Текст книги "Варшавское шоссе – любой ценой. Трагедия Зайцевой горы. 1942–1943"

Автор книги: Александр Ильюшечкин

Соавторы: Максим Мосягин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Немцы начинают выражать озабоченность происходящим на данном участке фронта:

Суточное оперативное донесение 5.04.1942:

«Штаб 4-й армии докладывает:

4-й тк:

19-я тд. Во второй половине дня противник при поддержке тяжелой артиллерии продолжил атаки на Фомино. При поддержке 8 танков противник сумел ворваться в Фомино и оттеснить гарнизон на север. Принимаются контрмеры»[131]131
  Битва под Москвой. Кн. 2. С. 856.


[Закрыть].

А в советских сводках, касающихся положения 50-й армии, звучат победные фанфары:

Извлечение из оперативной сводки № 97 Генерального штаба Красной армии на 8.00 7.04.1942:

«50-я армия силами ударной группировки в первой половине дня продолжала наступление в общем направлении на районы Александровка, Милятино.

173-я сд во взаимодействии с 290-й сд в 1.00 6.4 овладела районом Фомино-1 и продолжала наступать на Фомино-2»[132]132
  Битва под Москвой. Кн. 2. С. 866.


[Закрыть].

Дальнейшие попытки развить успех наступлением на Фомино-2 ничего, кроме больших потерь, не принесли. Героизм наших воинов был настолько высок, что, невзирая на потери, они шли вперед. К этому времени численность 878-го стрелкового полка 290-й стрелковой дивизии составляла:

1-й батальон – 15 бойцов;

2-й батальон – 35 бойцов;

3-й батальон – 30 бойцов[133]133
  ЦАМО. Ф. 1588. Оп. 1. Д. 2. Л. 2.


[Закрыть].

Так, 6 апреля в атаку бросился с четырьмя оставшимися бойцами командир 878-го стрелкового полка 290-й дивизии Ю.О. Штивель, но все они погибли[134]134
  Ильюшечкин А.А. Указ. соч. С. 37.


[Закрыть]. Надо признать, что немцы в этих боях понесли тоже немалые потери.

Суточное оперативное донесение 8.04.1942:

«Штаб 4-й армии докладывает:

40-й тк: Артиллерийский и минометный беспокоящий огонь противника. В 19-й танковой дивизии – большие потери»[135]135
  Битва под Москвой. Кн. 2. С. 875.


[Закрыть].

Немалые потери по немецким меркам понес и брошенный в бой на этом участке уже известный нам 41-й моторизованный полк 10-й моторизованной дивизии: «5 апреля (в пасхальное воскресенье) русские повторили и усилили свое наступление вновь прибывшими частями, чтобы до начала распутицы совершить прорыв к шоссе и соединиться с армией Белова. Когда 5 апреля произошло вклинение и советские танки появились на шоссе, в бой пришлось бросить состоящий только из двух батальонов 41-й моторизованный полк. Успешными контратаками 6 и 7 апреля полк отбросил упорно сопротивлявшегося врага под Фомино на север и снова обеспечил использование района Варшавского шоссе. Противник понес большие потери, но и потери 41-го пехотного полка (моторизов.) также были тяжелы. Только 7 апреля погибли командир 1-го батальона капитан Рейхард, один командир роты, а также 36 унтер-офицеров и рядовых. Это Фомино стало олицетворением высокой солдатской самоотверженности»[136]136
  Schmidt А. Die Geschicte der 10 infanterie-Division. Dorfler, 2005. S. 150.


[Закрыть].

9 апреля остатки 173-й стрелковой сдают свои позиции вновь прибывшей 146-й стрелковой дивизии, которая начала наступление на Фомино-2, и крупнейший опорный пункт немцев на высоте 269,8, который многие ветераны и исследователи путают с Зайцевой Горой. 146-я стрелковая дивизия второго формирования в составе 512, 608, 698-го стрелковых полков, 280-го артиллерийского полка, 211-го отдельного истребительно-противотанкового дивизиона, 126-й отдельной разведывательной роты, 146-го отдельного саперного батальона, 246-го отдельного батальона связи, 171-го медико-санитарного батальона, 501-й отдельной роты химической защиты, была сформирована в Казани зимой 1941/42 года. Командиром дивизии был назначен генерал-лейтенант Ю.В. Новосельский. 23 марта 1942 года соединение было передано в состав 24-й армии и получило приказ отбыть на фронт, в район города Мосальска. 4 апреля 1942 года дивизия была переведена в состав 50-й армии и получила первый боевой приказ – сменить на переднем крае 173-ю стрелковую дивизию, которая вела боевые действия перед Варшавским шоссе. К утру 11 апреля 146-я дивизия сменила части 173-й и заняла боевой рубеж в районе деревни Фомино-1, Зимницы, фронтом на северо-запад, что и подтверждается следующим документом.

