![](/files/books/160/oblozhka-knigi-miry-artema-kamenistogo.-s-t-i-k-s.-pirat.-poterna-v-proshloe-384604.jpg)
Текст книги "Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S. Пират. Потерна в прошлое"
Автор книги: Александр Алефиренко
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
– А ну, помолчи-ка! – с угрозой в голосе произнёс Пират и так посмотрел на него, что тот испуганно сжался.
Белка подрулила вплотную к забору, Мирослав просканировал окрестности, после с джипа забрался на забор и спрыгнул во двор. Лязгнули запоры, и ворота отворились. Белка заехала, Мирослав быстро закрыл и запер ворота. Осмотрев не слишком большой двор, Пират с сыном взошёл на крыльцо дома. Оглянувшись, предупредил женскую часть отряда.
– Белка, Ксанка, мы осмотрим дом, а вы покараульте нашего друга. Если что, валите его.
Последняя фраза больше адресовалась пленнику, предупреждая его возможные действия, связанные с побегом. Дверь оказалась не заперта. На первом этаже никого и ничего интересного для рейдеров не оказалось. Поднялись по резной деревянной лестнице на второй этаж. Потянуло приторно сладким трупным запахом. Заглянули в хозяйскую спальню, запах усилился. Поперёк широкой кровати в ночной рубашке, сплошь покрытое тёмными бурыми пятнами, лежало тело женщины лет тридцати. Её рот в зловещем оскале измазан кровью. Во лбу входное огнестрельное отверстие. Под головой расплывшееся такое же бурое пятно.
– Обратилась, и её застрелили, – сделал вывод рейдер, осмотрев комнату.
Вышли из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь. Но запах разложения, казалось, пропитал всё вокруг. Вообще-то, ещё из двух комнат из-за неплотно прикрытых дверей также пахло вовсе не свежесрезанными розами. Мирослав обратил внимание на ближнюю к ним дверь, окрашенную в розовый цвет и фантастически яркие цвета.
– Батя, детская комната и, скорее всего, девчоночья.
Сын не ошибся. На подростковой кровати увидели девочку лет одиннадцати, а на тахте у окна лежала ещё одна – наверное, сестра того же возраста. Их тела оказались сильно погрызены. Во лбах те же пулевые отверстия. Ещё одна из типичных многочисленных трагедий и реалий этого мира.
– А вот и объяснение случившегося…
В рабочем кабинете, судя по всему, в кресле, откинув простреленную голову, сидел хозяин особняка. Он же владелец частного музея. Его правая рука свисала, а под ней на ковре лежал трофейный офицерский вальтер. Возле лежащей на столе левой руки лист бумаги и чернильная ручка Parker с золотым пером.
«Лариса, Верочка и Олечка одновременно сошли с ума. Не знаю, что произошло, но они принялись грызть друг друга. Когда я попытался их разнять, напали на меня. Я их убил! Мне незачем теперь жить. Дальнейшее моё существование потеряло всякий смысл. В тюрьму я не пойду».
Наклонившись, Пират поднял пистолет и выщелкнул магазин – не хватало четырёх патронов. Выдвинул ящики стола, пошарил. Кроме бумаг и другой ненужной мелочи ничего. А вот связку ключей на всякий случай забрал с собой. В правой тумбочке стола нашлось искомое – две картонных пачки с патронами к вальтеру и запасной магазин. Можно было поискать сейф. Где-то наверняка имеется и однозначно замаскирован, но толку им от долларов и золотых побрякушек. Вернулись обратно во двор.
– Как у вас тут? Всё спокойно? – Белка молча кивнула в ответ.
– Смотри, здесь есть нужные ключи? – сунул он связку под нос пленнику.
– Этот… этот. И ещё вот этот.
Пират удовлетворённо хмыкнул и спросил:
– Теперь куда? Где ваш знаменитый музей?
