Текст книги "Моя Америка (СИ)"

Автор книги: Алекс Войтенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)

Незадолго до взлета, когда все пассажиры уже заняли свои места, и самолет прогревал двигатели, пожилой мужчина, с рыжей бородой и усами, в темных солнцезащитных очках, подозвал к себе стюардессу, и показал ей содержимое своего рюкзака. По её словам, она увидела находящиеся в сумке похожее на два кирпича, взрывчатое вещество, со вставленными в нее детонаторами. На ее вопрос, зачем ей это показывают, пассажир, находящийся на заднем сиденье самолета, сказал, что это бомба, он обязательно ее взорвет, если не выполнят его условия. После чего объявил, что берет всех пассажиров в заложники и требует, чтобы ему доставили на борт парашют и двести тысяч долларов наличными в мелких купюрах. На все это было отведено им не более одного часа. Пока велись переговоры командира корабля с местной администрацией, мужчина, чтобы доказать, что его намерения серьёзны, выбросил через приоткрытую дверь салона, какой-то предмет, взорвавшийся с оглушительным хлопком, сильной вспышкой и сопровождающим взрыв густым дымом. После чего требования были, по большей части выполнены. (Как оказалось в кассах аэропорта не нашлось полной суммы, и поэтому были набраны только сто девяносто семь тысяч долларов из запрашиваемых двухсот). Получив деньги и затребованный парашют, мужчина отпустил всех находящихся на борту пассажиров, стюардессу и приказал взлетать. При этом поднявшись в воздух, приказал взять курс не на Эль-Пасо, а на Сан-Франциско, одновременно с этим приказывая соблюдать радиомолчание и отключить любые средства связи.

После того, как самолет появился над западным побережьем, угонщик приказал снизить скорость до ста пятидесяти километров в час, а высоту до трехсот метров. На возражение пилота, что при такой скорости самолет не может лететь, выдал ответ, что скорость сваливания составляет сто двадцать пять километров в час. Показав этим, что прекрасно знает технические характеристики самолета. После чего заблокировал двери в командный отсек.

В какой-то момент пассажир покинул самолет, спрыгнув с него при помощи парашюта. Конкретно где именно это произошло установить не удалось, потому что он для прыжка воспользовался люком находящимся в хвостовой части самолета, в багажном отделении. К тому же, скорее всего прыжок был осуществлен с некоторой задержкой раскрытия парашюта. Вдобавок ко всему, поднятые по тревоге полицейские силы, ждали появления самолета в направлении Эль-Пасо, в то время, как он летел в Сан-Франциско. Правда чуть позже услышав жалобы водителей о низко летящем самолете, постарались проверить и шоссе идущее возле побережья, но никаких следов приземления не было обнаружено.

После приземления самолета в Сан-Франциско, на одном из пассажирских сидений были обнаружены театральная рыжая борода с усами, скорее всего принадлежащие преступнику. Никаких других улик, обнаружено не было.

Самым смешным в этой истории оказалось то, что в связи со спешкой, связанной со сбором двух сотен тысяч долларов, как-то позабыли о том, что нужно переписать номера отданных купюр. Видимо сказалась нервотрепка, царящая в аэропорту. Да и как можно было успеть, это сделать, если большинство купюр собранных для передачи имели номинал от одного до пяти долларов'.

Мне сразу припомнилась та ночь. Похоже, угонщику просто не повезло, и его парашют не раскрылся. Учитывая близость моря, его просто снесло в сторону, и он упал прямо в бушующие волны. Это наверное, как раз и был тот темный предмет замеченный мной, что что промелькнул неподалеку от меня канув за обрыв. А вот сумка, вероятнее всего выпущенная им из рук, как раз и упала на крышу моего автомобиля.