Из журнала боевых действий частей 146-й стрелковой дивизии:

«11 апреля

608-й сп к 24.00 11.4.42 г. сменил части 173-й сд в Фомино-1.

512-й сп сосредоточился 2 км западнее Зимницы.

698-й сп сосредоточился в районе отметки 242,2.

Штадив – лес в районе отметки 242,2»[137]137
  ВИМЗГ. Альбом «Зайцева Гора – боль воспоминаний» (воспоминания участника боев Обухова О.М.). 1989.


[Закрыть].

С 12 апреля дивизия начала ожесточенные бои за Фомино-2 – Зайцеву Гору, с задачей перерезать Варшавское шоссе и, развивая успех на Ново-Аскерово, соединиться с частями 1-го гвардейского кавалерийского корпуса генерал-майора П.А. Белова, действовавшего глубоким рейдом по тылам противника[138]138
  Гора смертников: Сборник. М.: Микрон-принт, 2001. С. 6.


[Закрыть].

Части дивизии в своей первой боевой операции находились в географически крайне невыгодном положении – в низинной болотистой местности, в условиях весенней распутицы. В результате этого наши подразделения лишились возможности возводить необходимой глубины защитные земляные укрытия для людей и боевой техники. Противник же занимал господствующее положение, с которого просматривал на большую глубину боевые порядки дивизии и подходы к ним. Боевая готовность частей дивизии значительно снизилась из-за недостатка положенного по штату вооружения и снаряжения. Танков, тяжелой артиллерии, зенитного и воздушного прикрытия у дивизии не было. 280-й артполк, состоящий из двух дивизионов, располагал лишь пятью пушечными и двумя гаубичными батареями. Не имела дивизия и специальных противотанковых артиллерийских подразделений. Радиосвязь в частях отсутствовала, кабельная же связь под непрерывным обстрелом рвалась и была ненадежной. Несмотря на все старания тыловой службы, возглавляемой полковником П.Э. Веселовским, обеспечение боепитанием и продовольствием в течение всей операции оставалось крайне неудовлетворительным. Дивизия не имела в достатке автотранспорта. Гужевой же транспорт противник уничтожил уже в первые дни боев более чем на три четверти[139]139
  Зуева Л. Я снова память трогаю // Ленинец. 1977. 26 июля.


[Закрыть].

Бои под Зайцевой Горой носили ожесточенный и кровопролитный характер. Наступление сменялось обороной и снова наступлением. Авиация противника за две недели боев совершила на позиции дивизии более 4 тысяч самолето-вылетов и сбросила при этом до 10 тысяч авиабомб разного калибра[140]140
  Во имя отчизны / Под ред. Ионенко И.М. Казань: Издательство Казанского университета, 1975. С. 112.


[Закрыть]. Бомбежки не прекращались круглосуточно. Немцы пускали самолеты группами до двадцати штук, которые методично, квадрат за квадратом, обрабатывали все расположение дивизии. Самолеты противника бомбили все живое, даже отдельных бойцов.

Вот в такой тяжелой обстановке, голодные и промокшие, в холодной апрельской воде, воины дивизии отчаянно бились, проявляя героизм и отвагу. «От разрывов мин то и дело рвался телефонный кабель. Под огнем противника дважды раненный красноармеец Блай неоднократно восстанавливал связь. Отважно сражался политрук Скопинцев, который с группой бойцов сдерживал натиск превосходящих сил противника, наступавшего при поддержке танков. Из 12 человек в группе осталось только трое, но они дрались до тех пор, пока не подошла помощь»[141]141
  Зуева Л. Я снова память трогаю // Ленинец. 1977. 26 июля.


[Закрыть].

Художественно, но точно описывает события этого времени участник боев за Зайцеву Гору М.Д. Максимцов: «Бесконечные атаки гитлеровцев, поток танков. Они волнами ползли с высоты, врывались в расположение наших батальонов, теснили их к опушке леса. И так весь день. Но советские воины не сдаются.

Поредели ряды наших рот. Капитан Галимов не смыкает глаз. Он почернел, как и все его бойцы. Окопы полны воды от тающего снега. Уставшие солдаты и их командиры рубят валежник и устилают им дно траншей и окопов, чтобы хоть немного отдохнуть. Ведь завтра снова бой. Изнурительный и беспощадный…

И вновь поднимает в атаку свои полки генерал Новосельцев. Сколько раз за последние три дня врывались наши воины на фоминское кладбище (Фомино-2)! Но силы противника превосходили наши. Несем потери. Погиб капитан Галимов и много других отважных, горячих, молодых»[142]142
  Максимцов М. Время было грозное // Ленинец. 1982. 12 января.