Хотя он мог и не спрашивать, и так очевидно. Из всех строений возле особняка лучше всего подходило стоявшее слева от дома длинное, одноэтажное здание, более походившее на блок гаражей. Небольшие окна закрывались противовзломными роллетами, которые оказались подняты вверх. Но в таком состоянии музей не казался лёгкой добычей – через стекла видны внутренние решётки из толстой арматуры. Сигнализация, скорее всего, отключена хозяином до его самоубийства. Светодиод не горел, да и поднятые на окнах роллеты подтверждали эту мысль. Отключение электроэнергии в связи с перезагрузкой не влияло на работоспособность сигнализации. При наличии хороших аккумуляторов она ещё долгое время могла выполнять свои функции. Пират потянул на себя дверь – заперта. Посмотрел на замочные скважины и подыскал на связке подходящие ключи. Первый, второй. Провернул круглую ручку, еле слышно из пазов вышли ригеля, и массивная на вид дверь легко и бесшумно отворилась. Оборудовано довольно серьёзно. Вошли. После того как Пират впустую пощёлкал выключателем у двери, пленник кивком указал на малозаметный тумблер возле панели охранной сигнализации. Щёлк, и под потолком выборочно загорелось несколько светодиодных лампочек, размером отличавшихся от других.
– Аварийные, от аккумуляторов запитаны.
Посетители музея в восхищении замерли – три стены сплошь увешаны оружием, начиная от пистолетов и заканчивая пулемётами. Только пушек нет. Ан, нет – в углу они увидели советскую сорокапятку. Глаза буквально разбегались, хотелось увидеть всё сразу.
– Фуфло, – кивнул на оружие пленник, – все стволы охолощенные.
– Батя, что это значит – охолощенные? – Мирослав завороженно смотрел на столь большое разнообразие оружия, глаза светились от восхищения.
– В оружие внесены изменения, и оно не может использоваться по прямому назначению. Есть, правда, умельцы, восстанавливающие его. Но это на крайняк, нормальных стволов и так полно. Где боевое?
– В кабинете. Ключ от него у вас на связке.
Пират отпер простенькую и невзрачную на вид дверь, и они оказались в небольшом кабинете без окон. Здесь также имелось подобное аварийное освещение. Стол, стулья и массивный сейф. Вот, собственно, и всё. Сомнительно, чтобы боевой огнестрел вот так просто лежал в сейфе. Тем более речь шла о ПТР, которые или которое никак не могло в нём поместиться. Пират вопросительно взглянул на пленника.
– Под столом кнопка, ну как у кассиров в банке. Она не тревожная – нажмите её.
Пират пошарил рукой снизу столешницы. И на самом деле небольшая коробочка с кнопкой. Не раздумывая утопил её. Ничего не произошло, лишь послышался приглушенный щелчок, но рейдер не определил источник звука. Явно не под столом.
– Сейф в сторону сдвиньте.
Пират недоверчиво посмотрел на пленника и на массивный сейф, пожал плечами, но решил последовать совету. Подошёл, попробовал примериться, прикидывая, сколько силы понадобится. И главное, сможет ли. Обхватил двумя руками, поднатужился и едва не упал – сейф, неподъёмный на вид, легко отъехал в сторону.
– М-да, – поразился Пират хитрой маскировке.
Под сейфом оказался, вероятно, спуск в подвальное помещение. Ребята и Белка, удивлённые, замерли, глядя на металлическую квадратную дверцу с толстым кольцом вместо ручки.
– Сюрпризы имеются?!
– Нет. Спускайтесь спокойно.
– Я один спущусь. А вы тут смотрите в оба.
Вынул из кармана фонарик и, потянув за кольцо, открыл толстую дверцу со звукоизоляцией. Ещё раз взглянул на пленника и, нащупав ногами ступеньки, скрылся из виду. Через минуту тёмный квадрат осветился ярким светом.
– Можете спускаться, – донёсся голос Пирата, – здесь довольно просторно и интересно.
Слева вдоль стены располагались три верстака. Тиски, различный слесарный и электроинструмент. Над верстаками на стене многочисленные полочки и подставки под свёрла разных диаметров и размеров, развёртки, чеканы, отрезные круги. Развешаны ножовки по металлу и молотки, большой выбор напильников и надфилей. От множества различных метизов и приспособлений глаза буквально разбегались. Впрочем, женскую половину они не сильно заинтересовали. Не обошлось и без наличия у торцевой стены мастерской станков – токарного, фрезерного и сверлильного. Конечно же, имелись и разнообразные точильные и шлифовальные. Учитывая наличие оборудования и создаваемого им шума и вибрации, стены и пол с хорошей звукоизоляцией. В небольшой отдельной комнате – зона отдыха с холодильником, микроволновкой и электрочайником. Но её Пират лишь оглядел мельком. Из обещанных трёх противотанковых ружей они увидели одно – знаменитое ружьё Дегтярёва. И оно выглядело практически новым.