Я конечно не очень верю в то, что выданные купюры остались не переписанными. Скорее всего, об этом было сказано для преступника, чтобы тот уверившись в этом начал тратить попавшие ему в руки деньги. Но с другой стороны допускаю и тот факт, что вполне могли не успеть переписать номера всех купюр, поэтому, скорее всего мелкие купюры, вполне безопасны. Но и особенно разбрасываться ими тоже не стоит.

Об этих островах, я когда-то прочел довольно много статей, заметок и даже книг, и если верить хотя бы половине и того, что было там сказано, то лучшего места для своей жизни, я просто не представляю. Поэтому Уже на второй день после приезда в Гонолулу, я озаботился покупкой автомобиля. На этот раз я постарался взять более просторную машину, в которой можно не только передвигаться по острову, но и при необходимости переночевать. В будущем, разумеется, с этим будет гораздо проще, а сейчас на весь остров имеются от силы с десяток отелей, и шесть из них находятся в Гонолулу в то время как его площадь составляет более полутора тысяч квадратных километров, а длина береговой линии уходит за триста пятьдесят километров. Причем по большей части, уже сейчас можно объехать остров по кругу. Именно это я и собирался сделать в первую очередь после приезда.

И дело даже не в том, что мне хотелось просто прогуляться по острову, нет. Просто именно сейчас, зная, что в будущем этот остров станет курортным местом, следовало бы выгодно вложить имеющиеся капиталы, а возможно и построить что-то, чтобы земля приносила доход. Особенно учитывая то, что именно сейчас эта земля не выходит за пределы средних цен по Соединенным Штатам. Что будет уже после окончания второй мировой войны, страшно представить. Так что мое появление здесь, произошло как нельзя вовремя.

К сожалению, в местном автомагазине, пока единственным на весь остров не нашлось ничего выдающегося. Имелись пара Кадиллаков, Паккард, а большей частью рабочие лошадки – пикапы и грузовички. Правда нашелся один единственный Ford V8 1934 года выпуска, но и все. В принципе, после того, как я на нем прокатился, он меня вполне устроил. Двух-дверный с крохотным багажником, в котором можно поместить разве что единственный небольшой чемодан или набор инструментов, Но зато с не убиваемой подвеской и восьми цилиндровым двигателем мощностью в 85 лошадиных сил. Правда немного не нравился серый мышиный цвет, но с другой стороны, я подумал, что на нем будет меньше заметна пыль, потому как асфальтированных дорог, на острове было очень мало. В основном только в районах Гонолулу и Жемчужной гавани. Поэтому оплатив пятьсот двадцать долларов, отказавшись за ненадобностью от отопителя, зато поставив радиоприемник, уже к вечеру второго дня пребывания на острове, оказался на колесах. С одной стороны, было бы неплохо вначале разобраться, где именно я хочу осесть на этом острове, с другой, прокатная контора предоставляла такой откровенный хлам, что можно было заглохнуть где-нибудь вдали от цивилизации, и никто бы тебе не помог. Поэтому предпочел отдать пять сотен баксов, зато не думать о том, что внезапно что-то сломается, и буду куковать неизвестно где.

Итак, основная моя задача состояла в том, чтобы найти достаточно удобный участок, для возможного строительства. Денег было не так, чтобы много, а отель все же стоит гораздо дороже обычного жилья. Поэтому на первое время, был необходим только участок, который находился бы у береговой линии. На Гонолулу я не претендовал, прекрасно понимая, что даже если мне удастся купить там землю, рано или поздно найдется инвестор имеющий большие возможности, чем я и выдавит меня оттуда, хоть и компенсировав мои вложения, но в итоге лишив меня постоянного дохода. Поэтому я подыскивал что-то пусть и в стороне от столице, но все же в достаточно удобном для отдыха месте. Причем это место должно было находиться на южном или скорее юго-западном побережье, потому что север и восток, слегка обрывистые и потому пляжей там практически не имеется. К тому же из-за расположенного довольно близкого горного хребта, в некоторых местах, большую часть дневного времени побережье находится в тени. Если там ставить дом, то это может быть и удобно, но для отеля нужна солнечная сторона.