[Закрыть].

В 11.00 12 апреля 1942 года противник предпринял мощный налет авиации, артиллерийский и минометный обстрел и силами до полка пехоты перешел в атаку со стороны Фомино-2, высота 269,8 и отметка 223,3. К 13.30 12 апреля 1942 года части 146-й стрелковой дивизии, понеся большие потери, оставили Фомино-1. Кстати, если верить немецким данным, то нахождение на данных позициях подразделений 146-й стрелковой дивизии было для немцев крупным и неприятным сюрпризом: «Собственное наступление 12 апреля натолкнулось не просто на две вражеские дивизии, а на полнокровные и приведенные в боевую готовность две вновь прибывшие сибирские дивизии (146-ю и 298-ю стрелковые) и на 11-ю танковую бригаду»[143]143
  Schmidt А. Die Geschicte der 10 infanterie-Division. Dorfler, 2005. S. 160.


[Закрыть].

Так что, дорогой читатель, немецкая разведка далеко не всегда была образцом пунктуальности и точности, как многие привыкли считать.

608-й стрелковый полк 146-й дивизии, оборонявший непосредственно Фомино-1, потерял в этом бою до 70 процентов личного состава и был отведен в лес севернее Маслово[144]144
  ВИМЗГ. Альбом «Зайцева Гора – боль воспоминаний» (воспоминания участника боев Обухова О.М). 1989.


[Закрыть].

Под Зайцевой Горой большую помощь пехоте оказали саперы 149-го отдельного саперного батальона. Рота саперов во время разминирования переднего края обороны противника 12 апреля 1942 года была атакована группой немцев при поддержке танков. Произошла короткая отчаянная схватка. Саперам удалось отбросить немцев назад. Однако и их потери оказались значительными: из роты вернулось только двенадцать человек. За мужество, проявленное в этом бою, рядовому Галееву было присвоено звание лейтенанта[145]145
  Зуева Л. Я снова память трогаю // Ленинец. 1977. 26 июля.


[Закрыть].

Извлечение из оперативной сводки № 103 Генерального штаба Красной армии на 8.00 13.04.1942:

«50-я армия производила частичную перегруппировку сил.

Противник силою до двух пп с 9 танками перешел в наступление и к 13.30 12.4 овладел районом Фомино-1»[146]146
  Битва под Москвой. Кн. 2. С. 907.


[Закрыть].

О накале и цене боев в те дни красноречиво свидетельствует следующее немецкое донесение:

Суточное оперативное донесение 12.04.1942:

«Штаб 4-й армии докладывает:

40-й тк:

10-я пд (мот.): Наша атака восточнее дороги Зимницы– Фомино была остановлена усилившимся противником. На участке к востоку от вышеназванной дороги до восточной окраины нп Фомино оборудуется фронт обороны. Огонь артиллерии по вражеским батареям и подходящему пополнению корректировался с воздуха. Взято в плен 650 человек, захвачено 40 пулеметов. Наши танки уничтожили 3 танка Т-34. Только на участке непосредственно южнее Фомино убито до 1000 солдат противника»[147]147
  Битва под Москвой. Кн. 2. С. 901.


[Закрыть].

На следующий день, 13 апреля, бойцы 146-й стрелковой дивизии предприняли новую атаку и, совместно с воинами 11-й и 108-й танковых бригад, овладели Фомино-1, восстановили положение и продолжили наступление на Фомино-2 и юго-западные склоны Зайцевой Горы. Особенно тяжко пришлось воинам 698-го стрелкового полка 146-й дивизии, которые закрепились на юго-западных склонах высоты. Позади них, между Зайцевой Горой и рощей, далеко на восток простиралась безжизненная голая равнина, залитая талой водой. Немецкая пехота при поддержке танков контратаковала 512-й стрелковый полк, захвативший Фомино-1, но атака была отбита. Кстати, именно в это время, по данным разведки 50-й армии, в районе Фомино 19-я немецкая танковая дивизия готовила крупное наступление с задачей выйти на Мосур и разгромить тылы и коммуникации наших 10-й и 50-й армий[148]148
  Во имя отчизны. С. 160.


[Закрыть]. Так что положение было критическое.

Из журнала боевых действий частей 146-й сд:

«Апрель 1942 г.