В торфянике, если ружьё на самом деле из болота, сохран у находок отличный. В шкафу, справа от лесенки, Пират обнаружил и патроны к нему.
– Батя, смотри, какая штука прикольная! – Сын с интересом крутил в руках большой пистолет.
– Так это ракетница. Хотя… Подожди-ка, а чего она с прикладом? Ты где его взял?
– Вот в этом шкафу, – Мирослав кивнул на массивный металлический шкаф.
По внешнему виду он больше напоминал сейф. Пират заглянул внутрь, на второй полке лежали три металлических ящичка. Вытащил один, открыл и замер. В нём явно оказались какие-то гранаты, очень похожие на маленькие копии фаустпатронов. Их раньше держать в руках не довелось, но зато практически в каждом фильме о войне приходилось видеть.
– Мирослав, ты даже не представляешь, какую убойную штуку нашёл! Насколько я могу судить, это ручной противотанковый гранатомёт. Видишь в стволе нарезы? И такие же на трубках этих гранат. Ну, «гансы» – изобретатели. Забираем! Сюда обязательно необходимо наведываться после каждой перезагрузки.
Он осмотрелся вокруг:
– Вроде больше интересного тут нет. Давайте наверх, а я снизу подам наши трофеи.
– Ну наконец-то. Чего вы там так долго? Мы уже заждались, – Белка поспешила выразить своё неудовольствие.
– А что это у тебя? – Ксанка уставилась на странного вида пистолет в руке Мирослава.
– Свинтопрульный пистолет…
– Да, ну тебя, – обиделась девчонка.
– Кстати, – Пират посмотрел на пленника, – а почему одно только ружьё, ты про три говорил.
– В прошлый раз три и было. Откуда я знаю, куда он успел два деть.
– А часто ваши сюда наведываются? – спросил Пират.
Мур хотел было ответить, но уловив во взгляде рейдера нечто нехорошее для себя, неожиданно взвыл. Сильно толкнул стоявшую в дверном проёме Белку, выскочил во двор и стремительно побежал за коттедж.
– Его ни в коем случае нельзя выпустить отсюда! – прокричал Пират, помогая подняться упавшей жене.
Мирослав с Ксанкой уже выскочили следом. Но тут же резко остановились, едва не столкнувшись друг с другом – из-за коттеджа донёсся отчаянный крик сбежавшего. Пират активировал «скрыт» и, дав команду всем стоять, с автоматом наизготовку поспешил на крик.
«И куда все смотрели? Как прошляпили пустыша?!»
Пленник, лёжа на спине со связанными руками, отчаянно брыкался, пытаясь сбросить с себя оголодавшего заражённого. Тот мёртвой хваткой из последних сил вцепился в источник пищи, пытаясь перегрызть горло. Кровь уже фонтанчиками брызгала в стороны, окрашивая убийцу и его жертву. Крик пленника прервался, режа слух, противно забулькало. Пират убрал автомат, выдернул из петли «клюв» и одним ударом проломил череп заражённому. Тот обмяк и резко увеличившейся своей массой прижал к земле беглеца, который уже почти перестал сопротивляться. Оба пару раз синхронно дёрнулись и затихли. Заражённый, скорее всего, один из работников музея или помощник по уходу за особняком. А может, и то и другое. Вон и неприметный, небольшой домик с распахнутой дверью у забора, скрытый плодовыми деревьями. Явно при осмотре территории на него не обратили внимания, иначе находившийся в нём пустыш обязательно проявил бы себя – ведь голод не тётка.
– От судьбы не уйдёшь, – взглянул рейдер на тело мёртвого мура.
Повернулся, собираясь уйти, но в последний момент о чём-то вспомнил.
– Подожди-ка. – Он оттащил в сторону лежавшего сверху пустыша.
Наклонился над мёртвым пленником и приподнял рукав неплотно застёгнутой камуфляжной куртки. Опустился на колено и обнажил руку убитого.
– Он, оказывается, не мур.
– Как это не мур? – всполошилась Белка, а Мирослав и Ксанка с удивлением посмотрели на Пирата и тело пленника. – Мы, что, рейдеров постреляли?
Белка реально выглядела встревоженной, было от чего в осадок выпасть. Одно дело бить врага, другое своего, хоть и по ошибке.