Прокатившись по ближайшему побережью, в принципе отыскал, пару вполне удобных мест, но в этот момент меня слегка обломали. Просто заехав на одну из новостроек, обнаружил там хозяина строящегося отеля, ну и разговорившись с ним попытался узнать как здесь обстоят дела с этим вопросом. Разумеется полной правды услышать я не надеялся, просто потому, что никому не нужны конкуренты, но и того что я услышал тоже хватило за глаза.

Как я и предполагал, купить участок под застройку, не было никаких проблем. Даже сейчас зайди я в бюро занимающееся недвижимостью и мне предложат их десяток в любом месте острова, и совсем недорого. Причем, если найдешь весомые аргументы, то вполне могут снизить цену на любой из них. Остров остро нуждается в инвестициях и потому, хватается за любую соломинку, чтобы пополнить свой бюджет.

Проблемы начинаются сразу после того, как ты приобрел землю. На островах, практически нет никаких полезных ископаемых. Единственное, что здесь как-то добывается и разрабатывается так это строительный песок, щебень и портландцемент. Причем последний вырабатывают два небольших полукустарных заводика, и их готовая продукция уже расписана на месяцы вперед. Возможно из местных строительных материалов, можно приобрести еще камень. Все остальное: Лес, кирпич, сталь, отделочные материалы завозят с материка, что сразу увеличивает их цену, почти вдвое. В итоге получается при что при довольно дешевых участках возведение любых зданий обходится вдвое, а то и втрое дороже, учитывая то, что для некоторых работ, приходится приглашать рабочих с материка, только из-за того, что здесь нет достаточно квалифицированных кадров. Но и это еще не всё. В договоре, который тебе предлагают подписать, ты обязуешься в течении определенного времени, обычно от года до трех, возвести утвержденное по проекту здание, и запустить его в работу. При этом восемьдесят пять процентов обслуживающего персонала, а также строителей при возведении построек, должны быть набраны из местного населения, то есть Гавайцев. В принципе условие довольно неплохое. В сравнении с рабочими из США местное население довольствуется гораздо более низкой зарплатой, но опять же квалификация их оставляет желать лучшего. Кроме того, стоит только сдать объект в эксплуатацию, как на него сразу же начинают начисляться налоги. И никого не волнует, что у тебя пока нет постояльцев. Все это твои проблемы, а налоги вынь да положи.

– В общем, если ты никогда не занимался гостиничным бизнесом, лучше даже не начинай. Или попытайся устроиться к какому-нибудь опытному человеку, который обучит тебя всем нюансам его ведения.

Последний совет был действительно хорош. Я прекрасно понимаю, что из всего, что рассказал мне этот человек, большая часть страшилки, чтобы отвадить конкурента, но с другой стороны, я ему почему-то верю. Уже на следующий день я посетил несколько оптовых магазинов, и везде в большинстве случаев предлагали строительные материалы с материка. Если и встречалось, что-то местное, то скорее, как и было сказано – песок, щебень, строительный камень и цемент. Однажды увидел местные доски. Одного взгляда на них оказалось достаточно, чтобы даже не думать об их покупки. Здесь нет строевого леса, а тот что предлагается к продаже, не идет ни в какой сравнения с тем что доставляется с основной территории. Этот лес с некоторой натяжкой можно использовать для строительства собственного быстровозводимого домика, но для чего-то более капитального придется платить вдвое дороже.

В общем, еще даже не начав поездку по острову, я понял, что вряд ли смогу или вернее захочу заняться этим бизнесом. Хотя бы потому, как правильно заметил мой собеседник, для этого нужен хоть какой-то опыт. Опыта у меня нет, а выбросить деньги на ветер, можно и более приятным способом.