512-й сп с 1 батальоном 698-го сп и 108-й тбр атаковал Фомино-1 и, овладев им, восстановил положение. Продолжая теснить противника, 512-й сп к исходу дня 13.4.42 г. атаковал Фомино-2, но успеха не имел. 698-й сп сосредоточился в роще 1 км восточнее Фомино-2 и к 24.00 вышел на исходное положение для наступления на Фомино-2»[149]149
  ВИМЗГ. Альбом «Зайцева Гора – боль воспоминаний» (воспоминания участника боев Обухова О.М.). 1989.


[Закрыть].

Поддержка танкистов оказалась очень кстати. Хотя сами танкисты были не в восторге от действий артиллеристов стрелковых дивизий, так как те не смогли расстроить противотанковую и огневую систему немцев в районе Фомино-1. Наши танки были встречены огнем противотанковых вражеских орудий и пятью танками врага. Танкисты уничтожили две противотанковые пушки и три танка, чем помогли пехоте с малыми потерями овладеть Фомино-1. Немцы, бросив вооружение, отошли к высоте 269,8 и деревне Фомино-2. К 16.00 11-й танковый батальон овладел восточными скатами высоты 269,8, а 236-й танковый батальон, обходя высоту с запада, вышел на северо-западные скаты, где был встречен из леса севернее высоты шестнадцатью танками противника. В результате столкновения танкисты 11-й танковой бригады заявили об уничтожении пяти немецких танков. Не имея пехотной поддержки со стороны 298-й стрелковой дивизии, танки отошли на исходную позицию.

С 19.00 13 апреля танкисты 11-й танковой бригады продолжали выполнять задачу по овладению деревней Тычек совместно с одним стрелковым батальоном 298-й дивизии. Взяв деревню, танкисты удерживали ее в течение двух часов, а затем, так и не дождавшись пехоты и израсходовав весь боезапас, были вынуждены в 24.00 вернуться на исходную к своей пехоте. Возвратившись к пехоте и посадив на танки часть бойцов 298-й дивизии, танкисты десантом выбросили их на деревню Тычек. В деревне пехота отказалась сходить с танков, и 236-й танковый батальон, расстреляв остатки боезапаса, вернулся на исходную. Старший лейтенант Д.А. Карабан, командир роты из 236-го танкового батальона, подбил в этих боях два вражеских танка и одну тяжелую пушку; механик-водитель Т-34– старший сержант А.С. Рогов протаранил два танка (один из них сгорел), пушку, раздавил два пулемета и уничтожил до взвода пехоты противника. В результате боев на рубеже лес юго-восточнее Фомино-1—Фомино-1—деревня Тычек немцы потеряли пять танков, пять противотанковых орудий, две легкие пушки, два тяжелых орудия и два дота. Потери 11-й танковой бригады за этот день составили 12 танков: шесть КВ и шесть Т-34 (три Т-34 сгорело на поле боя)[150]150
  ЦАМО. Ф. 3081. Оп. 1. Д. 5. Л. 56.


[Закрыть].

Немного о 298-й стрелковой дивизии, чтобы читателю стало понятно, откуда взялось это воинское соединение и что собой представляло. Дивизия была сформирована в январе 1942 года в составе: 882-го, 885-го стрелковых полков, 280-го артиллерийского полка; 15-го отдельного минометного дивизиона, 356-го отдельного истребительно-противотанкового дивизиона, 571-го отдельного саперного батальона, 724-го отдельного батальона связи, 375-й отдельной разведывательной роты, 124-й отдельной зенитной батареи, 357-й отдельной химической роты, 446-й отдельной автотранспортной роты, 1693-й полевой почтовой станции, 290-го медико-санитарного батальона, 892-го дивизионного ветеринарного лазарета, 443-й полевой хлебопекарни, 1063-й полевой кассы Госбанка. Командиром дивизии был Н.А. Васильев, полковник, с августа 1942 года генерал-майор.

В период с 20 марта и до 6 апреля дивизия из района сосредоточения в Тульской области перемещается в район станции Киреевская, Дабужа, оставаясь в резерве главкома Западного направления. 8 апреля дивизия передается в состав 50-й армии и к 10 апреля выдвигается в лес севернее Приволье (Барятинский район Калужской области). В оперативной сводке штаба 50-й армии Западного фронта указывается, что 298-я стрелковая дивизия с 11-й танковой бригадой и 466-м инженерным батальоном из района сосредоточения отметка 242,4, Приволье, Масловка, отметка 242,2 в 24.00 12 апреля 1942 года начала выдвижение для занятия исходного положения. Дивизии предстояло решить сложнейшую задачу. Вместе с другими соединениями 50-й армии полки 298-й дивизии должны были выбить фашистов из леса около Фомино-1, овладеть деревнями Фомино-1 и Фомино-2, оседлать высоту, по которой проходило Варшавское шоссе, и, развивая наступление на Милятино, соединиться с войсками, оказавшимися в результате зимнего наступления в тылу врага.