– Всё нормально. Мы убили плохих людей, на нас нет крови честных рейдеров, – успокоил он жену. – Хотя теперь волноваться как раз стоит.
– Блин, ты нас совсем запутал. Поясни.
– Он сатанист, – показал Пират на чёрную перевёрнутую звезду в круге, наколотую выше ладони, которую до этого прикрывал рукав камуфляжа.
Лишь во время нападения пустыша рука немного обнажилась и непривычного вида татуировка бросилась в глаза рейдеру.
– Я вначале не понял, почему он своих дружков братьями называл. В наших краях не припомню их появлений. Они, насколько мне известно, базируются у границ мёртвых кластеров и стараются особо не светиться. Эти же под муров косили. Жаль, поспешили добить. Но кто же знал… Полковника необходимо предупредить.
– А кто такие сатанисты? – проявила любопытство Ксанка. – Вы раньше про них ничего не рассказывали.
– Так и повода вспоминать о них не было. Это люди, поклоняющиеся Сатане. Занимаются человеческими жертвоприношениями. Есть фанатики, которые искренне верят в то, что проповедуют. А есть те, кто косит под них. Таких псевдосатанистов и на Земле хватало. Модно было одно время. Возможно, эти ребята таковыми и являются, – Пират кивнул на убитого пленника, – я бы его фанатиком не назвал. Обычный уголовник. Есть ещё килдинги, это такая секта, говорили, что якобы одна из самых древних в Стиксе. Называют себя «детьми Стикса». Тоже любители жертвоприношений. Но я их не встречал. Мало чего знаю про них. Знаю лишь, что те накалывают себе перевёрнутый крест. Ладно, проехали. Пора и домой собираться. Возвращаемся назад на муровском джипе, грех такой трофей оставлять. Лодку бросим, такого транспорта у нас хватает. Белка, смотри карту города, вот ещё схема кластеров. Дорогу не забыла?
– Это когда мы в рейд с Кипарисом и Бизоном ездили? Забудешь такое…
* * *
– Хороший агрегат. – Пират поморщился и потёр ушибленное плечо. – Отдача, правда, нехилая.
Второй выстрел оказался для плеча менее болезненным, рейдер в этот раз уже был готов к отдаче. На проверку ружья Пират скрепя сердце выделил себе всего два патрона – боезапас и так не слишком велик. Продолжить пристрелку ружья пришлось уже через каких-то полчаса. Подъехав к границе соседнего кластера, в ста метрах от машины обнаружили дружную компанию из кусача, топтуна и двух лотерейщиков. Те пока не подозревали, что совсем недалеко находится их любимая пища. Пират после пробных выстрелов из ПТР на всякий случай активировал «скрыт» для безопасного продвижения. Столь громкие «бабахи» могли приманить тварей, он это понимал, но и проверить ружьё тоже очень хотелось. Эти друзья, видно, и спешили на звуки выстрелов.
– Тормози, Белка! Мирослав к пулемёту. Твоя цель – лотерейщики и топтун. Бей по ногам. Но только после моих выстрелов. Белка, будь готова, если всё же какая тварь до нас прорвётся, её остановить.
– А мне что делать? – не дождалась в свой адрес указаний Ксанка, с волнением сжимая автомат.
– Вместе с Мирославом работаешь по тварям. Приготовились.
Пират положил на борт джипа ружьё, примерился – нормально.
Оттянул затвор и вложил патрон, по внешнему виду и размеру похожий на небольшой снаряд, и дослал в патронник. Всё же, как ни крути, а калибр четырнадцать с половиной миллиметров. Сила! Насчёт выбора не мучился, патроны в наличии имелись лишь с бронебойно-зажигательными пулями. Кусач, видимо, что-то почуял, остановился и принялся вертеть здоровенной башкой, пытаясь определить источник беспокойства. Пират плавно потянул спусковой крючок.
Бах!
Приклад чувствительно ударил в плечо. Затвор подался назад, дымясь, вылетела толстая блестящая гильза. Пират вложил второй патрон и подал его вперёд. Прицелился в распахнутую пасть упавшей на землю твари.
Бах!
Пуля прошла ниже и вместо пасти попала в шею, перебив позвонок. Голова завалилась на бок, продолжая разевать пасть. Топтун первым, грохоча костяными пяточными выступами, рванул в сторону джипа, за ним лотерейщики. Ружейная бронебойно-зажигательная пуля проломила грудь твари и прошла насквозь, по ходу движения выжигая внутренности. Сбитый с ног топтун по инерции ещё проехал по земле, распахивая её.