По острову я, все же прокатился. Посетил те места, о которых когда-то читал, или видел в компьютерных игрушках, а то и просто в фильмах и видео, и в общем-то получил от всего этого немалое удовольствие. Вот только желания оставаться здесь у меня уже пропало напрочь.

Именно здесь на острове меня догнала весть о том, что Гитлер потребовал от Чехословакии уступить Германии Судетскую область, в противном случае угрожая вторжением германских войск. А на Мюнхенской конференции 9 января 1937 года он заверил руководителей Франции и Великобритании, что остальная часть Чехословакии не будет оккупирована. Однако уже через две недели после этого были введены войска и объявлен протекторат над Богемией и Моравией.

Адольф оправдал ввод войск утверждением, что Чехословакия погружается в хаос, поскольку страна распадается по этническим признакам, и что немецкие военные стремятся восстановить порядок в регионе. Ч Эмиле Гахе президент Чехословакии, встретившись с фюрером в конце января 1937 года, заявил, что в свете событий он согласен с тем, что Германия решит судьбу чешского народа; Гитлер по обещал что Германия предоставит чешскому народу автономный протекторат, управляемый этническими чехами. Гахе был назначен президентом протектората в тот же день.

События ускорялись, но Геббельс упорно направлял взгляды расширяющегося Рейха в сторону Африканского континента. Соединенные Штаты, хотя и отвечали официальным нейтралитетом, но верхние штаты, населенные в своем большинстве выходцами из Германии, отметились серией митингов и выступлений в поддержку политики Адольфа Гитлера. Был даже организован сбор средств, для поддержки «Германского народа, в столь трудное для него время».

Ко мне же с каждым новым днем все больше приходила уверенность в том, что нужно оседать именно здесь, и ни в коем случае не возвращаться на материк. Даже если экспансия Гитлера будет в этой истории направлена на Африку, Соединенные Штаты, рано или поздно вмешаются в эту войну. И кто знает, на чьей стороне. И потому, хотелось находиться подальше от всего этого.

Именно поэтому, уже в первых числах февраля, я занял место на небольшом пароходике, который перевез меня, вместе с моим автомобилем и немногими вещами на остров Кауаи. Я все-таки не удержался и решил, что этот вариант, меня устраивает как нельзя лучше. И в итоге, на проходящих в Гонолулу торгах купил участок земли расположенный на северном побережье острова Кауаи, находящегося западнее Оаху, площадью 1,82 квадратных километра, ну или 182 гектара. В участок вошел длинный песчаный пляж длиною в 1,3 километра, в глубину участок уходил на 1,4 км. На нем находилась часть высокой почти сто метровой горы, поросшая кустарником и хлебными деревьями и цветами, а так же пойма реки Лумахаи вместе с довольно обширными прибрежными лугами шириной до пятисот метров и устьем. У склона горы находился дом, с десятком комнат, еще до Великой депрессии выступавший в качестве семейного пансионата для приезжих туристов. За все это богатство, пришлось выложить сто восемьдесят две тысяч долларов. То есть по тысяче долларов за гектар. Если не считать наличных, о которых никто кроме меня не знал, у меня оставалось всего-навсего шестьдесят восемь тысяч долларов.

Приехавший со мной представитель торгового дома, занимавшегося торгами, помог зарегистрировать новое землевладение в местном муниципалитете и откланялся, пожелав удачи в бизнесе.

Проблемы нарисовались сразу же после оформления всех документов. Дом, стоящий на участке оставлял желать лучшего. Даже на первый взгляд было понятно, что гораздо проще его доломать, а на его месте поставить что-то новое. Что, в общем-то, было немудрено, учитывая, что дом простоял без обслуживания около пяти лет. Если, что-то и сохранилось, так это стены, возведенные из местного камня. Крыша была провалена внутрь здания, в которое не стоило даже пытаться зайти.

