что ни на есть прекрасном расположении духа.

Когда Нэвил и Фармиль вышли из пещеры, уже стемнело. Юный наследник Авеля в первый раз видел ночной Гюль-Арам, и картина эта произвела на него неизгладимое впечатление. Оказывается, многие из цветов, которыми изобиловали как травяной ковер, так и могучие деревья, светились в темноте и создавали этим почти нереальную картину. Светились и большие пестрые бабочки, порхавшие между цветами, причем разнообразие цвета этих живых огоньков поражало воображение. В жилой части Гюль-Арама были зажжены и обычные разноцветные фонарики, что только еще больше усиливало эффект светящегося леса.

– Невероятно! – прошептал Нэвил. – Как будто находишься в какой-то волшебной сказке!

– Для нас эта сказка является ежедневной реальностью, – улыбнулся Фармиль. – Но всё равно, вряд ли ты найдешь здесь эльфа, которому красота ночного Гюль-Арама приелась бы.

То и дело озираясь по сторонам и любуясь ежеминутно меняющейся вокруг картиной, Нэвил в сопровождении Фармиля поднялся на третий уровень к покоям принцессы. Как ни странно, но свет в комнатах Альваны не горел, и было на удивление тихо.

– Альвана! – позвал ее Фармиль, но никто не ответил. – Ушла она куда-то, что ли? Мы же договаривались встретиться, ка только стемнеет!

Они заглянули в одну комнату, другую, третью. На пороге спальни эльф неожиданно замер, и, не в силах сдержать себя, в ужасе воскликнул:

– О, нет! Сестра!!!

Уже предчувствуя беду, Нэвил осторожно заглянул через плечо Фармиля и похолодел от страха. Словно повторение кошмара предыдущей ночи, перед ним на постели, скрестив руки на груди, лежала фигура в золотой маске. Между её окровавленных пальцев возвышалась рукоять кинжала. Нет, это был не лорд Эдвард, да и откуда ему было здесь оказаться! Мертвое тело принадлежало принцессе Альване, и у обоих юношей не было в этом никаких сомнений. Словно завороженные, они приблизились к ней и опустились на колени.

– О, боги!!! – в ужасе прошептал Фармиль. – За что!!!