– Работай, сын! – Пират отложил ружьё и схватился за автомат.
Короткими очередями Мирослав фонтанчиками взрыхлил землю впереди бегущих лотерейщиков. Сделал поправку. Вот сейчас самое то! Подломившись и рухнув на землю с перебитыми нижними конечностями, твари упорно, хоть уже и без той прыти, пытались ползти вперёд. Контрольная очередь по их телам. Затихли. Лишь топтун, орошая землю густой, тёмной кровью, продолжал ползти к джипу.
– Белка, обездвижь его. А мы с Мирославом пойдём их выпотрошим.
– Я с вами! – Ксанка хотела выскочить из машины, но Белка успела её придержать.
– Погоди-ка, девочка! Они сами справятся, а мы их отсюда подстрахуем. Водительские права с собой? – пошутила приёмная мама. – Занимай моё место.
– Дома права остались, – машинально ответила маме Ксанка, не отрывая глаз от поверженных, но ещё очень опасных тварей.
Мирослава с Пиратом она, как ни вглядывалась, так и не смогла увидеть. Белка перебралась с водительского сидения к турели с пулемётом, готовясь в любой момент поддержать огнём своих мужчин.
Тем временем Пират опустился на колено перед замершим под воздействием дара Белки топтуном и проткнул кинжалом споровый мешок. Небольшая волна дрожи пробежала по бугристому телу твари, и она затихла. Рыться в мешке времени не было – не все твари были мертвы. Добив аналогичным способом лотерейщиков, отец с сыном отправились к кусачу. Укрытые маскировкой, они незаметно приблизились к вожаку. Как раз вовремя, рана на груди уже почти полностью затянулась, лишь голова ещё безвольно свисала, демонстрируя прикрытый бронёй споровый мешок. Приподняв мощную костяную пластину, Пират проткнул, а затем вскрыл мешок. Вот сейчас можно глянуть, чем их одарил кусач.
– Хм, вполне неплохо, – на раскрытой ладони лежал десяток споранов, горошина, и свисало три нитки янтаря. – Сын, вынь у меня из разгрузки пакет.
Ещё шесть споранов, одну горошину и нитку янтаря взяли с топтуна и лотерейщиков.
– Можно сказать, что поездка удалась. Ружьё однозначно оставляем себе. В другой раз, если будет выбор больше, то и Полковнику что-нибудь перепадёт. Хоть и имеются у нас гранатомёты, данный агрегат точно лишним не будет. Надо ещё эти ракетницы испытать на досуге.
Глава 3
– Эх, рыбачка… – Пират посмотрел на сладко посапывающую в тёплом спальнике Ксанку.
Вечер и полночи она честно продержалась у расставленных на пристани фидеров. Даже сама смогла подвести к подсаку полуторакилограммового леща. Мирослав проворно подхватил бронзового красавца и перенёс подсак на доски пристани. Ксанка в радостном возбуждении едва не сплясала лезгинку. Но отец с сыном зашикали на неё – очумела, что ли? Рыбу всю распугает! С трудом вытащили из толстой губы крючок и опустили леща в длинный садок, закреплённый на пристани.
– Поздравляю с трофейной рыбкой, – Пират вновь поднял настроение юной рыбачке.
Она после их окрика слегка чувствовала себя обиженной.
– Что стоишь? Купаешься в лучах славы? Так темно же… Кормушку набей прикормкой и свежие личинки нацепи, эти уже обсосанные.
Опарышей разводили на острове сами. Ну нет поблизости рыболовных магазинов. В принципе, процесс совершенно не сложный. Главное, чтобы мухи были.
– Ксанка, нацепила?
Девчонка молча кивнула.
– Забрасывай, не спи.
Прошелестев разматывающейся со шпули леской, кормушка с коротким поводком улетела в темноту. Шлепок по воде, и тишина. Вымотав лишнюю леску и придав натяжение, Ксанка, то и дело позёвывая, нацепила на кончик фидера колокольчик со светлячком и уселась обратно в кресло. Разлив ароматный, дымящийся напиток из большого термоса в чашки, Пират продекламировал:
– Ну что, ребятишки и их родители, отведать кофе не хотите ли?
– Батя, да ты у нас поэт, оказывается!