Участки вдоль реки, оказались частично заросшие кустарником и молодой порослью деревьев, а частично пущены под огороды местными жителями. Впрочем, большой проблемы это не составляло. Здесь не Россия, и частную собственность здесь уважают. Тем более, что согласно закону, я могу пристрелить любого кто посягнет на нее. Разумеется, стрелять я никого не собирался, но и кем-то посаженные огороды мне тоже пока не мешали. А когда до этого дойдет, можно будет просто поставить неподъемную цену за использование земли, и арендаторы уйдут сами.

Сама речка оказалась не такой уж и широкой, но с другой стороны и не переплюйкой. От примерно десяти метров на юге, у края участка и до сорока метров в устье. Ко всему прочему, мой участок пересекало асфальтированное шоссе с капитальным мостом, и одним из пунктов договора мне было вменено в обязанность поддерживать состояние асфальтового покрытия дороги. С другой стороны 1,3 мили асфальта, не такая уж и большая проблема, зато если я смогу все же организовать здесь небольшой пансионат, не будет проблем с подъездом транспорта.

Третьей, и пожалуй самой большой проблемой оказался пляж. Несмотря на то, что он был более километра длиной и до сотни метров шириной, пользоваться можно было только крохотным участком, длинной около двухсот метров в его восточной части. Вернее загорать можно было везде, но вот купаться только там. Как оказалось как раз в этом месте проходит сильное океаническое течение, и неосторожный вход в воду, грозит тем, что тебя может унести от берега. К тому же помимо океанского течения на востоке находилось устье реки Лумахаи. В общем, если у меня и была задумка организовать здесь марину, с прогулочными катерами и лодками, ее придется временно отложить до того момента, пока не будет построена искусственная коса, ограждающая полосу берега от океана.

Но несмотря на все эти проблемы, я все же был рад. У меня был достаточно приличный участок земли, оставались кое-какие средства, и я был уверен в том, что у меня всё получится.

Глава 10

Построить дом, решил на невысоком холме возле дороги. Она, как раз огибала его со стороны побережья, и можно было сделать довольно удобный подъезд к дому со стороны поселка Ханалей. Вообще-то он считается городом, но как-то непривычно называть городом – поселок в котором присутствуют от силы два десятка домов. Впрочем, чуть дальше находится Принсвил, довольно большой городок, в котором находится муниципалитет.

Работников для воплощения своих идей, я нашел достаточно быстро. А стоило добавить, что рабочие потребуются как минимум на несколько месяцев, как ко мне выстроилась очередь. И если, расценки по разным видам работ, я выяснил еще в Гонолулу, то сколько потребуется именно работников для тех или иных действий узнать как-то не догадался. Впрочем, для начала решил нанять десятерых. В первую очередь нужно было очистить участок под строительство от зарослей тропического леса. Судя по карте холм, имел диаметр где-то в районе ста пятидесяти метров. Более точно сейчас было прикинуть невозможно из-за того, что там были заросли, и пройти сквозь них было практически невозможно.

Для начала я взял десятерых, вручив им топоры и пилы, в качестве рабочего инструмента, и показал фронт работ, пообещав выплачивать от пятидесяти центов в час. Судя, по их довольным физиономиям, я предложил даже много. Впрочем, я хотел просто вначале посмотреть, как они будут работать, а уж после решить, достойны ли они этой оплаты, или стоит ее еще уменьшить.

Уже к обеду, я понял, что работать, здесь не привыкли. С другой стороны, а зачем работать, если на островах круглый год лето. Если в повсюду растут бананы, ананасы, кофе, сахарный тростник, и даже хлебные деревья. Причем все это можно встретить как на обрабатываемых участках, так и в дикой природе. А еще по всему острову бродят тысячи кур. И хотя говорят, что охотиться на них запрещено, но даже за эти несколько дней моего здесь присутствия, я уже пару раз видел распотрошенные перья и следы крови. И это при том, что у них нет на острове естественных врагов.