Исходное положение дивизия заняла к 3.30 13 апреля, откуда в 4.50 перешла в наступление в общем направлении на высоту 269,8. В начале наступления три танка, приданные дивизии, попали под огонь замаскированных в лесу немецких бронированных машин. Темп наступления снизился. Расчистить путь для наших танков было приказано роте противотанковых ружей, где служил А.Г. Арнаутов, опытный воин, участник Гражданской войны. С противотанковым ружьем он вплотную подполз к замаскированным вражеским танкам и несколькими выстрелами сумел подбить две машины. Остальные, находившиеся дальше, развернулись и ушли в глубь своего расположения[151]151
  Амелин В.Я. Сквозь весь огонь. Барнаул: Алтайское книжное издательство, 1975. С. 22.


[Закрыть]. В тяжелых условиях глубокого снега и весенней оттепели 298-я стрелковая дивизия с 11-й танковой бригадой, во взаимодействии справа с 146-й стрелковой дивизией, наступавшей на Фомино-1, и слева – с 290-й стрелковой дивизией, наступавшей на Екатериновку, прорвала оборону противника на скатах юго-западнее Фомино-1, развила успех и к исходу дня овладела высотой 269,8, угрожая основной коммуникации противника – Варшавскому шоссе.

Первой к немецким блиндажам на высоте прорвалась группа бойцов во главе с комиссаром третьего батальона 886-го стрелкового полка Иваном Ушаковым. Бойцы прокладывали себе путь огнем автоматов, а затем прикладами. В этом ближнем бою особенно отличились сержанты Федоров и Алексеев, рядовые Панков и Черкасов[152]152
  Там же. С. 26.


[Закрыть]. Совместно с 11-й танковой бригадой дивизия отражала сильные контратаки танков и пехоты противника, пытавшегося сбросить наши части с высоты. Во время контратаки врага вновь отличился бронебойщик старший сержант Арнаутов, который подбил легкий танк врага. Воинское мастерство старшего сержанта было высоко оценено. Впоследствии он был награжден орденами Красного Знамени и Красной Звезды, произведен в лейтенанты и назначен командиром роты.

В этот же день 173-я стрелковая дивизия через деревню Строенка ворвалась на Зайцеву Гору. Впереди атакующих шел полк майора Мельникова и саперы 5-го инженерного армейского батальона майора Дениденко. Красное знамя водрузил комсорг 1315-го стрелкового полка 173-й дивизии Анатолий Грибков. Нужно было закрепиться на высоте. Саперы возвели снежные валы, заминировали противотанковые участки. Пехотинцы тем временем в ожидании подкрепления оборудовали позиции для пулеметов и противотанковых орудий, хотя снег, пропитанный водой, делал их подход почти невозможным[153]153
  Великая Отечественная война на территории Спас-Деменского, Барятинского, Мосальского, Юхновского районов 1941–1943 гг. / Сост. Любимова Л.П., Юшина Т.А. Материал для экскурсий военно-исторического музея «Зайцева Гора», 1983.


[Закрыть]. В 10.30 13 апреля бойцы 146-й стрелковой дивизии и 108-й танковой бригады вновь овладели Фомино-1. 512-й стрелковый полк к исходу дня атаковал Фомино-2, но успеха не имел. В ночь на 14 апреля и в первой половине дня воины 173-й дивизии перехватили частью сил Варшавское шоссе в районе Зайцевой Горы. Казалось бы, задача выполнена. Но это только казалось. Захватить-то Зайцеву Гору захватили, но вот как удержать ее без снарядов, танковой, артиллерийской и авиационной поддержки? На этот вопрос вряд ли кто мог дать ответ. Утро 14 апреля началось массированной бомбежкой наших позиций на западном склоне Зайцевой горы. Советские истребители появлялись со стороны Калуги, завязывали воздушные бои с самолетами врага, но горючее быстро кончалось, и нашим самолетам приходилось возвращаться на аэродромы. В этот же день из штаба Западного фронта командиру оперативной группы войск П.А. Белову, которому, кроме кавалеристов, 11 апреля 1942 года были подчинены для совместных действий и десантники 4-го воздушно-десантного корпуса, было передано сообщение о том, что 50-я армия перешла в наступление и даже овладела районом Зайцевой Горы. В связи с этим командующий Западным фронтом потребовал от Белова ускорить наступление навстречу 50-й армии. П.А. Белову приходилось распылять свои силы, так как командование фронта приказывало также не ослаблять оборону в районе Дорогобужа, где Белову приходилось держать самую боеспособную 1-ю гвардейскую кавалерийскую дивизию. Как ее не хватало во время этого наступления:

«Пришлось наступать силами лишь 4-го воздушно-десантного корпуса и 2-й гвардейской кавалерийской дивизии»[154]154
  Белов П.А. Пятимесячная борьба в тылу врага // Военно-исторический журнал. 1962. № 8. С. 68.