– И ещё какой! – усмехнулся Пират. В школе с другом написали поэму. Помню лишь только начало: «Мы оба с Игорем поэты. И не вини, о муза, нас за это».
– Ну ты, батя, даёшь!
– Зря мама с нами не пошла, – осторожно прихлёбывая горячий кофе и восхищённо глядя на звёздное небо, произнёс Мирослав, – какая красота!
Небо с крупными звездами, к которым Пират так за все годы так и не привык. Это для Мирослава они родные. А для него… Первое время он долго не мог понять, чего ему так не хватает. То, что созвездия совершенно другие и чужие, это ладно. Но вот что-то ещё должно быть. Лишь где-то год спустя он понял – все звёзды неподвижны! Не хватает привычных для земного звёздного неба бесшумно двигающихся мерцающих огоньков.
«Ну не летают здесь спутники и самолёты!»
«Дзинь! Дзинь! Дзинь!» – задёргался в темноте кончик фидера со светлячком. Пират нажал кнопку налобного фонаря. Яркий узкий луч прорезал ночь, выхватив из темноты тростниковые заросли, и замер на трясущемся кончике фидера.
– Мирослав, твой сработал, подсекай!
В ответ лишь тишина и еле слышное посапывание и похрапывание.
«Дзинь! Дзинь!»
– Ох уж эти рыбаки – дрыхнут без задних ног! И рыбалка им пофиг.
От последующего мощного рывка сигнализатор-светлячок слетел с кончика фидера и подсвечивая себе путь, медленно опускался на дно. Рыбья мелюзга носами тыкалась в маленькое солнышко, пихая его из стороны в сторону. Пират вскочил с кресла и в последний момент успел схватить удилище, уволакиваемое кем-то в темноту водоёма. От мощного натяжения оно согнулось в дугу.
– Ну и зверь!
Неизвестная рыбина, словно торпеда, стремительно стягивала со шпули шнур. Хорошо, что фрикцион оказался не зажат. К счастью, вскоре ход замедлился, Пират тут же воспользовался заминкой и поспешил подмотать. Рыба поддалась, и ему удалось вернуть на шпулю метров десять шнура. Но не тут-то было, словно опомнившись, она вновь рванула в сторону. Фрикцион затрещал, отдавая назад только что отвоёванные метры. Очередная подмотка катушки, и снова ожесточённое сопротивление.
«Достойный противник! Ладно, пусть напоследок порезвится».
Пират почувствовал – рыбина начала уставать, её скорость снизилась. Не давая слабину, рыбак выдержал паузу:
– А теперь давай назад, хватит уже и меня, и себя мучить.
И лоб весь в испарине, и камуфляж влажный – нелегко далось рейдеру выуживание трофея. И что обидно – потенциальные зрители сопят в четыре дырочки и не подозревают о происходящем в данный момент противоборстве. Уровень адреналина в крови буквально зашкаливает.
«Только бы не сошла!»
Наконец устал не только рыбак, но и его достойный противник. Пират подтянул трофей к пристани. Держа в правой руке фидер в натяг, левой потянулся к подсаку. Хорошо, что близко под рукой оказался. Подвёл его под рыбину. Луч налобного фонаря плясал по поверхности воды, высвечивая блеснувшее золотом тело.
– Есть!
Перехватил подсак двумя руками, фидер уже не нужен – его в сторону, Пират с усилием поднял трофей на пристань.
«Ни хрена себе! Килограмм пятнадцать весит!»
Длинное и почти круглое бронзовое тело, толстые мясистые губы со свисающими с обеих сторон усами.
– Сазан!
Теперь понятно. Это не лещ, которого стоит лишь поднять на поверхность и дать глотнуть воздуха. А потом спокойно тяни к себе. Опять промучился с вытаскиванием крючка из толстой губы рыбы.
«Хм, ещё немного, и мог без трофея остаться». – Крючок оказался немного разогнут.
Освобождённый сазан опять показал норов. Выгибаясь и подпрыгивая на досках, мокрым хвостом сильно шлёпнул по босой ноге спящего в кресле Мирослава.
– А-а! – Спросонья сын не понял, что произошло.
Подскочив, он ошалело вертел головой, не понимая, что случилось. Увидев огромного сазана, замер от восторга.
– Ух ты! Ну и монстр! Батя, класс!
– Это была твоя рыбина, но ты её благополучно проспал.