А вообще, если так прикинуть, остров действительно можно назвать райским. Из хищников здесь обитающих самым злобным считается акула. Из тех, что живут на суше самыми крупными домашние крысы и мыши. Но я что-то не помню, чтобы кто-то из них охотился на кур. На соседнем острове обитают мангусты, но Кауаи нет и их. Здесь можно без особой боязни пересечь остров вдоль и поперек в любом месте, можно спокойно уснуть не боясь быть съеденным или покусанным, разумеется если ты не ляжешь на муравейник. Про крыс я уже сказал, а змей на островах нет совсем. Вернее сказать есть одна единственная неядовитая змея, которая живет за счет охоты на насекомыхИ встречается достаточно редко.

Именно поэтому, здесь как бы и нет особой нужды в работе. Захотел, есть сорвал плод с дерева и сыт, захотел что-то более существенное, поймал курицу, сварил похлебку, и можно вновь валяться без дела. Тем более, что куры, совершенно не боятся человека и свободно разгуливают по всему острову.

Вот и получается, что здесь ищут работу скорее те, кто желает сменить гардероб, или тот кого запилила тёща. Но это так, лично мое предположение. К обеду я сорвал голос, а к вечеру уже хрипел. И хотя по времени нанятые работники проторчали на моем участке полные восемь часов, расчистили они, всего лишь участок площадью около пятидесяти квадратных метров.

Особо крупных деревьев здесь не имелось, хотя заросли действительно были малопроходимыми. Ветви деревьев, кустарники и лианы, были переплетены до такой степени, что приходилось буквально выпиливать каждый куст или дерево из общей массы зарослей. Может, я смотрю на их работу и несколько предвзято, но она проходила примерно следующим образом.

Весь десяток, дружно вгрызался в какой-то участок леса, и вырубал пару деревьев или кустов из этой мешанины лиан и побегов. Все это относилось в сторону, и устраивался небольшой перекур где-то на полчаса. Ровно до того, момента, как я прикрикнув на своих работников, заставлял их подняться и продолжить вырубку, которая вновь продолжалась ровно до того момента, пока я присутствую при их работе. Но стоило мне куда-то отлучиться, Как работа прекращалась, а вернувшись я опять заставал рассевшихся рабочих которые:

– Вот только что присели!

А лес при этом находился в той же стадии, как и перед моим отъездом. И так продолжалось весь день. В конце дня, я собрал все выданные им инструменты, отчего увидел удивленные глаза, и тут же заданный вопрос.

– А разве это не подарок?

– С какой стати?

– Ну, обычно для подобных работ мы приходим со своим инструментом.

– Значит, следующий раз так и будет. После чего вручил каждому из них по четыре доллара и распрощался. А на вопрос приходить ли завтра, ответил, что подумаю и если что найду их там же где и сегодня. Но, честно говоря подобного желания у меня не было.

В расстроенных чувствах, я походил по вырубленной делянке и понял, что только на расчистку этого участка, мне потребуется минимум полгода. А тут еще наведались представители муниципалитета, заявившие, что хотя эта территория моя собственность, но захламлять, ее все-таки не желательно. То есть то, что вырубается рабочими должно тут же утилизироваться, но при этом, и костры желательно не разводить, потому что дым отпугивает туристов. Для этого на острове есть специальное место, куда свозятся и где перерабатываются все отходы, за вполне разумную цену. Вот еще и это навалилось. Все же правильно говорил тот мужик, рассказывающий мне о проблемах, возникающих при строительстве.

Присев на порог своей машины, я закурил, и задумался о том, что делать дальше. Смысла набирать работников, которые большую часть времени отдыхают, причем не бесплатно, не было никакого. Или им нужно было ставить конкретную задачу, по выполнении которой будет выплачена определенная сумма. Наверное, это будет наилучшим выходом, а то только расчистка холма будет продолжаться до ишачьей пасхи. Раздумывая о решениях возникших проблем, я не обратил внимания, как к полянке, на которой я расположился, подъехал какой-то грузовичок, и из него вышли пара мужчин. Меня привлек их разговор, причем до такой степени, что я едва сдержал себя, стараясь всеми силами показать, что не понимаю то, о чем они беседуют.