[Закрыть].

2-я гвардейская кавдивизия и 4-й воздушно-десантный корпус начали наступление довольно удачно, передовые части 9-й воздушно-десантной бригады достигли Ново-Аскерово. Отсюда до позиций 50-й армии оставалось всего около двух километров. Ярко и красочно живописует эти бои исследователь Туманов: «Кавалерийский корпус генерала Белова пробивает из немецкого тыла дорогу к Варшавке. Кавалеристы дерутся под Милятином и Спас-Деменском. От Вязьмы до Зайцевой горы горит тыл немецкой четвертой полевой. Парашютисты четвертого воздушно-десантного корпуса, отдельные части тридцать третьей армии, оставшиеся у немцев в тылу, партизанские отряды – все отвлекают на себя целые дивизии фон Клюге. Еще бы людей, боеприпасов, техники – и вся четвертая полевая была бы окружена от Вязьмы до Юхнова, от Юхнова до Зайцевой горы… Под Юхновом должен решиться вопрос о жизни или смерти четвертой немецкой полевой армии. Там кавалерийский и воздушно-десантный корпуса должны были замкнуть вокруг нее кольцо от Варшавки до Вязьмы. Но сил не хватило даже на то, чтобы кавалеристы пробились хоть сюда, к тысяча сто пятьдесят четвертому (стрелковому полку. – Примеч. авт.), на Варшавку. У них в полках гвардейских кавалерийских дивизий осталось уже в строю всего человек по двадцать»[155]155
  Туманов Ю.В. Десант. Тула: Приокское кн. изд-во, 1988. С. 76–81.


[Закрыть]. Но это точка зрения скорее литератора, а нам лучше обратиться к горьким воспоминаниям участника тех событий, бывшего бойца 4-го воздушно-десантного корпуса М.Г. Зайцева, которые показывают весь трагизм происходившего: «Наступил апрель. Выполняя приказ, мы цепко удерживали занятые рубежи и были готовы в любую минуту начать совместные действия с войсками 50-й армии. Но для этого не было пока необходимых условий… Наш батальон, равный по численности роте мирного времени, ночью оставил Дубровку. Очень тяжело приходилось нам в те дни, а силы были на исходе» и далее: «Лес вскоре поредел, и мы выбрались на опушку, невдалеке от Зайцевой горы.

Подоспели вовремя. Наши наступали. Но не войска фронта, а конники генерала Белова, которые действовали в тылу врага еще с декабря. Беловцы, спешившись, атаковали фашистов с тыла, под частыми разрывами мин и снарядов…

Позднее я слышал, что советские бойцы, находившиеся по ту сторону фронта, уже видели нас. Казалось, еще одно усилие, и цель будет достигнута, мы прорвемся. Но тут словно огненный заслон поднялся перед нами. Ревя моторами, навстречу выскочили фашистские танки, а с воздуха обрушили удар самолеты. Наша атака захлебнулась. Неся потери, пришлось отойти в лес. Фашисты нас не преследовали»[156]156
  Зайцев М.Г. Прыжок в ночь // На земле, в небесах и на море. М.: Воениздат, 1983. С. 182–185.


[Закрыть]. Немцы, подтянув резервы со стороны Юхнова и Рославля, организовывали частями 131-й пехотной дивизии и 41-го моторизованного полка одну контратаку за другой. Командир 1315-го стрелкового полка 173-й стрелковой дивизии и комиссар погибли, да и от полка мало кто остался в живых. К концу дня горстка наших бойцов, не получив поддержки, вынуждена была оставить Варшавское шоссе и склоны Зайцевой горы[157]157
  Там же.


[Закрыть]. Противник отбил у 50-й армии Зайцеву гору, а к 20 апреля наступление конногвардейцев навстречу 50-й армии также стало явно затухать. А ведь передовые части находились всего в двух километрах друг от друга! И после войны П.А. Белов не переставал жалеть об этой упущенной возможности: «Мы очень сожалели, что не добились разрешения снять из района Дорогобужа сильную 1-ю гвардейскую кавалерийскую дивизию, численность которой достигала 4500 человек»[158]158
  Белов П.А. Пятимесячная борьба в тылу врага. 1962. С. 68.