– Я её бы и не вытянул, – честно признался Мирослав.
– Вот что: разбуди Ксанку, видишь, как она скукожилась в кресле. Пускай в спальнике укладывается. И сам тоже ложись во второй. Как чувствовал, что пригодятся. Толку от вас сейчас один чёрт никакого…
* * *
– Смотри-ка, мать, чего у нас есть! Ты много потеряла, что с нами не пошла.
– Зато в отличие от вас я хорошо выспалась – никто у меня под ухом не храпел. Вас комары не съели? – поинтересовалась Белка.
– Я их отогнал.
– Трутовики жёг?
– Да. Хорошее средство. Не нравится кровососам их дым.
– Мама Белка, а я сама леща огромного вытащила, вот такого! – Ксанка с гордостью развела руки, не стесняясь размерам своей фантазии. – А Мирослав только двух карасей поймал. Вот таких. – Её ладони едва не сомкнулись одна с другой.
Мирослав возмущённо фыркнул, но всё же промолчал.
– Умничка! Знатно половили. Ух, сазанище какой большой! Я приберусь и займусь рыбой. А вы идите спать. Из вас сейчас помощники никакие, вон носами клюёте, – Белка решительно отправила сонных рыбаков спать.
– Дорогая, рыбу почистишь? Двух лещей замаринуй, на мангале после приготовим, а сазана пока в морозилку положи. У подлещиков и плотвы только внутренности убери, чешую не трогай. Я их вялить буду. Извини, я бы помог, но сильно устал. За ночь даже на минутку глас не сомкнул. Я вначале в душ схожу, и после на боковую.
– Я вижу – прямо с ног валишься, спишь на ходу. Не волнуйся, я справлюсь. Автомат только здесь не оставляй, наверх забери.
* * *
– Какой божественный запах!
Пират перевернул решётку с лещом. Подёрнутые пепельной сединой угли источали сильный жар. Капли жира, падая, вспыхивали яркими звёздочками. Мирослав с Ксанкой не отрывали глаз от мангала, стараясь не показывать, как им не терпится попробовать ароматное блюдо.
– Скоро уже? – спросила Белка, сглатывая слюну.
– Мольчи, женщина! Слюшай, не мешай. А? – придал Пират своему голосу шуточный кавказский акцент. А после уже серьёзно добавил: – Жаль, что виноградных листьев нет, ещё вкуснее получилось бы.
– Пират, хватит уже над нами измываться, он и так вкусный! Рыба готова, я и отсюда вижу! Вот что – ты нам положи, а сам можешь второго леща хоть до следующего утра готовить.
Молодёжь дружно закивала, поддерживая предложение мамы Белки. Пират осмотрел рыбу, ковырнул вилкой и сказал:
– Я хоть и не Василий Алибабаевич, но настоятельно рекомендую попробовать это отменное блюдо. – Налетайте!
– А он кто? – положив кусочек леща в рот и закрыв глаза, причмокивая от удовольствия, уточнила Ксанка.
– В смысле кто? – немного растерялся Пират.
– Ну, этот, который Алибабаевич.
– А ты что, «Джентльменов удачи» не смотрела? – искренне удивился рейдер.
– Это кино такое? – предположила Ксанка.
– Ну да…
– Нет. И не слышала о нём.
– Ну, ты, Ксанка, тёмная. Я и то смотрел – у нас много фильмов записано, – не удержался от подколки Мирослав.
– Сам ты тёмный! – обиделась на него девчонка и с возмущением добавила: – дурак!
– Погоди, Мирослав, – Пират остановил сына, уже готового дальше препираться с Ксанкой. – А «Иронию судьбы» смотрела? Её на каждый Новый год показывали по телевизору.
– У нас такого фильма не было. Если, как говорите, фильм на каждый Новый год показывали, то я бы хоть раз, но увидела. Интересный? Про любовь?
– Про любовь… – Пират задумался.
«Как-то за всё время со Следопытом мы не касались исторических моментов. Повода не было. Вполне друг друга понимали. Особо каких-либо расхождений в марках машин, оружия не имелось…»
– Ксанка, а как у вас называется, к примеру, этот автомат?
Она пожала плечами и с набитым ртом с трудом произнесла:
– Калаш, – проглотив прожёванное мясо, вытерла губы салфеткой и добавила: – Его создал наш русский оружейник Михаил Калашин.
– Калашников, – машинально поправил её Пират.