– Опять какой-то тупой рыжий Ирдандец, на нашу голову. Чё им так на жопе ровно не сидится?

– Да ладно тебе, щас покопается здесь недельку другую, поймет, что ничего не выгорит, и смоется. Да и не рыжий он, скорее русый просто выгорел на нашем солнце.

– Да, хоть сивый, мне по барабану. Вон смотри, сидит на подножке своего фордика, и думает, что дальше делать. Небось, рассчитывал, что ему тут за пару дней участок освободят. Мечтатель. Чтобы местных заставить шевелиться это я не знаю, с палкой над ними стоять нужно.

– Ладно, хрен с ним, давай лучше попробуем с дровишками вопрос решить, надеюсь, думаю он их нам за так отдаст, чем за утилизацию платить.

– Подожди не так надо. Он сейчас еще и заплатит нам за них.

Весь разговор, к моему удивлению происходил на русском языке. Правда русским он был скорее по названию, потому что помимо русских слов, причем скорее старорусских, в нем встречались и немецкие и еще какие-то слова, скорее из гавайских диалектов, но так или иначе он мне был вполне понятен. Можно сказать большей своей частью. Такое, как мне кажется, случается в тех случаях, когда оторванная от своего народа община, долгое время живет отдельно, но всеми силами старается сохранить свой язык. В итоге, какая-то часть языка все же остается неизменной, но в нее вплетаются местные названия, понятия, общеупотребительные слова, которые в итоге хоть и имеют иное происхождение, но все же признаются за русский. И тем не менее, меня встреча с этими мужиками очень обрадовала. Вообще-то я слышал о том, что на острове есть русская община, появившаяся здесь с незапамятных времен. Но я никак не думал, что встречусь с ее представителями так скоро. К тому же насколько я знал Елизаветинская крепость, построенная более ста лет назад русскими купцами, находится на южном побережье острова, то есть довольно далеко отсюда. А тут прямо бальзам на душу и с доставкой на дом.

Тот, кто произнес последние слова, отодвинул в сторону своего приятеля и произнес на вполне сносном немецком:

– Добрый вечер, сэр. Нам тут сообщили, что у вас появились какие-то проблемы с очисткой вашего участка от мусора. Мы готовы вами помочь. Разумеется, не бесплатно, но что поделаешь, сейчас трудные времена. Да и бензин нынче дорог.

Второй мужик, в этот момент находящийся чуть позади, судя по его виду, с огромным трудом сдерживал себя, чтобы не расхохотаться, во все горло, видя, как его друг разводит «тупого рыжего Ирландца» на деньги. Решив поддержать «игру» я ответил:

– Это было бы кстати, и сколько по-вашему будет стоить загруженный грузовичок?

Мой собеседник видимо не ожидал такого вопроса, потому, что вполне русским жестом, сдвинул на лоб свою кепку и почесав затылок произнес.

– Я думаю, двадцатки будет достаточно.

– Хорошо, я согласен, но сначала расчет.

Мой собеседник так обрадовался тому, что я сразу же, без какой-либо торговли согласился на его предложение, не заметил, то, что я произнес последнюю фразу на русском языке. И уже вовсю протягивал ко мне руку, надеясь получить с меня двадцать долларов, как неожиданный тычок от своего приятеля заставил его вздрогнуть и обернуться на него.

– Ты, что толкаешься?

– А, ты не понял?

– Что я должен был понять.

– Он ответил тебе по-русски!

– Да ну нах! – воскликнул тот и повернувшись ко мне спросил. – Вы, что понимаете русский язык?

– Конечно, я же русский.