[Закрыть]. После 14 апреля 1942 года ни одна из частей 50-й армии до 12 апреля 1943 года не была на Зайцевой горе!

Примерно в это же время – в 8.00 14 апреля 1942 года противник силою до батальона с семью танками из Фомино-2 контратаковал части 298-й стрелковой дивизии и несколько потеснил их. Советские полки (886-й и 888-й) отошли и закрепились на юго-восточных и южных скатах высоты 269,8. Ввод в бой 892-го стрелкового полка 298-й дивизии на правом фланге дивизии для развития наступления на Фомино-2 во взаимодействии с 146-й стрелковой дивизией к успеху не привел.

С утра 14 апреля 1942 года 698-й стрелковый полк безуспешно атакует Фомино-2[159]159
  ВИМЗГ. Альбом «Зайцева Гора – боль воспоминаний» (воспоминания участника боев Обухова О.М.). 1989.


[Закрыть], 290-я стрелковая дивизия ведет тяжелые безуспешные бои в общем направлении на Екатериновку[160]160
  ЦАМО. Ф. 1588. Оп. 1. Д. 3. Л. 2.


[Закрыть]. Танкисты 11-й бригады в 7.00 14 апреля с одним батальоном 886-го стрелкового полка атакуют высоту 269,8, но, попав под сильный огонь врага из Фомино-2 и с северных скатов высоты 269,8, вынуждены отойти, прикрывая огнем отход пехоты. Итог боя следующий: один Т-34 сгорел на юго-западных скатах высоты, убито – восемь человек, ранено – пятнадцать человек, пропало без вести – пять человек[161]161
  Там же. Ф. 3081. Оп. 1. Д. 5. Л. 14.


[Закрыть].

Согласно приказу командующего 50-й армией от 15 апреля 1942 года, 11-я танковая бригада и 298-я стрелковая дивизия должны наступать в направлении высоты 269,8, увязав свои действия с 108-й танковой бригадой. В 5.00 без артподготовки пошли в наступление из лощины, идущей от северной окраины Фомино-1 на запад. Атаковали высоту 269,8, но пехота ввиду сильного огня артиллерии, минометов и пулеметов противника со стороны Фомино-2 и Зайцевой Горы стала отходить, за ними, израсходовав горючее и боезапас, последовали и танки. В 11.15 последовал приказ заместителя командующего 50-й армии генерала Захарова танкистам 11-й и 108-й танковых бригад без пехоты стремительным броском самостоятельно атаковать Фомино-2, посадив на броню десант до роты из мотострелкового батальона бригады. Остальным бойцам мотострелковых батальонов следовало двигаться за танками. Атака была назначена на 12.00, но смогла начаться только в 18.00 из-за отсутствия горючего и боезапаса. Начавшаяся в 18.00 атака оказалась до боли похожей на предыдущую: попав под сильный огонь врага, пехота покинула танки и залегла. Уже в 20.50 танки без пехоты возвратились на исходную[162]162
  Там же.


[Закрыть]. 15 апреля у командующего 50-й армией И.В. Болдина состоялся очень неприятный телефонный разговор с Г.К. Жуковым.

Запись переговоров главнокомандующего войсками Западного стратегического направления с командующим 50-й армией 15 апреля 1942 года:

«У аппарата ЖУКОВ.

Генерал-лейтенант БОЛДИН у аппарата.

ЖУКОВ. Здравствуйте, доложите, что у вас происходит, почему получилась заминка?

БОЛДИН. Тов. главком, дополнительно к моему боевому донесению, докладываю:

в 13.00 14.4.42 г. противник (пехота с танками) перешел в наступление на выс. 269, 8 с трех направлений:

– из Фомино-2-е;

– из Тычек;

– от Екатериновка.

Одновременно открыл по частям, занимающим выс. 269, 8, сильный артиллерийский, минометный огонь. Наша пехота под воздействием танков и артиллерийско-минометного огня была потеснена на юго-западные скаты этой высоты, где весь день сдерживала наступление противника, не дав прорваться противнику на Фомино-1-е.

В 16.00 14.4.42 г. противник (пехота с танками) перешел в контратаку на Зайцеву Гору, контратака велась с трех направлений:

– из района Калугово;

– из района Нов. Аскерово и Стар. Аскерово.

Из Фомино-2-е танки противника контратаковали Фомино-1-е. По докладу командира дивизии, который находился непосредственно у Зайцева Гора, пехоты противника наступало до двух полков. Во время контратаки танков было два налета пикирующих бомбардировщиков на Зайцева Гора, группами 3–5 самолетов, которые сделали по несколько заходов на Зайцева Гора.