Ксанка с удивлением на него посмотрела.
– Не Калашников, а Калашин. Он его еще при СССР создал.
– А кто у вас сейчас генеральный секретарь КПСС? – Белка не обратила внимания на слова «…еще при СССР создал».
– Понятия не имею… – потянулась девчонка за очередным куском рыбы.
– Ты не знаешь фамилию вашего руководителя страны? – удивилась Белка.
– Знаю, конечно. Президент Сергей Путин.
– У вас президент?
– Ну да. А у вас разве не президент? – Теперь уже Ксанка с недоумением посмотрела на приёмных родителей.
– Генеральный секретарь… У нас ведь с Пиратом тоже разные слои, но они особо между собой не различаются. Если только по мелочи и некоторым датам. Фамилии, правда, частично не совпадали. Вспомнила – ещё и по родственным связям имеются отличия, вроде и всё, – закончила мысль Белка.
– По-прежнему живём в Советском Союзе. Вернее – жили. Сейчас молодое, обновлённое политбюро, никаких железных занавесов, как было ранее. Трудные девяностые миновали. Слава богу, мы их пережили и сохранили в целостности страну. Сейчас самая уважаемая в мире держава. Я почему говорю в настоящем времени – ведь мы копии, а они там продолжают жить нормальной и полноценной жизнью. И это радует! – Пират подвёл черту под воспоминаниями и сравниванием слоёв.
Наслаждавшаяся рыбой Белка вдруг понюхала воздух, осмотрелась и определила источник запаха.
– Наш любимый философ, ты про рыбу не забыл?! Не чувствуешь разве? Горелым пахнет! – напомнила она мужу про мангал.
Сама же дальше продолжила уплетать вкуснятину, уже особо не прислушиваясь к разговору за столом.
– Чёрт! – Пират поспешил перевернуть решётку. – Ещё пара минут – и снимаю. – Определив готовность, он переложил еду с решётки на блюдо. – Так, а где моё пиво? Ладно, сам схожу за ним. – Поднялся и пошёл в дом.
Вернулся, прижимая к груди четыре жестянки – одну с пивом и три с фантой, услышал, как Мирослав хвастается перед Ксанкой:
– У нас в стабе есть кусок ракетного дивизиона, очень похожего на тот, в котором отец служил. Правда, батя? – Мирослав посмотрел на вернувшегося к столу отца.
– Правда. – Опустившись в кресло, он поставил фанту на стол. – Это вам. – А сам, с удовольствием распечатав банку, наслаждался холодным пивом.
– Даже боевая позиция с шахтами есть, – с воодушевлением продолжил Мирослав, – папа с мамой были там один раз. Но входы закрыты наглухо и снаружи ржавые. Мне тогда восемь лет было.
– Десять. – Пират с сожалением посмотрел на пустую банку.
«Последняя… Мало взял в городе».
– Здорово! Вы меня туда свозите?! – загорелись огоньком глаза Ксанки, она аж заёрзала в кресле в предвкушении новых событий.
В отличие от земной жизни её нынешняя – сплошные приключения. «Прямо жесть!» – выразилась бы современная молодёжь.
– Выберемся как-нибудь, – пообещал рейдер. – Кому ещё рыбы?
Все дружно закивали. На отсутствие аппетита никто не жаловался. Тем более находясь на свежем воздухе, да ещё когда перед тобой вкусное блюдо, запечённое на костре. Это в прошлой земной жизни популярно выражение «Я на диете». На Стиксе таких слов даже и не услышишь. Пират, насытившись, откинулся на спинку кресла и задумчиво смотрел перед собой. Сын напомнил ему давнишнюю вылазку на боевую позицию ракетного дивизиона. Белка обратила внимание на ушедшего в себя мужа, но не стала его беспокоить и расспрашивать. А он мысленно вернулся на четыре года назад…
Возвращаясь из деревни Мещеряково, они с Белкой заехали на базу рейдеров, что в бывшей жилой зоне дивизиона. Давно обещали мужикам, дежурившим там, привезти свежего мёда, но как-то всё оказии не было. Хотели уже после отправиться домой, но Пират вспомнил о давнем, так и нереализованном до сих пор желании проверить наличие боевой позиции. Эта мысль не давала ему покоя едва ли не с первого года пребывания в Стиксе. Но всегда находились какие-либо неотложные дела, препятствующие осуществлению задуманного.