– О, боже, – парень схватился обеими руками за голову. – Это все ты, Тупой Ирландец, тупой Ирландец. Простите сэр, но мы действительно даже не предполагали, что вы можете знать наш язык. Правда вы говорите на нем не слишком правильно, но тем не менее.

– Это скорее, вы говорите на нем не слишком правильно, хотя бы потому, что полгода как покинул Россию, а вот, сколько здесь находитесь вы?

– Не может быть! – буквально вскричал второй. – Правда что ли?

– А зачем мне врать?

Дальнейший разговор проходил совсем в другом ключе. Вначале, как водится, познакомились, потом выпили за это. Несмотря на то, что как оказалось передо мною находились потомки русской общины появившейся на острове в 1816 году, когда под руководством исследователя, купца и путешественника Георга Шеффера, представлявшего Российско-американскую компанию, в целях основать русскую факторию на острове была построена каменная Елизаветинская крепость и два земляных укрепления. Правда после того как сюда были доставлены триста человек русских крестьян и казаков, в качестве охраны поселенцев и работников фактории, уже в 1818 году, последний покинувший факторию фрегат, так и не вернулся обратно. Вначале поселение находилось в одном месте, в станице Елизаветинской, расположенной неподалеку от выстроенного форта, а затем постепенно расселились по острову, когда окончательно стало ясно, что их оставили на произвол судьбы.

Но если для местных аборигенов работа была в тягость, то русские люди были воспитаны несколько иначе. И поэтому, довольно быстро приспособились к местному климату, и вполне даже неплохо зажили на острове. Правда все же сменив свое место положение. Дело в том, что из-за особенностей рельефа, южная и восточная часть острова подвержена большому количеству осадков. Возвышающийся более чем на полтора километра горный хребет, задерживает продвижение дождевых туч на север, из-за чего, южная и юго-восточная зона, являются наиболее влажными и не слишком приятными для проживания. Большое количество осадков к тому же сносят плодородный грунт в сторону океана, образуя при этом фантастически красивые горные каньоны и водопады, но одной красотой сыт не будешь, поэтому со временем община расселилась по всему острову, где-то смешавшись с местными аборигенами, а где-то постаравшись сохранить свой уклад. Об этом поведали мне два новых приятеля, из поселка неподалеку и типично русским названием – Halewainiha.

Едва услышав, его я оторопел. Но после все же осторожно спросил, что же в этом названии есть такого типично русского.

– А ты прислушайся, как звучит? Гулеваниха! Место хорошее, да один из наших открыл тут питейное заведение, сейчас-то оно рестораном зовется, а раньше просто кабаком звали. Впрочем, и сейчас так зовем, но все же ресторан, как ни крути. Ну и чуть какая свадьба, или рождение, там и гулеванили, с того и пошло.

Все это было услышано мною чуть позже, когда уже загрузили грузовик, отвезли его в эту самую Гулеваниху, и даже поселили меня в доме одной вдовы, находящейся на попечении всего поселка.

– Это местные на вдов и оставшихся без родителей внимания не обращают, а мы – Русские, своих не бросаем!

С дровами и моим участком решилось все просто, уже на следующий день, на холме появились два десятка молодых парней, которые за декаду, без особых проблем очистили весь холм от зарослей тропического леса и вывезли все это в свой поселок. Здесь на острове, разумеется, тепло круглый год, разве что с октября и по апрель становится чуть прохладнее, но и то, температура редко падает ниже плюс пятнадцати-восемнадцати градусов. Но тем не менее, почти в каждом доме имеется печь, а здесь еще не разучились печь настоящий хлеб, да и готовить на открытом огне, получается все же экономнее, чем на электричестве или газе. Тем более, что своего газа на Гавайях нет, а привозной довольно дорог. В тоже время рубить лес не разрешают, а привозной дорог. В итоге, мне очистили холм, и вывезли все срубленное, практически бесплатно. Точнее сказать, я просто накрыл парням стол, и все остались довольны.