Части 173-й сд под сильным воздействием артиллерийско-минометного огня, бомбардировки авиации, от двух направлений на выс. 245, 5 отошли на ее южные скаты. В данное время в районе Зайцева Гора идет бой. Командир дивизии имеет задачу ночным боем снова овладеть Зайцева Гора и восстановить положение.

290-я сд ведет бой в лесу юго-зап. отм. 223,3.

336-я сд – оставив заслон у безым. хутора, что 1 км югозап. Фомино-1-е, воспользовалась продвижением 290-й сд наступает на выс. 229, 8.

116-я и 385-я сд за 14.4.42 г. продвижений не имели, были остановлены артиллерийско-минометно-пулеметным огнем на южн. опушке леса, что сев. Гореловский, Малиновский, а 385-я сд – южн. окраина Малиновский и вост. окраина Прасоловка.

146-я и 298-я сд, 11-я и 108-я тбр приводят себя в порядок и готовятся к удару на Фомино-2-е и Тычек.

58-я сд без одного сп сосредоточилась в лесах юго-зап. Зимницы, имея задачей развивать успех 298-й и 290-й сд ударом на Екатериновка, Александровка.

Противник в течение всего дня 14.4 подбрасывал резервы за счет 331-й пд, с юго-запада – за счет 10-й мотодивизии и 260-й пд с сев. вост. Подтверждение – имеются пленные.

Тов. главком, у меня продолжает оставаться острым положение с подвозом боеприпасов, горючим и продфуража. Дороги пришли в такое состояние, что для колесного автотранспорта стали почти непроезжими. Мною приняты…

ЖУКОВ. А для вас что, это новость, вы не ожидали, что дороги испортятся?

БОЛДИН. Решительные меры по восстановлению дорог по вашему приказу, член Военного Совета тов. Сорокин находится на дорогах, но принятые меры достаточного эффекта не дают, так как в полосе действий армии бездорожье, имеющиеся грунтовые, проселочные дороги не пригодны.

Связь с Беловым и Казанкиным шифром имею, знаю, где они вели бои к исходу дня 14.4.42 г. Вот те вопросы, т. главком, по которым дополнительно к моему боевому донесению считал необходимым вам доложить.

ЖУКОВ. С пленными вы разговаривали?

БОЛДИН. Нет, не разговаривал, а показания пленных мне докладывал начальник разведывательного отдела и командир 173-й сд.

ЖУКОВ. Что пленные показывали о 260-й дивизии, где, по их словам, дивизия находится и что показали пленные 10 и 331?

БОЛДИН. Докладываю: первое – по 10-й мотодивизии имею приказ, по которому они наступали на Фомино-1

14.4.42 г.

ЖУКОВ. По которому две роты выгнали вас из Фомино-1, мне известно. Меня интересует показание пленного 260.

БОЛДИН. Пленные 331-й пд, захваченные в лесу зап. Фомино-1-е, показали, что им было приказано наступать в середине дня 13.4, но наши части упредили их наступление.

2. В районе Зайцева Гора были подбиты две машины с пехотой, которые шли с сев. – востока на Зайцева Гора. Взят один пленный с этих машин, который показал, что они ехали из-под Юхнова в Зайцева Гора.

ЖУКОВ. Сколько противника наступало на выс. 269, 8 и сколько обороняло ее? Где были Ваши танки в это время, что делали артиллерия и минометы?

БОЛДИН. На выс. 269, 8 вел бой находившийся там полк 298-й сд. Противник, по докладу т. Захарова, из Фомино-2-е на выс. 269, 8 наступал силой до двух батальонов пехоты и 7–8 танков. Наши танки в это время находились на сев. окраине Фомино-1-е. Наша артиллерия и минометы вели огонь мало, ввиду ограниченного количества боеприпасов.

ЖУКОВ. Где же были 298-я и 290-я сд, когда ваш полк сталкивали с выс., или так же, как и танковая бригада, стояли, поджавши руки и безучастно наблюдали? Непонятная тактика и больше чем странная. Отвечайте.

БОЛДИН. 290-я сд в это время вела бой в лесу югозап. отметки 223,3; 298-я сд – один полк вел бой на юговост. выс. 269, 8, второй полк вел бой в районе отметки 223,3, то есть на юго-зап. скатах высоты 269,8, и третий полк выдвигался во втором эшелоне в направлении выс. 269, 8. По докладу командира 298-й сд полк, который занимал эту высоту, решением командира полка под сильным воздействием артиллерийско-минометного огня был отведен на юго-зап. скаты. выс. 269, 8.